Голос в тишине

Они шли медленно, говорить совсем не хотелось, сказывалась усталость. Гук лишь изредка поглядывал на шею Тэ, где всё чётче проступали багровые пятна, а она просто шла, опустив голову в пол. После грозы была свежо и Тэ то и дело куталась в лёгкую накидку, и было видно, что ей холодно, она подрагивала, от этого её фигура казалась ещё более хрупкой. Гуки косился на полупрозрачное одеяние, теперь оно его не смущало, он только и мог думать, как наверно, его хозяйке было холодно сейчас. Они дошли до покоев: — Зайди, — тихо сказала Тэ. Тэ двинулась в спальню и вскоре вышла из неё с чем-то в руках. — Покинь нас. — Обратилась она к служанке, та мигом испарилась. — Вот,выпей. — кивнула она в сторону кувшина с фруктовым напитком. — Ты наверняка хочешь пить. Гуки, подошёл и налил себе в бокал напиток стал пить: — А ты не такой уж скромный, как я думала. — слабая улыбка тронула губы Тэ, видимо, подшучивая над бедным парнем, она отчаянно пыталась отвлечься темных мыслей. Гуки быстро захлопал длинными ресницами, с трудом проглотил напиток, бокал замер у него в руке. — Спасибо что спас меня, — уже серьёзно добавила она. — Я. Любой бы сделал тоже самое на моём месте. — Всё-таки ты скромный. Ты сегодня первый день на посту? — Да, — ответил парень. — Как тебя зовут? — Гук. — Гук, благодарю за службу. Я и Император не забудем, что ты для нас сделал, только, прошу, пожалуйста никому ни говори про случившейся, не надо чтоб люди знали. — с этими словами она протянула увесистый мешочек, с позвякивающим металлом внутри. Гуки взял мешочек, недолго думая, поклонился и её поцеловал руку: — Спасибо, я никому не скажу. — тихо произнёс он и посмотрел в её глаза. — Я знаю. Тут из носа Гуки потекла кровь. —Проклятье! —парень быстро зажал нос рукой, а Тэ пряча смешок, взяла платок и протянула Гуки. — Возьми, вытри кровь. — Спасибо — сказал Гуки, взял платок и зажал им нос. Он был явно смущён, отвернулся в противоположную от девушки сторону. И вдруг за дверью раздалась команда. — Смена караула! — Мне пора идти. — До свидания, отдохни хорошо. Благодарю, за службу. Гуки быстро поклонился и вышел. Стражник хотел было спросить его о многом, но Гуки дал понять, что не будет говорить с ним, сдал пост и направился в казарму. Он устал и раздражён, сегодня узнал, что его Император страдает ≪падучей≫, но мог думал лишь от том, как он нелепо выглядел перед госпожой с брызжущей из носа кровью: ≪Боги, это ж надо! Чтоб у меня кровь шла как у мальчишки, сгореть от стыда можно! И нос распух, лучше уж синяк под глазом Калигула поставил, или шрам на лице, это хоть похоже на рану мужчины! А тут нос распух у мальчика! Стыд, да и только!≫. Придя, в казарму его страдания по разбитому носу уже улеглись. Он устал, есть не особо хотелось. В голове мелькали отрывки прошедшей ночи. Для Тэ приступы брата были не новы, ни слез, ни криков, ни истерик, она скорее была помощницей лекаря. От этой мысли Гуки стало совсем не по себе. Уже лёжа в своей коморке на скромной кровати стражника, он долго не мог заснуть. Сна не было в помине, он вертел в руках платочек из нежной ткани, его пришлось отстирать от крови, но нежный аромат всё ещё был ощутим. Спустя время, усталость овладела телом парня. Гук провалился в сон. \\\ Проснулась Тэ рано, сразу вспомнились события прошлой ночи. Приступ был очень сильным, невольно вздохнула она почти забыла об беде. Приступов не было три месяца, Калигула и Тэ так радовались. Ей больно смотреть, как мучается брат, как