Три блондина это жопа

Мамы больше нет. Нет той кто мог прикрыть его спину, кто мог предостеречь и предугадать опасности, нет той кто всегда была голосом разума, остались лишь отголоски, которые с мерзким скрипом напоминали бежать, только вот куда одним им известно. Сейчас же он идёт по столь знакомым с детства коридорам, которые он не видел с того самого показательного дня. Ему не верится, что прошло уже шесть лет, всё о чём он молился это от том, что он был убит быстро и не дожил до встречи с отцом, что преследует его кошмаром всю его жизнь. Коридоры всё петляли, как бесконечные, и так полумертвый подросток старался поспевать за высоким блондином впереди, он устал, последние двое суток мальчик совершенно не спал и был голоден, но он ни за что не покажет этого, потому что неизвестно, что может выкинуть человек идущий перед ним. Наконец они подошли к лифту, в голове всплыло понимание, в какой части Эвермора он находится. Память, как главный злодей всея пьесы, подкидывает страшные картины прошлого. Кровь, много крови, молящиеся о пощаде глаза и три ребенка, смотрящих на этот ужас. Лифт поднимается медленно и мучительно, желание сбежать возрастает, ноги зудят, воздуха не хватает. Ему кажется ещё чуть-чуть и он грохнется или впадет в истерику. Щёку обдало тёплом, чья-то рука догадался Нил сквозь гул кричащих голосов и вида смертельно бледных друзей, приходя в реальность, последнее, что он увидел так это пустые светло карие глаза подруги. — Парень, ты как? Я конечно понимаю, что идти к боссу страшновато, но не настолько же. — он говорил тихо, почти по-доброму, виновато улыбаясь охранник отошёл от слегка успокоившегося подростка и полез было в карман, как глазами наткнулся на табличку не курить, тяжко вздохнув, скрестил руки на груди и продолжил. — Хотя я лишь надеюсь на то что он там будет, потому что его брат и младший сын те ещё ублюдки. — человек поморщился, он выглядел лет на двадцать пять, но лёгкая дрожь в пальцах выдала его с головой, он и сам нервничал, но не было понятно по какой причине. — Мой тебе совет, когда говоришь с психопатами, наступи себе на гордость и уступи, как пострадавший говорю. Мужчина горько усмехнулся и впервые за весь разговор повернулся всем лицом к собеседнику выставив на показ шрам, через всю правую щеку явно оставленный ножом, и хрен его знает кем, из-за чего ребенок перед ним неосознанно потёр пару своих ножевых, сквозь одежду. Последний этаж двери раскрываются и они выходят в пустой коридор, его отличием от остальных было то что он был тёмно-серым, только в конце коридора стоял черный лакированный стол на котором одиноко покоилась серая, мраморная ваза с тремя гвоздиками. Охранник открывает дверь и положив руку подростку на плечо, тихо прошептал на испанском, «Buena suerte», после чего пропускает того в кабинет, закрывая дверь. Уже в тишине в абсолютно пустом коридоре обернувшись и глядя на единственный предмет интерьера, мужчина набирает номер. — Мисс Миньярд, я его нашел. — с этими словами с одной из гвоздик падает лепесток. Время пошло. Игра началась. *** В помещении царила удушающая атмосфера. Все взгляды были направлены на одного единственного вошедшего. В голове подростка пронеслись слова взрослого, рядом с ним было почти тепло, сейчас же температура воздуха понизилась до нуля. Подросток передёрнул плечами и встал ровно, чтобы сильно не волноваться он стал разглядывать интерьер, сквозь панорамное окно был виден корт, где заканчивалась тренировка, ох как же сейчас чесались руки, хотелось взять клюшку и не вылезать с корта, отвлекся, перед окном был современного вида стол с огромным количеством ящичков, там может быть, что-нибудь важное, но он об этом никогда не узнает, стол завален аккуратными стопками бумаг, в непосредственной близости от него расположились два комфортных дивана со стеклянным, овальным столиком между ними, на котором не хватало лишь две чашки чая, либо кофе. Напротив, рядом с диванами, стояли трое: один старик опирающийся