Боль одна на двоих.

Алёна аккуратно проходилась ваткой со спиртом по ране на голове Союза. Она ненавидела жестокость. И когда видела, как СССР избили, была в бешенстве. Однако, сам коммунист был спокоен. Он знает, что Рейх просто напросто обиженный на жизнь мальчик. Тот ещё ребёнок в душе и не понимает, что творит. Разумеется, отрицать его силу будет глупо и опрометчиво, однако, у него должны быть слабые стороны. Главное, к нему подобраться. – Будут ещё попытки побега? – интересуется Алёна, вытирая тряпочкой остатки крови на лбу мужчины. – Конечно. Но не скоро, сейчас за мной будет слежка. – говорит коммунист, – слушай, мне нужно организовать встречу с Рейхом. Я хочу кое-что с ним разъяснить. Ты можешь помочь мне с этим? – Я сделаю всё, что смогу, товарищ Советский Союз. – та мягко улыбнулась, – ох, и не забудьте поесть. Вам пойдёт на пользу. *** Девушка смогла организовать встречу СССР и Рейха. Было трудно выбить из немца согласие. Однако, на то девушка советский человек, словно партизан, она стояла до конца, пока не выполнила долг в виде согласия Рейха. – Тц, ладно. Поговорю я с ним, отвянь уже. – недовольно шикает ариец, махнув рукой на девушку, а другой, вырисовывал что-то на холсте. Бесит этот Союз. Всего ему хочется. Поговорить ему захотелось! Пф! Возмутительно! Какого чёрта ему нужно.. Постоянно лезет с разговорами, как в прошлом.. "– Рейх, ты чего грустишь? Что-то случилось? – юноша подошёл к своему другу, садясь рядом с ним. – Ничего. – шмыгает тот носом. – Давай поговорим? Я знаю, тебе это помогает. – говорит парень, всматриваясь в чужое лицо. Рейх спешно вытирает влажную кожу рукавом, как чувствует, что его губа снова начинает дрожать. – Мой отец сказал, что моими рисунками я ничего не добьюсь! Что я не стану хорошим правителем, если буду рисовать всякую чушь! – воскликнул парень, закрывая лицо руками и давая волю слезам. Союз тут же обнимает своего друга, поглаживая его по спине. Рейх принимает объятия, пряча лицо в чужом плече, тихо всхлипывая. – Не слушай его. У тебя чудесные рисунки! Я бы назвал их картинами, да, точно, картинами! Рейх, у тебя чудесные руки, знал? Не каждый может рисовать так красиво, – СССР прижимает немца к себе ближе, замечая, что всхлипы почти исчезли, – твой отец - дурак, раз не понимает, что у тебя талант. Ты многое сможешь достичь на своих картинах. – Союз, перестань. – смутившись говорит тот. – Почему это? Тебе же нравится! Тем более, это правда. Ох.. Или ты засмущался? – парень делает более игривый тон голоса, заставляя Рейха поднять на него голову. СССР мягко смеётся, замечая лёгкий румянец на чужом лице. Ему нравилось смущать Рейха. Он становился довольно милым. – Я тебя сейчас убью. – фыркает юноша, хмуря брови. – Ну-с, попробуй! Ариец накидывается на СССР шквалом лёгких ударов по его груди, пока Союз лишь смеялся, словно его щекотали. Хотя, Рейх не бил больно. Это было похоже на массаж. " Нацист, незаметно улыбнулся для себя, однако, после это заметив, разозлился. Что за тупые воспоминания? Что прошло, то прошло. Нельзя об этом думать. Запрещать мысли.. Глупо, но немец так и поступил. Он попробует их затупить и уничтожить. Хотя.. Иногда хотелось снова ощутить объятия Союза. *** В палату зашёл один эсэсовец, сказав, что СССР ждут. Мужчина кивнул Алёне, скрывшись за дверью. В кабинете было более тепло, нежели в палате. – Цель разговора? – спрашивает сходу Рейх, скрещивая руки на груди. – Хватит вести себя, как твой горе-папаша. – огрызается СССР, – почему ты копируешь его? Почему не продолжил рисовать? – тот кивает на холсты, позади немца, – решил, предать единственного своего друга, ради, блять, долга своего папаши? – Ты пришёл меня злить?! Я - не мой отец! Мы совершенно разные! – В прошлом, да. Вы были разными. Ты был нормальным! Не было этого нацизма и фашизма. Не было смертей! Не было войны! Почему ты изменился?! – восклицал мужчина, стараясь найти огонёк в чужих глазах, – ты же не такой.. – Хватит! Если ты пришёл ради этого разговора - вали вон! – злиться в ответ ариец. – Боишься признать правду. Ты же знаешь, что я говорю лишь истину. Рейх хмурит брови. Что-то в груди щёлкает из-за чужого, разочарованного взгляда. Мужчина сглатывает ком в горле. – Чего ты пытаешься добиться? – спрашивает Рейх, закрывая глаза и потирая верхние веки пальцами. – Твоего возвращения. – отвечает мужчина, подходя к тому и тыкая в его грудь пальцем, где находилось сердце. Рейх резко открыл глаза, уставившись на своего врага, – я знаю, что настоящий ты где-то здесь. Он запрет.. Почему? Рейх, почему ты прячешь своё истинное «я»? Их взгляды встретились. Надежда, непонимание, боль - читались во взгляде Совета. В глазах напротив, читалось замешательство. Немец забыл оттолкнуть СССР, как положено. Уже второй раз забывает.. Он задумался. Задумался над чужими словами, как в прошлом. Подсознание работает слишком хорошо, обходя законы сознания. Где-то внутри, далеко в своей душе, он до сих пор жаждет общения с Союзом. Он считает его другом. Но.. Образ, который он держит, не имеет права дружить с.. СССР. Чёткое слово «нельзя» бьёт в голове колоколами, заглушая панические мысли о том, кем он стал, для чего он это делает.. Точно ли, это правильный путь? Союз заметил, что Рейх задумался над его словами. Остаётся молиться на его ответ. Скорее всего, внутри немца сейчас идёт война двух личностей: его прошлое «я» и настоящее. – Надеюсь, я услышу ответ от тебя, Рейх. – говорит тот, уходя из кабинета. Ариец остался наедине со своими размышлениями. Это невыносимо. Его будут терзать противоречия ещё долгое время.. Гнусный Союз. Вот ему надо было испортить всю установку в голове, которую Рейх успел создать за все эти годы.. Однако, стоит задуматься и о том, что обычные слова СССР смогли сломать подобную установку.