скрывает от всех свою болезнь, она может настигнуть его в любой момент. Калигула научился распознавать начало приступа и спешил уединиться, вызывая лекарей. Но что, если приступ начнётся при людях? Тогда безграничной любви народа придет конец. Толпа не любит больных и слабых, падучая в народе означала дурной знак. Глупые люди говорили, что это злые духи овладеют телом больного. Тэ решительно поднялась с кровати. Надо навестить брата, если всё у него в порядке, пир лучше отменить, нельзя рисковать здоровьем брата. Очень много дел. Уже через час она в сопровождении стражника, шла к Калигуле. Брат примет её, значит есть надежда на то, что всё хорошо. Она вздрогнула, вспомнив как Калигула душил её, рука машинально поправила, лёгкую тунику которым Тэ закрыла синяки. Да, новый охранник, молодец, сумел разжать руки Калигулы. Она повернула голову, краем глаза посмотрела на сегодняшнего стражника. Было видно, что это бывалый воин. Хорошо, значит тоже не растеряется и будет полезен. Калигула, принял её, сидя на софе, Тэ подбежала к нему: — Как ты? Как себя чувствуешь? Калигула был бледен, испарина покрывала его лоб, узкие губы слегка дрогнули, но через секунду на них была милейшая улыбка. — Всё уже хорошо, хвала богам, судорог нет. Калигула опять улыбнулся: — Я тебя опять напугал, извини меня. — он опустил голову. — Эта болезнь — моё проклятие, из-за меня ты мучаешься. — В этом нет твоей вины, ты болен. — М-да, а если они узнают, то что тогда? Калигула смотрел на Тэ, в глазах был страх и отчаяние. Сестра взяла брата за руку, и сказала: — Тебе станет лучше и всё будет хорошо. Слова прозвучали с такой теплотой и силой, что Калигула невольно залюбовался ею. — Я пришла спросить, Гней приедет скоро. Может отменим пир? — Это лишнее, — Калигула нахмурился. — Слухи о болезни ползут, наоборот, надо развеять сомнения людей. — Братец, давай всё-таки отменим пир, тебе нельзя сейчас перенапрягаться, отдых — вот что тебе сейчас нужно. — Мы не будем его отменять, — сказал Калигула, поджав губы, — мы его перенесём, на три дня, я за эти дни поправлюсь, а Гней отдохнёт с дороги, его приезд ожидается завтра, и у тебя будет время лучше приготовится к пиру. Калигула устало потер виски: — Голова гудит, тяжёлая, как мешок с песком. — Давай я разомну шею, тебе это всегда помогало -Тэ, развернула Калигулу и принялась разминать ему мышцы спины и шеи. — Калигула закрыл глаза, — понемногу боль уходила, ему было спокойно и хорошо, на губах застыла безмятежная улыбка. — Как же хорошо… просто блаженство. Твои руки волшебные. Мне порой, кажется, что ты одна любишь меня несмотря на то, что я проклят, одна в целом свете… Всё остальные — лицемеры, вмиг меня растопчут, как только я дам слабину. — Глупенький, мы все тебя любим, а я больше всех, — Тэ погладила Калигулу по голове. Калигула, повернулся к ней лицом. Покоя, он хочет покоя, единственный человек, который может успокоить его больную душу и голову это - Тэ, его любимая сестрёнка. Его веки слипались, он начал зевать. Лёг на софу, уложил голову на бёдра Тэ. — Точно, как в детстве, — тихо сказал он. — Да, ничего не изменилось, братец, отдыхай. Тэ, нежно гладила его по волосам. Через некоторое время Калигула окончательно заснул, Тэ осторожно переложила его голову на подушку и укрыла брата покрывалом. Она тихонько вышла из спальни. Вчерашний приступ был сильным, брат хорошо справился, но с болезнью вернулось чувство тревоги, теперь она будет засыпать и просыпаться с мыслями о состоянии