Что если...

      Пережив столько кульбитов, которые ему щедро подкидывала судьба, Шан Цинхуа просто принял всё. Смирился и решил просто жить, ничем не заморачиваясь. Один раз он уже умер, так что теперь имеет право просто жить без проблем. Особенно тогда, когда его муж — император демонов. Очень ревнивый и привязанный к нему после его побега император демонов.       — Милый, ты только посмотри, моя милая Сяо-Синь так очаровательно кушает! — восторженно произносит Тяньлан-цзюнь, подавая по одной ягоде ребёнку. Шан Цинхуа перевёл взгляд на девочку и не смог не умилиться.       Его милая Синьяо была очаровательной, и ужасно избалованна отцом. Шан Цинхуа пришлось родить её, чтобы успокоить Тяньлан-цзюня, что он больше не уйдёт и удостоверить того, что у него нет другого любовника. По итогу теперь в мире демонов есть принцесса, точная его копия. От этого факта Цинхуа даже расстроился, ведь себя он не считал первым красавцем, а девочке с таким лицом ведь ещё жить. Видимо, шикарные демонические гены Тяньлана не проявились в его дочери. Но зато она была небесным демоном, и уже с детства показывает хорошие задатки на будущее. Даже несмотря на то, что отец девочки хвалит её даже за хороший аппетит.       Тяньлан-цзюнь безумно любил дочь. Сказался тот факт, что взросление первого ребёнка он пропустил, и то, что Синьяо была очень похожа на Цинхуа. Император демонов тут же бросал все свои дела, стояло где-то раздаться звонкому "папа". Мужчина выполнял все капризы девочки, и та это хорошо знала и пользовалась этим. У шестилетней принцессы была безграничная власть, и единственный, кто мог пересечь это безобразие, был Шан Цинхуа. Лорда Аньдина не мог ослушаться ни Тяньлана, ни Синьяо.       — Она может и сама есть, — недовольно произносит Шан Цинхуа, устав смотреть, как его дочь кормят.       — Ну зачем моему маленькому нефриту напрягаться, — игнорируя чужое недовольство, демон продолжил давать дочери виноград по ягоде. Но Шан Цинхуа это лишь разозлило.       — Так не пойдёт! Ты слишком балуешь её! Во дворце столько слуг, так ещё и ты делаешь все за неё! — Шан Цинхуа беспокоился, что такими темпами их дочь вырастет совершенно несамостоятельной. Синьяо была совершенно новым персонажем в этом мире, и хоть Шан Цинхуа по сути тоже создал ее в какой-то мере, он не прописывал ей судьбу. Все персонажи были ему знакомы, потому что он их написал, а вот что будет с его дочерью — неизвестно. От этого он волновался, что излишняя избалованность только навредит. Он боялся, что любое действие навредит.       — Ну не злись, мышонок, я просто хочу быть хорошим папочкой, — включив свое обаяние, Тяньлан хотел лишь сгладить конфликт, но Шан Цинхуа лишь почувствовал укол совести. Ведь именно он лишил Тяньлана возможности видеть, как растёт Бинхэ. Возможно, именно поэтому мужчина так балует ребёнка.       — Ну значит на сегодня хватит тебе, дочери! — подняв ребёнка на руки, Шан Цинхуа направился прочь. Он испытал угрызение совести и раздражение одновременно. Не понимая, как правильно реагировать на все тревожные мысли, он просто решил переждать эту тревогу в другом месте.       — Ну, мышонок, куда ты? Сяо-Синь, скажи своей мамочке, что ты не хочешь бросать папочку! — составив жалобное выражение лица, демон понимал, что его муж так просто не передумает. Тот явно обиделся. А девочка лишь помахала отцу из-за плеча.