на свою трость и два парня, старше «пленного» на года два. — Натаниэль. Ты действительно долго смог убегать, но вот ты у нас. Но знаешь-ли, почему, ты здесь? — Тетсуи слегка склонил голову в бок и безразлично смотрел на ребенка перед ним, тот стоял ровно не сутулясь и смотрел прямо в глаза, вроде как даже не боясь, но мелко дрожащие пальцы и бегающий по комнате взгляд, выдавали его напряжение. Он встал ровнее переводя глаза прямо на тренера Морияма. — Чтобы умереть? — Натаниэль смотрел прямо в глаза, стараясь максимально расслабиться и выглядеть незаинтересованным, чтобы не доставлять большее удовольствие ублюдкам от страха. Он сжал челюсти почти до хруста и впился короткими ногтями во внутреннюю сторону ладоней. — С чего ты взял, что я так просто откажусь от столь хорошего актива. Отныне ты принадлежишь мне и ты будешь пахать в три погибели, чтобы оплатить то, что украла твоя мать. — Тетсуи, даже усмехнулся, смотря на то, как быстро менялись эмоции на лице Веснински, из скучающе-хмурого медленно вытягиваясь в исключительно потрясенное и потерянное. Видимо в голове всё наконец-то встало на места, Кевин стоящий рядом вздрогнул и с жалостью всё-таки поднял взгляд на друга детства, Рико же безразлично закатил глаза, слегка поморщившись от лишних телодвижений. — Но… — начал было Натаниэль, но потом вспомнил слова мужчины из лифта и забил, лишние и так понятные ему вопросы лишь усугубят ситуацию, вздохнув опустил голову. — Я вас понял. — Хозяин, отныне я твой хозяин, встань на колени, дрянной мальчишка. — вот сейчас Натаниэль резко поднял глаза с пола и смотрел на человека перед собой взглядом аля-ты-дебил, потому что это был идиотизм. — Почему я должен? — он смотрел прямо в глаза, что видимо тоже разозлило старика и тот стремительно, особенно для хромого, подлетел и замахнулся тростью. Кевин дёрнулся в сторону, но его остановил Рико придержав рукой и, покачав головой, встал ровно. Трость прилетела прямо по коленям, чуть-ли не ломая их, и парень упал на них, следующий удар прошиб ребра, казалось старик пытается их пересчитать, выбивая воздух из лёгких а после он этой же тростью поднял лицо Веснински скривившееся от боли и произнёс: «Кто твой хозяин?». На что подросток лишь усмехнулся. — У меня его нет. — он был готов к продолжению ударов, но их не последовало. Тот почему-то успокоился и надменно кивнув Рико. — Теперь, он твоя с Моро проблема. Ещё одно неповиновение от него и ты с Жаном пострадаете. — Рико вздрогнул и метнул ненавидящий взгляд на сидящего на полу. — Я вас понял дядя, Кевин бери под руки Веснински, мы свободны? — он развернулся к дяде и получил смачную пощёчину. — Извините, хозяин мы можем идти? — Сгиньте с глаз моих. — он сказал это ровным голосом и Рико с Кевином немедленно подхватив его, вылетели из кабинета. *** — Ты придурок, если мне из-за тебя влетит, то поверь мне тебе не поздоровится!— стоило двери закрыться, как Морияма наехал на ровесника. — Кевин отнеси его к Моро, будет возникать, стена тебе в помощь. — и вот так тихо ворча вроде бы на японском он ушел к лестнице. — Вот сейчас, я с ним согласен, ты придурок. — Дей устало выдохнул и закинув руку Веснински на плечо потащил к лифту у которого грустно посмотрел Рико в след. — Радуйся, что он решил спуститься вниз по лестнице, иначе ты бы сейчас ещё больше страдал. Они зашли в этот самый многострадальный лифт и второй номер нажал на самый нижний этаж. Ехали они в тишине. На нижнем этаже у Натаниэля прошел болевой шок и он уже мог худо-бедно, хромая на левую ногу по которой пришёлся удар, идти. За время всего этого пути они больше не проронили ни слова. Нат шёл медленно, время от времени останавливаясь. Кевин просто вёл его по коридорам, и наконец эта пытка с одинаковыми коридорами закончилась и они встали у двери. Двойка постучал четыре раза. — Жан, мы можем войти? — на удивление Натаниэля, Дей говорил спокойно, почти ласково. За дверью послышался шорох и та медленно отворилась, являя бледного как