брата. Проходя возле клумбы с цветами, она опять остановилась, гроза не прошла даром для цветов, многие из них осыпались, ветви были сломаны, но листва была свежей, блестящей, над цветами с жужжанием носились пчёлы, порхали бабочки, жизнь кипела и била ключом. Тэ, невольно залюбовалась этим царством жизни. Может не всё так плохо? Завтра приезжает Гней, ей надо хорошо встретить мужа. К ней подошел слуга и передал письмо. Это было письмо от Юлии. Девочка писала, что скучает по музыке и по самой Тэ, даже осмелилась ей напомнить о обещании госпожи — прогуляться с ней в саду. Тэ читала строчки, написанной рукой ребёнка, ей стало на душе тепло. Пир переносится, поэтому Тэ можно пока отдохнуть. Решено! Она пойдёт на прогулку с Юлией! /// Гук проснулся, когда день уже был в разгаре. Только бы ребята не приставали с расспросами, не хватало ему ещё слухов, связанных с прошлой ночью. Надо привести себя в порядок и поесть. Он быстро помылся, отнёс вещи прачкам и пошёл на кухню. Гук не был затворникам, обаятельного и сильного парня быстро приняла казарма. Но нравится всем невозможно, поэтому приходилось иногда ставить на место обидчиков. Сегодня же он хочет побыть один, поэтому взяв свою еду, сел отдельно от компании своих сослуживцев. Спокойно поесть ему не дали, к нему тут же подсели два друга, известные болтуны и возмутители спокойствия: — Гук, чего это ты нас сторонишься? Выглядишь не важно. Кто тебе нос разбил? Он у тебя, как спелая слива. — Друзья прыскали от смеха. — Кто этот герой, который умудрился тебя так отделать? Ему не позавидуешь. Гуки молча жевал свою нехитрую еду, не обращая внимания на сослуживцев. — Что-то ты сегодня не разговорчивый, — начал один из парней. — Я слышал, во дворце случилось покушение на императора, а ребята рассказывали, что ты пришёл весь в крови! — Расскажи, как всё было, умираю от любопытства. Парень был так увлечён и эмоционален, что придвинулся к Гуки в плотную и в упор посмотрел на него. Гуки перестал жевать и посмотрел ему прямо в глаза: — Я ем, будь добр, не мешай мне. Другой парень тоже не унимался. — Ну, будет тебе Гуки, мы же знаем, ты не договариваешь!!! — Не унимался другой парень. — Ничего у меня не случилось. — ответил Гуки, лицо его напряглось, он явно был не доволен расспросами. — Я случайно разбил нос — Гуки опять принялся за еду. — Поверить не могу! — парень напротив даже опешил немного. -Чтоб наш Гуки, да и был неловким, что-то не верится. — Я поскользнулся и ударился о камень. — Кто?! Ты? Да, ты по камням прыгаешь, как горный козёл! У Гуки уже кончалось терпение. — Ну не злись…Интересно же, что случилось. — Я на своём посту был, ничего не слышал. — Ты Госпожу Тэ охранял? Гуки оставил ложку и выпрямился, руки его были напряжены, взгляд не сулил ничего доброго. Второй парень заметил перемену в поведении Гука: — Да ладно, не злись, не хочешь рассказывать, и не надо. — Отстаньте, дайте поесть спокойно. — Ладно пошли, — сказал один из парней, — Нам тут не рады. Гук облегчено вздохнул, неизвестно куда бы этот разговор завёл. Парень спокойно доел свою еду, у него полдня ещё было свободно, ему надо отвлечься от своих мыслей, выбор у него был не большой: бои на деревянных мечах, борьба, игра в кости, поход в город, или пойти на конюшню, чтобы помочь конюхам выгулять лошадей. Лошади были его страстью, большие, красивые, сильные. Животные были отзывчивы на ласку и заботу, он привязывался к ним, скачки верхом и на колеснице, окрыляли его, давили ему ощущение