***

      — Я сотню раз говорил, дай ей хотя бы поесть самостоятельно, но нет! Ей шесть лет, а её кормят, одевают, моют. Такими темпами она ничего не сможет сделать сама. А я ведь и возразить не могу, ведь именно я виноват, что он не видел, как растёт Бинхэ! — жаловался Цинхуа, потягивая чай в домике Шэнь Цинцю. Лорд внимательно слушал собрата, уже привыкнув к таким неожиданным визитам, где ему изливают всё о наболевшем.       — Похоже, гиперзабота - это семейное, — проговорил Шэнь Цинцю, переведя взгляд на своего ученика, которому было в радость посидеть с сестрой, и он выполнял все ее капризы.       — Бинхэ, хоть ты не балуй Синьяо! — сделал замечание Цинхуа, от чего его сын лишь перевел жалобный взгляд, точь-в-точь как у Тяньлана, на Шэнь Цинцю.       — Не кричи на него, он же просто играется с сестрой, — встал на защиту Шэнь Цинцю.       — Прости, отец, Сяо-Синь очень милая.       — Это ты меня прости, я просто зол на твоего отца, — обняв сына, который стал в два раза больше родителя, отчего Цинхуа даже не мог полностью охватить его, извинился лорд Аньдин.       — Отец, если этот демон донимает тебя, бросай его! — Шан Цинхуа лишь вздохнул и спрятал лицо в ладонях. Бинхэ хоть и смирился со всем, что он натворил и что скрывал, признавать Тяньлана своим отцом не собирался, уверенный, что тот просто злодей. Видимо, тот факт, что император ворвался на Цанцюн и похитил лорда Аньдин на глазах у всех, произвёл плохое впечатление. Хотя Цинхуа считал, что сам виноват в таких отношениях отца и сына, ведь этот скрывал от него правду.       — Бинхэ, твоя сестра ушла на улицу, — произнес Шэнь Цинцю, из-за чего полудемон тут же отворотился и бежал к девочке.       — Ну а теперь давай серьёзно, что именно тебя беспокоит?       — На самом деле, наверное, я просто слишком остро реагирую на то, что Синьяо баловали. Просто я боюсь, какой она вырастет. Тут каждый персонаж эксцентричнее другого, но я их хотя бы знаю, потому что сам написал. А вот Синьяо… она же совершенно новый персонаж, к тому же принцесса и небесная демоница. Она же станет одной из самых сильных персонажей этого мира!       — Ты идиот? И это всё, что тебя мучало? — закатив глаза, Шэнь Цинцю думал лишь о том, что его собрат, как всегда, лепит из мухи слона. — Когда люди заводят детей, они не знают, кем они станут. В этом и суть воспитания. Ты получишь то, что дашь. Вспомни оригинального Бинхэ и кем он стал. А теперь посмотри на своего сына. Когда ты растил его, ты уже знал, кем он станет, а что в итоге? Так и с твоей дочерью. Малышка растет в любви, и наверняка станет она хорошей девушкой.       — Наверное, ты прав. Я только зря накричал на Тяньлана. Из-за того, что у него с Бинхэ плохие отношения, и того, что я сбежал и предал его, мне совестно, вот я и срываюсь по пустякам. Мне стыдно что-то возражать ему, особенно после всего, что натворил из-за сюжета, — от мысли, что всё, что он делал, было зря, он и его огуречный братан и так все сломал, Цинхуа приходил в уныние. Он предал мужа и отобрал ребенка. На его месте, он бы был очень зол и обижен. Но Тяньлан простил и вновь доверился. Конечно с небольшой поправкой в виде принятия крови.       — Просто поговори с ним, — советует Шэнь Цинцю.       — А то я не знал, что так можно! Думаешь, я не пытался? Он просто не хочет об этом говорить, или начинает целовать меня, говоря, что не стоит вспоминать прошлое.       — Придумай что-нибудь, чтобы не отвлекаться, поговори с ним. Вам явно надо обсудить это.       — Тебе легко говорить, ты избежал сюжетной арки с бездной, так что тебе не понять, каково это — разгребать прошлое! Живёшь тут спокойно с моим сыном, роман крутишь. Учитель-соблазнитель малолетних. По сути, это педофилия.       — Что?! Кто тут кого соблазнил! Да и Бинхэ уже совершеннолетний! — хлопая по лбу веером, Шэнь Цинцю пыхтел от негодования и людных обвинений. — Единственное, что Бинхэ унаследовал от тебя - это всякие похабные мысли в голове!       — Не, не, не, братан, не хочу обсуждать интимные моменты моего сына. Я же его буквально родил! — затыкая уши, Шан Цинхуа от всего этого испытывал смешанные эмоции. — Кстати, давно хотел спросить, значит ли это, что я твоя свекровь? — спросил Цинхуа и повстречал молчание.       — А ну пошёл вон отсюда! — разозлился Шэнь Цинцю.       — Ну, не злись, невестка, — посмеиваясь, продолжил ржать Шан Цинхуа, параллельно уворачиваясь от ударов.

