Архонт Пустыни

Я проснулся от того, что Песочек мягко толкал меня золотистым потоком в бок — не больно, но настойчиво, словно напоминая, что пора вставать. Плечо и бок ныли тупой, но уже терпимой болью. Раны затянулись благодаря совместным усилиям Нахиды и Апепа, но тело ещё помнило каждую пулю и каждый удар. Впрочем, собственные силы тоже не стоит оставлять без внимания. Не будь их, я вряд ли бы отделался так легко. Я осторожно сел, опираясь спиной о прохладную стену грота. Копьё лежало рядом — вычищенное и поставленное вертикально. Кто-то позаботился. — Доброе утро, — раздался тихий голос. Нахида сидела неподалёку на небольшом камне, поджав ноги. В руках у неё была простая деревянная чаша с водой и какими-то травами. Глаза у неё были немного припухшие — видимо, почти не спала. Что удивительно, так как существу её уровня сон не должен быть так важен. Неужели плакала.? — Ты… всю ночь здесь? — хрипло спросил я, чувствуя укол вины. Она слегка покраснела и отвела взгляд. Видимо я попал в точку. Но почему? Вчера, она ясно видела, мне не требовался такой уход, и ночью со мной ничего бы не случилось. Так сильно переживает? Возможно. — Не всю. Апеп сказал, что будет следить за тобой, но… я всё равно вернулась под утро. Хотела убедиться, что температура не поднялась и кровь не пошла снова. Песочек радостно закружился вокруг неё, оставляя лёгкие золотистые следы на полу. Нахида улыбнулась ему и протянула руку — маленький дух сразу нырнул в ладонь, будто ища ласки. Я попытался встать. Все-таки даже меня, после заварушки с непонятной паразитической штукой, те стрелялки Фатуи немного подкосили. Ноги держали, но немного шатало. Нахида тут же вскочила и подхватила меня под локоть здоровой руки, словно я без этого развалюсь. Немного смущало такое её отношение ко мне, хоть и льстило. — Не торопись. Вчера ты потерял очень много крови. Даже для тебя это серьёзно, пока твои силы на нуле. Её голос был мягким, но в нём всё ещё сквозила вчерашняя тревога. Мы медленно вышли из главного грота в одну из боковых пещер, где было светлее — солнечные лучи пробивались сквозь узкие щели наверху. Апеп, судя по всему, решил не показываться. Только тяжёлое, ритмичное дыхание где-то в глубине говорило, что дракон здесь и всё слышит. — Я рассказала Апепу, что удалось узнать о том, почему Фатуи здесь. И новости, поверь мне, ужасающие. Один из Предвестников с ними, Дотторе, — тихо сказала Нахида, когда мы сели на выступ скалы. Она явно была взволнована этим, так как-то и дело теребила пальцами край платья. — Апеп, конечно, сам мало понимает, кто они такие, но грозящую опасность осознает, и он не в восторге. Я кивнул, глядя на свои руки. На ладонях ещё остались едва заметные тёмные разводы — следы вчерашнего боя, как напоминание, что я стал причиной интереса тех, кого не надо было сюда привлекать. — Они взяли образцы. Дотторе не из тех, кто просто так уйдёт. Теперь он будет охотиться целенаправленно. Нахида закусила губу. Её маленькие пальцы крепче сжали чашу, выражая крайнюю степень переживания. Я только вздохнул. Неприятности липли ко мне с удивительной настойчивостью. — И мы должны быть готовы. Я уже связалась с некоторыми хранителями знаний в Сумеру. Они усилят патрули вокруг пустыни, но… открыто выступать против Предвестника пока нельзя. Это спровоцирует Снежную. Она поставила чашу и осторожно положила ладонь мне на плечо — туда, где вчера была рана. Зелёное свечение мягко вспыхнуло, снимая возможные остатки боли. — А ты… как себя чувствуешь? И я не только про тело. Я помолчал. Вчерашние слова Апепа всё ещё звучали в ушах. «Алый Король остаётся Алым Королём». Да и вся эта ситуация… я был, как минимум, подавлен, что не хотелось признавать. Внутренняя гордость не позволила бы. — Честно? Злюсь на себя. Я знал, что робот — плохой знак, но всё равно пошёл дальше. Подставил всех вас. Нахида покачала головой. Её рука осталась на моём плече, лишь крепче сжимая. Её попытки поддержать вызвали во мне глупое желание улыбнуться, даже