Драгоценности Глорианы /The Gloriana Set

Гостиная Слизерина превратилась в элитный ночной клуб, полный вращающихся теней и пестрого освещения. Народ танцевал под грохочущую музыку на маленьких плавучих платформах или на расчищенном пространстве, окружённом гирляндами огней. Из маленьких котлов поднимались разноцветные клубы пара. Это было совсем не похоже на изящную обстановку «Клуба Слизней», освещенную свечами, с розами и парящим оркестром. Большое окно гостиной, выходящее на Чёрное озеро, отбрасывало жуткое сияние, а по другую сторону стекла плескались русалки. Пульс Гермионы реагировал на ритм музыки, её дыхание участилось, а взгляд окинул подземелье в поисках знакомой макушки платиновых волос. Драко нигде не было видно, но был Блейз с квадратной бутылкой сиренскотча в руке. Его чёрный костюм был практически смокингом, шёлковые лацканы обрамляли белую рубашку и чёрный галстук. — Добро пожаловать, — сказал Забини, сверкнув белыми зубами. Его тёмные глаза задержались на Джинни достаточно долго, чтобы Гарри напрягся, но бывшая проигнорировала их обоих, её внимание привлекли водяные. Блейз попробовал новый подход. — Гермиона, — сказал он, — ты сегодня настоящая соблазнительница. — Тебе просто нравится цвет, — сказала девушка, улыбаясь ему. — Мне нравится, — Блейз передал сиренскотч Гарри, не сводя глаз с Гермионы. Поттер качнул бутылку и чуть не выронил её, глядя на Забини. Джинни просто выглядела удивлённой. — Потанцуй со мной, Гермиона, пожалуйста, — сказал Блейз, и Грейнджер позволила себя увести. В конце концов, он был хорошим другом Драко. — Странное время для вечеринки, — сказала она слизеринцу, стараясь не краснеть. Это не было вальсированием в подземелье Зелий. Руки Забини были на её бедрах, и он начал двигаться в такт музыке. Гермиона изо всех сил старалась следовать за мелодией, не слишком смущаясь. Она откашлялась и сосредоточилась на серебряной булавке для галстука Блейза в форме змеи. — В эти дни нечего праздновать, — произнесла она. — Я знаю, но Пэнси настояла, — произнёс парень. — Она и Астория сказали, что это поднимет всем настроение. — Должно быть, дела обстоят плохо, если Гринграсс подбадривает людей. — Мне нравится твой острый язык, — Блейз опустил голову, чтобы прошептать ей на ухо. Гермиона хихикнула от его двусмысленного тона. В некотором смысле Забини был заводной куклой, как Астория. Она посмотрела через плечо парня на своих друзей: Невилл раздавал бокалы, Гарри разливал напитки и делал это плохо, так как в то же время смотрел на Блейза. Он пролил сиренскотч на платье Лаванды, заставив её взвизгнуть от возмущения, а Джинни закатила глаза и выхватила бутылку из рук Поттера. — Ты собираешься спросить меня о Драко? — Забини дышал ей в ухо, проводя руками по рёбрам. — Нет, — сказала Гермиона, отстраняясь, — ты собираешься меня облапать? — Не искушай меня, — улыбнулся слизеринец. — Видимо, я уже, — язвительно произнесла ведьма. — Найди другой способ разозлить Гарри. — О, но это так эффективно, — Забини выглядел разочарованным, но взял её руку, а другую ладонь положил на обнажённую спину Гермионы. Его прикосновение всё ещё наводило на размышления, учитывая эту грешную музыку, но стало определённо лучше. — Я уверен, что Драко объявится, — с улыбкой сказал Блейз. — Он не хотел бы скучать по тебе сегодня вечером. Теперь Гермиона могла видеть Пэнси, великолепную, в драпированном серебряном платье с низким вырезом спереди и сзади. Рука Невилла скользила по голому позвоночнику