Бойтесь своих желаний

      На следующий день Хёнджин и Феликс навестили Кристофера в больнице и узнали, что ему сделали дорогостоящую операцию на открытом сердце: он жив и скоро пойдет на поправку. Медиум лежал в отдельной палате весь утыканный капельницами с обезболивающим.       — Инфарктов в моей практике еще не было, — слабым голосом признался Бан Феликсу и Хенджину. — Была парочка инсультов, оторвавшийся тромб и несколько остановок сердца.       — Зачем же вы подвергаете себя такому сильному риску? — удивился Хёнджин.       — Что поделать, вот такой я альтруист — все для людей.       — Ну да уж, а деньжищи такие тогда зачем берете? — возразил Феликс.       — Почти все деньги, что вы мне перевели, уже ушли на оплату лечения, остальные я потрачу, пока буду на так называемом больничном. У меня хоть и прочное тело, но даже ему нужно время, чтобы восстановиться.       — Спасибо вам за ваши труды, — искренне поблагодарил Хван.       — А когда вы снова сможете приступить к работе? — уже менее бойко спросил Ликс.       — Думаю, недели через две. А что?       — Я хотел бы узнать, что в результате стало с Чанбином. Удалось ли ему вернуться на небо?       — Чтобы сказать наверняка, нужно провести спиритический сеанс, но уже сейчас я могу с уверенностью заявить, что рядом с вами и со мной я его не вижу. Полагаю, что это хороший знак.       Ли посмотрел на Хенджина и расплылся в счастливой улыбке:       — Джинни, неужели у меня получилось?       — Будем надеяться, что да. Но точно сможем узнать, видимо, не раньше чем через пару недель, — пожал плечами Хван.       — Я напишу вам, когда вернусь к работе, — заверил медиум. — А пока что, прошу меня простить, но мне нужно отдыхать.       — Да, конечно, — засуетились друзья, спеша покинуть палату.       — Значит, ты все же смог его отпустить? — спросил Хёнджин, когда он с Феликсом ехали домой.       — Думаю, что да.       — Я рад это слышать, — Хван положил руку на плечо другу. — Как на счет того, чтобы отпраздновать это с Ханом и Чонином?       — Звучит неплохо, — улыбнулся Ликс.       Когда друзья встретились на их старом месте в одном из любимых пабов, Хенджин чуть не прослезился. Последний раз они вот так собирались вчетвером еще до того, как Хван и Ли разругались. И вот сейчас они снова тут все вместе, и это внушало оптимизм.       — Куда-куда вы ходили? К медиуму? — вылупился Джисон, когда Феликс начал рассказывать, почему он смог отпустить Чанбина.       — Ребят, вы совсем что ли умом тронулись? — поддакнул Чонин. — Все же знают, что они обычные шарлатаны.       Ли и Хван принялись наперебой приводить аргументы, почему Кристофер не шарлатан, а самый настоящий медиум.       — И это говорят люди с медицинским образованием, — Джисон хлопнул себя ладонью по лбу. — Окей, Ликс, я не буду больше спорить, если тебе это помогло, то ради бога, я готов поверить и в жизнь после смерти, и в общение с духами.       — А я все же сомневаюсь, — стоял на своем Чонин.       — Ладно тебе, главное, что Феликсу наконец лучше, — сказал Хёнджин.       Ян тяжело вздохнул:       — Ну хорошо, если ты правда смог его отпустить, пусть хоть с помощью эзотерики, я рад.       На том они и сошлись, каждый остался при своем, и больше они к этой теме не возвращались, направив беседу в более привычное русло.       Феликс никогда не ждал чьего-то выздоровления так, как выздоровления Бана. Стоило тому через месяц сообщить, что он снова работает, Ли понесся на сеанс сломя голову. Хенджина он на этот раз решил не брать, заверив, что справится самостоятельно.       