Пять лет

- Судьба причудливая штука, не правда ли, лейтенант. Ведь кто мы мог подумать, что предпоследний в этом году поход для тебя станет последним… Три язычка пламени, осевших на фитилях почти догоревших свечей, освещали лицо молодого человека, который внимательно рассматривал лежащие перед ним листы бумаги. На столе помимо этих документов, находился подсвечник, два стакана и та самая фляга, уже больше чем на половину пустую. - Всё, что от тебя осталось, это вот эти несколько листов, - Жан аккуратно поднял и, сложив, осторожно постучал их краем по столу, выравнивая, - забавно, правда? Всего несколько листочков описывающих твою недолгую жизнь и ещё меньшую службу в разведотряде. Знаешь, довольно странно теперь понимать, что мы больше не увидимся, не сможем поговорить, посмеяться… я больше не увижу твоих больших сияющих глаз, в который раз выпрашивающих у меня какую-нибудь вкусняшку… не увижу, как солнце играется в твоих волосах, окрашивая их в умопомрачительный цвет… лукавую улыбку, которой ты сообщала мне о своей негласной проделке… не будет твоих вечных издевательств надо мной… - тут молодой человек тяжело вздыхает, - к которым я, кажется, привык… конечно, если верить, то мы сможем встретиться когда-нибудь, да вот только я в этом сильно сомневаюсь… знаешь, если, честно, я ждал чего-то такого, ждал, всеми фибрами души надеясь, что я ошибаюсь, но нет, я как всегда оказался прав… мне теперь только остаётся это принять, ведь вернуть я тебя не смогу… - продолжал вслух говорить Жан, но его голос становился всё тише и тише. Это выпитый алкоголь давал о себе знать, и парень, напоследок ещё пробубнив что-то уже совсем невнятное, уткнулся щекой в исписанные мелким почерком документ, являющимся копией личного дела Саши Браус. И, естественно, не услышал стук и как едва скрипнули петли осторожно открывающейся двери… - Сэр, я могу войти? – постучав, открыл дверь Дарен. - Конечно, - пригласил его Жан, - садись. Пить будешь? – задал он ему вопрос, сидя в кресле и наливая из фляги в массивный и сравнительно невысокий стакан с толстым дном жидкость коричневого цвета. - Откуда это у вас, сэр? - мужчина явно почувствовал аромат алкоголя и мёда. - Подарок, - ответил Жан, - за освобождение Варрела. - Сэр, - начал убеждать командира сержант, - я всё понимаю, но разве такой способ подходит? - Дарен, я просто хочу расслабиться, - устало посмотрел на него парень, - вот только будь другом, составь компанию, а? А то пить в одиночестве, бр-р-р, не хотелось бы. - Сэр, - всё пытался остановить своего командира Фирлед, - я считаю, что это никудышная идея. К тому же, завтра днём вам надо прибыть с отрядом на смотр на полигон, - напомнил ему сержант, просто чтобы поменять неприятную для Жана тему. - О-о-о, - прямо застонал парень, - не напоминай! Ну подумаешь, припрутся сюда какие-то важные военные шишки из Сины, посмотреть на нас, на наши тренировки и что? - Но сэр, - продолжал наступать Дарен, - Восьмых считают отличным отрядом и командующие лично захотели посмотреть на тех, кого уважают остальные разведчики. За нас даже замолвил словечко командор Ирвин. И поэтому, я считаю, что вы должны быть завтра свежи, как огурчик… - Ты закончил? – чуть склонив голову, насмешливо смотрел на него Жан. - В принципе, да, сэр, - кивнул мужчина, начиная понимать, что командир решительно настроен опустошить содержимое фляги. - Вот и чудно, - улыбнулся парень и сунул тому в руки заполненный на четверть стакан… На земли в трёх стенах опустилась ночь, мягко обволакивая, приглушая звуки ещё не спящих