несмотря на скверное настроение. — Ты не подставил. Ты защищался. Но… — она на секунду замолчала, собираясь с мыслями, — я хочу, чтобы ты понял: теперь ты не должен решать всё в одиночку. Мы вместе. Я, Апеп, даже жители Пустыни — все готовы бороться. Она улыбнулась — той самой тёплой, чуть застенчивой улыбкой, от которой у меня в груди становилось странно тесно. Из глубины пещеры донёсся низкий, ворчливый голос Апепа, который явно решил, что пора вмешаться: — Хмф. Послушай её, человекобог. Хотя бы раз в жизни. Если снова полезешь на рожон и приведёшь сюда этого безумного учёного — я сам тебя придушу, чтобы не мучиться. Нахида тихо хихикнула, прикрыв рот ладошкой. Даже я не удержался от улыбки. — Понял, старый ящер, — ответил вслух, с прищуром посмотрев в сторону, откуда раздавался рычащий голос Апепа. — Постараюсь не устраивать резню хотя бы пару дней. — «Пару дней»… — саркастично протянул Апеп и снова затих. Благодаря этой маленькой пикировке мне удалось расслабиться. Ведь действительно, чего-то сильно непоправимого не случилось, чтобы так корить себя. Уж точно в этом месте мы не собирались оставаться навечно. Но даже так, я лишь на время расслабился. Нельзя забывать об опасности. Мы с Нахидой ещё долго сидели так. Она начала рассказывать о том, что происходит в Сумеру, о том, как некоторые учёные Академии уже начали осторожно интересоваться «странными золотистыми аномалиями» в песках. Я слушал, иногда вставляя свои мысли. Впервые за долгое время разговор не был о войне, о прошлом или о долге. Просто… о настоящем. Песочек устроился у нас на коленях, переливаясь мягким светом. Когда солнце поднялось выше, Нахида встала и отряхнула платье. — Сегодня я останусь здесь подольше. Помогу тебе с тренировкой — лёгкой! — чтобы мышцы не застыли. Я посмотрел на неё — маленькую, решительную, с лёгким румянцем на щеках — и почувствовал, как внутри что-то тёплое и давно забытое шевельнулось, словно стряхивая многовековой слой пыли. — Договорились. Она протянула мне руку, чтобы помочь встать. Я взял её ладонь — маленькую, но удивительно сильную. Где-то в глубине пещеры Апеп тяжело вздохнул, но на этот раз без раздражения. Пустыня снаружи всё ещё была опасной. Дотторе никуда не делся, Фатуи продолжали рыскать. Но сейчас… сейчас хотелось отбросить все переживания на время.

***

После лёгкой тренировки, которую Нахида всё-таки настояла провести (медленные движения копьём без резких выпадов, чтобы проверить мобильность суставов), я почувствовал, как беспокойство, приглушённое её присутствием, снова начало расти. Фатуи. Они были слишком близко. Логово Апепа, которое казалось таким надёжным укрытием, теперь выглядело скорее как ловушка. Нахида ушла ненадолго — нужно было проверить связь с хранителями в Сумеру. Я остался в главном гроте один. Песочек лениво кружил вокруг, поднимая мелкие золотистые вихри. — Апеп, — позвал я вслух, зная, что дракон всё равно слышит каждое слово. — Нам нужно поговорить. Из глубины пещеры раздался низкий, недовольный рокот, словно каменная лавина медленно сдвинулась с места. — Опять? — прогремел его голос у меня в голове. — Ты только вчера чуть не истёк кровью, заставил всех нервничать, а теперь снова не даешь старому дракону отдохнуть. Человекобог, у тебя вообще есть пределы? Я опёрся на копьё и посмотрел в темноту, где угадывались огромные силуэтные очертания. Как бы мне действительно стыдно не было, но обсудить этот вопрос стоит. Это понимал я, понимал и он, хоть и ворчал, как старый дед. — Фатуи слишком близко. Они, скорее всего, не остановятся. Если они продолжат рыскать по руинам, рано или поздно найдут тропы, ведущие сюда. А если найдут… Нахида приходит сюда почти каждый день. И ты здесь. Ты сам сказал — я могу привести их к твоему логову. Апеп молчал несколько долгих секунд. Только тяжёлое дыхание разносилось по пещере, поднимая пыль. — И что ты предлагаешь, о великий стратег? — в его тоне сквозила язвительность. — Хочешь, чтобы я улетел в другое