ведьмы так, что Грейнджер чуть не покраснела. Он всё же был её другом. Затем её взгляд остановился на Астории, которая была одета в белое кружевное платье с открытыми плечами. Горло блондинки было демонстративно лишено каких-либо украшений. Гринграсс встретилась взглядом с Гермионой, и слизеринка коротко кивнула, и это была единственная благодарность, которую она могла получить. В любом случае, держать любую ведьму вне контроля Люциуса того стоило. Блейз грациозно развернул её, сохраняя между ними разумное расстояние. Гермиона благодарно улыбнулась ему, затем снова осмотрела комнату. Другая пара тёмных глаз слизеринского волшебника встретилась с Гермионой. Она не знала его, вероятно, семикурсник. Парень смело посмотрел на неё с высокомерной ухмылкой. Симпатичный, чистокровный магглоненавистник с презрительным взглядом. Музыка стихла, и Блейз отпустил её, поцеловав руку и бросив ухмылку только на Гарри, который, нахмурившись, протискивался к ней. — Чёрт возьми, Гермиона, — начал Поттер, — его руки были везде… — О, тише, Гарри, — сказала она, допивая свой напиток, — Блейз просто пытался тебя разозлить. Она взяла два бокала для шампанского с плавающего подноса и протянула один своему другу. — Расслабься, повеселись. Это вечеринка. Поттер потягивал шампанское с неохотной ухмылкой, рукав его пиджака задрался, обнажая крошечные запонки. Он действительно выглядел крутым сегодня вечером. — Ты собираешься заставить всех веселиться? — поддразнил аврор. — Только если это необходимо, — ледяное шампанское холодило жилы девушки после виски. — Давай потанцуем. Они с Гарри, вероятно, выглядели глупо, делая свои типичные неуклюжие движения в этой опьяняющей обстановке. Волшебный фонограф в углу выкрикивал глубокий басовый ритм, что было довольно провокационно, но друзья были слишком заняты, хихикая над явно пьяным спотыкающимся слизеринцем позади близняшек Патил. Однако смех Поттера оборвался, когда он увидел, что Джинни и Симус присоединились к танцорам. — Гарри, — сказала Гермиона. Он оглянулся на неё, — вы с Джинни разговаривали с тех пор… — Нет, не совсем, — вздохнул парень, — но она была права насчёт Хлои. Гермиона ничего не сказала, только покачивалась в руках друга, стараясь не смотреть на пару позади. Парень зубами сдёргивал одежду своей партнерши по танцу. «Дай мне, дай мне, дай всё…» — напевал фонограф. Гарри всё ещё вздыхал, явно не в ладу со своим окружением. — Я тоже был строг и благороден с Хлоей, — признался он, — Мерлин, Гермиона, это правда. Я веду себя как Перси с женщинами. — Ты читал ей лекцию о видах дна котлов? — Нет, — Гарри поморщился, — но я говорил о протоколе пользования палочками. И это было далеко не весело. Гермиона хихикнула. Поттер осторожно убрал локон с её лица, избегая шпилек Глорианы. — Хлоя вернулась во Францию не за титулом, — продолжил он, — этот герцог Трюфельное Ничтожество или что-то в этом роде, она знала его с детства, — Гарри взглянул на Уизли. — Понятия не имею, как теперь себя вести. Всё, что я делаю, просто отталкивает Джин. — Новое начало, — сказала Гермиона. — Что? — Новое начало, — повторила она, — никаких ожиданий. Никакой обожающей младшей сестры. Никакого Мальчика-Который-Выжил. Ты Гарри. Она Джиневра. — Я полагаю, ты знаешь всё о новых стартах с Малфоем, — Поттер нахмурился. — Как раз наоборот, — сказала Гермиона. — Вы двое ужасны, правда, — сказал Гарри. — Я слежу за Малфоем уже больше недели, и он утомляет. Слава Мерлину, на следующей неделе суды над его