жителей. Даже стрекот кузнечиков сейчас не так резал слух мучающимся бессонницей от страшных снов людей, но большинство домов смотрело тёмными провалами окон. Восьмой уже спал, а из щели между полом и дверью комнаты командира шёл свет. Зажгя все три свечи, Жан разбирался с отчётами о последней вылазке за стену для верховного командования и подготавливал несколько распоряжений на доставку нового оборудования для замены старого изношенного, провизии, замену униформы и затупленных или обломанных лезвий для последнего похода в этом году. Конечно, можно это было спихнуть на лейтенанта с сержантом, как это обычно бывало, но стоить сказать, что за двоих отдуваться приходилось именно Дарену, однако тот сильно не возмущался, Саша, как могла, так и помогала, хотя девушка тоже прекрасно с этим могла справиться. Но тут парень считал, что сейчас он сам должен подготовить все необходимые бумаги, периодически грызя кончик ручки и морща лоб, вспоминая, а не забыл ли он что-то важное. От мыслей его отвлёк стук в дверь. - И кому ещё не спится в такое время? – тихо проворчал парень, недовольный, что ему помешали, - не заперто, входите. - Доброй ночи, сэр, - голос, который он бы узнал из сотен других, и к нему зашла лейтенант. - Саша? – удивился Жан и тут же решил подначить девушку, - если ты искала кухню, то она на первом этаже. - Очень смешно, мой командир, - покачала головой лейтенант, - подождите, пожалуйста, я только платочек достану, вытру вступившие слёзы от смеха. - Снова язвим, да? – не удивился парень. В последнее время Саша довольно грубовато отвечала на редкие подколки Жана. - Сэр, давайте потом, - не стала дальше реагировать на провоцирующие слова светловолосого парня девушка, - я сюда поговорить пришла. - Ого, - Жан искренне удивился, ни разу ещё до этого он не видел Сашу настолько серьёзной и сосредоточенной, - хм, тогда прошу, присаживайся, - он указал на стулья стоящие перед его столом. Саша подошла и, сев на краешек одного из стульев, начала как-то судорожно вытирать одну руку об другую, словно моя их. Нависла пауза, которую не решался прогнать ни парень, вежливо молчавший, предоставляя возможность первой заговорить девушке, ни Саша, всё также теря руки, не осмеливалась сказать ни слова. - Ну, - всё же первым нарушил уже давящую тишину Жан, - если ты пришла просто молча посидеть рядом, то сиди, я не возражаю, только теперь не мешай, у меня осталось ещё куча дел, - парень кивнул на стол, заваленный бумагами. - Жан, я устала, - в итоге едва-едва слышно сказала Саша, опустив лицо вниз, когда Жан уже полностью, с головой, ушёл в подсчёты. - А? – вновь посмотрел на неё светловолосый, - прости, ты не могла бы повторить, а то я… - парень опять кивнул на стол. - Я устала, - всё не поднимая взгляд, прошептала девушка. - Саш, ну ты даёшь, - улыбнулся Жан, - дак иди, отдохни, выспись, наконец, у нас несколько почти спокойных дней впереди, - на что лейтенант только мотнула головой, - ну, хочешь, я это время тебя вообще трогать не буду, - ещё одно отрицательное движение головой, - ого, - протянул парень, - всё настолько серьёзно… ну давай я тебе месячный отпуск выбью, только представь, целый месяц за стеной Сина со всеми привилегиями… м-м-м, мечта, да и только, - ещё раз улыбнулся парень. - А не слишком ли круто для вас, мой командир, - наконец подняла на него глаза Саша. - Нет, не слишком, - весело передразнил её Жан, обрадованный хоть какой-то положительной реакцией лейтенанта, - у меня есть хорошие связи. - Ты про Армина что ли? – сразу догадалась девушка и позволила