Morte Nera

??? – Послушай! – твердо сказал Тэхен, но Чонгук отвернулся от него и направился в дальнюю комнату. Он поспешил за ним, чтобы договорить. Он не хочет слушать, но ему придется! – Возможно, ты знал только шлюх! Но если ты записал в их число и меня, то знай, я никогда не спал с мужчинами из-за похоти или денег! – Он не смотрел на него, включил воду и начал умываться. Тэхен смотрел, как струйки воды бегут по его шее, футболка тут же намокла… Надо брать себя в руки! – Забери свои слова обратно хотя бы потому, что я спас твою чертову жизнь! Надо было дать Дугласу возможность избавить этот мир от Чон Чонгука! Он уже перешел на крик, пытаясь донести до него свое возмущение. Но он был невозмутим! Оперся двумя руками на раковину и склонил голову. Молчал и даже не смотрел на него. И он тоже замолчал. Просто стоял рядом, понимая, что этот пустой крик ничего не даст. Он бессмысленен. И он тихо сказал: – Джин оживил меня, с ним я снова ощущаю вкус жизни. Хочу видеть его и да, хочу просыпаться с ним. И я не шлюха, потому что наши отношения основаны на чувствах. Тэхен вышел из комнаты, оставляя Чонгука одного, и подошел к окну. Он смотрел вдаль и, кажется, даже не задумывался, где сейчас находится. Этот кабинет значил много для него когда-то. Возле этого окна они стояли в обнимку и клялись в любви… Которой, возможно, никогда не было. Это была иллюзия любви. С его стороны. Но в тот день он не лгал. Как и сейчас, он сказал правду. Дверь распахнулась, и в кабинет влетел возбужденный Намджун: – Где Чонгук? Он молча указал на комнату, где оставил его одного. – Как все прошло? – Жив, здоров и зол. Намджун кивнул и выдохнул: – Я рад всему, кроме последнего. Зачем ты туда поехал? Я же дал понять, чтобы ты ехал домой. – Если бы я поехал домой, он был бы мертв. – Ты сказал про Лесли? – Намджун подошел к Тэхену ближе, сказав это шепотом, но он отрицательно мотнул головой. Нет, он не выдаст Лесли, пусть весь гнев Чонгука обрушит на него. Он уже привык ко всему. Даже к слову «шлюха». – Я могу ехать домой? – спросил он и услышал: – Можешь ехать! Чонгук вышел с мокрыми волосами, застегивая на ходу чистую рубашку. Он рассеянно смотрел в пространство, словно в кабинете никого не было. Тэхен даже вспомнил слова Хосока о рассеянности их босса. – Все в порядке? – испуганно спросил Намджун. – Дуглас мертв! – резко ответил Чонгук. – А я жив! Ты послал его ко мне? – Нет! – быстро вставил Тэхен. Если он не защитит его подчиненных, им достанется очень сильно. – Я сам поехал! Только не пойму зачем! Вот теперь Чонгук посмотрел на него: – Кто дал тебе винтовку? – Купил! – В «Morte Nera»? Я не дурак! Свое оружие я знаю! До этого я отнял у тебя винтовку Лесли. – Он стукнул кулаком по столу. Да, он был зол, все признаки налицо. – Чонгук… – начал Намджун, но осекся под взглядом Чонгука. – Я сам взял. Сначала у Лесли, потом здесь. Я знал, что Колин Дуглас, возможно, связан с Джоном, я просто хотел это выяснить. – Выяснил? – Он буквально сверлил его взглядом. Этот испепеляющий взгляд он помнил хорошо. – Да. Он был связан с Джоном, – прошептал он и задумался, вспомнив слова Дугласа: «Ты мне город, а я тебе информацию о Джоне». Он не сомневался, что Дуглас – фигура Ли Джона. – Рано или поздно Джон появится в городе, я больше чем уверен. – Или создаст еще одного Колина Дугласа, – произнес Чонгук и сел на свое место главы «Morte Nera». Тэхен видел его задумчивость, транс, из которого его боялся выводить даже Намджун. Надо бы уйти, а ноги не двигались. – Как Чимин? – Чонгук поднял взгляд на Намджуна, который боялся сказать хоть слово, потом перевел взгляд карих глаз на Тэхена. Ему на секунду показалось, что в этом взгляде была пустота. – Ты свободен, я же четко сказал! Не хочу тебя видеть! Убирайся! Да, он задержался, стоял, как под гипнозом. Его слова привели его в чувство, как будто хлестнули по щекам. Тэхен молча кивнул, а хотелось отпустить пощечину. Ну нет, физическая сила – ничто по сравнению со словами: – Да, меня уже ждет Джин. И он вышел, оставил их вдвоем, ему было неинтересно, что будет дальше. Понял ли Чонгук, что его нанял Лесли? Какую роль играл Намджун? Он был уверен, что все он понял! Тэхен сбежал вниз по ступенькам. И только возле машины понял страшную вещь: он убил человека. И не одного. Только сейчас осознал это, потому что до этого у него не было времени на размышления. Он снова убил. И снова сделал это ради Чонгука. Что в тот момент управляло им? В тот момент он руководствовался эмоциями – не дать Чонгуку умереть! Это уже стало традицией. И дело не в договоре с Лесли, тем более был приказ не ехать в квадрат 105. Эмоции сложно подавить, наверное, он никогда не научится это делать, а ведь гораздо лучше быть таким же холодным, как глава «Morte Nera». Домой ехать не хотелось, там пусто и одиноко, а хотелось крепких объятий и нежных слов. Юны не было видно, возможно, она уехала домой, а возможно, осталась с Чимином. Звонить ей не хотелось. Лучше он уедет туда, где мечтал оказаться прямо сейчас. Туда, где его обнимут и где ему будут рады. И услышать нежные слова, ласкающие слух. Только сначала надо смыть с себя запах крови и переодеться. ??? Как только Джин открыл дверь, Тэхен налетел на него, целуя в губы. Он моментально справился с его футболкой, а он повалил Тэхена на пол в гостиной. Им хотелось дикой и страстной любви прямо здесь. Даже прелюдии не было, она будет позже – впереди вся ночь. – Тэхен, – прошептал Джин, но он лишь сильнее притянул его к себе, впился в губы и простонал. Его стон парализовал его сознание и подчинил себе. Он взял его, а Тэхен этого ждал, ему хотелось ярких эмоций, которые перекроют впечатление от того, что случилось возле выжженного поля и в «Morte Nera». Забыться, отключиться и просто наслаждаться. Но он все еще слышал слова, которые жестоко били по нервам: «Все омеги – шлюхи! Все до единой!» Но он не ощущал себя шлюхой, даже лежа на полу, закидывая ноги Джину на спину, выгибаясь под ним, издавая приглушенные стоны. Он не ощущал себя шлюхой, он просто хотел любить и быть любимым. Хотел чувствовать в себе именно этого мужчину. Они перебрались в спальню лишь ночью, а утром Тэхен проснулся от того, что его пальцы касаются его обнаженной спины. Это возбуждало и вводило в состояние эйфории. – Как же я рад, что ты пришел. – Я не мог не прийти после твоих слов о том, что ты мечтаешь увидеть меня вечером, чтобы увидеть утром, они подсказали мне дорогу! – Тэхен повернулся к Джину и погладил его лицо. – В тот момент я точно знал, где мне надо находиться. – А если я скажу, – не отрываясь от его глаз, уверенно произнес он, – что хочу видеть тебя каждое утро?.. На секунду улыбка исчезла с лица Тэхена, но только потому, что парень задумался. Это очень важные слова, которые, может быть, изменят его жизнь. А готов ли он сейчас ее менять? Есть ли желание доверить себя этому мужчине и, возможно, стать счастливым? Готов ли он всегда находиться рядом с ним? Сколько вопросов! Но так хотелось сказать «да», забыть все, что было в прошлом, и начать жить заново. Ну а как же Джон? Разве он может начать новую жизнь, не поставив точку в прежней? – Джин, – он коснулся его плеча, провел пальцами по рельефной мышце, – как только я найду убийцу моего сына, как только он будет наказан, я снова смогу жить нормальной жизнью. С тобой. Но если ты готов ждать. Он отстранился от него, бросив недовольный взгляд, но потом улыбнулся: – Я готов ждать, но думаю, что ты