Obsession

      Феликс, полностью погрузившись в свои мысли, наматывал круги по квартире Хенджина. Сегодня он освободился намного раньше, но так как они не виделись весь день, решил заскочить к Хенджину и дождаться его уже здесь. Им предстоял очень серьезный разговор, потому что сцена, которую он вчера увидел в аэропорту, шокировала его до глубины души.       Чонин.       Все это время убийцей был Чонин, а Чан его прикрывал и, более того, пытался ему помогать. И с одной стороны, Феликс, наверное, мог бы понять его, но с другой — какого черта? Этот ребенок… Нет, не ребенок, вампир, которому уже прилично так лет, терроризировал их город. Чан мог бы обратится к охотникам, Феликс убедился — они на самом деле являли собой силу, с которой стоило считаться. Но по какой-то неведомой причине он этого не сделал.       Поэтому Феликс и решил взять все в свои руки, а отправной точкой для этого должен был стать разговор с Хенджином.       Из спальни послышался подозрительный грохот — Кками опять что-то чудил. Парень нервно выдохнул и направился туда.       Спальня Хенджина всегда ему нравилась. Только в самом начале он чувствовал легкую неловкость, когда ложился спать, но потом постепенно привык, и даже пушистое покрывало, которое мама Феликса назвала бы пылеуловителем, больше не ассоциировалось у него с его первым визитом в эту квартиру, когда он на этом самом покрывале…       Феликс поднял с пола опрокинутый стакан для канцелярии и вернул на стол. Его взгляд сам собой зацепился за рамку с фотографией Хенджина и его семьи, за книги, которые он читал на досуге, за полноразмерные наушники, в которых он иногда сидел по ночам, за лекционную тетрадь по философии, которую Феликс планировал переписать к сессии… Жуть. Лучше уж думать о покрывале.       Он плюхнулся на кровать и достал телефон.

Ты скоро?

Я думал заскочить к Тэену, так что хз У тебя что-то срочное?

Нет Подожду до вечера

      Феликс не хотел обсуждать такие серьезные вещи по телефону, но точно так же не хотел отвлекать Хенджина. Ведь тот наконец-то встретил вампира, готового ему помочь (Минхо и Чанбин постепенно начинали реабилитироваться в глазах Ли), и, пожалуй, это стоило того — Хенджин становился более спокойным и счастливым после того, как возвращался от него.       — Значит, сегодня мы с тобой весь день одни, — произнес Феликс, глядя в маленькие злобные глаза Кками, — чем займемся? — в ответ послышалось рычание. — Отлично, я тоже подумал о музыке. Любишь k-pop?

***

      И вот за эти несколько часов Феликс успел выгулять Кками, поужинать, сделать вид, что выучил теорию к завтрашней паре, и даже выслушать Донхека, который жаловался на тяготы жизни с Чэнлэ. Как говорится, в чужом глазу — грязная, зараженная всеми болезнями мира соринка, а в своем — стильное бревно из дерева благородной породы, прекрасно дополняющее образ.       Поэтому в какой-то момент заскучавший Феликс снова полез на страницу Хенджина. И если отвлекать его глупыми сообщениями не стоило, то снова поглазеть на его фото было вполне можно. К тому же недавно он выложил новое селфи, от которого Феликс был в полном восторге.       На нем Хенджин, одетый в серую пушистую пижаму, сползающую с одного его плеча, щурился от солнца и прикрывал глаза ладонью на манер козырька, но крошечный лучик света таки проскальзывал между пальцев, отчего часть радужки окрашивалась в яркий янтарный цвет.       «И это — мой парень» — подумал Ли, разглядывая его лицо.       Еще полгода назад он и представить не мог, что будет встречаться с красавчиком Хенджином, который, к тому же, окажется вампиром.       