Голос в тишине

— Всё, Тэ я согласен, пусть певцы стоят тут! — Но, все-таки может лучше спрятать за ширму и сделать их не видимыми для зрителей? — Почему?! Чем певцы тебе мешают? Зачем их прятать? — Так возникнет эффект таинственности, что-то наподобие театра. — У тебя и так сцена перегружена, столько действующих лиц! Гней следил за перепалкой сестры и брата, с любопытством. Вмешиваться не собирался, он действительно ничего в этом не смыслил, а ещё опасался, что гнев императорской семейной ссоры переключится на него. Эти двое вообще не следили за временем, почти с утра занимаясь организационными вопросами. Времени до пира осталось не много, а дел ещё уйма, вот и нервы сдают, да и императорская семья имела море амбиций, каждый стоял на своём. Тэ только с виду покладистая и кроткая, уж кто, а Гней это точно знал. Если уж что-то вбила себе в голову, очень трудно будет её в этом переубедить. Но солнце уже раскалило воздух и камни дворца, хотя было уже послеобеденное время, но не было ни намёка на ветерок, слуги участвовавшие в репетиции и организаторы, все истекали потом и выглядели устало. — Не мешало, бы нам отдохнуть и перекусить. — Гней обратился к брату и сестре. Всё устали и очень хотят есть, — он скорчил просящую мину и посмотрел на Тэ. Та, вся раскрасневшаяся от спора и жары с удивлением посмотрела на мужа. Тэ огляделась, все смотрели на неё с просьбой, солнце нещадно палило, люди прятались от него, как могли. До Тэ начало доходить, что уже давно время обеда, да и передохнуть пора: — Хорошо. Идите все на обед. Через два часа, собираемся все снова. Свита с облегчением вздохнула и начала расходиться. Тут же подлетела служанка: — Госпожа, мы тут в беседке, неподалёку, накрыли для вас стол. Там хорошая тень и удобно. Вам должно понравится. Тэ посмотрела на брата, он тоже был красный от солнца, пот лился с него ручьями, выглядел он устало: — Да, нам стоит отдохнуть и поесть, — согласилась Тэ. Направляясь к беседке, Гней заметил, как брат и сестра все ещё напряжены после ссоры, держались на расстоянии. Гней добродушно улыбнулся начал разряжать обстановку. Он рассказывал, как из-за жары они страдали в горах, и пили всякую дрянь. Мало-помалу, атмосфера разряжалась голод взял своё, пища была великолепна, мясо, овощи, свежеиспеченный хлеб и напитки, это добавило настроения. Всё проголодались и принялись за еду и питьё. Настроение постепенно поднималось. Гук уставший и довольный, быстро переоделся, перекусил на скорую руку, схватил торбу с фруктами, помчался на конюшню. Во дворе было на редкость многолюдно для послеобеденного времени, то и дело ему встречались группы прислуги и знати которые что-то обсуждали. ≪ Интересно, откуда они? ≫ — парень не видел знакомых, поэтому не смог никого расспросить. Ничего, всё равно вечером всё в казарме узнаёт или ещё быстрее — в конюшне. Чем ближе он подходил к конюшне, тем отчётливее он начал улавливать, какой-то шум. Гук вышел на не большую тенистую аллею и пошёл по ней и с каждой секундой шум усиливался, это были крики людей и ржание, топот копыт, стало не по себе. ≪Наверное опять кто-то из коней вырвался, вот и ловят его.≫ — Подумал парень. ≪ Это ничего, поймают, главное чтоб это не был Буцеф…≫ Тут уже по аллее он увидел бегущую в разные стороны толпу, на лице многих отразился неописуемый ужас. Человек, бежавший рядом, размахивал руками и кричал: — Беги! Прячься! Буцефал сорвался! У Гука похолодело внутри, он помнил первую встречу с Буцефалом в конюшне. Помимо неописуемой красоты коня, он запомнил его совершенно невменяемый взгляд, с конем нельзя договориться, о подчинении и речи быть не может. Это животное испытывало безумную ненависть к человечеству и теперь, оно на свободе. Первой его мыслью, было