я сломлен, хотя..

Воспоминания накатывали волнами.Они били в самое больное.В сердце.Окрашивая всё вокруг в тревожные, рваные и грязные тона. Грохот басов в клубе «Райские сумерки» раздражал с каждой секундой всё сильнее, как будто молотком бьют по вискам и хотят окончательно выбить последние здравые мысли из головы. Звяканье стаканов, смех, обрывки чужих фраз– всё это сливалось в одну кашу, от которой хотелось забиться в угол и зажать уши. Разноцветные неоновые пятна, вращаясь, резали глаза, превращая танцпол в безумный хаус, и от этого головокружения Нил Джостен чувствовал, как земля уходит из-под ног. Горький, удушливый пар от чьего-то кальяна, казалось, проникал прямо в лёгкие, заменяя собой кислород. Хотелось наплевать на всё. На гордость, на Лисов, на дурацкую шутку с Ники, с которой всё началось. Хотелось просто раствориться, исчезнуть из этого гудящего помещения, где каждый звук и свет были иголками, впивающимися под кожу. Но была цель – обиженный блондин, сидевший в VIP-зоне, в каких-то двадцати метрах от него. Нил пробирался через толпу, грубо расталкивая толпы людей локтями. Ему было абсолютно плевать. Где-то впереди сидел Эндрю. Так близко. Так невозможно далеко. Эндрю не двигался, лишь медленно подносил к губам стакан с виски, и в этом было что-то пугающе неправильное. Запретное . Нил сделал шаг вперёд, проталкиваясь сквозь толпу, и в этот момент мир остановился. Он увидел, как к Эндрю на колени, постепенно и не торопясь, буд-то играясь, опускается брюнетка в откровенном красном платье. А в следующую секунду Эндрю, его Эндрю, который никого к себе не подпускал, властно притянул её к себе за затылок и впился в её губы жестким, пьяным поцелуем. Будто специально. Будто показывал: «смотри, что ты наделал» Воздуха резко стало мало.В ушах зазвенело. Этот звон перекрыл даже биты громкой музыки, исходящей из динамиков.Нил отшатнулся назад, врезаясь в кого-то плечом. —Эх, смотри куда.. —Пошёл нахуй, – хрипло бросил он. Голова кружилась. Музыка теперь звучала как издевательство. Стоп. На коленях? Брюнетка?! Целует?! Мысль заметалась в голове, отказываясь складываться в единую картинку. Девушку. Он целует девушку. Не может быть. Это неправда. Мир, который только начал обретать краски, рухнул в одну секунду. Под ногами появилась пропасть, и Нил полетел в неё, даже не успев вскрикнуть. Он вырыл себе эту яму сам. Устроил этот цирк с Ники, разозлил Эндрю, довёл его, и вот итог. — Пиздец, — только и смог выдохнуть он охрипшим, сорванным после их недавней ссоры голосом. Это слово прозвучало как послядняя утерянная надежда. Надежда в то, что всё наладится. Они были предназначены тому, кого он называл своим домом. Тому человеку, которому он пообещал никогда не врать, никогда не предавать, и которого только что сам же толкнул в эту бездну. Вот так просто.

*...Несколькими часами ранее.