Когда у Феликса выдавалась минутка подумать об этом, он приходил к выводу, что судьба так за что-то благодарила его, потому что иначе описать происходящее не получалось, а небольшие проблемы, те же самые охотники, решались сами собой.       Феликсу нравилось все. Крепкие объятия, долгие поцелуи и петтинг, но с каждым разом он реально хотел зайти дальше. Черт его дернул сказать тогда Хенджину, что им нужно подождать! Потому что Хенджин продолжал придерживаться четких границ, а Феликс, который, по идее, должен был быть благодарным, что его услышали, вместо этого осознал — отныне вся инициатива будет исходить именно от него. А ему все еще было немного волнительно, хотя он прочитал и посмотрел все, что только можно было.       Глядя на фотографию и плавно утекая в свои фантазии, Феликс скосил глаза на часы. Хенджин должен был прийти плюс-минус через час, время еще оставалось.       Он поднялся с кресла и, закусив губу, еще раз подумал, стоит ли сбрасывать напряжение, рожденное селфи, прямо сейчас. Однозначно стоит. Хотя бы потому, что времени было все меньше.       Феликс зашел в ванную и на автомате закрыл дверь на щеколду. Одежда тут же отправилась на пол, а дрожащие пальцы повернули вентиль крана, пуская в ванну обжигающе горячие струи. Такие, как он любит.       Еще несколько секунд полюбовавшись собой в зеркале, парень осторожно перелез через бортик и сунулся под воду. Если Хенджин спросит — он просто купался перед сном.       Это было так хорошо. Сначала играть с водой, подставляя ей свое свое лицо, намыливать тело, специально касаясь не слишком навязчиво. А потом уже представлять рядом с собой Хенджина.       Нежный румянец, то ли от пара, то ли от возбуждения, окрасил кожу Феликса, когда он наконец коснулся себя.       Это могли бы быть пальцы Хенджина, он мог бы прижимать парня к своей груди, медленно подводить к самой грани, чтобы в самый последний момент со смешком остановиться, помучить еще немного и продлить удовольствие.       Феликс всхлипнул. Возбуждение заставляло его тело зудеть, а колени — опасно подгибаться. Свободной рукой он для равновесия уперся в стену, думая, как Хенджин бы наверняка решил эту проблему проще. Черт, еще немного…       Еще немного мыслей о пухлых губах, становящихся ярче от поцелуев, о пронзительном взгляде, не упускающем из виду ни единой детали, о шепоте на ухо, сливающемся с шумом воды… Тихий стон, отскакивая от стен, показался слишком звонким. Хенджин мог бы в этот момент потребовать еще один такой, и если бы Феликс, смущенный его просьбой, отказал, все равно получил бы его своими действиями.       Сходя с ума от собственной разыгравшейся фантазии, Ли зажмурился и, выгнувшись, кончил с именем Хенджина на губах. Господи… Оно на автомате вырвалось у него еще несколько раз, пока он, абсолютно дезориентированный, сползал вниз по стене. А потом… Потом ему показалось, что он услышал лай Кками.       — Бляяять, — выдохнул Феликс, откидывая с лица намокшие волосы.       Опасаясь, что Хенджин вернулся, он нехотя поднялся и принялся оперативно смывать все улики, а уже через пару минут, распаренный и в одном махровом полотенце, тихонько выглянул из ванной, надеясь незаметно проскочить в спальню за пижамой. Но не тут-то было.       За дверью его ждал сюрприз в лице Хвана, прислонившегося к косяку и сканирующего его полуголую фигуру.       — О, привет, — Феликс шумно сглотнул, — не слышал, как ты пришел.       — Ага, — ответил Хенджин, делая шаг ему навстречу, — зато я тебя прекрасно слышал.       Упс.