родителями. Тогда я смогу вернуться к погоне за тёмными волшебниками. Это будет похоже на отпуск. Музыка закончилась, или, точнее, начала перетекать в следующую шокирующую, почти стонущую мелодию, и они прекратили танцевать. Гарри снова посмотрел на Джинни, которая явно дразнила Невилла чем-то непристойным, в то время как Пэнси ухмылялась рядом с ним. Со стороны фонографа этот черноглазый чистокровный подонок всё ещё пялился. — Новое начало, — сказал Гарри задумчиво. — Да. — Хорошо. Поттер взял два бокала с шампанским и подошёл к Джинни, выглядя ярче, чем когда-либо. На нём не было мантии аврора, но он шёл уверенно. Гермиона улыбнулась и подошла к блюду с клубникой в шоколаде. — Так-так-так. Гермиона Грааааанжер, — протянул незнакомый голос. Она повернулась и увидела надменного слизеринца, который теперь стоял перед ней, его тёмные глаза сузились, как будто она вторгалась в его пространство, её руки дёрнулись, желая коснуться палочки, спрятанной в платье. Каждая клеточка тела было настороже. — Какая честь, — продолжил волшебник. — Маркус Фикс. Он произнёс имя так, как будто она должна была его знать. Девушка ничего не сказала, только нахмурилась, прижимая палочку к бедру. — Меня считают довольно обаятельным, но я, конечно же, не лишил вас дара речи, — сказал юный слизеринец. Он был привлекателен в каком-то смысле, больше в том, как он стоял и держал голову, чем в его чертах или теле, которые были ничем не примечательны. — Ты только что усмехнулся надо мной? — голос был холоден. — Я полагаю, ты не хочешь, чтобы я была здесь. — Удивлен, что ты позволила Забини так себя лапать, — фыркнул Маркус. — Не одобряешь? Я огорчена, — ведьма посмотрела на него сверху вниз. — Вам нужно поработать над своим обаянием, мистер Фикс, — девушка повернулась и ушла, скорее чувствуя, чем видя взгляд Маркуса. «Противный». Стремясь сбежать от слизерница, она наткнулась прямо на волшебника в сером костюме. — Ой, прости меня, Эрни! Парень посмотрел на неё с открытым ртом. — Гермиона… ты выглядишь так… так очаровательно, — его лицо было таким же красным, как и уши. — Давай, потанцуй со мной, — сказала Гермиона. Фикс всё ещё прятался за клубникой. — Сегодня здесь очень странные волшебники. Эрни подчинился, но музыка сменилась низким пульсирующим ритмом, с которым никто из них не знал, что делать. Обычные танцы просто не подходили, и со вздохом Гермиона велела Макмиллану обнять её обеими руками за талию, пока её руки соединились вокруг его шеи. Им удалось найти какой-то ритм, и у Грейнджер всё было хорошо, пока она не обернулась и не увидела, что Джинни стоит рядом с Гарри, их глаза широко раскрыты. Подруга ухмыльнулась и показала Гермионе большой палец вверх, и девушка почувствовала, как её лицо вспыхнуло. Милый Мерлин, теперь это будет по всей школе: Гермиона Грейнджер трётся с Эрни Макмилланом — они устроили оргию в кладовке с половиной студенческого самоуправления… Сама мысль заставила её хихикнуть, что несколько охладило смущение. Эрни, казалось, нюхал её волосы или что-то в этом роде, и она как раз собиралась предупредить его о наборе Глорианы, когда неуместная песня наконец закончилась. Она отступила от парня, который поблагодарил её и быстро ушёл. — Наверное, он ушёл куда-то дрочить, — прозвучал знакомый голос. — Думаю, ты сломала его. — Тео, — Гермиона вздохнула и обернулась. Это была действительно раздражающая тусовка. — Хорошо проводишь время? — спросил Нотт с легкой улыбкой. Он выглядел почти так же, как на