Образцовая семья

      — Мам, можно я завтра у Серёги на ночь останусь? Это мой одноклассник, он тут не очень далеко живёт, — на очередном семейном ужине, где все создавали видимость счастливой семьи, Антон задаёт маме привычный вопрос, на который раньше всегда получал положительный ответ. Только сейчас вместо ответа она молча смотрит на дядю Серёжу, заставляя Антона непонятливо нахмуриться.       — Нет, — отвечает отчим.       — Почему? — настороженно интересуется Антон.       — Потому что нечего шляться по чужим домам, когда есть свой! Тем более, девятый класс, тебе к экзаменам готовиться надо!       Антон молча переводит вопросительный взгляд на маму, но та лишь виновато отводит глаза, в которых читаются нотки страха. Арсений, кажется, вообще даже не дышит и пытается сжаться, будто его не существует. Да блядский блять! Как же они все его достали уже! Сколько можно-то?! Антон психует, встаёт из-за стола и под мамины крики «Стой!», выхватывает свой пуховик, выбегая в подъезд.       — Да пошли вы все на хуй! — негромко, сквозь зубы.       На улице холодно, но он вообще этого не чувствует. Все мысли только о том, как несправедливо с ним поступают. Он и так отдалился от семьи, стараясь общаться только по необходимым вопросам. Но мама! Его некогда самый близкий человек! Что с ней происходит? Неужели она сама не видит, что им тут хуже?! Хуже, чем было в их старой съёмной хрущёвке на окраине города. Антон искренне не может понять, почему она выбрала какого-то странного, злого и явно ненормального мужика, а не собственного сына. Она разве не видит, что он с ними делает?       Замёрзшие пальцы плохо попадают по экрану. Набрать Серёжу получается с третьей попытки. Несмотря на вечернее время, тот спокойно соглашается приютить друга.       Только после эмоционального рассказа о произошедшей ситуации, Антон начинает потихоньку успокаиваться.       — Понимаешь, раньше такого не было. Она всегда отпускала меня к друзьям.       Они сидят в комнате Серёжи, тут уютно, а мягкое покрывало на диване приятно ощущается на коже.       — Она же даже ничего не стала отвечать! Сразу посмотрела на этого индюка! А он, тварь последняя, даже без раздумий: «Нет!» и всё! Ебись оно конём, блять! — Шастун замолкает, пытаясь отдышаться после эмоциональной речи.       — Ну я ожидал чего-то такого, приглашая тебя, — поймав удивлённый взгляд, Серёжа поясняет: — Арсению тоже особо не разрешали посещать мероприятия. Он даже на школьных вечерах не появлялся. Хотя они и скукотища полная.       Тихий голос друга успокаивает. Эмоции понемногу начинают утихать.       — Как ты сейчас ушёл-то?       — Да просто взял и ушёл. Чё такого-то?       Серёжа задумчиво покачал головой.       — Да, вряд ли это приведёт к чему-то хорошему...       Антон уже намеревается ответить, как у Серёжи звонит телефон. Он поднимает взгляд и одними губами проговаривает: «Арсений». Под резкое шипение: «Не бери!», он отвечает.       — Алло.       — Да блять, — Шастун откидывает голову на спинку дивана, прикрывая глаза руками.       — Сек, Шаст, — Серёжа протягивает ему трубку.       Антон недовольно поджимает губы, но всё же берёт.       — Да?       — Антош, вернись домой, пожалуйста, — дрожащим голосом просит мама.       Антон устало выдыхает.       — Нет, я сегодня останусь здесь.       — Антон! — она испуганно вскрикивает. — Пожалуйста, Антон, вернись домой. Я тебя очень прошу. Тебе никто ничего не сделает, только, пожалуйста, приди.       Подслушивающий всё это время Серёжа тоже кивает и шёпотом говорит, что ему лучше сейчас вернуться. Предатель.       — Хорошо, — он нехотя соглашается. — Скоро буду, — и кладёт трубку.       — Пиздец, блять. Ёбанный Арсений! Нахуй он это сделал?!       — Не думаю, что у него был выбор.       — Да как не было выбора?! Не хочешь — не делай! В чём проблема?       Серёжа лишь многозначительно хмыкает в ответ и желает удачи.       Когда Антон приходит домой, его в коридоре встречает только мама. Она подлетает к нему и крепко обнимает, сквозь слёзы судорожно прося его так больше не делать, ведь она очень сильно за него испугалась. Бушующая было злость потихоньку отступает, и Антон сильно прижимает рыдающую женщину к себе, шепча на ухо, что больше не будет, чтобы успокоить.       Зайдя в комнату, он видит Арсения, лежащего на своей кровати спиной ко входу. Тот не двигается и привычно обнимает себя за колени. Антон хочет высказать ему, что он предатель, но молчит, решая, что не хочет больше иметь с ним дел. Они просто будут сосуществовать в одной комнате, игнорируя друг друга. ***       На следующий день Антон просыпается в комнате один. Арсений встаёт раньше и уходит в школу без него. Ожидаемо. Позавтракав в одиночестве, он отправляется следом.       