Morte Nera

***

– Бог мой, – услышал он знакомый баритон, – Юн, когда ты уже научишься ходить в гости по приглашениям? – Тогда, когда ты перестанешь убивать, Чонгук. Тэхёна передернуло от этих слов. К счастью, он остался никем не замеченным, это давало ему больше шансов. Но ему также необходим был сигнал к выстрелу. Он держал врага на прицеле, но когда нажимать на курок не понимал. Если прямо сейчас, то, как только Юн упадёт к ногам Чонгука, того тут же расстреляет охрана «Белых Волков». Как поступить? Что делать? А если не стрелять? Тогда Чонгук упадёт к ногам Юна. И тут он расстреляет его. Но будет уже поздно. Он даже представить не мог подобного развития событий. Оценив обстановку и поняв, что охрана «Белых Волков» стоит вперемешку с охраной «Morte Nera», целясь друг в друга, возможно, у него и был шанс убить Юна, но перестрелки после этого не избежать. Прольётся кровь и погибнут свои люди. Он должен был дать понять Чонгуку, что он здесь и держит на прицеле его врага. Но как? – Скажи своим людям, Чонгук, чтобы убрали оружие. – После того как скажешь своим. Грозный голос. Тот самый, который он слышал уже, когда хотел поехать с ним к Джону. Он раздражён и взбешён. Но страха в его глазах Тэхён не видел. Он хорошо умел скрывать свои эмоции, что иногда приводило его в замешательство. – Я сделаю дырку у тебя в голове. Чонгук усмехнулся, казалось, его не напугать даже этим: – Мои люди сделают ещё больше дырок в твоей, Юн. Что привело тебя ко мне? – Ты знаешь, Чонгук. Ты всё знаешь. Причина моего визита – найденное тело Минхо с простреленным сердцем. Надо же! Точный выстрел. Прямо в сердце. Из пушки «Beretta». Совпадение? Не думаю. Тэхён слышал, как Юн взвёл курок, и машинально вышел из своего укрытия, держа его на прицеле. В голове стучала кровь, и, казалось, он не слышит ничего вокруг, но следующие слова Дьявола вывели его из оцепенения: – Ты на прицеле моего снайпера, Юн. Ты пристрелишь меня и в ту же секунду станешь трупом. Я бы на твоём месте хорошо подумал, прежде чем угрожать мне. Он увидел его! Тэхён благодарил бога за это. Он чувствовал на себе взгляды всех присутствующих здесь людей. И теперь богом был он: – Я слишком метко стреляю, чтобы оставить тебя в живых. Пусть твоя охрана опустит оружие. – Его голос был твёрд, как камень. Иначе и быть не могло. Но внутри него маленький мальчик сжался в комок со слезами на глазах. Юн повернулся на его голос и обомлел: – Тэхён? Чонгук приставил к его виску пистолет и улыбнулся: – Никогда не поворачивайся к своему врагу спиной. Даже он знал это правило! Юн совершил ошибку, он был шокирован мужским голосом. Его охрана тут же опустила оружие на пол. Сердце Тэхёна успокоилось: Чонгуку ничего не грозит. – Тэхён, что за чёрт! – выругался Юн. – Какого чёрта? – Но помолчав несколько секунд, он добавил: – Я передам Джону, что нашёл парня, который продал ему кокаин. Я даже, кажется, нашёл убийцу его сына. Ты был в тот вечер в клубе. Ты убил его? – Да. Одно слово. И начало новой войны. Его войны. Никто никогда не простит смерть собственного ребёнка. Джон будет охотиться на него до конца его дней. А они могут наступить очень скоро. Его не спасёт никто, даже Чонгук. – Он мой, Юн. Он из «Morte Nera». Коснёшься его пальцем, и я вырву твои кишки собственными руками. Передай это Джону. А что касается Минхо – туда ему и дорога. Было приятно закапывать его холодное тело. Он видел шок Юн Ноа, он смотрел на него, не отрываясь, а затем произнёс: – Он вам этого никогда не простит. Он будет мстить, это я вам обещаю. Дав знак рукой своим людям, он направился к выходу. Те последовали за ним, и после того как они скрылись за стеклянными дверями, Тэхён наконец опустил винтовку, понимая, как устали его глаза. Он слышал, как захлопали его люди, и кто-то обнял его… Это был Хосок. Потом Мун. Потом кто-то ещё… Он слышал голос Чимина и Намджуна. Он даже не знал, что они тоже здесь. Но Чонгук так и стоял на ступенях лестницы, держа в руках пистолет. И его взгляд не предвещал ничего хорошего. В его карих глазах он видел гнев. Желание вырвать кишки ему, а не Юну. Страх вернулся. Тэхён поднял глаза на Чонгука. И увидев, как он стал спускаться, попятился. – Я тебя сейчас убью, Тэхён. Эти слова были сигналом к побегу. Он вырвался из чьих-то объятий и побежал вниз, в подсобку, чувствуя его приближение. Он схватил его раньше, чем он успел закрыть дверь. Его хватка была железной, она причиняла боль. Чонгук захлопнул за собой дверь и силой прижал его к стене так, что он ударился головой. Но страх внутри был сильнее боли. Что с ним? – Где ты должен был быть?! – Он схватил его за горло, и Тэхён попытался вырваться, но быстро понял, что это невозможно, – он скорее сломает его позвонки. – Я спас вам жизнь! – Я тебя об этом просил?! Голос. Грубый. Твёрдый. Грозный. Чонгук не в себе. – Смотри мне в глаза. Тяжело дыша, он заглянул ему в глаза, они были почти чёрные. Или это от того, что так темно?.. – Отпустите меня, – прошептал он, потому что его рука на шее не позволяла сказать громче. – Я хотел бы выпороть тебя. Я бы наслаждался каждым криком, который вылетал бы из твоих губ. Я хочу, чтобы ты запомнил ещё одно правило: никогда ничего не делай без моего приказа. Я стерпел твою сделку с Джоном. Я стерпел порт для Найта. Но сейчас ты перешёл все границы. Он боялся его. Чувствуя подступающие к глазам слёзы, он собрал всю волю в кулак, чтобы не дать им скатится по щекам. Он не будет плакать перед ним. Он не стоит его слёз. Вместо того чтобы сказать «спасибо», он душит его. Чонгук ненавидит его. Он готов его выпороть. А потом убить. Находясь под его властью, он не мог освободиться. Он прижимал его всё сильнее и сильнее, наваливаясь своим большим телом. Его дыхание возле уха нагоняло только больше страха. Неужели его никто не спасёт?.. – Что ты здесь делал? Он убрал руку с его горла, и Тэхён машинально схватился за шею, тяжело и часто дыша. – У вас в субботу сделка, на которой вас убьют, – просипел он, – кажется, я должен быть на ней. Или нет? Мне нужно тренироваться, я плохо стреляю из винтовки. Тэхён снова посмотрел ему в глаза. Он стоял слишком близко, и от этой близости он стал задыхаться ещё сильнее. Воздуха не хватало. На секунду ему показалось, что он душит себя сам, своими же руками. – Я не давал тебе такого приказа. – А когда вы собирались это сделать? – перебил он его. – В субботу? – Я не говорил, что ты будешь участвовать в этой сделке. Он сумасшедший? Он пойдёт навстречу своей смерти без него? Вот почему он молчал! Он не собирается его брать. Но почему? Он хорошо обучен, у него получилось бы убить Ахмада. Или… Чего боится Чонгук? – Я поеду! – Он сильно толкнул его в грудь. – Я поеду, потому что без меня вас убьют. – Отлично. – Он крепко схватил его за руку, причиняя новую боль. – Раз ты так хочешь, я не против. Садись в машину и жди меня, я устрою тебе такую тренировку, что ты начнёшь терять сознание от усталости. Я вытрясу из тебя всю душу. Ничего другого он и не ждал. Чонгук буквально швырнул его к выходу из тёмной комнатки. Он слышал, как он взял винтовку, выпавшую у него из рук. Чонгук подтолкнул Тэхёна к лестнице, ведущей наверх. Он слышал его шаги за спиной и, выйдя на свет, увидел сочувствующие взгляды его людей. Чонгук поднялся к себе в кабинет, а Тэхён направился к выходу, но его остановил голос Намджуна: – Тэхён, всё в порядке? – Он подошёл к нему ближе. – У Чонгука это пройдёт. Вспыльчивый итальянский характер. Он взрывается так же быстро, как и остывает. Он посмотрел на людей, которые всё никак не могли разойтись по своим местам. Было заметно, как нервничал Мун, вернувшийся на свой пост и бросивший пистолет на стол. Хосок же, напротив, подмигнул ему и прошептал: – Принц Тэ, я могу только склонить перед вами голову! – Он так и сделал, чем вызвал на его лице улыбку. – Принц Тэ, как вы не испугались? – спросил кто-то из толпы, но он лишь пожал плечами. Разве он не испугался? Он испугался даже больше, чем они думали. – Спасибо, – смущённо прошептал парень, – ваша поддержка очень важна для меня. В субботу мы покажем Ахмаду и его людям, на что мы способны. Я буду с вами. Тэхён улыбнулся, чувствуя, как его руку пожимает Чимин: – В субботу я буду следить за каждым твоим шагом, я буду с тобой. Он знал, что его обвешают проводами и знал, что может положиться на свою команду. Они поддержали его, и это чертовски много для него значило. – Я приказал ждать меня в машине! Все расступились, давая боссу дорогу. Чонгук направлялся прямо к нему, такой большой и страшный. Он шёл к нему, к маленькому омеге, но он его уже не боялся – гордо смотрел в его карие глаза и не видел в них черноты. Они были карие, как раньше. – Уже иду. – Тэхён отвернулся и, покинув здание, пошёл прямо к машине, чувствуя, что Чонгук следует за ним. Чувствуя его мощь, его нервозность. И его страх. Страх? Тэхён резко остановился и обернулся, внимательно глядя ему в глаза. Это был страх?.. Ветер трепал его волосы, а солнце уже не грело так сильно, испепеляя своими лучами кожу, но