Борьба с самим собой

Утро началось для Феликса с жуткого похмелья. Невыносимая головная боль сопровождалась судорогами во всём теле. Хотелось пить и сдохнуть. Ли напрягал память изо всех своих сил, но его последнее воспоминание было об очередном выпитом коктейле и смешном Чане с мокрыми волосами. Подняв неслушающееся тело с кровати, Ли подошёл к зеркалу. Оттуда на него смотрел невыспавшийся, тощий, уставший парень, которому, судя по всему, была нужна медицинская помощь. Тихо чертыхнувшись, Феликс плюнул в зеркало и, завернувшись в халат, отправился к Бан Чану, клянчить одежду. Собственным гардеробом он в этом доме ещё не успел обзавестись. Поблуждав по особняку, Феликс подозвал к себе одну из горничных и попросил её показать спальню Чана. Та услужливо поклонилась, но прискорбным тоном сообщила, что такие вещи Ли знать необязательно и при должном желании может найти её сам. В итоге, Ли догулял до крыши. Здесь было всё приятно обустроено — небольшой мраморный столик, кресло-качалка, невысокий торшер на золотистой ножке, белый ворсистый ковёр — всё это пронизывал запах сигарет, судя по всему, недавно выкуренных. Пачка, кстати, была оставлена на столе, вместе с зажигалкой.  Феликс уселся в кресло и закурил. Дым окутал юношу, превращая свои щупальца в замысловатые узоры и помогая расслабиться.  Память часто подводила Ли, и в большинстве случаев он не переживал по этому поводу — рядом был Хенджин, который всегда помогал решать возникавшие проблемы. Однако сейчас юноша был уверен, что забыл что-то очень важное, о чём обязан вспомнить.  Чан замер на пороге, не решаясь войти. Вот он — хрупкий юный мальчик, так страстно целовавший его прошлой ночью. Сердце забилось быстрее, но мужчина сделал над собой усилие и успокоился. Нужно было поговорить по-взрослому, а не бегать от него, словно пугливая младшеклассница. — Феликс. — Чан, где тебя носит всё утро? — юноша приподнялся на кресле и нахмурился. — Был занят, — мужчина нахмурился, стараясь не вспоминать бессонную ночь. Казалось, что Феликсу вообще плевать на его чувства. Или… Он ничего не помнит? — Чан, всё норм? — Ли затянулся, недоуменно глядя на Бан Чана. — У меня есть к тебе разговор, — с этими словами мужчина опёрся спиной на стол, глубоко вздохнув. — Давай. Только потом выдай мне ещё одежды, а то своей, как понимаешь, у меня нет, — Феликс расслабился и вновь откинулся на спинку кресла, покачиваясь из стороны в сторону. — Мы вчера с тобой выпили, — Бан Чан пошёл ва-банк, — и ты много всякого мне там сказал. Ты сейчас… Готов подтвердить эти слова? Ли хмыкнул. Значит, что-то всё таки было. — Только при условии, что ты мне это повторишь. Мужчина сразу же замотал головой: — Нет, ты должен вспомнить это сам. — Чан, ты можешь внятно объяснить, что там случилось? Ну не отсосал же я тебе, в конце то концов, — Феликс усмехнулся, глядя на округлившиеся глаза Бан Чана. Чан едва сдержался, в очередной раз запихивая свой трепет глубоко в тёмные уголки души. Что, мать вашу, творит этот пацан? — То есть ты не помнишь, — сдавленно прохрипел он. — Нет. Практически ничего. — Блять! — мужчина уже не мог сдерживаться, саданув по мраморному столику так, что пепельница, стоявшая на столе, подлетела вверх.  — Чан, ты точно в порядке? — Феликс встал и хотел коснуться Бан Чана, но тот вывернулся и вылетел с крыши, как пробка из бутылки, оставляя юношу лишь гадать, что же на самом деле произошло вчерашней ночью.

