Madness for two

      Пак стоит на кухне, наполняя фужер апельсиновым соком и наблюдая за хаосом, который творится в этом доме каждый день. Иногда ему кажется, что его жизнь похожа на дешевый американский ситком: домработница бегает за отцом с дипломатом и термосом, наполненным кофе, Ванесса и Лиам вечно орут друг на друга из-за всякой хрени и любимая мачеха, которая разгуливает в шелковом халате с розовыми перьями.       Настоящая комедия, в которой Чимину иногда приходится принимать участие.       Отец женился почти сразу после смерти Сонми, матери Чимина. Прошло всего-то полтора года, и он привел эту рыжую дрянь в дом, втирая о великой любви… Но Чимин не понимал, как? Эта женщина полная противоположность матери. Он не удивился тому, что отец решил жениться, но его выбор поверг в шок. Наглая, меркантильная и безмозглая фифа — другого описания для неё Чимин пока не составил.       Эллен сразу решила вжиться в роль мамочки, ведь опыт у нее имеется, в первом браке она родила двоих демонов. Но с Чимином как-то не срослось, прием любящей матери не проканал.       Чимин на дух не переносит двуличных тварей.       Лиам и Ванесса — это сущий ад, который воспроизвела на свет Эллен Лодж. Стоило этим двоим только переступить порог дома, стало ясно — они не поладят. Несса вечно совала и сует свой нос не в свои дела и выходит чистой из воды. Мстительная, лживая и расчетливая сука. Ванесса всегда подставляет Чимина перед отцом, ведь в глазах Мин Хёка она сущий ангелочек с нимбом над головой.       Лиам — отдельная история, которую хочется вычеркнуть из своей жизни и никогда не вспоминать. Казалось бы, милая внешность: рыжеволосый парень с лицом, усыпанным веснушками, открытой белозубой улыбкой и ямочками, а по факту — дьявол во плоти. За этой «очаровательной улыбкой» скрывается сущее зло. Отец Чимина ещё и принял его в свою фирму General Motors личным помощником.       Чимин не может и не хочет больше о нем слышать. Его тошнит и буквально разрывает на части, когда Лиам проявляет излишнее внимание к его персоне. У них максимально натянутые отношения, и за каждым словом и действием этого парня всегда кроется что-то корыстное.       Чимин выходит из кухни, болтая сок в бокале, и натыкается на отца, который уже собирается на выход, прямо у двери. Всё внимание мужчины сосредоточена на экране телефона.       — Сынок. — он даже не поднимает взгляд. — Твой проект…       — Готов. — устало произносит Пак. — Уильям одобрил все и согласовал. Сегодня уже начнется косметическая работа над новыми моделями.       — Я когда-нибудь доживу до того дня, когда ты сам от и до будешь вести проекты? — удрученно произносит отец, забирая дипломат из рук домработницы. — Твоя работа заключается в том, чтобы…       — В том, чтобы создавать дизайн машины, заниматься ее стайлингом и только. — перебивает Чимин, мило улыбаясь Мин Хёку. — Не в этом ли был наш уговор? Я только рисую и создаю.       Пак не отвечает сыну, смотрит на наручные часы, берет стакан воды у домработницы и махом руки отпускает ее по делам. Он молчит, потому что Чимин прав. Они договорились, что тот будет заниматься лишь тем, чем ему хочется. Мин Хёк сначала очень даже охотно согласился, предполагая, что сможет перетянуть сына на свою сторону, но ничего не вышло.       — На кого я оставлю фирму, когда меня не станет? Вечно таскаешься в свой этот гараж, пропадаешь сутками, возвращаешься весь в масле, копоти. Ты наследник General Motors, а раскрашиваешь машинки за бесценок всему сброду Восточного Лос-Анджелеса.       — И тебе удачного дня.       Чимин и наследник General Motors в одном предложении.       Это настолько смешно слышать… По десятибалльной шкале это его интересует ровно на ноль. Пак не признает себя наследником, хоть в обществе все прекрасно понимают, что никто иной не займет должность генерального директора. Чимин не любит находиться в компании, но он не может отказать себе в удовольствие заниматься любимым делом. Он любит видеть машины в автосалонах с лично разработанными дизайнами. Но больше всего он любит, как правильно подметил отец, пропадать в своем убежище.       