Меланхолия любви

      Новый день встретил Кэйю яркими лучами солнца, проникающими сквозь раскрытые шторы. К его большому удивлению, ему впервые, за последние дни, удалось хоть немного выспаться и он знал причину такого «везения», но не стал заострять на этом внимание, лишь отметив про себя необходимость приобрести пару бутылок «Полуденной смерти» для себя и монахини сегодня вечером.       Тело беспощадно ныло, на что Кэйа лишь тихонько простонал, поднимаясь с кровати. Подходить к зеркалу было страшно и неприятно одновременно, однако ему требовалось взглянуть на себя, чтобы оценить масштаб повреждений и подобрать одежду, подходящую для сокрытия его ранений.       Все оказалось не настолько страшно, насколько он себе представлял. Его встретили аккуратно наложенные бинты, которые, к слову, были практически чистыми: это означает, что вчера, перед наложением повязок, Розария позаботилась о том, чтобы остановить кровь капитану. Единственным местом, запачканным кровью, являлась его рука, однако прикоснувшись к повязке, Кэйа с облегчением отметил, что кровь давно засохла, а значит ему не угрожает смерть от потери.       Несмотря на все свои планы одеть более закрытую и не вызывающую одежду, изменения в аутфите были незначительны: рубашка с меньшим вырезом и более длинные перчатки, дабы закрыть все наложенные бинты. Тональный крем он решил не использовать, благодаря неплохому сну, синяки удивительно быстро сошли, однако лицо все равно имело болезненный вид, который не сможет исправить даже косметика.       У него оставалось немного времени до выхода, так что его он потратил на написание отчета о проделанной работе: он должен придумать весомую причину, по которой не вернулся с докладом вчера, хоть и частенько так поступал ранее. Титул капитана дан Кэйе не зря, помимо отличных боевых способностей, Альберих славился своим красноречием, а также весьма высокой грамотностью, так что детальный отчет, на который отводится обычно более двух часов, был написан за 15 минут, идеально ровным и красивым почерком с опущением всех подробностей о полученных ранениях. Настало время отправляться в Ордо.       