не найдешь Джона так быстро, как хочешь. Лучше я сделаю так, что ты о нем забудешь! – И тут же навалился на него, целуя в шею. Тэхен засмеялся от неожиданности. Пальцы Джина, щекоча, прошлись по его ребрам. Тэхен завизжал, попытался скинуть Джина, смеясь и задыхаясь от щекотки, но он не отпускал. Оставалось скатиться с кровати и грохнуться на пол. Но он понял, что не ударился – в момент «полета» Джин удержал его и принял удар на себя. Теперь он лежал на нем, уткнувшись ему в шею, и звонко хохотал. Идиллию нарушил телефонный звонок мобильного Тэхена. Он затаил дыхание, вспомнив, что было вчера. Он наконец-то обо всем забыл, но этот звонок, скорее всего, напомнит. Трубку брать не хотелось, но выбора не было, видимо, Лесли ждал от него объяснений. Да, это был он. – Тэхен, пообедай со мной в «Гранд Паласе» в два часа дня, надо поговорить. Это все, что он сказал. А как хорошо начиналось утро! Смеяться уже не хотелось. Услышав его мрачный голос, Тэхен нахмурился, надо приводить себя в порядок перед обедом с мэром. – Кто это был? Он проигнорировал вопрос Джина, просто поцеловал его в губы и отправился в душ. Вода смыла всю прошедшую ночь и приготовила его к важному разговору. Надо иметь ясную голову, врать он не будет. Лесли просил его убить Дугласа, он выполнил приказ. Пусть немного нарушил правила. Но черт! Он спас жизнь Чон Чонгука! – Встреча с Лесли, ничего личного, – прошептал он напоследок Джину, снова его поцеловал, не дав сказать ни слова, и вышел, захлопнув за собой дверь. Ресторан «Savini» в «Гранд Паласе» не изменился, все такой же стильный. Все тот же лифт – с зеркалами и воспоминаниями о том, как однажды он ехал в нем с Чонгуком, он пропустил пряди его волос сквозь свои пальцы и просил больше не стричься. В ту минуту он ощутил его нежность… Отогнав воспоминания прочь, Тэхен вышел из лифта и направился к столику, где его ждал Лесли. Морщинка между его бровями уже о многом говорила – он задумался. Сейчас он начнет его отчитывать! Он сел напротив, и официант налил ему красного вина. Как только он ушел, Лесли улыбнулся и, подняв бокал, произнес: – За освобождение! Тэхен последовал его примеру, они чокнулись: – За освобождение! – Что будешь есть? Здесь много новых блюд… – Лесли, – он прервал его, – я не думаю, что ты позвал меня действительно пообедать. Он кивнул, достал из внутреннего кармана пиджака конверт и положил перед ним. – Ты выполнил задание, хотя все пошло не по плану. Но ты рискнул, а значит, ты очень храбрый парень, Тэхен. Я горжусь, что знаю тебя. – Он грустно вздохнул, немного помолчал и продолжил: – Я всегда хотел, чтобы ты работал со мной, но однажды Ли Ноэль мне сказал, что я наживу себе врага в лице Чон Чонгука. Возможно, он был прав. Он побывал у меня. Знаешь, он все понял, увидев тебя, когда ты тренировался. Он мне вернул мою винтовку сегодня. – Лесли усмехнулся. – Я подумал, что он меня пришел убивать! Он был зол. Тэхен напрягся после этих слов. Но чего он ожидал? Что Чонгук положит винтовку на стол Лесли и скажет ему спасибо? Нет, Чонгук никогда не говорит спасибо. – Сказал, что я трус, раз послал тебя на такое задание. Он прав! Хорошо руководить, сидя за столом. Теперь до него дошло, почему Чонгук внезапно изменил свои планы. Он знал, что он будет сидеть в здании напротив и целиться в Дугласа. Он боялся. Вот только чего? Что он убьет Дугласа и правду о Джоне он никогда не узнает? Или чего-то иного? – Все прошло хорошо, – кивнул Тэхен, – я сделал то, что должен был сделать. И не надо корить себя, это был мой выбор. Я мог туда не ехать, но я отправился по собственной воле. Так ему и скажи. Взгляд Тэхена упал на бумагу, которая лежала перед ним. Лесли молчал, но он догадывался, что это документы на северную часть порта, которую подарил ему Чонгук после взрывов в качестве извинения за причиненные неудобства. Или чтобы прикрыть Лесли рот. Неважно. Сейчас документы подтверждали, что это его часть порта. Тэхен пальцами подтолкнул конверт к Лесли, понимая странную вещь: он вообще не думал об их с Лесли договоренности, когда стрелял в Дугласа. В его голове были другие мысли, и от них было жутко до сих пор. ??? Тэхен ушел из ресторана «Savini» с легкой душой, ни капли не жалея, что отказался от порта. А мог бы продать его Чонгуку и получить крупную сумму. Но он больше не хотел иметь с ним никаких дел. Получив обратно документы, Лесли заплатил ему приличные деньги. Теперь можно купить оружие и ждать Джона. Из ресторана «Savini» он шел на другую встречу – в «Starbucks», где его ждала Юна. Набрав номер Чимина, Тэхен не стал спрашивать его о личном, а узнал, как он себя чувствует. Похоже, здоровье пришло в норму – Чимин был в приподнятом настроении, рассказал, что Чонгук не срывал на нем злость, а был странно молчалив, Намджуна это молчание тоже радовало, но оно настораживало Тэхена. Увидев Юну за столиком, Тэхен махнул рукой и присоединился к ней. Вид у подруги был отрешенный: Юна сидела с опущенными плечами и смотрела в пространство. Тэхен даже проследил за ее взглядом, но ничего необычного не увидел. – Все хорошо? А что может быть хорошего? Скорее всего, Юна испытала шок от увиденного сегодня по телевизору. Новость дня, как сказал Лесли: глава криминальной группировки из Лос-Анджелеса Колин Дуглас найден с простреленной головой. А Юна стала свидетельницей последствий. Вот черт! – Я изменила Картеру, – тихо прошептала она, но даже не моргнула. Она произнесла эти слова как упрек себе, ненавидя себя за это. Этот мужчина, без сомнений, Чимин. И тут же в памяти всплыли слова, сказанные с ненавистью: «Все омеги – шлюхи. Все до единой». Чонгук знал, что все этим закончится, он специально привел доказательство. Но пусть их будет хоть сотни, Тэхен не относил себя к категории таких омег. И Юна тоже не была из их числа, просто она любила. Тэхен вновь взглянул на подругу, оценивая ее состояние, но ничего не менялось: Юна корила себя именно за это, а не за то, что почти стала свидетельницей смерти Дугласа. – Господи, – простонала Юна, – не знаю, как это получилось, но прошлое захлестнуло меня с головой! – Она закрыла ладонями лицо, видимо, желая открыть и понять, что это был сон. Но это явь. – Ты жалеешь? – Я не жалею! – Юна убрала руки от лица и наконец посмотрела на Тэхена, как будто ожидая его порицания. – И самое страшное, что я повторила бы это еще сотни раз! Вот это да! Тэхен не ожидал услышать такое. Действительно страшно. Как бы Юну ни тянуло к Чимину, он не был ей парой, хотя ее трусливый Картер тоже не лучший вариант. – Ты выбрала дату свадьбы? – спросил Тэхен, наблюдая за подругой. – Почти. – Почти – значит нет. Можно я задам тебе другой вопрос? Юна грустно вздохнула и перевела взгляд на друга. Она кивнула, но было видно, что она не готова к вопросам. – Если бы Чимин сделал тебе предложение, какую дату свадьбы ты выбрала бы? – Самую ближайшую. Господи! – Она снова закрыла глаза, поняв, что ответила даже не подумав. – Господи! Что я говорю? У меня есть парень, и я почти замужем! – Но думаешь не о Картере. – С этой ночи я много о ком думаю, и о Картере в первую очередь. – Но не как о своем муже. – Да, – ответила Юна, – но и о Чимине не могу думать в статусе мужа! Он работает на убийцу, Тэ, они все предали тебя! Растоптали! Я как вспомню тебя в тот момент… – Меня не надо вспоминать, я подумаю об этом сам. Свою судьбу решаешь ты, – твердо сказал Тэхен и отпил остывший кофе. – Знаешь, чего я боюсь? – Юна пододвинулась