Мою музу звали Смерть.

Небо было идеально чистым в эту последнюю летнюю ночь. Как ни старайся, не удалось бы разглядеть на нём ни единого, даже самого малого облачка. На самом краю тёмного беззвёздного ночного покрывала виднелась полная луна, окрашенная красно – оранжевым оттенком. «Плохая примета…» - подумал про себя Гончаров, вспомнив одно из довольно старых прочтённых им когда – то давно произведений, где как раз – таки красная луна стала дурным сбывшимся знамением. От размышлений его оторвал внезапно раздавшийся в звенящей ночной тишине знакомый голос – в парк, держа под руку Николая, пришёл Фёдор, заставляя Ивана перевести взгляд в сторону пары. Среди немногочисленных участников «Крыс Мёртвого Дома» все прекрасно знали о том, что Достоевский и Гоголь вместе, и относились к этому с пониманием. Правда, Пушкин один раз попытался пошутить на эту тему, однако чуть не был разорван доведённым до ручки его глупыми анекдотами Фёдором, которого, к счастью, вовремя остановил Николай. С тех пор различные смешки и шутки об их отношениях стали для Александра не такими уж и весёлыми. - Все в сборе? – приближаясь к окраине парка, у которой все участники плана и договаривались собраться, спросил Достоевский, окидывая взглядом присутствующих ожидающих вампиров. – Время ровно без десяти час ночи. Гончаров поправил нежно – голубые волосы, связанные при помощи коричневой резинки в аккуратный высокий хвост, и оглянулся на стоящую рядом лавочку, на которой со скучающим видом сидел Сигма, пришедший самым первым, – ещё за полчаса до назначенного времени, - уперев локти в колени и устроив острый подбородок в своих похолодевших ещё сильнее от ночной прохлады ладонях. - Всё в порядке? – обеспокоенно поинтересовался Иван, подходя к парню чуть ближе и кладя свою руку на его плечо, заставляя слегка вздрогнуть. - А, да!.. – мгновенно отозвался Сигма, выпрямившись, ловя переживающие взгляды Николая и Фёдора. – Извините, я задумался немного… - виновато почесал затылок он, заправляя короткие пряди, выбившиеся из высокого длинного хвоста и из – под широкого чёрного ободка за уши, слегка улыбаясь. - Всё в порядке, не волнуйся. – улыбнулся ему в ответ Гончаров, слегка сжав плечо вампира через тонкую ткань классической чёрной рубашки, на что тот, положив руку на бледную ладонь Ивана, мягко погладил его длинные пальцы, как бы благодаря за проявленные беспокойство и заботу. - Так… - как гром среди ясного неба вдруг раздался голос Достоевского, в котором слышались нотки закипающей в нём злобы и раздражения. – Где Пушкин? На миг в воздухе повисла свистящая шелестом ветра тишина. Сигма и Гончаров переглянулись, понимая, что Александр ещё не приходил. Ну, по крайней мере они его точно ещё не видели. - Вот же дьявол… - процедил Фёдор, прикрывая глаза и сжимая два пальца на переносице. – Сказал ведь, что не опоздает, собака такая… - А я и не опоздал! – раздался обиженный оклик где – то позади, заставляя Гоголя и Достоевского обернуться на голос, а Сигму и Ивана перевести взор на другую часть парка. По асфальтированной небольшой тропинке мимо недавно высаженных деревьев и обшарпанных лавочек шёл Александр, одетый в чёрные широкие спортивные штаны и чёрную толстовку с капюшоном, что был накинут на его голову. Одной рукой прижимая к груди свой белый ноутбук, вампир приветственно махал второй, рассекая ладонью в чёрных тонких тканевых перчатках ночной воздух. - Опоздал. На минуту, между прочим. – заметил Фёдор, скрестив руки на груди и вперившись тяжёлым аметистовым взглядом в полную фигуру, что вразвалочку прошла мимо, плюхаясь на лавочку рядом с Сигмой. - Не на час же! – фыркнул Пушкин, закидывая ногу на ногу. – Считай, вообще вовремя пришёл. - Я бы тебя прибил, но ты, к сожалению, являешься чуть ли не центральной фигурой нашего плана, поэтому радуйся. – съязвил вампир. - Вот именно, что центральной. Так что ничего вы мне не сделаете, потому что без меня ничего не сможете. – скрестив руки на груди и усмехнувшись изрёк Александр, заставляя Достоевского тяжело выдохнуть и закатить глаза до небес. Наверняка бы Фёдор что – нибудь да ответил наглецу, но мягкая ладонь, бережно обхватившая его тонкое бледное запястье, мигом перетянула всё внимание вампира на себя. Мягко улыбнувшись, Гоголь чуть сильнее сжал руку Достоевского, отчего тот лишь тихо вздохнул, подаваясь вперёд и нежно целуя Николая в щёку, отчего тот моментально покраснел. Отстранившись от парня, Фёдор быстро напустил на себя серьёзный вид, переводя взор на собравшихся трёх вампиров. - Теперь, я так понимаю, все на месте? - Все. – согласно кивнув, ответил за всех Гончаров. - Все помнят наш план? Ни у кого вопросов нет? – Достоевский обвёл всех присутствующих изучающим взглядом. – Спрашивайте, если есть. Потому что потом будет далеко не до этого. - Вопросов нет. – вновь выразив всеобщую мысль в одиночку, пожал плечами Иван, предварительно посмотрев на ожидающих дальнейших действий остальных участников плана. - Тогда выдвигаемся к начальным точкам. Сигма и Александр, отправляйтесь к запасному выходу резиденции. – начал Фёдор, видя, как Сигма с Пушкиным поднимаются с лавочки. – Ждите прихода Ивана. - Поняли. – кивнул парень, чьи зрачки, соединяясь с радужкой, налились ярко – красным цветом, кладя руку на плечо Александра и мгновенно растворяясь вместе с ним в воздухе, перемещаясь к нужной им точке, что располагалась не так уж и далеко. - А мы с вами, господа, - развёл руками в театральном жесте Достоевский, - отправляемся к главному входу. Гончаров не сразу среагировал на слова вампира, который, - уже развернувшись, - положил свою ладонь на плечо Гоголя, заставляя того обернуться, и следом заключая в крепкие объятия. Иван вновь скользнул взглядом по большой окружности луны, что была налита кровью. Какое – то нехорошее предчувствие затрепыхалось в груди, закрытой тканью обычной чёрной рубашки, заставляя всерьёз задуматься над тем, с чего это оно вдруг появилось. - Вань? – раздался негромкий оклик за спиной вампира, заставив того обернуться и мигом выпасть из вдруг накатившего ступора. – Ты идёшь? - Да, иду. – мгновенно развернувшись, Гончаров быстрым шагом направился к Фёдору и Николаю, что, кивнув, растворились в воздухе. С тяжёлым вздохом Иван кинул последний быстрый беглый взгляд на кроваво – оранжевую луну, следом и сам чувствуя, как под губами начинают вытягиваться пары длинных острых клыков. Мигом отогнав все странные мысли, появившиеся в результате непонятного волнения, вампир исчез с места, напоследок сверкнув в темноте багровыми радужками глаз, горящими во мгле ночного старого парка красным огнём.