себе кривую улыбку, - в таком случае у меня тоже есть хорошие связи. - Ну, вот видишь, - пожал плечами Жан, - тогда в этом не будет ничего сложного, - молодой человек замолк, - ну, значит, мы договорились? - Нет, сэр, - решительно тряхнула головой девушка, - боюсь, месяцем тут не отделаешься. - Хорошо, - продолжил идти на уступки Жан, - два месяца, но это самое большее, что я смогу сделать. - Сэр, - разочарованно покачала головой лейтенант, - вы не понимаете… или не хотите понять. - Да, я, правда, не хочу понимать, - кивнул парень, - говори уже, зачем пришла, - настойчиво сказал ей Жан. - Сэр, я хочу уйти, - наконец выговорила свою настоящую причину прихода Саша и к изумлению, отметила, что Жан не был удивлён, либо тщательно скрывал свои чувства. - Уйти, да? – медленно заговорил парень, - решилась наконец, а я всё ждал, когда это произойдёт. - Что? – ошарашено спросила у него девушка и быстро взяв себя в руки, возмутилась, - и зачем тогда было ломать тут комедию? - на что парень пожал плечами. Воцарилось молчание. Саша переваривала неожиданное открытие, а Жан, согнув руки в локтях, уперевшись ими при этом в стол, сложил пальцы в замок и поднял на уровень лица, внимательно поглядывая на девушку. - Жан, - тихо, нерешительно, словно стесняясь, спросила лейтенант, - а когда ты это понял? - Совсем недавно, ведь ты вела себя как обычно, как ты привыкла себя вести, как привыкли тебя видеть окружающие, - заговорил парень, не убирая рук от лица, - а знаешь как? – девушка отрицательно покачала головой, - глаза, - показал на свои указательным и средним пальцем тот, - в них можно было прочитать всё, что у тебя творилось на душе в моменты кровавых боёв и после них. В моменты, когда человеческая жизнь ничего не стоит, и выжить тебе помогает лишь опыт, товарищи да порой счастливый случай… Согласен, привыкнуть смотреть, как твоих друзей, знакомых, пожирают, разрывают на части, моментально давят, очень и очень тяжело. Чёрт, да это практически невозможно, - тут голос Жана стал громче, он, поперхнувшись, продолжил нормальным, - и это всё накапливается и накапливается, камнем оседая в самых глубинах души, куда мы старательно прячем это. Но рано или поздно оно вырывается и нам предстоит сделать выбор – либо суметь это принять и пережить, либо поддаться и уйти, - перечислил основные тезисы мира за стенами парень, - мне, кажется, удалось пройти по первому пути, а вот тебя захлестнул второй, - Жан продолжал смотреть за отсутствием мимики лица Саши, - блин, да тебе следовало сразу же уйти из разведки, когда закончилась эта свистопляска с землями между Розой и Марией, а не продолжать насиловать свой организм и душу. Вот такое моё скромное мнение, - развёл руками Жан, и сказал ещё одно, - но я слишком эгоистичен и жесток, что бы отпускать тебя вот так… Саше оставалось только вопросительно посмотреть на молодого человека, явно не понимая, о чём сейчас он говорит. - Вот, - парень, порывшись в ящиках стола, нашёл какой-то бланк и тут же начал его заполнять, - это твой перевод в учителя в кадетское училище. Мне будет намного спокойнее, если я буду знать, что новички будут обучаться у тебя… - Сэр, я… - не даёт ему договорить Саша, губы которой начали дрожать, а глаза заволокло влагой. Ещё секунда и девушка заплачет. Жан не успевает принять никаких мер и лейтенант просто разрыдалась, сильно, надрывно. Девичье тело затрясло. Парень, тяжело вздохнув, поднялся и подошёл к заветному шкафу, достав оттуда подарок вместе со стаканом, потому что другого способа успокоить ревущую лейтенанта он