***

      Они расположились на кухне, где Феликс неловко пытался налить себе водички, а Хенджин, судя по ощущениям, все это время прожигал его спину заинтересованным взглядом.       — Ой, да в конце-концов, — не выдержав, начал Ли, — мы — взрослые люди, как будто это что-то зазорное!       — Это ты делаешь из ситуации что-то зазорное, я же просто озвучил факт, — усмехнулся Хенджин, — серьезно, моя ванная — твоя ванная, делай, что хочешь, мне-то что.       — Действительно, — буркнул Феликс, делая крупный глоток и каким-то чудом выливая на себя треть стакана, — вот блять!       Снова идти переодеваться…       — Чего ты так разнервничался?       Если бы Феликс знал сам. На самом деле, он не стеснялся делать что-то подобное, но только когда был уверен, что один. То же самое относилось и к ванной Хенджина. Никогда прежде он не занимался там ничем компрометирующим, потому что было как-то стыдно, вдруг вампир еще услышит. Но, учитывая умение Ли попадать в самые интересные ситуации, случившееся пару минут назад было лишь вопросом времени.       — Ничего, — буркнул он, ища в ящиках бумажные полотенца и излишне агрессивно хлопая дверцами.       — Я тебе помешал? — продолжал допытываться Хенджин. Издевался, не иначе.       — Сам же слышал, что нет…       — Тогда чего ты бесишься? — и снова эта улыбка в голосе.       — А вдруг из-за того, что ты не присоединился?       Так, спокойно, надо сделать вид, что это не случайно сорвавшиеся с языка слова. Да. Все запланировано. Внутри Феликса разразилась самая настоящая битва: перевести все в шутку или сказать, что ему срочно надо к Чану, чтобы оказать ему психологическую помощь?       — Ты мог бы предложить это лично, — фыркнул Хенджин, закатывая глаза.       — Я не хотел тебя беспокоить… — Феликс собирался добавить что-нибудь язвительное, но немного подумав, сдался и со вздохом зарылся руками во все еще влажные волосы. — Честно, Хенджин, давай устроим вечер откровений?       — Хочешь серьезный разговор?       — Ага, — Феликс кивнул и, скомкав бесполезные салфетки, сел напротив, — я просто хочу, чтобы мы наконец все выяснили.       — Ладно, — Хенджин, облокотившись на локти, поддался вперед, — я правильно понимаю, тема касается сегодняшнего вечера?       — Да. Я много думал об этом, и, знаешь, я хочу этого. Хочу переспать с тобой, потому что нам хорошо вместе и… — Феликс на секунду запнулся. — И я не вижу смысла чего-то стесняться при тебе, просто… мне немного неловко.       Хенджин задумчиво посмотрел куда-то ему за спину, а потом, когда Феликс уже успел начать маленький внутренний диалог с самим собой, все же кивнул.       — Я согласен со всем, что ты сказал, но опять же, мы сейчас говорим без шуток про гипноз и прочей херни, да?       — Смотря, что ты подразумеваешь под «прочей херней». Я уже сказал, что думал об этом, и мне интересно, как бы ты мог использовать свои способности.       Хенджин приподнял бровь, всем своим видом показывая, что хочет больше конкретики, на что Ли только обреченно вздохнул.       — Например, твоя сила или… Что там у тебя еще было? Мне не с чем сравнивать, но, наверное, это было бы круто. Как, ммм… Ну, не то чтобы в фанфиках по сумеркам, но… блять, — Феликс хихикнул и, слава богу, что Хван тоже улыбнулся на это, — я не читал, ясно? Просто предположил, но суть-то понятна.       — Понятно. Тогда, сможешь сегодня кончить второй раз?       — Я не зна… — глаза Ли шокировано распахнулись, когда до него дошло, к чему Хенджин клонит. Тело накрыла волна удушливого жара, и ему оставалось только надеяться, что он не покраснел. А в голове меж тем, словно зеленый сигнал светофора, загорелась навязчивая мысль — почему бы не воспользоваться остатками своей смелости прямо сейчас? — Мы можем проверить?       — Уверен?       — Ага.       Хенджин прищурился, словно все еще ожидая отказ, и Феликс кивнул, окончательно доказывая твердость своих намерений.       — Ну хорошо. Тебе нужно в душ?       — Эм, нет, и не надо ничего уточнять, ладно?       — Ладно, — Хенджин хитро улыбнулся и поднялся из-за стола, — тогда я быстро, даже соскучиться не успеешь.       — Иди уже! — крикнул Ли, дергая в руках остатки салфеток.

