Гений перевоплощений

Голубой шелк соперничал с белой парчой, украшенной серебристыми нитями, в игре света и замысловатостью фасона. Глубокие складки дарили удивительные цветовые переливы, а перламутровые пуговицы придавали форме законченность. Портнихи отошли от графини и притихли любуясь своей работой. На миловидном лице Николь заиграла улыбка. Видимо ей самой нравилось то, что она видела в зеркале. Конечно, ее точеную фигуру сложно чем испортить, но так обезоруживающе подчеркнуть все ее достоинства, сохранить хрупкий баланс между вычурностью и элегантностью мог только мастер своего дела. И Мери не обманула. Прическа и макияж — выше всяких похвал. — Я им там всем покажу! — решил Тинки, задрав подбородок повыше. Что и кому он собрался показывать, это было несущественно. В предвкушении бала он прохаживался по своей комнате в туфельках в цвет платью. Модистки получили вознаграждение и, кланяясь, удалились. Без стука в комнату вторглась мать графини. — Николь, дорогая, сколько можно собираться? Мы с Бриусом уже заждались. — с укором в голосе произнесла почтенная женщина, кутаясь в ажурную шаль. — Я уже готова. Можно идти. — улыбнулась ей графиня и окутывая ароматами сирени и еще чего-то не запоминающегося, проплыла к выходу бело-бирюзовой королевой. — Моя дочь, просто красавица. — вздохнула, глядя ей вслед матушка и засеменила к ожидавшей их карете. Внизу дам поджидал граф Бриус. Этого грузного увальня ни один фрак еще не превратил в прекрасного принца. Увидев жену, граф расплылся в своей идиотской улыбке. — Николь, радость моя, ты просто… Ты просто великолепна! — путался в словах Бриус, не в силах передать свои эмоции. — О, милый, ты мне льстишь. — пропел Тинки одну из хорошо выученных по случаю фраз и жеманно подал руку для поцелуя. Когда губы супруга коснулись тонких пальцев мадам, разведчик вспомнил где эти губы блуждали ранее и покраснел. — Не думать об этом, не думать, не думать. — сам себе приказывал солдат. Но граф как назло слишком близко наклонялся, слишком по-хозяйски прикасался, помогая сесть в карету, слишком жарко дышал, глядя ей в лицо, что не думать не получалось. Карета тронулась. Сидящая рядом с Николь мать заговорила про погоду, выглядывая в мутное оконце сквозь подрагивающую шторку. Носок сапога графа, сидящего напротив, будто бы случайно коснулся узкой туфли графини. Николь, поглядывая на своего супруга, нервно заерзала на месте, радуясь что с ними в карете матушка. Уж слишком прожигающим был его взгляд. Мать Николь видя, что погода никого в карете не интересует, раскрыла веер и начала ныть как ей душно, разнося волнами запах пудры и каких-то лекарств. Вскоре, под недовольное ворчание матери, что подвывала на каждой кочке, они прибыли в красивый особняк герцога Манфреда, который давал этот бал. Если честно, Тинки об этом герцоге не знал ничего, кроме того что он богат, и был каким-то родственником самому королю. В военных распрях вассалов он не участвовал, не собираясь опускаться до грызни ради ничтожной для него выгоды. Герцога больше интересовали политические интриги, которые никаким образом не касались солдата. Покинув карету, Тинки удивлялся масштабности происходящего. Беломраморная лестница, подсвеченная многочисленными фонарями, приглашающе поднималась к огромным резным дверям величественного дворца. Суетливые слуги спешно отгоняли опустевшие кареты гостей, чтобы предоставить место для новоприбывших. Члены элиты в ослепительных нарядах медленно поднимались по ступеням, задерживаясь лишь для того, чтобы тепло поприветствовать своих хороших друзей. Граф Бриус, облепленный с обоих сторон своими спутницами, только и успевал дарить поклоны проходя мимо знакомых. Николь больше закрывала глаза, чем кивала. Мол, я я вас увидела, моргнула и достаточно. Тинки вообще был не совсем уверен знакомы ли те, с кем он обменивается приветствием, с графиней Николь. Так чего вообще лишние телодвижения делать? Только прическу портить. Огромный зал, куда они вошли, просто поражал своей монументальностью. Высокородные могли свободно в нем перемещаться никого не задевая, даже с таким количеством гостей. Ажурные люстры дарили теплый свет, а с балконов зала лилась приятная музыка. Солдату определенно нравилось окружение. Возможно, это единственный бал в его жизни, а поэтому не стоит попусту тратить время. Он расправили