развернуться и бежать. Но тут он увидел, мчащийся на него громадину, похолодев от ужаса, парень на долю секунды замер. Конь черным вихрем стремительно надвигался на него. С предвкушающим смерть ржанием, конь почти сравнялся с парнем. В эту же секунду Гук неосознанно отскочил в сторону с невероятной скоростью, свой же прыжок вывел парня из оцепенения. Буцефал же наоборот немного замешкался на пару секунд. Сзади подоспевшие конюхи воспользовались замешательством Буцефала. Один из конюхов закинул аркан на сопротивляющегося животное, а другой стал бить по морде плёткой, крича на него. Но смятение Буцефала продлилось не долго, конь замотал головой, вырвал зубами аркан из рук конюха. И со знанием дела мордой нанес удар своему обидчику в грудь, удовлетворенно фыркнув, конь встал на дыбы и с устрашающей силой ударил, уже валяющемуся на земле, конюха в ногу. Прозвучал тошнотворный треск костей, мужчина кричал, извиваясь от боли в ноге, лежа под копытами у жесткого зверя. Буцефал же собирался закончить начатое, но в последний момент другой конюх закинул аркан на его шею. Гук воспользовался шансом и оттащил потерпевшего подальше от Буцефала. К мужчине с переломанной ногой уже подбежали люди, парень понял что с ним всё будет в относительном порядке. Гук мог бы успокоится и уйти от опасности, но там были знакомые конюхи, он не мог их бросить в беде, поэтому уже через пару секунд, уже Гук нёсся за Буцефалом вдогонку. — Там тупик! Осторожно! — кто-то кричал в след. Но уже поздно, парень выбежал на аллею которая заканчивалась беседкой. Стража закричала: — Сюда нельзя, здесь Император и Госпожа Тэ! После этих слов мир для Гуки перестал существовать, была только одна мысль. Она там. Она в опасности. Надо её спасти, любой ценой. Вот он видит её фигуру, как она прячется за охраной. Он не помнил, как оказался возле Буцефала, как поймал конец аркана, как вцепился в него и повис на нём. Конь мотал головой, ржал и толкал Гука, его мотало по земле, ноги и руки были ободраны. Буцефал тащил его по земле, это ничего, только бы это животное остановилась. Она тут она рядом, она в опасности. Сильное животное, сопротивляясь, мотало головой, что есть силы. Боль в руках нарастала с каждой секундой, мышцы растягивало и от напряжения они, казалось, лопнут, вены вздувались. Но Гук не отпускал, он ни за что не отпустит, ещё надо было увернутся попытавшегося встать на дыбы коня, он бил копытами воздух, кровь сочилась уже из множества мелких ран, но Гук выдержит, он сможет. Тут краем глаза он начал замечать, что животное замедлилось. С другой стороны за аркан его тоже тянули сильные руки, Буцефал нагибался, у него из пасти шла пена, глаза дико вращались, но сзади уже на него набросили путы и он дёрнулся, потеряв равновесие упал. Буцефал придавил Гука тушей, это было терпимо, сейчас его окончательно спутают и всё кончено. Гук огляделся, от напряжения и усталости на него смотрели множество, восторженных, испуганных и удивленных глаз. В том числе Калигулы, а где же она? А она смотрела на другого, на своего мужа. На мужчину, который держал второй аркан, на Гнея. Вот, уже люди стали поднимать ослабевшего Буцефала и Гуки мог стать с земли, тут же к нему подошёл Гней со своей беззубой улыбкой сказал: — Ну, парень ты герой, это ж надо таким бесстрашным быть. Спасибо тебе, что спас нас. — он потрепал его по плечу. — Погоди-ка, я тебя знаю. — Это мой стражник, его зовут Гук, — вздохнув сказала Тэ. — Молодец, Гук, я очень рад, что у моей жены такая смелая охрана. — Да, ему к лекарю надо! Он весь в крови! Лекаря, сюда живо! — Тэ крикнула это очень громко, Гук даже опешил. А госпожа умеет повысить голос, если надо. Прибежал лекарь и стал хлопотать о них с Гнеем. Буцефала тем временем уже