не видел. Плесканув туда, он протянул его девушке. - Пей, - в приказном тоне сообщил ей парень. Саша, ещё не успокоившаяся, шмыгая носом и часто дыша, дрожащими руками взяла стакан, тут же пригубив. Задохнувшись от столь крепкого напитка, девушка хотела бы убрать ото рта стакан, да ей помешал парень. Жан упёрся пальцами в дно и наклонил, настойчиво заставляя Сашу допить. - Ну как, полегчало? – заботливо поинтересовался он у неё, когда забрал у девушки пустой стакан, на что та только покачала головой, - ну вот и славно, - облегчённо выдохнул парень. - Спасибо, сэр, - поблагодарила Саша Жана, при этом утирая дорожки от слёз, правда, всё ещё шмыгая носом. Кое-как приведя себя в порядок, девушка поднялась со стула, - если позволите, я уйду. - Иди, - кивнул Жан, - и скажи там, что Восьмой отдаёт им самое лучшее, - догнали его слова девушку уже на пороге. - Обязательно передам, - чуть улыбнулась Саша и вышла, оставив бывшего командира наедине с сами собой. Однако эти двое были не единственными кому не спалось. Бедняга Дарен, ворочавшийся в кровати и тщетно пытавший заснуть, даже представить не мог, что его ожидало в эту ночь. Мужчина поднялся с кровати и приоткрыл окно, надеясь, что свежий воздух поможет, но ведь никто не отменял закон подлости, погода за окном стояла безветренная. Сквозь зубы, довольно затейливо, выругавшись одними из словечек из обширного на эту тему лексикона командира, мужчина повторно поднялся и уже приоткрыл дверь, чтобы создать какой никакой, но сквозняк. А закон продолжал радовать сержанта, заставляя его сесть на кровати и разочарованно покачать головой, ведь даже переворот подушки на другую сторону не спасал. Забыть о своих проблемах его заставил скрип рассохшийся половицы, днём никто бы и внимания не обратил, но ночью все посторонние звуки громче. Первой мыслью была лейтенант, опять тайком пробирающаяся на кухню, утащить что-нибудь съестное и на утро делать до невозможности честные глаза, убеждая Жана, что она в пропаже никоим образом не замешана. Командир поначалу даже устраивал в её комнате обыски, силясь отыскать продукты, но ничего найти так и не сумел. Правда, всё же не на глазах остальных. Да и сам Дарен об этих ночных вылазках узнал случайно, когда проснувшись ночью и спустившись на кухню попить, обнаружил там уплетающую за обе щёки девушку картошку в компании одной зажженной свечи. - А я тут… у меня поздний ужин… или ранний завтрак… я всё ещё путаюсь… - девушка смущённо улыбнулась, совсем по-Жановски почесав макушку, и протянула отчищенный и отваренный клубень, - возьми, это нереально вкусно! - Нет, спасибо, - отказался мужчина и налив из графина в кружку, медленно выпил, наслаждаясь прохладной водой. Сполоснув кружку, Дарен поставил её обратно и обратился к активно работающей челюстями Саше, - ну, я пойду, не буду вам мешать… - Угу, - с трудом сглотнула огромный кусок каштановолосая, - Дарен, ты только Жану ничего не говори, хорошо? А то он мне опять устроит долгую и занудную лекцию, о недопущении поглощения общей еды в неустановленное для этого время и о вреде для фигуры таких ночных перекусов… - Что? – не верил своим ушам мужчина, - повтори, пожалуйста, последнее предложение. - Ладно, последнее я придумала, но от первого пункта меня всегда тянет в сон, - честно призналась девушка, посмотрев при этом в потолок, - ну, мы договорились, да? - Хорошо, - пошёл на поводу у неё сержант, - обещаю, что командир ничего не узнает. - Спасибо, - от души поблагодарила его девушка и вернулась к прерванному занятию. Из кухни Дарен выходил, чуть