***

      Дорога заняла чуть больше времени, чем обычно, так как помимо лучезарного приветствия всех, кто встречался капитану на пути, ему приходилось скрывать свою хромоту, которая, к сожалению, была весьма заметна при быстрой ходьбе.       — наконец добрался, — тихо пробормотал капитан, находясь под кабинетом действующего магистра и звонко постучал, дожидаясь коронной фразы «войдите», которая прозвучала на пару тонов тише, чем обычно.       — утречка, магистр! Что же вы совершенно не следите за своим здоровьем, прямо засыпаете на рабочем месте! Когда вы в последний раз отдыхали? Мне кажется, что вам следует взять хотя бы один выходной, — бойко проговорил Кэйа.       — полностью с тобой согласна, милашка, — неожиданно произнесла зашедшая в кабинет библиотекарша.       — Лиза, ты меня так и в могилу сведешь, зачем же так подкрадываться, — с напыщенной усмешкой произнес рыцарь, не дав Джинн ответить и поприветствовать подругу.       — Неужели наш уважаемый капитан кавалерии мог испугаться моего внезапного появления? Разве вас не учили быть всегда настороже? — ответила девушка и одарила Кэйю оценивающим взглядом, от которого у капитана по телу пробежал легкий холодок.       Кэйа хотел продолжить эту словесную перепалку, однако его прервала Джинн:       — и тебе доброго утра, Кэйа. Лиза, здравствуй, — девушка перевела взгляд на рыцаря, — я правда ценю твою заботу, однако ближайший выходной у меня намечается не скоро и нет, ты ничем не можешь мне помочь, документы требуют моего личного рассмотрения, — предотвращая его вопросы и предложения о помощи, проговорила магистр, — я полагаю, ты решил занести мне отчет о вчерашней зачистке, опять отмечал в таверне успешно выполненное поручение, — с теплой улыбкой спросила Джинн, из-за чего у Кэйи немного закололо сердце: таверна была отговоркой, которую он придумал, дабы не вызывать подозрения подобными случаями, которые, в последнее время, случались все чаще.       — хах, вы как всегда проницательны, магистр, не мог упустить возможности расслабиться после такого трудного задания, вы хоть знаете сколько там было монстров! Кошмар! — с очевидным сарказмом ответил капитан, одаривая девушку встречной улыбкой. На самом деле в изначальном отчете разведчиков и докладе капитана было указано меньшее количество монстров, чем было на самом деле. Альберих понимал, что ни к чему хорошему подобное сокрытие информации не приведет, но стоит отметить, что он готов был полностью взять на себя ответственность за содеянное и в случае атаки на город, масштабы которой, судя по лагерям, были гораздо мощнее предполагаемых, отдать всего себя за защиту родных так сильно ему полюбившихся мест.       Девушка тихонько посмеялась и протянула руку, забирая у капитана отчет. «Миссия выполнена, твоя маска еще на что-то способна, черт возьми», — пронеслось в мыслях у Кэйи, которые прервала Лиза.       — Кэйа, милашка, выглядишь весьма болезненно, ты случаем не ранен?       «Черт», — про себя ответил капитан. Шире улыбнувшись, Кэйа обратился к библиотекарю.       — ха-ха, ну что ты, здоров, как кабаны в Спрингвейле, они такие агрессивные, даже не поохотишься, бедный Рэйзор, — попытался перевести тему синеволосый.       — правда? Обычно мой взгляд меня не обманывает.       — о чем ты, я всего лишь устал, монстры были разбросаны по всему Монду, так я еще и по пути всех убивал, а потом вместо отдыха провел всю ночь в таверне, так что хотел взять сегодня бумажную работу, — как мог выкручивался Кэйа, — надеюсь, достопочтенный магистр не будет против?       — конечно не буду, тем более, поручений на зачистку сегодня нет, за последние дни ты выполнил все, что скопилось у рыцарей за последний месяц, — озадаченно ответила Джинн, проверяя журнал имеющихся поручений, — у меня как раз осталась небольшая стопка документов, с которыми ты можешь помочь, они не требуют подписи магистра, что очень кстати, — девушка указала на стопку бумаг, лежащую на краю стола, — вверху лежит пометка по каким документам нужен небольшой отчет, как сделаешь, принесешь мне и сможешь быть свободен, ты заслужил небольшой отдых.       — как и вы, — улыбнувшись сказал капитан, беря документы, — удачного рабочего дня!       — благодарю, взаимно.       