свободы, проводя время с ними, он забывал обо всём. Они напоминали ему о доме, о его юности, детстве. Через некоторое время он уже был на конюшне. Конюхи рады были его видеть. Они знали, что лошади его слушались, Гуки обладал терпением и знал язык тела, повадки животных, мог часами усмирять бушующего жеребца, помогал принять роды, а так же помогал объезжать молодняк, умел лечить лошадей. Вот и сейчас, придя на конюшню, он перекинулся пару фразами с конюхами. Направился к своим любимчикам молодым брату и сестре — Ориону и Пепе. Брат уже готов был к объезду, а сестра только привыкала к удилам, нрав у обоих был покладистый и весёлый, они любили играть и резвиться, но пришло время учится командам. Гуки зашёл в конюшню, а лошади в стойлах оживились, узнавая парня по походке. Умные животные сразу бросились к стойлам, приветствуя кормильца. Гуки подходил к загонам и здоровался с их обитателями, угощал их лакомствами и гладил их, лошади тоже не оставались в долгу, ластились и играли с ним. Вот и его подопечные! Орион и Пепе уже приветственно фыркали Гуки, мотая своим красивыми гривами и переминали копытами, в нетерпении. — Заждались? Хотите угощения? — Гуки полез в торбу за лакомствами. — Сейчас, нетерпеливые. — жеребята ещё сильнее старались обратить внимание на себя, борьба за лакомствами была не шуточная. Гуки наслаждался моментом, брат с сестрой шли на всё ухищрения, чтоб заполучить больше лакомства. Орион в нетерпении стал щекотать Гуки шею своими тёплыми губами, потому что парень увлекся, кормя сестру. Но идиллию прервал резкий удары о перегородку, лошади в конюшне напряглись. Всё мордвы разных возрастов, мастей и размеров, были направлены в сторону дальнего загона. Удары были одинаковой силы и звучали монотонно. Гуки решил выяснить, кто в этом вольере. Надо было успокоить его обитателя, вся конюшня уже начала волноваться. Подойдя к вольеру, он достал яблоко и показал его. Обитатель вольера явно видел его, наступила тишина. Гуки не видел животного, в конюшне был полумрак, а этот вольер был в самом конце, парень подошёл ближе и не громко зацокал, как конюх, приманивший лошадей, приучая к лакомству. Мгновения. Звук удара. Желтые зубы щелкнули рядом с рукой парня. Животное начало биться о перегородку, дико ржать и вставать на дыбы, он бил о калитку копытами, фыркал и мотал своей густой чёрной гривой. Прекрасный чёрный жеребец, Гуки слышал о нём, и о его бешенном нраве. Парень отскочил от калитки и смотрел на коня, как завороженный. Насколько конь был прекрасным, настолько пугающим: огромный рост, агрессивный взгляд, чёрные глаза были выразительными и сверкали яростью, чёрный цвет шкуры, скорость и бешенный темперамент полностью подходили под его имя — Буцефал. Гуки слышал про него, он недавно был у Императора в конюшне, но уже успел прославился, своей неуправляемостью и силой. Конюхи уже настрадались, не могли даже вывести из конюшни коня, об объезде не могло быть и речи, Буцефал не слушался никого. Вся конюшня была взбудоражена, животные метались в загонах, били копытами и ржали. Скорее всего поведение Буцефала передалось им. Гуки был в замешательстве от происходящего, но сделать он ничего не мог, оставалось только ждать пока всё успокоится. Постепенно лошади успокоились, в конюшню вернулся покой. Гук осторожно подозвал Пепе и надел на неё удила и нацепил поводок, лошадь быстро поняла, что они идут на прогулку. Спустя время, Пепе с радостью носилась по кругу, Гуки учил её слушать команды, менять