Фонари

— Какая красота-а-а! — блаженно прошептала Соё, восторженным взглядом осматривая открывшуюся ей живую панораму: белый пенистый водопад, окруженный зелеными зарослями, резко контрастировал с синеватой небесной гладью. Смотреть вниз Соё боялась — там, внизу, на расстоянии нескольких секунд полёта, шумела юркая горная речка. Неожиданное желание сделать шаг и полететь вниз она тут же подавила, но огибающий её спину ветер как бы подталкивал, создавая непередаваемое ощущения восторга. Казалось, что если Соё сейчас прыгнет, то не упадет камнем вниз, а улетит, подхваченная сильной волной воздуха. — Хочется прыгнуть? — заинтересованно спросила подошедшая Кагура. Химе немного смутилась и с улыбкой кивнула, полушепотом ответив: — Немного. — Каждый раз, когда человек стоит на таком утесе, ему хочется прыгнуть. Ему кажется, что если он сейчас прыгнет, то не упадет камнем вниз, а улетит, подхваченный сильной волной воздуха. У меня тоже такое было, но я быстро от этого избавилась. — Правда? — Конечно. Я решила, что для того, чтобы побороть такое опасное желание, нужно его исполнить, — глаза Кагуры были полуприкрыты, руки скрещены на груди, а сама она кивала в такт каждому слову. Для стороннего человека это бы выглядело забавно, но не для Соё-химе. — Ну и как? — Соё сомкнула руки за спиной и немного наклонилась, всматриваясь в лицо собеседницы. — Больно, — вздохнула Кагура, — Но зато прыгать больше не хочется. — Вот как, — Химе сделала очень задумчивое лицо, которое было очень сложно рассмотреть из-за сильного ветра, запутавшегося в длинных черных волосах, — Тогда я тоже попробую. Кагура уже хотела возразить, ведь у принцессы не было и доли той титанической выносливости, присущей уроженцам Ято, но стало поздно — Соё, сделав глубокий вздох, прыгнула. Сделать шаг навстречу пропасти оказалось на удивление легко, а лететь — очень приятно. Каменистая поверхность земли становилась всё ближе, так же как и рев сверху. Соё очень хотела посмотреть на источник звука, но повернуть голову в нужную сторону не получилось. Тут что-то сильное схватило её за руку и потянуло на себя. —Ка!.. Кагура-чан! Всё вокруг загрохотало, дышать стало нечем — окружающее пространство заполонили пыль и мелкие камушки. Несколько таких попало Химе в рот и та закашлялась в попытках от них избавиться. Падение оказалось частично мягким — основной удар взяла не себя Кагура, но левая рука и обе ноги невыносимо болели. Болели так, что слезы из глаз текли не переставая и увидеть что-либо сквозь эту пелену воды и земли было просто невозможно. — Бо-о-ольно, — застонала ей в правое ухо Кагура, — Как же это больно... И действительно — больно. Больно так, что Соё зарыдала в голос, уткнувшись носом Кагуре в шею и пытаясь рыданиями заглушить неприятные ощущения. — Ты чего? — голос у той был вполне себе бодрый, будто не она только что упала с огромной высоты, да еще и попутно успела спасти принцессу. — Мне тоже бо-о-ольно, — Соё немного приподнялась и попыталась поднять левую руку. Получилось неважно — рука спокойно поднималась, а вот кисть совершенно не слушалась, да еще и болела от этого еще больше, что непроизвольно усилило рыдания, — Зн-н-на... Знаешь, мне... т-тоже прыгать бо-бо-больше не хочется. — Действует же, — улыбнулась Кагура. Вся её щека была в чужих слезах, а шея — слюне и соплях, но это были мелочи по сравнению с далеко не самыми приятными ощущениями в спине и подступающей тошнотой в горле. А тут еще принцесса от боли начала кусаться, да так, что, наверняка, прокусила кожу на шее. Кагура недовольно охнула, но никаких попыток прекратить это не предпринимала — шевелиться не хотелось вообще. — Я, наверное, тяжелая, — шептала Химе своей спасительнице на ухо. Та только хмыкнула, что это даже не вес, и потащила Соё дальше. Спина уже давно прошла, а вот шея до сих пор немного саднила, принося вместе с болью некоторое смущение.