Morte Nera

Яркий свет включился так же внезапно, как и пропал, и лифт вновь заработал. – Чёрт, – выругался Чонгук, оторвавшись от его губ, – но это и к лучшему. Я опять поспешил. Он убрал от него руки, поднял пиджак с пола и отошел к дверям. Тэхён трясущимися руками провёл по костюму, разглаживая его, и часто дышал, пытаясь наполнить воздухом лёгкие. Двери лифта, наконец, распахнулись, и их встретил рабочий по лифту, желая что-то сказать, но Чонгук не дал ему этого сделать. – Вы хорошо работаете только тогда, когда не надо. – Он вышел с дьявольской ухмылкой на губах и обернулся к Тэхёну, протягивая ему руку. Его ноги ещё дрожали от слабости, и неуверенной походкой он вышел из лифта, схватившись за его руку. Их пальцы переплелись. – Ты самый красивый омега, Тэхён, которого я когда-либо встречал. Если он скажет что-то ещё, он снова заплачет. Разве может судьба дарить ему столько счастья сразу? – Вы, Чонгук, президент крупной компании, глава «Morte Nera», богатый аристократ из Милана, вы самый красивый альфа, боюсь, что на целой планете, вы завидный жених для миллиона омег, и вы говорите мне сейчас, что не встречали омегу красивее меня? Меня? Ким Тэхёна, омегу младше вас на девять лет, из бедной семьи, не имеющего денег и образования под стать вам? Вы ничего не перепутали? Или завтра я проснусь и это окажется лишь сном? Он нахмурился, размышляя над правдивостью своих слов, а Чонгук улыбнулся, притягивая его к себе. – Глупый, – прошептал он ему на ухо. – Во-первых, ты уже далеко не бедный, во-вторых, девять лет, ты считаешь, много? Даже если бы мне было пятьдесят, моё отношение к тебе не изменилось бы. Разве возраст может быть преградой? Нет, девять лет – это совсем немного. В-третьих, ты не мальчик, Тэхён, ты взрослый мужчина. Из маленького испуганного ребёнка ты превратился в храброго мужчину. И да, я, Чонгук, из миллиона омег выбрал тебя. По-другому и быть не могло. Значит, это не сон. Значит, это действительность, которая так пугала его. Но теперь он не боялся её, он принял свою судьбу. Может, Бог уснул? Или уехал в отпуск? Но что бы там ни было, это самые яркие слова в его жизни, потому что их произнес тот, от кого он хотел их слышать. ??? Тэхён открыл глаза и улыбнулся, смотря на любимого спящего мужчину. Сколько бессонных ночей он провел в мечтах о нём… Сколько раз просыпался от боли в сердце за него… Сейчас он лежит рядом, его рука обнимает его за талию, и эти прикосновения вновь вызывают безумное желание любви, которое он подарил ему этой ночью. Он закрыл глаза, погружаясь в воспоминания о вчерашнем вечере. Переступая порог его квартиры, чувствуя, как крепко он сжал его ладонь, он был шокирован, увидев сотни зажженных свечей, расставленных на полу. – Боже, – прошептал Тэхён, – кто всё это сделал? Он удивлённо посмотрел на Чонгука, который лишь улыбнулся и подхватил его на руки: – Я же обещал тебе сюрприз. Кстати, к свечам прилагаюсь и я. – Как мило. – Тэхён обвил его шею руками. – Я не верю, что сам Дьявол сделал всё это своими руками. – Ты прав, – он коснулся губами его уха, – я попросил Марту. Ты ей так понравился, что она сделала это с большим удовольствием. О боги! Он забыл про Марту, которая находилась где-то в этой квартире! И скорее всего, в той самой комнате, которую Тэхён занял на время её отсутствия. – Её здесь нет. – Он как будто почувствовал напряжение, охватившее его тело. – Она уехала в загородный дом. Это было хорошей новостью. Ещё один неловкий момент, такой, как утром, Тэхён не пережил бы. Или Марта не пережила бы. Возможно, поэтому она и уехала. Сейчас Тэхён лежал в его постели. И лёгкий румянец разливался по его лицу: всё, что было, всё, что он заставил его испытать, не подходило ни под какое описание. Теперь было понятно, почему омеги вешались на него. И хотя Тэхёну не с чем было сравнить, он понимал, что никогда и ни с кем не сможет испытать что-то подобное. Чонгук вызывал у него слезы, которые катились по щекам от наслаждения, а не от боли. Слёзы радости, блаженства, оргазма, любви. Всё это приводило его в недоумение. Но чёрт, ему хотелось плакать! Может, с ним что-то не так? Но думать об этом сейчас – преступление. Тэхён закрыл глаза, пытаясь вновь уснуть, чувствуя, как слегка сжалась его рука на его талии. Он даже во сне пытался чувствовать его, не отпускать от себя. – Доброе утро, – прошептал Чонгук, слегка улыбнувшись, – самое доброе утро в моей жизни. Кажется, он только что признался в том, что он важнее всех. – И в моей. – Тэхён нежно коснулся его волос пальцами, а затем поцеловал в губы, не желая отрываться от них больше никогда. Но звонок мобильного телефона заставил его вздохнуть, а его лукаво улыбнуться. Чонгук молча поднял трубку. За всё то время, что он его знал, Тэхён впервые наблюдал такое «приветствие» абонента. И почему-то оно больно било по нервам. Вспомнив вчерашнее происшествие и груду человеческих тел, он понял, что звонили как раз по этому вопросу. – Ты собираешься приезжать в офис, Чон? Твои люди сейчас с ума сойдут от страха за свои жизни. – Я скоро буду. Тэхён ещё вчера понял, что грозит ему за смерть Ахмада. Внутри что-то сжалось в тугой узел. Как будто почувствовав его волнение, Чонгук дьявольски улыбнулся: – Почему бы тебе не съездить к матери в ЛА? Первая секунда – непонимание. Вторая – осознание. Третья – понимание, что он не шутит! А улыбка… Так он пытается скрыть страх. Страх за него. Схватив Чонгука за руку, Тэхён привстал на постели и прошептал ему на ухо: – Чего это ты вспомнил мою мать? – Мне казалось, сейчас в ЛАе хорошая погода, – так же тихо ответил он. – Скоро Рождество, его полагается справлять с близкими людьми. Разве тебе не приходило в голову познакомить нас? Тэхён тут же отстранился, не отрывая взгляда от его глаз, пытаясь вникнуть в смысл его слов. Пусть хоть мир рухнет, но он не поверит в его желание знакомиться с его матерью. – А если я скажу, что не поеду в ЛА? Чонгук пожал плечами, вставая с постели: – Может, ты хочешь поехать на Рождество в Париж с Лими? – С каких пор ты хочешь избавиться от меня? – Он кинул в него одеяло, и Чонгук, поймав его, снова улыбнулся. Кажется, собственная нагота абсолютно его не смущала. И кажется, она уже почти не смущала парня. – Почему избавиться? Ведь я буду с тобой. Тэхён вздохнул, опуская взгляд на белые простыни. Он сказал, что будет с ним. Тогда он просто обязан жить. – А где хочешь справлять Рождество ты? Его вопрос поверг его в лёгкий ступор, как и его вопрос про ЛА. После нескольких секунд молчания он наконец сказал: – Где можно вдохнуть полной грудью, не боясь за наши жизни. Там, где нет сотовой связи, оружия и смертей. Там, где будут спокойствие и отдых. Это был другой Чонгук. Тот, которого Тэхён ещё не знал. Он видел перед собой совершенно другого человека и не верил собственным глазам и собственному слуху. В душе поселилась слабая надежда, что когда-нибудь он поменяет свои взгляды на жизнь. Звонок мобильного вновь нарушил тишину в спальне и мысли каждого в ней. Сколько прошло с предыдущего звонка? Казалось, без босса люди не способны думать сами, он нужен им постоянно. И Чонгук это понимал. Он ясно осознавал, что никогда не настанет время тишины и спокойствия. Он ответил на звонок по пути в ванную: – Какие картины? О чём вы говорите? Тэхён сразу понял, о чём речь. Те самые картины, которые он заказывал в Италии! Видимо, их привезли в клуб на «Холм Парк». Обернувшись в одеяло, он догнал Чонгука и потянулся к его телефону: – Это я, – прошептал он, и Чонгук кивнул, отдавая ему телефон. Он закрыл за собой дверь, а Тэхён всё стоял на месте, размышляя над его словами и пытаясь понять человека, говорившего что-то про картины. Кажется, их привезли. Кажется, в глубине души его Дьявол хочет покоя. Кажется, он хотел познакомиться с его матерью, а он проигнорировал это. Кажется, он хочет провести Рождество с ним. – Вы меня слушаете? – Незнакомый голос заставил его