Обитаемый остров

Нельзя сказать, чтоб он был не готов. Скорее наоборот. Но то, что Эйн называл дружественным огнем в своих замудренных играх, не стало от это этого мягче ни на гран. Легче стало, когда в полуослепшего от светошумовой гранаты Дитриха ударила пуля. Как потом выяснилось, стрелков было два. И если первого, настоящего снайпера с запасом транквилизатора, сняли еще на подходе, то второй, с штурмовой винтовкой, засел совсем рядом. Глупо, непрофессионально, но на удивление, почти действенно, если б он не решил импровизировать, и, вопреки приказу, пытаться удалить напряженную от злости двухметровую белобрысую угрозу, а не стрелять в безобидного парализованного эльфа. Так что пулю в прикрытые нарощеной броней ребра Вайс словил с почти видимым облегчением. А потом она сказала "стоять"! И небеса рухнули в одно мгновение, и воды объяли меня до души моей. Ярость, вожделение, преклонение и агония бесконечного оргазма спрессовали вечность в алмазное острие секунд, мгновений, выдирающих душу из тела. Хотелось трахаться, убивать, и чтоб погладили по голове. Одновременно. Немедленно. Сейчас. Где-то там, глубоко внутри содрогающегося рассудка остатки здравого смысла, устав пробиваться наружу, пнули со всей дури под колени, не давая удержаться на ватных от этого голоса ногах. Дит прошкреб когтями землю, выворачивая из нее какой-то камушек, и почти накрыл своим телом Эйна, выгорая изнутри от одного только прикосновения к заскорузлой ткани того, что осталось от куртки. Господи боже, если только ты еще смотришь в этот уголок вселенной, дай только добраться до жилого крыла и закрытого кабинета! Темная царственная тварь величественно свернула крылья и голосом Авдотьи Евдокимовны выдохнула: - Карл, мальчик мой, подай халат? У Карла, демона, в свое время заставшего Армагеддон, повоевавшего потом и с людьми и с нелюдями, введшего перед выходом антидот и заткнувшего нос фильтрами, всего-лишь немного тряслись руки. И он гордился собой за это слегка. Матка колонии AZ-217 стрекотала что-то нежное и пыталась свернуться у ног старшего клининг-мененджера во влюбленный хитиновый шарик, но мешало раздувшееся брюшко. Кто-то пытался загнать ее в клетку. - Теть Дунь, вы так вовремя. - Ой, Дитрих Карлович, скажите спасибо Лайзочке, верещала дурниной, как потерпевшая на первом опознании. Вот и поспешили к вам. Уж просите, ежели зацепило. - Ну что вы, - Дит вязко сглотнул, чувствуя, как все еще тянет изнутри, жгуче, жадно, - и как я не подумал, что наши гости не просто так к нам явились... Карл, обыщи этого типа, если он не врал, у него должен быть антидот. Одновременно с этим Вайс непослушными пальцами колупал запечатанную аптечку. Шприц, обычный стандартный шприц... Ага. Несколько движений кулаком и обойдемся без жгутов, темная, почти черная кровь неохотно набирается по слишком тонкой игле шприца-карандаша, все полтора кубика, должно хватить. Крохотное отверстие на коже затягивается почти сразу, и остается только содрать часть повязки из жидкого бинта с безвольной, расслабленной руки, чтоб ввести самый универсальный антидот, который у дракона всегда под рукой - собственную кровь, вот так, продавливая поршень. - Чуть-чуть потерпи, родной. Чуть-чуть...