шаг, направление, останавливаться, когда нужно. Бойкая Пепе скакала по поляне, с трудом останавливалась. Ей тяжело было унять свой нрав, но Гуки был терпелив и настойчив. Животное наслаждалось занятиями, гнедая окраска с красноватым оттенком, с рельефными мышцами, тёмными, стройными ногами. В быстром беге была просто услада для глаз. Гуки мог часами любоваться на эту красоту. Пепе очень игрива, иногда проявляла свой лошадиный характер, но это быстро проходило, она успокаивалась и продолжала выполнять команды. Лошадям, особенно молодняку обязательно нужны выгул и прогулки и бег, иначе они потеряют свою форму, станут агрессивным. Так что Гуки и Пепе совмещали приятное с полезным - учёбу, тренировки и игры. В это время, неподалеку Тэ прогуливалась с Юлией в сопровождении стражника. Девочка была в восторге, её наставница сдержала слово и пошла с ней на прогулку. Полуденный зной уже ушел, жара спадала. Они шли под аркой из вьющегося винограда. Ветви винограда плотно обвили беседку, листья создавали прохладную тень, но иногда лучики солнца пробивались сквозь листву падая светлыми пятнышками на дорожку. Тэ Юлия шли, неспеша и болтали без умолку: об музыке, об игрушках, которые подарили Юлии, об прогулках девочки в город. Недалеко послышалось ржание лошади: — Это ваши лошади? — Спросила Юлия. — Я слышала, что у императора самые красивые лошади в империи, это правда? — Конечно, это же конюшня императора, его лошади самые лучшие в стране. — ответила Тэ. — Я слышала, что у вас есть маленькие лошади, не больше дикого осла, а также недавно привезли коня, по кличке Буцефал, он стоил кучу денег, но при этом он бешенный и не управляемый, а ещё он самый красивый конь на свете! Вот бы его увидеть хоть одним глазком! Тэ отрицательно замотала головой: — Это очень опасно, даже конюхи его боятся, не говоря уже про маленьких девочек. — И ничего я не маленькая, мне уже девять лет! Ну пожалуйста госпожа, покажите хотя бы маленьких лошадей! Очень хочется на них посмотреть. — Ну что мне с тобой делать? — Тэ ласково посмотрела на Юлию, она и сама очень любила лошадей, поэтому ей был понятен и близок интерес Юлии. — Ладно, любопытная ты моя, пойдём посмотрим маленьких лошадок. Девочка радостно запрыгала вокруг Юлии и захлопала в ладоши. — Ура! Мы идём смотреть лошадок! Это было настолько мило и по-детски непосредственно, что Тэ невольно сама рассмеялась, ученица всегда поднимала ей настроение. Загон был недалеко от них, поэтому они нашли его довольно легко. Тэ решила, что конюхи отведут их к лошадям быстрее, чем они сами будут искать дорогу. К её удивлению, конюхов в загоне не было, а был молодой стражник, который объезжал молодую кобылку. Гуки заметил их и поклонился. Тэ подозвала его. Гуки подошёл к забору, вместе со своей подопечной, которая уже вволю набегалась и была спокойна и довольна жизнью. -Здравствуйте, госпожа! Гуки был весь в пыли и поту, всё-таки бегать за лошадью, которая носится по кругу под южным солнцем - занятие не из лёгких. — Не ожидала тебя здесь увидеть, ты что в конюхи перевёлся? Передумал быть стражником? — с милой ухмылкой спросила Тэ. — Нет, — парень шмыгнул носом и вытер пот со лба. — Я просто люблю лошадей и помогаю на конюшне, — Пепе постоянно ластилась к нему и тянула морду к торбе, клянча угощение, но парень был занят разговором с людьми, поэтому лошадь стала бодать и обтираться об него. — Дам тебе лакомство, потерпи немного! — Гуки потрепал лошадь за ухом. — А можно, я её покормлю? — быстро