вздрогнуть. – Я отвезу картины на «Холм Парк». Боже, картины! Достопримечательности Милана! Ему должна понравиться идея повесить такую красоту в клубе. – Отвезите их Луизе Джордани, дизайнеру. И передайте рабочим, чтобы не прикасались к ним, эти картины стоят целое состояние. Я скоро приеду. Тэхён нажал на завершение звонка и выдохнул, стуча в дверь ванной комнаты. Что бы там ни случилось в «Morte Nera», он не позволит Чонгуку уехать. Он открыл дверь с улыбкой на губах и притянул его к себе, обрызгивая водой. Пар тут же обдал его жаром. Или это был жар его тела, прижимающего к нему? Или это его жаркие губы, целующие его в шею? Не важно. Весь мир может подождать. К чёрту картины! К чёрту «Morte Nera»! К чёрту всех! Спустя час и семь пропущенных от Намджуна, они вошли в гараж. – Может, ты передумаешь и поедешь со мной на «Холм Парк»? Ты же должен проконтролировать, куда я повешу картины. – Тэхён открыл дверь «Инфинити», всё ещё надеясь на положительный ответ. Что-то планировалось в «Morte Nera», он чувствовал это, а звонки Намджуна говорили о том, что он нервничает в ожидании босса. Чонгук снял куртку, кинул её на заднее сиденье своей машины и обернулся к Тэхёну: – Решу кое-какие дела и обязательно заеду. – Он подошёл к парню, притянул его за талию, а другой рукой провел по золотистым волосам. – Обещай дождаться меня там. – А мне не придётся ждать вечно? Какие у тебя дела в офисе в воскресенье? Если бы не эти картины, я бы поехал с тобой. Чонгук поцеловал его в лоб, проигнорировав вопросы: – Увидимся на «Холм Парк». Наблюдая, как отъезжает его машина, Тэхён рисовал в голове самые кровавые сцены. Перед ним стоял выбор: ехать на «Холм Парк», заниматься оформлением залов, или поехать в «Morte Nera», где, возможно, понадобится его помощь. Что бы там ни говорил Чонгук, он был нужен им. Конечно, его приезд вызовет вспышку гнева, в последний раз Чонгук чуть не задушил его у стены в подсобном помещении. Что он мог сделать с ним сейчас, когда он ослушается его прилюдного заявления о прекращении его работы снайпером? Кто бы хоть подсказал, что ему делать. Тэхён стукнул кулаком по капоту машины, ощущая легкую боль в руке. Звонить кому-то из «Morte Nera» не было смысла: ни Чимин, ни Хосок, ни даже Намджун не ослушаются его приказа. Никто не скажет ему правду. Ему нужен совет человека со стороны. – Ли! – Тэхён сел в машину, достал мобильный телефон из кармана куртки и нашёл нужный контакт. Абонент не заставил долго ждать, видимо, сегодня многие ему звонили с поздравлениями. – Утро не задалось? – произнес он. – Или ты просто решил спросить, как у меня дела? – С утром всё в порядке, Ли Лесли. Было… – он сделал паузу, обдумывая свои слова, – пока Чонгук не уехал в «Morte Nera». Мне надо с вами поговорить. Мне больше некому позвонить, – он, закрыв глаза, прижался лбом к боковому стеклу, – я в растерянности. – Так-так… – Сначала Тэхён услышал, как напрягся его голос, затем звук закрывшейся двери. – Я слушаю тебя. Но мне кажется, я знаю, о чём пойдёт речь. – Ли Лесли, я знаю всё, что произошло вчера. Но никто не говорит мне правду, все скрывают её, шепчутся за спиной, совершают странные поступки… – Он вспомнил, как внезапно покинули вечеринку Хосок и Мун. – И мне нужен только один ваш совет: скажите, я нужен сейчас в «Morte Nera»? – Наворотил дел твой мальчишка, – вздохнул Ли, – и меня втянул. Теперь, как мэра города, это и моя головная боль. Я дал ему двадцать человек охраны, тебе нет смысла ехать к нему. Я думаю, он тебе и не обрадуется. А что касается его безопасности, на этот счёт можешь не переживать, Джон вряд ли сегодня явится в «Morte Nera». – Но вы не уверены? – Нет, не уверен. Но думаю, я буду первым, кого он сегодня увидит. Как мэр этого города, я не могу оставить нераскрытым такое массовое убийство. Чонгук, кстати, тоже у полиции в списке. А ты, Тэхён, будь тенью. И дай бог, чтобы всё обошлось. Тэхёну показалось, что после разговора с Ли всё стало ещё хуже. Теперь его мысли были сосредоточены на минувшем кошмаре и только предстоящем ужасе. Заголовки газет, скорее всего, уже пестрели громкими заявлениями на этот счёт. – Чёрт, чёрт, чёрт, – шептал Тэхён. Вот почему он отсылал его к матери в ЛАу. Куда угодно. Лишь бы подальше отсюда. – Дьявол. Он ехал слишком быстро, понимая, что нарушает все существующие правила. Ему было всё равно, даже если его остановит полиция. Он нуждался в адреналине, чтобы хоть как-то отвлечься. К счастью, полиции не было, и Тэхён быстро добрался до «Холм Парк» с уже достроенным зданием ночного клуба. Кладка из белого кирпича на двухэтажной постройке радовала глаз. Он уже не был обнесен забором, как в первый раз, когда он увидел «груду кирпичей». Теперь зеленая трава ковром расстилалась вокруг здания, и деревья шуршали листвой на ветру, частично скрывая фасад. Замок, величественно расположившийся на холме. Дворец, который так вызывающе смотрелся на фоне города. Он был именно тем, что хотел увидеть Тэхён. Только такой клуб может подойти Чонгуку. И никакой другой. Парень вышел из машины, любуясь проделанной работой. – Тэхён? Он обернулся на знакомый голос: – Джисон? Что ты здесь делаешь? Сколько времени прошло с их последней встречи? Столько всего произошло… Он боялся увидеть его. Всё изменилось. – Гулял рядом и решил посмотреть на новый клуб. – Джисон засунул руки в карманы джинсов, переминаясь с ноги на ногу. – Помнишь, мы как-то даже обсуждали его с тобой, когда только началось строительство. – Он усмехнулся, глядя ему в глаза. – Это было давно. Последнее было сказано слишком тихо, с ноткой грусти, и в груди у Тэхёна что-то сжалось. – Да, – он опустил взгляд, понимая, что прячет его намеренно, – его уже скоро откроют. – А что здесь делаешь ты? Этот вопрос заставил его вновь поднять глаза. Но взгляд Джисона уже был устремлён на машину, из которой он только что вышел. – Он увёз тебя на ней. Я никогда не забуду эту машину. – Джисон… – Тэхён начал говорить, но парень прервал его: – Я никогда не забуду тот день, Тэхён, когда ты сел в неё и уехал. Ты не вернулся. И уже никогда не вернёшься. Сколько боли было в его словах! Они били его глубоко, оставляя кровавые следы и глубокие раны. Он не думал, что будет так больно. – Тот Тэхён никогда не вернется, – прошептал он, – его больше нет. Джисон кивнул, показывая на аллею, уходящую в другую сторону от клуба: – Пройдешься со старым другом? Или ты настолько поднялся, что тебе неприятно даже стоять рядом со мной? – Что за глупости. – Тэхён даже слегка опешил, но чего можно ожидать от человека, который не знает, чего ожидать от тебя? – Я с удовольствием пройдусь с тобой. – Он повернулся в сторону здания, где его уже ждали рабочие и Луиза с картинами. – Но недолго, у меня тут дело. Он кивнул и слегка улыбнулся, ступая на каменную дорожку. Тэхён шёл рядом, стараясь выкинуть из головы последние месяцы жизни, сейчас ему хотелось быть прежним. Но он был прав, сказав, что тот Тэхён уже не вернётся. Воспоминания то и дело бросали его в водоворот событий минувших дней. Он думал о кареглазом черноволосом мужчине, который мягким баритоном дурманил мозг, говоря на английском с итальянским акцентом, о том, что он делает, о чём сейчас думает… – Ты не ответил на мой вопрос: почему ты здесь? Он остановился, вдыхая аромат леса, думая, что ответить. Но ответ был только один: – Вношу последние штрихи перед открытием клуба. Тэхён отвел взгляд, чтобы не видеть его удивления. Может, он и не был удивлён, но он не хотел это знать. И врать ему не хотел. – Он хозяин? – поникшим голосом спросил Джисон, и парень кивнул, понимая, о ком он говорит. – Я и не сомневался. После нескольких секунд паузы Джисон добавил: – Ты счастлив с ним? Тэхён посмотрел на друга, не сразу поняв вопрос, который неожиданно оказался слишком сложным. Его счастье каждый день было на волосок от смерти. Нашёл ли он счастье? Да. Но было ли оно спокойным? Нет. – Я очень