Чим проходит в гостиную в надежде хоть немного побыть наедине с собой. Присаживается на большой диван, обтянутый белой кожей, подтягивает плед ближе, укрывая нижнюю часть тела, и включает местное телевидение. На центральном канале транслируют произошедшее несколько дней назад. Ведущая стоит около дома Уилборна, вещая последние новости. Чимин заинтересованно прибавляет звук.       «Местные власти до сих пор не комментируют произошедшее, прокурор отказывается отвечать на вопросы. Кажется, события того вечера останутся загадкой. Неужели и меценат Уилборн стал жертвой тайной группы, которая крадет у богатых, а потом жертвует все деньги на благотворительность? Кто же эти рыцари? И кем является сам меценат Уилборн.?»       Ведущая продолжает вещание, на экране меняются картинки, снятые в тот самый вечер: разбросанные листовки, сожженная машина и чучело. Пак прикрывает глаза и улыбается, думая, что по-настоящему фееричный выдался вечер. Кто бы мог ожидать, что, пойдя на скучную светскую вечеринку, он увидит настоящее шоу.       — Слушаешь эту дичь?       Пак дергается от голоса, который потревожил его хрупкий покой, спина тут же покрывается неприятными мурашками, а в горле встает ком. Лиам огибает диван, запрыгивая на него. Чимин съеживается, двигаясь к краю, как можно дальше от этого дьявола.       — Если тебя послушать, то все, сказанное не тобой — дичь. — фыркает Чимин.       — Брось, куколка, тебе нравятся эти преступники? — смеется Лиам. — Может, у тебя и комната обвешана газетными вырезками о делах этой странной шайки?       — Катись к черту, Лиам. — выплевывает Чимин, поднимаясь с дивана и моля Господа, чтобы его ноги не запутались в этом чертовом пледе, но Лиам резко подается вперед, хватая его за руку.       — Что, малыш Чимин-и любит плохих парней?       Чимин не без сопротивления выдергивает руку и пятится назад, хватаясь за ноющее запястье. Пак ненавидит это липкое и мерзкое чувство после прикосновений Лиама. У него сразу включается инстинкт самосохранения. От Лоджа веет неприятным холодом, от которого хочется бежать чуть ли не на край света.       — Не смей трогать меня…       — Выпускаешь коготки, киса? — Лиам встает с дивана, медленно надвигаясь на Чимина и вынуждая того пятиться назад. — Я ведь могу и обломать твои коготочки.       — Помимо коготков у меня есть еще зубки. — усмехается Пак, пытаясь скрыть липкий страх. — Помни об этом. Стоит тебе всего лишь ослабить хватку, и я разорву твою шею с превеликим удовольствием. А теперь прошу свалить. — Чимин кладет ладонь на плечо Лиама, толкая от себя. — Если нечем заняться, можешь вздрочнуть на фотки Ванессы.       Сколько же усилий ему приходится приложить, чтобы покинуть гостиную с высоко поднятой головой. Он чувствует на себе провожающий и свербящий взгляд Лиама, поднимаясь по ступеням босыми ногами.       Стоит Чимину оказаться в безопасной зоне и запереть дверь своей комнаты, как он тут же оседает на пол. Зарывшись пальцами в светлые волосы, Чимин опускает голову, пытаясь восстановить дыхание. Он ненавидит то, как на него влияет Лодж, он ненавидит все, что связано с этой семейкой. С их появлением в доме изменилось все…       Резкая вибрация отрезвляет Пака, выводя из удушающей темноты, в которую он изредка загоняет сам себя. Телефон, лежащий на тумбе, раздражающе вибрирует. Чимину приходится встать и проверить, кто решил о себе напомнить. На экране смартфона высвечивается «Тэхён-и», трясущимися руками он берет телефон и отвечает на звонок.       — Привет, Чимин-а. — веселый голос становится спасением. — Долго же ты вспоминал, как пользоваться штукой под названием те-ле-фон. — по слогам произносит Тэ, издеваясь над другом.       — Пошел нахуй. — усмехается Чимин, падая на теплую и еще не заправленную постель. Он не любит, когда в его комнате с утра слоняется прислуга и находит порядок в его вещах и на его кровати.       — Это вместо привет? Довольно мило. — помимо голоса Кима на фоне слышится какой-то шум и крики.       — Ты где шляешься?       Потянувшись, Чимин перекатывается на живот, скрываясь в коконе из одеяла. Задернутые шторы в комнате создают полумрак, который утягивает его в тягучий сон. Присутствие Тэхёна успокаивает даже несмотря на то, что он всего лишь на телефоне.       — Работу работаю. — фыркает Ким, отвлекаясь от разговора. — Ты, блять, серьёзно спрашиваешь это у меня? Адриан, я просто прихожу сюда и создаю видимость того, что я тут босс, все вопросы выше. — Тэхён тяжело вздыхает, возвращая свое внимание к разговору. — Прости, они мне сегодня весь мозг выгрызли.       — Злой Тэтэ — плохой Тэтэ. — зевая, бурчит Чимин.       — Эй, златовласка, не спать. — возмущается Тэ. — Я по делу. Ты нужен сегодня мне, надо немного повозиться с моей девочкой. — воркуя, произносит Призрак.       — Я же недавно делал профилактику твоей машине, что опять?       — На днях заезд в городе. — негромко произносит Тэхён, чтобы его не услышали посторонние. — Хочу, чтобы все было идеально. Плюс, нужна твоя помощь одному человечку. — загадочно говорит он.       Гонки не редкость в Лос-Анджелесе. Местные стритрейсеры любят собираться компанией и устраивать тусовки, обгоняя друг друга на желание или энную сумму денег. Это их страсть — гонять по городу, маневрируя между машинами, играясь в кошки-мышки. Тэхён один из таких стритрейсеров, которые любят адреналин и получают азарт от езды.       Чимин не особо приветствует безбашенные гонки, хоть и сам иногда балуется, но для Тэхёна в них заключается жизнь. Когда он видит счастливую квадратную улыбку друга при пересечении финиша на трассе или же резво выполняющего дрифт на ночных улицах ЛА, Пак не может оставаться равнодушным. Для Призрака гонки равно жизнь.       — Ладно. — грустно говорит Чимин, понимая, что ему нужно вылезать из теплейшей постели. — Повожусь с твоей девочкой сегодня.       — Я тебя люблю, Чимин-а. — произносит Тэхён, понимая, что это растопит чувства его соулмейта. — Ты же знаешь, да.       — Катись к черту. Без меня ты бы уже давно загнулся.       — До вечера, цыпленочек. — раздается смачный чмок.       Пак неравнодушен к машинам как к технике, он любит изучать их начинку и совершенствовать, выводя на новый уровень. Эту любовь привил ему отец. Мин Хёк всегда рассказывал ему о машинах, которые создает, покупал дорогие игрушечные модели. Только вот он привил любовь к машинам, но никак не к фирме.       Никто не понимает, как Чимин хранит в себе две личности. Он бывает утонченным юношей, приковывающим миллионы взглядов к себе среди богатой шелухи. А вторая личность… Отвязанный автотюнер ака механик, который совершенствует машины для уличных гонок как изнутри, так и снаружи.       Чимин любит рисовать, талант передался ему от матери. Мама была несостоявшейся художницей, которая окончила колледж искусств в Сеуле и тут же вышла замуж. Сонми не просто рисовала, она творила волшебство кистями и красками, писала невероятные картины, которые по сей день украшают особняк семьи Пак, напоминая о том, какой она была невероятной.       Рисование на холстах Чимина изначально не привлекало, а вот придавать машинам иной вид стало не просто хобби, а настоящим призванием. Он любит делать все сам, аэрограф для него лучший друг, никто и никогда не уходит от Пака недовольным. Машина Тэ — его гордость и одна из лучших работ, прекрасный Fenyr Super Sport черного цвета. На этой крошке нет пестрых изображений, только четко выведенные линии, легкие блики. Но начинка этой мощной девочки приводит любого стритрейсера в восторг. Пак работает с ней с самой покупки. Несмотря на то, что сам автомобиль хорошего качества, он не подходит на все сто для уличной езды. Ему пришлось доработать двигатель, заменить стандартную коробку передач, на кулачковую, заняться подвеской. Когда отец говорит, что Чимин пропадает сутками в гараже, он не преувеличивает, так оно и есть. Swim — Chase Atlantic        Восточный Лос-Анджелес никогда не спит, даже наоборот… Район оживает глубокой ночью. Чимин выезжает в гараж как только стемнело, ему по душе ночь, которая позволяет скрыть дневную жизнь, давая полную свободу действий. Чимин не любит гонять, но, когда он остается один на полупустой трассе, не может себе отказать в удовольствии прибавить скорость и ощутить прилив адреналина. Сжимая руль, он чувствует приятное покалывание на кончиках пальцев. Внутри все стягивает от блаженной тяжести, опущенные окна впускают в салон свежий солоноватый воздух.       