гриффиндорской вечеринке: в чёрном костюме, зелёной рубашке и галстуке с зелёным узором. Парень протянул к ней широкую руку, серебряная полоса его кольца сияла в мерцающих огнях. — Не хочешь потанцевать? — Нет, спасибо, — ответила Гермиона и направилась с танцпола к столику с закусками, надеясь, найти что-нибудь безалкогольное. Тео последовал за ней. — Значит, мы больше не друзья, — резюмировал он, — но уж точно не враги. Союзники? Я бы снова отнёс нас к категории знакомых, но не друзей. — Одноклассники, — сказала Гермиона, роясь среди бутылок, — прекрасное слово. — Однако такое холодное. Где сегодня Драко? — Не спрашивай меня, — отрезала она, нюхая прозрачную жидкость. «Нет, точно не вода». — Пожалуйста, позволь мне помочь тебе, — сказал Нотт, вынимая предмет из ее рук. — Что бы ты хотела? Сиренскотч? Огневиски? Здесь есть немного абсента. — Воду, — сказала Гермиона, — или сок. Что-нибудь безалкогольное. — На слизеринской вечеринке? — спросил Тео. — Непростая задача, — он зашуршал вокруг бутылок. — Я не вижу никакой газировки, но я думаю… да. Игристый сидр. Кто бы мог подумать? Грейнджер подозрительно понюхала протянутый ей стакан. Пахло нормально. Она сделала осторожный глоток. — Мерлин, Гермиона, — сказал парень, закатывая глаза, — я снова пытаюсь заслужить твоё доверие. Я не собираюсь таскать тебе ликёр, который тебе не нужен. — Ты так говоришь, — начала она, — но я… — Э-э-э! — Лаванда возникла перед ними, и её лицо раскраснелось. Очевидно, девушка уже выпила изрядное количество огневиски. Ее щёки пылали, а светлые волосы рассыпались в запутанном вихре. — Ты… — Браун ткнула Нотта в грудь, — ты обманул меня! И… и разбил мне сердце! — Я не знал! — Тео запротестовал. — Я же говорил тебе: Драко лгал! Гермиона, скажи ей, что Малфой лгал обо мне! — Он прикалывался, — сказала Гермиона, смирившись с тем, что следующие десять минут ничего не будет понятно. — Это другое! — воскликнула Лаванда, полная пьяного негодования. — Драко совсем не прикалывался, Гермиона! Я попросила у него несколько рецептов, а он посмотрел на меня как на сумасшедшую! — Ты и есть сумасшедшая, Браун, — отрезал Нотт. — Драко не шутил, и я никогда тебя не обманывал. Скажи ей, Гермиона. — Ты не должна верить Драко, Лаванда, — сказала Грейнджер, потягивая охлажденный сидр. — Это адский способ отомстить мне, — Тео посмотрел на блондинку. — О… Тео… — всхлипнула Браун. — О, смотри, это Джинни, — сказала Гермиона, желая повеселиться с кем-то, кто не был слизеринцем, мужчиной, психом или всеми тремя одновременно. — Не оставляй меня! — взмолился Нотт. — Браун, отстань от меня! Хватит плакать над моим костюмом! Гермиона! Грейнджер практически подбежала к Джинни, которая встретила её с восторгом. Уизли настояла, чтобы они вдвоем танцевали под играющую песню, которая была почти такой же дегенеративной, как и та, под которую она танцевала с Эрни. Другие танцоры изо всех сил старались избегать двух сумасшедших гриффиндорок, что давало Гермионе достаточно места, чтобы дико размахивать руками, а Джинни — совершать серию вращений, от которых рыжеволосая чуть не вылетела в гигантское окно комнаты. Она определенно напугала водяных снаружи до полусмерти. Грейнджер взяла подругу за руки и потащила обратно на танцпол, минуя стайку слизеринок, сжимающих жемчуг. Гермиона закатила глаза: вон та парочка практически разыгрывала громкую песню (в котором чрезвычайно властный мужчина прямо сейчас говорит своей девушке, чего он хочет), и они вылупились на