Кристофер встретил Феликса как хорошего знакомого: побывав в теле Чанбина, он испытал весь спектр чувств, которые Со испытывал к своему парню, поэтому Ликс для медиума уже был не просто рандомным клиентом, а практически родным человеком.       — Присаживайся. Если не против, давай сегодня без формальностей?       — Как скажешь, Кристофер.       — Можно просто Крис.       — Хорошо, Крис, — смутился Феликс, вспомнив последний поцелуй с Чанбином, находящимся в теле Бана.       Медиум, как и в первый раз, зажег благовония и свечи, поставил фото Со на специальную подставку, а ниже положил кольцо. Но на этот раз, призывая духа, он уже не звучал так величественно, все было как-то по-простому, по-домашнему, словно он позвал друга из соседней комнаты, а не душу покойного с того света.       Феликс пожалел, что попросил Хвана не ходить с ним, потому что домой он возвращался на полусогнутых, трясущихся ногах. Сеанс оказался намного тяжелее, чем Ли предполагал: дух Чанбина подтвердил, что вернулся в рай после того, как попрощался с Феликсом. Ли снова плакал, безуспешно ища отражение возлюбленного в бесконечных зеркалах. Хотелось умолять медиума снова позволить Со овладеть его телом, но Феликс понимал, что подвергать Криса ещё раз такому риску у него нет ни денег, ни морального права.       Дома было тепло, там тоже повсюду горели свечи, но там не пахло благовониями и там не было медиума, передающего ответы от Чанбина, был только Хенджин.       — Джинни, он меня забудет, но как мне забыть? — Феликс лежал на кровати и смотрел словно сквозь Хвана, который сидел на его постели и ласково гладил его по спине.       — Тебе не нужно забывать, Ликси. Помни, но продолжай жить: начни снова ходить в университет и на работу, встречайся с друзьями, живи привычной жизнью.       — Знаешь, что самое обидное? — всхлипнул Ли.       — Что?       — Если я себя убью, то попаду в ад, а Бинни в раю, и мы не сможем встретиться.       — Что ты такое говоришь вообще? — Хенджина словно током прошибло. — У тебя опять суицидальные мысли? Нужно обратиться за консультацией к психиатру!       — Нет, это не то же, что было раньше. Раньше мне просто не хотелось жить без него, а теперь, когда я знаю, что он там, я только и думаю о том, как мне тоже попасть в рай. Смешно, да?       — Не очень-то.       — Возможно, я уже совершил что-то плохое из-за чего мне закрыта дорога в рай.       — Шутишь? Ты же ангел.       “Мой ангел”, — про себя добавил Хван.       — Джинни, я хочу к нему, — слезы потекли сильнее и вместо того, чтобы обнять друга, Ликс прижал к себе дакимакуру.       — Ты проживешь свою долгую и счастливую жизнь, и обязательно после смерти попадешь в рай.       — А можно как-нибудь побыстрее? — горько ухмыльнулся Ликс.       — Боюсь, что нет, — поджал губы Хенджин.       — Может, нанять киллера для себя? Или это приравнивается к самоубийству?       — Прости, но это не смешно, мне тяжело слышать от тебя такое.       — Извини, я надеялся, что после сегодняшнего сеанса смогу окончательно его отпустить, но мне как будто снова стало хуже. Боже! А что, если Бинни снова застрял на земле из-за меня! Надо срочно написать Крису!       Он схватил телефон и быстро напечатал сообщение. Через долгих десять минут медиум ответил, что, если бы дух Чанбина остался на земле, то он бы это заметил, так что Феликсу не о чем волноваться.       — Ложись спать, — вдохнул Хенджин, когда Ликс зачитал ему ответ Бана. — У тебя сегодня был трудный день, тебе нужно отдохнуть — утра вечера мудренее.       — Да, ты прав. Полежишь со мной? — спросил Феликс, расстилая постель.       — Хорошо, — Хван прилег на кровать и обнял друга со спины. — Спокойной ночи, — прошептал он ему в затылок.       — Спокойной ночи, Джинни.       Спустя месяц Феликс все же нашел в себе силы, чтобы снова ходить в ординатуру. И хотя частично его отсутствие выпало на период каникул, он много пропустил, тем не менее ему разрешили восстановиться не теряя год обучения. Приходилось наверстывать и целыми днями зубрить новые темы и сдавать пропущенные зачеты. К счастью, он в основном пропустил теоретическую часть, а практическую совсем немного, так как теория и практика чередовались блоками. Когда снова началась практика — это взбодрило Ликса, он вспомнил, что мечтал помогать людям, а для этого нужно было активно включаться в работу. Плюс у него был хороший наставник, который его поддерживал и помогал наверстать пропущенный материал.       Хенджин тоже как мог помогал другу, он старался всячески отвлекать его от грустных мыслей, заставлял ходить гулять, а вечерами они в обнимку смотрели сериалы, как в старые добрые времена. Друзья снова сблизились, их совместная жизнь словно вернулась в прежнее русло: Феликс опять начал готовить завтраки, обеды и ужины, а Хенджин ходить за продуктами и убираться на кухне после кулинарных шедевров Ли. Несмотря на нагрузку, они регулярно виделись с Чонином и Джисоном, чтобы поболтать, выпить и расслабиться.       Так прошло несколько месяцев. Феликсу уже стало лучше, но он все равно не мог перестать думать о Чанбине. Всё вокруг постоянно напоминало о возлюбленном, любая элементарная мелочь, вплоть до стакана воды. А еще он никак не мог перестать сравнивать всех с погибшим парнем. Он идеализировал Со: в его воспоминаниях он был безупречным, в отличие от живых людей, с которыми приходилось общаться теперь. И Феликс безумно скучал по Чанбину, хотя с момента его смерти прошел уже почти целый год.       Хван же все это время продолжал любить Ли, и терпеливо ждать, когда же тот выполнит то, что пообещал Со, и даст Хенджину еще один шанс.       — Джинни, можно полежать с тобой? — как-то вечером спросил Ликс, когда они закончили с домашними делами.       — Конечно. Хочешь что-нибудь посмотреть?       — Да, можно какое-нибудь аниме новое заценить. Что там выходило в последнее время?       Друзья уткнулись в экран хвановского ноутбука, выбирая анимацию для просмотра и, когда нашли подходящую, улеглись на кровать, отставив ноут чуть в сторону. Феликс положил голову на плечо другу и обнял рукой поперёк торса. Хенджин прикрыл глаза от нахлынувших теплых чувств. Каждый раз, когда они вот так смотрели что-то в обнимку, Хенджин думал о том, как ему повезло — жизнь преподнесла ему лучший подарок, который только могла — Фелиса в его объятиях. Хван переплел ноги с ногами Ликса и, прижав парня к себе, чмокнул в лоб.       — Мой ангел, — слова сами слетели с губ.       Феликс поднял на Хенджина удивленные глаза.       — Я всегда буду рядом, — прошептал Хван. — Обещаю.       — Спасибо, Джинни, — также шепотом ответил Ли.       Он выглядел так трогательно в этот момент, что у Хенджина защемило сердце.       — Я… — слова застряли в горле.       Их глаза встретились, и оба задышали быстрее. В комнате было темно, и только свет от монитора освещал их лица.       — Джинни…. — взгляд скользнул на когда-то такие желанные губы.       — Ликси… — Хван нервно сглотнул и облизал губы, чувствуя, как трепет заполняет все его тело.       Феликс снова поднял на него пронзительный взгляд и снова опустил его ниже. Он невесомо погладил пальцами губы Хенджина. Тот замер, боясь дышать. Сердце билось как сумасшедшее.       “Неужели сейчас?” — пронеслось в мыслях.       — Ликси, солнышко… — ладонь осторожно легла на веснушчатую щеку. — Можно?       Феликс едва заметно кивнул, прикрыл глаза и сам потянулся губами. Хенджин наклонился и поймал его губы в сладкий плен своих губ. Ликс всхлипнул и поцеловал в ответ, сильнее прижимаясь к Хвану всем телом. Языки встретились, и Хенджин почувствовал, что у него кружится голова. Это был их первый осознанный взаимный поцелуй. Но вдруг он почувствовал, что губы Ликса трясутся, а щека стала влажной, и через секунду Феликс уже содрогался всем телом от рыданий:       — Прости, Джинни, прости, но я не могу… — он опустил голову и уткнулся носом другу в плечо.       — Все в порядке, тебе не за что извиняться, — автоматически ответил Хван, хотя его сердце в этот момент разрывалось от боли.       — Прости, я думал, что смогу, но я не могу… Я постоянно думаю о Чанбине.       — Понимаю. Ты так сильно его любил.       — Я все еще люблю, и мне кажется, я уже никогда не смогу полюбить кого-то так, как Бинни, — всхлипывая, признался Феликс.       — Не плачь, мой хороший. Тебе обязательно станет легче со временем. Поверь, я знаю о чем говорю.       — Я тебе верю, Джинни, спасибо тебе. Спасибо за всё. Я знаю, что я обещал Чанбину дать тебе шанс…       — Будем считать, что ты сдержал свое обещание — ты попробовал. Но, как говорится: насильно мил не будешь.       — Джинни, мне правда очень-очень жаль. Я бы очень хотел снова влюбиться в тебя, но не могу. Ты для меня очень дорогой друг, возможно лучший друг, но не более.       — Не беспокойся об этом. Мне хватает уже того, что ты рядом.       Через какое-то время Ликс успокоился и задремал. Хенджин осторожно выбрался из его объятий и пошел на кухню, где мирно дремал Линоу, который сбежал из комнаты, как только Феликс дотронулся губ Хвана, не желая мешать. Почувствовав хозяина, кот тут же приподнял мордочку и удивленно на него посмотрел.       — Можно к тебе? — усмехнулся Хенджин и лег на диван рядом с котом, но тот вскочил и пошел в сторону комнаты. — Ты хочешь спать там? — Хван встал и пошел за котом, но как только они дошли до комнаты, Линоу остановился и вернулся на кухню. — Ты идешь или нет?       — Иди к нему, — ответил Линоу, но его хозяин услышал только мяукание.       — Или ты все же хочешь, чтобы мы тут спали? — удивился Хенджин, когда кот снова запрыгнул на кухонный диван.       Но стоило Хвану тоже вернуться на кухню, как кот тут же спрыгнул с дивана и снова направился в сторону комнаты.       — Иди! — упрямо мяукал Линоу. — Иди же к нему!       — Ты хочешь, чтобы я вернулся в комнату к Феликсу? — наконец-то догадался Хенджин.       — И-и-и-оу!       — Но он не любит меня, я не хочу туда возвращаться. Можно я буду спать тут с тобой? Ну пожалуйста? — Хван присел на корточки рядом с котом. — Линоу, ты же любишь меня?       — И-и-и-оу, — принц ада приподнялся на задние лапы и потерся мордочкой о лицо хозяина.       — Пойдем спать, — Хенджин подхватил питомца на руки и понес на кухонный диван. Там он свернулся калачиком, обнимая кота. — Всё, спокойной ночи.       И Минхо ничего не оставалось сделать, кроме как подчиниться. С одной стороны ему льстило, что Хенджин предпочел его компанию Феликсовой, а с другой огорчало, что все его труды опять оказались напрасными. Он и сам видел, что Ликс не любит Хвана так, как тому бы хотелось, и что они оба несчастны, что как это исправить он решительно не знал. Не мог же он заставить Феликса снова полюбить Хенджина.       Ночью Хвану снился Минхо. Сильные руки уверенно скользили по разгоряченной влажной коже. Губы жадно впивались в шею, вышибая из Хенджина сладкие стоны.       — Я так скучал! Почему тебя давно не было? Иди ко мне.       Хенджин перехватил инициативу и принялся страстно ласкать рельефную грудь парня, заставляя того выгибаться в пояснице от наслаждения. Когда их губы наконец-то встретились в едином порыве, Хван весь отдался приятным ощущениям, не переставая хаотично блуждать руками по красивому торсу.       — Возьми, возьми меня целиком! Ты мне так нужен! Я сойду с ума, если ты сейчас остановишься.       Но кареглазый парень и не думал останавливаться. Он страстно ласкал тело Хенджина, прислушиваясь к малейшему звуку, чтобы понять, что он всё делает правильно. Хван почувствовал, как удовольствие пронзило его насквозь, словно меч, и громко застонал, вцепившись в волосы своего любовника.       — Еще! Еще! Мне нужно еще.       И незнакомец дал ему все, о чем Хенджин просил. Неистово и беспрекословно он отправлял его на вершину блаженства раз за разом, пока Хван не почувствовал себя полностью удовлетворенным.       Следующий день был выходным для Хвана и Ли, поэтому, когда Феликс пришел на кухню, Хенджин до сих пор спал в обнимку с котом.       — Джинни, прости еще раз за вчерашнее, — попросил Ли, как только Хван проснулся.       — Не бери в голову, я в порядке, — соврал Хёнджин, не желая огорчать друга.       — Выглядишь разбитым. Ты хорошо спал?       — Да, — снова обманул Хван.       — Отлично, тогда я сейчас приготовлю завтрак, — расплылся в улыбке Ликс.       — Угу.       Хенджин пошел умываться и вдруг почувствовал, как ему невыносимо больно находиться с Феликсом в одном помещении, но не иметь возможности нежно его обнимать, гладить и целовать.       — Я пойду в магазин.       — Сейчас? — удивился Ликс.       — Да, хочу зернового хлеба.       — Может, после завтрака вместе сходим?       — Нет, ты готовь, а я пока сгоняю в магазин.       — Ну ладно.       Хенджин практически выбежал из дома, сам не понимая, куда он хочет пойти. Ноги несли его как можно дальше от их квартиры, от Феликса и от разъедающего чувства безответной любви. На улице холодный ветер напомнил ему, что надо было посмотреть прогноз погоды прежде, чем уходить, но ему было все равно на физический дискомфорт, потому что душевный был намного сильнее. Хван бесцельно бродил по улицам, потеряв счет времени. Он отключил телефон и не знал, что Феликс несколько раз обеспокоенно ему писал и звонил. Хенджин даже не вспомнил, что собирался купить хлеб, он полностью ушел в свои негативные мысли, в надежде что он забредет куда-то так далеко, откуда никогда не сможет выбраться, и где останется навсегда. Но внезапно город словно исказился и он вышел к дому.       «Что за чертовщина, — подумал Хван, — я же был уже совсем в другом районе!»       Сомневаясь, что глаза его не обманывают, Хенджин посмотрел на кухонное окно и увидел там знакомый силуэт. И вдруг на душе стало спокойно. Хван влетел в коридор, радостно разглядывая, стоящую там обувь Феликса.       «Как хорошо возвращаться домой, когда тут Ликси», — пронеслось в голове.       Но его мысли прервались тихими всхлипами из кухни. Хенджин сбросил кроссовки и побежал на звук. Ли сидел на краю дивана, гладил Линоу и плакал. Услышав шаги, он встрепенулся:       — Куда ты пропал? Завтрак уже остыл… А где хлеб?       — Прости, я оббегал все магазины, но так и не нашел тот, который хотел.       — Я подогрею омлет.       — Я сам, — Хенджин схватился за тарелку, но тут же поставил ее обратно и сел на диван. — Ты из-за меня плакал?       — Нет, я… То есть не совсем. Я плакал из-за того, что жизнь так несправедлива: когда я любил тебя, ты мне отказал, а когда я наконец-то нашел взаимную любовь, Чанбин умер, — горькие слезы ручьями потекли по веснушчатым щекам.       — Ликси, мне так жаль. Это я во всём виноват. Если бы я сразу ответил тебе взаимностью, то мы были бы счастливы, и тебе не пришлось бы проходить через всю эту боль.       — Я не жалею, что Чанбин был в моей жизни, если бы пришлось выбирать, я бы выбрал снова пройти через утрату, лишь бы испытать то счастье, которое я испытал с ним.       — Ах Ликси, как бы я хотел, чтобы ты снова был счастлив.       В этот момент Линоу, до этого мирно лежащий на коленях Феликса, приподнялся и потянулся к Хенджину с тихим мяуканьем и горящими глазами.       — Видишь, Линоу тоже хочет, чтобы ты был счастлив. Да, малыш?       — Миоу!       — Все обязательно будет хорошо, мы оба обязательно будем счастливы, пусть даже без романтических отношений друг с другом.       Когда Хенджин на следующий день вернулся с работы, он к своему удивлению застал полную квартиру полицейских.       — Сюда нельзя, это место преступления, — остановил его один из них.       — Это моя квартира! — возмутился Хван.       — А, простите. Шеф, владелец нашелся!       — Что тут происходит? — Хенджин растолкал полицейских и прошел в комнату.       В этот момент его ноги подкосились, и он чуть не упал, но стоящий рядом полицейский его удержал, — на полу белый как полотно лежал Феликс. Он был похож на ангела с иконы, только нимб над его головой был кроваво-красный.       — Ликси-и-и! — не своим голосом закричал Хван и кинулся к возлюбленному, но его удержали.       — Не подходите, к телу нельзя прикасаться до окончания следственных работ.       — Ликси, мой мальчик, — Хенджин не заметил, как слезы градом полились по его щекам. — Как? Что случилось?       — Соседи услышали шум и вызвали нас. Судя по всему, вас хотели ограбить, но вор или воры не ожидали, что в квартире кто-то будет, поэтому завязалась драка, в результате которой ваш сожитель погиб.       — Нет, я не верю, нет! Этого не может быть! — рыдал Хван.       — Простите, но мы вынуждены вернуться к работе. Как будете в состоянии, осмотрите, пожалуйста, квартиру и составьте список пропавших вещей.       Хенджин сам не понял, как оказался сидящим на кухне, а у его ног терся черный кот.       — Линоу! Линоу, это ты? Иди ко мне, — Хван сжал животное в своих объятиях. — Линоу, как же так? Как же мой Ликси погиб? Я не могу в это поверить! Этого не может быть!       Тут из ниоткуда нарисовалась соседка, которая и позвонила в полицию.       — Хенджин, если нужна будет какая-то помощь, вы знаете, где я живу.       — Да, большое спасибо, — машинально ответил Хван и сложился пополам от рыданий.       — Вот, выпейте воды, — попросила соседка, суя под нос стакан с водой.       Хван на автомате начал пить, все еще не понимая, что происходит.       — Мы закончили, — вдруг раздался голос полицейского. — Тело мы забираем, вот, распишитесь, пожалуйста, тут и тут.       Хенджин бездумно сделал, что его просили.       — Спасибо. У вас есть контакты семьи погибшего?       — Да.       — Свяжитесь с ними. Тело отдадут только близким родственникам.       — Хорошо.       — Вы в порядке? Вам есть кому позвонить?       — Да, спасибо.       — Вот, выпейте, — снова появилась рядом соседка с таблеткой в руке.       — Что это?       — Это успокоительное, вам сейчас нужно.       — Спасибо.       Хенджин выпил лекарство, не чувствуя ни вкуса, ни запаха и снова обнял кота.       — Нужно кому-то позвонить. Но кому? — он завис на пару минут, потом набрал номер Джисона: — Хани, это ты?       — Да.       — Хани, Феликса убили…