Бойтесь своих желаний

      Обязанности наследного принца ада тяготили Минхо, поэтому он решительно их игнорировал.       — Как мой сын, ты должен мне помогать. Ты не имеешь права постоянно саботировать работу! — гневно скрипел на него зубами дьявол.       — Я не буду мучить людей лишь потому, что они при жизни много ели или ленились, или еще чего-то там — это абсурд!       — Таковы правила!       — Правила устарели, — закатывал глаза Минхо.       — Вот станешь властителем ада — будешь свои порядки устанавливать, а пока я тут решаю!       — Ты не сможешь меня заставить…       — Думаешь, раз ты сын сатаны — на тебя управы нет? А я найду! — взревел его отец.       — Ну вот, когда найдешь, тогда поговорим, а пока что не смею вас больше задерживать, — язвительно хмыкнул Минхо и растворился во тьме.       Мать Минхо была простой женщиной. Ну как простой — по меркам людей, она считалась ведьмой, конечно, вот только Минхо скорее назвал бы ее волшебницей, поскольку ничего плохого, кроме связи с дьяволом, она не совершала. Однако, если бы сатана не забрал ее к себе, ее бы ждал костер. В аду его мать тоже ко двору не пришлась: где это видано — простолюдинка будет супругой их правителя? Князья ада своими закулисными играми вынудили дьявола не дарить ей бессмертие, и женщина умерла, когда Минхо был еще совсем крохой, оставив его один на один со всеми прелестями жизни в преисподней.       Вместо любви, заботы, поддержки и дружбы — абсолютное одиночество, атмосфера ненависти, ужас, мрак, боль, предательство, грубая сила — и все это бесконечно, потому что в аду не было ни времени, ни исхода, а повсюду огненные озера, котлы, расплавленный свинец, пыточные орудия, смерть, крики и мольбы о пощаде; души грешников во плоти мучили люто ненавидящие их свирепые бесы, монстры и чудовища, терзая ту часть тела, с помощью которой человек совершал грех.       Не самое приятное место для взросления. Поэтому Минхо с детства имел зуб на всю адскую элиту, по вине которой он лишился матери, а вот к людям он, напротив, относился с особым сочувствием, стараясь вникать в причины их прижизненного греховного поведения, что делало его изгоем в собственном же царстве.       В зависимости от тяжести “преступления” людей в преисподней били плетьми, давили огромными раскаленными металлическими молотами, подвешивали за язык, потрошили, кипятили в смоле, резали горящими пилами, выкалывали глаза, вырывали сердце и печень, выставляли голыми на лютый мороз, который разрывал кожу. Их плоть терзали когтистые гарпии и рвали на части гончие псы, а сверху на них лился адский огонь, во много раз мучительнее земного. Души страдали от жажды и голода, в то время как перед ними лежали горы аппетитной еды, к которой они не имели права прикасаться, что вынуждало их пить кипящий гной и есть трупы. Некоторые грешники были полностью погружены в реку раскаленной крови, и если не выдерживали и выныривали, то получали от чертей уколы багром, а другие стояли по шею в зловонном болоте и раз в 10 секунд над ними проносилась секира, поэтому они вынуждены были нырять.       В обязанности Минхо входило следить за исполнением всех наказаний, но вместо этого он предпочитал беседовать с грешными душами, часто проникаясь к ним симпатией. Конечно, негодяев и злодеев среди них тоже хватало, ну так и элита ада не отличалась примерным поведением, они делали все то же, за что наказывали людей, а порой даже хуже. Минхо считал их всех лицемерами и вынашивал план отделаться от них, как только получит власть. Вот только пока отец не собирался уходить на покой, Минхо приходилось как-то коротать бесконечные дни в аду, и от скуки он пускался во все тяжкие: дурманящие вещества, азартные игры, беспорядочные половые связи — все это являлось неотъемлемой частью его жизни. Но, в отличие от других отпрысков влиятельных семей, у Минхо были принципы. Он никогда не позволял себе насилие, секс с кем-то, кто был без сознания, а также никого не развращал. Ему было тошно смотреть, как знатная молодежь обманом соблазняет души наивных подростков, обещая им защиту от наказаний, а в итоге бросает в геенну огненную, как только они им надоедали.       