Комната Монстров была наполнена шумом. В углу у телевизора, Дэн и Эллисон о чём-то спорили с Рене. Мэтт, Сет, Кевин и Аарон рубились в Mortal Kombat, а крик «Добей его!» перекрывал даже визг девчонок. Один лишь Эндрю, как всегда, был отстранённым и спокойным в этом море шума. Он сидел на подоконнике и курил, выдыхая горький, слегка сладковатый аромат табака в приоткрытое окно. Не хватало только одного члена команды, для полной компании. Дверь распахнулась и Нил влетел в комнату, прижимая к груди контейнер шоколадного мороженого как ценнейший трофей. Жара на улице стояла невыносимая, а перспектива съесть это в одиночку была единственной мыслью за весь день, которая беспрерывно крутилась у него в голове. Его появление мгновенно привлекло внимание. Кевин отвлёкся от экрана и неодобрительно покачал головой, сахар перед тренировкой, был в его глазах плохой идеей. Аарон фыркнул и вернулся к игре. И только Ники Хеммик тут же оживился. Его глаза загорелись лукавым огнём и он расплылся в своей самой неотразимой улыбке. — Нииил!— пропел он, театрально откладывая джойстик и поднимаясь с пуфика с грацией кота.— Скажи, ты, случайно не огонь? Нил, уже успевший устроиться на своём месте и открыть крышку, замер с ложкой в руке. Он бросил быстрый взгляд в сторону Эндрю. Тот не шелохнулся, но Нил почувствовал, как изменилась атмосфера. Взгляд блондина, тяжёлый и немигающий, упёрся в Ники. Нил знал этот взгляд. Так смотрят на мишень перед тем, как метнуть нож. — А что? — осторожно спросил Нил, хотя ответ был очевиден. Это был очередной «гениальный» подкат Ники. Нил ,честно, до сих пор удивлялся тому, что Ники не боялся говорить такое при Эндрю, зная в каких они отношениях с Нилом. — Потому что когда ты зашёл, в комнате стало невыносимо жарко! — Закончил Ники и подмигнул. В обычной ситуации Нил бы просто проигнорировал его, как делал всегда. Или отмахнулся бы коротким «отвали, Хеммик». Но сегодня в нём что-то щёлкнуло. Напряжение после утренней тренеровке, никуда не делось. Оно требовало выхода. Ему захотелось игры.Жестокой и немного опасной. Ему захотелось посмотреть приревнует ли его Эндрю.Отреагирует ли он хоть как-то. Нил посмотрел прямо на Ники, и его губы тронула хищная ухмылка, которая напоминала больше оскал дикого зверя. — Ники, — его голос был обманчиво спокоен, — а ты, случайно не старушка, сидящая у подъезда? Ники опешил, ожидая чего угодно, но не ответа. — Э... нет? А почему ты спрашиваешь? — Потому что когда ты открываешь рот, становится так же тошно, как от обсуждения чужих сплетен на лавке в кругу пенсионеров. Один-один, Хеммик. По комнате прокатился смешок Мэтта. Но Ники был не из тех, кто сдаётся после первого удара. Наоборот, сопротивление его только развеселило и придовало уверенности. Он встал в драматичную позу, прижав руку к сердцу. — Нил, твоя жестокость разбивает мне сердце. Но я вижу, что за этой ледяной бронёй скрывается огненная душа. Ответь мне взаимностью, хотя бы раз. Один маленький поцелуй и я клянусь, оставлю тебя навсегда. Нил специально медленно отправил ложку мороженого в рот. Мороженое было холодным и сладким. Как раз то, что нужно, чтобы остудить разгорающийся внутри азарт. Или подбросить топлива в этот костёр? Взгляд Эндрю, обращённый теперь уже на него, стал почти прожигающим. Он давил, заставляя сердце биться чаще. Нил знал, что играет с огнём, но остановиться не мог. Это была такая же потребность в адреналине, как тогда, когда он пытался сбежать от отца и его людей, со своей матерью. — Хорошо, — внезапно легко согласился он.На мгновение все звуки в комнате стихли. Даже Аарон оторвал взгляд от экрана. — В знак признания твоей настойчивости, так уж и быть. Приходи сегодня в мою комнату, в 23:00. Буду ждать тебя, зайчик. Восторженный вопль Ники потонул в гробовой тишине. Кевин поперхнулся водой. Никто не смеялся. Нил пытаясь скрыть в себе веселье, облизнул ложку и откинувшись на спинку пуфика, поднял глаза на Эндрю. Блондин не двигался. Он всё так же смотрел на Нила, но в этом взгляде больше не было привычной ленивой скуки. Там разгоралась безмолвная, опасная буря, способная стереть всё на своём пути в порошок. — Эндрюю, — тихо позвал Нил, стараясь чтобы голос звучал ровно. Игра внезапно перестала быть весёлой. — Всё нормально? Вопрос повис в воздухе, не удостоившись ответа. Эндрю сделал последнюю, глубокую затяжку. Окурок вылетел в окно. Движения его были плавными, но Нил видел, как напряглась каждая мышца. Спрыгнув с подоконника Эндрю направился к выходу. Он прошёл мимо Нила, не удостоив его и секундным взглядом, но в этом молчаливом проходе было больше ярости, чем во всех словах, что он мог бы сказать. Хлопок двери прозвучал как выстрел. — Вот чёрт, Нил, — тихо проговорил Мэтт. — Что это сейчас было? Нил моргнул пытаясь понять, что он вообще наделал. Внутри всё дрожало. «Он просто устал, — уговаривал он себя, уставившись на закрытую дверь. Он не понял. Это же шутка. Это же был просто Ники». Но тревога внутри говорила об обратном. Эндрю всё прекрасно понял. И Нил перешёл черту. — Ничего, — ответил он, и голос предательски дрогнул. — Дай ему время остыть. Я позже схожу к нему и все налажу. Он сам почти в это верил. Он ошибался. Лёд в который он так любил играть, впервые дал трещину изнутри.