***

— Господин Хван, — мужчина в чёрном деловом костюме поклонился и замер, ожидая слов юноши. — Да, Чанбин, говори, — устало проговорил Хенджин, восседая за барной стойкой в окружении двух проституток. После ухода Феликса личная жизнь наркобарона вообще не складывалась. — Он согласен на встречу.  — Мальчишка? — Сегодня будет у нас. — Супер, — молодой человек оторвался от бокала с алкоголем и довольно хлопнул в ладоши. — Мы берём его после полудня, по нашим сведениям, он собрался в торговый центр «Red Lights». С ним будет телохранитель, но, благодаря вашим усилиям, у нас есть целая подготовленная группа.  — Скажи спасибо моему покойному папаше, благодаря которому Домино ещё помнят, — Хенджин ворчал, но был доволен. Сегодня он, наконец, развлечётся. Феликс брёл по торговому центру в поисках нормальной одежды. Настроение было донельзя паршивым, после закидонов Чана утром. Что на него нашло? ПМС? — Вот скажи, что одежда здесь — полное дерьмо, — обратился Ли к молчаливому телохранителю, следовавшему за юношей невидимой тенью. — Если молодому господину здесь не нравится, я могу отвезти вас в другое место. У Бан Чан-нима есть бутик, в котором ему шьют одежду на заказ, — пробасил мужчина. — Не, забей. Просто настроение сегодня отвратительное. Вот тебя Чан никогда не бесит? Телохранитель тактично промолчал, что можно было расценивать и как «да», и как «нет». В конце концов, Феликс набрёл на что-то приличное и отправился в примерочную. Консультантки в магазине стреляли глазами и подмигивали юноше изо всех сил, но стоило только телохранителю появиться рядом с ним, как девушек и след простыл. — Вот это как тебе? — Ли вышел из кабинки, демонстрируя клетчатые брюки и кофейную рубашку. — Это решать молодому господину, — в сотый раз повторил мужчина. — Значит, не очень, — Феликс расценивал ответы телохранителя по-своему и задёрнул шторку. Спустя несколько часов Ли, наконец, вздохнул с облегчением. Как ему показалось, телохранитель сделал то же самое, и даже приосанился, неся многочисленные пакеты. — Блин, я забыл, где у нас машина стоит? — юноша обернулся, ища глазами высокую фигуру в чёрном костюме. И… Не нашёл.  В ту же секунду почувствовав на своих плечах чьи-то руки. — Господин Ли, если вы не будете сопротивляться, мы вас вырубать не будем, — проговорил неизвестный. — Ты кто, блять, такой? Наплевав на слова нападавшего, Ли попытался ударить его ногой в пах, но конечность сразу же оказалась заблокирована чьей-то рукой. — Я предупреждал. Под нос Феликсу сунули какую-то тряпку. Это последнее, что он запомнил.  Всё это произошло буквально за несколько мгновений, что даже никто из прохожих не обратил на это внимания.