плечи, поднял подбородок и поплыл по залу самой изящной походкой, на какую был способен. Зря что ли он потел, репетировал перед Мери? Возле одной дамы в бардовом платье было заметное оживление. — Надо подойти, поприветствовать. Это же герцогиня Манфред! — зашептала матушка, направляя графа прямо на эту даму. Герцогиня только что обменялась любезностями с кем-то из гостей и обратила свой взор на подошедших. — граф Бриус. — звонким голоском произнесла хозяйка бала, подавая для поцелуя белоснежную маленькую ручку с огромным бордовым камнем на перстне, в цвет платья. — Рада, что вы оставили свои ратные дела ради бала. — Как я мог пренебречь вашим приглашением, прекрасная герцогиня. — еще ниже, чем для поцелуя склонился граф Бриус в поклоне. — Какое счастье что и вы здесь. — кивнула герцогиня матушке. — Герцогиня, вы даете самые грандиозные балы! Как можно такое пропустить? — церемониально поклонилась мать графини. — Графиня, вы просто королева бала. — поприветствовала герцогиня, оценив горделивую осанку Николь. — Герцогиня! Вы очень прозорливы. — кивнула графиня в своей обычной манере, больше взмахивая ресницами, чем опуская подбородок. И вернувшись к мужу взяла его под руку, чтобы продолжить прогулку по залу. — Николь! Это бестактно. — ошарашенно зашептала матушка, глазами демонстрируя дикое возмущение. — Почему, матушка? Меня так назвала сама герцогиня Манфред. Или кто-то смеет ей возразить? — бодро ответила ей Николь и пошарила глазами вокруг в поисках протестующих. Но желающих возразить не нашлось. Кто-то прятал глаза, кто-то делал вид что ничего не слышал и его это не касается. — Пойдем, дорогой. — дернула за локоть она замершего на месте мужа и они удалились. Герцогиня в этот момент приветствовала новых гостей и если и слышала это, то виду не подала. — Николь, дорогая, герцогиня делает комплименты не для того, чтобы с ними соглашались. — шипела матушка, кривя губы.- Все называют именно герцогиню Манфред королевой всех балов и это она от тебя хотела услышать! — Вот пусть об этом и говорит напрямую. Я не собираюсь разгребать бардак в ее голове. — фыркнула графиня. — Вон ваша подруга у колонны, лучше подойдите ее поприветствуйте. На самом деле, недалеко стояла та чопорная мадам с незапоминающимся именем. С крупными розами в волосах и тяжелыми жемчужными нитями на шее. Если учесть ее тщедушное тело, казалось, стоило ей отлепиться от колонны, она тут же осядет под грузом тяжелого бархатного платья и внушительными украшениями. Но нет, устояла. Даже подошла к матушке протянув свои сухонькие ручки. — Ты и в самом деле выглядишь прекрасно, как никогда. — пожирал жену глазами, словно видел впервые граф Бриус. Николь одарила его умопомрачительной улыбкой. — То-то же. Мной любуйся. А то расшаркивается перед какой-то герцогиней. — подумал разведчик. — Николь! Еле тебя нашла. — услышал он радостный голос рыжеволосой подруги, что шла в сопровождении своего супруга. Тот выглядел весьма презентабельно: высокий лоб, надменное угловатое лицо, жиденькое русые волосы, которые уже посеребрила седина. — Неудивительно, что она ему изменяет. — задумался парень, невольно сравнивая своего увальня с этим унылым высокородным.- у Бриуса хоть искра жизни бьет сквозь жир, а этот через свои амбиции не видит, какое сокровище его жена. — Шерон! — воскликнула Николь подошедшей подруге и они обнялись. Мужчины тоже обменялись приветствиями. — Мы вас ненадолго оставим. — с озорством в глазах, заявила графиня Шерон им. — Николь, как я выгляжу? Я так волнуюсь. — выпалила женщина глазами будто ища кого-то. — Ты просто прелесть. Это изумрудное платье тебе к лицу. — поспешил ее заверить солдат. — Ты тоже выглядишь великолепно. — вернула комплимент Шерон. — Я знаю. — махнул рукой парень. — Посмотри, маркиза Сонам опять пришла со своей собачкой. Ненавижу эту псину. На прошлом балу у меня все оборки платья были в ее шерсти, а баронессе Честер эта зверюга сгрызла туфлю. Жаль псина не подавилась. — воскликнула подруга указывая на даму, про которую рассказывала. — А вот и баронесса Честер, легка на помине. У нее не только нос длинный, но и ступни огромные. Собаке было что пожевать. Похоже, она сейчас перезнакомит его со всей элитой. — решил Тинки, рассчитывая на болтливость женщины. — Шерон для него просто находка! — Взгляни, маркиз Сноутберри собственной персоной. Господи, какой