***

      Соскучиться-то Феликс не успел, а вот привести свои нервы в состояние натянутых струн — вполне. Казалось, время пропустили через самый жесткий слоумо, где секунды превратились в часы ожидания, а собственные мысли, наоборот, ураганом проносились в голове.       Он даже пытался отсчитывать капли воды, которые из душа падали на дно ванной. Да, слух сосредоточился только на этом. Поэтому когда Хенджин выключил воду, Феликсу обухом по голове ударила звенящая тишина. От волнения стало очень жарко, но кончики пальцев казались ледяными, и чтобы хоть ненадолго вернуть себе способность трезво мыслить, он приложил руки к лицу и сделал несколько глубоких вдохов и выдохов.       Все хорошо, это просто Хенджин.       «Просто Хенджин» вышел из ванной в одном полотенце на бедрах, и теперь казался греческим богом — не меньше.       Их взгляды на мгновение встретились, и Феликс тут же ощутил себя пригвожденным к табуретке, на которой коротал это время. От темных, хищных глаз Хенджина невозможно было оторваться, впрочем, продолжать дыхательную гимнастику тоже.       Феликс даже не заметил, насколько быстро он оказался рядом — вроде бы только-только был на пороге кухни, а теперь уже возвышался над ним, выглядя при этом каким-то подозрительно хитрым. Что-то задумал?       Ли смотрел на него снизу-вверх в молчаливом кротком ожидании, а потому не мог не заметить довольную улыбку, возникшую на губах Хенджина, когда он наконец склонился к его лицу, замирая на долю секунды у самых губ. До поцелуя оставалось совсем чуть-чуть, поэтому Феликс, последние полчаса находясь на пике нервного напряжения и предвкушения, прикрыл глаза и решил податься первым, но… Почему-то желанного прикосновения не произошло. Глаза растерянно распахнулись.       Хенджин, склоняя голову чуть вбок, оказался дальше изначального положения, а его взгляд искрился задором и открыто говорил Феликсу, что его дразнят.       Феликс же, насупившись, опять подался вперед, но ловкий вампир снова в одно мгновение отдалился. И что вот он делает?       Недовольство внутри Феликса вспыхнуло ярко и моментально. Он поднялся с табуретки, в два шага преодолел расстояние и за шею притянул к себе совершенно не сопротивляющегося Хенджина. Чтобы больше точно не сбежал.       Хван только мягко улыбнулся ему в губы.       — Ну наконец-то, — и прижал Феликса еще ближе.       Большие ладони скользнули по талии, очертили тонкий силуэт и опустились к пояснице, из-за чего Феликс чуть прогнулся, а потом оказались еще ниже.       Млея от прикосновений и долгожданного поцелуя, Феликс одной рукой обхватил его за шею, а второй зарылся во влажные волосы — как залог, что Хенджин точно никуда не денется. Что поцелуй еще какое-то время не будет прерван.       Но по итогу прервал его он сам, когда вскрикнул от неожиданности и вцепился в Хенджина еще крепче, потому что… Вампир подхватил его так легко, словно он совсем ничего не весил.       — О боже… — Феликс, тут же смутившись от осознания своего положения, опустил голову и уткнулся лицом ему в шею.       Его ноги, поддерживаемые за бедра, теперь крепко обнимали талию Хенджина, а сам он всем своим телом прижимался к его обнаженной груди. Возле уха раздался смешок.       — Что, опустить обратно?       — Нет! — ощущение, будто слово сорвалось с губ Феликса быстрее, чем Хенджин успел договорить.       — Тогда расслабься, я же держу тебя.       — Д-да, просто непривычно.       По факту. За последние лет семнадцать Феликс не встречал людей, которые легко бы поднимали его на руки и несли в кровать. А если еще добавить контекст…       Хенджин легонько поцеловал его в висок, а потом перенес весь его вес на одну руку, чтобы второй толкнуть дверь в спальню.       