Река и море

      Молодые, симпатичные и богатые — директора Лань и Цзян привлекали в обществе много внимания, поэтому когда тритон заметил около дома Чена подозрительных мужчин, то неторопливо вошел, делая вид, что ничего не понял, и сообщил об этом своему любовнику. Оказалось, что и Ваньинь в курсе, но не может ничего сделать: это были журналисты желтой прессы, охотившиеся за сенсациями. Даже высокий забор не отпугивал этих гиен, буквально чуявших, куда стоит направить объективы — свое самое смертоносное оружие. Оттого о совместных ночевках нужно было забыть. И вот, сидя на диване в гостиной, мужчины искали выход из ситуации, при котором им не пришлось бы ночевать в разных местах планеты. Первым заговорил хозяин дома:       — Знаешь, а ведь мои соседи недавно решили переехать…       Остаток предложения Хуань додумал сам и сразу же вскочил, потянувшись к телефону:       — Это просто замечательно! Ты знаешь их номер?       — Конечно, — улыбнулся Цзян, — и они как раз только вчера обратились к риелтору.       — Тогда сегодня я переночую в гостинице, — с легкой грустью в голосе произнес тритон и почувствовал, как сильные руки сомкнулись на талии, а чужое дыхание знойным ветром пощекотало шею. — Что случилось?       — Просто думаю, стоит ли выйти и набить этим засранцам их наглые морды…       Лань расхохотался. На душе стало легче, и предстоящая ночевка перестала холодить душу. Парень понимал, что не только ему совершенно не нравится оставаться одному, но, зная вспыльчивость Чена, стоило дать понять, что активных действий предпринимать не стоит. Поэтому тритон собрал немного личных вещей, провел время с любимым, а после отправился в другую часть города искать комфортабельный номер на неделю — именно столько времени он рассчитывал потратить на заключение договора о покупке дома. Благо, что денег в новой должности Лань получал гораздо больше, чем раньше, и мог себе позволить такую трату, тем более, что давно начал откладывать сумму на черный день. Номер без компании А-Чена в ту ночь казался особенно пустынным. Скрашивало грусть внутри только кольцо на безымянном пальце.       Вопрос с покупкой дома был решен оперативно, и вот участок по соседству с особняком Цзян Чена оброс строительными лесами, за которыми было видно ровным счетом ни зги. Перво-наперво любовники договорились под конец ремонта прорубить секцию в заборе, чтобы поставить калитку, невидимую для наблюдателя снаружи. На участке как раз было подходящее место, где от стены одного дома до другого было от силы метров десять. Также в новом жилище был обнаружен заброшенный уличный бассейн, который строители немедленно восстановили и расширили, правда, в основном в глубину. Водный объект было решено поместить под крышу импровизированной оранжереи, то есть прямо от стен особняка до края бассейна была построена почти полностью из стекла и металла своеобразная «теплица», крыша которой наполовину была покрыта каким-то очень современным покрытием (глубже новоиспеченный хозяин копать не стал, поверив на слово дизайнеру и прорабу) и наполовину — тонированным стеклом. Само сооружение выходило двухэтажным, так как разошедшийся от созерцания бюджета архитектор уговорил достроить балкон, выходивший на ту же сторону прямо над бассейном, до размеров полноценной террасы, а под ним организовать мини-бар. В итоге на строительство и косметический ремонт ушли целых четыре месяца, в течение которых парочка могла общаться разве что сообщениями да звонками, так как вездесущие папарацци буквально не отлипали от Чена. В меньшей мере они преследовали и Лань Хуаня, скорее по инерции, чем с какой-либо серьезной целью.       Новоселье праздновали в узком кругу из братьев. Причем Ваньинь и У Сянь воспользовались задней дверцей. Сидя на новой террасе, компания обменивалась последними новостями, когда загадочно ухмыляющийся Цзян вытащил телефон, что-то свайпнул и гордо показал тритону. На экране огромным шрифтом красовалась надпись: «СТАРШЕЕ ПОКОЛЕНИЕ ТЕРЯЕТ ХВАТКУ И СОВЕСТЬ?». Под ней более мелким шрифтом находился следующий текст:       «В ходе расследования нашими отважными сотрудниками было раскрыто вопиющее пренебрежение деловой этикой со стороны одного из авторитетнейших людей нашей страны. Господин Яо (полное имя скрыто в целях предотвращения удаления данной статьи) незаконным образом склонил на свою сторону сотрудников аж пяти издательств для не менее нелегальной слежки за одним из своих бизнес-конкурентов…»       Далее текст обрывался, подзуживая читателя перейти по ссылке. Посмотрев на заголовок страницы, старший из братьев Лань машинально отметил название: «Хуай Цзюэ». К счастью или к сожалению, оно не всколыхнуло в его душе ровным счетом ничего. Между тем, оторвав глаза от устройства, Сичэнь вопросительно посмотрел на своего партнера. Последний же закатил глаза и радостно произнес:       — Теперь вокруг наших домов не будут сновать гиены.       Пять секунд — именно столько понадобилось парню на осознание. На шестой пара уже обнималась, запивая радость байцзю чуть ли не из бутылок. Ввиду того, что старшие никак не собирались прекращать попойку, младшие под благовидным предлогом быстро удалились по своим делам. И судя по тому, что Вэй Ин покраснел от шепотка Чжаня, дела намечались любовные и горячие.       Поздно вечером пьяный Лань захотел опробовать бассейн, куда бултыхнулся, не заморачиваясь над тем, как он выглядел в тот момент со стороны. Цзян Чен, наблюдавший за партнером издалека, сначала заволновался, совершенно забыв, что вода второй половинке не страшна, а потому тут же встал на колени около бортика, пьяными глазами выискивая на дне силуэт. В это время тритон как раз удовлетворенно расправил хвост, потянулся. В первый раз он плавал, будучи под шафэ, и, к сожалению, оказалось, что алкоголь в таком обличии испарялся из парня быстрее, чем тот его в себя заливал. Оттого трезвый и немного обиженный за это на весь мир тритон, завидев человеческую тень над водой, резко извернулся и почти выстрелил на поверхность.       В глазах Цзян Чена открывшееся зрелище было воистину волшебным: брызги воды под светом ламп блестели в воздухе, бело-синяя чешуя мягко переливалась, и черные волосы ярко контрастировали с ней и белейшей кожей. Однако насладиться картиной мужчине не было суждено: сомкнув на чужом затылке свои пальцы, Сичэнь впился резко поцеловал Ваньиня и быстро стянул его с края бассейна. Так протрезвел и второй участник праздника.       И лишь в третьем часу ночи оба они, лежа в обнимку на кровати в новой спальне, порадовались, что не поскупились на звукоизоляцию, прежде чем кануть в счастливый сон, один на двоих.