Что если...

      Шан Цинхуа такого не писал, уж точно. Он много чего сомнительного использовал в целях разнообразить весенние игры Ло Бинхэ, но не это. Омегаверс был темой, которую он не решался использовать даже ради бонусной главы. Он даже не интересовался этим жанром и всё, что о нем знал, это пара странных фанфиков. Но тем не менее он попал в свою же новеллу с настройками под омегаверс, и мало того что в тело пушечного мяса, так ещё и омеги. Что может быть печальнее.       Но помимо прочих проблем, природа наградила его хорошим обонянием. В мире, где запах это часть человека, это первое, что узнают другие прежде чем начать общение, Шан Цинхуа не выносил запахи. Все казались ему ужасными, приторными, резкими, противными. Человек мог быть хорошим, но пах ужасно. И Шан Цинхуа с самого детства в своём же мире только страдал из-за своего обоняния. Благо хоть то, что он омега, не особо мешало ему. И пускай он не до конца разбирался во всех тонкостях, из своей прошлой жизни он что-то знал, и этого было достаточно.       Как ученик Пика Аньдин, Цинхуа много времени проводил среди людей. Другие ученики пестрили своими пубертатными запахами, которые не могли контролировать. А во время закупок и заданий приходилось контактировать со всякими торговцами, которые мало того, что плохо пахли, так ещё имели наглость похотливо смотреть на молодых учеников.       Шан Цинхуа приложил все усилия, чтобы избежать этих страданий: работал как проклятый, чтобы заслужить место главного ученика и вместе с этим отдельную комнату, где бы он мог поспать в одиночестве и с чистым воздухом; оптимизировал систему закупок, от чего свёл контакты с торговцами к минимуму, за что и получил одобрение главы Пика.       И каждый день он делал все, чтобы научиться жить в этом дурно пахнущем обществе. Но все изменилось в один момент. День, когда Цинхуа учуял самый прекрасный, головокружительный и манящий запах, был лучшим в его жизни. Ему, конечно, попадались люди, что неплохо пахли, но такого он ещё не встречал. Этот запах был каким-то особенным, до дрожи приятным, от чего больше не хотелось чувствовать ничего, кроме него. Но чем дольше Цинхуа стоял, тем дальше отдалялся этот аромат, и поэтому он просто побежал. Столько лет терпеть весь людской смрад, и так просто упустить идеальный аромат он не намерен.       Пробежав пару улиц, Шан Цинхуа тяжело дышал, но остановился в каком-то сомнительном месте. Следуя за ароматом, наслаждаясь каждой новой ноткой по мере приближения, он совершенно упустил, куда прибежал. Отбившийся от группы, слабый ученик омега, просто идеальная цель для всякого сомнительного контингента. Ему ещё надо нарисовать мишень на лбу, чтобы ещё более упростить задачу, хотя казалось, куда уж проще.       — Чёрт! Почему в этом мире нет перцовых баллончиков?! Мне необходимо создать это, — жаловался Цинхуа, следуя вдоль улицы, надеясь, что посреди дня его никто не ограбит, не убьёт и не изнасилует. А запах с каждым временем просто витал в воздухе, и не было понятно, где его хозяин. — Чертов запах! Я такой фигни не писал, зачем в моей новеле омегаверс?! Отвечай, недоделанный гугл переводчик!       — Кто это у нас тут? — Шан Цинхуа смотрел на землю и видел огромную тень того, кто внезапно появился позади него. Оглянувшись, он чуть не ударился лбом об чужую грудь, и ему пришлось задрать голову вверх, чтобы увидеть этого человека. — Так это от тебя исходит этот манящий запах! — произнёс незнакомец и наклонился к чужой макушке и вдохнул. — Ты пахнешь как хорошая книга!       — Кто вы? Не вежливо нюхать людей без их разрешения! — отскакивая от мужчины, Шан Цинхуа только с далека нормально разглядел его. И если бы у соблазна и безупречности был ребёнок, то этот мужчина был бы им. Цинхуа экстренно пытался вспомнить, кто это, ведь такой персонаж определенно необычный.       — Ты забавный. Не хочешь стать моей невестой? — вдруг предложил мужчина.       — Что?! Нет! Я даже не знаю, кто вы такой! — Шан Цинхуа сделал ещё несколько шагов назад на всякий случай.       — Ты же чувствуешь, что мы истинные, наши запахи идеально сочетаются, — отвечал мужчина, и Шан Цинхуа чувствовал, как в воздухе аромата в миг стало больше. Но при чем тут истинные, понять не мог, гороскопа в этом мире вроде не было.       — Мне нравится ваш запах, но я вас даже не знаю!       — Даже так? А ты смелее, чем кажешься. Значит, решено, будешь моей императрицей! — обхватив человека за талию, мужчина прижался лицом к чужой шее, и тут Цинхуа осознает. Единственный персонаж, который может быть горячее главного героя…       — Тяньлан-Цзюнь?!       — О, так ты обо мне наслышан? Так даже легче, — радостно произнес демон, и Шан Цинхуа в миг почувствовав, насколько глубоко он встрял и чем ему это грозит, тело подействовало быстрее разума.       Шан Цинхуа дернул ногой и попал коленкой между ног. Демоническое достоинство, очевидно, пострадало, от чего Тяньлан-Цзюнь вздрогнул и согнулся от боли. Цинхуа обескуражено смотрел на то, как император демонов упал на колени, не ожидая такой подлой атаки.       — Я… Я… Я случайно! Прошу, не убивайте меня! Я честно не хотел!       —С вами все хорошо? Может лед положить? Хотя откуда тут лед! В общем, простите и не держите зла, — протараторил Цинхуа и тут же убежал. Он ударил императора демонов между ног и теперь он умрет раньше, чем до него доберется Мобэй-Цзюнь.