Дьявол никакой симпатии к грешникам не питал, потому что за вечную жизнь насмотрелся на такое их поведение, что даже у него кровь стыла. Поэтому его приводило в бешенство доброе отношение сына к ним. Минхо верил всему, что грешные души рассказывали про себя. А разве можно было верить тем, кому грозят бесконечные муки? Они готовы были сказать что угодно, лишь бы им смягчили наказание. Желая раскрыть непокорному сыну глаза на греховность людей, сатана решил отправить отпрыска на землю, чтобы тот пожил среди людей, своими глазами увидел их порочную натуру и разочаровался в них. А чтобы они снова не запудрили ему мозги, нужно было предотвратить их разговоры, поэтому дьявол сделал так, чтобы люди не могли видеть человеческую оболочку Минхо, а видели в нем только черного кота либо ворона.       Минхо такая перспектива даже обрадовала: жизнь в аду ему порядком поднадоела, да и живые люди интересовали его куда больше, чем мертвые. Он охотно согласился отправиться на землю, даже на странных условиях отца.       Но, как только принц ада в облике черного кота оказался на земле, он тут же засомневался в том, что это была хорошая идея. Он совсем не учел, что тут придется добывать себе пропитание и искать, где укрыться. Животные видели в нем человека, и общаться с ними на их языке он не мог, а люди не хотели идти на контакт, потому что никто не жаловал черных котов, да еще и бродячих. Пару недель Минхо скитался по помойкам и воровал еду на рынках, а потом его подобрала пожилая женщина.       Оказавшись в относительно сносных условиях, Минхо расслабился и принялся вести себя более естественным образом. Зачем есть с пола, когда можно со стола? А ходить в туалет в лоток, это вообще как-то унизительно! Спать на диване намного удобнее, чем на лежанке. А в миске вода застаивается, уж лучше пить из-под крана, который он, к слову, сам без проблем мог открыть и закрыть, так же как и смыть за собой унитаз. Вот только хозяйка такой самостоятельности не оценила.       — Это еще что за чертовщина! — возмущалась она. — Сколько у меня котов было, ни разу такого не видела! Не кот, а демон, не иначе.       — Ну ты почти угадала, — отвечал Минхо, но женщина слышала только мяуканье.       Также хозяйка не оценила, что питомец мог пропасть на какое-то время, а потом появиться из ниоткуда.       — Батюшки! Где ж ты прятался несколько суток? Даже не ел ничего. Я уж решила, что ты сдох!       А Минхо просто наскучивало сидеть целыми днями с не самой интеллектуально развитой пенсионеркой, которая только и делала, что смотрела тв-шоу и перемывала кости знакомым по телефону, поэтому он позволял себе ночью обернуться вороном и улететь на поиски лучшей жизни, пока не начинал испытывать сильный голод.       Но в итоге такое его поведение до добра не довело. Женщина рассказала про него подругам, и те коллегиально решили, что это ненормально, и черный кот, скорее всего, нечистая сила. Впрочем, они угадали. Вот только держать такое существо у себя дома женщина не захотела, и Минхо снова оказался на улице.       На прощание ему дали толстый кусок колбасы и сказали:       — Ничего, ты не пропадешь.       А вот тут она уже ошиблась. Принц ада оказался катастрофически не готов к жизни бродячего кота. Вместо того, чтобы исследовать человеческую натуру, как он рассчитывал изначально, Минхо только и делал, что пытался добыть еду. Хотя в процессе он неизбежно сталкивался с проявлениями людской сущности, причем не самыми лучшими: торговцы пинком отгоняли его от своих прилавков, жестокие подростки кидались в него камнями, а рандомные люди просто так могли натравить на него собак. Всем им потом пришлось сурово поплатиться за свое поведение, ведь принц ада сочувствовал исключительно хорошим людям. Вот только, где эти хорошие люди от него прячутся, он решительно не понимал.       — Наверняка, где-то есть более достойные представители, — оптимистично думал Минхо. — Отец, мерзавец, нарочно превратил меня в черного кота, знал, зараза, что люди будут от меня шарахаться. — Да и я уже не котенок, чтобы мне хотелось помогать.       Порой ему удавалось отобрать еду у бродячих котов, которые при виде Минхо часто сами разбегались. Но как-то совестно было этим пользоваться, ведь он в прямом смысле на своей шкуре почувствовал, каково им приходится.       К счастью, через какое-то время ему удалось привлечь внимание молодой пары с детьми. Старший тут же начал клянчить у родителей забрать ласкового котика к себе.       — Мама, смотри какой хороший! Давай возьмем его, пожа-а-а-алуйста.       Для убедительности Минхо тут же принялся жалобно мяукать и тереться об ноги потенциальных хозяев.       — А вдруг он заразный? — возразил отец семейства.       — Отведем к ветеринару, — ответила мать. — Дорогой, смотри какой он красивый, какие у него необыкновенные глаза, — она наклонилась и почесала кота за ухом.       Минхо замурлыкал и ткнулся мордочкой ей в руку.       — Смотри, какой ласковый!       — Ладно, но убирать за ним будете сами!       — Ой, ты за собой-то убрать не можешь, — саркастично ответила женщина.       Минхо ликовал — наконец-то он попал в хорошие руки! Но счастье длилось недолго. Помимо старшего сына, которому было примерно десять лет, в семье так же имелся младший, которому едва ли исполнилось два. И вот он-то умудрился превратить жизнь Минхо в ад даже на земле. Карапуз таскал кота за хвост, тыкал пальцами в глаза и больно драл за шерсть, стоило тому потерять бдительность и вовремя не спрятаться под диван.       — Он просто ребенок, — пытался успокоить себя принц ада. — Он не понимает, что делает.       Но аффирмаций хватало ненадолго. Хоть оболочка кота была видна лишь людям, Минхо все равно физически ощущал все, что с ней делают. Он как бы параллельно существовал сразу в нескольких ипостасях. И каждый раз, когда младший причинял боль кошачьей оболочке, Минхо испытывал самую что ни на есть реальную боль. В конце-концов, его терпение лопнуло, и он применил свои силы, чтобы усмирить обидчика. С тех пор мальчик стал очень вялым и почти не вставал с постели. Его родители конечно же перепугались и принялись таскать ребенка по врачам, но те только разводили руками, ведь по результатам всех анализов малыш был абсолютно здоров. Наконец-то Минхо вздохнул с облегчением и зажил, так сказать, свою лучшую жизнь. Старший сын проводил с ним много времени: гладил, играл, разговаривал и даже пускал спать к себе в кровать. Да и родители у него казались приятными адекватными людьми, пока мать мужа не заявила:       — Малой заболел из-за черного кота! Не надо было его подбирать!       — При чем тут кот? — возмутилась хозяйка.       — А ты что, не знаешь, что черные коты к несчастью?       — Ой, мама, это все суеверия!       — Суеверия, говоришь? Вот только как вы его подобрали, так совершенно здоровый ребенок слег! Где это видано?       — Ну во-первых, не как только, а через пару месяцев, — возразила хозяйка.       — Как знаете, но кота нужно выгнать, — настаивала мать мужа.       И хоть поначалу супруги не верили в подобные вещи, отчаяние заставило их изменить свое решение.       — А вдруг дело и правда в нем? — кивая на Минхо, спросил глава семьи.       — Ты правда в это веришь? — удивилась его жена.       — Я уже не знаю, во что верить! Нашему мальчику не становится лучше, — чуть не плача, ответил отец.       — Думаешь, я за него не переживаю? Но при чем тут животное? — парировала мать, которая уже успела привязаться к питомцу и наивно полагала, что он ни при чем.       — Слушай, давай хотя бы попробуем! Кто тебе важнее: сын или бродячий кот?       — Сын, конечно! Что за вопрос вообще? Ладно, — сдалась хозяйка. — Будь по твоему, я устала с тобой спорить.       Так Минхо очутился в приюте, где он провел несколько месяцев и насмотрелся таких ужасов, которые были сравнимы с адом. Сотрудники отвратительно обращались с животными: кормили отходами, били, держали в тесных клетках сразу толпой и совсем не ухаживали за внешним видом, поэтому шанса быть забранным в семью у них почти не было. Минхо как мог пытался выбраться из клетки, но он оказался не в состоянии подчинить себе сознание людей, а остальные его умения никак не способствовали освобождению: ну убил он всех охранников, так на их место наняли новых, и как будто даже никто не заметил их смерти.       Тогда Минхо принялся сутки напролёт истошно орать, пока один из ночных охранников не взбесился и не решил его придушить, а для этого ему пришлось вытащить кота из клетки, чего тот и добивался. Принц ада молниеносно лишил мерзавца жизни и дал деру. Истощенный и обессилевший он долетел до ближайшего города, склевал корку плесневелого хлеба и заснул на чердаке. Ночью его разбудил какой-то бродяга, решивший, что из животного может получиться неплохой ужин. Он полоснул спящего кота ножом, тот проснулся, снова обернулся в ворона и улетел, но довольно быстро начал терять высоту из-за раны и общего плачевного состояния. Минхо рухнул на ближайшую крышу, а при попытке снова взлететь случайно превратился обратно в кота и рухнул на ярус ниже, где его подобрал какой-то парень и отвез в ветклинику.       Следующее, что Минхо помнил — это лежанка на полу комнаты незнакомца. Парень выглядел адекватным, поэтому Минхо решил остаться с ним, как минимум, пока не восстановится. Но, когда новый хозяин принялся пичкать Минхо горькими лекарствами, тот всерьез задумался о побеге. И даже предпринял попытку, когда остался в квартире один, но все еще был слишком слаб для того, чтобы обернуться вороном.       Новый хозяин оказался очень общительным и часто проговаривал вслух то, о чем думал. Так Минхо узнал, что парня зовут Хенджин, и что он тратит последние деньги, чтобы помочь бездомному животному, несмотря на аллергию. Принца ада тронуло такое поведение — он понял, что находится в хороших руках и больше не сопротивлялся, когда Хенджин его лечил. Со временем он еще сильнее проникся заботливым парнем и начал вести себя раскованно: не скрывал того, что умеет открывать и закрывать кран и смывать за собой в уборной, а порой даже наглел, настаивая, чтобы миска с едой стояла на столе. Минхо радовало, что Хенджину такое поведение не казалось подозрительным, а как будто наоборот восхищало. Он вообще с особым трепетом относился ко всему, что делал новый жилец, постоянно нахваливал его и угощал вкусностями. Всё это подкупало и располагало к нему. Минхо нравилось общаться с Хенджином и слушать его рассуждения о жизни — парень казался добрым и смышленым, а еще он был ангельски красив. Правда, ангелов принц ада никогда не видел, но был уверен, что именно так они и выглядят: с мягкими чертами лица, светлыми волнистыми волосами и пронзительным, задумчивым взглядом.       Минхо искренне привязался к новому хозяину и даже спал в его постели. Оставаясь один, он скучал по Хенджину и радостно бежал навстречу, когда тот возвращался с работы. К сожалению, дома тот появлялся только поздно вечером, а утром уже уходил, но даже тех нескольких часов в любящих, ласковых руках принцу хватало, чтобы почувствовать себя счастливым. Однако его беспокоило, что Хенджин часто бывал грустным и уставшим. Из их разговоров Минхо знал, что причина в ссоре с лучшим другом и сильной нагрузке в университете и на работе. Принц ада был настолько благодарен своему спасителю, что по выздоровлении планировал приложить все усилия, чтобы сделать того счастливым. Для этого требовалось время, но Минхо полагал, что у них его полно. Каково же было его удивление, когда Хенджин заявил, что вынужден отдать его другому человеку. Минхо не сомневался, что Хенджин тоже к нему привязался и делает это в первую очередь для пользы кота. Вот только сам кот с таким решением был категорически не согласен, он пытался отговорить Хенджина, но, к сожалению, вместо доводов, тот слышал только мяуканье.       