ближе к Тэхену и прошептала: – Что однажды тело Картера найдут с простреленной головой. Тэхен улыбнулся и так же тихо ответил: – Не исключено. Он рассмеялся, а Юна испуганно от него отпрянула. – И что мне делать? – Бросить Картера, тем самым дав ему возможность жить долго и счастливо. – Ну и шутки у тебя! Но было ли это шуткой? Тэхен хоть и смеялся, но ему было страшно: он не переживет, если увидит Джина с простреленной головой. Да и зачем Чон Чонгуку его убивать? Нет причин. Наоборот, он должен сказать Джину спасибо за то, что на его лице снова появилась улыбка, а жить хотелось как никогда. – Стоит подумать насчет Картера, – сделал вывод Тэхен, – если начинать семейную жизнь с измен, это ни к чему хорошему не приведет. – Мне надо сказать ему про измену?! – Юна даже подпрыгнула на стуле. – Нет, он ничего не узнает! И знаешь почему? Я останусь с Картером, Чимин мне не пара, неизвестно, что от него ожидать. С его профессией… – Помнишь менеджера клуба «Мой Тэхен» Луизу? Она вышла замуж за Намджуна, – Тэхен подмигнул подруге, – а Намджун не Чимин, его роль в «Morte Nera» гораздо важнее. Но тем не менее их любовь это обстоятельство не волновало. Юна задумалась, подперев подбородок рукой. Тэхену показалось, что он увидел огонек в ее глазах. Пусть подумает, еще есть время, чтобы сделать правильный выбор. Тем более с датой свадьбы она не спешит. А после того, что случилось этой ночью, выбор даты и вовсе затянется. – Пойдем сегодня в клуб, мне надо напиться, – пробормотала Юна, не обращая внимания на удивленный взгляд друга, – лучше в «Мой Тэхен», я надену самое красивое платье. Чимин там бывает почти каждый вечер, он мне сам сказал. Черт! – выругалась она и застонала. Вот теперь Тэхен узнаёт прежнюю Юну. И Картер перестал быть помехой. – А Картер? И семейная жизнь? – Он сегодня работает, я приду раньше его. Просто поговорю с Чимином, и все… Наверное, все. – Ты хочешь водить за нос двух мужиков? Ну, тогда точно найдешь Картера с простреленной головой. Наступила пауза, Юна выдохнула и опять уставилась в одну точку. А Тэхен подумал про Джина – ему не стоит идти в клуб Чон Чонгука, Джин его не поймет. Но Юну жаль. Можно позвать Джина с собой, он бывал в этом клубе, и наверняка не один раз. – Я встречаюсь с парнем, и это очень серьезно, – произнес Тэхен, – не думал, что вообще способен на это. Может быть, неплохая идея – познакомить вас. Почему бы и нет? – Тэхен пожал плечами, а Юна с удивлением уставилась на него. – Это тот самый, с которым ты познакомился после клуба? – Да, и у нас очень близкие отношения, – улыбнулся Тэхен, воспоминание о Джине всегда вызывало улыбку. – Мне кажется, я переживаю нечто новое в своей жизни. – Боже мой! – воскликнула Юна. – И ты молчал? – У меня не было возможности тебе рассказать, все случилось так стремительно. – Это же здорово! Я хочу познакомится с тем, кто привел тебя в чувства! – Обязательно познакомишься, – Тэхен все еще улыбался, уже представляя эту встречу, – обещаю, но не думаю, что в клубе Чон Чонгука это уместно. Джин вряд ли пойдет… – А почему нет? Утри Чонгуку нос, пусть знает, что ты продолжаешь жить! – Он знает. – Тэхен взглянул на телефон в своей руке – звонок с незнакомого номера. Отвечать не хотелось. Это мог быть кто угодно! Даже Колин Дуглас из ада. Но пришлось ответить тихим и настороженным голосом: – Да? – Срочно приходи в клуб! – раздался грубый голос. А когда-то он нежно шептал ему слова на итальянском. Номер Чон Чонгука сгорел вместе с прошлым, но, видимо, как птица Феникс, воскрес из пепла. Он произнес это так быстро, что не было ни секунды отказать ему или ответить что-то гадкое. Он не дал ему права выбора, поставив перед фактом. Что ему надо от него? Будет причитать по поводу смерти Дугласа и его нахождения в том самом месте? Кажется, с ним в отличие от остальных он решил не молчать. Посмотрев на угасающий дисплей телефона, он написал для опознавания контакта две буквы – JK. – Кто это? – спросила Юна. – Тот, кто никак не хочет убираться из моей жизни! А ты еще говоришь, чтобы я шел в его клуб! – А-а-а, – догадалась Юна. – Чонгук! Соскучился? Ну, раз ты продолжаешь работать на него, он имеет полное право звонить тебе в любое время! Это был упрек по поводу его участия во вчерашних событиях. Но Юна не знала, что Тэхен исполнил поручение Лесли, и ему не обязательно быть в курсе. – То, что было вчера, – легкое недоразумение, не более. Лучше забудь. – А то мне помогут забыть? – перебила ее Юна, схватила чашку и сделала глоток кофе. На ее месте Тэхен тоже бы нервничал, он приободрил подругу: – Не переживай, Чимин вряд ли сотрет твою память, стукнув по голове. Думаю, у него на тебя другие планы. – Тэхен хитро подмигнул и поднялся со своего места. – Мне надо идти, Чонгук не Чимин, он может и стукнуть. Тэхен ехал и думал над тем, как Чонгук произнес в трубку: «Срочно приходи в клуб!» Не произнес, а приказал, прорычал. Нервно и гневно! Ехать не хотелось, но Тэхен старался не попадать под влияние собственных эмоций. Бояться не стоит. Он сумеет ответить. Наверное, Чонгук хочет высказаться по поводу его вчерашнего участия. Пережил ночь молча, так же молча провел утро, накопил слов и ждет, чтобы осыпать ими Тэхена. Ну что ж, он готов выслушать. Он остановился у парка возле клуба. Чтобы пройти в клуб, надо идти по парку. Пока идешь, наслаждаешься природой. Это рай, перед тем как попасть в ад. Он не спешил, а вот раньше он прилетел бы за секунду, теперь же позволил себе насладиться, рассматривал деревья, листья, траву, вдыхал чистый запах. И все же у входа в клуб стало сложно дышать, но он уверенно распахнул дверь. Охранник уже не бежал к нему, просто кивнул, чем удивил. А вот перед дверью в кабинет Чонгука захотелось выпить чего-нибудь крепкого. Но нет, его не сломить. Пусть орет, высказывает свое возмущение, придумывает наказание, ему уже все равно, пусть разбирается с Ли Лесли. Тэхен зашел и в приглушенном свете увидел Чонгука, стоявшего возле окна. Он обернулся на звук открывшейся двери, и их взгляды встретились. В его глазах пылал огонь, страха добавляли нахмуренные брови, две морщинки на переносице и плотно сжатые губы. Ну а чего он ожидал? Что он скажет ему спасибо за спасенную жизнь? – Садись! – грубо приказал он, проходя к столу. Тэхен сел, не отводя взгляда, пусть видит, что он не боится. – Зачем позвал? – спросил он. Ему удалось выровнять дыхание и приготовиться к атаке. Чонгук молча стоял, опершись двумя руками на стол и буквально нависая над парнем. Грозная поза пугала, но больше страшил его безумный взгляд, пропитанный ненавистью и ядом, чернотой и отвращением. Даже не верилось, что виной всему смерть Дугласа и его пребывание в квадрате 105. – Мать твою! – рявкнул он, и от этого голоса захотелось бежать. Сейчас он не напоминал тот холодный тембр, приказывающий нажимать кнопку, чтобы взорвать машину и убить Муна. Тэхен боялся даже моргнуть. – Ты знаешь, кто тебя трахает? От возмущения он открыл рот. Что руководит этим человеком? Ревность? Выплюнул эти слова, словно со шлюхой разговаривает! Он представил, как с размаху ударяет по его красивому, но нахальному лицу! Чонгук, видимо, догадался о его желании и слегка отстранился. Но не отошел, а стоял, наблюдая за его реакцией. Он думал вывести его из равновесия, поверить в то, что он очень низко пал, но этого не будет. – Человек, который имеет полное право делать это, потому что я рад ощущать его внутри себя! А он опять наклонился к нему. Совсем