Джинни? «Сегодня Гарри действительно был человеком», — сказала подруга Гермионе во время перерыва в музыке. Мальчик-Который-Выжил нашёл какое-то очарование в этой затуманенной Волан-де-Мортом голове и перестал пялиться на Блейза. Затем Джинни похвалила её за то, что она расслабила Эрни, и сказала, что Лавиния Кларк и две другие гарпии — бывшие слизеринки — были на вечеринке. — Они очень милые, но у них какая-то странная одержимость Драко, — сказала подруга. — Они продолжают искать его. Он произвёл большое впечатление на матче по квиддичу между факультетами. — Даже с заклинанием «СМЕРТЬ ГРЯЗНОКРОВКАМ», судом и всем прочим? — Гермиона была потрясена. — Это только делает его более привлекательным за пределами Хогвартса. Слизеринские женщины действительно странные, — Уизли пожала плечами. Грейнджер оставалось только согласиться. Мужчины тоже. Она станцевала вторую песню с Джинни, достаточно расслабившись, чтобы снова переключиться на сиренскотч. Однако они привлекали к себе достаточно внимания — слизеринки явно не танцевали друг с другом. Блейз рыскал по периметру, а Дрилл и Муди (бывшие загонщики) наблюдали за происходящим с открытым ртом. Гермиона подавила желание подойти и отругать их, как будто они Писклявые мыши. Вскоре она пожалела о сиренскотче, потому что обнаружила, что смотрит на Тео, теперь танцующего с Дафной Гринграсс весьма провокационно. Он сбросил пиджак и галстук и освободил несколько верхних пуговиц на зелёной шелковой рубашке. Нотт поймал её взгляд и подмигнул, а Гермиона отвернулась. Лавиния Кларк разговаривала с Невиллом, по крайней мере, до тех пор, пока не подошла Пэнси и не убрала с дороги Гарпию одним взглядом. После трёх песен Гермиона и Джинни уселись на диваны у камина вместе с Долгопупсом, у которого теперь на коленях сидела Паркинсон. Вскоре к ним присоединился Гарри, галстук был ослаблен, а лицо раскраснелось. — Ты танцевал между близнецами Патил, — озорно сказала Джинни аврору. — Возможно я никогда не буду прежним, — сказал Гарри, улыбаясь ей в ответ. — Эти слизеринские вечеринки — нечто. Гермионе пришлось согласиться. Возбуждало буквально всё: музыка, алкоголь, вырвавшиеся наружу гормоны. Невилл рядом с ней что-то шептал Пэнси, которая хихикала. Гарри придвинулся ближе к Джинни, его улыбка делала его очень похожим на Тео. Уизли небрежно откинулась на спинку дивана, скрестив длинные ноги, с бокалом шампанского в одной руке, в такой обстановке чувствуя себя совершенно непринужденно. Она посмотрела на Поттера очень слизеринскими глазами. «Мне нужен воздух». Гермиона отошла от камина, намереваясь ненадолго покинуть гостиную. Может быть, она вообще уйдет с вечеринки. Её друзья явно были чем-то заняты, и вечер вдруг показался скучным, безжизненным. Драко, вероятно, снова был во Франции на этих выходных, в компании только Эми, размышляя о предстоящих слушаниях, и вот она… — Уже уходишь? — это снова был Фикс. — Только не говори мне, что одна маленькая слизеринская вечеринка — это слишком для Гермионы Грейнджер. Ведьма повернулась к нему. Круглое лицо парня и чёрные кудри делали его смехотворно молодым, несмотря на изысканно скроенный черный костюм. На руке, в которой он держал напиток, красовалось толстое изумрудное кольцо, гармонирующее с его галстуком. — Почему ты продолжаешь так произносить моё имя? — раздражённо спросила она. — Например, как? — Маркус потягивал сиренскотч со льдом, не сводя с неё чёрных глаз. — Как будто это грандиозный титул, над которым можно посмеяться. — Это