счастлив, – произнёс он твёрдым голосом, – я очень счастлив, потому что я его люблю. Мне не важно, кто он и чем занимается, мне важно, что он находится рядом, делая меня счастливым. Казалось, его удовлетворил его ответ. Идя по узкой аллее, они уже молчали, каждый думал о своём. Джисон первым нарушил тишину: – Я бы очень хотел в это верить. – Он остановился, и Тэхён обернулся. – Прости меня, Джисон. Он сам не ожидал от себя этих слов. Где-то внутри него всё это время сидело чувство вины. Он не должен был манипулировать чувствами Джисона. И хотя он делал это ненамеренно, он чувствовал вину перед ним. – Ты просишь прощение за то, что ты с ним, а не со мной? Джисон улыбнулся, и тепло его улыбки согрело его душу. – Я прошу прощение за то, что пытался найти утешение у тебя. Это неправильно. – Неправильно, если бы ты его не искал, Тэхён. Я всегда знал, что ты не будешь со мной, но надеялся, что ошибаюсь. Сейчас мне одновременно жаль себя, но я рад за тебя. И мне хотелось бы остаться твоим другом. Я всегда готов прийти на помощь, если ты меня позовёшь. – Он протянул ему руки. – Я всегда рядом, если буду нужен. Он бросился к нему и крепко сжал в объятиях. Что-то давящее внутри наконец отпустило его, и Тэхёну стало легче дышать. ??? Быстрым шагом Тэхён пересёк аллею и, открыв массивную резную дверь, вошёл внутрь здания, замерев от удивления. Он не был здесь довольно долго, все эскизы внутренней отделки пересылал дизайнеру Луизе Джордани по почте. Но выполненная работа удовлетворила бы даже самого привередливого аристократа. Широкая лестница, ведущая на второй этаж, скрывала за собой помещение для охраны – это было самым правильным решением Тэхёна, охраны будет много. Минуя холл, парень поднялся на второй этаж, рукой касаясь перил. – Тэхён, наконец-то, – эхом прозвучал голос Луизы, – я думала, что ты вообще не придёшь. Тэхён улыбался, оглядываясь по сторонам и любуясь интерьером. Всё было так, как он хотел: модерн с элементами классицизма. Громоздкие колонны в итальянском стиле и габаритная шикарная люстра являлись той изюминкой, которая обязана была присутствовать в клубе Чонгука. Внутри этого здания царила атмосфера, соответствующая его статусу. Луиза подошла к парню, слегка волнуясь. Она не могла понять реакцию Тэхёна. – Шикарно, – прошептал Тэхён, подходя к большой белой колонне и касаясь её рукой, – ты проделала великолепную работу, Луиза. Мне кажется, наш босс будет доволен. Женщина удовлетворённо выдохнула, радуясь, что угодила парню. Но ведь босс ещё не был здесь, она сама никогда не видела загадочного хозяина этого заведения. Ей было нелегко создавать интерьер только со слов Тэхёна. – Ты уверен, что ему понравится? Тэхён слегка нахмурил брови и серьёзным тоном произнёс: – Нет, не уверен. За два последних дня я понял, что вообще не знаю этого человека. Увидев испуганное выражение лица женщины, Тэхён засмеялся: – Не переживай ты так, – он подошёл к Луизе и коснулся её плеча, в надежде слегка приободрить, – если ему что-то не понравится, у нас есть время это исправить. Кстати, сегодня он приедет, и мы сможем узнать его мнение. Луиза кивнула и указала рукой на красивую дверь из красного дерева. Нечто подобное Тэхён видел в офисе – за такой дверью находился кабинет Чонгука. – Ты сказал, что хозяин должен иметь здесь место для переговоров. Я не очень понимаю, зачем в ночном клубе место для таких вещей, но желание заказчика для меня закон. Он открыл дверь, пропуская Тэхёна в небольшую комнату. Ему нужен свой кабинет везде: в офисе, дома, в ночном клубе. Это Тэхён уже понял. – Остались последние штрихи: украсить стены, повесив картины, создать отсылки к итальянскому стилю и наконец-то дать название клубу. Тэхён кивнул, соглашаясь Луизой: осталось немного, последние детали, но почему-то его пугало именно название этого заведения. Его не было! Его не было даже в мыслях у его Дьявола. Сколько бы он ни спрашивал его об этом, вразумительного ответа так и не получил. Может быть, «Холм Парк»? Пусть так и называется. В народе уже ходило это название. А может быть, Чонгук уже знал, как назовёт, но молчал? Луиза прошла к небольшому окну, солнечный свет из которого падал на овальный стол в центре кабинета, и провела рукой по льняным тканям, которые скрывали под собой картины, стоящие возле окна и ожидающие восхищённых взглядов: – Вот та самая изюминка. Шикарные пейзажи Милана, созданные самым известным мастером Италии. Ты правильно сделал, что заказал работы у него. И пусть их цена запредельно высока, поверь, оно того стоило. Луиза аккуратно сняла серую ткань, обнажая деревянную резную рамку, и Тэхён наконец-то увидел полотно, о котором так много говорила ему Луиза. – Это замок Сфорца, один из самых знаменитых замков Италии. Он расположен в самом сердце Милана и символизирует собой всю многовековую историю города. Как хорошо, что ты выбрал именно его. Кажется, он ничего не выбирал. Разговаривая с агентом из Италии, он просто настоял на трёх вещах: Миланском соборе, Ла Скала и замке Сфорца. И кажется, Чонгук ему рассказывал о двух первых, но умолчал про последний. Тэхён подошёл ближе к картине, пытаясь понять, что в ней особенного, почему все так очарованы ею. Замок казался ему мрачноватым на фоне тёмной ночи, и даже искусственная подсветка на окнах главной башни не спасала, делая его ещё более таинственным. Он коснулся рукой всадника, изображённого над воротами замка и тут же отдёрнул руку, сам не понимая, чего испугался. – Всадник – это сам Франческо Сфорца, – произнесла Луиза, любуясь картиной, – его создал Леонардо да Винчи. – Сам Леонардо да Винчи? – удивился Тэхён и наклонился ближе, пытаясь лучше рассмотреть творение. – А кто такой Франческо Сфорца? Луиза задумчиво улыбнулась, пытаясь вспомнить уроки школьной истории: – Один из миланских герцогов. Этот замок был герцогской резиденцией. Но на самом деле Сфорца являлся тем, кто воссоздал с помощью Леонардо да Винчи этот замок. Поэтому и название в его честь. А до Франческо Сфорца Миланом двести лет правили другие герцоги, из рода Чон. Тэхёну показалось, что он ослышался. Горло свело спазмом, и он закрыл глаза. Он был аристократом, он не ошибся! Он мог быть кем угодно: сыном мэра, губернатора, но ему никогда бы и в голову не пришло, что Чонгук… – Герцоги Чон ещё есть в наше время в Милане? – Официально нет, но неофициально есть. Они богаты, имеют выход в большой свет и в королевские семьи мира, у них во владении много земли Ломбардии, на которых находятся их родовые замки. Они уже не управляют Миланом, как раньше, но их статус в этой жизни не исчерпал себя: их всё так же почитают люди, хоть двести лет все их предки были тиранами. Но история помнит о том, что хорошего миланские герцоги сделали для севера Италии. Род Чон очень почитаем и сегодня. Сердце Тэхёна больно сжалось. Он не хотел говорить о себе, всячески избегал этого разговора. Нет, он не знал этого человека! Для него он был жестоким убийцей, наркодилером, торгующим кокаином и оружием. Может, здесь какая-то ошибка? Может, это шутка? Зачем миланскому герцогу находиться в чужой стране и вершить грязные дела? Зачем ему деньги такой ценой, если у него от рождения их столько, что можно зарыться с головой? Возможно, это ошибка и он просто однофамилец герцогскому роду и не имеет к нему никакого отношения. Собирая мозаику из ответов на свои вопросы, Тэхён лишь больше путался в правде – мозаика не складывалась. У парня была тысяча вопросов. Луиза могла бы ответить хоть на часть из них, возможно, про его семью, про их дом, но Тэхён не хотел слышать от чужого человека то, что он сам мог ему рассказать. Присев на стул, он перевёл взгляд с картины на свои руки, понимая, что всё услышанное так ошарашило его, что они начали дрожать. – Тэхён, посмотри другие картины, – произнесла Луиза, и от её голоса парень вздрогнул. Нет, он больше не выдержит никаких картин, никакой новой информации, касающейся