улыбаясь и качая головой, теперь он понял слова молодого командира, когда он говорил про какое-то волшебное слово. В принципе он не мог её осуждать, в детстве он также любил поесть в любое время суток, конечно, получая нагоняй от родителей, а потом и от учителей в кадетском корпусе. Мужчина очутился в воспоминаниях и не заметил, как оказался в своей комнате. - Это было славное время, - вздохнул сержант, - жаль, что тех с кем пришлось начинать служить осталось так мало… эх, что-то меня расклеило, - мужчина быстро тряхнул головой и улёгся на кровать, задержавшись взглядом на потолке, на котором он словно видел картины прошлого… до утра Дарен так и не уснул. Однако её он всё же отмёл, осторожные шаги шли от конца коридора, а комната Саши находилась ближе к лестнице, и мужчине стало интересно, кто это может быть. Дарен тихо прошёл по полу и выглянул в коридор. Мимо него на цыпочках пробиралась Саша, в одной руке была свеча, пламя которой качалось от движения, а в другой руке был лист бумаги. - Лейтенант, - тихо позвал он. - И-и-ить, - вздрогнув, пискнула девушка и резко обернулась на голос. - Лейтенант, у вас что-то случилось, - встревожено спросил Дарен, заметив красные глаза, как будто она недавно плакала. - Нет, нет, - отрицательно замотала головой девушка, - всё хорошо, - сказала она, да вот сержанту почему-то показалось, что в данный момент девушка убеждала скорее себя, чем его, и затем, извинившись, быстро подошла к своей комнате и, открыв дверь, тут же скрылась за ней. - Чего это с ней? - удивлённо спросил сам себя мужчина и обратил внимание на обронённый лист. Подойдя и подняв его, мужчина хотел было зайти к лейтенанту, отдать бумагу, но его взгляд зацепился за печать и размашистую подпись Жана. Любопытство перевесило, и мужчина ознакомился с текстом… новость стала для него неожиданной. Дарен зашагал к командиру, ещё не веря, что такой невероятный, но, в тоже время, по искреннему мнению сержанта, гармоничный дуэт распался. Саша, облегчённо перевела дух и, на ощупь, добредя до стола, нашарила в ящике коробок спичек, затем чтобы зажечь потухшую свечу. - Блин, - хлопнула себя по лбу девушка, - умудрилась выронить, - Саша вышла обратно и огляделась, на полу ничего не лежало, - наверно Дарен подобрал, но почему мне сразу не отдал? Неужели прочёл? – молнией пронеслась догадка, заставляя девушку быстро подойти к комнате сержанта, однако там его не оказалось, - тогда, - каштановолосая посмотрела на дверь в конце коридора, - он может быть только в одном месте, - и девушка осторожно начала идти к Жану и замерла, услышав разговор. - Сэр, - как и думала Саша, голос принадлежал сержанту, - я не могу… - Бери, бери, - что-то настойчиво предлагал Жан, - считай это приказом. - Но, - сержант никак не хотел сдаваться. - … О, хороша. - … а вы правы, - через молчание чему-то согласился мужчина. - Дарен, - чуть приглушённо начал Жан, - как ты считаешь… я хороший командир? - Сэр, - изумлённо сказал мужчина, - я не думаю, что это вам нужно сейчас со мной обсуждать. - Сержант, - чуть громче заговорил парень, - я задал вам конкретный вопрос и хочу получить на него конкретный ответ. - Да, сэр, Вы отличный командир, - чётко ответил ему мужчина. - Хе, - усмехнулся молодой человек, - ответ настоящего солдата, а теперь скажи честно, ни как подчиненный. - Мой ответ останется неизменным, - твёрдо стоял на своём сержант, - и я с уверенностью могу сказать, что остальные думают так же. - Тогда скажи мне, почему я, такой великолепный командир, продолжаю терять людей? - Сэр, - осторожно