внутри него что-то вспыхнуло с новой силой. Он видел в его глазах страх! Впервые он увидел в них что-то новое. Видимо, осознав это, Чонгук отвернулся и проследовал к машине, но парень догнал его и схватил за руку: – Вы боитесь. – Я ничего не боюсь. Он резко отдёрнул руку, открыл багажник и уложил винтовку. – Нет, вы чего-то боитесь. Вы боитесь смерти? Он резко захлопнул крышку и направился к водительской двери: – Я не боюсь смерти. – Открыв дверь, он облокотился на неё, не решаясь сесть. – Но вы чего-то боитесь. Я вижу. – Тебе кажется. Садись в машину. Тэхён сел, захлопнув дверь, он последовал за ним. – Если вы будете бояться, то и я начну. Он молча завёл «Лексус» и, выехав за сломанное ограждение, выругался вполголоса. Зрелище действительно было печальным. Почему-то Тэхёну стало до боли жаль этого мужчину. Он ходил по острию ножа каждый день, каждую минуту и каждую секунду. Его жизнь полна страха и опасности. А он спрашивает, чего он боится. Он боится жить! Потому что его жизнь – сплошная опасность. Выдохнув, он закрыл глаза и начал размышлять о ценностях жизни. Не понимая смысла его жизни, он заблудился в своей. Плутал за ним в темноте, в неизвестности. – Раньше я хотел выучиться на врача, иметь семью, жениться и нарожать детей, – почему он стал говорить об этом, Тэхён не понял, просто слова стали вдруг рваться из его души. – А теперь я не знаю, чего я хочу. И это пугает меня. Такой мой страх. Боковым зрением он заметил, как он посмотрел на него, но не проронил ни слова. Тэхён погрузился в свои мысли. Он знал, что он боялся. Он прочитал это в его глазах. Но чего именно он боялся? Быть на грани жизни и смерти? Оказавшись на поле, Тэхён вышел из машины и ступил на сухую траву. Вдали, в трёхстах метрах от них, стоял зелёный холм. Это было оно – то самое место, откуда он должен будет выстрелить. Чонгук снял пиджак и кинул его в машину, за ним последовали галстук и жилет. Оставшись в одной белой рубашке, он расстегнул пуговицы на рукавах и закатал их, оголяя крепкие руки. Тэхён зачарованно наблюдал за его действиями. Грациозный Чёрный Дьявол. Ему можно было простить всё. Даже то, что он пытался его задушить. – Идём, – скомандовал он, забирая из багажника винтовку и направляясь к холму. Тэхён последовал за ним, чувствуя, как капли дождя падают ему на лицо. Дождь сейчас совсем не к месту. Они шли молча. Тэхён плёлся сзади, любуясь его грациозной фигурой и ненавидя себя за это. В голове не укладывалось: как можно было влюбиться в мужчину старше себя, с безумно тяжёлым характером, в убийцу? Как? Почувствовав его взгляд, Чонгук остановился и обернулся, но Тэхён не отвёл глаз, он по-прежнему искал ответы. Да, он силён, как бог, и красив, как дьявол. Всё в нём вызывало в нём трепет. Сейчас он стоял перед ним с винтовкой в руке, в расстёгнутой рубашке, всем напоминающий бандита, и это должно вызывать страх. Но вызывает лишь желание оказаться в его объятиях. Чонгук молчал, слегка прищурившись, внимательно изучая его. Он даже не заметил этого, в мыслях рисуя уже более откровенные картины. И до его мозга не сразу дошло, что для него он – как открытая книга. – О чём ты думаешь, Тэхён? Он вздрогнул от его голоса, хотел ответить, но не смог. Он думал о нём. Он представлял, каково это – ощутить его крепкое тело… Не дождавшись ответа, Чонгук произнёс: – Твои зрачки расширены, значит, что-то возбуждает тебя. Интересно, что? Тэхён испуганно опустил глаза, и он засмеялся: – Я очень надеюсь, что это не будущее убийство. Ему захотелось вырвать винтовку из его рук и приставить к его голове. А лучше сразу застрелить. И его мучениям придёт конец. Куда делась его прямолинейность? Раньше он ответил бы ему прямо, но сейчас молчал, скрывая свои чувства. А может, всё-таки стоит рассказать? И пусть сам решает, что с ними делать. Но только он открыл рот, чтобы произнести слова, он понял, что не может об этом говорить. Не сейчас и не здесь. А возможно, вообще никогда. Он, кажется, уже решил для себя, что он никогда не узнает о его чувствах. – Если вы ответите мне, чего боитесь, я отвечу, о чём думаю. Шах и мат. Улыбнувшись, Тэхён направился к холму, слыша его шаги сзади. Он прекрасно понимал, что он ничего ему не скажет, и ему не придётся волноваться за себя. И был прав – он за всю дорогу не произнёс ни слова. Значит, он не хотел рассказывать ему о своих страхах. Ну и отлично. Когда они добрались до холма, перед ними открылся вид на лес, и Тэхён увидел дорогу, ведущую вглубь вековых деревьев. Услышав, как Чонгук бросил винтовку, он обернулся. – Ты приедешь сюда раньше нас именно этой дорогой. Машину оставишь в лесу. Тэхён посмотрел вдаль, на то место, где должны будут встретиться «Morte Nera» с Ахмадом и его людьми, и ему показалось, что до него очень далеко. Он не сможет выстрелить настолько метко с такого расстояния. Но Чонгук как будто прочитал его мысли: – У винтовки отличная оптика, не смотри на расстояние между нами. Его не будет. А теперь сделай то, чему я тебя так долго учил. Тэхён присел и взял винтовку в руки. Вспоминая первые уроки, он начал с правильного расположения оружия. – Во-первых, проверь правильность изготовки, устрани мелкие неудобства. Этот период занимает половину всего времени прицеливания, иногда и больше. Затем, не напрягая зрение, просто смотри в прицельное приспособление, чтобы глаз привык к освещению и примерно сфокусировался на цели. Второе: это начало обработки выстрела. Когда ты затаил дыхание, усилил давление на спуск, и твой глаз начал чётко контролировать положение мушки на точке прицеливания, то есть начал «всматриваться» в цель. Ты удерживаешь мушку в желаемой точке прицеливания до момента выстрела. Тэхён лёг на мокрую землю, Чонгук лёг рядом. Он помнил, чем стрельба из винтовки отличается от стрельбы из пистолета: дыханием. Смотря в оптический прицел, он был поражён его возможностями и приближением. Да, он сможет сделать это, он увидит того, кого убьёт! Вдохнув и выдохнув, Тэхён вдруг почувствовал крепкие руки на своей спине: Чонгук надавил на него, и на секунду ему показалось, что воздуха надолго не хватит: – Хочу посмотреть, сколько ты протянешь. Он вспомнил, как Чонгук топил его в ванной, считая секунды. Сколько там было? Он не помнил, но сейчас он сможет его удивить. Дышать получалось, он ведь не в воде, но делать это надо осторожно, маленькими глотками, так, чтобы он не заметил. Чонгук удовлетворённо кивнул, убирая руки. Но затем, приблизившись так близко к его лицу, как это было возможно, прошептал: – Ты меня не обманешь, Тэхён, но от твоего дыхания будет зависеть жизнь многих наших людей. И если тебе плевать на меня, подумай о Хосоке или Муне, мне кажется, ты нашёл с ними общий язык. Его взгляд упал на его губы, и кровь хлынула к голове. Зачем он сбивал его, лаская своим дыханием? Это тоже было уроком? Или это была его месть? – Думаю, от страха я перестану дышать, Чонгук. Может быть, от недостатка кислорода я умру даже раньше вас. Он вздохнул, слегка улыбаясь, и перевёл взгляд на то место, где должно произойти нечто страшное. Тэхён проследил за ним, понимая, о чём он думает. Найдёт он тут смерть или же новую жизнь? Никто не мог сказать наверняка. Даже если он всё сделает правильно, есть вероятность, что что-то пойдёт не по плану. Он может не дать ему приказ, и он вынужден будет сложить оружие и бежать, спасая свою жизнь. Но он так не поступит. Он не сможет убежать и оставить его на прицеле у врагов. Но об этом ему не следует знать. Пять часов он учил его, чтобы добиться блестящего результата, пока Тэхён не опрокинулся на спину, глядя на закат. Глаза болели, а от оранжево-жёлтых красок боль лишь усиливалась. И он закрыл их. – Когда ты будешь здесь один, ты поймёшь, что сейчас всё было не так уж и плохо. Нет врага, нет цели. В субботу ощущения будут другими. Твоё зрение будет работать на двести процентов – это действие адреналина. Ты будешь бояться, Тэхён, это нормально для первого раза. Ты будешь чувствовать жажду, тошноту, тремор. – Чонгук лёг рядом, смотря на небо. – Но не сдавайся. Ты сможешь нажать на курок, я в тебя верю. Просто вдохни и выдохни и помни, что ты нужен мне. Он повернул голову в его сторону, и Тэхён, открыв глаза, посмотрел на него. Он был так близко и одновременно далеко… Он лежал рядом, но он не мог коснуться его, а ведь ему так хотелось запустить пальцы в его чёрные волнистые волосы, почувствовать их жёсткость. Но он не мог. – Я смогу, – прошептал он, отворачиваясь и снова закрывая глаза. Он не позволит убить его, разве сегодняшний день не доказательство этому? – Я чуть не выстрелил в Юн Ноа, вы ещё сомневаетесь во мне? Чонгук всё ещё смотрел на него, он чувствовал его взгляд, и от него по коже прошла дрожь. Странная, неведомая дрожь. Он мог бы взять его прямо здесь, но не делал этого. Тэхён вздохнул. – Mi fai impazzire , – прошептал он, и он снова открыл глаза. В его устах итальянский звучал чертовски возбуждающе, но он не понял ни слова. – Мне стоит начать учить итальянский, раз я работаю в «Morte Nera». Иначе рискую