Черная матовая Chevrolet Camaro останавливается около складского помещения. Большие двери гаража исписаны граффити, мелкими надписями и небольшими рисунками, которые отражают личность хозяина и его образ жизни. Ворота автоматически открываются, Чимин въезжает в свою нору, которая является для него настоящим домом. Мастерская Чимина достаточно большая, на первом этаже помещается спокойно три машины, ворох людей и куча хлама. Пак заработал на это помещение своим трудом, ему не хотелось брать деньги у отца.       Весь Южный Централ и Восточный ЛА съезжались к нему на ремонт, тюнинг и стайлинг авто. Чимин не волшебник, не самый лучший механик в ЛА, но он любит свое дело и не представляет себя без этой рутины. Разрабатывать дизайн к авто, делать их индивидуальными, доводить до совершенства — это его жизнь.       С ним в гараже работает Рикки, тоже хороший механик. Они познакомились на одном из заездов Тэхёна. Пока Призрак гонял по ночному Лос-Анджелесу, Чимин ловко нашел компанию и узнал, что Рикки искал себе работу. «Звезды сошлись» — другого объяснения Пак не мог найти, потому что ему требовался именно механик именно в тот момент. Сейчас ноги Рикки торчат из-под машины, которая уже пол месяца находится в мастерской. Мустанг разбит в хлам после аварии, и они восстанавливают его почти с нуля, буквально собирая по частям. Сейчас машина проходит последние этапы, ее ждет покраска и прекрасный стайлинг.       Пак легонько стучит по капоту, приветствуя знакомого. Рикки тут же выкатывается из-под машины.       — Малыш Пак! — ослепительно улыбается Рикки. — Еще не готов?       Чимин закатывает глаза, улыбаясь парню в копоти и моторном масле. Уже два года Рикки не упускает возможности подкатить к Чимину. Стабильно, каждый день, когда Пак приезжает на работу, Рик спрашивает: «Еще не готов?» — это своего рода приглашение на свидание. Чимин безумно привлекает Рика, как внешне, так и внутренне, но сам Пак не готов к чему-то большему. Они пробовали, но все закончилось на флирте и поцелуях… Рикки замечательный, но, к сожалению, не его человек.       — Не в этот раз, дружок.       Рик знает ответ, он уже не обижается, его это не задевает, а даже наоборот дает некую надежду. Обычный вопрос стал традицией…       — У тебя сегодня работа? — уточняет Рик. — Потому что эта девочка будет готова только через пару дней.       — Призрак приедет, ему нужна моя консультация. — Чимин проходит к холодильнику, который стоит в углу, и достает воду. — Я пока поднимусь.       Второй этаж является убежищем Чимина, он остается там, когда задерживается в автомастерской и не хочет возвращаться домой. Второй этаж вмещает в себя две небольшие комнаты, ванную и комнату Пака. Бетонный пол устелен старым ковролином ярко-красного цвета, на кирпичных стенах висят нынешние и будущие проекты Чимина. В углу стоит стол, заваленный эскизами, на полу валяются скомканные листы, которые он вырывал в порыве злости, когда тот или иной эскиз не удавался. Чимин закрывает дверь, щелкает по выключателю лампы у стола и скидывает куртку.       Лампа освещает лишь часть комнаты мягким теплым светом, но комната не тонет во мраке. Сквозь панорамное окно проходит лунный свет, освещая потрепанную временем кровать, заваленную подушками и игрушками. Пак швыряет ключи на стул и падает в этот ворох игрушек, зарываясь в них лицом. Единственное место, где он чувствует себя как дома — это гараж. Тут нет писклявой Ванессы, надоедливого Лиама и ворчливого отца. Именно тут Пак может быть настоящим, не стесняясь самого себя.       Внизу слышится шум и звонкий голос Тэхёна. Стоит этому парню появиться где бы то ни было, становится очень шумно, людно и уютно. Тэхён приносит с собой много тепла и спокойствия. Пак продолжает лежать с закрытыми глазами, отсчитывая секунды до появления своего соулмейта. Он буквально ощущает действия Тэхёна. Чимин прекрасно знает, что тот сначала осмотрит свою машину, потом поздоровается с Рикки, обязательно спросит у него что-то типо «Ну что? Крепость все еще стоит?» и получит от механика лишь кивок, обязательно пройдет к холодильнику и достанет банку пива, отхлебнет пару глотков, после чего оставит его на столе тухнуть, и уже после всех этих манипуляции Призрак поднимется на второй этаж…       — Чимин-а-а-а-а! — Тэхён влетает в комнату с квадратной улыбкой на лице.       — М-м-м-м-м?       — Мой близнец в печали?       — Твой близнец осознал всю тягость жизни. — бурчит Чимин, повернувшись лицом к Тэ.       — Опять дом?       В голосе Призрака чувствуются нотки беспокойства, он придвигается ближе, обхватывая мизинец Чимина своим. Тэхён опускает взгляд на красную полоску, которая виднеется из-под футболки и улыбается воспоминаниям. Когда им было по пятнадцать, Тэ и Пак отправились в Нью-Йорк на концерт какой-то попсовой группы, и тогда им пришла безумная идея набить татуировки в память об этой поездке. Было настолько опрометчиво и глупо идти в первый попавшийся тату салон, но тогда они ни черта не понимали и просто шли на поводу у своих юношеских чувств. Они набили парные тату. Красная нить шла от шеи, опускалась вниз по руке и заканчивалась маленьким полуузлом на мизинчике, и, когда парни сплетали мизинцы, образовывался один большой узел с милым бантиком. Конечно, вернувшись домой, они оба получили от родителей за несанкционированную поездку и татуировку, но оно того стоило.       Татуировка — не просто какой-то бунтарский акт, в итоге она стала нечто большим в их жизни. Этим тату они связали свои жизни, обещая никогда не расставаться, быть друг другу опорой и поддержкой. Красная нить сплела их, образовала одну жизнь из двух. Больно или хорошо одному, второму тоже.       — Всё как обычно… — едва слышно произносит Чимин. — В том доме ничего не меняется. Все вопят, что-то требуют от меня, трогают меня…       — Кто тронул? — с нотками злости в голосе спрашивает Тэ. — Опять этот рыжий упырь? Сука, я его прикончу…       — Не трогал он меня. — перебивает Чимин, сжимая палец Тэхёна сильнее. — Все хорошо.       — Ты же знаешь, что можешь всегда ко мне обратиться. — Ким придвигается ближе, утыкается носом в макушку Пака. — Я знаю, что ты у меня очень смелый цыпленочек, но не нужно одному сражаться со своей чокнутой семейкой.       — Знаю. — бурчит Пак куда-то в шею друга. — Я знаю…       Длинные пальцы Тэ мягко перебирают светлые пряди Чимина, расслабляя его.       — Что там насчет машины?       — В конце недели заезд. — Ким садится на постель, хрустя суставами. — Я знаю, что ты буквально недавно шаманил над ней, но все же. Может, у тебя получится что-то улучшить?       На лице Кима сияет та самая квадратная улыбка, которая растапливает множество сердец. Он прекрасно знает, как она действует и что Чимин ему точно не откажет.       — Улучшить ему надо, ага… — бубнит Пак, сползая с постели. — Жопу макаки могу нарисовать на капоте…       — Я тебя тоже люблю, цыпленочек!       Когда Чимин спускается вниз, Рикки уже сидит на поддонах и пьет пиво, осматривая мустанг. Тем временем машина Тэ стоит около тачки Пака в гараже. Чимин обходит машину, легонько постукивая по корпусу и представляя в голове, как будет на этом звере смотреться эскиз, который они придумали с заказчиком.       — Что, Призрак, готовишься к заезду в новых гонках? — спрашивает Рикки.       — Именно!       — Слышал, ходят слухи о том, что эти заезды всего лишь отбор. Раз в неделю будут приходить сообщения лучшим стритрейсерам в ЛА с адресом начальной точки, финишной прямой и временем. Как только отбор закончится, и останутся лучшие из лучших, начнется гонка, на кону которой стоит не просто слава и уважение, а нечто большее. Никто не знает, кто это устраивает, но всем не терпится принять участие.       — Я думал, вы сами устраиваете эти заезды. Те, что в городе и на «Драконьей петле», нет? — уточняет Пак.       — Нет. Это не наши привычные заезды. — Тэхён облизывает губы, облокачиваясь о стену. — Это другой уровень. Он масштабнее… Если у меня получится пройти отбор и выдвинуться в десятку лучших, то победа у меня в кармане.       — А ты откуда это узнал?       — Парень, который оставил у нас тачку, сказал, что попал в аварию. Я чисто из любопытства решил узнать, что за авария такая, ну он мне все и выложил. — механик отхлебывает пивка. — Он участвовал в первом заезде, но какой-то чокнутый просто сбил его с трассы. Говорят, там правила меняются каждый заезд, но самое главное — пересечь финишную прямую.       — Не нравится мне это, звучит как самая опасная штука. Хрен с ним, что ты хочешь?       — Детка на механике, мне не нравится сцепление, кажется, оно слишком тугое. Когда я проезжаю в Даунтауне один участок с крутым поворотом, не успеваю войти в него. Обычно все сбавляют газ и входят в поворот на минимальной скорости, но из-за этого теряется много времени. Поэтому…       — Хочешь войти в него на высокой скорости? Ты совсем уже? — Рикки крутит пальцем у виска.       — Другого варианта нет. Пока я буду входить в поворот со скоростью 20 км/ч, какой-нибудь петух точно опередит меня.       — Кроме сцепления больше ничего? Не хочешь заняться стайлингом? Нарисуем каспера на капоте, будешь самым офигенным призраком в ЛА.       — Какой же ты шутник. — Тэ закатывает глаза. — Но ты прав, хочу кое-что другое. Когда-то ты в шутку упоминал, что мог бы мне поставить закись азота.       — Тэтэ, на то это была и шутка. Ты серьезно хочешь себе нитро? Твой Fenyr просто шикарен и без азота. Плюс, это слишком опасно, я никому еще не ставил эту систему и экспериментировать на тебе не хочу.       — Слушай, я понимаю, но доверяю тебе и твоим способностям. Также снимаю с тебя всю ответственность, если что-то пойдет не так, виноват буду я. Можем заверить у юриста.       — Ты придурок? Если что-то с тобой произойдет, я не вынесу этого, зная, что сам приложил к этому руку.       — Так, цыпленочек… — Тэхён подходит к другу, хватая того за плечи. — Выдохни, пожалуйста. Мне это важно, я хочу победить в этих чертовых гонках любой ценой, обещаю, что выслушаю все твои наставления и буду нитро пользоваться только в самом крайнем случае.       Чимин заглядывает в глаза друга, тут же жалея об этом. Тэхёну невозможно отказать…       — Ладно…       — Ты просто чудо. — Ким чмокает Пака в щеку.       Чимин принимается за работу, начиная со сцепления, оттягивая момент с работой над азотом. В голове Пака настоящий рой мыслей, ему не нравится эта затея, не нравится эта гонка, в которой Призрак решил участвовать. Обычные заезды были привычным делом, а тут надвигается нечто странное и непонятное.       Пока Тэ и Рикки обсуждали что-то, Чимин лезет за закисью азота. Он не так давно приобрел парочку наборов для пробы, но не думал устанавливать их в своем гараже. Сначала он хотел предложить идею отцу. Так бы тестирование машины уже со встроенным нитро прошло в более безопасных условиях. Пак хотел уменьшить риски и отдать это дело в руки людей с более квалифицированной подготовкой. Но, кажется, судьба распорядилась иначе. Чимин открывает багажник, примеряя размер баллонов, ему предстоит долгая и кропотливая работа.       — А ты долго еще? — вдруг появляется Тэхён.       — Почти закончил. — Чимин бросает на друга недоверчивый взгляд. — Ты куда-то торопишься?       — Нет, с чего ты взял?       — Какой-то ты взвинченный сегодня, в телефон постоянно втыкаешь, он у тебя вибрирует получше вибратора. — Пак быстро вытирает руки, захлопывая багажник. — Ты ничем не хочешь поделиться?       — Вообще не понимаю, о чем ты…       — Ну, например, тем, как ты на вечеринке Уилборна просто исчез, а перед этим плясал с каким-то парнем. Обычно ты, Ким Тэхён, на таких вечеринках прячешься ото всех.       Пак бросает беглый взгляд на друга, возвращаясь к своему делу. Он садится в машину и заводит мотор, проверяя все датчики, играя со сцеплением, чувствуя, что сейчас оно просто идеально.       — Обычный парень, вообще ничего особенного. Он просто пригласил меня, вот я решил не отказывать.       — Ага, обычный… Так, слушай меня внимательно, я установил два баллона в багажник. — строго начинает Чимин. — Вот кнопка, ты, конечно, можешь держать ее до полного опустошения бака, но я все же ре-ко-мен-ду-ю держать не больше пятнадцати секунд. — слово рекомендую Чимин специально говорит по слогам, пытаясь донести Тэхёну информацию.       — Понял. Теперь ты все?       — Бесишь меня. Куда ты так спешишь? — Чим вылезает из машины. — И вообще, ты упоминал сегодня какую-то консультацию, кому?       — Вот мы и подошли к теме, куда я спешу. В общем, ты прав, тот парень оказался моим знакомым. Мы познакомились на просторах интернета…       — В тиндере.       — На просторах интернета. — повторяет Тэ, не обращая внимание на высказывание друга. — И вот случайно пересеклись на тусовке богатеньких.       — Так, и? При чем тут консультация? Тебе что, лекцию о контрацепции прочитать?       — Придурок. — Тэхён закатывает глаза. — Он пригласил меня сегодня на встречу…       — Свидание. — поправляет его Чимин.       — На встречу! И я хочу, чтобы ты пошел со мной.       — Что? Зачем? — Чимин отодвигается от друга. — Вам никак не обойтись без третьего колеса?       — Нет, они просто с друзьями собираются в баре что-то праздновать, и он меня пригласил, сказав, что я могу взять с собой друга. А ты мой единственный лучший друг.       — Но я даже не знаю, кто они. Что я там буду делать?       — Как что? Поддерживать меня, я тоже там никого не знаю.       Пак поджимает губы в тонкую линию и тяжело вздыхает, запрокидывая голову к потолку. Будь у него машина времени, он бы отправился в прошлое и уговорил бы себя не заводить дружбу с этим маленьким кудрявым манипулятором.       — Господи, ты вьешь из меня веревки просто. Не понимаю, зачем я с тобой до сих пор дружу…

🌙🌙🌙

Paradise — Chase Atlantic       По десятибалльной шкале сожалений Чимин жалеет на все сто. Он не понимает, зачем соглашается на эту авантюру, в принципе как и каждый божий раз, когда Ким Тэхёну приходит что-то в голову. Пак смотрит через окно машины на бар под названием «Starry sky», он еще ни разу не был там, хоть и завсегдатай разных тусовок благодаря тому же Тэхёну. Ким паркует авто и быстро выскакивает на улицу, попутно клацая по экрану смартфона. Чимин выходит из машины чуть погодя, все еще ощущая, что сюда не стоило приходить. Он смотрит на себя в отражении стекла, делает глубокий вдох и выдох.       — Ты прекрасно выглядишь! — рядом появляется Тэхён, обнимая соула. — Не волнуйся.       Призрак прав, Чимин выглядит нереально. Черный лонгслив на маленьких пуговичках облегает подтянутое тело, массивные цепи украшают тонкую шею. Черные кожаные штаны удлиняют стройные ноги, а черные массивные ботинки от Prada хорошо дополняют образ.       — Да я не волнуюсь, просто не люблю находится в совсем незнакомых компаниях.       — Я уверен, что они все такие же душки, как Хосок. Идем?       Парни входят в бар, в голову сразу ударяет яркий запах алкоголя и сигарет, музыка бьет по ушам. Танцующих на танцполе тьма, даже несмотря на будний день, ровно столько же, сколько и пьющих. Пак поднимает глаза к потолку и ахает от удивления, название клуба оправдывает себя. Потолок похож на небо: на черном полотне россыпь звезд и переливы, похожие на северное сияние. Невероятно завораживающее зрелище. По правой стороне от танцпола установлена длинная барная стойка, подсвеченная множеством ламп и эмблемой заведения.       Клуб поделен на два этажа, верх состоит из сидячих мест и предназначается больше для просмотра нижнего этажа и приватных посиделок. Тэхён обхватывает пальчики Чимина и ведет сквозь толпу на второй этаж, там их встречают мягкие бархатные диванчики и более приглушенный свет. Тэ останавливается и обводит взглядом зал, выглядывая знакомое лицо, и стоит только ему заметить своего ухажера, как тут же срывается с места, оставляя Пака одного. Чимин оглядывается по сторонам, ловя на себе множество взглядов… Ну конечно. Они с Тэхёном слишком яркие персоны для молодежи, которая тусит здесь.       — Чтобы еще раз… — бубнит Чимин, двигаясь за другом. — Козлина.       — Приве-е-е-е-т! — Призрак обнимает брюнета. — Прости, мы чуть задержались.       — Ничего страшного, вы вовремя, у нас тоже есть один кадр, который еще не приехал. А ты Чимин? — парень, что до сих пор держит Тэ за талию, протягивает руку Чимину.       — Да. — Пак пожимает руку в ответ.       — Я — Хосок, но можешь называть меня Паук. Давайте представлю вам нашу компанию. — Хос указывает на присутствующих по очереди.       Чимин смотрит на сидящих людей и чувствует себя немного странно. Светские вечера он считает плевым делом, так как уже привык играть на публику, но тут ситуация другого характера. Люди ему незнакомы, плюс среди них тот, кто нравится Тэхёну, и не очень хочется играть.       — Девушка с прекрасными глазами — Ариана. — она мило улыбается и подмигивает Паку. — Рядом с ней сидит с недовольным лицом Юнги. — мятноволосый парень отсалютывает, не меняя выражения лица. — А этот грозный парень — Намджун.       Чимин бы точно поспорил, потому что парень по имени Намджун точно не выглядит грозным. На его лице сияет улыбка с невероятно привлекательными ямочками, вызывая желание улыбнуться в ответ. Компания Хосока выглядит очень разношерстной: Ариана с необычным карамельным оттенком глаз, а в русые волосы вплетены яркие оранжевые пряди, мятноволосый парень с угрюмым взглядом и улыбчивый Намджун. Всю эту интересную компашку дополняет Хосок с довольно-таки интересной кличкой. Чимина они точно заинтересовали…       — Ну, а это Тэхён и Чимин.       — Я тебя, кажется, видела. — обращается Ари к Паку. — В одном из глянцевых журнальчиков, ты модель?       — Упаси господи, нет. — Чим закатывает глаза.       — Он сын Пак Мин Хёка, директора фирмы General Motors. — уточняет Хосок.       Ребята тут же присвистывают, понимая, какая интересная компания сейчас собирается. Хосок тут же садится обратно на диван, потянув за собой Тэхёна, а Чимин присаживается на одно из кресел. Он смотрит на эту парочку счастливых и не понимает, когда все это произошло и почему Тэ даже не поделился. Эти двое выглядят так, словно общаются уже на протяжении длительного времени и знают друг о друге слишком много.       — Ты мне так и не рассказал, что празднуете? — спрашивает Тэхён.       — Одно важное дело, которое мы наконец-то закончили. — Хосок улыбается, заправляя непослушную прядь волос за ушко Тэ. — У нашего друга был грандиозный проект, и мы его завершили.       — Так, а этот друг, наверное, как раз опаздывает?       — Именно. — Паук машет рукой, подавая знак официантке, и девушка тут же ретируется за напитками. Кажется, они тут завсегдатаи.       — Значит, ты наследник компании? — уточняет Хосок у Пака. — Прости, просто интересно. — добавляет Паук, увидев эмоции на лице Чимина.       — По документам да. — уклончиво отвечает Чимин.       — Оу, а если говорить не о бумажках?       — Должность директора точно мне не подходит.       — С твоей внешностью по подиуму щеголять, да на обложках модных журналов красоваться. — высказывается Ари, за что получает тяжелый взгляд Юнги. — Ну что? Поспорите со мной, что он не красавчик?       — Да с тобой спорить — опасно для жизни. — раздается голос за спиной Чимина.       Пак разворачивается и видит перед собой высокого парня в черной футболке, поверх которой накинута оверсайз рубашка в клетку, свободных голубых джинсах и ботинках на тракторной подошве. Часть темных волос завязана в хвостик, из этой неидеальной прически выбиваются единичные пряди, выбритые виски, проколотая бровь, пирсинг на губе, тату, которое начинается на шее, пропадая за воротом футболки. Чимин смотрит на него и слышит голос матери в голове: «С такими парнями нельзя связываться, мой ангел».       С такими, как он, правда нельзя связываться.       Такие, как он, в школе издевались над Чимином.       Потом на первом курсе.       Таких, как этот незнакомец, Чимин обходит стороной.       — Ну я же права, Чонгук? — вновь подает голос Ри.       Чонгук смотрит на Чимина, слегка наклонив голову, словно изучает его. Темные глаза бегают по мягким чертам лица Пака, по хрупким плечам и тонким рукам. Гук делает несколько шагов, вынуждая Чимина задрать чуть голову, они не разрывают зрительного контакта. Чимину хочется отвести взгляд и не смотреть в столь черные, как ночь, глаза. Чонгук слегка наклоняется, опираясь рукой о спинку кресла Чимина, а вторую протягивает ему для рукопожатия. В нос бьет приятный и едва ощутимый запах свежести и мускуса. Пак смотрит в темные омуты, не понимая, откуда ему так знаком этот взгляд, он опускает глаза на протянутую руку, вглядываясь в интересные чернила. Странное чувство прокрадывается под кожу Чимина, в данную минуту это все кажется настолько правильным и таким знакомым, что на мгновение происходящее кажется ему безумием. Чимин вкладывает свою руку в руку некого Чонгука.       — Чон Чонгук.       — Пак Чимин.