красавчик! Если бы я тогда не крутила роман с виконтом Рошем, мимо он бы не прошел, хоть он и беден как церковная мышь. — погружала Шерон солдата в неведомый мир элиты, спутанный интригами и тайнами. — Сноутберри держит под руку баронессу Тильсон. Поговаривают, скоро она будет его женой. Ее деньги, ох как ему нужны. Смотри, в зал зашел сам герцог Манфред. Опять в сопровождении своей свиты дельцов и прихлебателей. К нему так просто не пробиться. Помнишь, твоя матушка хотела тебя ему сосватать? Провальная затея была. О, и этот красавчик с ним! Виконт Фелан. — кивнула она на стройного юношу, стоявшего неподалеку от вполне привлекательного смуглого мужчины — герцога Манфреда. — Как он мне раньше нравился! Я просто с ума сходила по этому Фелану. Но, он слишком застенчив и, думается, избегал меня. А жаль, такой милашка. Я бы нашла чем его занять, чтоб не ходил бледной тенью за герцогом Манфредом. Тинки еще раз взглянул на предмет былых мечтаний подруги. Слишком смазлив, слишком гибок и строен. Не создает впечатления силы и напористости, что так ценятся женщинами. — Определенно не в моем вкусе. — решил солдат. — Взгляни туда. Это он, вон, возле окна. Мой виконт Дейк.- указала пальчиком рыжая подруга на двух стоящих мужчин, чуть ли не повизгивая от радости. — Тот, что повыше? — заинтересовалась Николь. — Нет, рядом, с курчавыми волосами. — уточнила женщина, бросая пламенные взгляды в сторону своего избранника. Этот Дейк был очень похож на предыдущего Фелана. Такие же выразительные карие глаза, такие же чувственные губы и та же манерность от осознания своей привлекательности. Николь определенно не нравились мужчины хоть в чем-то красивее ее самой. Особенно такие, у которых смазливость была главным, а может и единственным достоинством. Другое дело мужчина стоящий рядом. И плечи покрепче, и шея потолще и небольшой шрам на щеке. Видать что-то повидал на своем веку. Если бы он повернулся, можно было бы оценить и его лицо. Вот с кем рядом приятно находиться, вот на кого можно опереться и не только. Взгляд Николь скользнул по мощному торсу и опустился ниже. — О чем это он? С каких пор он его интересуют мужчины? — ужасающая мысль припечатала к месту солдата. Тинки даже стало душно. Это не он. Он не мог так изменить свои предпочтения. Это тело Николь. Это оно так влияет на него. Ведь пройдя по огромному залу он едва удостоил вниманием дам, оценив лишь одежду и украшения. Объектом его пристального внимания были представители сильной половины человечества. Именно их с такой тщательностью изучала Николь и «примеряла» каждого на себя. Ведь даже тот странный магистр Домаззо как-то говорил, что в чужом теле можно заиграться, забыться. Значит он знал об этом странном влиянии тела на разум. Поглощенный размышлениями Тинки не сразу заметил как виконт Дейк распрощался со своим собеседником, стать и мужественность которого так оценило тело графини Николь, и направился к ним. — Какая честь вас здесь видеть, графиня Шерон. — юноша грациозно склонился приветствуя спутницу Тинки. — Виконт Дейк, познакомьтесь, это моя подруга, графиня Николь. — сдержанно представила их друг другу Шерон, но в глазах женщины плясали чертики от близости любимого. — графиня Николь. — поприветствовал молодой человек подругу. — Похоже, мы прервали вашу беседу своим появлением. — заметила Николь, сожалея что понравившийся было собеседник исчез из виду. — О, не переживайте. Офицер Лайт все равно уже собирался уходить, так что вы не помешали. — Офицер Лайт? — удивленно воскликнул Тинки, которому с самого начала показались смутно знакомыми резкость в движениях и тот небольшой шрам на щеке. К тому же такая выправка и горделиво задранный подбородок присущ только этому солдафону, каким является Лайт, да и ему самому, придурку изображающему из себя королеву бала. — размышлял солдат. — Вы знакомы с офицером? — удивился виконт. — Сомневаюсь. Просто думала, что все военные поглощены своей войной. — пожала плечами Николь. — Отчасти вы правы. Он приходил к моему дядюшке герцогу Вилтону. А вот, кстати и он. — ответил виконт. — Николь, дорогая, ты обещала занять герцога беседой ради меня. — горячо зашептала на ухо Шерон. — Да, конечно. — стараясь выровнять дыхание, пролепетал Тинки. Усиленно вглядывался в походку приближающегося мужчины, ища знакомые движения, присущие капралу.