что-то упустить. Чонгук улыбнулся, опуская глаза, и это было так ему несвойственно, что Тэхён побоялся даже представить, что он ему сказал. – Хотя, может быть, французский в общении между нами будет не так уж и плох. La plus belle facon de regarder le soleil se coucher est de le regarder dans les yeux de celui qu’on aime. Тэхён засмеялся от его шёпота, он возбуждал его слух красивыми, но непонятными словами. Чонгук слишком образован, а он для него слишком прост. Денег его родителей не хватило на изучение ещё одного языка. – Мне так жаль… – Он заговорил, и Чонгук сразу перестал улыбаться. – Ты понял, что я сказал? – Ни слова. Он видел, как растягиваются в улыбке его губы. – Идём. – Чонгук встал, протягивая ему руку. – У меня сегодня встреча с Лесли в «Гранд Палас». – Так что вы сказали? – Тэхён схватил его за руку, и он помог ему подняться. – Не важно. Но если ты переведёшь фразу с итальянского, то я исполню любое твоё желание. – Тогда повторите. Я попытаюсь хотя бы запомнить. – Нет. – Он улыбался, ведя его к машине. – Хотя, если я выживу в субботу, я сам переведу тебе эти слова. О, это было слишком просто. Или нет?.. – От желания знать значение произнесённых мною слов, надеюсь, ты не дашь мне умереть. Тэхён остановился, заворожённо глядя на него. Сейчас он никак не походил на аристократа: весь перепачкан грязью, волосы взъерошены… Но его, казалось, это абсолютно не смущало. «– Придётся вас спасти. Вы меня заинтриговали. Чонгук усмехнулся, закидывая винтовку на плечо. Его чёрные волосы трепал ветер, а щетина на лице завершала образ бандита. Чонгук был разный. Как характером, так и внешне. И Тэхёну казалось, что ему нравятся эти перевоплощения. Но кого он любил: гордого аристократа или безжалостного убийцу? Чонгук открыл ему дверь «Лексуса», и он сел, пристёгивая ремень безопасности и мельком наблюдая за ним. – После того как я сказал Юну правду, и Джон узнал, что я убил его сына, мне конец? Чонгук сел на водительское сиденье и повернул ключ, заводя машину. Несколько секунд он молчал, смотря в зеркало заднего вида, его руки покоились на руле, но после заданного вопроса он сжал его крепче. – Теперь он знает, что ты член «Morte Nera», так что не думаю, что он попытается в открытую пойти против меня. Если они убьют тебя, то навлекут на себя смерть от моих рук. Думаю, Джон не дурак и не пойдёт на такую открытую войну. Мы можем делить территорию, деньги, но людей из клана своих врагов мы не трогаем. – Значит ли это, что я могу жить и не бояться, что меня расстреляют на улице? Тэхён чувствовал его напряжение, его нервозность. Чонгук молчал, но он знал ответ. Он никогда не сможет жить как раньше. Всё, что этот кареглазый Дьявол пообещал ему, когда заключал с ним сделку: личную жизнь, встречу с друзьями – всё это ложь, и он прекрасно знал это. Он обманул его. Его жизнь настолько опасна, насколько это возможно. Но самое страшное – это бояться не за свою жизнь, а за жизнь своих близких и друзей. – Вы молчите. – Его голос дрогнул и, встретившись с ним взглядом, он прочёл в его глазах ответ. – Не я убил Минхо. – Нервозность в его голосе нарастала. – Не я заставил себя связаться с вами. Я бы не убил его, если бы не вы с той собакой возле «Кречета» и дурацкими приказами убивать. Чонгук резко убрал руки с руля и повернулся к нему: – Чего ты хочешь, Тэхён? – Свободы. И безопасности. – Я не гарантирую тебе ни того ни другого. Чонгук так громко захлопнул за собой дверь, войдя в квартиру, что Тэхён вздрогнул. Он молчал всю дорогу и уже пять минут дома. Кинув мобильный телефон на диван, он направился в душ, по дороге снимая рубашку: – Если ты не будешь следовать моим указаниям и будешь заниматься самодеятельностью, боюсь, мне придётся тебя связать. – Произнося это, он даже не обернулся. Но Тэхён не сомневался – он так и сделает. – Мне показалось, что сегодня я спас вам жизнь. Только тогда Чонгук повернулся к нему. И на его губах появилась лёгкая ухмылка: – Ты меня впечатлил. Юн Ноа тоже. Но особенно впечатлён будет Джон, я не сомневаюсь в этом. Теперь, Тэхён, начнётся новая война, и виноват в ней ты. И то, что ты теперь не свободен и живёшь в опасности, виноват только ты. Твоя глупость привела тебя в «Поло-клуб». И не вини меня в том, что ты делаешь не подумав. Он захлопнул дверь в ванную комнату прямо перед его носом, и Тэхён снова вздрогнул от резкого звука. Его слова оглушили его. Чонгук был прав, он понимал это. И внутри всё болело от того, что он не оценил его сегодняшний героизм. Более того, этот героизм вывел его из себя на очень долгое время. Тэхён устало опустился на диван в гостиной, чувствуя боль в руках от винтовки. Глаза болели от напряжения, и, прикрыв их, он положил голову на спинку, пытаясь расслабиться. У него было время перевести дух и собраться с мыслями. Но знакомая до боли мелодия мобильного телефона, лежащего рядом с ним, разрушила мечты об отдыхе. Машинально схватив его, Тэхён понял, что это телефон Чонгука и ему звонит доктор Харт. Мог ли он ответить на этот звонок?.. Не рискуя вновь испытать на себе гнев Чонгука, он подбежал к двери ванной. – Вам звонит Джексон Харт! Тэхён слышал звук льющейся воды, скорее всего, он не услышал его слова, но он ошибся. Дверь ванной приоткрылась, и он увидел перед собой красивое лицо его мучителя, карие, как шоколад, глаза, обрамлённые чёрными ресницами. С его мокрых волос стекала каплями вода и катилась по гладко выбритым щекам к его губам. На секунду он забыл, зачем стучал, телефон уже не звонил. Лишь открыв рот, Тэхён не отрываясь смотрел на это завораживающее зрелище, чувствуя, как сердце в груди застучало сильнее. – Что? – Чонгук слегка улыбнулся, не отрывая от него взгляда. Его голос тут же привёл парня в сознание. Он возненавидел себя за то, что выдал своё возбуждение. Уже второй раз за день. Чёрт! Скоро он решит, что он преследует его и готов наброситься. Пусть лучше кричит, так безопасней. – Вам звонил доктор Харт. – Тэхён протянул ему телефон, но он не взял его. – Он звонил тебе, перезвони ему. – Чонгук закрыл перед ним двери, и Тэхён облегчённо выдохнул. Отойдя от двери подальше, он тут же перезвонил врачу. – Доктор Харт, это Тэхён, я не успел взять трубку. – Тэхён, как ты себя чувствуешь? – Он услышал встревоженный голос Джексона. – Надеюсь, тебе лучше? – Да, мне уже намного лучше. В памяти снова всплыла картина сегодняшнего шоу в «Morte Nera», а затем выжженное поле и зелёный холм. С ним всё было в порядке, за весь день он даже не вспомнил о том, что вчера ему было плохо. Вчера было вчера, он ослабел. Сегодня Тэхён собрал всю волю в кулак, потому что с детства был выносливым мальчиком. – Всё равно принимай лекарства и больше отдыхай. Тэхён не поверил своим ушам. Он сказал «отдыхай»? Отдыхать, когда вокруг происходит такой ужас? Когда на Чонгука планируется покушение? Когда в его офис врываются враги, чтобы застрелить? Джексон Харт вообще в курсе, что происходит в «Morte Nera»? Ведь он, кажется, работает на Чонгука. Или ему многое неизвестно? – Хорошо. – Он силой заставил себя произнести эти слова, чтобы только доктор был спокоен. – Я буду больше отдыхать. Но он врач, и это его работа – заботиться о пациенте. Он не винил Харта в сказанной глупости, но порадовался, что Чонгук не взял трубку и не услышал его рекомендации. Хотя он тоже бы вряд ли послушал их, ведь он привык жить по своим правилам. Нажав на завершение вызова, Тэхён услышал мягкий баритон за своей спиной: – Отдыхай больше. – Чонгук выхватил из его рук телефон, и он обернулся. С его волос уже не стекали капельки воды, но они были влажными и обрамляли лицо крупными кольцами. Ему хотелось дотронуться до них… Чёрт! Он засунул телефон в карман джинсов, прошёл к столику возле дивана и взял с него часы. На нём была уже чёрная рубашка, верхние пуговицы которой он не застегнул, демонстрируя чёрные завитки волос на груди. Такой Чонгук был ему знаком – бандитский образ. – Кого вы хотите убить сегодня? Он прищурил глаза, и лёгкая улыбка снова коснулась его губ. – Ах да! – Он зашёл в дальнюю комнату, которую Тэхён так и не осмотрел, и через пару минут вышел с пистолетом в руке. – Спасибо, что напомнил. – Он засунул его за пояс джинсов и прикрыл рубашкой. – Время сейчас опасное. – Оно у вас всегда опасное, – Тэхён решил язвить ему в наказание за его грубость. Только он не мог понять, что выводило его из себя больше: когда он его душил, когда кричал или когда появился из ванной комнаты весь такой мокрый и сексуальный? Но, казалось, он не услышал его. Или сделал вид. – Я приду поздно, не жди меня и ложись спать. Что тебе сказал доктор? – Чонгук прошёл к выходу, но перед тем как открыть дверь, произнёс: – И без глупостей, Тэхён. Каждая твоя глупость оборачивается моим кошмаром. Чонгук вышел и закрыл дверь, оставляя его в тишине квартиры. Он даже не улыбнулся на прощание и не посмотрел на него. Это тоже бесило. Чтобы хоть как-то нарушить тишину и крик своих мыслей, Тэхён включил телевизор. И тут же забыл своего Дьявола, его слова, свой страх и свои желания.