***

      Жизнь Шан Цинхуа и так была не сахар, неудачи и прочие подводные камни судьбы были достаточны. Но он не мог без приключений. Ударив императора демонов между ног, он очевидно подписал себе смертный приговор. И каждый день он ждал, когда же за ним придут, но этого не происходило, от чего Цинхуа только изводил себя.       Поэтому в день, когда в нос ударил знакомый прекрасный запах и парень даже моргнуть не успел, как на него накинули какое-то огромное покрывало и явно закинули на плечо куда-то понесли. В какой-то мере он испытал облегчение, что больше не придется ждать расправы, но с другой стороны, вот она.       Когда же он почувствовал, что его поставили на землю, а затем стянули покрывало, Шан Цинхуа оказался в демоническом мире. Он поверить не мог, что Тяньлан-Цзюнь проник на Цанцюн и похитил его. Он явно собирался сделать с ним что-то ужасное, раз так заморочился.       — Прошу простить этого ничтожного, только не убивайте, я сделаю все, что угодно! — решив тут же вымаливать прощения, Шан Цинхуа действительно был готов на все, все равно по сюжету Тяньлан-Цзюнь скоро исчезнет.       — Всё?       — Да, только простите за ошибку!       — Тогда будь послушным, и после свадьбы я решу, какое будет наказание, — посадив Цинхуа к себе на колени, Тяньлан-Цзюнь с удовольствием вдыхал чужой аромат, пока человек был в ступоре.       — Свадьба?!       — Сам соблазнил, сам сделал предложение, а теперь делаешь вид, что не понимаешь. Чувствую себя использованным, — с торжеством наигрывая печаль, демон уже во всю лапал человека. Он был похож на огромного кота, который терся об хозяина.       — Но я не могу. Как же моя секта, обучение… меня будут искать! Я главный ученик Пика Аньдин, я не могу просто исчезнуть!       — Я следил за тобой несколько недель, твой пик не заслуживает тебя. А вот я оценю по достоинству.       — Все равно нельзя! Вы демон, я человек!       — Для меня это совершенно не имеет значения. Если кто-то будет против, я лично оторву ему голову. После нашей свадьбы и рождения наследника, никто не посмеет что-то сказать.       — Рождения наследника?       — Не сейчас. Для начала я хочу насладиться общением с тобой, а потом можно и ребенка завести, — на этих словах Шан Цинхуа чувствовал, что обязан уточнить, ибо не понимал в чем суть.       — Какого ребенка? У вас есть любимая? — Цинхуа думал, что все таки Су Сиянь же существует, может о ней речь? Тогда он не понимал, зачем в этом уравнении он? Или же это побочное действие жанра?       — Зачем мне другая, если есть ты.       — Но я мужчина.       — И омега тоже.       — Я знаю, но как я должен родить? — на этих словах демон наконец оторвался от обнимашек и смотрел на человека с удивлением.       — Разве ты не знаешь, что могут омеги?       — Ну… Немного… Конечно, знаю! — Шан Цинхуа знал действительно мало, но разве там может быть что-то такое важное?       — Ох, тогда мне стоит рассказать тебе обо всем, — снисходительно улыбнувшись, Тяньлан-Цзюнь не ожидал такого. — Я могу еще и показать, — Шан Цинхуа чувствовал, что не чем хорошим это не кончится.       — Имей в виду, первого ребенка будут звать Бинхэ!