Deaf Black Cat

Май 2023 года. Ожидание лишь удваивает страдания и отчасти эта фраза являлась правдивой. Сидя в одинокой спальне на кровати, подложив под себя ноги и обнимая игрушку маленького бульбазаврика, Айя терпеливо ждала того часа, когда Йере наконец доедет до дома, после хоть и недолгой, но все же томительной разлуки. Мысли вихрем проносились в ее темноволосой голове, сменяя одну за другой и девушка пыталась сделать все, чтобы взять себя в руки и успокоиться. Хотя бы ради него. Глядя на улицу сквозь закрытое окно, через которое солнце умудрялось пробираться в комнатку, она вспоминала их телефонный разговор, состоявшийся этой роковой ночью. Сразу после голосования и оглашения победителя. Flashback. 57 баллов. 57 чертовых баллов. Ему не хватило совсем немного до победы. Большинство людей проголосовали за Йере, но и этого, похоже, было недостаточно. Айя прикрыла рот ладонями и не веря в происходящее, разочарованно глядела в одну точку в экране телевизора, где радостная Лорин шла исполнять свою песню как победительница. От мысли того, что это сейчас мог бы быть он становилось дурно. Но жюри решило поступить так, как они считали нужным, а нужным они считали именно победу Швеции. Против самой исполнительницы, Микконен не имела ничего против, еще в далеком 2012-ом году она всей душой болела за нее, но сейчас ситуация была совершенно иная. И проблема была вовсе не в Лорин, а в проклятом жюри. — Да ну вас нахрен, — со злостью в голосе прошипела она, выключив телевизор и отбросив пульт куда подальше. Выйдя на кухню, она решила заварить лавандового чая, для успокоения нервов, а после лечь спать. Девушка периодически поглядывала на темный экран телефона, думая, что Пёухёнен мог бы позвонить и если бы он это сделал, она бы постаралась ответить мгновенно. Шли минуты, но этого все не происходило. Наконец, допив чай, она направилась в сторону спальни. В этот момент, экран наконец загорелся и там появилась их общая фотография с отдыха в Кольмаре, где носы обоих были запачканы ванильным мороженым и они счастливо улыбались, не думая ни о чем другом, помимо момента, в котором находились. Ответив на звонок, она дрожащими руками поднесла девайс к уху и услышала родной голос на другом конце трубки. — Кошечка, ты не спишь? Он был явно уставшим. И измученным. Йере был очень чувствительным и впечатлительным человеком и Айя с болью в груди думала о том, какого ему сейчас. Больше всего на свете ей хотелось оказаться рядом с ним, крепко обнять и тихонько говорить в ухо, дабы никто не слышал, слова поддержки и никогда больше не отпускать. — Нет, конечно нет, — торопливо ответила она, — Ты как? Мужчина глубоко выдохнул и судя по звукам стекающей воды, открыл кран, ополаскивая лицо. — Я облажался, кошечка. Действительно облажался, при том по-крупному. Черт, как я теперь вернусь в Хельсинки, я подвел всех, кто в меня верил. Айя слышала тихие всхлипы, еле доносящиеся до ее ушей и не могла сама сдержать слез. Знать то, что где-то вдали от тебя, в чужом городе, заперевшись в туалете плачет твой любимый человек и ты не в силах ему помочь было невыносимо. Одинокая соленая капелька пробежала по ее щеке, но девушка смахнула ее, не давая себе разрыдаться сильнее. Он нуждается в ней и опускать руки в такой момент нельзя ни в коем случае. — Йере, прошу, не говори так. — Но это правда, Айя. Я - одно сплошное разочарование, — окончательно сорвался мужчина и расплакался, словно маленький ребенок. — Нет, нет и еще раз нет. Ты не разочарование, Йере, слышишь? И уж тем более ни в чем не виноват. Ты сделал всё, что было в твоих силах, и даже больше. К черту это сраное жюри, ты