***

С потолка капала вода, глухим эхом пробегая по стенам и рассеиваясь где-то вдалеке. Тихо шуршали пробегающие крысы, слышался звук проезжающего сверху метро. Феликс охнул и сел. Его руки были крепко связаны, во рту находился кляп, а всё тело ломило как после долгой тренировки.  Пиздец.  Это было единственное слово, оставшееся в голове у юноши, который только сейчас осознал, в каком бедственном положении он оказался.  Ноги Ли не связали, так что, приложив немало усилий, молодому человеку удалось подняться, опираясь на холодную стену. Его знобило, но надо было собраться, хотя шансов выбраться из этой тюрьмы катастрофически мало.  Это было огромное помещение, вытянутое далеко вперёд, похожее на склад под землёй, который давно забросили. Феликс потерял счёт времени, пока шёл. Двери всё никак не было видно. Послышался скрип открывающихся замков. Юноша тут же обернулся, забыв о боли и ноющих ногах. — Давно не виделись, Лисёнок. Этот голос Феликс узнает из тысячи. Из сотни тысяч.  Голос его ненавистного и когда-то любимого принца.  — Смотрю, ты уже тут освоился, — голос звучал злорадно и насмешливо. Дверь сразу же закрыли, поэтому выяснить источник звука молодому человеку не удавалось, — Ты привыкай, не знаю, сколько придётся тебя здесь держать. Ли напрягся. Значит, его похитили не просто так. Ситуация с каждой секундой становится всё паршивее. — Бу, — голос раздался прямо под ухом. Хенджин уже держал Феликса за шею, слегка сжимая её. Юноша дёрнулся, но молодой человек крепко ухватил его, нажав на локоть так, что Ли замычал от боли. — Ох, прости, тебе больно? Тогда плачь. И умоляй, — Хван вынул кляп изо рта парня, в ту же секунду зажав ему рот, — Не вздумай кусаться, Лисёнок, я в перчатках.  Феликс продолжал мычать и брыкаться. — Если не будешь орать, словно баба при родах, я уберу руку. Кивни, если согласен. Ли кивнул. Надо выяснить как можно больше. — Хенджин, без лишних слов. Что тебе нужно от меня? — Мне? Лисёнок, как ты ещё не понял, мне нужен ты, — молодой человек притянул Феликса к себе, опустив руки ему на талию. — Какого хрена, Хван?! — Ли запротестовал, умудрившись вывернуться из ловких рук Хенджина, и отпрянул на метр. — Тебе что-то не нравится? А мне почему должно нравиться?! — голос молодого человека сорвался на крик, — У нас всё было отлично, так куда ты запропастился?! Ушёл к богатенькому, шлюха ты бледнолицая? Да, у меня не так много денег, но я тебя хотя бы любил, всей душой, я тебе, тварь, всё отдавал… — Хван упал на пол, закрывая лицо руками. Феликс остолбенел. Он не мог поверить своим глазам. Это смотрелось жутко и неправильно. И чего ему точно не хотелось — так это возвращаться обратно, в пучину бессилия и забытья. Хенджин не любил его. Точно — нет. Это была не любовь, а взаимовыгодное соглашение, хотя, возможен такой вариант, что Ли был для него внутренним наполнителем, чем-то, что делало живым и заставляло думать и решать проблемы. Проблемы помимо картеля. — Ты сам меня бросил, не забывай. И отстань от меня. Лучше убей, — внутри юноши все холодело от ужаса, но он не был готов к такому, к сумасшедшему Хенджину, который мог сделать абсолютно всё, что угодно, не заботясь о последствиях. Молодой человек встал. Глаза Ли уже привыкли к темноте и он увидел перекошенное от ярости лицо Хвана. — Ты об этом пожалеешь, тварь. Он вышел, но за ним вошёл низкий и накаченный мужчина с уже знакомой тряпкой. — Не пытайся спрятаться, Феликс. Лучше подойди и отключись сам. — Нет! — Ли побежал со всех ног в противоположную от громилы сторону, чертыхаясь на каждом шагу. Однако он был ослаблен, и уже через минуту мужчина его нагнал, приложив проклятую тряпку к носу. — Господин Хван, он готов, — Чанбин поднялся по лестнице и вручил вонючую тряпку одному из подручных. Хенджин курил. Злые слёзы стояли в глазах, то и дело норовя скатится по впавшим щекам. — Тогда я пошёл.  Феликс лежал на полу, тихо дыша. Хван склонился над ним, отбросив светлую прядь с утонченного лица. — Мой красивый… — Хенджин яростно впился в губы Ли, кусая их чуть ли не до крови. Препарат, которым дышал юноша, был сильным, так что Феликс не должен проснуться. Хван оставлял цепочку красных засосов на его шее, облизывая его ухо и вдыхая аромат вишни. Медленно поднял футболку, с удовольствием коснулся обнажённого тела своего бывшего партнёра. — Ты всегда будешь моим. Всегда. Следующими были сняты штаны. Спустя 3 часа Для встречи Хенджин выбрал ресторан, сняв его на несколько часов. Теперь он нервно постукивал ногой по полу, ожидая прибытия гостя. В помещение вошёл Чанбин, кивнув Хвану. Молодой человек встал. Гость вошёл в комнату в сопровождении двух телохранителей.  В глазах Хенджина загорелись злые огни. — Добро пожаловать, господин Кристофер Бан Чан. Или мне называть вас убийцей моего отца?