подняли и уводили прочь. Гук наблюдал, как всё суетились, радовались, что всё обошлось, и тут он заметил, как с краю стоял Император, лицо его было ужасно бледным, а на его лице застыла маска ужаса. Тут лекарь сильно перетянул перевязку и Гук зашипел от боли. — Больно? — спросила Тэ, — Немного. — поморщился Гуки. — Это ничего, царапины, парень — герой, а на героях всё быстро заживает. Так ведь Гук? — Гней хотел видимо его приободрить. — Да, не так уж сильно и болит. — Ну да у тебя пол ноги содрано и руки всё в ссадинах, не больно ему! Ты, тут сказки не рассказывай! — Тэ была рассержена. — Ты в своём уме бросится на Буцефала с голыми руками?! Что мой муж, которому жить надоело, лезет в любую драку, что мой стражник, который..... — Должен тебя защищать, — продолжил Гней. — Я знаю, но ты и он, могли погибнуть. — Но не погибли же, — тихо сказал Гук. — И вообще мне платят за то, чтоб я вас охранял. Тэ от неожиданности, даже замерла, её большие глаза, стали огромными и горели не добрым огнем. А Гней схватившись за живот захохотал. — А этот твой стражник, остр на язык, подстать своей госпоже. — Гней явно подливал масло в огонь. — Парень, не обращай внимания, она просто испугалась за меня вот и злится, а ты просто попал под горячую руку. Происходящее все больше веселило командира: — Ну может и за тебя немного переживает, мне начать ревновать? — Гней начал играть бровями, смотря на Те. Гуку же было не до смеха, он был в ужасе. Тэ одарила мужа гневным взглядом, фыркнула и быстро удалилась: — Она просто сильно переживает, уж такая она — Гней задумчиво проследил за женой. А Гук утвердительно качнул головой. Конечно, он понимал, что Тэ будет переживать о муже, а её стражник просто попал под горячую руку. Да, никто не просил его геройствовать, это было его решение. — Знаешь, — Гней придвинулся к парню. — Это всё напускное, Тэ так защищаеся, не хочет показываться уязвимой и ранимой. Гуки удивлено посмотрел на Гнея. — Да, да, все это высокомерие, холодность и неприступность на самом деле защита, чтоб люди не начали пользовались ею, на самом деле она очень переживает за своё окружение. Так что не обижайся на неё. — Я не обижаюсь, — ответил парень, — просто всё произошло так быстро, всё испугались Тэ и Калигула… Что если бы я не смог удержать Буцефала? — Эй, парень, — Гней нахмурился, — Не думай об этом, всё обошлось, ты — герой. Иди в казарму, отдохни, я позабочусь о том, чтобы тебя завтра не ставили на пост. Гуки дернулся и сжал зубы, твердо произнес: — Я могу. Раны не глубокие. — Знаю, что можешь, — с улыбкой ответил Гней. — Но, не надо, подлечись, отдохни. Твоя служба от тебя никуда не денется. — Гней быстро встал на ноги.- Ну, ладно, мне пора, завтра встретимся. Гуки ещё сидел на траве и размышлял. Что же это произошло? На службе он чуствовал себя нужным, то что он делает, важно, он охранял госпожу, был рядом с ней. С Госпожой Тэ всякое может случится в его отсуствие. Делать нечего, придется заниматься своими рутинными делами. А где торба с фруктами? Надо её найти. Он поднялся и пошёл на то место, где бросил торбу. На встречу ему шла группа людей. В них он мог распознать конюхов. Они заметили Гука и радостно подбежили к спасителю. — Гук, живой, целый? — Ну, как видите, да. — Парень беззаботно улыбнулся. — Ты как? Не поранился? — всё на перебой начали его распрашивать, и рассматривать. — Со мной всё хорошо. — отмахнулся Гук. — Как там Буцефал? Завели в конюшню? — Да, с трудом, но завели. Буцефал постоянно срывается, пытаеся убежать, но напугать самого императора Калигулу — это впервые. Мужчина, говорил очень взволнованно: — Мы не раз говорили, что он не управляем. Но никто нас слышать не хотел. Боюсь, нас выпорят. Другой конюх добавил: — Если нас услышат