измерение? Или, может, сам пойдёшь и сдашься этому безумному учёному в качестве материала для опытов? Я покачал головой. Ворчливый сарказм Апепа был защитой, а сам дракон явно переживал по этому поводу. — Есть одна деревня. Почти всё цивилизованное население Пустыни сейчас собралось там — Аару, укрытая среди каньонов. Там есть старые защитные формации, которые ещё можно активировать. Люди, стражи, даже несколько учёных из Сумеру, которые помогают с восстановлением. Если ты переберёшься туда… будет проще защищать всех сразу. И ты сможешь быть ближе к тому, что происходит в нашем крае. Согласись, это лучше, чем быть вечным отшельником. Из темноты раздался громкий, полный возмущения фырк. Лозы на стенах резко зашевелились, словно Апеп едва сдерживался, чтобы не хлестнуть ими по полу. — В деревню?! — прогремел дракон так, что мелкие камешки посыпались с потолка. — Я — Апеп, страж древних руин, последний из великих, должен ползти в какое-то скопище шатров и палаток, где люди будут глазеть на меня, как на цирковое чудовище?! Ты совсем лишился остатков разума после вчерашней потери крови?! Песочек испуганно юркнул мне за спину. — Не в шатры. Там есть старые подземные пещеры, соединённые с системой древних акведуков. Правда, давно заваленных, но я помогу это исправить. Ты сможешь устроиться там, почти не показываясь на глаза. Но главное — если Фатуи нападут, мы будем не в изоляции. Там люди, которые уже начали верить, что Пустыня возрождается. И Нахида сможет приходить открыто, без риска, что её заметят по дороге сюда. Апеп снова замолчал. На этот раз молчание было тяжёлым, задумчивым. Я чувствовал, как его древняя сила слегка колышется в воздухе — раздражённая, но… размышляющая. — Ты опять говоришь правильные слова, проклятье, — наконец проворчал он. Голос звучал так, будто каждое слово причиняло ему физическую боль. — Логово действительно больше не безопасно. Этот Дотторе… его запах уже витал когда-то давно в руинах. Если он приведёт сюда полноценный отряд с этими своими механизмами… даже я не смогу защититься. Он тяжело вздохнул, и по пещере пронёсся тёплый, пахнущий чем-то древним ветер. — Хорошо. Я соглашусь. Но только потому, что это действительно разумно, а не потому, что ты меня уговорил, человекобог, — В его тоне появилась привычная, обычная ворчливость. — И не думай, что я стану твоим ручным драконом. Я не буду выходить на поверхность, чтобы пугать детей и старух. Я останусь в тени. Если кто-то из твоих новых «подданных» решит сунуть нос куда не следует — я его сам закопаю в песок. Я невольно улыбнулся. — Никто не будет совать нос. Люди там… они уважают старые силы. Особенно после всего, что произошло. — Уважают… — скептически повторил Апеп. — Посмотрим. А ты, если опять полезешь в одиночку на рожон в ближайшее время — я лично оттащу тебя за шиворот обратно в пещеру, даже если придётся тащить через всю пустыню. Ты теперь обязан сопроводить меня в новое место для логова. Я фыркнул, как недавно это сделал и Апеп. Наглость ящера зашкаливала, но это не казалось чем-то оскорбляющим. Из бокового прохода послышались лёгкие шаги. Нахида вернулась как раз вовремя и замерла, услышав последние слова дракона. — Апеп… ты согласился? — в её голосе прозвучало удивление и радость. Почему-то она была не удивлена такому разговору. Хотя… Архонт Знаний же. — Не вмешивайся, Маленькая Повелительница, — буркнул дракон, но уже без прежнего раздражения. — Этот идиот хотя бы раз подумал о безопасности. Редкое событие. Нахида тихо рассмеялась и посмотрела на меня с теплотой. — Значит, начинаем готовиться к переезду? Я кивнул. — Да. Чем раньше, тем лучше. Апеп издал ещё один страдальческий вздох, полный драматического мученичества. — Великие времена… Древний дракон переезжает в деревню, как какой-то бродяжка. Ладно. Собирайтесь. Но если там будет шумно — я вернусь сюда и завалю вход камнями. С вами обоими внутри. Несмотря на слова, в его голосе уже не было настоящего сопротивления. Только усталое принятие неизбежного.