***

      После того как Шан Цинхуа сделал дела на своём пике и навестил сына с Шэнь Цинцю, он не хотел возвращаться во дворец к мужу. Он ещё не решил, что сказать и с чего начать серьезный разговор. Он не хочет вновь пасть жертвой демонического обаяния и отложить эту тему на потом. Поэтому, чтобы остудить голову, он направился на север к Мобей-цзюню.       После того как вскрылось то, что он супруг Тяньлан-цзюня, свою работу у Мобея он не бросил. Время от времени появлялся, выполнял все и так до следующего раза. Ему попросту было жалко отдавать в чужие руки то, что он так долго систематизировал. Да и Мобей-цзюнь после раскрытия правды начал как-то по-другому вести себя с человеком. Никаких побоев, лишь странные долгие взгляды со стороны.       — Мой король, я вернулся. Знаю, раньше, чем обычно, но сегодня у меня как раз появилась возможность заняться чем угодно, лишь бы не возвращаться, — Мобей-цзюнь встретил человека молчанием, но Шан Цинхуа привык к этому и посадив дочь перед собой и дав ей все, что нужно для рисования, сам принялся за работу. — Надеюсь, вы не против, что я с Синьяо?       — Нет, — отвечает Мобей-цзюнь, продолжая сверлить взглядом человека.       — Что-то не так? — спрашивает Цинхуа, устав от того, что за ним наблюдают.       — Цинхуа поругался с императором?       — Нет, то есть возможно. Не то что бы мы поругались, но в отношениях есть недосказанность. И вообще, все сложно. Да, мы поругались в какой-то мере, но в то же время я сам виноват. В общем, не важно…       — Если Цинхуа несчастен, я могу стать твоим вторым мужем, — совершенно серьёзно произносит демон.       — Что?!       — Должен признать, что император сильнее меня, но если Цинхуа захочет, то по демоническим законам все можно решить по-другому.       — Что?! Подожди, какие законы? Я о таком не писал… то есть не знал!       — Этот наглый Мобей, наверное, имеет в виду обряд кражи невесты, — звучит голос Тяньлан-цзюня, который решил появиться вовремя. — Кое-кому стоит напомнить о том, где чья собственность.       — Тяньлан, это не то, о чем ты подумал! — тут же поднимается Цинхуа, боясь, что эту ситуацию как в типичной дораме не так поймут.       — Папа, а у мамы будет второй муж! — добавляет масла в огонь Синьяо, от чего Шан Цинхуа готов плакать от такого предательства от дочери.       — Даже так, — смотря на мужа, задумался Тяньлан. — Может, нам завести ещё одного ребёнка, чтобы мой мышонок не смотрел на других мужчин, — приобнимая человека, произнес демон. — У нас может быть много детей.       — Я же говорю, все не так!       — Мой любимый муж, вновь уходит от меня с ребёнком, я просто беспокоюсь. Тебе точно больше не снятся твои пророчества? — спрашивает Тяньлан, и Шан Цинхуа замирает.       — Вот опять ты!       — Что-то не так, милый?       — Да ты…! Я…! Не важно… Пошли домой, — не решившись выговорить все, Шан Цинхуа вновь проглотил всё, что хотел бы сказать.       — Как скажешь, мышонок. А с тобой я ещё не закончил, — смотря на Мобея, проговорил император.

***

      Шан Цинхуа лениво жевал яблоко, смотря, как его муж и дочь весело проводят время. В последнее время его сильно гложет то, что люди называют бытовухой. Во время просмотра отчаянных домохозяек, он смеялся над этим, а теперь проникается глубинами этих проблем. Да, он и предположить не мог, что его когда-нибудь коснутся какие-то проблемы замужних людей. В планирование жизни он слишком сильно рассчитывал на апокалипсис. А в итоге просто умер.       После инцидента с Мобеем, поговорить с Тяньланом-цзюнем так и не удалось. Если раньше он избегал разговора, отвлекая и увиливая, то сейчас в открытую не хочет говорить. И это сильно раздражало лорда Аньдина. Напряженная нить между ними вдруг превратилась в канат, и человеку было страшно, во что это выйдет.       Цинхуа очень не хотел превращаться в стервозную мамашу после развода. Да и заставлять ребенка слушать ссоры и заставлять выбирать, с кем остаться, было бы не круто. В детстве он насмотрелся на это достаточно. Да и разводиться с императором демонов, явно посложнее, чем с обычным бухгалтером. Да и дочь он не отдаст, и его вряд ли отпустит. Еще и кровь демона усложняет процесс…       Шан Цинхуа поймал себя на мысли, что всерьез думает о разводе, и ему стало еще более не по себе. Он уже жалел, что его дурацкое любопытство привело его к тому, что его брак трещит по швам.       — Мама! — звучит голос Синьяо, и Шан Цинхуа отвлекся от своих мыслей.       — Да, мой маленький нефрит? — протягивая руки к дочери, чтобы посадить девочку на колени, Шан Цинхуа хотел выглядеть естественно, не заставляя ребенка волноваться.       — Мама, выглядит грустно. У тебя что-то болит?       — Нет-нет, глядя на мой милый, маленький нефрит, любые болезни отступают, — обняв дочь, Шан Цинхуа принялся щекотать ребенка, чтобы отвлечь его.       — Сяо-синь, давай не будем мешать маме, а пойдем подзаработаем с братишкой Чжучжи, — взяв ребенка с чужих колен, Тяньлан просто ушел с ней, оставляя Цинхуа в непонятках.       Цинхуа не понимал, что это было. Неужели проблема между ними настолько больше, что мужчина уже не желает и ребенка допускать к нему. Неужели боится, что он вновь сбежит? Даже наличие демонической крови внутри него уже не аргумент?       — Передай Тяньлану, что сегодня я ночую на Аньдине. Накопилось много неотложных дел, — сказав слуге передать послание, Цинхуа направился жаловаться Шэнь Цинцю.