Это завораживало. То, как бережно он держал Феликса, и как одновременно горячо и возбуждающе ощущались его пальцы. Феликс прикрыл глаза, но так стало только хуже, потому что прикосновения теперь ощущались в разы ярче.       И, наверное, попытки спрятаться от Хенджина в объятиях самого Хенджина выглядели странно, но Феликс ничего не мог поделать с этим. Его разрывало от противоречивых чувств: он хотел любоваться Хенджином и касаться его, но одновременно с этим, неизвестно откуда взявшееся волнение не позволяло ему даже простого взгляда глаза в глаза.       Хенджин меж тем осторожно опустил его на кровать, на то самое многострадальное покрывало, и навис над ним, рассматривая с головы до ног. К веселью в его темных глазах теперь примешалось что-то такое, от чего Феликс почувствовал себя загнанным в ловушку. В мыслях вспыхнули сны, которые он видел еще в самом начале их знакомства. Во рту пересохло.       Томительное ожидание вкупе с легким чувством беспомощности только подстегивало зарождающееся возбуждение.       Он зажмурился и притянул Хенджина для нового поцелуя. Было так волнительно ощущать его ласковые пальцы, скользнувшие к низу пижамной футболки и потянувшие ткань наверх. Но еще волнительнее было думать о том, что эти самые пальцы будут делать потом.       Феликс приподнялся и ненадолго отстранился, позволяя Хенджину раздеть себя. Пальцы вновь вернулись к его телу, но теперь двинулись вниз к штанам. И если сначала Феликсу показалось, что вампир просто робеет снять их, то уже через минуту до него дошло — это намеренная неторопливость. Он снова дразнил, совсем как с тем поцелуем на кухне.       — Джинни, — тихо и с намеком позвал парень, вздрагивая от невесомых щекотных прикосновений.       Хенджин улыбнулся и еще раз чмокнул его в губы.       — Как ты хочешь? — спросил он, двигаясь ближе.       — Я не знаю, — прошептал Феликс, — я же ни разу ни с кем не был.       — Хорошо. По-другому: как ты представлял?       — Тебя сверху?       Ответ расплывчатый, но, кажется, большего Хенджину не было нужно. Мягко толкнув Феликса обратно на кровать, он мигом расположился между его ног.       — Так? — насмешливый тон заставил парня в очередной раз подавиться воздухом.       Феликс кивнул.       — А что нравится тебе?       — Хм… Мне нравится, когда ты краснеешь и смущаешься, — Хенджин принялся оставлять на его теле обманчиво нежные поцелуи, чередуя их с легкими укусами, и Феликс был готов завыть уже от этого, — нравится, — продолжал Хенджин, — видеть каждую твою реакцию, даже самую незаметную. Ты ведь знаешь, что я замечаю все?       — Д-да, — тихий дрожащий стон слетел с губ парня, когда Хенджин таки оттянул резинку штанов и огладил низ живота, цепляя пальцами его член, — что еще?       — Мм, мне нравится твоя невинность. Когда ты изо всех сил пытаешься побороть волнение, но забываешь, что я слышу как бьется твоё сердце, — зубы царапнули тазовую косточку, заставляя бедра Феликса неконтролируемо дернуться. Хенджин поднял голову, смахивая упавшие на глаза волосы. — Прямо как сейчас.       — Ты не делаешь лучше, — Феликс прикрыл горящее лицо руками.       — Мы оба получаем то, чего хотим, разве нет?       Хенджин стянул с него штаны и одним плавным тягучим движением провел языком вдоль члена.       Реакция моментальная.       Феликс запрокинул голову и сжал зубы, но даже это не помогло ему подавить всхлип.       Руки Хенджина держали его бедра раздвинутыми, а дразнящая мягкость языка и непредсказуемость движений заставляли жмуриться до звездочек перед глазами. Еще и этот потрясающий контраст прохладного воздуха комнаты и горячих выдохов… Феликсу моментально стало плевать на то, какие звуки вылетали из его рта и насколько сильно дрожало его тело, все, чего он хотел — это лишь бы вампир не останавливался, лишь бы дал ему больше.       