Лесные истории

Солнце сегодня особенно ласковое и с непередаваемой нежностью гладило бледное, словно полотно, красивое юношеское лицо. Луч начал с темной макушки, медленно спустился к бровям и вот он гладит веки, кончик носа, тонкие, правильные губы, заставляя их обладателя морщиться и открывать свои глаза, зевая и потирая те. Федор медленно тянет руку в сторону телефона и экран вспыхивает. 3:38 Рано, но привычно. Федор часто встает в такое время. И все же он решает еще полежать – все равно некуда особо спешить – и прикрывает глаза, складывая руки на животе. Он лежит так долго, наслаждаясь пением птиц, доносившимся с улицы. Их песни такие незатейливые «чирик-чирик», «тиу-тиу», но красивые, каждая нота ласкает слух лучше любой музыки, оперы или симфонии. Глаза снова приоткрываются. Подождите, сегодня суббота? О нет, сегодня придется собирать вещи и ехать на дачу. Хотя нет причин так тяжко вздыхать. Это же не село, а вполне приличный поселок, с приятными домиками, ухоженными лужайками и приветливыми соседями. К тому же там у Федора были некоторые знакомые, если можно так их называть. Но самое главное, что недавно соседний с их участком купила семья его друга и это лето обещало быть наполнено множеством сюрпризов. Достоевский никак не может лежать столь продолжительное время и бездействовать, потому одеяло откидывается в сторону и Федор вскакивает на ноги одним прыжком, но в глазах в друг резко темнеет и теперь он стоит опершись о шкаф, пережидая пока закончатся фокусы его организма. А причина по которой подобное происходит довольно проста – анемия, и сколько бы он железа не пил, каким бы долгим не был курс, уровень этого важного элемента в крови все равно был мал. Врачи лишь разводили руками и говорили короткое, но ясное «хроническое». Но это мелочи, которые не так сильно беспокоили Федора. Минуты вполне хватает чтобы прийти в себя и затем он идет в ванну, потягиваясь и зевая. Прохладная вода помогает окончательно проснутся; из зеркала на него смотрит пара аметистовых очей – под ними залегли тени – и бледное лицо, словно у мертвеца, но без синюшного оттенка, просто очень светлая. Темные влажные прядки, с фиолетово-бордовым отливом, облипили лоб. Может постричься? Мысль быстро забывается, ведь и так все прекрасно, кончики ровнять пока не нужно. Федор окончательно распрямляется и еще раз потягивается. Тело его худо : позвонки и ребра можно спокойно пересчитать – в этой худобе есть что-то особенное, она придает Федору шарма. Это его изюминка. Прошествовав по коридору в нижнем белье, брюнет прикрывает дверь в свою комнату и одевается – зябко, как вдруг приходит уведомление. Неужели нашелся тот, кто, как и Федор, в это время не спит. Он берет со стола телефон и открывает телеграмм и открывает чат с человеком, который записан как «шут гороховый» и рядом с подписью еще и значок клоуна. Совсем не удивительно, что этот самый «шут» не спит, а шлет Федору смешные видео, где у первого из носа случайно полилась вода. Изначальная задумка явно была иная, но вышло это и надо признать довольно забавно. Особенно выражение лица парня. - «Николай, ты совсем дурак?» - наверно можно даже услышать недоумение в тоне Достоевского, который почти сразу получает ответ. – «Но тебе же было смешно?)))))))))))))))))» Боже, снова эти бесконечные скобки, но таков был Николай – его одноклассник, балбес 18-ти лет отроду, которого чудом еще не исключили за все его выходки. На сообщение Достоевский ничего не отвечает, смысла просто нет, поэтому Федор идее на кухню и включает чайник, насыпая в чашку кофе, который через минуту заливает кипятком и разбавляет молоком, и делает глоток. По телу разливается телпо, но ступни и ладони по-прежнему