***

«Мы благодарим Ли Лесли, что пришёл к нам в студию, и желаем удачи в предвыборной гонке за право стать новым мэром нашего города», – произнесла диктор, а на экране Ли слегка улыбнулся зрителям. От неожиданности Тэхён присел на диван. Он впервые слышал о том, что он баллотируется на такой важный пост. Почему ему никто ничего не говорил об этом? Разве он не вправе знать? Разве он не член «Morte Nera»? Его мысли снова прервал голос ведущего: «Позволю себе напомнить, что выборы нового мэра состоятся уже в эту субботу. Мы просим вас не оставаться равнодушными и прийти на голосование. Наш мэр – наше будущее». – Невероятно, – прошептал Тэхён, начиная понимать, куда так быстро ушёл Чонгук. В последнее время происходило столько всего, что он перестал следить за событиями своего города. Он давно перестал смотреть телевизор – работа на «Скорой» отнимала все его силы. А после того как он встретил Чонгука, жизнь обычных людей, казалось, и вовсе перестала существовать. Для него существовали только враги, территория, сходки, наркотики, оружие и смерть… Он стал таким же, как он. Таким, каких его отец презирал. Тэхён сжался от воспоминаний об отце. Он тысячу раз перевернулся в могиле: первые пятьсот раз – когда он попал в «Morte Nera», остальные – когда он застрелил Минхо. Но самое страшное – это то, что, баллотируясь на пост мэра, Ли явно преследовал свои интересы. Он глава «центра», он глава криминала. И несмотря на то что он нравился Тэхёну, Ли Лесли не был идеальным кандидатом. И если он победит, то что поимеет с этого Чонгук? Или, может, он чего-то лишится? Своего порта или части территории? Он завтра же узнает у него все новости. Возможно, у Чонгука появился ещё один враг, у которого будет больше прав на этот город. Стоя под струями горячей воды, он смывал с себя землю того злосчастного холма, на котором уже скоро будет лежать, затаив дыхание и целясь в убийц. Усмехнувшись, он провёл рукой по запотевшей стеклянной перегородке, и капельки воды скатились вниз, оставляя мокрые дорожки. В его мыслях снова встал образ Чонгука и капли, катившиеся по его лицу, по его телу… Как жестоко поступила жизнь, сведя его с ним. Что сделать, чтобы не думать о нём?.. Он задумался, вырисовывая его инициалы на стекле. Ничего – это был единственный ответ. Он уже ничего не сможет сделать. Он не сможет убежать от него – он найдёт его везде, но даже если ему это удастся, он никогда не сможет убежать от своих чувств. Осознав, что его пальцы вывели на стекле, Тэхён тут же смахнул надпись рукой. Схватив полотенце и обернувшись им, парень вышел из ванной комнаты в гостиную. Включённый телевизор снова напомнил ему о Ли Лесли. Чтобы чем-то себя занять, Тэхён стал переключать каналы. Но мысли не давали ему увлечься телевизионными программами, он не понимал ни слова из того, о чём в них говорилось. Откинув пульт, он встал и, увидев тёмную дверь, ведущую в дальнюю комнату, направился к ней. Что там? Самое время посмотреть, пока Чонгука нет дома. Он надеялся, что там не склад трупов и не ящики с наркотиками. Схватившись за ручку, Тэхён с силой надавил на неё, но дверь легко поддалась, открывая взгляду небольшое помещение. Это был его кабинет: письменный стол из красного дерева, заваленный бумагами и документами, стоящий на нём компьютер. Книжный стеллаж позади стола, наполненный книгами. Тэхён прошёл к нему, рассматривая каждый корешок, пытаясь понять человека, который собрал эту библиотеку. Но большинство книг было на итальянском языке, и он ещё раз пришёл к выводу: если он останется с Чонгуком, ему надо обязательно выучить его язык. Он не мог позволить себе не понимать его родную речь. Теперь ему хватит денег на то, чтобы выучить все языки мира. Проведя рукой по книгами в толстом переплёте, он вытащил учебник по экономике и менеджменту с логотипом Кембриджского университета. Боги! Он чуть не выпал из его рук. Чонгук учился в Кембридже в Англии, что доказывало его непростое положение в обществе. Глава «Morte Nera» был образован! И не просто образован, а чертовски образован в самом привилегированном университете мира. Набрав побольше воздуха в лёгкие, Тэхён поставил книгу обратно и обвёл взглядом его кабинет. Он боялся увидеть что-то ещё, его мозг не справлялся со всеми неожиданными открытиями. Слуги, няня, Кембридж… Он родился в богатой семье, видимо, слишком богатой, он с детства не нуждался в деньгах. Тогда почему он стал помешан на них сейчас? Или деньги – это прикрытие какого-то другого желания? Власти? Ведь он сам сказал ему: «Деньги правят миром. Главный тот, у кого их много». Тэхён сделал шаг назад и, наткнувшись на стол, руками опёрся на него. И сразу почувствовал боль в ладони от чего-то жёсткого. Он зажал предмет в руке и поднёс к лицу. В его маленькой ладошке лежал крупный золотой перстень с лазурной гравировкой змеи. Подойдя к окну и приоткрыв толстую тёмную портьеру, Тэхён попытался рассмотреть перстень на свету: на белом золоте красовалась синяя змея, такая же синяя – цвета сапфира. Голова змеи была украшена золотой короной, а во рту она держала… человека. Тэхён ахнул, отступив от окна, и портьера вернулась на место. Сердце от страха застучало сильнее, и он дрожащей рукой вернул кольцо туда, откуда взял. Что это за символ? И что он значит для Чонгука? Сколько тайн он хранит в своём сердце? Если сердце в его груди вообще есть. Тэхён пожалел о том, что вошёл в эту комнату. Теперь его будут мучить вопросы. Он не может спросить Чонгука о перстне, ведь тогда он поймёт, что он был в его кабинете. И ему явно это не понравится. Он направился к двери, но остановился, заметив на стене картину в толстой старинной раме. На ней были изображены несколько всадников в шлемах, с копьями в руках, сидящие на лошадях и, возможно, несущиеся на врага. Тэхён слегка улыбнулся. Если бы из тысячи картин ему предложили угадать, какую бы выбрал Чонгук, он точно назвал эту. Это его стиль. Враги, оружие, нападение. Коснувшись пальцем белой краски на щите одного всадника, он тут же отдёрнул руку. Задерживаться здесь ему больше не хотелось, и Тэхён вернулся в гостиную.

***

Итак, он теперь знал чуть больше о нём: богатый аристократ, рождённый в Милане и получивший лучшее образование в Кембридже в Англии, приехал в Америку в небольшой городок Окснард, округ Вентура, штат Калифорния, чтобы убивать, продавать оружие и наркотики. Удивительно, что в его кабинете он не увидел ничего, связанного с «Morte Nera», и ещё то, что на его перстне не было символа чёрного дьявола. Всего лишь синяя змея, пожирающая человека. Коронованная синяя змея. Может, это и не его перстень вовсе. Переодевшись, парень посмотрел на время, понимая, что усталость даёт о себе знать. Он не сможет дождаться Чонгука, сон практически одолел его. Он лёг на диван, натянул на себя тёплый плед и уснул. …Что-то упало, и знакомый голос тихо выругался. Парень вскочил с дивана и сразу встретился с карими глазами. – Что ты тут делаешь? – Чонгук усмехнулся и нетвёрдой походкой подошёл к нему. – Вы пьяны? – Тэхён не верил своим глазам. Он, не отрываясь, смотрел на него, пытаясь определить степень опьянения. – Пьян, – ответил он и бросил пистолет на диван рядом с ним. – Лучше уйди к себе в комнату. – С какой стати я должен уходить к себе в комнату? Вы пьяны, значит, это ваши проблемы. – Когда я пьяный, я злой. – Вы злой даже когда не пьяный. Чонгук усмехнулся и сел на диван. Тэхён отошёл подальше, не зная, как вести себя. Чёрт! От него сейчас мало толку и расспрашивать его о Найте нет смысла. Но, может, он сам расскажет ему о выборах? Надо только немного подтолкнуть… – Что вы так усиленно праздновали? Свою скорую смерть? Чонгук перестал улыбаться и одной рукой попытался схватить его, но реакция у Тэхёна была слишком хорошая, и он увернулся. – Ты радуешь меня только одним – своей реакцией, в остальном ты приносишь одни неприятности. Тэхён даже открыл рот от возмущения, чувствуя, как сильно забилось в груди сердце. Он снова боялся его. Он боялся его в таком виде. Он чуть не схватил его! А если бы схватил, то что бы с ним сделал? – Вы – самая большая неприятность в моей жизни, Чон Чонгук. Я просто возвращаю вам её обратно. Теперь он удивлённо на него посмотрел и, встав с дивана, прорычал: – Уйди, Тэхён, я не хочу тебя видеть! – Он пальцем указал ему на дверь в его комнату. – Ты мне противен. Я смотреть на тебя не могу. Столько гадостей от одного человека! И где его аристократические манеры? – Тогда отпустите меня! Дайте мне свободу, я уйду с большой радостью! Забуду вас, как страшный сон! – Он перешёл на повышенный тон, понимая, что врёт. И, осознав это, он поднял глаза, встречаясь с ним взглядом, – он был зол. Чонгук рывком прижал его к стене. От неожиданности Тэхён ахнул. – Ты не уйдёшь, – прошептал он, – ты врёшь. Он с силой оттолкнул его и убежал в свою комнату, захлопнув за собой дверь. Одно слово крутилось у него в голове: зверь! Тэхён сел на кровать, пытаясь отдышаться. Раньше он от одного его взгляда упал бы в обморок. Почему сейчас ему хочется вернуться и влепить ему пощёчину? За те слова, которые он наговорил ему. Он ему противен! Кажется, так он сказал? Противен! Почувствовав слёзы на своих щеках, он смахнул их дрожащими ладонями. Он не будет плакать! Он не дождётся ни одной слезинки на его глазах. Поднявшись с кровати, он направился к двери, тихо открыл её и вышел снова в гостиную: Чонгук наливал себе виски. Конечно! Он хотел напиться! Быстро преодолев расстояние между ними, Тэхён выхватил бокал у него из рук. – Хватит! – Почему ты не боишься меня? – Он посмотрел на бутылку и поморщился, ставя её на столик. – Хотя бы ненавидь меня. Я же оскорбил тебя. Я сказал, что ты мне противен. Ты не слышал? – Я слышал. – Тэхён убрал руки с бокалом виски за спину. Он вальяжно сел на диван и, глядя на него, улыбнулся. – Повторите эти слова ещё раз. – Зачем? Тебе доставляет удовольствие, когда тебя ненавидят? – Мне доставляет удовольствие, когда мне говорят правду, а не врут, как вы пять минут назад. – Он сел рядом, ставя бокал на столик рядом с бутылкой. – Скажите это ещё раз, глядя мне в глаза, и я уйду. Чонгук перестал улыбаться, недовольно выругавшись: – Чёрт, Тэхён, я всё время забываю, что ты хороший ученик. Он знал, что он врал ему. Он почувствовал эту ложь уже позже, у себя в комнате. Он прочитал её в его взгляде: – Я сомневался. – А теперь? – Он посмотрел на него. – Что ты видишь теперь? Он всматривался в его глаза, в его лицо, понимая, что он не такой пьяный, как показалось вначале. Так почему он наговорил ему столько гадостей? – Я не понимаю вас. – Я сам себя уже не понимаю. – Чонгук встал с дивана и пошёл к себе в комнату. – Иди спать, Тэхён, у нас с тобой завтра очень тяжёлый день.