Но когда Хенджин обхватил губами головку и начал медленно посасывать, он уже не выдержал. Понимая, что вполне может кончить и сейчас, Феликс дернулся, пытаясь уйти от этой ласки, но Хенджин, словно намеренно игнорируя его, лишь крепче сжал пальцы и продолжил с большим энтузиазмом.       — Джинни, — жалобно протянул Феликс, собирая крупицы контроля, — я сейчас кончу…       Хенджин плавно оторвался от него с пошлым звуком и довольно облизнулся.       — Дай мне секунду, — хрипло произнес он, поднимаясь на ноги, и… Вау. Ему действительно понадобилась секунда, чтобы метнуться к столу, вытащить из ящика смазку и презервативы и вернуться обратно.       Холодок от его быстрых перемещений прошёлся по коже и Феликс вздрогнул.       — Ты сегодня решил довести меня? — спросил он, борясь с желанием свести ноги.       — Я думал, что этим у нас занимаешься ты, — усмехнулся Хенджин, откидывая презервативы в сторону и наклоняясь к его уху, — например, когда стонешь мое имя в дýше, пока меня нет. Ты в курсе, что я услышал еще в подъезде?       — Да, ну, блять!       Феликс, не желая снова поднимать эту тему, дернул его на себя, небрежно хватая за волосы и тут же утягивая в быстрый грубый поцелуй. И даже так он чувствовал, насколько довольным был Хенджин.       Нервозность, помноженная на природную вредность, от этого вышла на новый уровень. Теперь хотелось кусаться и вести борьбу на полном серьезе.       Хенджин ответил ему с не меньшим пылом, вылизывая его рот и не стесняясь издавать звуки, вот только надолго его не хватило. Он осторожно перехватил руку Феликса, заставляя разжать пальцы, выпутался из захвата и отстранился.       — Не злись, — тихо произнес он, стягивая с запястья резинку и оперативно собирая растрепанные волосы в хвост. Захотел подстраховаться на будущее? Ничего, Феликсу так даже проще будет. — Я всего лишь отвлекаю тебя.       Феликс, безрезультатно пытавшийся восстановить дыхание, не сразу понял, о чем он говорит. Его глаза сощурились, пока он пытался вывести хоть одну более менее адекватную мысль, но потом взгляд наткнулся на распакованную бутылочку смазки в руках Хенджина, и все стало предельно ясно.       Эмоции, которые Хенджин вызывал у него, были настолько яркими, что он попросту упускал вещи, которые могли бы заставить его волноваться еще сильнее.       Получается, метод все же работал.       — Я не злюсь, правда, — парень облизнул горящие губы, все еще прожигая взглядом смазку, — давай продолжим.       — А мы останавливались?       — А разве нет?       И снова на лице Хенджина появилась улыбка, только в этот раз мягкая и ободряющая, из-за чего последние намеки на раздражение покинули мысли Феликса.       — Скажи мне, если тебе что-то не понравится, я остановлюсь.       — Но я не хочу, чтобы ты останавливался.       — Тогда я просто исправлюсь, — Хенджин подмигнул ему и вновь опустился к его бедрам.       А Феликс успел лишь кивнуть, потому что уже в следующую секунду внутрь него толкнулся первый палец. И вроде бы, это чувство не должно было быть таким новым — он уже растягивал себя раньше, но пальцы Хенджина оказались неожиданно длинными. Настолько длинными, что Феликс пораженно замер, жмурясь и оценивая ощущения.       Разница между их ладонями была всего в полтора-два сантиметра, но какой же огромной она ощущалась теперь.       — Такой красивый… — послышался голос Хенджина.       