***

      Рассматривая все документы, Кэйа с удивлением и некой досадой обнаружил, что работы действительно немного, это не займет у него много времени, а значит останется пол дня наедине со своими мыслями. Однако вскоре его хандра спала, стоило ему вспомнить о том, что сегодня смена Чарльза и он сможет спокойно провести оставшийся день в таверне.       К трем часам дня работа была закончена и, занеся документы Джинн, Кэйа отправился в запланированное место. Как и ожидалось, за стойкой стоял Чарльз, встретивший своего постоянно клиента теплой улыбкой.       — Добрый день, капитан, вы сегодня рано, решили компенсировать вчерашнее отсутствие? — без капли упрека спросил бармен: посетителей в таверне было мало, так что он мог позволить себе небольшой разговор.       — ха-ха, прямо в точку, закончил с работой и сразу отправился в свое любимое место, мне как обычно, — сказал Кэйа и поставил на стойку небольшой мешочек моры.       — вас понял, минуточку.       Перед Кэйей поставили бутылку «Полуденной смерти», предварительно заполнив напитком поданный бокал.       — благодарю, понимаете без слов, — сказал Кэйа сделав первый глоток приятно согревающей жидкости, способной хоть немного заполнить пустоту внутри него.       — как никак, вы — мой постоянный клиент. Наслышан о ваших подвигах, как только успеваете сюда заглядывать.       — оу, Чарльз, поверь, ради своего любимого напитка и не такое успеешь, — смеясь проговорил капитан, — Как ты? Как жена, дети?       — спасибо за беспокойство, у нас все хорошо, старший сын мечтает поступить в рыцари под ваше командование, он конечно еще юн, но я помню его будто совсем маленьким, восхищающимся вами в рассказах других жителей.       — ха-ха, спасибо за похвалу, мне очень приятно, однако жители часто приукрашают мои заслуги.       — не скромничайте, все мы знаем, что это не так, некоторые считают вас пьяницей, ухлестывающим за женщинами, никакого уважения, вы уж простите меня за столь откровенную тему.       — да ничего, я в общем-то привык, тем более от пьяницы я действительно недалеко ушел, — с небольшой досадой проговорил капитан.       — я работаю барменом более десяти лет и повидал немало пьяниц, так что с уверенностью могу сказать, что не отношу вас к их числу.       — вы очень добры, спасибо. К слову, о вашем сыне, если меня не подводит память, то ему исполнилось 14 в этом году, неужели он уже хочет вступить в Ордо? Тут, безусловно, нет ничего сверхъестественного, однако, в последнее время, встречаю только тех, кому около 19, как ни прискорбно, в них уже нет того юношеского запала, так совершенно не интересно.       — хех, вы правы, сейчас это редкость, однако вы его очень сильно вдохновили.       — боюсь, если он действительно поступит ко мне в отряд, то работы у него будет маловато, я редко беру своих с собой, только на учения или зачистки больших лагерей хилличурлов, иногда скоплений слаймов, — задумчиво проговорил Кэйа.       — наслышан об этом, у вас ведь целый отряд лентяев из-за этого набрался?       — ваша правда…некоторые совершенно не хотят ничем заниматься, уповая на то, что не опытны или еще что, мол «капитан, мы ведь слышали, как вы не любите работу в отряде, не утруждайте себя нашим обучением, вы и так сильно устаете», — театрально сказал Альберих, пародируя своих подчиненных.       — уволить бы таких…       — это действительно неплохое решение проблемы, но у всех есть семьи…дети…я не могу оставить их без моры.       — вы очень добрый человек.       — вы снова преувеличиваете, спасибо, — немного посмеиваясь и делая очередной глоток, произнес рыцарь.       — понимаете, мой сын не из таких, он, наоборот, всегда рвется в бой, но я был бы рад, окажись он у вас, дабы он мог набраться опыта и не подвергать себя опасности.       — вы ведь отец, который волнуется за своего ребенка, так что я полностью понимаю ваше желание. Обещаю, если он сдаст экзамены и поступит в Ордо, то точно окажется под моим командованием, уж за это я смогу замолвить словечко.       — большое вам спасибо, капитан. Буду вам должен.       — бросьте, во-первых, я еще ничего не сделал, а во-вторых, мне хватает того, что вы подаете мне столь прекрасный напиток. К слову, зовите меня по имени, если не сложно, я довольно наслушиваюсь своего звания за рабочий день, — вновь посмеиваясь сказал Кэйа.       — как вам удобно, Кэйа, — ответил Чарльз, делая акцент на произнесенном имени, на что Альберих удовлетворенно улыбнулся.       

