Притяжение

      Первые две недели в этом городе Джунхану давались особенно сложно. Его не столь напрягали эти разговоры с Сынмином. Скорее сказать вслух, то о чём болит. А болело очень сильно. Джунхан не мог заставить себя произнести эти пугающее флешбеки, что постоянно мелькали в его голове. Утопия. Жить с этим почему-то давалось проще, чем высказатся или это был всего лишь просто страх, что если он произнесёт, болезненные отголоски прошлого — воспоминания сотрутся. От постоянной боли становишься слишком зависим.       — Если у тебя начнутся проблемы со сном, то ты в любой момент можешь остаться у меня поспать, — Сынмин прощался в дверях, показывая на свой дом в конце улицы,— и помни, мы не употребляем тут алкоголь! Если тебе станет плохо, вдруг, лучше приходи ко мне? Я не стану говорить, что не будет плохо, потому что сам понимаешь? Накрывает часто! Мы с тобой поговорим, обсудим. Возможно откроешься мне...Мне тоже сначала тоже не просто было делиться об о всём с чужим человеком. Да мне и с близким то это всё обсуждать сложно было... —рука Сынмина, так и хотела протянуться к плечу Джунхана и похлопать его, но он всячески сдерживал свой порыв, родившийся из ниоткуда за последние два года, —... завтра у нас с тобой по плану разговор на улице. Захвати плед. Ладно? Погода слишком хорошая будет судя по прогнозу, чтобы сидеть дом! —Сынмин улыбнулся, помахал рукой и исчез в глубине улицы.       —Джунхан?—голос из воспоминаний пробирается сквозь сон, —тебе тут не место! Твоей вины нет в моей смерти...       Холодная дрожь пробежала по спине Джунхана, он вцепился в одеяло и соскочил, сжимаясь в угол комнаты. Болезненные воспоминания нахлынули. Нахлынули обжигающе больно. От них он постоянно бежал, но они его настигли и так, реально. Ему раньше никогда не снилось подобное, о особенно то, от чего сердце сжималось, словно попало в плен колючей проволоки. Страх настолько одолел сознанием Джунхана, что он пытался привести себя в порядок с помощью вдохов и выдохов. Не получалось. Джунхан боится сжать глаза и посчитать до десяти. Боится закрыть и оказаться на той злосчастной крыше. В том моменте, когда жизнь оказалась перечеркнутой. Полностью.       —...даже если наши пути разойдутся, ты будешь счастлив.... —голос в голове пронзающие повторяет одно и тоже, загоняя в угол. Прикрытые тесно уши не помогают избавиться от голоса. От голоса, что раньше приносил тепло и трепет, сейчас же резал ножом по-живому.       Джунхан уже не помнит, как нашел в себе силы бежать, очнулся он только по дороге, встречный ветер вернул его в сознание. В один момент Джунхан оказался рядом с домом Сынмина, запыхавшийся, весь мокрый от прилива пота. Сынмин словно знал, что скоро Джунхана накроет болезненными кошмарами. Кто же знал,что именно этой ночью. Рука сжалась в кулак, и стала тарабанить по входной двери соседа. Секунды ожидания казались часами мучениями, а голова то и дело в опасности осматривала окрестности. Дверь открылась, на пороге стоял сонный Сынмин в синей пижаме и помятым лицом, на нём виднелись отпечатки скомканной ткани.       —Джунхан? —Сынмин резко округлил глаза, — что случилось?       А Джунхан, что бежал от голоса, толкнул Сынмина внутрь дома и захлопнул дверь за своей спиной. Словно это единственный вариант оказаться в безопасности и те зловещие воспоминания не смогут проникнут за чужую дверь. Джунхан огляделся по сторонам и влетел в грудь своего соседа-куратора, крепко сжал руки в кольце на его талии. Сынмин испуганно посмотрел в окно. Никого. Руки Сынмина дрогнули, опять. Желания дотронуться взяло верх. Он прижал Джунхана к себе, поглаживая по затылку одной рукой, а второй сжимал плечи. Он ждал. Ждал, когда Джунхан сможет успокоится и преодолеть приступ паники. И он вдруг поплыл. Поплыл от объятий Джунхана, это было настолько приятно. Слишком приятно. Приятно, так, что бросило в холодную дрожь. Человеческое внимание и чужие касания, что он раньше боялся, теперь доставили ему удовольствия. Сынмина пробило током, вызывая в глазах искры и помутнее.       