***

Он не соврал насчёт тяжёлого дня. Мало того что это был последний день перед встречей с Ахмадом, так ещё и множество вопросов не давали Тэхёну сосредоточиться. – Вы боитесь? – Он лежал на животе, целясь из винтовки в воображаемого врага. Чонгук молчал всё утро и первую половину дня. А если и говорил, то коротко и по делу. Может, ему было стыдно за вчерашние слова? Тэхён не мог понять. А может, он молчал, потому что не хотел показывать свой страх. Ему должно быть страшно. Любому человеку, который знает, что его должны убить, станет страшно. Любому нормальному человеку. – Нет. – Он встал с земли и протянул ему руку. – Вставай, нам надо уходить. Здесь становится опасно. Сюда могут приехать люди из «Заед». Тэхён шёл за ним, держа винтовку в руках. Солнце сегодня жарило сильнее, чем вчера, и, представив, как завтра он вынужден будет лежать под ним неподвижно какое-то время, сердце заныло. У него нет права на ошибку! Будь то солнце или что-то ещё – плевать! Ему никто и ничто не должно помешать. Иначе он не простит себя. Радовало только то, что сделка состоится ближе к вечеру, а значит, лучи не испепелят его. – Завтра я собираю всех в одиннадцать утра у себя в кабинете. – Чонгук шёл быстрым шагом, и Тэхён едва поспевал за ним. – Шести часов нам хватит, чтобы всё обсудить и подготовиться. Но у тебя ещё есть время отказаться. – Чонгук остановился и повернулся к нему. – Я пойму тебя. – Вы шутите? Что вы будете делать, если я откажусь? Он пожал плечами, глядя на выжженное поле. Он не видел в его глазах страха. Они были полны грусти и тревоги. – Придумаю что-нибудь, не первый раз. Раньше я справлялся без тебя. Тэхён встал напротив него: – Да, действительно. – Он бросил ему винтовку, и Чонгук одной рукой поймал её. – В таком случае arrivederci, синьор Чонгук. Развернувшись, парень направился к машине. Последние два дня он ведёт себя странно. Сам себе противоречит. То готовит его, стращает, почти насильно порабощает, а в последний момент решает, что без него будет лучше, и готов отказаться от его участия. Почувствовав сильную хватку на своей руке, он вынужден был обернуться: – Пообещай мне кое-что, Тэхён. Чонгук выпустил его руку, и Тэхён удивлённо выгнул бровь. – Что? Что-то сильно испугало его. Нет, не он, не его поведение. Что-то в голосе. Что-то в момент касания его руки. В его взгляде. – Что бы ни случилось, как бы ты ни был в себе уверен, пообещай не стрелять без моего приказа. Пообещай, Тэхён, что уйдёшь ровно через пять минут после моего приезда на сделку. Этого времени мне хватит, чтобы оценить обстановку. Ровно пять минут и ни минутой больше. Если я не дам приказ стрелять, ты спокойно уйдёшь через пять минут. Что он такое говорит? Он даёт ему пять минут, чтобы бежать, и себе эти пять минут, чтобы умереть?.. – Я не могу, – прошептал он, и Чонгук схватил его за плечи, неотрывно глядя ему в глаза. – Поклянись, что через пять минут ты уйдёшь, что бы ни произошло. Даже если мины будут взрываться под нашими ногами, даже если люди Ахмада начнут стрелять раньше нас. Ты должен выполнять мой приказ, а не заниматься самодеятельностью, которая приводит к неприятностям. Между ними пробежал лёгкий электрический разряд. Тэхён продолжал смотреть ему в глаза, он боялся правильно понять его мысли, потому что они вели его в страшном направлении. Медленно вдохнув и выдохнув, он закрыл глаза, чтобы они не видели правду, которую он наконец смог рассмотреть. Ту, правду, о которой говорила Ноэль. Чон Чонгук, бессердечный, беспощадный убийца, который принудил его работать на себя, которому в тот момент было всё равно, дышит он или нет, только что испугался за него… – Поклянись. – Он тряс его за плечи. – Нет, это приказ. Ты слышишь, Тэхён? Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! Он распахнул ресницы. Его руки жгли плечи, он чувствовал их тепло, он чувствовал энергию этого человека. Его взгляд прожигал его насквозь, в них был страх. За него. – Я обещаю. Он вывернулся из его хватки и направился к машине, молясь, чтобы он не заметил его ложь. Он не оставит его умирать, он до последнего будет находиться на своём месте. И если он будет уверен, что ему грозит смерть, он выстрелит даже без его приказа. Пусть он думает, что он наивный мальчик, испугавшийся его, но он уже не тот Тэхён, что несколько месяцев назад пришёл к нему в офис. Теперь он в другом мире. Теперь он живёт этим человеком. И пусть им никогда не быть вместе, он не оставит его умирать. В этом он поклялся себе. Сев в машину, Тэхён почувствовал, как сильно дрожат его руки, и, чтобы Чонгук не заметил этой слабости, он откинулся на спинку сиденья и отвернулся к окну. – Твоим позывным будет номер 1-8-4. Мы не произносим свои имена. – Почему именно 1-8-4? Чонгук пожал плечами: – Первое, что пришло мне в голову. Любому нормальному человеку никогда бы внезапно не пришли в голову такие странные цифры. Можно 7, можно даже 12. Но 1-8-4? Ещё все цифры наоборот. У него не находилось слов. – Вы самый сложный человек на свете. – Заедем в офис, мне надо кое-что сделать, а потом поедем тебя одевать. Чонгук не смотрел на него, заводя машину, но его голос был уже более спокоен. – Во что меня одевать? – Тэхён не повернулся к нему, глядя на проносящийся мимо пейзаж. – У меня всё есть. – У тебя ничего нет. Я хочу, чтобы ты максимально был незаметен. Тебя не должны обнаружить. Спорить с ним было бесполезно, и он промолчал. Подъехав к зданию офиса, Тэхён понял, что соскучился. Соскучился по Муну, по Хосоку и Чимину. Даже по Намджуну и Юнги. Господи, он скучал даже по Мине! – Добрый день, босс. – Мун поднялся, увидев их, и Тэхён улыбнулся. Он кивнул ему, что не ускользнуло от Чонгука, который тут же остановился, слегка прищурив глаза: – Тебе нечем заняться? Открой гараж и позови Хосока. – Слушаюсь, босс. – Мун тут же достал связку ключей и, звеня ими, побежал открывать гараж, говоря что-то по рации. Тэхён посмотрел на Чонгука и увидел в его глазах гнев. Что-то опять было не так. Боги, какой тяжёлый у него характер! – Мун вам ничего не сделал. – Мне не понравился его взгляд. Какая ему разница, какой взгляд у его охраны? – Он на вас даже не смотрел, он смотрел на меня… – Поэтому и не понравился. – Чонгук стал подниматься по лестнице, но остановился на полпути. Слегка обернулся и в приказном порядке скомандовал: – Иди за мной. Тэхён всё ещё размышлял над его словами, прислушиваясь к голосу сердца. А затем быстро догнал Чонгука: – Вы совсем с ума сошли? – прошептал он, но сердце кричало другое. Была ли это ревность? Чонгук обернулся к нему, смотря сверху, и лукавая улыбка заиграла на его губах: – Я уже говорил тебе про охрану. Не смешивай себя с ними, они на порядок ниже. Нет. Не ревность. Всё тот же дьявол Чонгук, всё тот же гордый предводитель своего клана. Он всем давал понять, где чьё место. И от него требовал того же. – Я ваша охрана, если мне не изменяет память, но почему-то я нахожусь с вами под одной крышей. Почему вы не поселили меня в гараже? – Охрана? Ты не охрана. – Он резко задрал рукав его футболки, оголяя плечо с татуировкой в виде кельтского креста. Он наклонился так близко, что Тэхён почувствовал его запах, который стал уже родным и постоянно сводил его с ума. – Что тут происходит? Голос Намджуна заставил Чонгука убрать руку с плеча Тэхёна и отойти. Парень выдохнул. Всё-таки есть бог, который заботится о нём. – Намджун, нам надо выбрать ему машину на завтра. Самую безопасную, которая только есть в нашем гараже. – Самая безопасная стала уже бельмом в глазах «Белых Волков» – твоя «Инфинити». Но после случившегося, боюсь, что на ней нельзя ездить. – Перекрасьте её. Тэхён ахнул от услышанного: – Нет! – крикнул он, и увидел Мину, которая вышла к лестнице, услышав голоса. – Я люблю эту машину такой, какая она есть! Чёрная! Пусть останется чёрной! Это был его подарок. Он дорог ему. Именно эту машину Тэхён впервые увидел, когда приехал посмотреть здание «Morte Nera», на этой машине Чонгук увёз его к себе. На этой машине он мчался с сумасшедшей скоростью, на ней он впервые потерял страх. Эта машина спасла его от Минхо. Чонгук преодолел оставшиеся ступеньки слишком быстро и, поравнявшись с Миной и бросив ключи от машины Намджуну, произнёс: – В зелёный. Он зашёл к себе в кабинет и закрыл за собой двери с такой силой, что Тэхён вздрогнул. – Как в зелёный? – прошептал он в ужасе и побежал за ним. – Вы сумасшедший! Красьте свою машину в зелёный, этот цвет как раз для таких безумных, как вы! Тэхён так же быстро промчался мимо Мины к его кабинету, дёрнув ручку. Но дверь была заперта. – Да, – прошептал Намджун, смотря на секретаршу, – всё ещё хуже, чем я думал. Мина пожала плечами: – Ничего особенного, просто паренёк его сильно раздражает. Он натянул на лицо улыбку и с сарказмом произнёс: – Я вижу, как он его «раздражает». – И тут же прокричал: – Мун, Хосок, выгоняйте «Инфинити»! Будем красить её, – улыбка Намджуна стала шире, и он продолжил, явно наслаждаясь приказом, – в зелёный. – Нет! Только попробуйте тронуть её! – крикнул Тэхён, стуча кулаком по двери. – Откройте дверь! Или выкрашу «Лексус» в красный! Я клянусь, что сделаю это! Дверь открылась, и он упал бы на пол, если бы сильные руки не подхватили его: – В красный? Чонгук захлопнул за ним дверь, закрыл на ключ и засунул его в передний карман джинсов. Следя за его действиями, Тэхён понял, что ему уже не выбраться из его ловушки. Он выиграл. Снова. Чонгук как ни в чём не бывало сел на своё место и стал перебирать документы, лежащие на его столе. Молча наблюдая за ним, Тэхён стоял, не двигаясь. – Присядь, – не отрывая взгляда от бумаг, сказал он, но тот продолжал стоять, игнорируя его просьбу. Или приказ. Не важно. Казалось, ему абсолютно всё равно, стоит он или сидит, главное, что молчит, но спустя несколько минут это молчание начало выводить Чонгука из себя. Тэхён видел, как он посмотрел на него, прищурившись. Он чувствовал, что гнев внутри него возрастает, но продолжал стоять, сцепив руки за спиной. Он тоже будет играть, но по своим правилам. Скоро его нервы окончательно сдадут, и он выставит его за дверь. Он будет умолять Хосока не перекрашивать «Инфинити» в ужасный зелёный цвет. Что за идиотская идея? Почему