***

      Прошло уже 2 часа, Кэйа потягивал свой напиток, который ему налили уже из второй бутылки, иногда отвечая на вопросы бармена, в основном о повседневной жизни и нюансах работы в Ордо, близился вечер, так что посетителей становилось все больше: некоторые приходили со штаба, отвлекая Кэйю расспросами по работе, или же свежими сплетнями, связанными с новыми рыцарями. Стоит отметить, что Кэйа совершенно не любил подобное обсуждение других за их спиной, но иногда ему действительно необходимо было узнавать информацию именно таким способом, проверяя подозрительных новичков, так что о его неприязни к выслушиванию подобного не знал никто. Всем было достаточно того, что капитан внимательно слушает со своей привычной улыбкой, практически не давая своих комментариев. Один из таких «сплетников» отвел капитана за дальний столик, когда тот прикончил вторую бутылку «Полуденной смерти» и размышлял о том, что через час-другой вполне сможет заказать себе третью.       — так, вот, представляете, а потом он заявляет, что пошел в рыцари не ради денег, а ради защиты города, ха-ха, — резво лепетал какой-то пьяный рыцарь.       — стоп, погоди, кто так сказал говоришь? — наконец подал голос Кэйа.       — ну новенький наш, недавно к нам пришел, Хоффман!       — и ты считаешь, что его цель не верна?       — а как же, кто ж откажется от денег!       — но он ведь получает зарплату даже со своим мировоззрением, — парировал капитан.       — дааа? — пьяно и задумчиво протянул рыцарь.       «Перебрал», — презрительно подумал про себя Кэйа, мысленно отметив, что к новобранцу стоит присмотреться как к кандидату на вступление к нему в отряд: группы, которая действительно могла отважно сражаться, у него практически не было.       Внимание Альбериха привлек уже другой рыцарь и он продолжил слушать все новые, и новые сплетни, окруженный группой людей, среди которых даже были его подчиненные, горящие желанием поболтать с «пьяным» капитаном, дабы втереться ему в доверие и сократить и без того маленькое количество своих обязанностей.       

***

      В таверну забежал встревоженный паренек, чертами напоминающий бармена и решительно направился к стойке.       — Отец, там, мама, ей…       — Джеймс, успокойся и объясни нормально, не пугай мне посетителей своей прерывистой речью, — на автомате ответил Чарльз, после чего осознал, что только что произнес его сын и уже встревоженным голосом спросил. — Что с Маргарет?       — ей плохо, нужно отнести ее в собор, мы не можем вызвать кого-то на дом, потому что…       — причина не важна, ох… мне не на кого оставить таверну, нужно…       — по дороге я встретил мастера Дилюка, который как раз направлялся сюда, забрать некоторые забытые вещи, он спросил причину моей спешки, а после моего ответа сказал, что заменит тебя. Мы разминулись возле Сары, ему нужно было что-то ей передать, он сказал, что ты можешь идти, он подойдет через пару минут, не волнуйся.       — я понял, нужно будет отблагодарить его, идем, — произнес бармен, выходя из-за стойки, после чего в спешке покинул таверну в сопровождении своего сына.       Буквально через минуту после ухода Чарльза, дверь вновь открылась. Винный магнат сразу же занял свое место за стойкой и принялся за работу: натирание бокалов, кажется, уже вошло в привычку. Некоторые посетители заметили смену бармена, но в силу того, что такое иногда случалось, не предали этому никакого значения.       Кэйа, в свою очередь, окруженный толпой рыцарей, и вовсе не заметил движений у входа.

