Случайная связь, которая свела судьбы

      Несколько дней спустя - Трой, фу! Место! – рявкаю на папиного пса, который слишком громко рычит мне на ухо.       Просыпаюсь от собственного голоса. Резко подскочив, бьюсь головой обо что-то, ойкаю и, хлопая глазами, осматриваюсь по сторонам. Осознаю, что я еще не дома, а трясусь в купе поезда. С верхней койки, об которую я, к слову, и ударился, доносится звучный громкий храп.       Поднимаюсь и, уперев руки в бока, некоторое время гипнотизирую взглядом спящего мужчину - альфу, средних лет. Это не Трой – не прогонишь прочь. Поэтому выхожу сам. По пути беру телефон и кидаю взгляд на омегу-женщину и парня лет шестнадцати, тоже омега – жена и сын «громкого пассажира». Спят без задних ног. Видимо, привыкли к «фону».       Выскальзываю в тамбур, становлюсь у окна, вглядываясь в непроглядную тьму. Задумчиво прокручиваю в руках смартфон. На часах далеко за полночь. Поздно. Все-таки не выдерживаю и набираю родной контакт.       На том конце провода звучит сонный, но взволнованный голос: - Техен~а, ты уже приехал? Я встречу! - Нет, подожди, пап, - смеюсь я. – В поезде еще. Просто соскучился. Как дела у вас там? - Нормально, замотались днем. С нами Тэмин сегодня, - делает паузу, а потом, спохватившись, поясняет. – Сын друга моего. Тот еще проказник, - жалуется, но с теплом в голосе. - А отец его? – бурчу недовольно.       Внутренне негодую. Хорош бизнесмен! Сбросил сына на посторонних людей и смылся куда-то. Папа что надо! - Чонгук в разъездах. По делам, - отстраненно отвечает. - Наверное, уже к утру будет.       Понятно, какие у него «дела» ночью. И почему мне кажется, что с совместным бизнесом не все так радужно будет? Рано папа обрадовался. Но я его понимаю. Он хватается за любую возможность, чтобы увеличить доход семьи.       Семьи, которая не так давно стала больше… До того, как папа «прогорел» в своем бизнесе. Но запросы моих новых родственников остались прежними.       Тяжело вздыхаю, когда слышу на фоне недовольный голос мачехи: - Намджун~а, кто там трезвонит так поздно? – звучит, как пенопластом по стеклу. – Меня и так мигрень весь день мучает. Еще и поспать не дают, - причитает, давит на жалость. – Хосоку в универ завтра рано вставать, - добавляет гордо.       Хосок – мой сводный брат, тоже омега, но с природным запахом кислого граната. У него приятный запах на любителя, гораздо лучше, чем у его матери. Хосок слишком избалованный для своих девятнадцати лет, но хотя бы не лицемерный. В отличие от… - Сэри, - осекает новую жену папа. - Ладно, пап, я тоже спать, - вру я, не желая ставить его перед выбором. – До встречи. - Я люблю тебя, Техен~а , - шепчет ласково. - И я тебя, - выдыхаю, когда связь обрывается.       Задумчиво вожу пальцами по потухшему дисплею, а потом прячу телефон в карман шортов. Хочу приподнять окно, которое никак не поддается. Прикладываю усилия - и морщусь от противного скрипа рамы.       Порыв ветра вторгается в тамбур. Освежает лицо, развевает мои волосы и забирается под просторную футболку.       Покрываюсь мурашками. Холодно. Вместо того, чтобы вернуться в купе, я полной грудью вдыхаю морской воздух. Влажный, соленый, липкий. Такой домашний, даже не сравнится с грязным городским.       Я скучал по дому. Но сейчас мне там не рады.       Поезд останавливается на станции. Я сразу узнаю это место. Даже в темноте вижу вдалеке мой любимый пляж у скалы. Днем с нее ныряют в море безумные, жаждущие острых ощущений туристы, но в такое время она пустует. Раньше я любил сидеть там в одиночестве, свесив ноги с выступа, и любоваться ночным морем.       Прикусываю нижнюю губу зубами и чувствую вкус вишневого бальзама, который наносил еще днем. Я непроизвольно делаю так, когда нервничаю. Дурная привычка, но отучиться уже не могу.       До дома ехать чуть более часа. Потом придется дергать папу, чтобы он меня встретил, выслушивать бурчание мачехи, что ее разбудили посреди ночи…       Или…       Срываюсь с места и мчусь в купе. Натягиваю джинсы, надеваю куртку поверх футболки, перекидываю через плечо небольшую сумку с деньгами и документами. Молюсь, чтобы поезд задержался на станции и позволил мне сбежать.       Хватаю чемодан. Тяжелый, зараза. Вроде брал только самое необходимое!       Несмотря на непосильную ношу, я ускоряю шаг. Вылетаю из поезда за несколько минут до его отбытия. Выдыхаю шумно. И с улыбкой смотрю вдаль.       