Ли тут же опустил голову, чтобы увидеть его, и чуть не подавился воздухом. Хенджин бесстыдно разглядывал его, следя за каждым своим движением, и, боже, это было так смущающе.       Дрожь прошлась по всему телу. Феликс закусил губу и откинулся на подушки, не в силах выносить это дальше, но одновременно с этим в его голове всплыла одна простая истина, до которой Хенджин, похоже, додумался куда раньше.       Все происходящее невероятно сильно возбуждало его. Он понимал, что не сможет спрятаться — поза к этому не располагала, и с каждой секундой ему все больше нравилось чувствовать смущение, когда лицо накрывало жаром, а внутри все сжималось. Уже не важно, был ли это эффект от слов Хенджина, его взгляда или действий.       Феликс доверял ему, и оттого сдаться и полностью потерять контроль было захватывающе приятно.       Хенджин добавил еще немного смазки и толкнулся вторым пальцем, отчего он дернулся и шумно вдохнул сквозь зубы, а поцелуй, который пришелся чуть правее члена, заставил его неловко податься бедрами вверх.       — Тише, — хихикнул Хенджин, — или ты хочешь, чтобы я удерживал тебя сам? Могу поспорить, тебе бы это понравилось.       — Могу поспорить, ты продолжишь болтать, даже когда будешь трахать меня, да? — фыркнул Феликс. Почему бы не попробовать сыграть в игру Хенджина вместе с ним? — Не важно, в каком темпе ты будешь делать это, твоё дыхание ведь не собьется. Будешь и дальше дразнить меня?       Казалось, вся его смелость, по крупицам копившаяся все это время, ушла в ноль только ради этого ответа. Он опустил взгляд и в ту же секунду столкнулся с взглядом Хенджина — лукавым и озорным. Зря он это сказал, да?       — Ты можешь узнать это уже совсем скоро.       Он двинул пальцами, и Феликс прогнулся в спине, ошеломленно хватая ртом воздух.       Искры наслаждения пробежали по его коже, от чего он неконтролируемо вцепился руками в голову Хенджина и захныкал.       — Сделай так еще…       Хенджин моментально исполнил его просьбу, получая в награду тихий сдавленный стон, и свободной рукой обхватил его член, медленно двигаясь вверх-вниз.       Феликсу показалось, что на какой-то момент он выпал из реальности. Хенджин медленно растягивал его, гладил изнутри сначала двумя, а потом и тремя пальцами, и говорил что-то наверняка смущающее — он не вслушивался.       Поэтому, когда вампир наконец отстранился, чтобы придвинуться ближе и нависнуть над ним, Феликс чисто случайно бросил поплывший взгляд вниз и замер.       Он даже не заметил, когда Хенджин успел снять полотенце, и это был первый раз, когда он увидел его полностью обнаженным.       Конечно, в своей голове он мог бы, точно пазл, собрать все воспоминания и прикинуть, как это выглядит, но черт, вживую Хенджин оказался еще прекраснее.       У него не было таких ярко выраженных мышц, как у Чана, но, учитывая, что раньше он много танцевал, его тело было гибким и подтянутым, а возбужденный член так и манил Феликса опуститься и провести по нему языком.       — Нравится? — улыбнулся Хенджин, следя за выражением его лица.       — Нравится, — кивнул Феликс, — но давай уже.       И тут Хенджин сделал то, от чего последние мысли покинули голову парня. Аккуратно, чтобы не повредить еще не зажившее запястье, он поднял его руки, скрещивая и фиксируя. Хенджин не сжимал их, просто держал, но даже так Феликс ощутил, что легко освободиться у него не получится, потому что Хенджин повторял одну из его фантазий, которую он лично рассказал ему под гипнозом.       — Джинни, — захныкал Феликс, в ожидании елозя спиной по простыне.       Вампир наклонился, мазнув губами по его скуле, и плавно толкнулся. Глаза Феликса закатились, а с губ сорвался тихий всхлип. Его тело реагировало так ярко, спина выгнулась, мышцы напряглись, а дыхание сбилось окончательно.       