начал Дарен, - не в моей компетенции осуждать или одобрять ваши слова или действия. Не хотелось бы напоминать, но сейчас идёт война, где речь идёт уже не о простом выживании, а об истреблении как вида. Либо нас, либо мы их, сэр… и вообще, я не узнаю вас… это всё из-за этого? - Что?! Нет, конечно, нет! – как-то даже яростно начал отнекиваться Жан, - с чего бы мне так себя вести. Лейтенант решила так сама, и я посчитал, что не вправе останавливать её. - Сэр, - вздохнул Дарен, - мы с вами не долго знакомы, но поверьте, мне видны все ваши эмоции, когда речь идёт о лейтенанте Браус. - И что? – грозно спросил у него Жан. - А то, - совершено не обращая на тон командира, продолжил сержант, - вы ведь неспроста решили сегодня выпить? - К чему ты клонишь? – продолжал не понимать Жан. - Сэр, из Восьмого ушла такой лейтенант, о которой можно только мечтать… - Ты сейчас на что намекаешь? Что я… - ошарашено заговорил парень. - Что?! Не-е-ет, - Саша представила, как качает головой Дарен, - я имел ввиду, что она идеально подходила на это должность. - Та, которая постоянно измывалась надо мной? - Сэр, - сержант тяжело вздохнул, - то есть вы хотите сказать, что не испытываете никаких чувств по её уходу? Вы вспомните хоть тот момент, когда она была в первой тройке… как вы себя тогда вели, м? - Дарен, - медленно заговорил Жан, - я никогда ничего не забываю… но тогда я потерял троих, сержант, понимаешь, троих… - Сэр, они знали, на что шли… - Дарен, - прервал глухо парень, снова назвав сержанта по имени, - тебе когда-нибудь приходилось говорить с матерями, отцами погибших, видеть, как ужас и отчаяние искажает их лица, когда они понимают, что больше не увидят свою кровиночку? Тогда мне пришлось посещать три семьи, никогда не забуду их лиц, а знаешь, как мне осточертело прикрывать эти смерти борьбой за будущее человечества… - Я понимаю, сэр, - кивнул мужчина, - но без вас и вашей работы в паре с лейтенантом, погибших в Восьмом было бы куда больше… - Это всё опыт, Дарен… а в тот раз я поддался чувствам, - совсем разоткровенничался командир, - и позволил им взять над собой верх. Любой другой бы командир посчитал, что жизнь отряда не стоит жизней троих солдат и оставил бы их там, а я же… - Сэр, тогда это будете уже не вы, - услышала Саша свои слова. - Забавно слышать это во второй раз, - усмехнулся парень, - хорошо, - сдался Жан, под действием алкоголя, - что ты хочешь услышать от меня, Дарен? - Сэр, - его голос слегка заплетался, - скажите мне правду, ведь всё равно никого рядом нет, - напомнил он, - все давно спят. - Правду, говоришь, - словно задумавшись, сказал парень, - да, я волнуюсь за неё и всегда волновался, и мне будет не хватать этой своевольной девчонки… ну, доволен теперь? - Это всё, что я хотел услышать, сэр, - девушка услышала, как скрипнул стул, - разрешите идти? - Свободен, - отправил его Жан. - Доброй ночи, сэр. - Доброй и будь добр, отдай это Саше, - видимо Жан протягивал ему бланк о её переводе. - Будет сделано. Девушка услышав приближающиеся шаги, почти бегом направилась к своей комнате и зайдя в неё бросилась на кровать, тут же закрывшись одеялом с головой. Забыв как дышать, девушка стала напряжённо вслушиваться в тишину, пытаясь уловить шаги сержанта и надеяться на то, что он не успел увидеть её. Ожидание затягивалось, потихоньку сводя с ума Сашу. Но вот долгожданный скрип петлей, свет от свечи и шепчущий голос: - Вы спите? Не дождавшись ответа от притаившейся девушки, сержант аккуратно подошёл к столу и, положив на него приказ, так же осторожно вышел. Подождав