боги, то просто накажут, а так могут и казнить, так как конь угрожал жизни императору. — Надеюсь, до такого не дойдёт. — Гуки был обеспокоен, кто знает этих господ. Но виду не подал. — Не беспокойтесь, Калигула милостив и добр, он простит вас. — Да, услышат твои слова Боги! Да, наградят тебя боги за смелость и бестрашие! — Я, кстати, шёл в конюшню, прикупил Ориону и Пепе угощение, но со всей этой суматохой торбу тут где-то выбросил. — Из-за неловкости Гук сменил тему и завертел головой в поисках торбы. — Да, точно, там в кустах что-то лежало — сейчас принесу, — паренёк, произнесший эти слова, побежал искать торбу. — А ты сейчас в конюшню собрался? — поинтересовался мужчина. — Да, хотел угостить жеребят. — Гук тебе лучше туда не ходить. — Почему? Мужчины переглянулись: — Ты уж прости нас, мы знаем, что ты любишь этих сорванцов, но Буцефал только что успокоился, учует тебя и всё, опять распсихуется. Лучше тебе сегодня в конюшню не ходить. — Вот, я принёс торбу, это она? — вернулся парень, с найденной пропажей. — Да, она. — Гук взял торбу. — Я понял. Ладно, делать нечего, прийду завтра на конюшню, я завтра не на посту. — Обязательно приходи, будем тебя ждать. — Вот возмите, — Гуки протянул мужчинам торбу. — Накормите их сегодня, завтра я что-нибудь ещё придумаю. Конюхи с благодарностью приняли торбу, и снова начали благодарить Гука за спасение и храбрость. Наконец они его отпустили. Гуки испытал облегчение, он не привык к такому вниманию, ничего геройского он в своём поступке не видел. Он был лишь немного быстрее и сильнее, чем другие. За всеми этими событиями он не заметил, как стало темнеть, надо возращаться в казарму. Люди, встречавшиеся ему на пути, как-то странно себя вели. Прислуга приклоняла голову, он по началу думал что поклоны были предназначены не ему, оглядывался по сторонам. Сановники и знать кивали ему, одаривая приветливыми взглядами. На встречу ему бежала знакомая девичья фигура. Так и есть эта та девушка с пирогом. Она подбежала к Гуку, вся запыхавшаяся и раскрасневшаяся от бега: — Куда бежишь? — Гук преградил ей дорогу. — Вас искала, — с одышкой сказала девушка. — Меня? Отлично, я тоже хотел с тобой поговорить. — Я слышала, что произошло… Что Буцефал сорвался… Я очень испугалась за вас… Вы не пострадали? — девушка с тревогой осматривала забинтованое тело парня. — Нет, не пострадал. — Но, вы весь перевязаный и там такое нарассказали. Я не знала, что и думать. — Бедняжку трясло от волнения. — Я думала, он вас поранил. — Всё в порядке, я цел. Девушку затрясло ещё больше и тут она заплакала, точнее сказать заревела. Парень растерялся, девушка всхлипывала и размазывала слезы по щекам, рыдая на взрыв. Надо было её как-то успокоить. Гуки взял её за руки мягко произнес: — Ну, чего ты глупышка, так ревёшь? — Я ик испугалась, икк, оченнь — икая, борматала через слезы девушка. — Но, я же цел, всё обошлось. — успаиваище похлопал её по плечу. — Я вижу уу, я испугалась, что вас не станет. — Меня не так просто убить. — Гук мило улыбнулся. — Это я уже понялааа. Ик! — девушка сама начала смущатся из-за состояния. — Ну, а чего же тогда плачешь? — Боюсь за вас… — она подняла заплаканное личико на парня. Её глаза покраснели и припухли от слез, она часто шмыгала носом, а её губы вздрагивали. Гуки совсем растерялся. — Не надо, не бойся, видишь со мной все хорошо! Кстати, ты так и не сказала. Как тебя зовут? — Силла ааа. — Где ты служишь? — На императорской куууухнне. — А так вот почему пирог такой вкусный получился. — Правда? Вам понравился пирог? — сказала девушка, всхлипывая. Гук понял, что остановить плачь девушки можно разговором. Его задача удержать ее внимание. — Очень, — парень расплылся в благодарной улыбке, — Было вкусно, я и ребят