      ***

      — Сэр Кэйа, как считаете, сколько новобранцев в этом году поступят к нам в отряд? — спросил один из подчиненных Альбериха.       — я не намерен набирать состав, только если кого-то по рекомендации, — явно уставшим от бессмысленных пьяных речей своих сослуживцев голосом, честно признался Кэйа.       — чтооо? Как же так? На вас совершенно не похоже!       — у меня самый многочисленный отряд в Ордо, другие капитаны страдают от нехватки подчиненных.       — но как же…       — кто-то из ваших знакомых хотел присоединится к моему отряду?       — вы как всегда проницательны! Я рассказал своим друзьям о вас, и они захотели к нам присоединится!       — и мои тоже, — выкрикнули двое из толпы.       — подозреваю, что ваш рассказ был скорее о вашем бездельничестве, нежели обо мне, — смеясь проговорил Кэйа, чтобы не ломать свой образ жизнерадостного и всепрощающего капитана.       — ну что вы такое говорите! — парировал кто-то из толпы, — мы же вас всем сердцем любим и ценим!       — да-да-да, так я вам и поверил, — по-доброму с сарказмом ответил Альберих, — все равно, мое решение останется неизменным, мне за каждого из вас потом отчеты в конце каждого дня Джинн выписывать, а у меня и так работы полно, или вы хотите, чтобы ежедневные поручения делились между вами? — вновь ухмыляясь, сказал Кэйа.       — мы вас поняли, капитан, — неловко ответили все троя, вызвав у Кэйи легкий смешок.       Проводя время столь неприятным для него способом, он вполне себе забылся, в какой-то момент времени ему даже показалось, что раны больше не ноют, но стоило ему пустить очередной смешок, как все тело, включая внутренние органы, отдавало резкой болью. Один из таких «приступов», к его сожалению, не остался незамеченным, какой-то в хлам пьяный новобранец неожиданно задал вопрос:       — капитан, вас что-то беспокоит? На миг, мне показалось, что вам было очень больно…       — да что ты такое говоришь? Капитан лишь смеется вместе с нами, — ответил кто-то из толпы, — ты перебрал что ли? Галлюцинации уже ловишь       «Слава Архонтам, как же ты вовремя вставил свое слово», — подумал Кэйа и поспешил дать ответ.       — Ха-ха, думаю он прав, — Альберих взглядом указал на говорившего, — и ты немного перепил, но спасибо за беспокойство, со мной все в порядке, — одарив новобранца теплой улыбкой, которую, кажется, сегодня использовал уж слишком часто, Кэйа стал слегка приподниматься, — скоро у новобранцев, находящихся под моим командованием, тренировка, я должен составить план, прошу меня простить, но я вынужден вас покинуть, — спокойно объяснил Альберих, на что получил недовольные мычания со стороны троих своих «знакомых».       — продуктивного вечера вам, капитан! — сказал первый сориентировавшийся солдат, являющийся самым трезвым, не считая Кэйи, из их компании.       — благодарю, вам тоже, — ответил мужчина и вышел со стола, опустив взгляд в пол, и направился к барной стойке. «Нужно попрощаться с Чарльзом, купить пару бутылок «Полуденной смерти» для Розы и идти домой, пока еще кому-то не «привиделось» мое плачевное состояние. Я просто жалок, раз даже пьяный парнишка смог что-то заподозрить», — думал он про себя.       

***

      Проведя в таверне чуть больше пяти минут, Дилюк настроился на громкость разговора рыцарей и стал слушать, параллельно натирая стеклянную посуду. Он не был любителем подслушивать чужие разговоры, однако пьяные рыцари часто выдавали весьма интересные сплетни: именно их он собирался «набраться», пока не услышал его голос… голос Кэйи, звучащий весьма спокойно и совершенно не сопоставляемый со вчерашней безумной истерикой. Теперь, когда Дилюк видел Кэйю, не скрывавшего свою личность свои проблемы за маской, он просто не мог слышать его голос, сердце больно сжималось от недоумения: как из вчерашнего, находящегося чуть ли не на грани смерти, человека, он дальше продолжал смеяться и отвечать другим рыцарям, будто был совершенно здоров, что с ним не так, запретные знания ордена бездны? Регенерация? — не успевшие повесить на Кэйю очередное обвинения, мысли винного магната прервал вопрос одного из рыцарей:       "…- капитан, вас что-то беспокоит? На миг, мне показалось, что вам было очень больно…       — да что ты такое говоришь? Капитан лишь смеется вместе с нами, — ответил кто-то из толпы, — ты перебрал что ли? Галлюцинации уже ловишь        — Ха-ха, думаю он прав, и ты немного перепил, но спасибо за беспокойство, со мной все в порядке…"       Пазл сложился: очередная маска, не более. Кэйа по-прежнему был вчерашним человеком, надевшим свою привычную маску. «Идиот», — подумал Дилюк, после чего из разговора понял, что капитан собирается уходить. Как бы он не отрицал свое желание поговорить с Альберихом, у него не выходило и сердце продолжало больно сжиматься. В конце концов, обладатель пиро не выдержал, решив пойти на компромисс сам с собой: он поговорит с ним, прикрываясь необходимостью добыть информацию о скоплениях монстров.       