ему приспичило красить в зелёный? Чтобы слиться с природой, с лесом? Надо отдать должное Чонгуку: мысль изуродовать такую машину только потому, что она бронированная… Боже! В целях его же безопасности. Осознав, что он всё же прав, и чувствуя вину за устроенную сцену, Тэхён вздохнул и закрыл глаза. Он прав, а он опять не прав. И цвет – это мелочь, он ничего не значит. Но он много значил для него. – Я не понимаю, что тебя так расстроило? – нарушил молчание Чонгук, бросив документы на стол, и от этого звука Тэхён опять вздрогнул. – Какая разница: зелёная, белая, чёрная… Цвет не меняет содержимое. Тэхён открыл глаза, и, не смотря в его сторону, кивнул. Но следующие слова внезапно изменили ситуацию: – Она дорога мне как подарок. Ваш подарок. С этой машиной у меня связаны тёплые воспоминания. Чонгук был удивлён, если не сказать шокирован, его заявлением. Ручка, которой он подписывал документы, выпала из его рук. Тэхён обернулся на этот звук, вновь встречаясь с карими глазами, в которых уже не видел гнева. Он, не отрываясь, смотрел на него, и Тэхён растворялся в синеве океана, волны которого захлестнули его с головой. Ему уже никогда не выплыть на берег. Но он и не хотел. Ему было хорошо и одновременно страшно от неизведанного, которое таилось в его глазах. Сейчас он увидел в них то, что хотел увидеть всегда с момента их первой встречи: нежность. Чонгук опустил взгляд, всё ещё пребывая в замешательстве, и поднял трубку телефона, но через секунду положил её обратно, вышел из-за стола и достал ключ от двери. Прошёл мимо Тэхёна, даже не остановившись, и рывком открыл дверь. Он слышал его голос, эхом отдающийся в его сердце: – Намджун, не трогайте машину. Чонгук быстрым шагом спускался по лестнице, а Тэхён бежал за ним, удивлённый и обрадованный его словами. Он отменял приказ! Он послушал его! Что-то заставило его. И это «что-то» было именно тем, о чём говорила Ноэль. То, как он только что смотрел на него, говорило больше всех сказанных слов. Иногда взгляд способен рассказать о многом. Иногда мы не хотим говорить, но наши глаза выдают нас. Он так быстро покинул здание, что Тэхён не поспевал за ним. Проходя мимо шокированной Мины, он слышал её недовольство. Тэхён не знал, что это впервые, когда босс отменяет свой же приказ. В гараже он не замечал людей, переодетых для покраски машины. Он даже не понял, почему они так одеты. Но затем увидел в их руках распылители… Они были уже готовы. Но Чонгук успел. – Не надо, я передумал. Не трогайте машину. – Чонгук выхватил у Хосока распылитель и швырнул его на пол. – Чонгук, что происходит? – Голос Намджуна звучал удивлённо, даже слишком удивлённо. Он перевёл свой взгляд на Тэхёна: – Что, чёрт возьми, происходит?! Увидев свою красавицу по-прежнему чёрной, Тэхён облегчённо выдохнул. Они успели. И подойдя к двери машины, прислонился к ней лбом, закрыв глаза и улыбаясь от счастья. Большего он и не хотел. Он и так получил слишком много. Свою машину и… Открыв глаза, он увидел с другой стороны Чонгука, он рукой провёл по гладкой поверхности крыши, встречаясь с Тэхёном взглядом. – Что за крики? – В гараж вбежали Чимин и Юнги, за ними шла Мина, стуча острыми каблуками. Сегодня она была одета ещё более вызывающе: её юбка была настолько короткой, что это становилось уже неприлично. А вырез на блузке наполовину оголял её грудь. – Ключи. – Чонгук протянул руку Намджуну, всё ещё смотря на Тэхёна. Мужчина вложил их в его руку. – Никогда больше не прикасайтесь к этой машине. – На чём он поедет завтра, альфа? – Подготовьте другую. – Он открыл водительскую дверь и сел за руль, открывая изнутри дверь для парня. – Отойдите все. Его голос был твёрд, как камень, но Тэхён не боялся его. Он сел рядом и захлопнул за собой дверь, ощущая знакомый запах кожаных сидений. Тот самый, что так запомнился ему. Он не променяет эти воспоминания ни на что. Всё тот же мужчина, всё та же машина и свобода. – Поехали, – улыбнулся Тэхён, – испытывать адреналин. Он видел, как он усмехнулся, нажимая на педаль газа: – Двести двадцать? – Да, двести двадцать, – кивнул он, и машина рванула к выходу, оставляя за собой клубы пыли. – Сумасшедшие, – прошептал, улыбаясь, Чимин, – это так ему несвойственно, что я ставлю пятьсот баксов, что через месяц мы будем свидетелями страстного поцелуя. – Ставлю ещё пятьсот, что это случится раньше. – Юнги достал бумажник из внутреннего кармана. – Пятьсот, что это случится завтра, – улыбнулся Хосок, поднимая с пола распылитель с зелёной краской, – после сделки. – Идиоты! – Мина сжала руки в кулаки. – Я ставлю тысячу, что у них ничего не получится. Он убьёт его раньше, чем что-то там почувствует. – Хватит! – прогремел голос Намджуна. – О чём вы говорите? Он ваш босс. Его личная жизнь вас не касается. Занимайтесь своими делами. Они лежали на зелёной траве, на склоне, глядя на пролетающие в небе белые облака. Именно сюда так стремилась его душа с тех самых пор, как Чонгук оставил его здесь с четырьмя ящиками кокаина и уехал на белой «Мазде». Теперь он рядом, и Тэхёну хотелось прижаться к нему, ощутить его тепло, его силу, почувствовать себя в безопасности. Но он не мог позволить себе даже дотронуться до него. Это было бы неправильно. То, что он пошёл у него на поводу и отменил свой приказ, ещё не говорило о том, что у него возникли какие-то чувства. Но то, как он смотрел на него, привело в замешательство. – Смотрите! – Тэхён привстал, пальцем указывая на проплывающие облака. – Что вы видите? – Тучи. – Чонгук лениво посмотрел на небо. – Массовое скопление туч. – Это не тучи, – улыбнулся Тэхён, – это облака, и они прекрасны. Смотрите, вот те, которые вы назвали скоплением, – это церковь. Вы видите крест наверху? Чонгук сощурил глаза, смотря в небо и, хитро улыбаясь, кивнул: – Крест вижу. – Это знамение. Значит, с нами Бог. Он благословляет нас на завтрашний день, и всё пройдёт хорошо. Он засмеялся и закрыл глаза рукой, чтобы не видеть всего этого безумия. – Что вы смеётесь? – видя его улыбку и слыша его смех, Тэхён тоже улыбнулся. – Бог благословляет Дьявола и порождённого Дьяволом на убийства? Нет, Тэхён, ты ошибаешься. Ищи другой смысл. Чонгук прав. Теперь он не с Богом, он принадлежит Чёрному Дьяволу. – Тогда я не знаю. – Он снова лёг на траву и прикрыл глаза. Лёгкий ветерок приносил с собой свежесть, запах хвои и листвы от растущего неподалёку леса, и впервые за долгие месяцы Тэхёну дышалось легко. А может, это не ветер виноват, а спокойствие, подаренное этим мужчиной перед завтрашней тяжёлой битвой? – Если бы ты знал, что тебе осталось жить один день, – произнёс Чонгук, – что бы ты сделал? Тэхён открыл глаза и повернулся к нему. Простой вопрос болью отозвался в его сердце. А ответов было много: – Первым делом я бы поехал к матери в ЛА, попрощаться. Ведь она меня больше никогда не увидит. Потом я бы вернулся, чтобы раздать деньги на лечение больным детям. – Кому? – удивился Чонгук. – Больным детям? А почему ты не отдал все деньги матери? – Я отдал ей деньги, но не всю сумму. Больным детям они нужнее. – Тэхён уже вжился в образ, переживая свой последний день. – Вы против детей? – Он даже слегка разозлился на него за его эгоизм. – Нет. – Он пристально смотрел на парня. – Но на эти деньги можно открыть целую больницу для них. Или даже несколько больниц. Тэхён улыбнулся. Он прав. И как такое не пришло ему в голову? Но ведь у него один день, а за один день вряд ли можно открыть больницу. – Я не успеваю это сделать. Это слишком долгая процедура, я переведу деньги каждому ребёнку лично. Или я оставлю завещание. Да… – Он задумался, видя как он внимательно его слушает. – Я обязую вас открыть больницу для больных детей. – О нет, – смеясь, застонал он и отвернулся от него, – я не переживу этого. Тэхён инстинктивно засмеялся с ним, радуясь своей идее. – Сумасшедший, – прошептал Чонгук, уже не смеясь, а просто улыбаясь. – А что ты сделаешь ещё? У тебя в запасе осталось несколько часов. Тэхён задумался. – Я бы обязательно пошёл в тихое уютное место смотреть мой последний закат с человеком, который мне очень дорог. Может быть, к утру я умер бы у него на руках. Он закрыл глаза, ненавидя себя за сказанные слова, готовый вскочить и убежать в тот самый лес, откуда приносил прохладу ветер. Его рука сильно сжала траву, Тэхён чувствовал, как больно коже от земли, попавшей под ногти. Он готов был закричать от боли. Нет! От своего признания. Молясь, чтобы Чонгук больше ни о чём его не спрашивал и вообще забыл всё, что он ему наговорил, он услышал его шёпот возле своего уха: – Открой глаза. Его взгляд устремился вверх, в красно-жёлтое небо. Закат… Тихое уютное место… Рядом человек, который стал ему настолько дорог и близок, что только в его присутствии ему становилось спокойно, даже несмотря на его взрывной характер. Улыбка коснулась его губ. Ему захотелось, чтобы это мгновение длилось как можно дольше, чтобы они оба перестали думать о завтрашнем дне, о том ужасе, что предстоит испытать. – А что бы сделали вы в свой последний день? Он привстал с земли, смотря вдаль, в ту самую даль, в которую кричал Тэхён, отпуская свой страх. – Возможно, я уже всё сделал. – Он взглянул на него. – Завещание я писать не собираюсь: всё, что я имею, достанется Намджуну. Ехать в Милан у меня нет времени, поэтому я не попрощаюсь с родителями. Но я и не хочу этого. Тэхён, – после недолгого молчания обратился он к нему, – если меня убьют, ты свободен. Я скажу Намджуну, чтобы он отпустил тебя. Поезжай в ЛА к матери, у тебя есть мечты – осуществи их. Ты достоин быть счастливым. Он не верил услышанному. Он не может так говорить, он не может просто так дать ему свободу. Потому что он уже свободен! Единственный плен – это его чувства, от которых ему никогда не избавиться. Даже если он умрёт, он будет любить его всю эту и следующую вечность. – Мои мечты изменились. – Тэхён поднялся с земли, отряхивая мелкие листики с одежды, краем глаза наблюдая за Чонгуком, который тоже встал и направился к машине. Вот и всё. Спокойствие кончилось. Открывая дверь машины, он ещё раз взглянул на небо, которое начало темнеть. Время прошло слишком быстро. Час как минута. Но он запомнил каждое мгновение, проведённое здесь. – Вы хотели