смерть брюнета, от чего тройка на его щеке только сильнее выделялась, его хмурое лицо слегка разгладилось и он молча открыл дверь пошире. В абсолютном молчании они зашли в комнату, где Кевин толкнул Натаниэля на идеально застеленную кровать. — Jean, ne t'inquiète pas, mais le diable est avec toi maintenant. (Жан ты только не переживай, но этот дьявол теперь с тобой.) — вот тут у Веснински отвисла челюсть, Кевин знает французский?! Правда говорит с таким вопиющим акцентом, как ему ещё голову за это не снесли? И кто это тут «дьявол»? По скольку терять Нату нечего, он решил вмешаться в этот бессмысленный разговор. Но следующая фраза, как он понял коренного француза, заставила его повременить. — Que veux-tu dire?! Putain j'ai un peu souffert à leur avis, ils m'auraient laissé tranquille! (Что ты имеешь ввиду?! Я блять мало страдал по их мнению, оставили бы меня уже в покое!) — спокойное до этого лицо перекосилось от гнева и отчаянья. — Et qu'est-ce que tu veux que j'en fasse?! (И что ты мне прикажешь с ним делать?!) — Вообще, ничего, но чувствую тебя реально прокляли, когда меня сюда несли. — Нат сказал это на английском, выдавая знание языка. — Твою мать! Это предмет интерьера живой! — Жан подпрыгнул на месте, наконец обращая внимание на третьего человека в комнате. — Так ребят, я пойду, Рико был не в восторге от сегодняшнего дня, так что боюсь он нам комнату расхерачит, так что пока. — если Кевин и удивился, то комната была ему важнее. — Удачи, Жан. И он просто вышел и закрыл дверь. Глубоко вздохнув Жан закрыл за ним щеколду и обречённо устроился на кровати. Минут пять они провели в тишине, пока Нат не решил спросить. — Écoute, tu as une trousse de secours, je n'aime pas les médecins. (Слушай, у тебя аптечка есть, не люблю врачей.) — голос был тихим и не много скрипучим. Подняв голову Жан спросил. — Quel est ton nom, qu'est-ce que c'est, un épouvantail? (Зовут-то тебя, как, чучело?) — Nathaniel Wesninski, mais j'apprécierais vraiment si vous pouviez m'appeler Nat ou Neil. (Натаниэль Веснински, но буду очень признателен если будешь звать меня Нат, либо Нил.) — он медленно сел на своей кровати. — Nil? Quelle est cette abréviation? (Нил? Это ещё, что за сокращение?) — француз ухмыльнулся и тихо засмеялся. — OK, oublie ça, je m'appelle Jean Moreau, et à en juger par le fait que tu es là, je ne suis plus la seule propriété maintenant. (Ладно забей, меня зовут Жан Моро и судя потому что ты здесь, я теперь не единственная собственность.) — Oh non, baguette, tu ne comprends pas, c'est plus logique de dire que je ne suis pas la seule propriété maintenant, parce que j'ai été vendue bien avant toi, seulement maintenant, je l'ai découvert putain aujourd'hui. (О нет, багет, ты не понял, логичнее будет сказать, что я теперь не единственная собственность, потому что меня продали за долго до тебя, только вот, я блять об этом сегодня узнал.) — Нил горько усмехнулся. — Laisse-moi deviner, ton père t'a envoyé ici, et qui tu es, je suis un cadeau. (Дай угадаю, тебя сюда сдал отец, и кто ты, я подарок.) — Paiement des dettes. (Уплата долгов.) — Жан посмотрел в потолок. — Et tu es un putain de cadeau. (А ты хреновый подарок.) — Je ferai de mon mieux pour que ce soit vrai. (Уж я-то постараюсь, чтобы это была правда.) — Веснински не улыбался, но в глазах плясали огни. Смотря на это Моро лишь вздохнул. — L'essentiel est que je ne vole pas à cause de toi. (Главное, чтобы мне из-за тебя не влетело.) — Que veux-tu dire? (Что ты имеешь ввиду?) — по-птичьи склонив голову поинтересовался Нил. — Et le fait que maintenant vos gaffes, mes gaffes et vice versa, avec les réalisations des mêmes ordures, le système de paire entendu? (А то, что теперь твои промахи, мои промахи и наоборот, с достижениями та же херня, парная система слышал?) — третий номер вскинул брови. — Merde, vous avez été maudit à coup sûr. (Блять, тебя точно прокляли.) — Нат встал со своей постели и пошёл в ванную, так ничего не объяснив.