Сынмин надеялся, что это всего лишь сон, но отревзляющая боль на теле дала ясно понять, это всё не сон. Спёртый воздух не позволял сделать частые вдохи. Глаза открывать было слишком страшно. Сынмин хотел чтобы это быстрей все закончилось. Пускай даже его погибелью. Сил со всем не осталось держаться, а голос уже давно был сорван от криков. Он не мог пошевелиться, знал, что его унизят опять, за любое малейшее движение. Оцепенение. Опустошение внутри и отвращение к самому себе подкралось практически вплотную, дыша в затылок. Сынмин пролежал долго не двигаясь, периодически погружаясь, то в отключку, то от бессилия в сон. Обычно зло настигало его часто. Очень часто. Но сегодня что-то пошло не так. Пугающая в тишине неизвестность. За всё это время, что он лежал неподвижно, никто не тронул его или даже не появился тот самый голос, что пугал до трясучки. Он заметил сквозь полуоткрытые глаза, как солнце сменилось на мрак и его это ещё больше испугало. Может его уже не стало? И даже мысли о его смерти его радовали. Значит всё закончилось?! Обессилено тело поплыло по волнам мрака и ярких бликов.       Джунхан обмяк в объятиях Сынмина, ноги дрогнули и потянули тело по инерции вниз. Голова кружилась в страшных флешбеках.Воспоминания приносящие не только боль, но и напоминания о самых замечательных днях в его жизни.Сынмин опустился на пол с Джунханом, пытался удобно уложить того к себе на грудь. Глаза Джунхана закатились и горло хрипло трепещало. Это было душераздирающий всхлип.       —Всё хорошо... я тут. Всё хорошо. Всё будет хорошо. Джунхан! — нос Сынмина уткнулся в лохматую макушку, крепче сжимая обмякшее тело в объятиях. Джунхан дрогнул в сжатых руках.       Сынмин приподнял парня и погрузив его на свои руки, переместил на диван в гостиной. Усаживая рядом с собой.Замер. Джунхан скатился вдоль его плеча и аккуратно разместился на коленях. Ему ни чего не оставалось, как только наглаживать волосы Джунхана. Взаимное успокоение.       —Всё хорошо! Я тут! Опасности нет!       Эти прикосновения к чужому человеку теперь казались не такими противными и пугающими. Это же Джунхан. Он не обидет. Всё в прошлом! В голове Сынмина проносится целый поток мыслей! Когда Сынмин вновь открыл глаза, шея и все тело ныло от неподвижной позы. Он моргнул глазами, обнаружив опять пугающую тишину и решил всё таки сменить положение, и оглядеться на свой страх и риск. Тело болезненно и неспеша сдвинулось. Замерев . Тишина. Лицо осторожно повернулось на другой бок, резающая боль овладела неподвижным телом. Картина, что открылась его глазам была настолько омерзительной, что Сынмин не смог сдержаться и его вывернуло наизнанку. Его нос был сломан, поэтому он не чувствовал запах, что окутал комнату. Рядом с ним лежало бледное с синем оттенком тело. Голова была повернута к Сынмину, глаза закатились, а рот скривился. Перед ним лежал труп человека. Человека, который над ним издевался все эти дни в плену. Сынмин отодвинулся от лужи, что вышла из него. От испуга голос, что полностью осип, пытался вырваться наружу. Это было настолько страшно, что Сынмин оцепенел от увиденного картины и попытался сползти с кровати хоть как-то. Подальше от этого ужаса.       Солнечные лучи разбудили сидевшего Сынмина. Он вытянул руки вверх и огляделся по сторонам. Рядом сидел Джунхан, весь бледный и смотрел в одну точку.       Сынмин уже смирился к своим обрывочными воспоминаниям прошлого. Раньше бы он мог забиться в угол, сжаться там и умолять чтобы это всё закончилось, но с годами чувство опасности притупилось.       —С тобой всё в порядке? Что случилось ? —Сынмин опустился на колени перед Джунханом, взял его за руки и ждал ответа. В этих глазах напротив он увидел пустоту.       Знакомую до боли пустоту…