близко, чтобы извергнуть следующие слова: – Тебя трахает сын Ли Джона! Ли Сокджин! Ты спишь с сыном убийцы нашего сына! В этот момент Тэхену показалось, что комната вращается вокруг него, а эти слова не что иное, как верная гибель! Он сглотнул, чтобы понять, не спит ли он, потому что не чувствовал ни рук, ни ног. Он поднял голову и увидел, что Чонгук с нескрываемым презрением смотрит на него. Он ощущал омерзение к самому себе. – Я не верю, – ровным голосом произнес он, и его голос прозвучал где-то вдалеке, наверное, даже не на этой планете. Перед глазами мелькали картинки, как Сокджин его буквально вытянул из лап смерти, как улыбался и кормил его клубникой, как он бежал ему навстречу, раскинув руки в стороны, как он целовал его и обладал им. Сейчас эти видения рвались и разлетались, как ненужные бумажки. – Вот, – Чонгук кинул перед ним стопку бумаг, – мне ничего не стоило сделать пару звонков нужным людям, которые навели о нем справки. Сокджин был важным свидетелем убийства своей матери, что отражено в протоколе полиции. И знаешь, что он сказал полиции? Тэхен боялся дышать, и уж точно не хотелось слушать, но он вынужден был это делать. – Он обвинил своего отца – Ли Джона. Но вскоре это дело замяли. Тэхен продолжал сидеть неподвижно, закрыв глаза, вспоминая теплые слова Сокджина о матери. Он говорил о ней с нежностью. А еще Тэхен не мог забыть его необыкновенные золотистые глаза… И тут Тэхен перенесся в прошлое. Ему знаком этот цвет! Господи, он видел эти глаза в поло-клубе! Он не помнил ни имени человека, ни его лица, но он вспомнил оттенок глаз. Боже правый! Мир жесток и несправедлив. Сокджин его знал! И шел за ним из клуба не случайно! Он знал, за кем идет. Он назвал ему свою фамилию, но сейчас он понимал, что это фамилия его матери. Он никогда не признался бы, что он Джон. Мир рухнул, лишая его всяких эмоций. Даже омерзения не осталось, даже тошноты от себя самого, что он отдался ему. Он спал с сыном убийцы Лео! – Пойду его пристрелю! – крикнул Чонгук. – У меня уже две веские причины сделать это! Он направился к двери, но Тэхен из последних сил схватил его за руку. – Не надо! – Он поднялся, но ноги подкосились. Чонгук поддержал его. Тэхен прошептал: – Он выведет нас на своего отца. Мы будем играть по своим правилам! – Ты с ума сошел? – не поверил Чонгук, но он его не слышал. – Ты не убьешь его. Сокджин – единственный человек, который знает, где находится Джон. ??? Они долго стояли около окна, но смотрели не в него, а в глаза друг друга. Потерянный взгляд Тэхена цеплялся за янтарь глаз Чонгука, пытаясь удержаться, но увы… Он сейчас ненавидел всех, а себя в первую очередь. Но откуда он мог знать правду? Боже правый! Он в аду! Судьба испытывает его на прочность, но под ногами только солома, которая практически сгнила. Мир прогнил. – Это очень опасно, мы не знаем, что он планирует… – начал Чонгук, но Тэхен его перебил: – У нас нет выбора. – Выбор есть всегда! – резко ответил он, но он даже не отвел взгляда. – Можно его пытать, можно взять в заложники… О, кстати! Однажды ты предложил такой вариант со мной. – Что-то мне подсказывает, что Джон не предоставит свою голову для выкупа. И вообще, – теперь повысил голос Тэхен, – Сокджин – мой парень, и только мне решать, что с ним делать! Чонгук даже опешил от его слов. Его правильной формы брови взметнулись вверх, но через пару секунд он прищурил глаза, и вновь две морщинки залегли на переносице: – Черта с два! Я разберусь с ним сам… – Нет! – прошипел он, уже представив эти разборки. Он направился к двери, но Чонгук его перехватил: – Да! Ну конечно! Конечно, последнее слово должно быть за ним – и никак иначе! Вот только не хотелось, не разобравшись самому, напускать Чонгука на Сокджина, которому тут же наступит конец. А до конца еще рано! Он многое должен выяснить сам. – Отпусти меня, – он попытался освободиться от его хватки, – дай мне сутки, и я узнаю о Джоне все! Сутки! После этого разбирайся с ним сам. – Сутки? – удивился он. – За сутки можно умереть двадцать четыре раза! – Постараюсь не умереть! Он не отпускал его, держал крепко, ему стало больно. – Хорошо, я обещаю не обрадовать тебя моей смертью! Резко выдернув руку, Тэхен отошел на шаг назад, увидев прищуренный взгляд потемневших карих глаз. – Сдержи слово, прошу тебя. О, он сказал «прошу»! Еще чуть-чуть, и скажет «спасибо» за то, что до сих пор жив! – У меня тоже есть условие, – произнес Чонгук уже более спокойно. – Каждый час ты будешь мне звонить или писать и докладывать обстановку. – Ты с ума сошел? – удивился он. – Если я не получу от тебя сообщения, то найду этого ублюдка и убью лично! Что он мог сказать? Вероятно, сейчас за ним начнут следить его люди, Чонгук теперь не спустит с него глаз. Вернее, с Сокджина. Рано или поздно он отомстит. – Мужчины странные, – нервно улыбнулся Тэхен, – вам лишь бы применить насилие. Но есть мужчины, которые могут действовать хитростью. Он направился к двери, к выходу из его логова, в лапы еще одного чудовища. – Тэхен, – задержал его голос Чонгука. Тэхен остановился, но не обернулся. Сейчас опять что-нибудь придумает. А ему так хочется бежать отсюда не разбирая дороги, затаиться где-нибудь в лесу, лечь на землю и думать. Да! Ему необходимо было подумать, в голове была полная неразбериха. Его снова предали. – Я хотел тебе сказать еще вчера, но… – Он запнулся. – Спасибо. Спасибо, что спас мне жизнь. Хотя я не в восторге от того, что ты явился туда с винтовкой, но дело сделано. Так странно было слышать от него слова благодарности. Он даже округлил глаза, благодаря Бога за то, что Чонгук не видит его удивления. Но больше он удивился его последней фразе, а не слову «спасибо». «Дело сделано», а обычно он долго злится после таких «дел». Надо было что-то ответить и скрыть свое удивление. Тэхен спокойно обернулся, слегка пожал плечами и произнес: – Я спас жизнь будущему мэру, не более того. Он слегка кивнул. Почти незаметно. И отвернулся, позволяя ему уйти. Тэхен выскочил из кабинета и первые секунды просто стоял возле двери, пытаясь перевести дыхание и осознать, что произошло. Столько всего навалилось! За что? Как теперь жить и как смотреть в глаза Сокджину? Как поговорить с ним и не сорваться? Он приехал в единственное место, где еще мог сделать паузу, – к Лео! Сидел возле могилы и долго смотрел на могильную плиту, временами его пальцы касались даты его смерти. Каким бы вырос его сын, если бы отец Сокджина не лишил его смерти? Он воспитал бы достойного мужчину! Или нет? Как рос бы Лео без отца? Возможно, без такого отца как раз он стал бы настоящим мужчиной. Тэхен перевел дыхание, ощущая ком в горле. Хотелось пожалеть себя, побыть слабым, уткнуться кому-нибудь в грудь и плакать. Но увы, никто его не пожалеет и не обнимет, а слезы до сих пор не появлялись. Он сидел долго, продрогнув, но не желая встать и уйти. Куда уйти? Надо брать себя в руки и действовать: пойти к Сокджину, улыбаться, целовать его и хитростью выманивать информацию. Но он ничего ему не скажет. Ведь за все это время даже не намекнул. А ведь знал с самого начала о том, кто он, и их встреча не была случайной – он ее спланировал. Мерзавец! Его жизнь полна предателей. – Что мне делать, Лео? – прошептал он, вспоминая взгляд золотистых глаз, ласки и поцелуи. Он верил Сокджину! После всего, что он получил от Чон Чонгука, он впервые доверился человеку, мужчине, а его жестоко обманули. Что это? Месть? Что он планирует? Тэхен достал мобильный