угостил, они тоже всё вас нахваливали. Говорили, что такого пирога давно не ели. — Я рада, что вам понравилось, — девушка была смущена, ей очень приятна похвала. — Я вам в следующий раз пирог с мясом испеку, — сказала девушка, мило шмыгая носом при этом. Гуки был в растерянности, ему было льстило внимание девушки, но давать ложных надежд он не хотел, и не хотел навредить девушке, и понимал что он обидит её своим отказом, но делать нечего, надо было прояснить ситуацию. — Силла, я может ошибаюсь, но ты меня угощаешь, не потому что просто хочешь меня накормить? — Яяяяя, мне вы…, понравились. — Девушка закрыла лицо руками. — Я мало кого во дворце знаю, тебя я вижу второй раз в жизни, как я мог тебе понравится? — Я вас сразу заприметила — сказала она, опустив руки. — Ещё когда, вы приехали на обучение, мы с девченками так развлекаемся. — девушка запнулась и смущённо отвела глаза. — Мы из новичков выбираем себе любимчиков и наблюдаем за ними. Выбрать было не сложно, вы на голову лучше других стражников. И при этом вы ещё и образованый. Вот тут Гуки действительно запаниковал, что-то подобное он слышал от ребят, но думал, что у парней фантазия разыгралась. Всё оказалось сложней, чем он думал. — А-а, так ты это делаешь, чтоб приободрить меня, спасибо… — Нет, не из-за этого, — эти слова девушка почти прошептала, — и опустила голову ещё ниже. Гук готов провалится скозь землю, как будто это его поймали за непростойным занятием. — А. Из-за чего? — Делать нечего надо решать проблему. — Ты хочешь завести друзей? — парень нацепил на себя дурацкое и радосное выражение лица. — Я буду польщён иметь такого друга! Прозвучали слова наигранно и по-детски, но на большее он не способен. Девушка отстранилась от него, посмотрела ему в глаза и горестно вздохнула: — Совсем меня за дурочку держите? Друг, значит? — Я не хотел тебя обидеть. Пойми, я не могу принять это. — Почему? — девушка шагнула в плотную к нему и заглянула в его глаза. Гуки увидел там, боль, обиду и отчаянье. У него сжалось сердце. — Почему? Я что не достаточно красива? Потому что я простая кухарка? Почему? — Ты очень красивая, и дело не в том что ты кухарка, просто я не тот кто тебе нужен. — Ты мне нужен, я точно знаю… — Откуда? — Мне сердце подсказало, как только тебя в первый раз увидела. Я уверена в этом по сей день. — Тебе нужен тот, кто будет тебя любить ценить, беречь и защищать. А я… — А ты меня не любишь… — Да… И дело даже не в том что, я тебя мало знаю, просто я уже люблю. — У тебя есть девушка? — Парень на мгновение замялся. — Да, я люблю другую. — Кто она? Гуки удивлённо спросил: — А тебе знать зачем? Девушка грусно улыбнулась. — Не бойся мстить, я ей не собираюсь, просто хочу знать какая она, та которую ты любишь. — Силла, я не обижайся на меня, ты очень хорошая. Легко найдешь себе достойного парня, если что, я тебе всегда помогу, чем смогу. — Понятно, да и на что я расчитывала, ты видишь меня второй раз в жизни, Может всё-таки попытаемся? — девушка схватила за руки и прижала к себе. Парень опешил. Он убрал руки: — Я бы на твоём месте не стал тешить себя напрасными надеждами. Предлагаю тебе свою дружбу и защиту, а это чего- то стоит, ты вправе принять это или нет. — Это лучше чем ничего. — девушка вымученно улыбнулась. — Как глупо, я не хотела признаватся, но сегодня я так за вас испугалась, что не смогла сдержать чувств. — Тебе не в чем извинятся, мы не властны над своим сердцем — девушка уже успокоилась и перестала всхлипывать. — Кстати о защите, — и Гук начал объяснять девушке, что лучше не стоит ей делать из- за таких знаков внимания, как пирог, особенно на глазах у парней с казармы, может пострадать её репутация. Девушка смышленная и согласилась с ним. Они попращались, и каждый