его. – Они связаны с родом Чон? – Нет, это Миланский собор и Ла Скала. Слава богу. Хоть что-то с ним не связано. – Тогда они меня не интересуют. Прикажи повесить их в холл. А эту, – Тэхён поднялся на ноги, указывая на замок Сфорца, – пусть повесят здесь, в его кабинете. Я думаю, он будет рад увидеть её. Но он знал, что он будет не рад! Он уже видел бешенство и гнев в его глазах. Он уже знал участь этого полотна. Дьявол. Он сожжёт его. Снова подойдя к нему, он увидел то, что лучше бы не видел вообще. – Что это? – Тэхён указал пальцем на символ, находившийся справа от всадника: синяя змея, та самая, которую он видел на перстне Чонгука. Синяя змея с короной на голове, держащая во рту… человека. Но и без слов Луизы он уже знал ответ на свой вопрос. – Бисцион. Герб семьи Чон. – Луиза внимательно посмотрела на парня, заметив, как тот побледнел. – С тобой всё хорошо? Тэхён молча кивнул, отступая от картины. Хорошо? Конечно, ему нехорошо! Какого чёрта надо было заказывать эти картины? Но, с другой стороны, у него появится отличный шанс ему рассказать всё про себя. Наконец-то он узнает, что делает этот аристократ вдали от своих владений и чего он хочет добиться, ведя такой образ жизни? Он просто обязан ему всё рассказать. – Попроси рабочих повесить эту картину сейчас же, – произнёс Тэхён, зная, что его ожидает за подобную вольность. – Конечно, отличный выбор для кабинета переговоров. Если наш хозяин истинный итальянец, он оценит этот шедевр. Тэхён усмехнулся про себя. Луиза ещё не знает, что хозяин настолько итальянец, что заставит сжечь это полотно. Рабочие так долго возились с картинами, нервируя Тэхёна по малейшим пустякам, что ему стало ясно: сейчас ему необходимо находиться как можно дальше от людей. Всё происходящее страшно раздражало его. Мужчины в рабочих комбинезонах пару раз чуть не уронили «Миланский собор», а когда очередь падения дошла до «Замка Сфорца», Тэхён и вовсе вышел из клуба на улицу. – Вот же дьявол, – выругался парень, ступая по мягкой траве и подставляя лицо ветру, чтобы тот охладил голову. Как хорошо, что Чонгук не стал заниматься обустройством клуба: он не стал бы переживать и ругаться, просто перестрелял бы всех. Тэхён ещё долго стоял, размышляя над всем случившимся за последнее время, но произошедшее обрушилось не только на него: Чонгуку сейчас гораздо сложнее, он вынужден нести груз ответственности за трупы, подкинутые им Джону. Полиция, Джон, ещё он со своей правдой о его происхождении… Если он задушит его, он поймёт. – Чёрт, – снова выругался Тэхён, чувствуя вибрацию телефона. Но, когда он увидел абонента, сердце застучало сильнее: – Как ты? С тобой всё в порядке? – Сколько вопросов. – Мягкий волнующий баритон заставлял его сходить с ума. – Я даже не успел вставить ни слова. – Я волнуюсь, – лёгкий шёпот в трубку, – и скучаю. Не могу так долго без тебя. – Чёртов Ли вызывает меня к себе, я уже готов застрелить его, но встреча для меня важная. Звоню, чтобы сказать, что немного задержусь. И да, я тоже скучаю по тебе и хочу кое-что предложить: ты не против провести несколько дней в загородном доме? Тэхён улыбнулся, прикрыв глаза: – С тобой куда угодно. – Отлично. Я уже договорился с Мартой, она дождётся нас, а потом уедет в город. – Зачем ты гоняешь бедную женщину туда-сюда, пусть остаётся с нами. – Хочу быть только с тобой. Только ты и я. Тэхён сильнее сжал рукой телефон, понимая, на что намекает Чонгук. – Только ты и я, – прошептал он, – мне больше никто не нужен. – Тогда до встречи на «Холм Парк». Я приеду и увезу тебя туда, где нам никто не будет мешать. Он положил телефон в карман и, улыбаясь, развернулся ко входу в клуб, где его ждали… Чёрт! Картины! После того как он увидит «Замок Сфорца», его злости не будет предела! Вряд ли после этого его предложение с загородным домом будет в силе. Но выхода не было. Когда-то надо начинать разговор на эту тему, и, если он ему дорог, он не передумает насчёт нескольких дней, проведённых наедине. Оставалось только надеяться и верить… Несколько часов Тэхён и Луиза занимались подготовкой кухни. Эта была самая большая кухня из всех, что когда-либо видел парень. – Ты уже нашёл шеф-повара? – спросила Луиза, но Тэхён пожал плечами. Нет, ему пока некогда было этим заниматься, он учился убивать. – Могу подсказать отличного шеф-повара из Италии, он с удовольствием переедет сюда за хороший гонорар. Интересно, если тот самый повар узнает, что будет работать на человека из старинного рода Чон, будет ли он это делать за обычный гонорар? Тэхён даже поморщился от подобных мыслей: экономить его заставляли обстоятельства, теперь жизнь другая – богатая, и он всё никак не мог привыкнуть к этому. Потом они перешли в залы, обошли каждый угол, посмотрели каждый стол и стул, барные стойки, подсветку. Всё было великолепно, даже не верилось, что ещё полгода назад здесь была лишь груда кирпичей. – Когда хозяин планирует открытие? – На Рождество, – Тэхён коснулся барной стойки и провёл по ней рукой, – уже скоро. – Тогда ему просто необходимо придумать название. Надо уже заказывать вывеску, – произнесла Луиза не очень довольным тоном, – можно не успеть. У вас осталось мало времени, надо нанять персонал. О господи! Столько всего ещё надо сделать, но Тэхён очень хотел провести несколько дней вдали отсюда и не думать ни о каких мирских проблемах, забыть про Джона, про Ахмада, про «Morte Nera», про Ли, про ночной клуб, просто уйти на время от всех проблем и полностью отдать себя любимому человеку. – Луиза, я хочу, чтобы ты была менеджером этого заведения. Женщина удивлённо посмотрела на него, отрицательно качая головой. Лучше Луизы уже не найти, она работоспособная, умная, целеустремлённая, умеет контактировать с людьми, умеет командовать. Она итальянка и лучший выбор на эту должность. – Тэхён, я дизайнер, а не менеджер. Я не умею заниматься вопросами управления. – Я заплачу тебе вдвое больше того, что плачу сейчас. Подмигнув, Тэхён гордо направился в кабинет переговоров, но слова женщины его остановили: – Я не могу. – Втрое. И ещё кое-что… – Он повернулся к Луизе, рукой приглашая её войти. – Есть ещё кое-что, от чего ты не сможешь отказаться – твой хозяин. Работать на него очень престижно. Это я тебе гарантирую. Луиза задумалась, чем порадовала парня. Она не сможет отказаться от больших денег. Кажется, они правят миром. И кажется, Тэхён сейчас купил благодаря им отличную помощь. – А если хозяин не захочет? Я думала, менеджер ты. – Ты ошиблась, я… – Тэхён даже не мог сказать, кем приходится. Он сам не знал. Кто он? – Смотри, сколько машин! – крикнула Луиза, показывая пальцем в окно. Тэхён тут же забыл свои вопросы, глядя, как несколько чёрных машин подъехали к зданию. Одну он узнал сразу – «Лексус». И сердце застыло. – Это он, – прошептал парень, взглянув на картину. Время пришло. – Встретим его в холле. С ним всё в порядке, он жив. Джон не приехал в «Morte Nera». Видимо, Ли постарался. Слава Ли Лесли ! Тэхён сбежал по лестнице слишком быстро от переполнявших его радости и счастья. Пусть минутного. Он кинулся в его объятия, как только он пересёк порог здания, не давая ему времени на осознание происходящего. А Чонгук был не против, крепко сжимая его и улыбаясь вместе с ним: – Я люблю этот чёртов клуб, – прошептал он ему на ухо, касаясь рукой волос. – А я люблю видеть тебя. – Я люблю касаться тебя. Он засмеялся, слегка отстранившись, и только сейчас заметил Намджуна, зашедшего следом за Чонгуком. Неловкий момент, и улыбка Тэхёна спала. – Можете продолжать, – усмехнулся тот, оглядываясь по сторонам и рассматривая интерьер. Но продолжать уже не хотелось. Посмотрев в глаза Чонгука, Тэхён вздохнул, понимая, что та счастливая минута закончилась. Слишком быстро. Но он всё ещё продолжал держать его за руку. Кажется, он сказал, что любит касаться его. – Сказать «шикарно» – ничего не сказать, – произнёс Намджун, и Чонгук тут же отпустил его, вспомнив, где