прохладные. Он мог долго так просидеть. И час, и два, и три, а если книга заканчивалась, то всегда имелась новая, ещё нераспечатанная и упакованная в плёнку сзади с наклейкой-штрихкодом. Как итог в этот раз из своих мыслей и книжных строк его выцепил сонный голос отца. Мужчина лет примерно сорока, высокий и с астеническим сложением тела, и волосы прямо как у Фёдора. Они как две капли воды, за исключением той детали, что взгляд у Достоевского старшего взгляд был более тёплый, как объятия солнца. — С добрым утром. - голос Фёдора как и всегда спокоен, с лёгким холодком. — Доброе, Федя. Ты снова рано встал? — А.. Да. Все в порядке не волнуйся, папа. Но вот мужчина смотрит на сына с лёгким прищуром аметистовых глаз - не верит. Он мягко опускает ладонь на острое юношеское плечо, слегка сжимая то через лёгкую ткань футболки. Это незатейливое движение получается красноречивее любых слов. Оно наполнено такой заботой, беспокойством и нежностью, что попросту таких слов не подобрать, настолько простых, но с таким глубоким смыслом. Фёдор улыбается и выходит именно так, как требовала ситуация, а лицо его отца снова приобретает спокойствие. Порой хватает таких коротких ничего незначащих взглядов и фраз. *** По квартире туда-сюда снует мать, она носится с пакетами, с различными коробками и просто мелочью - хочет сразу перевести все необходимое на дачу, хотя посуда и подобные вещи там и имелись и на постоянной основе, но тем не менее были все же вещи, которых там не было. Если быть точнее, то это были : краски, мольберт, холсты, кисти.. - мать у Федора рисовала, это было её хобби. Конечно же была одежда и ещё некоторые мелочи. У младшего Достоевского и его отца преобладали же книги. У Фёдора просто книги, а у его родителя - по медицине. Будучи даже в отпуске пациенты могли позвонить ему и описать те или иные симптомы и с некоторыми из них врач мог не сталкиваться раньше, для того и книги. На сборы потребовалось не особо много времени и около полудня все семейство было в сборе и готово к переезду на дачу. Фёдор любил дорогу на дачу, любил мелькающий за окном пейзаж и неповторимую атмосферу поездки. На коленях лежит уже другая книга и её обложка гласит "вино из одуванчиков". Интересно, а какое оно на вкус? Неизвестно, но зато Фёдор знает какового на вкус варенье из этих солнечных цветов. Итак, на коленях покоится книга, взор брюнета устремлен в окно и вдаль, а в руках телефон и открытый телеграмм, где Николай записывает ему очередной кружок со своим котом. Забавный парень и питомец у него красивый : двухцветный, с чёрными полосками, белым пузом и "носочками" на лапах, а ещё красивыми большими и зелёными глазами. Сказочный кот! Брюнет отправляет в ответ стикер с улыбкой и ни капли не врет - он сейчас на самом деле искренне улыбается. Так улыбался он, наверно, только родителям и Николаю - своему единственному близкому другу. На этом их диалог прерывается, а Фёдор медленно погружается в объятия сна и не открывает глаз до тех пор, пока они не прдъезжают к дачному участку. Из сна его выдергивает нежный голос матери : — Федь, Феденька, просыпайся. - женщина треплет сына по плечу. - Мы уже приехали. Её лицо так и светится от радости, что вот наконец лето и отпуск, и можно больше времени уделить семье, любимому мужу и сыну. Фёдору передаётся эта чистая радость и он спросонья трет глаза, почти незаметно улыбаясь. Суббота у Достоевских проходит за разбором вещей и наведения порядка в доме и на участке. Вечером семейный ужин, а такое случается очень редко из-за работы обоих родителей, и посиделки на терассе, пока старшие обсуждают какие-то свои планы и дела, а Фёдор вновь переписывается с Николаем, постоянно улыбаясь с его забавных кружочков.