телефон, посмотрел на время и ужаснулся – прошло больше часа с тех пор, как он вышел из клуба. Чонгук не получил его сообщения, возможно, Сокджин уже мертв! Но почему-то не хотелось его смерти! Пока нет! Еще рано! Он тихо произнес в трубку: – Со мной все хорошо. – Где ты? Где он… На своем законном месте, рядом с их сыном… – Я позвоню тебе через час. – Он нажал на отбой и засунул телефон в карман. У него не было желания кого-то видеть или с кем-то разговаривать. Хотелось сидеть в тишине, и даже сумерки, которые обволокли кладбище, не пугали. Здесь все мертвы, а бояться надо живых. – Мне одиноко, – он посмотрел на ангела, который закрывал ладонями лицо, – после всего, что случилось, как я могу доверять людям? Господи, – взмолился он, – дай мне сил. Здесь, на кладбище, в тишине, Тэхена не волновало, что времени остается все меньше. Возможно, он не сможет выпытать у Сокджина сведения об отце, и Чонгук его убьет. Но у него было предчувствие, что он убьет его в любом случае. Тэхен выдохнул, коснулся пальцами мрамора, уже не ощущая холода. – Даже не верится, что этот человек мог мне лгать. Он был таким доброжелательным и чувственным, таким ласковым и нежным. Он задумался, пытаясь вспомнить каждый момент, каждый нюанс их встреч. Он сразу рассказал ему о смерти матери, но умолчал о том, что убийцей мог быть его же отец. Боже! Он даже обмолвился о том, что у него был брат – Ли Минхо, которого он убил в тот самый день, когда впервые увиделся с Сокджином. Он знал, что его отец убил сына Тэхена, и он наверняка был в курсе, что послужило причиной. Месть! А еще он отговаривал его от мести своему отцу. А он, глупый, доверился ему, рассказал так много. Тэхен вздохнул, начиная кое-что понимать: он рассказал ему немало, но он ни разу не использовал его слова против него. Он пытался отговорить его от мести, возможно, не потому, что не хотел такой участи для своего отца, а потому, что преследовал иную цель. Но какую? Да, придя сюда, на кладбище, он думал лишь об одном – как выпытать информацию о Джоне. Но, посидев и подумав, решил, что правда будет лучше. Он расскажет ему все, что знает. И попросит его тоже быть откровенным, рассказав свою версию. А если решит его убить, то лишь облегчит мучения. Сам же будет наказан ровно через час после его молчания – Чонгук не даст ему жить. Сокджин не уйдет далеко, его шансы на жизнь равны нулю. – Пусть все будет как будет, – прошептал он, взглянул на ангела, опустил взгляд на могильную плиту и пошел к выходу. Он не сомневался, что Сокджин ему не скажет о том, где находится его отец, если он будет хитрить или спросит напрямик. Он не скажет! Он не сказал бы тоже. Так пусть хоть узнает о том, что он в курсе его происхождения. Набрав номер Чонгука, Тэхен нервно произнес: – Это смешно – звонить каждый час! Наступает ночь, боюсь потревожить твою жену. Дай мне остаток времени без звонков. – Нет, – твердо ответил он, – я не дома, можешь не переживать насчет сна Хелен. Договор между нами в силе, я уже начал выбирать оружие, но пришел в замешательство – пуля слишком мягкое наказание для сына Джона. Моего сына он зарезал. Думаю, какой нож выбрать – ржавый или тупой, чтобы смерть наступала медленно и мучительно… Тэхен остановился, парализованный этим видением, шокированный жестокостью Чонгука. Но он имел право на любую жестокость. Еще недавно он поддержал бы его и сам лично провел ржавым ножом по шее сына Джона, но сейчас… Он с трудом представлял себя палачом Сокджина. – Повремени пока с ножом, – спокойно ответил он, – у меня есть еще время. – Ты думаешь, что он за сутки тебе скажет то, что не сказал за время, пока вы знакомы? – В голосе Чонгука слышались недовольство и нетерпение. Еще бы! Теперь есть над чем подумать и пофантазировать – изощренная казнь! – Скажет, – уверенно ответил Тэхен и прекратил разговор. Он ехал по темной дороге в сторону севера, минуя свой дом. Он ехал к Сокджину. Его дыхание сбилось, сердце стучало неровно. А что, если он приставит пистолет к его голове? От сына Джона вполне ожидаемо, но от Сокджина… Нет! Он не верил. Но когда остановил машину возле дома Сокджина, вытащил «Беретту» из-под сиденья. Он надеялся, что сегодня этот пистолет не выстрелит. Шел по ступенькам как на казнь, шаги давались тяжело, сердце стучало барабанной дробью. Господи! Он должен бежать и, тряся возле его носа пушкой, узнать от него все! Но продолжал идти медленно и вспоминал прикосновения Сокджина, думал о своих ощущениях. Мерзко? Он не мог понять. Было хорошо, но повторения не хотелось. Теперь он ненавидел себя за то, что переспал с ним. Но главное даже не секс. Главное – его душа, которая кровоточила, потому что швы разошлись. Тэхен не понял, как дошел, с трудом помнил, как нажал на звонок, пришел в себя уже тогда, когда встретился с золотистыми глазами. Они, как солнце, лучезарные, но сейчас набежали тучи. – Тэхен, – прошептал Сокджин и, схватив его за руку, втянул в квартиру, – не ждал тебя, но я люблю сюрпризы. Он улыбался, глядя на него, а на лице Тэхена улыбки не было. Она исчезла надолго после того, как Чон Чонгук прокричал ему фамилию этого человека. – Я и правда с сюрпризом, – наконец кивнул он и прошел мимо него в гостиную. В этом доме не было ни одной фотографии! Ни отца, ни брата, ни матери. Он, по сути, ничего о нем не знал. – Хочешь чего-нибудь выпить? – спросил Сокджин. – Ты обеспокоен, я это вижу. Теперь на его лице отражалась тревога – улыбка исчезла, в глазах читалась настороженность. Он ни капли не был похож на Джона. Тэхен никогда не сказал бы и что он брат Минхо – разница во внешности колоссальная. Сходство он заметил только сейчас, когда знал правду и выискивал знакомые черты на его лице. Разрез глаз и брови отца – теперь он это видел. Наверное, с возрастом появятся седые волосы… – С тобой все хорошо? Даже в этом вопросе была частичка Ли Джона, хотя и сказано с нежностью и заботой в голосе. – Не знаю, – ровным голосом произнес Тэхен, – я кое-что узнал, Сокджин. Сейчас он ему скажет, а его ответ станет решающим в его и его жизни. – Ирония судьбы, – прошептал он, еле сдерживая крик, – никогда бы не подумал, что буду стоять лицом к лицу с сыном Ли Джона. Эти слова дались тяжело, он даже закрыл глаза, желая услышать лишь один ответ: «Нет, Тэхен, ты ошибаешься!» Но увы… Он услышал то, что заставило его сердце замереть: – Это правда. Эти два слова, сказанные почти шепотом, стали ударом. Тэхен распахнул глаза и встретился с сочувственным взглядом золотистых глаз. Тех, которые он видел в поло-клубе. – Почему? – спросил он, а надо было вытащить пистолет и спросить об отце. Но ему хотелось сначала узнать, зачем это Сокджину. Еще свежо было в памяти, как Чонгук не слушал его мольбы, как казнил молча, не давая шанса на оправдание. – Почему ты скрыл? Он видел его потухший взгляд. Сокджин на секунду закрыл глаза и выдохнул. – Я расскажу тебе все с самого начала, – спокойно произнес он, и это спокойствие казалось странным. Он не схватился за оружие, не кричал, не бросился на него, он был подавлен и спокоен. Просто показал на диван, давая понять, что разговор предстоит долгий. Им есть что обсудить, и оружию нет места в серьезном разговоре. Пришлось сесть на край дивана, ног он не ощущал. Но Сокджин не сел рядом, он отошел, как будто знал, что ему неприятно находиться рядом. – Ты ведь знаешь, что родителей не выбирают, – начал он свой рассказ… ??? – В детстве мне всегда казалось, что у нас обычная семья, но дети