он находится. Кажется, ему всегда было всё равно, но сейчас в его глазах читался восторг и удивление: – Как ты смог из груды кирпичей сделать такое? – Вам нравится? – спросил Тэхён, осознанно переходя на «вы». – Очень. – Он улыбнулся и задержал свой взгляд на его губах. За целый сумасшедший день в ожидании Джона и встречи с Ли усталость отчётливо проявилась в его глазах. Но этого никто не заметил. Кроме него. Тэхён слишком хорошо знал его. Он видел его счастливым, задумчивым, злым, жестоким, любящим… Он мог быть разным, и он всегда угадывал его настроение. Сейчас он, не отрываясь, смотрел на него, и, казалось, ему всё равно, где он находится, просто он хотел касаться его, и так ему становилось легче. – Это всё благодаря Луизе. – Тэхён позвал стоящую в стороне женщину, чтобы наконец представить ей хозяина клуба. – Наш великолепный дизайнер – Луиза Джордани, надеюсь, она согласится стать менеджером и продолжит здесь работу. – Парень улыбнулся, указывая на Намджуна: – Намджун, правая рука… – Запнувшись, Тэхён слегка нахмурился и посмотрел на Чонгука. Как только он произнесёт его имя, Луиза обо всём догадается, – хозяина этого заведения. Намджун, осознав, что перед ним коренная итальянка, улыбнулся и пожал ей руку. – А вот и сам хозяин. – Парень глубоко вздохнул, и это не ускользнуло от взгляда высокого статного мужчины. Кажется, он чувствует его волнение. Кажется, он что-то подозревает. Кажется, будет скандал. А виноват будет он. – Луиза, позволь представить тебе Чонгука… – он сделал невольную паузу, – Чон. – Матерь Божья, – услышал Тэхён позади себя шёпот женщины. ??? Чтобы отвлечь удивлённую Луизу от объекта с царскими корнями, Тэхён попросил её провести экскурсию по зданию клуба, и та с большим удовольствием и не меньшим страхом согласилась. – Что хотел Ли? – прошептал Тэхён, отвлекая Чонгука от «гида». – Кое-какие формальности насчёт вступления в новую должность. – Он посмотрел на него и улыбнулся. – Ничего особенного. Ложь. Но он кивнул, улыбаясь и делая вид, что поверил. По крайней мере, он лгал ради него. – Почему тогда ты приехал с целой свитой охраны? Чонгук резко остановился: – Ты слишком много думаешь. – Ты сам учил меня этому. – Я забрал свои слова обратно. Теперь твоя голова не должна думать обо всём, что происходит в «Morte Nera». Подумай о чём-нибудь более приятном. Он стал подниматься по широкой лестнице, догоняя Луизу и Намджуна, но внезапно остановился и обернулся к Тэхёну. Его взгляд не был злым, сказанные слова не пылали злобой, напротив, они имели глубокий смысл и больше напоминали просьбу. Он просил. И ему захотелось броситься в его объятия, вдыхать его запах, ощущать теплоту его тела, чувствовать его дыхание на своей коже. Боже! Сейчас он поднимется в свой будущий кабинет и увидит то, что приведёт его в бешенство! И все планы на ближайшие несколько дней, тишина загородного дома, рухнут и разлетятся на мелкие кусочки. Идея повесить эту картину была самой отвратительной из всех, что приходила ему в голову. Но, с другой стороны, это была отличная проверка его чувств. Сможет ли он побороть свою гордыню, злость, остудить итальянский темперамент, и, наконец, рассказать ему о себе, о своём доме, о своём детстве, о своих желаниях, тайнах, раскрыть секрет своего настоящего? Если он так дорог ему, как он говорит, то сегодня ему выпадет отличный шанс это доказать. – Тэхён, с тобой всё в порядке? Он вновь взглянул в глаза, любуясь их цветом. Это было безумием. Он так любит его, что готов сделать что угодно, только бы он сейчас не входил в тот проклятый кабинет. Он не может потерять его из-за желания докопаться до истины. Он не сможет жить без него. Шаг назад? Ещё есть время, чтобы всё исправить. – Тэхён, мы идём? – Голос Луизы вывел его из размышлений. Ещё есть время… Ещё не поздно… Или… – Что ты скрываешь? – Он стоял уже совсем близко, спустившись на несколько ступеней и поравнявшись с ним. От него разве можно что-то скрыть? Он натянул улыбку, чувствуя, как за ними наблюдают Луиза и Намджун. – Ничего противозаконного. – Он рукой указал наверх. – Вперёд, я хочу показать вам ваш кабинет. Он усмехнулся и кивнул, пропуская его. И Тэхён, быстро преодолев ступеньки, прошёл через первый зал к кабинету. Чонгук уверенно прошествовал за ним, по дороге рассматривая всё, что его теперь окружало, и это «всё» ему явно нравилось. Он был доволен тем, что видел. Это «всё» ему подходило – величественное, аристократическое, таинственное. – Вам нравится? – тихо поинтересовалась Луиза. – Здесь находится ресторан, дальше уже ночной клуб с приглушённым светом. – Она указала рукой на дверь из красного дерева: – Между двумя залами ваш кабинет, синьор. Тэхён настоял на нём. Все помещения для персонала находятся за вторым залом. Помещение для охраны – на первом этаже. – Я более чем удовлетворён, Луиза. Всё именно так, как я представлял. Женщина мило улыбнулась: – Эта заслуга Тэхёна. Я только выполняла его просьбы. И я очень рада, что вам всё пришлось по душе. Теперь ваша очередь помочь нам и дать название этому клубу. Если вы хотите открыть его на Рождество, стоит поторопиться, чтобы заказать вывеску. Чонгук прошёл к своему кабинету и открыл дверь. В эту секунду сердце Тэхёна остановилось. – Насчёт названия я подумаю и в ближайшее время позвоню тебе, Луиза. Лично. – «Холм Парк» было бы отлично, – прошептал Тэхён. – Может, «Morte Nera»? – тут же озвучил идею Намджун. – Я подумаю и позвоню, – повторил Чонгук и зашёл в кабинет. Тэхён видел, как удовлетворённо улыбнулась Луиза и вошла за ним. Намджун зашёл следом, и только Тэхён, стоя у порога, затаил дыхание, пытаясь заставить себя войти и увидеть его реакцию на картину. Самую дорогую за последнее время покупку, которая, возможно, обернётся для кого-то потерей. Сделав над собой усилие, Тэхён прошёл в кабинет и услышал слова Луизы: – Синьор, наверное, это совпадение, сегодня привезли картины, заказанные в Италии, две вы видели в зале ресторана, а вот «Замок Сфорца» мы решили повесить сюда. Кажется, Намджун что-то прошептал. Тэхён точно не был уверен в этом. Стоял рядом с Чонгуком и видел в его взгляде сначала непонимание: он смотрел на полотно широко раскрытыми глазами. И только потом Тэхён понял – это удивление. Пара секунд. За какую-то пару секунд он всё понял и перевёл потемневший взгляд на него. – Что это? – Не бархатный голос, не шёпот – он просто изверг эти слова, как огонь. Луиза от неожиданности вздрогнула. Кажется, Тэхён тоже когда-то вздрагивал от неожиданности. Но теперь он был к этому готов, просто стоял и молчал. Говорить должен он. – Дьявол, какого чёрта! – Гук, давай выйдем. – Намджун хотел как лучше, хотя знал, что его босс никого не послушает. – Тэхён, я убью тебя! – крикнул Чонгук и сорвал картину со стены. – Это твоя идея! Тяжёлая рама с грохотом разбилась об пол. – Чтобы я больше никогда, слышишь, – он прижал парня к стене одной рукой, сверля его взглядом потемневших глаз, – никогда не видел её здесь. Ты не имел на это никакого права. Тебя не касается то, о чём я молчу. Его слова болью отозвались внутри. Он не имел права. На что тогда у него есть это право? И есть ли оно вообще? Чонгук отпустил его так же внезапно, как и налетел. Все молчали. Никто не хотел попадать под руку разгневанному Чон. И Тэхён, увидев испуганную Луизу, захотел успокоить её, потому что он прекрасно помнил, каково это – испытывать страх от его грозного голоса. – Проклятие! – грубый голос. Твёрдый. Грозный. Он не в себе. – Сожги её! И больше никогда не лезь в моё прошлое! Тэхён, всё ещё прижимающийся к стене, молча смотрел в его почерневшие глаза. Внутри всё умирало от его слов, но он заставлял свои чувства воскресать, не давая его гневу победить их. Если бы не стена, Тэхён сделал бы шаг назад, как всегда. Но сейчас, когда всё изменилось, когда он перестал быть нанятым им убийцей, он гордо шагнул вперёд, не отрывая взгляда от его глаз: – Что ты