итак победитель и должен это понимать. Люди выбрали именно тебя, отдавали свои голоса за тебя, черт, да даже весь зал пел твою песню, пока шло голосование. Я знаю, это тяжело - осознавать свой проигрыш, но ты ведь не проиграл. Милый мой, ты завоевал сердца и любовь всей Европы, всего мира и это говорит о многом. О каком проигрыше может идти речь, если с тебя поддерживают люди со всех уголков земного шара? А здесь, в Финляндии, все гордятся тобой и очень ждут возвращения. Это куда важнее какого-то трофея. И все слова, сказанные ею сейчас, заставляли плачущего и подавленного Йере чувствовать себя куда менее покинутым. Мужчина закрыл глаза и потер их пальцами, окончательно размазав и без того потекший макияж. Конечно, гитаристка была права и он нуждался в том, чтобы услышать именно это, именно от нее. Не проходило ни мига без мыслей о любимой девушке, находящейся в их уютной квартирке в Хельсинки и искренне поддерживающей его, вопреки расстоянию. Если бы только она была рядом. — Я так по тебе скучаю, — наконец нашел в себе силы заговорить рэпер. — А я по тебе. Очень, очень сильно, — улыбнулась она и мужчина чувствовал это, даже не видя ее лица, отчего на душе стало легче и глупая улыбка сама собой появилась и на его губах, — Пообещай мне, что ты сейчас выйдешь ко всем остальным и не будешь думать ни о чем плохом, а если захочешь, то сразу позвонишь мне и выговоришься. — Хорошо, кошечка. А ты пообещай, что сейчас же пойдешь спать и перестанешь беспокоиться обо мне. Айя закатила глаза. Даже находясь на грани истерики, этот человек умудрялся заботиться о ее здоровом сне и спокойных нервах. — Ладно. Удачи и… я люблю тебя. Йере опустил голову, все с такой же широкой улыбкой на лице, позабыв обо всем произошедшем накануне и чувствуя себя абсолютно счастливым человеком. — И я люблю тебя. End of the Flashback. Долгожданный звонок в дверь, прозвучавший во всю квартиру, в которой царила тишина, отозвался эхом в ушах Микконен и заставил ее отвлечься. Она оставила плюшевую игрушку, принадлежащую ее молодому человеку, на кровати и выбежала из комнаты. В прихожей стоял Йере, снимавший с себя кожаную куртку. Растрепанные волосы были зачесаны, скорее всего им самим же, назад, в ушах висели сережки с его мини версией, а глаза его были чуть покрасневшие. Заметив встретившую его девушку, он счастливо улыбнулся и широко раскрыл руки, приглашая гитаристку в свои теплые объятия. Не раздумывая ни секунды, она сократила расстояние между ними и прижалась к груди финна, вдыхая родной запах. Рэпер оставил еле ощутимый поцелуй на ее макушке, поглаживая темные волосы. Когда Айя подняла голову, все также уткнувшись челюстью в его грудь, она встретилась с ласковым взглядом любимых голубых глаз, в которых не читалось ничего помимо радости. А если был счастлив он, то и она также. — Привет, — начала она, вызвав у мужчины смешок. — Привет. Как поживает самая прекрасная девушка в мире? Получив в ответ беззлобно закатанные глаза, Йере наконец почувствовал, что он действительно дома. С его дорогой саркастичной девушкой, которую любил невероятно сильно. Находясь в объятиях Айи, ничего не имело особого значения. — Тоскливо без тебя, — пожала она плечами, — Я приготовила рагу. — Рагу? Да ты просто мои мысли читаешь. Идем, твой мужчина ужасно голодный. Айя потянула Йере за руку, увлекая его за собой. Все вернулось на круги своя, теперь все было так, как прежде, будто ему не приходилось уезжать, будто не было Евровидения и горьких слез после него. Пока они были друг у друга, все душевные раны имели шанс излечиться и остаться лишь маленькими шрамами, служившими напоминанием.