грандиозный титул, но я не смеялся, — сказал Фикс. — Хорошая попытка. — Гермиона закатила глаза. — Ты явно издеваешься. Менее очаровательная черта слизеринца. — Это произношение, — Маркус переместился между ней и портретным отверстием. — Мы ничего не можем с этим поделать. — Да, да, я Гермиона Грейнджер, — она посмотрела на него. — Сумасшедшая пьяница, которая позволяет мужчинам лапать себя во время танца. Теперь, когда я развеяла все твои надежды и ожидания, могу я уйти? — Интересно, — Фикс изогнул бровь, — значит ли это, что ты можешь позволить мне лапать тебя, пока мы танцуем? Гермиона фыркнула и посмотрела на вечеринку, не обращая внимания на Маркуса. Она отметила, что Тео снова был загнан в угол Лавандой. Светловолосая гриффиндорка о чём-то причитала, гладя руку бедняги после того, как пролила на него свой напиток. — У Нотта тут полно дел. Странная девушка. Только Мерлин знает, что она говорит, — Фикс проследил за ее взглядом. — О, Тео, пожалуйста, прости меня, — пискнула Гермиона. — Вот, я слижу сиренскотч с твоего рукава! — Хорошо, но следи за запонками, дорогуша, — Маркус произнес нелепо низким голосом. — С другой стороны, позволь мне воспользоваться этой салфеткой, Тео. Я могу использовать её очень соблазнительно. — А я буду визжать, как девчонка, и проливать свой напиток. — О, Тео, ты такой красивый, когда угрожаешь мне! — Гермиона вздохнула. — Куда ты идешь? Пожалуйста, пригрози мне ещё раз, это всего лишь прелюдия, верно? Тео! Грейнжер расхохоталась, не в силах сдержаться вместе с Фиксом, выглядящим теперь ещё более по-мальчишески. Тео удалось сбежать, но за это пришлось заплатить: он опрокинул два стола, а на его мятой рубашке теперь было расползающееся темное пятно. Другие слизеринцы захихикали, когда Нотт исчез вниз по лестнице в спальне мальчиков. Драка привлекла внимание Гарри, который держал руку на спинке дивана, который делил с Джинни. Лаванда рыдала в отвергнутую салфетку, но близняшки Патил быстро ее утешили. Поттер снова повернулся к Уизли, которая явно сказала что-то шокирующее, учитывая выражение лица Невилла и даже Пэнси. Но Гарри лишь лениво улыбнулся Джинни, чего Гермиона никогда раньше не видела. — Ты выглядишь слишком самодовольно, — сказал Фикс. Гермиона вздрогнула, она забыла, что он здесь. — Мне нравится видеть своих друзей счастливыми. Парень поставил стакан на стол, сбросил пиджак и, не глядя, вручил его проходившему мимо слизеринцу. — Сейчас мы потанцуем, — объявил он, взяв Гермиону за руку и потянув её к массе тел. Другой слизеринец стоял, глядя на него, всё ещё держа пальто Фикса. — Я не буду танцевать с тобой под эту возмутительную песню, — возразила ведьма, — так что просто… Маркус её полностью проигнорировал, просто поставил девушку в центр толпы и обвил её руками свою шею. Его собственные руки скользнули вокруг нее, и Грейнджер почувствовала тепло сквозь серую шелковую рубашку. — Фикс, у меня есть парень и… — Он не будет возражать, — пробормотал он. — Он точно будет возражать, ты понятия не имеешь… Гермиона попыталась попятиться, но толпа теснилась слишком близко, а музыка и алкоголь работали против нее. По крайней мере, парень держал руки на её талии. — Это не больше, чем ты позволила с нашим старостой, — сказал Фикс, звуча немного раздраженно. Конечно, но Маркус не был Эрни. Гладкая ладонь слизеринца на ее голой руке заставила ее покрыться мурашками. Другая рука мягко легла ей на талию, и Гермиона воспользовалась легким прикосновением