сделаешь со мной на этот раз? Было видно, как он удивился его храбрости, раньше он не бросал ему вызов, и от безысходности он просто прорычал: – Не хочу тебя видеть! – Гук, он не знал, – встал на его защиту Намджун и тут же получил грозный ответ. – Не защищай его, он прекрасно всё знал. Чон быстро покинул кабинет, и Тэхён почувствовал, как кружится голова и как болит сердце, как разрывается душа и как сильно хочется кричать и заливаться слезами. Он чувствовал, как дрожат руки. Но не подавал вида, смотря на шокированную Луизу. Руки Намджуна сочувственно легли той на плечи: – У него это пройдёт. Он не ушёл за своим боссом, и это было странно. Он слышал, как Чонгук завёл машину. Он уезжал. Без него. Он не хотел больше его видеть. – Ты говорила, тираны? – спокойно произнёс Тэхён, обращаясь к Луизе. – Ты только что познакомилась с одним из них. Женщина кинулась к картине, пытаясь поправить рамку, но та была разбита. Полотно осталось цело. – Я не могу её сжечь, – прошептала она, – это кощунство, это неправильно. – Это его приказ, – произнёс Намджун, – я помогу тебе. – Нет! – тут же вмешался Тэхён, привлекая к себе внимание. – Нет! Повесьте её обратно. Ему придётся привыкнуть к ней и понять моё желание. – Ты с ума сошёл? – Намджун схватился за голову. – Ты бросаешь вызов его гневу. Он всё равно избавится от неё. – Пусть сделает это своими руками. Тэхён вышел из кабинета и быстрым шагом сбежал вниз по лестнице, чувствуя, что задыхается в этом здании. Выбежав на улицу, он вдохнул полной грудью, пытаясь остановить рвущиеся наружу слёзы. Он уехал. Он оставил его. Оставил желание быть с ним. – Принц Тэ! Что случилось? Хосок и Мун тут же подбежали к нему, и он заметил удивление на их лицах. Он бросил своих людей. – Всё хорошо, Хосок. Куда он поехал? Но он и так знал куда. Легко догадаться. Он уехал туда, где мог выплеснуть свой гнев, где мог его оставить, как когда-то он оставил там свой страх. Где однажды он бросил его с кокаином, где не так давно он лежал рядом с ним, рассматривая облака. Он знал про него больше, чем ему казалось. И ещё он знал, что его слова, брошенные им сегодня, – всего лишь броня, он скрывал свои чувства под оболочкой гнева. Мун указал ему дорогу со словами: – Что нам делать? Я поеду с тобой. – Нет, – он рукой остановил его, – у вас был тяжёлый день. Как обстановка в «Morte Nera»? Кто там остался? Хосок тут же дал знак ему молчать. Ведь был приказ. Но Мун разозлился, грозно крича на него: – Он имеет право знать! Тэхён – единственный адекватный человек! – Он повернулся к нему. – В офисе всё спокойно, Джон не появлялся сегодня. Встреча с ним была у Ли. Значит, Чонгук встречался с Джоном. Значит, нет смысла держать людей наготове. – Я отпускаю вас, поезжайте домой. Он увидел, как из машин стали выходить люди. Охрана «Morte Nera», казалось, собралась в полном составе. Наверху же был Намджун, который пытался привести в чувство Луизу. Ему сейчас явно было не до охраны. – Где люди Ли? – Чон оставил их у него. Они нам больше не нужны, – кивнул Мун. – Слишком напыщенные индюки, такие же как и их босс. – Э-э-э, – Тэхён взмахом руки прервал его речь, – не говори того, чего не знаешь. Сейчас мы полностью зависим от Ли, и он – единственное наше спасение. К тому же у него есть чему поучиться, например выдержке. – Прости, – опустил голову Мун, – ты прав. Тэхён кивнул и направился к своей машине, но его остановил голос одного из охранников, кажется, Германа: – Почему мы должны выполнять ваш приказ? Он остановился, обдумывая его вопрос, медленно расстёгивая молнию на коротенькой джинсовой курточке: – Можешь не выполнять и стоять здесь до завтра. – Он сознательно оголил плечо с большим кельтским крестом. – А можешь посмотреть на это, послушать меня и ехать домой. Всю ответственность я беру на себя. Мун довольно улыбнулся и подмигнул Хосоку. – Принц Тэ, – произнёс Хосок, – при всём моём уважении к вам, но… Если мы нужны боссу? – Вы ему уже не нужны. Его не будет несколько дней. – Он приблизился к ним, всматриваясь в родные лица. – Вчера вы отлично поработали, вы были лучшими, вы стеной стояли за «Morte Nera». Я считаю, что после такого необходим отдых. Я даю вам два дня и лично беру на себя ответственность за это. Вы живые люди. И вы устали. – А как же охрана здания «Morte Nera»? – Хосок составит график. Двух человек хватит. Будете меняться сменами. Таким образом, отдохнут все. Он развернулся к машине, слыша как кто-то засвистел: – Если есть ангел на свете, принц Тэ, то это вы, – произнёс Хосок. – Мы никогда этого не забудем. Его очередная выходка уже не выведет их босса из себя больше, чем картина «Замок Сфорца». Ему останется только убить его. Но чёрт возьми! Он имел право голоса в «Morte Nera», пусть кричит, если у него хватит на это сил. Не он ли сделал ему большой крест на плече? Не он ли дал ему право на голос? И этот голос был сильнее, чем у кого-либо! Тэхён сел в машину, крепко схватившись за руль и на секунду закрыл глаза. Набрав в лёгкие воздуха, он выдохнул, чувствуя расслабление, и, надавив на газ, поехал в сторону обрыва. Он там. В гневе. Он не хочет больше видеть его. Его слова вновь и вновь резали ему слух, он всё быстрее и быстрее гнал машину и, выехав за город, нёсся на скорости в двести двадцать, пытаясь забыть все брошенные им слова. Надо уметь понять человека. Понять и простить. Надо попытаться поговорить с ним. Надо заставить его всё рассказать. Так не могло больше продолжаться. Это душило их обоих. Резко остановив машину возле его «Лексуса», Тэхён вышел, громко хлопнув дверью. Так же сильно стукнуло его сердце, когда он увидел стоящего к нему спиной Чонгука, смотрящего на закат. Он слегка повернулся на звук. Молча. Он знал, что это он. При виде него Тэхёну захотелось заплакать, захотелось умолять простить его. Всё ещё подбирая фразы, он не мог произнести ни слова. Их столько было в голове, пока он мчался сюда… И вот он здесь, а их уже нет. Ступая по мягкой зелёной траве, он остановился в нескольких шагах от него, не рискуя подходить ближе. Дыхание сводило, его руки дрожали, и он, не обращая на это внимания, посмотрел вдаль, на оранжевые облака, закрывающие собой уже почти ушедшее за горизонт солнце. Самая красивая картина, которую он когда-либо видел. Самый тихий закат. Самый любимый человек… И тут его сердце не выдержало – Тэхён бросился к нему, обхватив руками грудь, касаясь лбом его спины, закрыв глаза, вдыхая его запах, ощущая его тепло, и чувствуя… как его руки крепко сжали его ладони. И слёзы покатились из глаз. Он сильнее обнял его, боясь потерять, боясь, что сейчас он отвергнет его: – Я не могу без тебя, – прошептал он ему в спину, – но я не могу быть с тобой, если между нами пропасть, которую ты роешь сам, пытаясь убежать от своего прошлого. Он резко развернулся, расцепив его руки, и губами впился в него, руками касаясь его лица. Тэхён вновь ощущал сладость его поцелуя, его силу, его губы, его язык, проникающий в него… Он оторвался от него так же резко, как и поцеловал, но, всё ещё находясь в той интимной близости, что создал сам, произнёс: – Я солгал. – Он пальцем провёл по его щеке. – Я хочу видеть тебя всегда, я ненавижу своё происхождение ещё больше, потому что оно причиняет теперь боль тебе. – Оно не будет причинять мне боль, если ты поделишься со мной тем, что так тебя терзает. Чонгук вздохнул и закрыл глаза, лбом касаясь его лба: – Я накричал на тебя… – Не в первый раз, мне не привыкать. – Я испугал тебя. – Я осознанно пошёл на это. Я не испугался. – Я люблю тебя. Тэхён отстранился от него, смотря в его глаза и не веря в услышанное. Он сто миллионов раз простил ему всё: грубость, жестокость, гнев на него, потому что любил. Наконец он сможет очистить свою душу перед ним. Как долго он терпел, молчал об этом, как сильно разрывалось его сердце при виде него! – И я люблю тебя, – прошептал он, смотря в его бездонные карие глаза, – больше жизни. ??? Тэхён