Я немного побуду здесь, заряжусь положительной энергией, а утром – к папе! Домой!       Кое как волоку по земле неподъемный чемодан, чтобы сдать его в камеру хранения. Избавившись от непосильной ноши, выдыхаю с облегчением и прячу ключик в сумочку.       Запыхавшись, неторопливо бреду в сторону набережной. Она изменилась за те несколько лет, что я жил в мегаполисе. На некогда пустынной местности, как грибы после дождя, разрослись безвкусные ларьки и кафешки. На чем только не пытаются заработать ушлые бизнесмены. Наверное, так и нужно «крутиться», но я скучаю по нетронутому дикому пляжу, который был в моем детстве.       Прежде чем направиться к скале, захожу в одно из прибрежных заведений. Занимаю стул возле барной стойки, заказываю сок и пирожное. Не сразу замечаю, что на меня смотрят, как на идиота. Но желание клиента – закон.       Мельком оглядываюсь по сторонам: танцующие тела на площадке под открытым небом, пьяные альфы, откровенно одетые омеги… Кажется, вместо обычного кафе меня занесло в некое подобие ночного клуба. Логично, что в такое время суток только он и работает. - Хотите секс на пляже?       Давлюсь глотком сока и закашливаюсь. Сквозь выступившие слезы наблюдаю, как на соседний стул опускается альфа. Мускулистый, рослый. Белая футболка обтягивает рельефный торс, будто специально на размер меньше подобрана.       Незнакомец проводит рукой по своим блондинистым волосам, напоминая при этом модель из рекламы шампуня. Которую постоянно крутят по телевизору. - Коктейль, - уточняет своевременно и щелкает пальцами, подзывая бармена.       Оценивающе скользит по мне взглядом, заставляя поежиться, и улыбается во все тридцать два. Словно вот-вот достанет из кармана тюбик зубной пасты и предложит мне ее купить.       Странный тип. И явно не местный. - Нет, спасибо, - поворачиваюсь к барной стойке. – Ни первое, ни второе не хочу, - бубню себе под нос.       К моему счастью, двойного смысла незнакомец не понимает. Как и моего отказа.       Он придвигается ко мне, одну ладонь укладывает на край стола, а второй касается моего плеча. Оказываюсь зажат в кольце его рук. В нос ударяет противный какой-то сладковатый природный запах альфы. Как по мне, совсем не подходящий ему. Но как говорится, чем природа одарила, тому и радуйся. - Предлагаю провести ночь вместе, - блондин призывно играет бровями.       Так просто? Без «прелюдий»? Хотя, наверное, в подобных местах таким образом омег и «снимают на раз».                С другой стороны, вот он – тот самый первый встречный. Одна ночь без защиты – и расстанемся навсегда. Разве не идеально?       В очередной раз окидываю блондина взглядом. Изучаю…                Не вижу его в роли отца моего будущего ребенка, хоть убейте! Что он даст малышу? Волосы и зубы из рекламы? Меня даже от мысли об этом передергивает. А об его запахе и говорить нельзя.                Кажется, пора задуматься об ЭКО. Судя по всему, на случайную связь с незнакомцем я пойду только в том случае, если это окажется Джеймс Бонд с тремя высшими.                Отрицательно качаю головой, ввергая блондина в шок, и высвобождаюсь из липких объятий. Пользуясь искренним удивлением отвергнутого мачо, иду через танцпол к выходу.                Расслабленно выдыхаю, думая, что легко избавился от навязчивого мачо. Но вдруг меня хватают за локоть, прокручивают – и я вжимаюсь в крепкое альфье тело. Чувствую внутреннее отторжение. До тошноты. Мне противен и человек и его природное «я».                Блондин смотрит на меня сверху вниз со слащавой улыбкой. Секунда – и она сменяется кривой ухмылкой. - Мне никто никогда не отказывал, - выдает он свой главный аргумент. - Значит, я буду первым, - фыркаю ехидно ему в лицо. - Это я буду у тебя первым сегодня, - обдает дыханием мою шею. - В твоей постели, - несет какую-то чушь альфа у которого точно уже есть небольшое количество алкоголя в крови.                Когда раздавали мозги, этот красавчик стоял в очереди за волосами и зубами. - Припозднился немного, - прыскаю смехом. – Лет так на семь.                Веселье заканчивается, когда наглый блондин выводит меня из заведения, тащит за угол и грубо впечатывает в металлическую сваю. Пытаюсь вырваться из цепких лап, но не могу. Видимо, за силой и мышцами этот альфач тоже очередь занимал. - Отпусти, - начинаю паниковать. – Кричать буду! - О да, ты будешь кричать, детка, - тянет противным слащавым голосом.                