сказала Юлия, - она такая красивая, стройная и быстрая. Можно?! Юлия вопросительно посмотрела на Тэ. Гуки и Тэ переглянулись, парень одобрительно кивнул: — Только не делайте резких движений, она этого не любит — сказал он. Гуки дал не большое яблоко Юлии, поставив его на ладошку, девочка протянула его лошади. Пепе, немного подумав, подошла к Юлии и наклонилась к девочке, осторожно мягкими, тёплыми губами взяла яблоко. Девочка начала повизгивать от восторга. Гуки приложил палец к губам, дал понять, что лучше не шуметь, но ребёнка просто распирало от эмоций, личико светилось от счастья. Пепе деловито и со вкусом хрустела яблоком: — Она его съела, дайте ещё пожалуйста яблоко! Я её покормлю. Как её зовут? — Пепе — яблоки её любимое лакомство. Лошадь не стала ждать милости у судьбы, а стала выпрашивать её у Юлии, обнюхивала руки, щекоча девочку губами и волосами: — Ой, щекотно она яблоки ищет! Гуки дал яблоко и Юлия занялась кормёжкой лошади. Со стороны казалось, что молодая мама с любимой дочкой во время прогулки пришли посмотреть на лошадей. Лошадь доела яблоко, и девочка начала гладить морду животного и чесать ей шею. Пепе вытянула шею и прикрыла глаза с красивыми чёрными ресницами, ей явно нравилось общество людей. — Ты такая красивая и большая, -приговаривала девочка, — я вырасту и обязательно куплю тебя и буду на тебе скакать верхом! Тэ наблюдала за ученицей, изредка поглядывая на Гуки, проверяя его реакцию, а у парня на лице была такая детская и озорная улыбка, он любовался тем, как девочка и его питомец поладили. Госпожа тоже довольна. В дали их уже ожидала, охрана Юлии. Тэ первая заметила, придется спешно расстаться: — Юлия, я думаю нам пора возвращаться во дворец, тебя родители уже ждут, наверное. — Нет, — Закапризничала девочка, — а как же маленькие лошадки, я хотела их посмотреть! Госпожа, вы обещали, что я их посмотрю! — Юлия, уже поздно, тебе надо домой. — Юная госпожа — Гуки преклонил колено галантно взяв ручку девочки, с сожалением в голосе сказал. — Вы не сможете сейчас увидеть маленьких лошадок, поверьте я расстроен не меньше вашего. Но это невозможно. — Это почему же? - с недоверием спросила девочка. — Конюхи увели лошадей на реку купаться, очень далеко, два часа пешком не меньше. Они давно не купались, и не числились, так что они ещё с реки не скоро вернутся. — Гук выглядел даже слегка расстроенным. — Малышка, давай в следующий раз посмотрим лошадок? Возьмём разных угощений, целый мешок и придём к ним. Девочка нахмурила бровки и немного вздохнув ответила. — Да, без угощений как-то неловко. Ладно давайте в следующий раз к ним пойдём! Но только пообещайте, мне что обязательно сходим к ним. — Конечно, обещаю! Она обратилась к Гуку: — Спасибо что предупредили, о том, что лошади пошли на реку. — Рад служить вам, Госпожа! Оба старались сохранить серьёзное выражение лица, улыбаться было нельзя, ведь им очень жаль, что лошадки ушли на реку. Вот Тэ с Юлией и стражниками уже скрылись из виду, а Гуки всё смотрел туда, где они недавно были и глупо улыбался. Из грёз его вывела Пепе, которая активно дергала его почти пустую сумку с едой. — Вот, же разбойница! Ты же всё съела. Он потрепал лошадь за шею. — Ты у меня красотка, хорошо побегала, умница. Пошли, я тебя напою и пойдём домой. Жизнь - странная штука, утром у него был камень на душе, всё из-за событий прошлой ночи, а сейчас его не покидает чувство счастливого волнения. Завтра он с утра вновь пойдёт в дозор, охранять свою госпожу.