ещё немного, Саша подскочила на кровати и зажгя свечу, схватила бумагу. - Ну, тебе пора решится, - заговорила она сама с собой, - что ты выберешь? Спокойную жизнь наставника в кругу незнакомцев или же полную смертельных опасностей, но с теми, кому ты можешь полностью довериться… в такой ситуации ты должен принять решение сам, - к месту вспомнилась фраза Жана, перед их вступлением в разведотряд, - Саша посмотрела на стену решительным взглядом, - решение очевидно, не так ли, лейтенант? - кривая улыбка появилась на её лице. Девушка опасливо выглянула в коридор, никого. Решительно вздохнув и сжав в руке бумагу, Саша направилась к командиру, что бы на его глазах порвать эту вещь, чуть не ставшей её самой большой ошибкой. Предвкушая дикое удивление в глазах светловолосого, Саша легонько постучала по дереву, но ответа не последовало и она открывает дверь, застав парня спящим за столом на каких-то бумагах. - Вот жеж, - от досады прикусив губу, расстроилась Саша и развернулась, чтобы выйти, как почувствовала ледяной холодок, бродящий по комнате. Жану от горячительного которому стало жарко, нараспашку раскрыл окно. Саша на цыпочках подошла к рамам и закрыла окно, затем, подойдя к сидящему командиру, подняла его форменную куртку. - Извините, мой командир, - шепотом сказала она и накинула куртку на Жана, после положив на его плечи руки и наклонившись к уху, - но никуда я от вас не уйду, - следом отстранившись, вышла, закрыв за собой дверь, не забыв документ, решив отдать его утром. Проснулся Жан поздно. Подняв тяжёлую голову, он обнаружил приклеенный к щеке лист. Бережно его отцепив, парень удалился на спальную территорию, чтобы привести себя в порядок и дальше спустился вниз и прошёл в столовую. Как оказалось завтрак он благополучно проспал. Пока Жан решал, наказать ли Дарена за то, что его не разбудил или похвалить за это же, дав ему поспать, в столовую вошёл сам мужчина и салютанув, отрапортовал: - Восьмой собран и готов, сэр! - Не кричи ты так, - поморщился парень и потёр виски. - Виноват, - гаркнул боец. - Блин, - всё ещё морщась, пробормотал молодой человек, - исполнительный какой. - Ждём только вас, сэр, - сбавил тон сержант. - Иду, иду, - проворчал Жан, первым выходя на улицу, и не видел, как ему в спину широко улыбнулся Дарен. - Сми-и-ирно! Командир прибыл! – громкий голос прямо-таки оглушил парня, который только-только проморгался от неяркого света почти зимнего солнца. Жан поискал глазами не в меру ретивого солдата и почувствовал, как в груди сердце заходило ходуном. На него, большими и отчего-то смеющимися глазами, смотрела… Саша, та самая Саша, которая должна была сегодня с утра отправиться в кадетский корпус. - Восьмой отряд ждёт дальнейших распоряжений, сэр, - лихо отдав честь, замерла перед ним лейтенант. - Так, - Жан почти встал с ней плечом к плечу и его рука легла на её плечо, - сегодня мы покажем этим запылившимся генералам, что значит быть настоящим солдатом, - Восьмой согласно взревел, - по коням, ребята, мы выдвигаемся, - продолжил он, так и не убрав руку с плеча Саши. Дарен вышедший следом, молча наблюдал как зажглись огоньки в глубине глаз девушки, когда благодарно сжалась ладонь командира. А Жан, словно очнувшись, отпустил Сашу и взобрался на подведённого коня. Как, зачем и почему Саша осталась, сейчас эти вопросы его не очень-то и интересовали, их он может задать и узнать ответы позже. Сейчас Жан признавал, что действительно рад видеть Сашу, после того как он смел подумать, что больше её не увидит. И на душе стало значительно легче…