Перед первым уроком Серёжа подходит к нему в коридоре, учитель ещё не пришёл, и все сонно толпятся в ожидании.       — Ну что?       Антон устало поднимает взгляд и пожимает плечами.       — Ни-че-го.       — Тоже результат, — Серёжа пожимает плечами. — Как я понял, отец у него строгий. Постоянно всё запрещает.       — Спасибо, Капитан Очевидность, — усталый вздох, — я тоже это понял.       — Я к тому, что хорошо, что тебе сильно не влетело.       Антон лишь молча поджимает губы и кивает. Не то чтобы ему нечего сказать в ответ на это. Наоборот, сказать хочется слишком много, что даже начинать лень.       Первые два урока проходят абсолютно мимо. Даже под дулом пистолета Антон бы не смог сказать, что там было. Серёжа лишь молча сидит рядом, иногда поглядывая, но не лезет. И на том спасибо.       На биологии их задерживают, и Антон с раздражением вываливается в коридор, уже заполненный шумными учениками. В этот же момент на него чуть ли не налетает куда-то спешащий Арсений. Антон замечает, что у того рассечена левая скула, и помимо царапины, там ещё красуется большой синяк. Он хватает его за плечи прямо посреди коридора, и с удивлением пытается рассмотреть щёку. Арсений же начинает вырываться и отворачивать голову, чтобы Антон не мог ничего рассмотреть.       — Отпусти, — сквозь зубы, на грани слышимости.       Но Антон не разжимает руки. Мимо них снуют люди туда-сюда, кто-то замирает рядом, смотря с недоумением.       — Что случилось?       — Отвали! — Арсений наконец-то вырывается и, сбросив руки с себя, убегает дальше по коридору.       Антон порывается за ним, но чувствует, как Серёжа тянет его за руку обратно.       — Отпусти, — раздражённо дёргает рукой.       — Не надо вмешиваться.       — Как не надо?! Это же ненормально! Ты вообще видел? — он показывает рукой в сторону убежавшего парня. Несмотря на бушующее внутри возмущение, голос выходит тихий и с надрывом.       Серёжа берёт за плечи, заставляя посмотреть в глаза.       — Ну а что ты сейчас можешь сделать? Как ты исправишь ситуацию в этом коридоре?       Антон сдувается. Действительно, что он может сделать прямо сейчас?       — Ладно, пошли, — он раздражённо дёргает плечами, сбрасывая руки, и плетётся за другом на следующий урок.       В целом, география — прекрасное место для того, чтобы заниматься своими делами, но если у тебя всё равно не получается думать ни о чём другом, кроме как о разбитом лице своего сводного брата, то место лучше можно даже и не искать. В голове крутится одна и та же фраза: «как он может исправить ситуацию?» Что можно сделать? Судя по всему, Арсу прилетело вчера за его побег. Мама была свидетелем этой ситуации, но всё равно ничего не сделала. Да и сам Арсений вчера даже ничего не сказал! Просто лежал, отвернувшись, и всё! Сука. Антон реально не понимает, что ему делать. Складывается ощущение, что он один в этом мире и никто не может ему помочь разобраться в том, что происходит. То ли всех действительно всё устраивает, то ли им лень что-то менять, а может быть, просто страшно. Ну или всё и сразу.       От постоянных навязчивых мыслей голова начинает закипать. Так и не придя ни к какому решению, Антон дожидается тренировки в школе, не идя домой.       Ритмичные удары мяча о пол и лишь одна цель — забросить мяч в корзину помогают отвлечься, вытесняя все ненужные сейчас мысли. Головная боль отступает и в целом даже становится как-то легче.       Придя домой, он видит Арсения, сидящего за своим столом и делающего уроки. Антон молчит и к нему не подходит, хотя и очень хочется это сделать. Он лишь переодевается в домашнее и идёт ужинать.       Мама приходит с работы, когда Антон уже доел и собирается мыть за собой посуду. Он встречает её в коридоре и помогает донести пакеты с продуктами на кухню. Она выглядит усталой и осунувшейся.       — Как дела? — парень осторожно начинает разговор.       Мама по-доброму улыбается, треплет его по голове и говорит, что всё хорошо, начиная готовить. Антон старается помочь, моет продукты и достаёт необходимую посуду.       — Мам, ну ты же понимаешь, что то, что происходит — это не нормально? — женщина лишь вздыхает и молча продолжает готовить. — Мам? Ну посмотри, как ты изменилась! Ты же стала тенью самой себя! Почему ты перестала краситься? Носить яркую одежду?       — Антош, зачем мне краситься? Я же и так красивая, — грустная улыбка и виноватый взгляд.       — Ты же всегда любила косметику! Постоянно себе что-то покупала. У тебя даже косметичек было несколько! Почему ты теперь перестала? — мама не прерываясь продолжает что-то нарезать, не собираясь отвечать. — Это из-за него, да? Мам, — Антон подходит близко, — пожалуйста, посмотри, что он с тобой сделал. А что он сделал с Арсением? Откуда у него синяк такой большой? Ты видела вообще?       Она молча кивает, продолжая нарезать картошку.       — Просто отец сильно переживал за тебя, когда ты ушёл так поздно, — слышится тихий голос.       — А при чём тут Арсений? — удержав в себе «он мне не отец», решает выяснить главное.       — Он попытался защитить тебя. Сказал, что всё будет хорошо, и тебе просто нужно прогуляться, — а вот это неожиданно. — Но Серёжа взбесился и начал давить на него, чтобы он выяснил, где ты и к кому пошёл. Арсений не хотел тебя сдавать, поэтому он его ударил. Только после этого Арсений позвонил тому парню, Серёже.       Антон решает отложить на потом мысли о том, что Арсений всё же пытался его защитить и получил по лицу именно из-за него.       — И ты считаешь, что это нормально? Бить собственного сына?       — Конечно нет! Я сама очень сильно испугалась и за тебя, и за него. Но зато мы тебя нашли, и с тобой всё хорошо, — она наконец-то поворачивается к сыну и тепло улыбается.       — Мам, а что могло со мной случиться? Судя по всему, на улице безопаснее, чем здесь.       — Не говори так, — тяжёлый вздох, и взгляд снова утыкается в разделочную доску. — Всё хорошо. Серёжа просто слишком эмоциональный. Он любит нас, просто это его способ показывать свою любовь.       — Чего?! Мам…       — Т-ш-ш, пожалуйста, — она откладывает нож, обнимает сына, и проговаривает, смотря в глаза: — Антош, пожалуйста, не уходи так больше. Я очень сильно испугалась… за тебя.       — Это всё явно ненормально! — Антон делает шаг назад. — Ничего бы не случилось, если бы я просто сходил в гости к другу, как делал это раньше, точно так же, как и ребята приходили к нам домой. Помнишь? — смотрит в глаза в поисках понимания. — В этом же не было ничего ненормального! Наоборот, так и происходит в адекватных семьях. Мам, пожалуйста, очнись, пока не поздно, — умоляющий взгляд, но ответного добиться так и не получается, мама смотрит куда угодно, только не на сына.       — Ты ещё слишком маленький, чтобы что-то понимать. Нам очень повезло встретить такого человека как Серёжа, это наша судьба. — Антон натурально воет от безысходности. — Он действительно нас любит и заботится. Просто… он не всегда может себя сдерживать из-за сильных чувств.       — Так может на хер эти сильные чувства?       Мама хочет что-то ответить, но в этот момент в замке поворачивается ключ, и она резко выскакивает с кухни, чтобы встретить своего суженного.       Антон лишь неверяще мотает головой, до сих пор пытаясь осознать всю глубину происходящего пиздеца.       Дядя Серёжа заходит на кухню. Антон с ним здоровается, чувствуя резко возросшее напряжение в квартире после его прихода, и быстро уходит в комнату.       Арсений лежит на кровати в наушниках и что-то слушает с закрытыми глазами. Антон бы не удивился, если это какая-то научная аудиокнига. Он садится на кровать, которая прогибается под его весом, заставив Арсения открыть глаза. Тот молча смотрит на него, ожидая дальнейших действий. Синяк на его скуле при ближайшем рассмотрении кажется ещё больше, чем тогда, в коридоре. Антон поджимает губы. Ему хочется поговорить, может, поблагодарить за попытку защитить и даже извиниться за синяк. Он жестом просит снять наушники, Арс нехотя делает это.       — Слушай, ты… — в коридоре раздаётся громкий голос Сергея, говорящего что-то про работу, заставляющий обоих повернуться к двери. — Господи, твой отец всегда такой мудак?       Арсений молча надевает наушники обратно, показывая, что разговор закончен. Сука! Вот и поговорили. Антон резко ударяет рукой по кровати, заставляя Арса вздрогнуть и резко откатиться на другую половину кровати. Он понимает, что переборщил и напугал, чувство вины ощущается сильно.       — Извини, — коротко произносит, не зная, услышали его или нет. После чего разворачивается и уходит на свой диван.       Его переполняют злость, ненависть и беспомощность от непонимания, что делать дальше. Незаметно для себя, долго копаясь в мыслях, он засыпает, так и не раздевшись.       