Что за фразы и тон? Будто по порнороликам учился пикапу. Спасибо, хоть не по-немецки.                Набираю полные легкие воздуха, чтобы заорать, но блондин вдруг сам отшатывается от меня как от огня.                Недо-мачо кто-то хватает за шкирку, как щенка, и легким движением отбрасывает в сторону. «Рекламная модель» не сопротивляется, не дает отпор, а медленно оседает на песок.              Выставляет ладони перед собой в знак капитуляции. Куда же делся былой запал?                Неуверенно поднимаю взгляд на своего спасителя. В темноте видны лишь мощная фигура и смутные черты, но его энергетика окутывает и порабощает так же, как и его опьяняющий запах вискаря. Виски я пил только несколько раз в своей жизни и то с Чимином, мы обмывали мой красный диплом. - Брысь отсюда, - звучит тихо и спокойно, но с угрожающей сталью.                Блондин мгновенно подскакивает на ноги – и быстро исчезает, высекая пятками песок.                Понимаю его. Я и сам готов сбежать немедленно. Брысь – и как можно дальше. От мужчины, который меня защитил. - Или я помешал? – обращается он ко мне.                Подходит ближе, а я инстинктивно вжимаюсь спиной в стену, будто пытаясь просочиться сквозь нее. Мужчина останавливается, складывает руки в карманы. На огромный силуэт падает свет из клуба, и я невольно рассматриваю его.                Высокий, темноволосый, с небольшой бородкой. Одет в потертые джинсы и обычную черную футболку без принта, скрытую под спортивной курткой. Все так просто, небрежно, будто мужчина за хлебом вышел.                Я бы подумал, что местный житель, но акцент выдает его с головой. Значит, турист. Издалека. Отпуск закончится – и он уедет навсегда. Сохраняю эту мысль на подкорке сознания. Не знаю, зачем. Но вдруг пригодится. - Ч-что? – пищу, заикаясь. – Нет, наоборот! С-спасибо. - Посещая подобные заведения, вы должны понимать, что вас здесь ждет, - выдает поучительно грозный альфа.                «Зануда!» - выношу ему свой приговор, а сам вслушиваюсь в акцент. Напоминает языки какой-то западногерманской группы.                Интересно, откуда этот «пришелец»? - Я случайно, - оправдываюсь зачем-то перед незнакомцем. - Перепутал с кафе. - Вы не умеете лгать. Не пытайтесь даже, - говорит снисходительно, будто знает меня. Или повидал «таких» на своем веку целый вагон. Но он не прав. - Не умею, - соглашаюсь, а потом осознаю смысл его фразы. - Но я действительно не знал…                Обидно становится. Раздражаюсь и нервничаю. По привычке закусываю нижнюю губу зубами. Ловлю на себе тягучий мужской взгляд – и сразу же прекращаю сваю привычную манипуляцию. - Подвезти? – опасно, с хрипотцой.                Сесть с ним в машину. Остаться в замкнутом пространстве. Наедине с незнакомым альфой?                От одной лишь мысли об этом дыхание сбивается, по спине проносятся мурашки, устраивая бешеные гонки, а в солнечном сплетении вспыхивает пожар. Кажется я упускаю что-то очень важное.                Рассудок все же побеждает. - Нет! – отрицательно качаю головой, как болванчик. – Я еще погуляю, - выпаливаю первое, что в голову приходит.                Мужчина почему-то хмуро сводит брови к переносице. Окидывает меня оценивающим взглядом. Чувствую себя не то, чтобы обнаженным, а, скорее, прозрачным. Словно под рентгеном. - Всего доброго, - бросает он совсем не по-доброму и, развернувшись, быстро шагает по песку                Некоторое время смотрю ему вслед и ощущаю какое-то необъяснимое чувство дежавю. Провожаю мужчину взглядом вплоть до того момента, когда он достигает автомобильной площадки и садится во внедорожник мерседес черного цвета.                Удивленно округляю глаза. Да уж, первое впечатление обманчиво. Так и хочется проговорить голосом известной советской актрисы: «Наши люди в булочную на мерсе не ездят».                Прищуриваюсь, сканируя номер, и замечаю значок Евросоюза. Хоть в чем-то я не ошибся: иностранец.                Автомобиль резко трогается с места и мчится прочь, оставляя за собой лишь большой клубок пыли.                Запахиваю куртку, остро ощущая себя уязвимым. А еще возвращается давно знакомое мне чувство одиночества. Я даже не заметил, когда именно оно отступило на время. Скорее всего на это повлиял дурманящий запах альфы, который меня спас.