парня, чтобы вырваться из его хватки, и между ними оказалась еще одна танцующая пара. Фикс последовал за ней с решительным видом, а Гермиона нырнула за другую корчащуюся парочку, продолжая танцевать с руками над головой. Она обогнула Лавинию и близняшек Патил, которые танцевали в группе, затем встала перед неуклюжим Грегори Гойлом. Глаза бывшего прихвостня Малфоя вылезли из орбит, когда он понял, с кем внезапно танцует, и Гермиона одарила Гойла яркой улыбкой, когда они ненадолго покачивались вместе, а затем снова отвернулась. Однако ведьма потеряла из виду Фикса и неуверенно остановилась на одной ноге. Рука с изумрудным кольцом квадратной огранки схватила ее сзади и развернула. — Нашёл, — прорычал Маркус, — ты ужасная кокетка… мисс Грейнджер. Дрожь пробежала по спине Гермионы от того, как он произнес её имя. — Не поддаюсь дрессировке, — выпалила, не успев подумать. Фикс моргнул, поражённый, затем положил ладонь на её голую спину, удерживая другую руку. — Лучше? — спросил он, начиная модифицированный вальс. — Или ты снова убежишь? Гермиона вспыхнула, но отказалась отвечать, и они танцевали в тишине, и на этот раз Маркус держался на соответствующем расстоянии, как и Блейз. — Веселишься сегодня вечером? — спросил слизеринец с осторожной вежливостью. — Веселилась, — многозначительно сказала она. Фикс только улыбнулся, отпустив руку, чтобы убрать локон с лица. — Осторожно, — Гермиона вздрогнула, думая о заколке. — Это всего лишь локон, — протянул Маркус, накручивая прядь на палец. — Просто красивый, сияющий, закрученный локон, который отказывается слушаться. Гермиона почувствовала, как горит её лицо. Слизеринцы. Затем к ней подошел Руперт Дрилл и пробормотал о том, что задыхается, бархатным тоном. Она вырвала свои волосы из рук Фикса, сверкая взглядом, и могла быть только благодарна, когда услышала голос Невилла. — Этот парень тебя беспокоит, Гермиона? — спросил ее друг. Маркус тут же попятился, подняв руки вверх. Он подмигнул Гермионе, игнорируя Невилла, и растворился в толпе. — Кто это был, Гермиона? — Маркус Фикс, — нахмурившись, сказала Гермиона. — Просто очередной слизеринский засранец… — её глаза расширились. — Нет. — Гермиона? — спросил Невилл. — Куда он делся? — она лихорадочно огляделась. — Куда кто пошёл? — спросила Пэнси, подходя. — Что с тобой, Грейнджер? — Я в порядке, — сказала Гермиона, вытягивая шею, чтобы посмотреть на толпу. Она оставила их и начала рыскать по комнате. Гермиона кружила по гостиной, уворачиваясь от Тео, который снова был безупречен в свежей рубашке и галстуке, и от Эрни, который явно выпил еще и хотел еще потанцевать. Она увидела, как Астория подошла к Нотту и схватила его за руку. Тео выглядел так, будто хотел бы, чтобы Лаванда снова вернулась. Раздраженно фыркая, Грйнджер ступила на парящую платформу и немного машинально потанцевала, осматривая вечеринку внизу. Люди указывали на нее, но она почти не реагировала. Он стоял, прислонившись к серебряной стене со стаканом в руке, в луже света, повернув к ней лицо. Гермиона опустила помост и безжалостно втолкнулась в массу танцоров, выскочив перед Фиксом с другой стороны. Она стояла там, тяжело дыша, зная, что её платье съехало набок, а волосы, вероятно, взлохмачены, несмотря на бриллианты. Маркус выпрямился, его круглое мальчишеское лицо ничего не выражало. Гермиона толкнула его к стене и прижалась губами к его губам, грубо поцеловав его, а затем отстранилась. Её глаза смотрели на его более тёмные. — Драко, — прорычала она.