пошёл в свою сторону. Гук шёл, но из головы не выходил разговор и Силлой, он поступил правильно, но почему же ему было сейчас неловко осознавать, что он невольно стал причиной её страданий. Девушка сама себе нафантазировала, что между ними что есть или будет. Но почему ему так неловко? Как будто он украл чью-то ценную вещь и испортил её, хоть и сделал это не намеренно. На миг он засомневался а сделал ли он всё правильно, может не стоило отказывать девушке? Она красавица, милая, добрая, любит Гука, а ему иногда очень одиноко, привык он к женской ласке. Может всё-таки стоило принять её любовь? Парень замедлил ход и ненароком начал представлять картинки с Силлой, сцены с сами всплывали в его голове. Тепло, уют и нежность, объятия, всё что он любит. Вот он берёт девушку за руку, притягивает её к себе его руки нежно касаются молодого тела. Кожа очень гладкая, тёплая и приятная на ощупь. Девушка отвечает ему, она начинает сбивчиво дышать, льнет к нему всем телом, её мелко трясёт, от неё приятно пахнет. Гук ведёт кончиком носа и губами по телу девушки и вдыхает её запах, от его прикосновений кожа девушки покрывается мурашками, он ласково берёт её за подбородок и поднимает его, смотрит в её глаза. На него смотрят два огромных медовых глаза с золотыми искрами… Гуки даже вскрикнул от неожиданности и отскочил от воображаемой Силлы. Этого он от себя не ожидал, глаза были не служанки, а госпожи Тэ! Он выругался про себя. Как? Казалось, глаза ещё и смотрели на него насмешливо. Он остановился, настигла паника. Этого не может быть! Этого не должно было случится! Он не может так поступать с госпожой!!! Он не должен так думать… Сердце стучало, пробивал холод, который сменялся волной жара. ≪Успокойся, это всего лишь разыгравшейся воображение≫ — Начал упокаивать себя парень. Он стражник и не больше, да и кто ему позволит такое сделать? Госпожа Тэ? От такой мысли ему самому стало смешно. Не бывать. Он всего лишь стражник, а она сестра Императора, которая замужем за лучшим другом Императора. Вот и его казарма, он пойдёт сейчас ляжет спать и всё забудется. В казарме, опять не спокойно, на этот раз он был причиной суматохи. Парня поздравляли с его героическим поступком, восхищались им, лезли высказать свой восторг, похвалить его за храбрость и находчивость. Гук держался как мог, благодарил всех, стойко терпел все похвалы и объятия, не привык он к такому. Мужчины предлогали выпить, но парень упорно отнекивался, но толпа уже напирала. Гуку ничего не оставалось, как начать жаловаться на раны и усталось. Больше всего ему сейчас хотелось дойти до кравати и лечь спать. Тут в казарму вошёл императорский глашатай и пафосно спросил: — Где Чон Гук? Всё указали на Гука. Глашатай Императора театрально развернулся и подошёл к Гуку. Развернул свиток громко и со знанием исскуства дикламации, начал: — Я, Император и наместник богов. Властитель Римской империи, приветствую тебя Чон Гук. Приказываю завтра явится ко мне лично в 12 часов дня в мои аппартаменты. Для личной аудиенции со мной. — Подпись, — глашатай прокашлялся немного .- Император Калигула. В казарме воцарилась гробовая тишина. Гук не долго думая, отвесил поклон глашатому. Глашатай поклонился в ответ, также с помпой удалился. Только он скрылся за дверями, в казарме начался переполох. Сослуживцы с большим рвением начали поздравлять парня. Гук превратился в болванчика, который без конца улыбался и кланялся, благодарил сослуживцев. Наконец, когда всё успокоились. Гук воспользовался моментом и пошел спать. Мысли роем проносились у него в голове, с будущая встреча с Императором, поход на Базар, Схватка с Буцефалом, разговор с Силлой, всё смешалось. Раны начали ныть, сил у него почти не осталось, он быстро провалился в сон.