ведь часто не видят реальной картины. Что надо ребенку? Внимание родителей, заботу и игрушки. У меня было все. Мы с Минхо росли в любви, вот только отец отдавал предпочтение ему. Говорят, младших любят больше, но только не Ли Джон, который внимание и любовь дарил старшему сыну. Я был больше мамин. – Сокджин грустно вздохнул, видно было, как тяжело ему давались эти слова. Тэхен внимал каждому слову и ярко представлял картинки, из которых складывался фильм под названием «Детство младшего сына». – Не знаю, вероятно, отец уже тогда не видел во мне жестокости, – усмехнулся он, – хотя утверждают, что этому можно научиться. Но нет, я таким так и не стал, хотя уже подростком знал, кто мой отец, и догадывался, что меня ждало в будущем: оружие, кокаин, власть и деньги. Но тогда мне это не казалось отвратительным, ведь я имел больше привилегий в школе даже по сравнению с друзьями. Все резко изменилось после смерти мамы. Сокджин замолчал, уставившись в пустоту. Тэхен прекрасно помнил, что сказал Чонгук про убийство матери Сокджина. Сейчас ему больно вспоминать. Обнять бы его, но он продолжал сидеть неподвижно. Сокджин собрался с мыслями и повторил то, что он однажды сказал полиции: – Мою мать убил мой же отец. После этого я перестал считать его своим родителем. Он говорил правду, в этом не было сомнений, если на глазах ребенка отец убивает мать, то для ребенка умирают оба. – Как это произошло? – нарушил он тишину и посмотрел в осеннее золото его глаз. Сокджин продолжил рассказ: – Как я уже сказал, дети не видят всю картину целиком. Повзрослев, я понял, что мои родители не были счастливы друг с другом. Отец любил в жизни несколько вещей: деньги, власть и красивых омег, которых было слишком много возле него. Там, где есть деньги и власть, всегда крутятся омеги. Тэхен на секунду подумал про Хелен, а сколько было омег у Чон Чонгука! Не хватит пальцев, чтобы пересчитать. И не факт, что их нет сейчас, ведь деньги и власть… Из этой категории он исключил бы Ли Лесли, но и то он не знал всей правды о нем. – Мама страдала, – продолжил Сокджин, – но она никогда не показывала этого. Всегда с улыбкой встречала отца, наверняка целовала его перед сном. Но в душе… в душе она плакала, только ради детей терпела унижение. Однажды ее терпению пришел конец, и я случайно это увидел. Должен был быть в школе, но забыл тетрадь, пришлось вернуться. Я прибежал домой и стал свидетелем ссоры родителей. Из криков мамы я понял, что она собирала вещи, чтобы уйти от отца, а он не давал ей этого сделать. Один взмах его руки – она упала, ударившись о спинку кровати, и больше не встала. Тэхен не сводил взгляда с Сокджина, боясь пошевелиться, во рту у него пересохло. – Я подбежал к маме, услышал её прерывистое дыхание… Она умирала на моих глазах, а её убийца кричал, чтобы я шёл обратно в школу. Тэхен закрыл глаза, он ещё раз убедился в жестокости Ли Джона! Ему ничего не стоило убить Лео! Для него это обычное дело. – Сокджин, – прошептал он, – и ему удалось избежать наказания… – Да, я был в шоке, но дал показания полиции. Но кто будет слушать ребёнка, если его отец держит в страхе весь город? Чонгука ещё здесь не было, Сеул практически принадлежал моему отцу. Полиция, органы власти подчинялись ему. Ничего не стоило сделать так, чтобы заявление просто пропало, а уголовное дело прекратили по причине отсутствия состава преступления. И с этим он жил долгие годы! Знать правду и не иметь возможности её доказать! – Как ты жил, зная, что рядом убийца? – А разве есть выбор у ребёнка, которому десять лет? Я ушёл и начал жить отдельно от него и Минхо лишь в семнадцать. – Сокджин подошёл к окну и слегка приоткрыл занавеску. – Я никогда не прощу ему этого, но я не господь бог, чтобы казнить. А он бог – найдёт Ли Джона и расправится с ним. Сокджин опустил занавеску и обернулся к Тэхену: – Чонгук нарыл на меня информацию? Это мог сделать только он. Что он увидел в окне, Тэхен догадался – там наверняка стоял чёрный автомобиль, внутри которого сидел человек и следил за обстановкой. Был ли он палачом или просто его охраной, Тэхен не знал. Но это и неважно! Быстро написав пару слов, он отправил сообщение и откинул телефон подальше от себя. Он услышал страшную историю Сокджина, но ему надо было знать ответы на свою. Сокджин должен ответить. Подойдя к нему, он взглянул на улицу и понял, что не ошибся: чёрная машина стояла под окнами. Тэхен перевёл взгляд на Сокджина: – Ты знал, что твой отец убил моего сына. Знал, но молчал. Сокджин кивнул, склонив голову, как будто это он убил Лео. Брал вину на себя или ощущал себя виноватым из-за того, что его отец – настоящий ублюдок? – Я знал, но молчал лишь по одной причине: ты никогда не стал бы моим. – Ты знал меня раньше! Я вспомнил наше знакомство в поло-клубе. Но ты не напомнил мне об этом. – На это есть причина, – твёрдо ответил он. И вместо нежного, замученного воспоминаниями мальчика перед ним оказался уверенный в себе мужчина. – Я всё тебе расскажу. Они стояли, глядя друг другу в глаза. Тэхен следил за его мимикой, боясь пропустить ложь, он вслушивался в слова и понимал: чем больше он узнаёт, тем сложнее становится жить. – Мой крёстный Юн Ноа пригласил меня на открытие поло-клуба, сейчас я понимаю, что если бы пришёл минутой раньше или позже, то никогда не увидел бы парня, который перевернул мою дальнейшую жизнь. Ты веришь в любовь с первого взгляда, Тэхен? Он смотрел на него и уже собрался ответить… но слов не оказалось. Он говорил о нём и тех нескольких секундах их первого знакомства. – А она есть, – тихо ответил он за него, – и никто не виноват в том, что сын Джона влюбился как безумный в парня его заклятого врага в тот самый момент, когда его взгляд на секунду пересёкся с моим. Ты был чем-то озабочен и явно меня не заметил. Но наши взгляды пересеклись, и в тот момент я понял, что не видел парня ярче тебя. Я не знал, кто ты, ничего о тебе не знал. Просто всё это время любил того, кого видел всего лишь раз в своей жизни. Тэхен смотрел как загипнотизированный. Теперь он вспомнил детально момент их встречи. Да, его взгляд пересёкся со взглядом золотистых глаз, этот цвет ему показался тогда очень необычным. Как он мог забыть об этом? – Я люблю тебя, Тэхен, – уверенно произнёс Сокджин, он стоял рядом с ним, но боялся коснуться. Но слова трогали больше, чем руки и губы, они проникали глубоко в душу и оседали в сердце! – Для меня неважно, что ты убил моего брата в тот вечер. Жаль только одно – я не пошёл тогда за тобой, но так хотел! Если бы пошёл, ничего бы не случилось – мой брат был бы жив, отец не мстил, твой сын остался бы жив, но… ты не был бы моим! Да, жизнь переплетает судьбы людей замысловатым образом. Тэхен молчал. Этот человек сказал за минуту несколько раз, что любит его, а его сердце рвётся на части, губы не двигаются, больно говорить. Слишком больно. Тэхену хотелось расплакаться, уткнувшись ему в грудь, ощутить его сильные руки и слушать нежные слова. Он его любит! Да так, что молчал обо всём, лишь бы быть с ним. Ему теперь ясно, что он делал в клубе Чон Чонгука в тот вечер, когда он чуть не попал под машину. Он ждал его и, возможно, делал это каждый день на протяжении стольких лет. – Я убил твоего брата, – наконец произнёс он, – за это твой отец убил моего сына. Ты думаешь, что я могу быть с тобой? Я постоянно вижу, как Ли Джон убивает Лео. Я плохо сплю и живу только единственной мыслью – отомстить. Сокджин, – Тэхен сделал шаг к нему, – я уверен, что ты знаешь, где твой отец. А ещё уверен, что желание наказать виновного в смерти твоей матери живёт в тебе. Наверняка ему хотелось его обнять, но он этого не сделал. Тэхен был благодарен ему за это. – Я ничего не знаю об отце. – Не может быть. – Клянусь! Он звонит мне сам, но никогда не говорит, где находится. Сокджин отвечал, глядя ему в глаза, но Тэхену плохо верилось в правдивость его слов. Он рассказал ему много, но не сказал главного, а значит, Чонгук не заставит себя долго ждать. Но он не желал смерти Сокджина. Он жертва. Такая же жертва, как он. – Он мой отец, Тэхен. – Сокджин отошёл от окна. – Но дело даже не в этом, мне плевать на его жизнь. Дело в том, что я не хотел бы, чтобы ты испачкал свои руки кровью моего отца. – Я не могу быть с тобой, зная, чей ты сын, – в его голосе не было грубости, он сказал это с нотками сочувствия, – в противном случае, видя тебя, я буду думать о том дне, когда умер Лео. Сокджин понимающе кивнул, ему даже показалось, что он был готов это услышать. Он любил, а он в нём видел лишь своё прошлое, потерю и боль. Схватив сумочку с дивана, Тэхен направился к выходу. Он не пошёл за ним, молчал, но это молчание тоже стало пыткой. Парень остановился и посмотрел на него: – Мне надо о многом подумать. Он ушёл, ничего не услышав в ответ. Сел в машину, посмотрел на чёрный BMW и надавил на газ. Автомобиль, посланный Чонгуком, остался на месте. За Сокджином открыто следили, ему не дадут убежать. Но он знал: побега не будет. Сокджин – противоположность своего отца. Он не трус и достойно примет удар. Тэхен приехал к клубу слишком быстро, мысли в голове смешались, так же как смешались его чувства. Он не понимал, что испытывал к Сокджину, это был клубок из злости, ненависти, жалости и понимания. Он не виноват, что его отец – Ли Джон. И в том, что не сказал ему правду, не виноват, он ведь любил, а влюблённые иногда творят странные вещи. Сокджин прав: узнав правду, он ни за что не остался бы с ним. Он зашёл в клуб, где было очень весело. Дым сигар, приглушённый свет и ненавязчивая музыка действовали расслабляюще. Тэхен кинулся к кабинету Чонгука, но дверь была заперта. Он ушёл! Домой, к Хелен, а говорил, что будет здесь всю ночь. – Тэ, дорогой, ты пришёл, – к нему подошла Юна с бокалом шампанского в руке, – я так и думала! А где твой парень? Ты хотел нас познакомить. Тэхен посмотрел на подругу, её присутствие сейчас было совсем некстати. Ему некогда обсуждать парня… да и парня уже, скорее всего, не было. – Ты видела Чонгука? – Его волновало только это. – Видела. – Юна явно выпила не один бокал шампанского: она растягивала слова и глупо улыбалась. Тэхен позавидовал: ему тоже хотелось напиться и забыть обо всём. Но он не имеет права расслабляться. – Он сидит за столиком номер один, совсем один, – Юна засмеялась, и теперь Тэхен увидел свою настоящую подругу. Ту самую Юну – весёлую, безбашенную и заводную. Даже вспомнился Джисон и их первый вечер в «Кречете». – Ты с Чимином? – улыбнулся Тэхен, а хотелось ещё улыбнуться её пожарному. – Да, – кивнула та, – я решила, что нам надо поговорить, поэтому пришла сюда. А тут так весело! Но Чон Чонгуку было явно не весело, раз он был один за столом. Ждал его? Или момента, когда сможет пустить пулю в голову Сокджина? – Передай Чимину привет, но я надеюсь, что ещё увижу вас. Прости, мне нужен хозяин этого заведения, – мило улыбнулся Тэхен и прошёл в другой зал. Чонгук сидел с бокалом виски, вальяжно расположившись в кресле. Верхние пуговицы на его рубашке были расстёгнуты, пиджак снят. Он поглядывал на экран телефона, лежавшего на столе. Прошёл час? Вряд ли, он успел вовремя. Тэхен подошёл к его столику и сел напротив. Чонгук выглядел суровым. Но его не напугать таким видом, он уже имеет противоядие. – Я поговорил с Сокджином. Ты был прав, он сын Джона, – начал говорить Тэхен, но Чонгук его перебил: – Ублюдок сказал, где его отец? – Подожди! – теперь перебил его Тэхен. – Дай мне сказать… – Что, мать твою, – раздражённо спросил он, – что ты можешь сказать? Он явно был настроен недружелюбно, что слегка вывело Тэхена из себя. – Мы станем обсуждать личные вопросы прямо здесь или за закрытыми дверями? Он кивнул, слишком много свидетелей и очень громкая музыка. А ведь остаться здесь – для Тэхена лучший вариант, он уже пожалел, что предложил уйти. Чонгук встал, сдёрнул пиджак со спинки кресла и молча пошёл в сторону своего кабинета. Пришлось встать и идти за ним. Когда дверь за ним захлопнулась, сразу стало тише. Этот кабинет ему нравился, даже несмотря на то, что это его личное пространство и «Замок Сфорца» о многом напоминал. – Слушаю! – Чонгук сел на своё место. – Надеюсь, ты с хорошими новостями и я зря нервничаю. Тэхен сел, понимая, что то, что он узнал, его не развеселит, а только взбесит. Надо наносить удар первым. Разговоры с Чонгуком сейчас больше напоминали игру в шахматы, когда надо думать и просчитывать каждый ход. – Сокджин не виноват, что имеет такие отвратительные родственные связи. Он не знает, где скрывается его отец. Тот изредка звонит, но не говорит, где находится. Несколько секунд молчания показались ему часом. Чонгук, видимо, не мог поверить в то, что услышал. Он молча смотрел на него, Тэхен видел, что он кипит от ярости. Надо было что-то предпринять, иначе Сокджину не жить. – Только попробуй его тронуть, – прошипел он, – дети не должны расплачиваться за грехи родителей! Я не стану пересказывать весь наш разговор, скажу одно: у меня нет желания быть жестоким с тем, кто когда-то тоже пострадал из-за Джона. Он сказал и смело посмотрел Чонгуку в глаза. Он резко дёрнулся в его сторону, хорошо, что между ними стоял стол. – Ты что-нибудь слышал о вендетте? Знаешь, что это? Кровная итальянская месть! Это когда за смерть родственника или члена клана отвечает не только непосредственный виновник, но и все его родственники-мужчины. – Чонгук как будто швырнул в него эти слова, его глаза пылали огнём. Тэхен подумал, что лучше бы ему убраться отсюда, но всё же решил остаться и дать отпор: – Тебе от этого станет легче жить? Ты убьёшь Сокджина, но виновник будет жить! – Он вскочил со своего места и опёрся кулаками о стол. – Ты даже не представляешь, насколько легче мне будет жить! – крикнул Чонгук и не на дюйм не отодвинулся, а, наоборот, подался вперёд, чтобы совсем его запугать. – Пусть его сын гниёт в могиле – отличная месть. La fine del suo genere. – Тебе лишь бы убивать без разбора! Ты никогда не думаешь о чувствах других… – Кого? Ли Сокджина?! – не унимался Чонгук, его голос был буквально пропитан ядом. – Моих! – вставил Тэхен и встретил его удивлённый взгляд. Чонгук опешил. Смотрел на него, видимо, не понимая, о чём он говорит. Он даже мотнул головой, потом на секунду закрыл глаза и спросил: – Ты только что признался, что любишь этого выродка? – Понимай как хочешь. ??? Тэхен выскочил из его кабинета, оставляя Чонгука задыхаться в собственной злости. Когда он вышел, услышал, как за дверью упало что-то тяжёлое – похоже, в гневе Чонгук швырнул первое, что попало под руку. Он сидел в своей машине, припаркованной в тёмном месте, и ждал. Он прекрасно знал, что будет продолжение. Хотелось оказаться в нужный момент в нужном месте. И Чонгук не заставил себя долго ждать: быстро прошёл по аллее, разговаривая по телефону, рывком открыл дверь «Альфа-Ромео» и сел за руль. Тэхен прекрасно знал, кому он звонит, но только не знал, куда он поедет. Он проследит за ним, но есть