Иначе

      Люциферу казался странным этот мир.       Он держал своих демонов в подчинении, и ни один из них, кроме Мейз, не покидал Ад. А если кто и сбегал тайком, то его уничтожали на месте. Но это ничто по сравнению с другими.       Папа придумал не только людей. Он создал божков — уродливых, страшных соперников — и наказывал человечество за почитание их, и неважно, что люди были обречены поклоняться, потому что не получали помощи от Него или даже с рождения не знали о Нём.       Папа также создал нечисть и поставил во главе Еву, которая не имела ничего общего с первой тёзкой. Твари нападали, терзали, разрывали на части людей, и конца этому не было видно.       Человечество огребало от обеих сторон, но больше всего ненавидело его, хотя он был судьей в Аду и не намеревался исполнять эту роль на Земле. Хватит с него, Люцифер заслужил яркие моменты, общение, Люкс и регулярные оргии, а не вечное наказание. В конце концов, даже Адам ушёл в Рай после страданий Божьего Сына.       Но сейчас, когда стоило ему понадеяться на то, что про него забыли, Мэйз принесла новость: Папа, не любящий говорить со своими детьми, решил столкнуть лбами его и Михаила. Какая знакомая ситуация, кто бы мог подумать? Падший сын против любимца. История повторялась. Кому-то стало скучно, а страдать придётся всем, Люцифер был уверен. Но отвращение достигло апогея, когда демон донесла подробности.       — Охотники считают, что ты должен завладеть телом человека, а его братом — Михаил, после чего вы разыграете Апокалипсис, — Мэйз усмехалась, и в её темных глазах росла жестокость. — Бэла говорит, есть какие-то предсказывающие книжонки и ангел, спустившийся с Небес, чтобы вытащить из Ада человека, продавшего душу за спасение брата.       — Кто такая Бэла? — он поинтересовался, когда выплюнул хороший виски. К сожалению, спокойствие на планете ему только снилось. Может, ложная информация? — И с каких пор люди продают душу? Последний раз это было в девятнадцатом веке вопреки моему чёткому запрету.       — Охотница и информатор. А душу продают демонам перекрестка, которые периодически сбегают из дома, — с сожалением сказала Мейз. — Кто-то их выпускает, и в последнее время, по её словам, всё чаще, но не в Лос-Анджелесе, сюда они не суются.       — Прекрасно, — Люцифер поставил стакан, желая не разнести всё вокруг.       Настроение неуклонно поползло вниз. Подковерные игры и политика — два нелюбимых определения, в глубине своей сущности он надеялся, что в ближайшее время ему не пришлось бы иметь с ними дело. Увы и ах. Конфликт между Небесами и Адом не обманывал его: кое-какие связи всегда были, как и утечка, чьи-то амбиции и попытки влезть в идеально налаженную им иерархию.       Иногда Люцифер представлял себе, что всё могло сложиться иначе, например, в параллельной вселенной о человечестве всё-таки заботились и не существовали твари, были лишь люди — искренние, жадные, пылкие, разочаровывающие и завораживающие. Иногда он не понимал, куда ведёт их мир Папа. Точным словом, приходящим на ум, было одно: тартарары.       Схватки с братом, апокалипсиса и выяснения отношений не было в его планах. Из всех ангелов когда-то на заре создания Земли ближе оказался Аменадиил, пропавший уже очень давно, а другие сторонились Падшего. Однако и спускаться в Ад выяснять, который демон достоин наказания за сделку, не хотелось. Если это неслучайно, если того кто-то выпустил, то вряд ли тот «жив». За спиной искусно сплеталась преотвратительная ситуация, загоняющая в угол. Сделка, брат, демон перекрёстка…       В голове что-то щёлкнуло, и мысли потекли в иную сторону.       Никто из ангелов бы так не поступил. Никто не вступился за него, когда Люцифер начал задавать неудобные вопросы о людях и отказался от метки Каина — хотя ни один не пожелал бы взять эту мерзость себе. В то время как на земле нашёлся человек, продавший бесценную душу, знавший про бесконечные пытки, в обмен на спасение брата. Глупо, безрассудно, но не такой душе попадать в Ад.       А второму брату предначертали иметь дело с дьяволом, и что-то подсказывало Люциферу, что вряд ли тот был сатанистом. Учитывая удачу всех на Земле, скорее всего, второй сосуд — живой человек — не желал иметь с ним ничего общего.       И зачем ему овладение чужим телом перед битвой?       Как ни хотелось избежать подготовки к Апокалипсису, но, видимо, другого пути не было. Всё началось с этой странной семьи охотников — пришла пора узнать о тех больше.