Просыпается Антон резко от странного звука. Прислушивается, пытаясь понять, что это было, но в комнате тихо. Он с удивлением обнаруживает, что накрыт своим же одеялом, но всё ещё лежит в джинсах и рубашке, так и не переодевшись со школы. Похоже, ему всё-таки показалось, или что-то приснилось. Потянувшись, он собирается встать, чтобы раздеться и лечь нормально, и в этот момент слышит полувсхлип-полустон, понимая, что это Арсений. Блин. Похоже, ему что-то снится.       — Арс! — пытается позвать громким шёпотом, но безрезультатно.       Звук повторяется.       — Арсений! — уже громче.       Парень затихает, не просыпаясь, и Антон встаёт, начиная расстегивать рубашку. Может, умыться сходить? Нет, лень. Он переодевается и пижаму и уже ложится, как вдруг слышит самый настоящий всхлип. Будто он плачет.       — Да, блять, — ругается себе под нос, и нехотя встаёт с дивана, направляясь к кровати Арсения.       Он лежит на спине, голова склонена вбок. Лунный свет позволяет разглядеть хмурое лицо, будто бы Арс сейчас заплачет. Антон садится на кровать и аккуратно касается его плеча, чтобы легонько потрясти и разбудить, не напугав. Арсений лишь мычит, но всё равно не просыпается.       — Да что ж такое-то, — Антон начинает трясти сильнее и Арс резко открывает глаза, часто моргая и непонимающе смотря.       — Ты чего? — голос хриплый ото сна. Он подбирается и принимает полусидячее положение.       — Я? Это ты чего? Лежишь тут стонешь, будто плачешь.       Арсений смущенно отводит взгляд, словно ему стыдно.       — Извини, — шепчет он.       — Да за что извини-то? Что случилось? Кошмар приснился?       — Нет, всё хорошо, извини, что разбудил, — говорит Арсений, смотря куда-то в темноту.       Да что ж они все не могут в глаза-то смотреть!       — Ладно, спокойной ночи.       Чувствуя неловкость или даже страх Арсения, Антон уходит обратно на диван, чтобы не доставать его.       — Спокойной ночи, — тихо раздаётся в ответ.       Антон честно пытается уснуть, но уже лежа на диване понимает всю бессмысленность этой затеи. Арсений не издает ни звука, хотя обычно, когда засыпает, его дыхание становится размеренным и тихим, но слышимым. Антон уже научился его различать. Сейчас же он точно не спит, но что с этим делать — не понятно.       Антон пытается вспомнить, как его в детстве успокаивала мама, если снился кошмар. Она обнимала и рассказывала сказки, заставляя забыть страшный сон. Мысленно перенесясь в их квартиру, Антон действительно успокаивается, вспоминая каждый уголок. И тут же резко открывает глаза, вспомнив про свою тётю! Ксюша ведь раньше очень часто была рядом: приходила в гости, звала к себе или просто выводила их втроём куда-нибудь. Они так давно не виделись! Лишь списывались несколько раз, и то из-за своих переживаний у Антона не было сил с ней нормально пообщаться, и он дежурно отвечал, что всё в порядке, только семейка немного странная, но списывал это на привыкание к новому месту и людям. А ведь Ксюша — именно тот человек, который может помочь! Она ведь взрослая и явно знает больше. Да и мама может её послушать. Решив, что непременно напишет ей завтра, Антон успокаивается и потихоньку засыпает. *       Всё вокруг расплывается. Я не могу ни на чём сосредоточиться и рассмотреть окружающее меня место, но точно знаю, где сейчас нахожусь. Мне страшно. Этот страх сковывает меня, заставляя замереть на месте, не в силах пошевелиться. Я вижу женскую фигуру, стоящую ко мне спиной. Пытаюсь докричаться до неё, но слова не выходят из горла. Мне нужно её предупредить, нужно ей помочь, но я не могу. Не получается. Это чувство беспомощности заставляет беззвучно разрыдаться от переполняющих эмоций. Я знаю, что будет дальше. Всё всегда идёт одинаково. Тёмная фигура подходит к женщине и, замахнувшись, резко ударяет. Я вздрагиваю и пытаюсь подбежать к ней, чтобы защитить, но у меня нет контроля над своим телом, поэтому мне приходится просто наблюдать за тем, что происходит, и пытаться не задохнуться от истерики.       Я резко выныриваю из сна и с удивлением понимаю, что рядом со мной сидит Антон и обеспокоенно смотрит.       Надо успокоить его. Не хочу чтобы он знал.       Уснуть не получается. В голове полный сумбур мыслей. Я не знаю, что делать. Как я могу их защитить? В голове мелькает воспоминание, как тетя Марина бросилась в его сторону после удара. Она хотела защитить, но что она может сделать против отца? Тем не менее, ощущение, что я уже не один разливается теплом в груди. Может, если мы будем вместе, то всё сложится по-другому?