Очутившись у нового хозяина, Минхо даже не пытался с ним сблизиться, стремясь как можно быстрее снова вернуться к самому лучшему, по его мнению, человеку и желая остаться с ним как можно дольше. Когда Минхо наконец-то удалось открыть окно, он тут же обернулся вороном и полетел на поиски прежнего дома. На это у него ушел целый день, но демоническое чутье не подвело, и под вечер он уже ждал Хенджина у подъезда. Тот был безумно рад видеть питомца, заобнимал его до полусмерти и сделал с ним кучу фотографий на память и на случай, если пушистый друг опять потеряется. В тот день Минхо впервые посмотрел на Хенджина другими глазами. Он безумно сожалел, что тот видит в нем всего лишь кота. Минхо до ужаса захотелось по-настоящему заговорить с Хенджином, чтобы он понял его и узнал, какой он на самом деле. Но единственное, что он мог — прижиматься к нему всем телом и крепко обнимать его лапами. Точнее, это Хенджин ощущал, что его обнимают кошачьи лапы, а Минхо параллельно чувствовал, как его руки обвиваются вокруг стройного, подтянутого тела. Он даже закинул на Хенджина свою “человеческую” ногу и поцеловал в щеку, но Хенджин ощутил только прикосновение кошачьей мордочки к своему лицу.       Первое доброе дело, которое Минхо совершил для своего хозяина, не считая принесенных в постель вкусняшек, была помощь с экзаменом. Хенджин вслух пожелал, чтобы его принимал другой преподаватель, и принц ада понял, что пришло время действовать. Он без труда обеспечил вредному профессору внеплановый отпуск по состоянию здоровья, благодаря чему Хенджин закрыл сессию на отлично и получил повышенную стипендию. Парень был вне себя от радости, но вместо благодарности снова отвез кота к другу, видимо, надеясь, что со второй попытки тот согласится остаться, но не тут-то было — на следующий же день Минхо улизнул и вернулся к Хенджину. На этот раз Хван понял, что Минхо не намерен с ним расставаться и поселил у себя уже насовсем. По такому случаю он наконец-то выбрал для него кличку — Линоу. Странное имя для кота, по мнению Минхо, но Хенджин так ласково его произносил, что со временем прозвище полюбилось принцу ада, и он начал ассоциировать себя с ним, мысленно называя себя так время от времени.       Чуть позже Минхо узнал причину, по которой его хозяин разругался с лучшим другом: оказалось, что у них возникло недопонимание из-за ориентации Феликса — так звали друга. Хенджин настолько сильно переживал из-за случившегося, что на него было больно смотреть. Минхо очень хотелось помочь, но он не знал как, поэтому, как только Хван озвучил желание: чтобы Феликс был счастлив с другим парнем, Линоу тут же подорвался его исполнять, посчитав, что если будет счастлив Феликс, то это улучшит и состояние Хенджина.       Для этого пришлось постараться: демоническое чутье помогло вычислить, с каким парнем у Феликса получилось бы построить наилучшие отношения, оставалось придумать, как их свести. Минхо решил, что раз Феликс влюбился в Хенджина, пока они жили вместе, то самым эффективным способом сблизить его с идеальным парнем по имени Чанбин, будет поселить их вместе. Правда, Чанбин уже жил с соседом, но это как раз таки было наименьшей проблемой для принца ада — он быстренько отправил несчастного на тот свет и тем самым расчистил место для любовного гнездышка Феликса и Чанбина.       