***

      Дойдя до барной стойки, Кэйа поднял взгляд, параллельно натягивая свою теплую улыбку, коей обычно одаривал Чарльза, и опешил. На него смотрели два ярко-огненных глаза, выражающие презрение к его личности. Он в ловушке: развернуться и убежать не выйдет, ему нужно совершить покупку, даже если опустить эту необходимость, то хотя бы поприветствовать брата стоило, однако тот его опередил, чем еще больше вогнал в ступор.       — Сэр Кэйа, нам нужно поговорить, — без капли приветливости произнес Дилюк.       Улыбка Кэйи тут же сменилась на более официальную и широкую, обычно ее видели жители города и Джинн на пару с Лизой.       — Добрый вечер, мастер Дилюк. Чем я могу быть полезен столь занятой личности, как вы? — у капитан чуть не вырвалось «а где Чарльз», но он вовремя сумел себя остановить и привести тон разговора в ранее привычную, для их общения, манеру.       Дилюк нахмурился еще больше. На самом деле единственное, за что он сейчас мог осудить Кэйю, так это за его притворство, однако это чувство было для него совершенно новым. Разум, привыкший считать капитана грязным предателем, без устали твердил, что мысли, заполняющие все сознание магната, ошибочны и это лишь временное беспокойство, основанное на вчерашних событиях и возникшее исключительно в собственных целях.       Взгляд Дилюка Кэйа принял никак иначе, как полное осуждение, ведь отчасти, оно так и было, но откуда ему было знать подробности.       — Мне нужна информация о расположении лагерей монстров.       — Ааа… — вальяжно протянул капитан, — вам стоило спросить это немного раньше, на данный момент все зачищено, думаю сегодня-завтра разведчики дадут координаты новых скоплений и я, так уж и быть, занесу вам парочку адресов, — то ли заигрывающим, то ли издевательским голосом произнес Кэйа, однако, зная его образ, это скорее была смесь этих двух понятий.       — неужели рыцари наконец взялись за работу? Или в округе поубавились монстры? — не удержался от очередного упрека в сторону рыцарей обладатель пиро.       — ха-ха, к вашему счастью, вто… — не успел договорить Кэйа, как был прерван подошедшим за новой порцией алкоголя, рыцарем:       — наш капитан ведь зачислил на днях все лагеря в одиночку, а вчера отправился на зачистку отпрысков ордена бездны. Мастер, разве вы не слышали?       Это был тот самый рыцарь, «спасший» Кэйю от расспросов о его самочувствии, однако сейчас он был скорее губителем его образа, нежели спасителем.       Дилюк замер: он знал о вчерашней зачистке, точнее, догадывался, однако о том, что капитан полностью взвалил на себя бремя безопасности города в последние дни — нет. Собраться и не выдать свое замешательство удалось ему достаточно быстро, недолго думая он дал свой ответ, обращенный к Кэйе, взглядом дав понять своему покупателю, что тому следует подождать.       — не знал, что вы взялись за ум, сэр Кэйа, я уж думал только пить и умеете.       — благодарю за комплимент, мастер Дилюк, — достаточно резко сказал Кэйа: дело в том, что он буквально ощущал приход панической атаки, тело начинало потрушивать и он понимал, что если задержится еще на минуту, то всему его образу, создаваемому многие годы, придет конец.       Дилюк не успел сказать и слова, как Кэйа вновь заговорил.       — мне пора, доброй ночи, мастер, было приятно с вами побеседовать. Данные, как и обещал, занесу по мере их появления, — с этими словами Альберих немедленно поспешил покинуть таверну. Руку, тянущуюся к дверной ручке, характерно трясло, однако ее владелец немедленно покинул заведение, оставив у обладателя пиро неприятные ощущения в районе сердца и еще больше зародившееся волнение. В отрицании больше не было необходимости, он действительно волновался. Все мысли были заполнены только состоянием брата, а душу будто выворачивало и разрезало на кусочки, вместе с воспоминаниями, среди которых Дилюк отчаянно искал те светлые моменты его жизни, в которых присутствовал Кэйа. К его большому сожалению, многие из них, были насильно «удалены» из памяти своим обладателем и Дилюку, спустя годы после смерти Крепуса, впервые, хотелось выплеснуть все свои эмоции, сдерживаемые долгие годы и помочь единственному, оставшемуся в его жизни и важному для него, человеку.