***

      — Отец, все хорошо? — спрашивает Бинхэ, и Шан Цинхуа без понятия, как ему врать.       — Конечно, милый, все просто прекрасно, — улыбаясь, ответил лорд Аньдин, но Бинхэ на это лишь нахмурился.       — Ты мне врешь. Это все из-за этого демона. Ты снова из-за него грустный. Я ненавижу его.       — Нет-нет, Бинхэ, не говори так. Он же твой отец!       — Но ты из-за него грустный.       — На самом деле я просто волнуюсь о бесполезных вещах и накручиваю себя, — Бинхэ от слов отца какое-то время явно сомневался, но потом лишь вздохнул.       — Если он что-то тебе сделает, я…       — Ты меня защитишь, я знаю. Ты же мой главный герой, — погладив Бинхэ по голове, Шан Цинхуа в очередной раз удивлялся, кого же он вырастил. — Бинхэ, скажи честно, ты на меня не злишься за то, что я столько лет скрывал от тебя правду? Наверное, очень странно узнать в один день, что у тебя два отца, один из которых немного император демонов.       — Я совершенно не злюсь. Наверное, была причина делать это. В детстве ты всегда находил для меня время, читал сказки, которые сам же и писал для меня. Учил и воспитывал. Я до сих пор помню, каким ты был крутым, когда заступился за меня во время поступления. Так что ты лучший папа для меня. И если честно, во время обучения, я догадывался, о том, что являюсь демоном. Во сне явился демон снов и научил управлять своей демонической стороной. Я не говорил тебе, потому что был уверен, что наверное это запретная тема. Возможно, моя мама была демоном, а ты заклинатель, и об этом не стоит говорить. Я и подумать не мог, что им окажется тот демон.       — Так ты всё же встретил Мэнмо?!       — Да. Откуда тебе известно имя, я же не называл? — насторожился Бинхэ.       — Эм… как бы сказать… я… помнишь, я рассказывал о предсказании будущего?