Пока Минхо приводил в действие свой хитрый план, Хенджину становилось все хуже, он часто плакал, и Линоу как мог его утешал. Он постоянно терся рядом и говорил подбадривающие слова, и по реакции Хвана на них казалось, что он их понимал, ну или по крайней мере понимал по интонации, на какую тему мяукает его кот. Чтобы поддержать Хенджина, Минхо сбегал по ночам из квартиры и летел к соседнему жилому комплексу, где у его хозяина была ночная подработка в качестве вахтера. Вновь обернувшись котом, Минхо проводил с Хенджином всю ночь, чтобы согревать его своим теплом и мурлыкать под боком, поскольку он знал, что Хвана это успокаивает.       На скорость сближения Феликса и Чанбина принц ада, к сожалению, повлиять не мог, но он периодически украдкой проверял, как продвигается его план, и казалось, что все на мази. Минхо уже предвкушал, как обрадуется Хенджин, узнав, что Ликс счастлив в новых отношениях, но пока этого не случилось, Линоу думал, как еще можно было улучшить настроение хозяину. Очевидно, нужно было что-то делать с работами или учебой Хвана, ведь он загибался от нагрузки, но что? Ответ пришел сам собой, когда Хенджин обмолвился, что хотел бы получить наследство. Минхо периодически тайком наведывался к Хвану на работу в хоспис, дабы убедиться, что с хозяином все в порядке, поэтому он знал: у Хенджина есть богатая подопечная, к тому же смертельно больная. Ну и, в общем-то, дальше дело оставалось за малым.       Минхо всегда старался оставаться незаметным, но накануне смерти миссис Хадд Хенджин все же мельком увидел его в коридоре хосписа, поэтому пришлось оправдываться. Как только Хван вернулся домой, Линоу подбежал к нему и принялся мяукать:       — Не переживай, Джинни, скоро у тебя будет много денег и тебе не придется работать. Ты заслуживаешь лучшей жизни, и за твою доброту ты получишь все, что пожелаешь.       Смысла слов Минхо Хенджин в этот раз не понял и в ответ предложил поужинать. Кошачья еда на вкус была неплоха, но человеческая Линоу нравилась больше, поэтому, как только он расправился со своей, принялся клянчить хозяйскую, за которую Хван внезапно потребовал поцелуй. К удивлению самого Минхо, его смутил такой ультиматум. Хотя в аду он вел довольно-таки развратную жизнь, сейчас он был очарован Хенджином, и целовать его вот так казалось уж слишком интимно в данной ситуации. Однако, Хван обманом все же заставил кота соприкоснуться с ним губами. Если бы Хенджин мог видеть человеческое обличье Минхо, то знал бы, что вогнал его в краску. Но он не мог, поэтому данный инцидент Хвана безумно обрадовал, и он начал требовать еще. И хоть Минхо было неловко, он видел, как их поцелуи радуют Хенджина, поэтому согласился еще на несколько.       Ночью Линоу никак не мог заснуть и как завороженный рассматривал лицо Хвана. Он понимал, что между ними не может быть романтических отношений, поскольку, как бы он не хотел, он не мог заставить Хенджина увидеть свою человеческую оболочку, но он уже всем сердцем любил этого парня и готов был на все, чтобы тот был счастлив. А для себя ему было достаточно просто лежать вот так рядом, обвившись вокруг него руками и ногами, и, уткнувшись носом ему в шею, слушать его размеренное дыхание и чувствовать биение его сердца.       В ту же ночь не стало миссис Хадд. Через пару дней Хван узнал, что она оставила ему огромное наследство, за которое тем не менее пришлось побороться. Но не без помощи принца ада Хенджин все же смог получить бо́льшую его часть. Правда, он чуть ли не всё пожертвовал на благотворительность, что, с одной стороны, удивило Минхо, а с другой — еще раз убедило в исключительности его возлюбленного. Еще сильнее Линоу удивился тому, что вся эта история не сделала Хенджина счастливее, но хотя бы со второй подработки он ушел, и от этого у него появилось больше сил и он стал выглядеть чуть более живым, чем обычно.       “Наверное, для счастья ему все же надо, чтобы Феликс был счастлив с Чанбином”, — наивно размышлял Минхо.       