подобрать мне одежду к завтрашнему дню. Догадываюсь, что это будет военный камуфляж. Должно быть, зелёный цвет станет моим любимым на ближайшее время. – Ты почти прав. Да, снайпер должен быть настолько незаметным, насколько это возможно. И нет, я не собираюсь одевать тебя в бесформенную военную одежду. Чонгук привёз его в самый страшный квартал города, где царили криминал, наркотики и проституция. Тэхён был прекрасно осведомлён об этом, работая на «Скорой». Частые вызовы на передозировки и его беспомощность в такой момент заставляли страдать сердце. Здесь царила смерть. Смерть не от холодного металла оружия, а от одной лишь инъекции героина. Наркотики предлагали всюду. Им было не важно, кто ты – фельдшер, пожарный или просто человек. И сейчас все расступились, пропуская «Инфинити», нервно потирая ладони от возможности хорошо заработать. Дорогие машины в этом месте не новость, богатые часто покупают наркотики, но задержаться здесь – это подарить себе шанс не уйти живым. Тэхён всё это знал. Зачем он привёз его сюда? Машина медленно ехала по плохо освещённой улице, Чонгук внимательно следил за дорогой, чтобы никто случайно не выскочил на неё. Вдоль дороги стояли местные красавцы – разноцветные парни, пытающиеся заманить водителя дорогой машины. Но он лишь улыбнулся и закрыл окно, пытаясь не дышать с ними одним воздухом. – Знакомься, Тэхён, это местный притон. – Чонгук не смотрел на него, но он повернулся на его голос и увидел в темноте лишь его профиль. – Это бедный мир жалких никчёмных людишек, испортивших свою жизнь наркотиками. Это то, что делает с ними тот самый кокаин, который ты продал Джону. Тэхёна передёрнуло от его слов. – Я продал кокаин Джону, но не им. – А он поставляет его сюда. Здесь идёт мелкая продажа. Основная масса была направлена в более крупные города, туда, где наркотики расходятся гораздо быстрее и в большем объёме. Тэхёну меньше всего хотелось сейчас думать об этом. – Это жизнь, – продолжил Чонгук, – я сказал не в укор тебе. Но хочу, чтобы ты знал – любой человек, принимающий наркотики, сначала большой болтун, затем ходячий мертвец. Вопрос времени. В «Morte Nera» за приём хотя бы раз в целях «попробовать», я стреляю без промедлений. Лично. Не разбираясь. Потому что тот, кто попробовал раз, не откажется от следующего. Члены «Morte Nera» владеют большим количеством информации. Подсаживающийся на героин или кокс продаёт секрет с каждой дозой. Он в страхе кивнул, зная, что он следит за его реакцией. Он кивнул, давая понять, что чист. Он знает это. Но зачем предупреждает? – Никогда не связывайся с наркоманами. Они за дозу продадут родную мать. Они лживы, и в них нет ничего святого. Ты и они из разных миров, запомни это. Тэхён молчал, обдумывая его слова. Он прекрасно всё это знал. Но относился к этому как обычный, нормальный человек. Раньше. Сейчас он уже не просто человек, он убийца, он постоянно находится с главой самой крупной криминальной группировки… И он рассказывает ему о вреде наркотиков. Он – тот, кто убивает и продаёт кокаин и оружие ящиками, только что сказал ему о том, что наркотики – это плохо. – Вы когда-нибудь пробовали? – Мой мозг мне дороже. Мне хорошо и без них. Наркотики вызывают искусственную радость. – Он остановил машину и посмотрел на него. – Зачем мне искусственная, если у меня есть настоящая? Машину тут же окружили люди, но, смотря на них, Тэхён понимал, что на людей они похожи меньше всего. Наркоманы агрессивны и жестоки, они страшны, он их боится. Все перепачканные грязью и испражнениями, собственными рвотными массами – как же ему был знаком этот запах, когда он работал на «Скорой». И как же быстро он отвык от него! Раньше такие люди вызывали в нём жалость. Сейчас – ненависть и отвращение. – Не бойся, они не тронут тебя. – Он достал пистолет и сунул его за ремень, прикрывая футболкой. – Они не знают эту машину, но отлично знают меня. Чонгук вышел из «Инфинити» с ухмылкой на губах. Тэхён последовал за ним, прячась за его спину и боясь смотреть на окружающих. Гул стих, и ему на секунду показалось, что они остались одни. Но подняв глаза, он увидел испуг в глазах людей. Даже такие, как они, боялись Чонгука. – Чья это территория? – прошептал он. – Моя. Он уверенно шёл вперёд, и все расступались, давая ему дорогу. От того, что это была его территория, становилось немного легче. Но глядя на этих грязных людей в лохмотьях, он понимал – от них можно ожидать чего угодно. – Чон! – закричал кто-то из толпы, и в ту же секунду перед ними возник худой рыжий парень с пирсингом на брови и татуировками на руках. – Собственной персоной. Какими судьбами? Мне кажется, я уже платил за этот месяц. Тэхён испугался, но увидел радушную улыбку на его лице, и страх сменился интересом. – Харли, – Чонгук протянул ему руку, и тот тут же её пожал. – Я здесь не для этого, мне надо переговорить с тобой с глазу на глаз. – Бог мой, сам босс «Morte Nera» пожаловал ко мне. Видно, дело не терпит отлагательств. – Он посмотрел на Тэхёна и, снова переведя взгляд на Чонгука, тихо прошептал: – У меня тоже к тебе есть разговор. Пойдём. Тэхён почувствовал, как тёплая рука схватила его за запястье. Он вздрогнул от неожиданности, но быстро успокоился, когда понял, что она принадлежит Чонгуку. Он тянул его за собой, сам идя за рыжим парнем. Видимо, они хорошо знали друг друга. Но о каких деньгах шла речь? – Они вам платят? – прошептал он, и Чонгук слегка обернулся к нему. – Мне платят все, кто хочет иметь покровительство «Morte Nera». Повсюду мелкие бандиты и хулиганы, но Харли контролирует этот участок, не давая разгуляться уличному криминалу. Он контролирует весь здешний оборот наркоты и проституции, а я получаю свои проценты, но в случае внештатной ситуации моя обязанность его прикрыть. Полиция, ФБР – это мои проблемы. Тэхён опешил. Теперь понятно, почему они делят территорию: чем она больше, тем больше денег, но больше и проблем. – Зачем вам это? Вам не хватает на еду? Или, может, вам не хватает денег, чтобы погасить кредит в банке? – прошипел он, чувствуя, как сильнее Чонгук сжал его руку. Он не успел ответить, а может, и не собирался. Очень скоро они оказались возле разваленного дома, и, зайдя в плохо освещённый коридор, Тэхён тут же забыл обо всём. Ступая по деревянному полу, он слышал писк под ногами, не желая даже думать о том, кто издаёт его, и чувствуя, как тошнота подкатывает к горлу. Он закрыл рот рукой. Ему казалось, что он попал в ад и он никогда не закончится. Но он закончился светом, и парню пришлось прикрыть глаза, постепенно привыкая к его яркости. – Что за парень? – Голос рыжего парня заставил его открыть глаза. – Тэхён, это Харли, он следит за порядком в этом гадюшнике. – Чонгук посмотрел на него, отпуская свою руку, и тут же обратился к парню: – Он из «Morte Nera», прошу относиться к нему с уважением. Тем более такому ублюдку, как ты. Парень, усмехнувшись, пожал плечами: – Да без проблем, босс. Про вас ходят разные слухи, Тэхён, – обратился он к нему, и парень понял, что он в связи с особенностями своей «профессии» очень много слышит «извне». – Рассказать? Он машинально кивнул, но Чонгук приказал ему молчать. – Будешь рассказывать, когда я попрошу. Сейчас ты хотел сказать что-то другое. Парень задёргался, переступая с одной ноги на другую и явно нервничая. – Да. Паренёк Сидни напел мне про завтрашнюю сходку. Один из клиентов в пьяном угаре наболтал ему, что Ахмад не придёт лично на сделку, а пришлёт первого помощника, который должен будет застрелить тебя сразу же после сделки. Они получают оружие и деньги. И да, они уверены, что это ты бахнул его парней с коксом. А твой паренёк, продавший его Джону и убивший старшенького тупоголового ублюдка, теперь тоже на повестке дня. Но не у Ахмада. Молчу. – Он прикрыл пальцем губы, помня, что Чонгук запретил ему говорить о нём. – Рассказывай всё. Размышляя над его словами про Ахмада, Тэхён понял, что уже не хочет слушать дальше. Что он скажет нового? Что бог смилостивился и внушил Джону простить его за убийство сына? Едва ли. – Джон попросил Ахмада не трогать паренька, если он будет на сделке. Не стрелять и отпустить живым. Тэхён тут же почувствовал, как подкашиваются его ноги, жаль, сесть было некуда. Он лишь, качнувшись, прислонился к стене, смотря на мужчин. А что, если Джон не держит на него зла? А если он знает, что он стрелял, защищая себя от его насильника-сына? Он видел замешательство на суровом лице Чонгука, он настороженно посмотрел на него, и Тэхён понял, что такого быть не может. – Всё плохо? – испуганно прошептал он. Он пожал плечами и взглянул на Харли: – Откуда такая информация? – Он прижал парня к стене, поднимая за воротник куртки. От неожиданной реакции Чонгука Тэхён вздрогнул. – Паренёк Сидни принимал у себя в борделе первого помощника Ахмада. Он сильно перебрал… – Парень попытался выкрутиться из стальной хватки босса, но ему это не удалось, Чонгук ещё раз ударил его о стену. – Джон даже заплатил за твою голову, но паренька сказал не обижать. – Дьявол, – выругался Чонгук и рывком отпустил Харли, который тут же схватился за воротник, поправляя его, – что он задумал? – Мне это неизвестно, босс. Потом он вырубился и больше ничего не сказал. – Что ты ещё знаешь? – Грозный голос, слишком грозный. Тэхён вжался в стену от страха. Буквально вчера он сам стал жертвой его гнева, точно так же он душил его у стены. – Что паренёк твой. Но кто он и где ты его нашёл – никто не знает. Его уже прозвали Чёрным принцем, потому что он грациозно явился к Джону на сделку в темноте во всём чёрном. – Парень издал нервный смешок. – Он втюхал ему кокаин, а этот придурок купил его, даже не узнав, откуда он. Тэхён и предположить не мог, что слухи разлетаются так быстро. В криминальном мире все были связаны между собой. И судя по всему, Джону было известно про него куда больше, чем он предполагал. Он подставил его с кокаином, он застрелил его сына, он чуть не убил Юн Ноа – и Джон не хочет его убивать? В голове не укладывалось. Возможно, он готовит ему месть страшнее, чем смерть. Они сели в машину, быстро миновав скопившихся возле неё людей. Тэхён не помнил, как вышел из разваленного здания, он уже не слышал писк мышей под ногами. Чонгук так