***

      Тяньлан зашел в спальню тихо. Он всегда двигался как дикий зверь. Шан Цинхуа узнавал его лишь по шелесту одежды и мягким касаниям по плечу.       — Моя милая Сяо-синь заснула. О, как же очаровательно она спит, — первым заговорил Тяньлан.       — Ага.       — Мышонок, я же вижу, тебя что-то беспокоит, расскажи мне, я хочу разделить это с тобой, — мягко массируя пальцами ладони, демон уже точно знал, как расположить к себе мужа.       — Скажи честно, ты же злишься на меня за то, что я сделал. Как обманул, забрал Бинхэ, скрывал от него правду. Любой бы злился, и ты тоже, просто не говоришь об этом.       — Что за глупости, я же говорил, что не злюсь на тебя.       — Ты точно злишься! — выкрикнул Цинхуа.       — Мышонок, что с тобой? Если ты не скажешь, я не пойму.       — Да все потому, что ты явно не простил меня. Ты определенно злишься за все, что было. Хоть ты и говоришь, что это в прошлом, меня это беспокоит. Когда я хочу поговорить с тобой, ты уходишь от темы. Вечно напоминаешь мне о моем проступке. Да, я виноват, но давай решим это, хочешь — ударь меня, хочешь — накажи, оторви руку за все годы в заточении, но сделай хоть что-то, чтобы я не чувствовал себя виноватым. За то, что я сделал, нормальный человек не может просто простить и принять обратно. У нас уже появился второй ребенок, а каждый раз, когда ты шутишь о прошлом, мне кажется, что ты упрекаешь меня. Хотя я знаю, что это не так, но этот вопрос слишком быстро и легко закрылся, так не должно быть.       — Мышонок…       — А после той ситуации с Мобеем, мы снова так и не поговорили. Ты как будто в открытую стал избегать меня. Такое ощущение, что ты мне настолько недоверяешь, что даже Синьяо забрал из рук, лишь бы я не убежал с ней. Хотя во мне столько твоей крови, что твой навигатор по кровавому GPS найдет меня где угодно. Я даже начинал думать, что мне делать, если дело дойдет до развода.       — Стоп, остановись, милый, с чего ты взял это? Ты здесь, со мной, у нас появился еще один ребенок, я счастлив.       — Почему ты себя так странно ведешь? Не хочешь говорить, избегаешь?       — На самом деле я просто боюсь. Я беспокоюсь, что ты можешь подойти и объявить, что я тебе надоел. Может этот Мобей соблазнил тебя и ты уходишь к нему. Я так и не понял, почему ты ушел впервые, чего тебе не хватило, может я сделал что-то не так. Очевидно, дело не только в твоих пророчествах, так что теперь я не хочу отпускать тебя. Но если я буду сильно удерживать тебя, ты можешь вновь уйти, — Шан Цинхуа выслушал все внимательно, и осознал, что он определенно ужасный муж.       — Тяньлан, на самом деле, причина, по которой я ушел впервые, это только пророчество. Я забил себе голову этим бредом и все испортил. Но сейчас я не хочу и не собираюсь никуда уходить. Я должен попросить у тебя прощения. Из-за меня ты провел столько лет в заточении. Из-за меня у тебя плохие отношения с Бинхэ. Я принес тебе много проблем. Я просто ужасный муж.       — А я ужасный муж, раз позволил тебе думать, что я злюсь. Я действительно простил тебя, и я знаю, что тебе жаль, — обняв мужа, оба какое-то время молчали, наслаждаясь моментом. — И может, если ты все еще хочешь загладить вину, заведем третьего.       — Не порти момент.       — Может, хотя бы новую книгу?       — Я подумаю.       — А ещё может перестанешь обращаться так мило к тому Мобею и будешь называть меня "мой император"       — Тяньлан       —Понял, не сейчас. Кстати, милый, что такое навигатор и джи-пи-эс?       — Эм… как бы сказать… я… помнишь, у меня были видения…

***

      — А ну убрал руки от отца, — присаживаясь между родителями, Бинхэ выступил в роли своеобразной стены.       — Ну раз мне нельзя тут сидеть, сяду рядом с мастером Шэнь. Тем более он мне почти невеста, — лукаво улыбнувшись, Тяньлан-цзюнь сделал вид, что встает. Бинхэ тут же подскочил и сел рядом с Шэнь Цинцю, пока старший демон тихо смеясь, сел обратно.       — Ты обманул меня! — вспылил Бинхэ.       — Что поделать, если это так легко сделать. Да, Сяо-Синь, твой брат, такой глупый, — играясь с ребенком на коленях, Тяньлан дразнил сына.       — Тебя вообще сюда не звали, — злился Бинхэ, на что старший лишь посмеивался. — Не смей смеяться надо мной!       — Когда ты злишься, так на свою мамочку похож, очаровательно.       — Да ты..!       — Бинхэ, почему ты так злишься на своего отца? — спрашивает Шэнь Цинцю, устав слушать эту перепалку.       — Учитель, как я могу не злиться на него, если он изменил моему отцу.       — Что?! — воскликнули все хором.       — Ты мне изменял? — уточнил Шан Цинхуа.       — Мышонок, ты же знаешь, другие по сравнению с тобой меркнут в моих глазах.       — Бинхэ, с чего ты это взял, — устало вздыхая, спросил Шэнь Цинцю.       — Я же как-то появился!       — Ох.       — Бинхэ…       — У тебя же сестра есть…       — Хаха, сынок, открою тебе тайну, небесные демоны могут оплодотворить даже мужчину, — положив руку на плечо, как настоящий отец, раскрыл тайну тяньлан.       — Кого угодно… — пребывая в шоке, ло Бинхэ перевел взгляд на Шень Цинцю.       — Блять…       — Похоже у меня скоро будут внуки, — смирившись со всем, произнес Цинхуа.       — Сяо-синь, хочешь стать тетей? — забавляясь от ситуации, спросил у дочери Тяньлан.