Он знал, что Хенджин вошел не до конца, но его уже было так много, что Феликсу оставалось лишь жмуриться, подставляя лицо под ласковые поцелуи Хенджина, и судорожно дергать руками, зажатыми в его пальцах. Волны жара накрывали его с головой.       — Боже, Ликс, — Хенджин уткнулся в его шею.       Он был везде — вокруг Феликса, внутри него, двигался запредельно медленно, но от этого становилось только жарче. Так хорошо, что практически невозможно терпеть. Чувств и эмоций, которые нахлынули на Феликса, было слишком много.       Сквозь пелену возбуждения и подкативших слез, он заставил себя взглянуть на искаженное от удовольствия лицо Хенджина и в тот же момент столкнулся с угольно-черными глазами. И, может, это и могло кого-то отпугнуть, но с губ Феликса сорвался лишь жалобный стон.       Он хотел коснуться его, провести кончиками пальцев по линии челюсти, сжать в руках его плечи… Но вышло только пару раз дернуться и понять, что бесполезно.       — Джинни… — захныкал он, запрокидывая голову. — Пусти…       — Чш-ш, — постепенно наращивая темп, Хенджин склонился и оставил поцелуй чуть ниже уха, — пока нет.       — Почему?       — Потому что ты сам этого хотел.       Феликс всхлипнул. Да, он хотел этого, пока фантазировал ночью, но сейчас ему жизненно-необходимо было во что-то вцепиться, особенно когда Хенджин так точно попал по его простате. Сначала случайно, а потом уже намеренно, двигаясь под четким углом.       И это практически добило. Напряжение росло с каждой секундой, но Феликс мог только выгибаться, стараясь прижаться к Хенджину плотнее, давиться воздухом и просить его ускориться еще немного.       Казалось, чувствительность выкрутили на максимум — каждое прикосновение и каждое движение ощущалось таким насыщенным, что напрочь сносило голову, а тихие редкие стоны Хенджина и мелкая дрожь, постепенно накрывающая его тело, делали только хуже.       — Пожалуйста, — умоляюще протянул Феликс, сам не понимая, о чем просит.       Хенджин разжал пальцы, отпуская его запястья, и ему понадобилось всего пару секунд, чтобы дернуть затекшими руками и, обхватив шею вампира, поймать его губы своими.       Рука Хенджина на члене оказалась последней каплей. Феликс вскрикнул, достигая пика и проносясь сквозь него с такой скоростью, что каждое нервное окончание вспыхнуло и загорелось.       Бедра дернулись в последний раз, и он кончил, изливаясь в кулак Хенджина. Краем сознания он успел уловить, что Хенджин, кажется, тоже пришел вслед за ним, но расслабление накрыло быстро и беспощадно.       Хенджин опустился рядом, сгребая его в объятия и утыкаясь ему в шею. Ему-то хорошо, не нужно так долго приходить в себя, в отличие от Феликса, который только переводил дыхание.       — Ты прохладный, — лениво произнес Ли, ерзая и пытаясь улечься поудобнее.       — Мне отодвинуться? — улыбнулся Хенджин, оставляя поцелуй на его плече.       — Нет, все хорошо. Мне жарко.       — Только не засыпай, нам еще надо в душ.       — Ты же отнесешь меня? — Феликс приподнялся и, чувствуя дикую тяжесть во всем теле, со стоном упал обратно.       Хенджин усмехнулся и кивнул.       — Кстати, ты что-то хотел?       — Когда?       — Когда писал мне днем? Сказал, что подождешь до вечера.       Парень задумчиво нахмурился. В голове было так пусто, что не получалось выловить не единой мысли.       — Не помню уже. Если что, скажу завтра, — ответил он и прикрыл глаза.       — Ладно, но не засыпай, слышишь?       — Слышу.       Феликс прижался ближе, изо всех сил борясь со сном. Хотелось просто лежать вот так и не двигаться вообще, куда уж там о чем-то думать или что-то вспоминать.