лазурные берега омываются горем.

по мере продвижения по улице меня охватывала всё та же знакомая дрожь, я не видел ничего особенно схожего с присутствием стелларона, но само чувство было как будто бы… сродни с присутствием чего-то, чего мне стоило бы бояться. возможно, я встречу самого архаика? что мне делать тогда? каковы его намерения? если он нападёт, я ведь точно труп. возможно, всё таки стоило взять с собой дань хена, а не разделяться. да и как он сам там? я беру в руки смартфон, набирая ему сообщение: «как ты? есть что-то?». минута, две, три. ненавистное колесо сансары на сообщении всё крутится, крутится, крутится… — заебись, — коротко констатирую я, осознав, что связи здесь нет. меня преодолевало чувство дежавю. — один, хуй пойми где, в конце этой блядской улицы меня походу ждёт батя не самых мощных, но всё же монстров, который меня по самые гланды отымеет, так ещё и дань хену написать не могу. сдох ли, живой ли – непонятно. за-е-бись. сплюнув в бок, я с горечью пинаю очередной камушек, который растворяется во тьме прохода между домами. по дороге я встретил ещё пару-тройку этих созданий архаика, но и они выявились не активнее встретившегося нам с дань хеном. то ли у них сейчас не период бодрствования, и они по вечерам спать ложатся, то ли и вправду такие слабые… мои раздумия прервал прерывчастый, хриплый женский крик из-за рога улицы. — помогите! умоляю, спасите! что за дерьмо. почему тут снова человек? ещё и женщина? я спешком заворачиваю за улицу, и вижу пару монстров побольше предыдущих, но всё ещё не особо внушающих страха. но вот дамочке у стены явно было не по себе. на вид самой женщине было лет около пятидесяти. худощавая, в запотевших очках, явно уставшая, видимо с работы. и почему этот квартал так облюбован стариками? я замахиваюсь битой, и мягкие тела тварей расщепляются под одним ударом. к удивлению, они не слепляются воедино после этого, а безжизненно валятся у ног старушки. она, всё ещё дрожа от страха, закрывает руками рот и сползает спиной по стене, присаживаясь. мне на секунду показалось, будто я её уже где-то видел. — сп.. спасибо… спасибо… я думала… извините, мне нехорошо… — всё в порядке, мисс. можете рассказать, почему вы здесь? что случилось? она сипло откашлялась, вероятно, пытаясь привести речевой аппарат в норму. — я решила срезать дорогу с работы домой. я очень спешила с работы, дома двое детей, а муж не справляется… у нас раньше был сын, который помогал, но он пропал лет пять назад… отлично, у нас теперь плюс задача по поиску сына? женщина бегло стирает пот со лба, снимает очки и протирает стёкла маленьким платочком с кармана. — а вы… вы кто? могу я хоть лицо своего спасителя увидеть… — она надевает очки, и поднимает глаза на меня. секунду смотрит, прищуривается, протирает очки снова, надевает, и не моргая продолжает смотреть на меня с пол минуты. — с вами всё в порядке? — задаю вопрос, явно не понимая, что с ней. — сын… сын… сынок… — она снова заходится плачём. приподносит руку, приглашая меня опуститься, и я присаживаюсь на корточки возле неё. что за пиздец. — сынок… — продолжает она, — ты… это же ты, да? марк… тебя забрала межзвёздная организация, ты так хотел туда попасть… сначала слал нам телеграммы, выходил на связь… а что стало с тобой потом, марк? они сказали… — она всхлипывает, — что ты пропал, дорогой! женщина обхватывает меня руками, обнимая и прижимая к себе. она действительно казалась мне знакомой, я, вероятно, даже согласился бы, что я видел её где-то в городе, но какого чёрта? от старости слабо видит, перепутала меня на вид со своим сыном? или спятила от горя, и теперь считает любого парня своим сыном? я слабо приобнял её, чтобы успокоить, и после немного отстранился. как же ей как-то так сказать, чтобы не расстроить… — мисс, понимаете… эм, точнее, миссис… как ваша фамилия, извините? — шнайдер, сынок, и моя, и твоя, ты что, забыл? бедняжка, неужели ты потерял память… ты не помнишь меня, сынок? шнайдер, я глория шнайдер, твой отец – недин шнайдер, и у тебя есть младшие брат с сестрой: аса и натаниэль… бедняжка… — она снова протирает очки, в этот раз от слёз. всё бы ничего, только её слова отдались в моей памятьи сильной горечью, будто было что-то что я и правда забыл. точно. да… то фото… — келус! гляди чё нашла, — март протягивает мне пыльный полароид, выцветший, с пятнами от сырости по краям. я подношу его ближе, пытаясь рассмотреть. на нём изображена как будто уменьшенная версия меня, спящего с плюшевым медведем. такой маленький, спокойный, абсолютно беззаботный и беззащитный… я разворачиваю полароид тыльной стороной, на ней каллиграфично, красивым размашистым почерком написано: «с любовью, от глории шнайдер». — что это? где ты это нашла? — мне дала это герта, и, если честно, она говорила мне пока тебе это не давать, но я подумала, что ты должен знать! сказала, что этот снимок она случайно нашла при вторжении охотников за стелларонами, кажется, кто-то из них потерял, либо хотели отдать тебе лично. она пока не хотела давать тебе, пока не разберётся, кто такая глория шнайдер, но вот… «с любовью, от глории шнайдер». да, теперь точно детально вспомнил события того дня. тогда я для себя просто решил, что это какой-то розыгрыш, и что, возможно, не стоит придавать этому такое значение. но вот, такое совпадение… — точно, солнышко, возможно, это освежит тебе память, — внезапно для меня старушка тянется во внутренний карман пиджака, извлекая оттуда потрёпанный бумажник. в бумажнике местилась такой же кондиции фотография. тот же спящий я, в обнимку с тем же медведем. — это копия, к сожалению. я дала тебе оригинал когда ты отправлялся на борт с той организацией… ты, может, потерял её, но, должно быть, помнишь… — кажется, да… — глухо отозвался я, уже не понимая, что происходит. она… неужели мне врал звёздный экспресс? неужели у меня и правда есть семья? я обыкновенный житель обыкновенной планеты? но зачем они мне врали? а как же всё, что происходило до этого… эоны… резонация стелларона внутри меня… — постойте, миссис шнайдер, но ведь… я просто оболочка… некоторого ядра, я чувствую резонацию с другими такими же ядрами, я видел эонов… — малыш, — она протягивает руку и трепает меня по волосам. — как такой славный мальчик может быть просто оболочкой. ты хоть сам представляешь, чтобы ты мог быть не человеком? она хрипло посмеялась, и поднялась с земли. — нам надо идти, дорогой. вот ведь нед удивится… пора домой, сынок.