большой риск, что он увидит его. И ему пришло в голову не следить за Чонгуком, а поехать к дому Сокджина. Он ехал и смотрел на встречные машины, хорошо, что ночью их было не так много. И тут мимо промчался автомобиль Сокджина, он не заметил «Инфинити» Тэхена. Следом пронеслась чёрная BMW – он успел разглядеть водителя. Хосок! Они мчались быстро, и если он будет искать разворот, то упустит их. Пришлось действовать по плану Б – он разворачивал громоздкую «Инфинити» в неположенном месте и одновременно набирал номер Хосока. Как хорошо, что Чимин дал его номер на всякий случай, вот он как раз и наступил. – Хосок, это Тэхен. Прошу тебя, скажи, куда ты едешь? – Тэхен, – произнёс он, явно удивлённый, – откуда у вас мой номер? – Неважно, – тяжело дыша, ответил он, понимая, что ему удалось развернуться и последовать вслед за автомобилями Сокджина и Хосока, – куда Чонгук велел тебе ехать? – Это его приказ… – От этого зависит моя жизнь, Хосок, – взмолился Тэхен, – однажды ты уже пожалел, что не смог мне помочь. Так помоги сейчас! Он должен услышать его! Тэхен верил, что у Хосока есть сердце. – В порт, – произнёс он, – они встречаются там, где должна была состояться сделка с Дугласом, в одном из заброшенных зданий. Ох и достанется мне, Тэхен! Что вы намерены делать? Тэхен надавил на газ, его машина взвыла и помчалась с бешеной скоростью. – Не переживай, Хосок, я не выдам тебя. Не дай им перестрелять друг друга! – попросил он и отбросил телефон. Чонгук назначил встречу Сокджину. А тот решил подставить свою голову палачу. Тэхен быстро доехал до порта и увидел автомобили Чонгука и Сокджина. BMW тоже стояла здесь. Из неё ему навстречу вышел Хосок. – Тэхен, Чонгук приказал мне оставаться здесь… – Где они? – прервал он. Мысли не поспевали за его дыханием. А если он не успеет? Если Чонгук убьёт Сокджина? Сложно думать о том, хотел он его смерти или нет, но ведь приехал же! Да и от Сокджина неизвестно чего можно ожидать, в порыве гнева он мог прикончить Чонгука! С этими мыслями Тэхен открыл бардачок, вытащил пистолет и сунул его за пояс. Второй пистолет уже был при нём. Оружия мало не бывает! – В каком они здании? – бросил он Хосоку, захлопнув дверь машины. – В том, – он указал ему на то самое строение, где ещё недавно он с винтовкой в руках обследовал каждую комнату и до сих пор помнил каждую деталь. Зачем Чонгук привёл сюда Сокджина? Ужасное место. Оно ужасно ещё тем, что под ногами всё хрустит. Опять надо притворяться мышью или собственной тенью. Тэхен на несколько секунд остановился, чтобы выровнять дыхание. – Я пойду с вами, – раздался голос Хосока за спиной. – Нет, я один, – прошептал он и направился к зданию. Он неслышно шёл по заросшей травой дорожке, которая вела к подъезду. В памяти всплывали картинки, как он обходил хрустящие деревяшки и старался не наступать на стекло. Тэхен зашёл в подъезд, вытащил пистолет и стал прислушиваться к звукам. Но было тихо. Ни разговоров, ни шороха, ни скрипа разбитого стекла. Значит, они этажом выше. Пришлось подниматься медленно на второй этаж – это он тоже проходил. Как только его нога ступила на последнюю ступень, он услышал суровый, твёрдый голос: – Вот и всё, Ли, наконец я увижу, как твои мозги разлетятся по стене. Обидно лишь то, что этого не увидит твой отец! – Чонгук взвёл курок, Тэхен услышал этот звук, но не мог решить, что ему делать дальше. Если он сейчас ворвётся, Чонгук точно выстрелит. – Не радуйся, Чонгук, моей смертью ты не заденешь тонкие струны сердца Ли Джона, только позлишь лишний раз, – Сокджин усмехнулся, – потешишь своё самолюбие. А ещё причинишь боль одному человеку. Ты об этом не подумал? – Я как раз об этом думаю все последние дни, ублюдок! – А может, ему проще будет жить, если не станет тебя? Тэхен снова услышал звук возводимого курка – теперь Сокджин направил оружие на Чонгука. От их слов и петушиных боёв стало противно! Кончится всё тем, что они перестреляют друг друга, но что от этого толку? Он вытащил второй пистолет и вышел из своего убежища, направив пушки к головам этих мужчин. Он взял обоих на прицел! Какое счастье! Хотя смешнее картины он в жизни не видел: Чонгук целился в Сокджина, тот – в него, а парень касался дулами пистолетов их висков. – Быстро кинули пушки на пол! Иначе пристрелю обоих! – резко произнёс он, уже не очень уверенный в том, что это только угроза. Мужчины начали его злить! Сокджин кинул пистолет первым, потом Чонгук, а Тэхен продолжал держать их на прицеле: – Значит, так, если вы решили помериться пушками, то забыли один важный факт: смерть одного не принесёт наслаждения в жизни другому! И вы забыли ещё кое-что: есть я! Никто не подумал обо мне? Или вы как раз обо мне говорили? – Он прищурился, ожидая ответа. Смотрел на Чонгука, прекрасно понимая, что им руководило – банальная ревность! Даже после того, что произошло пять лет назад, он считал его своей вещью, которую можно выбросить, а можно подобрать! – Только ради тебя я бросил пистолет. – Чонгук по-прежнему был уверен в себе. Этого мужчину не прошибить ничем. Даже стоя под дулом пистолета, он не сомневался, что Тэхен не выстрелит. И, конечно, был прав – он не сможет. Тэхен опустил пистолеты. – С меня хватит этого цирка, – произнёс Сокджин, поднял своё оружие и направился к лестнице. Тэхен последовал за ним, но обернулся и встретился с карими глазами Чонгука. – Дай мне свободу, не преследуй меня больше! Я сам решу, с кем мне жить и с кем мне спать. Прими мой выбор! – Ты сможешь спать с сыном человека, который убил нашего сына? – не поверил он, но он сам не верил в это. Вряд ли. С Сокджином он ещё поговорит, это сделать проще, чем с Чонгуком. – Это тебя не касается, я сам разберусь. И что бы я ни решил, ты примешь мой выбор. Нашего сына убил не Сокджин, ты любишь сваливать все грехи на других, даже не разобравшись в ситуации. Он сделал шаг в его направлении, но Тэхен отошёл. – Он может быть опасен, а ты слишком наивный. – Сокджин не опасен, потому что он любит меня! – произнёс Тэхен, всматриваясь в глаза Чонгука. – Любящий человек никогда не причинит боль тому, кого любит. Он выдохнул эти слова, слегка нахмурившись, тихим, спокойным голосом и направился в сторону лестницы. – Иногда обстоятельства заставляют нас делать то, что мы не хотим. И у нас отнимают право выбора. Чонгук произнёс это тихо, но он услышал. Остановился, но ворошить прошлое не хотелось, не было желания искать оправдание его поступкам, всё вспоминать и переживать заново. Это было больно! И самое ужасное, что, кроме боли, никаких чувств не осталось. Он закопал их на мусорной свалке. Он спустился быстро, вышел на улицу, судорожно глотая ртом воздух, и наткнулся на Сокджина. Он ждал его, Хосок тоже был здесь. Оба встревоженно смотрели на него. – Тэхен, с вами всё хорошо? – Тэхен, – перебил Хосока Сокджин, – давай поговорим! – Отстаньте все от меня. – Он двинулся вперёд, желая поскорее оказаться дома, лечь в постель и уснуть. Хотя спать не хотелось, но что делать, если думать ни о чём тоже не хотелось? – Вы все мне омерзительны! Он шёл к машине, но Сокджин его догнал: – Знаю, что ты сейчас ненавидишь меня, но могу я задать тебе один вопрос? Тэхен остановился и обернулся, ожидая вопроса. – Если я найду отца и отдам в руки Чонгуку, ты простишь меня? Тэхен перестал дышать, его сердце, кажется, остановилось. Он стоял как вкопанный. Боковым зрением он увидел идущего в их сторону Чонгука. Он тоже слышал этот вопрос и остановился, ожидая его ответа.