Плесень

Чимин блаженно прикрывает глаза, подставляя лицо солнцу. Рядом на траве лежит Хосок и читает комиксы. — Это далеко не Америка и не Мексика, — хмыкает Чимин, слушая всё ещё плохо знакомую для него речь от проходящих мимо людей. — Чем тебе не нравится Китай? — Нравится... мне нравятся все места, пока ты остаёшься со мной. Чимин никогда не думал, что будет кому-то говорить такие вещи, но с Хосоком это довольно просто. — Отец писал? — спрашивает Хосок, перелистывая очередную страницу. — Да, сказал, что не злится на меня за то, что бросил университет. Сокджин сам подошёл к Чимину и сказал, что всё кончено, и попросил свалить с его глаз долой. Тэхён, наблюдавший за этим со стороны, довольно скалился и чуть ли не потирал ладони друг об друга. Хосоку было плевать, что он оставляет университет, который действительно не стоил переживаний об этом. Единственное, о чем стоило беспокоиться, это мать, которая осталась одна. — Неужели ты думаешь, что у меня нет своей личной жизни? Поезжай, сынок... не волнуйся за меня. После этих слов метери Хосок бежит к Чимину, заключая того в свои объятия, поднимая и кружа. Я люблю тебя. Люблю. Люблю. Люблю. Они не устают говорить друг другу об этом, стараясь подарить как можно больше тепла и любви. Чимин думает, это ли счастье? Нормально ли то, что у его счастья есть глаза, ноги, руки и имя — Чон Хосок? Они улетают в Китай, так как на Мексику и Америку не хватает денег. И изучая китайский язык, первое, что они запоминают, это “我爱你”*. Они неправильно ставят тона и говорят эту короткую фразу с акцентом, но кому какая разница, когда «я люблю тебя» читается у них в глазах. Чимин больше не чувствует себя плесенью, а нескромно сравнивает себя со цветком, который пророс на окаменелой земле. И всё, что есть у этой Земли, это один Цветок. И всё, что есть у этого Цветка, это одна Земля.