крепко держал его за руку, что, кроме боли на своём запястье, он не чувствовал ничего. – Чонгук, – прошептал он, потирая руку, – может, всё не так плохо? На что вы разозлились? Имея на руках такую информацию, мы можем извлечь выгоду, разве нет? – Что? – Он посмотрел на него, зло сверкнув глазами. – Что ты хочешь предложить? Его крепкие руки сжали руль, и Тэхён поморщился: – Всё просто: вас хотят убить, а меня нет. Я могу пойти на сделку вместо вас. Чонгук рассмеялся, что стало для Тэхёна неожиданностью. Разве он сказал глупость? – Я не верю ни единому его слову. – Чонгук перестал смеяться, поворачивая ключ в замке зажигания. – У меня другая информация: я сам, лично, разговаривал с Ахмадом несколько часов назад. На сделку придёт он. Ты должен будешь убить именно его. Его смерть нам не страшна, без него его люди – ничто. Они не будут мстить за смерть своего главаря, и уж тем более мне. Они трусы. Но если на сделку придёт его помощник, которого ты всё равно убьёшь, мы наживём себе ещё одного врага в лице самого Ахмада ибн Мубарака. Вот он будет мстить, и поверь, не будет разбираться ни в чём, он просто подорвёт всё «Morte Nera» к черту. Он замолчал, задумавшись. – Возможно, всё, что услышал проститутка Сидни, – фальшь, направленная на то, чтобы усыпить мою бдительность. Да ещё и ты… – Он перевёл взгляд на Тэхёна, который внимательно слушал его. – Значит, ты хочешь пойти вместо меня на сделку? Ему казалось, что это лучший вариант. Раз Джон приказал его не трогать, значит, ему нечего бояться. Никто не станет стрелять, сделка пройдёт в нормальном режиме. Тэхён кивнул, абсолютно уверенный в своих убеждениях, увидев, как лукавая улыбка коснулась губ Чонгука: – Ну ты и дурак. Он отрицательно мотнул головой, наблюдая за его растущим удивлением. Парень открыл рот, чтобы сказать этому самоуверенному аристократу криминального мира пару крепких слов в ответ, но в итоге лишь сильно ударил его в плечо. Он засмеялся: – Глупый мальчишка. Они ждут именно тебя. Чонгук выехал на дорогу. – Всегда думай, Тэхён, анализируй, и тогда будешь жить долго. Второй удар ему в плечо, и обиженный парень отвернулся к окну. Он не собирался думать. Он думал сердцем, он не хотел его смерти, а он называет его глупым дураком. Он готов пожертвовать своей жизнью ради него, а он… Чонгук достал мобильный телефон и кинул ему на колени: – Звони Намджуну и расскажи ему всё, что надумал. Это шутка? Очередной экзамен? Как он отвык от его сюрпризов… – Вы с ума сошли? Звоните сами, вы – босс. – У меня болит голова, и я за рулём. Звони, Тэхён. Это приказ. Что он скажет? Каким голосом и с какой уверенностью? Он запутался так сильно, что сейчас рискует запутать всё «Morte Nera». Нервно теребя в руках телефон, он почувствовал, как машина останавливается – Чонгук свернул на обочину, включая габаритные огни: – Мне рассказывали, какой ты был настойчивый, когда заключал соглашение с Ли. Твой мозг работал. – Он смерил его тяжёлым, долгим взглядом, заставляя вспомнить тот безумный день. – Тогда ты ошибся. Не ошибись сейчас. Ему захотелось раствориться в воздухе и больше никогда не появляться у него на глазах. Просто уснуть и проснуться в другом измерении. Чтобы больше не видеть карих глаз и не слышать его строгого голоса. Набрав в лёгкие побольше воздуха, он закрыл глаза, затем выдохнул и начал думать, как поступить завтра. Пойти вместо него? А вдруг это правда ложная информация и на сделке ждут именно его? Ведь только так к нему можно подобраться. В другое время это сделать невозможно, Чонгук всегда с ним. Он открыл глаза и нашёл номер Намджуна. Тот быстро поднял трубку: – Да, Чонгук, я слушаю. – Это не он… – Слишком тихий голос, надо громче и твёрже. – Это Тэхён. У меня информация насчёт завтрашнего дня. – Тэхён, а где Чонгук? С ним что-то случилось? Намджун явно нервничал не меньше его самого, в его голосе слышалась растерянность. Оглянувшись на Чонгука, Тэхён увидел на его губах ухмылку и разозлился: – Что может с ним случиться? У него девять жизней, он живуч как чер… как кот! Он поднялся из самого ада, чтобы испортить нам жизнь… – Тэхён! – прикрикнул Чонгук, гневно смотря на него, но он только гордо поднял голову, давая понять, что рад его реакции. Может, он и убьёт его, но сейчас скорее выхватит телефон у него из рук и сам поговорит со своим помощником. Ожидая подобного развития событий, он молчал, всё ещё держа трубку возле уха. Но Чонгук ничего не делал, отвернулся и смотрел только на дорогу. – Алло, Тэхён, что там у вас происходит? Ты говорил про информацию. Что за информация? Выхода не было. Только представить себя на месте Чонгука и продолжить этот бестолковый разговор. – Ладно… – Он вздохнул. – Возможно, завтра на сделке будет не сам Ахмад, а его помощник, его правая рука. Джон заплатил им за смерть Чонгука и приказал не трогать меня ни при каких обстоятельствах и отпустить живым. – Так, паренёк, – произнёс Намджун, – и что? Где Чонгук? Тэхён улыбнулся, глядя на профиль Чонгука, любуясь им: – Прощается с жизнью. Ему в любом случае не жить. Я бы поменялся с Чонгуком местами, но, боюсь, больше, чем его, они хотят меня. Просто выманивают таким образом. Чонгук повернулся к нему, но парень не смог по взгляду понять – доволен он или нет. – Тэхён, я могу поговорить с ним? Что он решил? – Нет, – улыбнулся он, вживаясь в роль. – У него болит голова. Всё будет так, как решу я. Позвоните Ахмаду и скажите, что мы в курсе его планов. Он будет трусом, если не придёт на сделку лично. А если он не собирается приходить сам, тогда и мы пришлём своего первого помощника. – Тэхён, что ты говоришь?! Первый помощник – это я! – Я про вас и говорю, Намджун. Звоните. И поверьте, никто не хочет вашей смерти. Нам нужна смерть Ахмада ибн Мубарака. – Тэхён! – Намджун перешёл на крик, но он отключился и передал телефон Чонгуку. Забирая его, он довольно улыбнулся: – Можешь, когда хочешь. Глупый мальчишка оказался умным мужчиной. В серьёзных делах сердце должно быть холодным и жестоким. Он должен уметь отключать свои эмоции и чувства. Боже, на секунду ему показалось, что он становится таким, как он! Телефон в руках Чонгука зазвонил, и он ответил: – Намджун… – Господи, Чонгук, что там у вас происходит? Вы оба пьяны? Чонгук поморщился, хотя недовольство его помощника было вполне ожидаемо. Но встретившись глазами с Тэхёном, твёрдо произнёс: – Выполняй приказ, Намджун. Нажав на завершение вызова, Чонгук завёл машину и выехал на дорогу. Тэхён вжался в сиденье, ожидая его недовольства или грубости, но он молчал. – Наверное, это вы должны звонить Ахмаду, – прошептал он, – как глава «Morte Nera». – Ещё одно слово, и ты сам ему будешь звонить. – Коротко и ясно. На что он злится? Что опять он сделал не так? – У вас такой тяжёлый характер. – Тэхён недовольно покачал головой. – Разве я что-то не то сказал? – Ты всё сказал правильно, я просто думаю. – А вслух нельзя думать? Чонгук, нахмурившись, посмотрел на него: – Зачем кому-то знать мои мысли? Всё, что творится у меня в голове, – это моё личное дело, и я не собираюсь никого в него посвящать. Ты доволен ответом? Он кивнул. Разве можно что-то возразить на это? Конечно, можно, если ты – Тэхён. – Голова не лопнет от мыслей, если вы будете ими делиться. – От моих мыслей лопнет твоя голова. Он удивлённо посмотрел на него и засмеялся, заметив улыбку на его лице. Что за мысли у него такие? – Вы думаете одновременно о нескольких вещах? О словах Харли, о завтрашней сделке, о том, дозвонился ли Намджун до Ахмада, о судне, что стоит на причале, битком набитое оружием, о завтрашних выборах… Ой! Он прикрыл рот рукой, понимая, что наболтал лишнего. А что он думал? Молчать про выборы? Рано или поздно он узнал бы. – О выборах я думаю меньше всего. Тэхён облегчённо выдохнул: – И когда вы собирались рассказать мне о них? – Для тебя это так важно? Ли станет мэром. Большой плюс для меня и наших с ним отношений в целом. Он возьмёт на себя все юридические и политические заботы, связанные с органами власти, открывая мне и расчищая путь выше. Наш с ним союз станет только крепче. Чем больше он узнавал, тем грязнее себя чувствовал. Чонгук использует Найта, чтобы подняться выше? До каких пор он будет подниматься? И что значит «выше»? – Шли бы сами в мэры в таком случае! – Не могу, – пожал он плечами, поворачивая налево, – у меня нет вашего гражданства. Резко нажав на тормоз, он остановил машину и отстегнул ремень безопасности. Тэхён посмотрел в окно, не понимая, куда он его привёз. Вокруг стояли тёмные деревья, они волочили по земле свои ветки, а ветер мотал их в разные стороны. Это место пугало его даже больше того, откуда они недавно уехали. Было темно, и ни одного фонаря поблизости. – Вы хотите завести меня в лес, убить и закопать тело? Чонгук поднял бровь от удивления, и тут же на губах возникла хитрая улыбка: – Неплохая идея. Спасибо за совет. Пойдём. – Куда? – Будешь копать себе яму. Неужели ты думал, что это буду делать я? Он шутил. Конечно, шутил. Что-то подобное он уже слышал от него, только тогда он хотел продать его органы. Отстегнув ремень, парень вышел из машины, и тут же холодный ветер заставил его поёжиться. Жутко и страшно. Вокруг ни души. Даже Дракула сто раз бы подумал, прежде чем идти сюда. – Вы уверены, что нам сюда? – Нет, не уверен, я решил просто остановиться и размяться, – съязвил Чонгук, включая фонарик на мобильном телефоне. Тэхён схватил его за край куртки, но он взял его руку в свою, и только почувствовав тепло его ладони, парень успокоился. Чонгук одной рукой раздвигал ветки, давая себе дорогу, но они были настолько колючие, что в итоге ему пришлось разжать руку и отпустить его. – Держись всё же за куртку. Он подчинился, натыкаясь на него сзади и обхватывая руками его талию. Он резко остановился, а тот прижался сильнее, зажмурив глаза. – Ты же киллер, убийца, а не трусиха. Тэхён разжал руки и сделал шаг назад, но тут же споткнулся о ветки и вскрикнул от неожиданности: – Меня кто-то укусил! – Это не я. – Нельзя было найти место поближе? – Поближе слишком просто. – Вы не ищете лёгких путей? Вам надо, чтобы всё было слишком сложно. Чонгук резко развернулся, светя ему в глаза фонариком, и Тэхён снова вскрикнул, закрывая глаза: