Архонт Пустыни

Рано утром, когда солнце только начинало подниматься над барханами, я решил снова выйти на прогулку. После разговора с Нахидой в голове крутилось слишком много мыслей, и движение помогало их упорядочить. На этот раз я не пошёл налегке — взял своё копьё, которое так и лежало в логове Апепа. Тяжёлое, знакомое до последней царапины древко приятно оттягивало руку и дарило внутреннее спокойствие. Пройдя по привычному маршруту, я заметил странную фигуру, припорошенную песком у подножия одного из барханов. Это был не древний механизм из забытых времён. Совсем другой — угловатый, с холодным металлическим блеском и остатками белых и чёрных маркировок. Фатуи. Сердце неприятно сжалось, и я насторожился. Чтобы успокоить себя, сначала спустился по длинной расселине, ведущей к логову Апепа, внимательно осматривая каждый камень и каждую тень. Никого. Только тот единственный робот. Но тревога не ушла. Для собственного спокойствия я решил дойти до руин обсерватории — проверить, не оставил ли я там что-то, что могло привлечь лишнее внимание. Когда я вошёл в знакомый зал, вокруг было тихо. Слишком тихо. И в этот момент грянул выстрел. Резкая боль пронзила левое плечо. Пуля прошла на вылет. Кровь брызнула на древний камень. Я зашипел, инстинктивно прижав руку к ране, а из-за колонн и обвалившихся стен уже выскакивали фигуры в знакомой форме. — Есть! Попали! — торжествующе заорал кто-то. — Берём его! Их было много. Слишком много. Два десятка, не меньше — полноценная засада. Бой вспыхнул мгновенно. Песочек взметнулся золотистой бурей, засыпая ближайших врагов, но Фатуи были готовы. Они стреляли, использовали ледяные щиты и механические усилители. Я крутил копьём, отбивая атаки, но плечо горело огнём, кровь текла по руке, делая хватку скользкой. Каждый удар отдавался острой болью. — Держать дистанцию! — кричал командир отряда. — Не подходить близко! Они пытались задавить числом. Один за другим лезли вперёд, пока Песочек занимался другими. Я пронзил копьём двоих, Песочек завалил ещё троих, но меня ранили в бок, потом кто-то успел ударить сзади по ноге. Я упал на одно колено, но тут же встал, рыча от ярости. Запретное знание внутри слегка шевельнулось, давая прилив холодной силы, словно чувствуя, что это необходимо для выживания. Это было удивительно, но думать об этом не было времени. Это был тяжёлый, грязный бой. Не грациозная битва того, кто мог называть себя богом, а отчаянная схватка раненого человека, которому помогал верный дух пустыни. Это было… познавательно. Но в конце концов мы победили. Последний Фатуи упал с разбитым механическим щитом, когда Песочек окончательно его погрёб. Тяжело дыша, я стоял посреди побоища. Трупы, кровь, сломанное оружие — всё смешалось с древним песком обсерватории. Я отвёл взгляд, чувствуя горечь. — Пойдём, Песочек… Нужно вернуться и предупредить Апепа. Эти твари теперь точно не отстанут. С помощью Песочка, который поддерживал меня золотистыми потоками, я как можно быстрее двинулся обратно к логову.

***

К вечеру того же дня в руины прибыл сам Дотторе. Отряд, оставшийся в живых после засады (а точнее — те, кто ждал в резерве), встречал его с заметным напряжением. Предвестник шёл медленно, осматривая место бойни с горящими от интереса глазами. Повсюду лежали трупы его подчинённых. Песок был пропитан кровью. Но больше всего внимание Дотторе привлекли странные пятна — кровь, которая не была обычного красного цвета. Она отливала тёмно-фиолетовым с золотистыми искрами, медленно впитываясь в песок. — О-о-о… — протянул Дотторе, присев на корточки и проведя пальцем по одной из лужиц. На его лице расцвела настоящая ухмылка маньяка-учёного. — Какая прелесть. Совершенно неизвестный след и след энергии. Не Анемо, не Гео в чистом виде… нечто иное. Он немедленно приказал собрать все возможные образцы: кровь, песок с остатками силы, обломки оружия, даже ткани с тел. Роботы и подчинённые работали молча, боясь даже дышать громко. Дотторе поднялся, отряхивая руки, и посмотрел на главного офицера лагеря, который стоял навытяжку, бледный как полотно. — Неплохо, — сказал Предвестник с лёгкой улыбкой. — Твои подчинённые додумались устроить облаву, даже несмотря на мой прямой приказ не приближаться. Молодцы. Инициатива — это то, чего так не хватает в наших рядах. Офицер нервно сглотнул. На самом деле он такого приказа не отдавал — младшие офицеры сами решили «подстраховаться». Но сказать это вслух он, конечно, не посмел. — Благодарю за высокую оценку, господин Предвестник, — хрипло ответил он, склонив голову. Дотторе лишь усмехнулся шире, глядя на фиолетово-золотистую кровь на своих пальцах. — Этот материал… он стоит того, чтобы задержаться в этой жалкой пустыне подольше. Очень стоит.

***

Обратный путь до логова Апепа дался мне тяжело. Каждый шаг отдавался острой болью в плече и боку. Кровь продолжала сочиться сквозь импровизированную повязку, которую я наспех сделал из куска своей накидки. Песочек поддерживал меня, как мог — мягкими золотистыми потоками подпирая спину и ноги, но даже он не мог полностью снять тяжесть или мгновенно перенести меня в безопасное место. Когда я наконец ввалился в главный грот, Апеп уже ждал. Огромный дракон приподнял голову, и его вертикальные зрачки мгновенно сузились при виде меня. — …Что ты опять натворил, человекобог? — прогремел его голос у меня в голове, полный раздражения и чего-то более глубокого. Я медленно опустился на колени у стены, опираясь на копьё. Кровь капала на каменный пол. — Фатуи… устроили засаду в руинах, — хрипло ответил, иногда жмурясь от пятен в глазах. — Много их было. Пришлось драться. Апеп молчал несколько долгих секунд, рассматривая мои раны, а потом его голос наполнился холодным гневом: — Я чувствую запах крови. Не только твоей. Ты оставил за собой целое побоище, верно? Мёртвых воинов Снежной посреди древних руин. Он тяжело выдохнул, отчего по пещере пронёсся ветер. В этом выдохе сквозило горькое разочарование, от чего я невольно вздрогнул. — Я зря надеялся, что Алый Король изменился. Тот, кто когда-то купался в крови своих врагов, кто строил империю на костях… Ты всё тот же. Стоило тебе почувствовать угрозу — и ты снова сеешь смерть. Неужели нельзя было просто уйти? Или хотя бы не устраивать резню? Я молчал, опустив голову. Кровь продолжала медленно стекать по руке и боку. Каждое слово Апепа било тяжело, но я не находил сил возразить. Он был прав. Хотя бы отчасти. — Я не искал боя… — тихо выдавил я. — Они сами… — Молчи, — оборвал дракон. — Ты мог привести их сюда. К моему логову. К Нахиде, которая сюда ходит. Голова начала кружиться. Зрение плыло. Я чувствовал, как силы быстро утекают вместе с кровью. Тело медленно клонилось вперёд. Апеп внезапно замолчал на полуслове. Лозы вокруг меня резко ожили, обвиваясь вокруг торса и рук. Я почувствовал, как в меня вливается его тяжёлая, древняя сила — грубая, но действенная. Раны начали медленно закрываться, хотя боль никуда не делась. — …Тупица, — проворчал дракон уже без прежнего гнева, скорее с раздражением. — Нахида уже в пути. Она оставила мне средство для экстренной связи на такой случай. Не спрашивай, что это. Сама объяснит, если захочет. Я едва слышал его. Всё, на чём я мог сосредоточиться — это не потерять сознание. Мир вокруг пульсировал, становясь то чётким, то размытым. Нахида появилась удивительно быстро — наверное, меньше чем через полчаса после того, как Апеп её вызвал. Она буквально влетела в пещеру, её белое платье с зелёными узорами слегка растрепалось от бега. — Дешрет! — в её голосе смешались ужас и решимость. Один взгляд — и она уже рядом, опускаясь на колени. Маленькие ладошки легли на мою раненую грудь и плечо. Чистая, живая энергия хлынула в меня, мягко вытесняя грубую силу Апепа. — Что произошло?! — спросила она, не отрывая рук, пока зелёное свечение окутывало мои раны. Апеп, который до этого поддерживал меня лозами, теперь резко убрал всю свою помощь, да так, что я вновь едва не упал. Он отвернул огромную голову в сторону и ответил коротко, почти сухо: — Спроси у него. Я уже сказал достаточно. Когда Нахида начала справляться сама, дракон медленно уполз глубже в тень пещеры. Уже почти скрывшись в темноте, он бросил через плечо: — Пусть сам расскажет тебе о своём провале, Маленькая Повелительница. Я не стану. И исчез в глубине логова. Нахида проводила его взглядом, потом снова посмотрела на меня. Её глаза были полны тревоги, но руки продолжали уверенно работать — залечивая раны, останавливая кровь, снимая боль. — Дешрет… — тихо произнесла она, — расскажи мне. Пожалуйста. Я прикрыл глаза, чувствуя, как её сила мягко вытесняет из меня слабость, и начал говорить. Голос звучал хрипло, но я старался ничего не упускать. Пока я рассказывал, Нахида слушала молча, только иногда хмурясь сильнее. Её маленькие пальцы ни на секунду не прекращали работать. Она продолжала залечивать мои раны, несмотря на кровавый рассказ. Её маленькие ладошки дрожали, когда зелёная энергия мягко пульсировала, закрывая пулевые отверстия и останавливая кровь. Я видел, как по её щекам то и дело пробегали тени настоящего страха. Её дыхание участилось. — Засада… — прошептала она, когда я дошел до выстрела. Её пальцы на мгновение сжались на моей раненой руке чуть сильнее, чем нужно. — Они специально ждали тебя? О, Архонты… Я так боялась, что это случится. В её голосе смешались страх, вина и глубокая тревога. — Почему ты не ушёл сразу, как только увидел робота?! — теперь в её тоне появился настоящий упрёк, но даже он звучал трогательно. Глаза наполнились слезами, и одна всё-таки скатилась по щеке. — Ты мог просто вернуться! Зачем ты пошёл туда один?! Я же просила быть осторожнее… Я так волновалась, когда Апеп позвал меня! Думала, что… что опоздаю… Она шмыгнула носом и быстро вытерла лицо тыльной стороной ладони, не переставая лечить. Зелёное свечение вокруг её рук стало ярче, почти отчаянным, словно она пыталась не только залечить тело, но и прогнать саму мысль о том, что я мог не вернуться. Мне стало еще паршивее. — Ты потерял столько крови… — её голос сорвался. — Если бы не Апеп… Если бы я пришла чуть позже… Дешрет, ты же знаешь, как я… как все мы за тебя переживаем. Пустыня только начала оживать, а ты снова бросаешься в опасность, как будто тебе всё равно на свою жизнь! Я виновато опустил взгляд. — Прости, Нахида. Я думал, что справлюсь тихо… — «Тихо»?! — она посмотрела на меня с таким искренним отчаянием, что у меня сжалось сердце. Щёки её покраснели от волнения, а в глазах теперь была не только тревога, но и тёплая, почти болезненная забота. — Ты не один больше! Я здесь. Я готова помогать тебе каждый день, но ты продолжаешь вести себя так, будто всё ещё тот одинокий парень, который должен нести весь мир на своих плечах… Нахида замолчала, сосредоточившись на самой глубокой ране. Её губы дрожали. — Я очень испугалась, — тихо призналась она после долгой паузы. — Когда Апеп связался со мной, у меня руки тряслись всю дорогу сюда. Я представляла самое худшее… Не делай так больше. Пожалуйста. Я… я не выдержу, если с тобой что-то случится. Я слабо улыбнулся, несмотря на боль и усталость. Такая забота удивляла и приятно грела, тем сильнее я чувствовал вину. Действительно, я отвечаю не только за себя. Почему я об этом иногда так не вовремя забываю? Словно… словно по привычке. Между тем, я с тяжестью на сердце ответил: — Не собираюсь умирать, маленькая госпожа. Теперь буду осторожнее. Обещаю. Нахида наконец убрала руки. Раны были закрыты, но она всё ещё смотрела на меня так, будто боялась, что я исчезну. Потом, не удержавшись, она вдруг придвинулась ближе и осторожно обняла меня за здоровое плечо — очень легко, почти невесомо, словно боялась сделать больно. Я почувствовал, как она слегка дрожит. — Ты должен жить, Дешрет, — прошептала она мне в плечо. — Не только ради Пустыни… но и ради тех, кто уже начал в тебя верить. И… ради меня тоже. Она отстранилась, смущённо покраснев до самых ушей, но в глазах уже светилось облегчение. Песочек тихо шелестел у наших ног, словно тоже успокаивая девушку. В этот момент из глубины пещеры раздался низкий, вибрирующий звук — нечто среднее между тяжёлым вздохом и раздражённым фырканьем. Апеп. — Хмф… — его голос прогремел прямо у нас в головах, полный привычного сарказма. — Как трогательно. Маленькая госпожа чуть не плачет над этим идиотом, а он ещё и обещает «быть осторожнее». Сколько раз я уже слышал подобные обещания от королей и героев за свою долгую жизнь? Я повернул голову в сторону, откуда доносился голос дракона. Апеп не вышел из тени, но я чувствовал его тяжёлый, пристальный взгляд. — Ты слишком мягка с ним, Нахида, — продолжал Апеп, и в его тоне сквозило лёгкое недовольство, смешанное с чем-то почти… отеческим. — Этот человекобог умеет красиво говорить, особенно когда его только что едва не прикончили. А через пару дней снова полезет в пески и устроит новую резню, потому что «так надо». Нахида слегка покраснела и выпрямилась, всё ещё сидя рядом со мной. — Апеп… — тихо начала она, но дракон прервал её, фыркнув громче: — Не защищай его. Я слышал весь ваш разговор. Ты дрожишь от страха за него, а он сидит и улыбается, словно это мелкая царапина. — Голос Апепа стал чуть ниже, с заметной усталостью. — Я уже начал надеяться, что после всего пережитого в нём хоть что-то изменилось. Но нет. Стоило появиться угрозе — и он снова взялся за копьё. Алый Король остаётся Алым Королём… Он замолчал на несколько секунд. Лозы вокруг меня снова шевельнулись, словно дракон хочет их обвить вокруг нас. — …И всё же, — добавил Апеп уже тише, почти неохотно, — хорошо, что ты пришла так быстро, Архонт. Если бы этот болван истёк кровью у меня в пещере, мне пришлось бы потом вычищать весь пол от его королевской жижи, по недоразумению называющейся кровью. Несмотря на грубые слова, в его голосе не было больше настоящей злости. Скорее — привычное ворчание старого дракона, который уже смирился, что теперь в его логове живёт проблемный постоялец. Причем настолько проблемный, что он не отстает и спустя века. Нахида тихонько улыбнулась, вытирая остатки слёз. — Спасибо, что позвал меня, Апеп. И… что помог ему. Даже так. — Не благодари, — буркнул дракон и окончательно отвернулся, сворачиваясь глубже в тени. — Просто постарайся вбить в его упрямую голову хоть немного осторожности. А то в следующий раз я могу и не помочь ему. Я слабо усмехнулся, глядя в темноту, где скрывался огромный силуэт. — Я услышал, Апеп. Спасибо и тебе тоже. В ответ раздалось только недовольное фырканье, после чего дракон полностью затих, оставив нас с Нахидой «наедине».