К тому моменту у Ликса и Чанбина и правда все уже было прекрасно, просто Хван пока об этом не знал, однако, когда узнал, это вызвало в нем эмоции совершенно противоположные радости.       “Черт! Ну почему он снова подавлен? Это ведь именно то, о чем он мечтал, — сетовал Минхо. — Неужели люди страдают, даже когда получают желаемое? Или он только думал, что хочет этого, а на самом деле хотел другого?”       Принц ада был изрядно озадачен и решил в следующий раз, прежде чем исполнять желание, убедиться, что оно искреннее.       Поэтому он выбрал выжидающую позицию и наблюдал, как Хенджин самостоятельно пытается наладить свою жизнь. Тем временем отношения между Хваном и Линоу становились все более теплыми и нежными. Минхо обожал, когда Хенджин тискал его, завалив на кровать и тычась лицом в его грудь и живот. Как коту Линоу было просто приятно, и он задорно мурлыкал, а вот его демоническо-человеческая оболочка ощущала это все вовсе не так безобидно. Все же поцелуи чуть ли не по всему телу в сочетании со словами любви воспринимались очень интимно, заставляя Минхо таять в объятиях Хенджина и тихо стонать, кусая губы. Он сам уже лез к Хвану целоваться и обниматься, а по ночам, пока хозяин спал, вообще от него не отлипал, целуя и ласково гладя его по волосам и мягкой коже. Что-то большее он себе не позволял, потому как слишком уважительно относился к своему возлюбленному и считал, что осквернит их светлые чувства, если будет заниматься непотребствами со спящим Хенджином. Но он и без этого был так счастлив с ним, как не был никогда за всю свою бесконечную жизнь, и желал того же Хенджину, поэтому совершенно не ревновал, когда Хван решил строить отношения с кем-то другим, тем более, что этот кто-то оказался очень даже хорошим парнем.       Минхо несколько месяцев тайком пристально следил за Сынмином, чтобы убедиться, что тот достоин чести встречаться с Хенджином, и потом со спокойной душой наблюдал, как развиваются их с Хваном отношения. Когда между парнями случались интимные моменты, Линоу смущался и убегал на кухню, хотя ему было любопытно посмотреть, как Джинни занимается с кем-то любовью, и втайне он мечтал, чтобы этим кем-то был он сам. Но он знал, что Хенджин все равно его любит, и что, когда Сынмин уйдет, наступит очередь Минхо для нежности и ласки. К тому же Хенджин неоднократно говорил, что, если бы Линоу был человеком, то он бы с ним встречался, и эти слова не могли не льстить принцу ада. Вот только, как бы он сам этого ни хотел, это желание своего хозяина он исполнить не мог.       К сожалению, отношения с Сынмином у Хвана тоже не задались, и Минхо снова пришлось страдать вместе с любимым, пытаясь придумать, как его утешить. Линоу клал голову хозяину на грудь и преданно смотрел в глаза, он гладил его лапкой по руке и волосам и едва слышно мяукал, что все будет хорошо, что он рядом и обязательно придумает, как сделать Хенджина счастливым.       Вскоре Хван все же оклемался, и их с Минхо жизнь вернулась в прежнее русло: каждый вечер Хенджин гладил Линоу и беседовал с ним обо всем, что его тревожило или наоборот радовало, а тот в ответ мурлыкал и подставлял пузико для почесываний, ну и конечно лез целоваться, куда без этого? И хоть Минхо все еще не позволял себе вольничать, пока Хван спит, однажды он не удержался, потому что Хенджин развратно стонал во сне и прижимался к нему. Минхо страстно поцеловал Хвана, и тот проснулся. По рассказам Хенджина Линоу понял, что тому каким-то мистическим образом приснился Минхо в своем человеческом обличье. Это было очень волнительное открытие.       “Как это произошло? Могу ли я на это влиять? Стоит ли мне пытаться на это влиять?” — в голове принца ада одна мысль мешалась с другой.       Ему эгоистично хотелось, чтобы Хенджин продолжил видеть его во снах, но какой был смысл ему сниться? Только с толку его сбивать, ведь все равно наяву они вместе быть не могли. Эту дилемму Минхо еще предстояло решить.