лежал на траве, прижавшись к груди Чонгука и слушая мягкий баритон, дарящий ему спокойствие и умиротворение. – Мне выпало несчастье родиться с титулом старинного герцогского рода Чон. Вместе с ним кроме богатства и известности я унаследовал целую гору того, что меня раздражало: ещё задолго до моего появления мои родители знали, кем я стану, куда поеду учиться, какими будут мои интересы, моё хобби. Они даже планировали мою свадьбу. Ещё задолго до моего рождения. Тэхён, ты понимаешь, что такое родиться в семье, где приходится жить так, как того требуют правила? Что тебе есть, как тебе спать, с кем дружить, что читать. Они заставляли меня улыбаться, когда мне не хотелось этого делать. «Твой титул обязывает тебя прятать свои чувства и эмоции! Титул обязывает быть тем, кем тебя хотят видеть люди!» – это слова моего отца, так же говорил ему мой дед, а тому – прадед и так далее. Все местные газеты следят за каждым твоим шагом, ты должен быть идеалом для людей, ведь ты из знатного рода. Семья Чон уже не правит Ломбардией, как много веков назад, но она всё так же близка католической церкви, Папе Римскому, как последние правители Милана. Моя семья встречается с другими титулованными особами: в Испании, во Франции, в Германии, их много. И несмотря на то что многие страны уже давно поменяли политический режим, эти семьи не утратили свой статус. Это другой мир. Он сел, пытаясь собраться с мыслями. Разворошил свою душу воспоминаниями о себе как о человеке, а не убийце. Тэхён коснулся его плеча, садясь рядом. «Другой мир» – кажется, так он сказал. И кажется, точно так же он говорил о криминальном мире в начале знакомства. Так сколько же миров у него? В каком мире живёт Чонгук Чон? – Мне просто однажды надоело. – Он повернулся к нему. – Я уехал учиться в Британию и не вернулся в Милан. Я понял, что не смогу жить по правилам рода, мне хотелось своей жизни. Мне надоело, что за меня всё решал мой отец, мне не хотелось напыщенности замков, мне не хотелось продолжать дело отца и ковыряться в собственных землях. Я хотел свободы, которую наконец почувствовал к двадцати двум годам. Из Британии я направился на Сицилию, где познакомился с человеком по имени Джино, он торговал оружием, отправляя судами на восток. Так я стал его правой рукой и вскоре познакомился с Ахмадом ибн Мубараком. Мы сотрудничали год, пока я не понял, что не могу подчиняться кому-то, – он усмехнулся, – наверное, в моих венах всё же течёт кровь герцогов, они насилием и смертью прокладывали себе дорогу к престолу Ломбардии. Так же я проложил себе путь к престолу «Morte Nera», создав себя и своё имя с нуля. Тэхён губами коснулся его плеча. – Почему ты выбрал это место? – прошептал он, чувствуя, как его пальцы касаются его волос. – Я его не выбирал. Оно выбрало меня само. Здесь уже был человек, держащий город в ужасе. Я случайно оказался здесь, передавая ему товар. – Чонгук вздохнул, и Тэхёну захотелось узнать, о каком человеке идёт речь. Неужели в этом городе всегда был криминал? – Кто был этим человеком? – Джон Ли. Он удивлённо посмотрел на Чонгука, теперь только начиная понимать. – Вот откуда эта вражда между вами. Ты забрал у него всё, что он имел. Но как у тебя это получилось? Ведь ты был один. – Нет. Во второй раз я приехал уже не один. Со мной был Намджун и зачатки «Morte Nera». Мы стали собирать группу, покупали людей. Деньги, заработанные от продажи оружия, мне в этом помогли. За деньги можно всё. Il denaro è una chiave che apre tutte le porte. Деньги – ключ от всех дверей. Теперь Тэхён понимал, почему деньги для него имели такое значение, кажется, он даже его купил, но, в отличие от других, Тэхён согласился работать на него не ради денег. А ради… Сначала из-за страха за свою жизнь. Потом – безумной любви. – Я отобрал порт у Джона. Я отобрал его первенство и сам стал править криминальным миром в этом городе. Но цена была слишком высока… – Он всё ещё касался его волос, нежно играя с золотистой прядью. – Я не имею права кого-то любить. Любовь – это слабое место, и враг ждёт, чтобы ударить по нему, и как можно сильнее. Десять лет он убивал моих людей, ища моё слабое место. Но его не было. Пока не появился ты. Тэхён дотронулся до его руки, которая ласково касалась его волос, и приложил её к своей щеке. Чувствуя его губы в миллиметре от своих, он прошептал: – Я не знаю, что ждёт нас впереди, через какие испытания нам придётся пройти, чтобы сохранить нашу любовь, но я хочу, чтобы ты никогда не забывал о том, что для меня нет человека на этой планете важнее тебя. Я люблю тебя, Чонгук Чон, миланского герцога или убийцу, мне не важно, кто ты. Я просто люблю тебя такого, какой ты есть. – Я люблю тебя, Тэхён, – прошептал он ему в губы. Его губы коснулись его, и Тэхён, обхватив его спину руками, потянул за собой. Воспоминания, боль, жалость, страх – всё хотелось забыть и оставить только одно, что было у них на двоих, – любовь. И закат, плавно переходящий в ночь. Они вместе. Они вдвоём. Они нашли друг друга среди пустоты, что жила в их душах. Это как вскарабкаться на вершину горы, минуя все преграды, и встать на обрыве, раскинув руки в стороны, подставляя лицо свободному ветру, и пытаться удержать равновесие. Пытаться не отпустить свою любовь, не сорваться вниз. Пытаться держать друг друга на самой высокой и опасной точке. Вдвоём. Он и он. Его машина следовала за его «Лексусом» по узкой витиеватой дороге. В его памяти всё ещё звучал его рассказ о своей жизни. Одинокой и пустой. Такой же, как у него. Разница лишь в том, что Тэхён никуда не бежал. Он был беден – его это задевало, а он был слишком богат, но его это тоже не устраивало. Его Дьявол оказался человеком со сложной судьбой. Он выбрал слишком опасную игру, рискуя жизнью и пытаясь кому-то что-то доказать. Возможно, себе. Вряд ли его семья знала обо всём. Наверняка они ждут его до сих пор в далёком Милане, в надежде, что он вернётся и примет свою жизнь такой, какая она была дана ему при рождении. – Как же Марта оказалась с тобой? – Марта – единственный человек, который был рядом со мной, не навязывая мне семейные убеждения. Это единственный человек, ниточка, связующая меня и мою семью. Я предложил ей уехать со мной, и она согласилась. Но я знаю, что она сделала это больше для моей матери, чтобы связь не прерывалась. Я знаю, что она часто летает в Милан, но я никогда не спрашиваю её об этом. Меня это не касается. Моя жизнь – здесь. – Наверняка твой отец тешит себя мыслью о твоём возвращении, Чонгук, ведь ты – продолжение его рода. – Пусть тешит. – Он поцеловал его в лоб. – На мне продолжение и закончится. Теперь он ехал в машине и думал о его словах. Сказав, что на нём закончится его род, он лишь подтвердил его догадку о том, что он не хочет детей. Ведь его сын – будущее его семьи. А от будущего с ними он отказался. Грустно вздохнув, Тэхён продолжил ехать вслед за чёрным «Лексусом». Кажется, его будущее с Чон могло оставить и его без детей. Но он всё равно останется с ним. Даже если им придётся умереть в бездетном одиночестве, как Ли. Значит, так распорядилась судьба. И выбрав Чонгука, он знал, чем ему придётся пожертвовать. Но взамен он получит его. Он согласен на эти условия. Только бы с ним. Приехав в загородный дом, ограждённый небольшим забором, Тэхён был поражён. Нет, не величием замка, не изысками большой территории, нет. Всё было не таким. Скромным. Милым. Домашним. Небольшой двухэтажный домик скрывался за высокими деревьями. Было темно, но лёгкая подсветка дома слегка освещала дорогу, которая тянулась к двери. Здесь не было охраны, и Тэхёна это удивило. Никого. Только он, он и… – Наконец-то, я вас уже заждалась, – улыбнулась Марта, подходя к машине Тэхёна, – добро пожаловать, мальчик. Я провожу тебя внутрь дома, и наконец ты поешь нормальную пищу. Скорее всего, он водил тебя по этим ужасным корейским забегаловкам, – она недовольно посмотрела на Чонгука, что вызвало его улыбку, – или вообще морил голодом. Тэхён улыбнулся, ощущая тепло домашнего уюта, исходившее от женщины. Того уюта, которого ему так не хватало. Уюта, которого он лишился после смерти отца. – С такой Мартой, – шепнул он ему на ухо, – можно легко потолстеть. – Еда – её конёк. Намджун очень любит бывать у меня, когда Марта дома. Её итальянская кухня выше всяких похвал, и вряд ли в этой стране можно найти хоть что-то, отдалённо напоминающее её стряпню. Кстати, – Чонгук задумался, доставая из заднего кармана телефон, – что-то он не звонит мне. – Утешает шокированную Луизу, – произнёс Тэхён и тут же вспомнил, как приказал повесить картину на место, а охрану распустил по домам. – Чонгук… – он взглянул на него в надежде, что это не вызовет новую вспышку гнева, – твоя охрана… Я их отпустил. Он удивлённо посмотрел на него, хлопнув дверью своей машины, но Тэхён не вздрогнул, а лишь поёжился от резкого холода налетевшего ветра. – Ты всё правильно сделал, должен же кто-то о них позаботиться, если их сумасшедший хозяин временами неадекватен, а его первый помощник в это время пытается приударить за женщиной. После этих слов Тэхён расслабился и, выдохнув, уткнулся ему в грудь. На него это было не похоже, но таким он нравился ему ещё больше. Наверное, сейчас в нём говорил не дьявол, а сам Чонгук Чон. – Ты имеешь право голоса, Тэхён. И если ты считаешь нужным делать что-то по-своему, это опять же твоё право. Но лучше ставь меня в известность. – Если ты будешь ставить в известность меня. – Он намекнул ему на двадцать шесть трупов у «Поло-клуба», но он ничего не ответил, взял его за руку и провёл внутрь дома. Туда, где Марта ждала их с уже накрытым столом, туда, где пахло выпечкой и было тепло. Дом внутри показался Тэхёну больше, чем снаружи, возможно, из-за темноты он не рассмотрел его. Запах еды заставил его желудок заурчать, кажется, он сегодня ещё толком не ел, и, кажется, он терял много энергии, отдавая её этому мужчине. – Я уеду завтра, если вы не против потерпеть меня одну ночь, – произнесла Марта, раскладывая лазанью по тарелкам. – Ты можешь остаться с нами, если хочешь, мы тебя не гоним. – Чонгук посмотрел на Тэхёна, и тот кивнул ему. Это было правильным решением. – Мы будем рады, если вы останетесь, Марта. – Тэхён искренне улыбнулся женщине, и та тоже ответила ему тем же. – Спасибо, милые, но у меня кое-какие дела в городе. Да и вам вдвоём будет куда комфортнее. Тэхён видел, как Чонгук лукаво усмехнулся. Несколько дней вдали от городской суеты, вдвоём, наедине с природой. Даже охрана не будет донимать их, да простит его Хосок, но от количества чёрных машин он задыхался. Утро встретило Тэхёна лучами неяркого солнца, которое коснулось его лица, проскальзывая через щелку между плотными шторами. Впервые после сделки с Ахмадом он спал так сладко и так крепко, что почувствовал физическое расслабление во всём теле и моральное в душе. Это было единственное место, как сказал накануне Чонгук, где их никто не найдёт. Ещё с вечера он выключил мобильный телефон. Ему необходим был отдых. Он заслужил его. Он знал, что впереди их ждут трудности, связанные с Джоном. Об этом он тоже рассказал Тэхёну. – Ли вызвал нас к себе в надежде урегулировать конфликт. Но, увы, наша война продолжится. Кто отказался идти на попятную и взять на себя ответственность за убийства, он так и не сказал. Но Тэхён и без того знал, что между этими двумя не может быть мира. Выйдя на улицу, он глубоко вдохнул. Впервые за долгое время ему не хотелось думать ни о чём. – Доброе утро. – Чонгук, смеясь, поднял его на руки и закружил. Он смеялся. Когда в последний раз он слышал его смех?.. Руками обхватив его шею, Тэхён впился в его губы, но почувствовав, что падает, тут же оторвался от него и закричал. Но он смеялся, крепко держа его, чтобы не ушибся. Так они и упали: он на траву, он на него, смеясь уже вдвоём. Марта уехала рано утром, оставляя дом, полный еды и уюта. – Тэхён, тебе задание: заставь его нарядить ёлку. Это будет большим подарком мне на Рождество. Парень кивнул и тут же встретился с недовольным взглядом карих глаз. – У нас с тобой столько дел, – задумчиво прошептал он сейчас. – Каких дел? – испугался он. – Ты и правда хочешь наряжать эту чёртову ёлку? «Чёртова ёлка» – это как раз в стиле главы «Morte Nera», жестокого, властного убийцы, но ему хотелось провести время с человеком, чья фамилия была пропитана историей. – Откинь свои предрассудки и достань мне ёлку. – Где я достану тебе ёлку, Тэхён? – Не знаю, сруби её в лесу. Он удивлённо посмотрел на него: – В лесу? Но это же незаконно. Тэхён засмеялся, самостоятельно достал топор и вручил ему. С каких пор Чёрный Дьявол соблюдает законы? – Хорошо, – произнёс Чонгук, – я срублю тебе ёлку, но имей в виду: наряжать её ты будешь сам. Тэхён мило улыбнулся ему, и это не ускользнуло от него, но он лишь подмигнул и схватил его за руку: – Пойдёшь со мной. Идя по лесу, ступая на сухие листья и ветки, которые с треском ломались, издавая приглушённый хруст, Тэхён представлял, что он находится в другом мире. Ещё одном. В том, где нет места ни Джону, ни Ли, никому из «Morte Nera», никому живому, кроме них двоих. Здесь было спокойно и легко. И хотелось, как можно дольше наслаждаться спокойствием и умиротворением. И лишь пистолет, засунутый за пояс джинсов Чонгука, говорил о том, что расслабляться нельзя и реальность где-то рядом. ??? Дорога обратно заняла вдвое больше времени. Стараясь не падать на землю от страстных поцелуев и горячих объятий, они сгорали от страсти друг к другу. К чёрту ёлку! О ней никто не вспомнил. К чёрту всё в этом мире! Все подождут! Хотелось остаться здесь навсегда, и чтобы ни одна живая душа не смогла нарушить их идиллию. Сладкие поцелуи, горячее дыхание, стук собственного сердца… Тэхён не отрывался от его губ, касался пальцами волос, чувствовал своим телом рельефы его мышц под тёплой курткой. Хотелось быстрее её снять и касаться губами обнажённой кожи. Чонгук всем своим телом прижал его к забору, лаская кожу на шее, руками очерчивая округлости его тела. – Прошу прощения. Чей-то голос заставил их резко оторваться друг от друга. – Очень жаль прерывать вас, – это сказал Намджун, который стоял возле своей машины. Как только Тэхён увидел его, ему захотелось простонать, потом закричать, а потом прогнать его. Какого чёрта его принесло? Дня не прошло, а его мучителя уже ищут всем «Morte Nera». Страсть тут же пропала. На смену пришёл гнев. – Намджун, не сказать, что я рад тебя видеть именно в эту минуту, – произнёс Чонгук, подходя к нему, но тут же на его лице появилась улыбка. – Пара дней отдыха мне не светит, так ведь? Ли ищет меня? Джон дал показания? Намджун тоже улыбнулся, смотря уже на Тэхёна: – Я прошу прощения, Тэхён, что приехал вот так, без приглашения, и нарушил… – он не знал, как подобрать слова, – ваш отдых, но у меня есть причина быть здесь. – Он снова взглянул на Чонгука: – Мы потеряли босса, мог бы хоть предупредить. Твой телефон отключен впервые за десять лет. Что, по-твоему, я должен думать? Но я дозвонился до Марты, и она меня успокоила. Чонгук уже не улыбался: – Ну раз ты спокоен, то что принесло тебя сюда? – Не кипятись, Гук, я по его поручению, и ещё мне надо переговорить с тобой по поводу следствия. – Хорошо, – кивнул Чонгук, указывая рукой на дверь, – заходи в дом. Всё в жизни происходит совсем не так, как планируешь, и именно тогда, когда этого совсем не ждёшь. Почему-то Тэхёну казалось, что Намджун прибыл с плохими новостями. Но сейчас для него все новости плохи, если они касались следствия. И не важно, от кого исходила инициатива – от Джона или от Ли, важно, что в любом случае страдал Чонгук и «Morte Nera». – Тэхён, – голос Намджуна вывел его из задумчивости, – Марта тебе кое-что передала. – Он открыл багажник, доставая пушистую ёлку. – И ещё кое-какие вещи, не знаю, сколько вы тут будете, но Марта – предусмотрительная женщина.