Где-то в другой...жизни

Саша стоял перед дверью, сжимая ключ в руке. Когда-то этот жест был простым и машинальным, но не сегодня. Он долго собирался с мыслями, прежде чем повернуть ключ в замке. Щёлк — и дверь, словно нехотя, поддалась. В прихожей его встретила тишина и аккуратно сложенные вещи у порога — сумка и гитара в чехле. Всё ясно без слов. Он едва успел закрыть дверь, как из комнаты вышла Александра. — Ого, тебя наконец-то отпустили? — сказала она, иронично выгнув бровь. В голосе звучал сарказм, но глаза выдали — ей было больно. — Ну, ты ведь сама говорила, что нам нужно поговорить, — ответил Саша спокойно, но с едва заметной усталостью. — Хотя, судя по всему, разговор свёлся к “забери свои вещи”. Да и… неважно уже. — Ты знаешь, тебя тут ещё кое-кто искал, чтобы поговорить, — холодно бросила она. — А вот я уже не вижу в этом никакого смысла. — Ну… нет, так нет, — выдохнул он, глядя ей вслед. Было даже немного облегчения. Он наклонился к сумке, но из кухни раздалось шарканье шагов, и на пороге показался Колька Лысов — бывший барабанщик. Пьяный, покрасневший, с мутным взглядом. — Сань, а со мной ты не хочешь поговорить? — начал он, покачиваясь. — Не интересно, почему я ушёл от вас? Да потому что надоело! Сашку втаптываешь в грязь, на Хипа бочку катишь! А Майя, значит у тебя вся такая правильная? Ты ведь её в группу притащил — теперь она у тебя чуть ли не директор! Саша медленно выпрямился, глядя на него спокойно, почти холодно. — Ушёл — сам. И ладно. А остальное... не твоё дело! Майю позвал Хип, не я. И справляется она отлично. — А, ну да, “со всем справляется”? — ухмыльнулся Лысов, приближаясь. — В постели тоже, да? Саша напрягся. — Не твоё дело, Коль. — А я знаю, какая она в постели, — продолжил тот, криво усмехаясь. — Хороша, чертовка… Каждый его звук отдавал фальшью, но и он, и Саша прекрасно это понимали — Лысов просто искал повод для драки. — Заткнись, — резко сказал Саша, голос сорвался. — Что, за живое задел? — подначивал Лысов, уже откровенно нарываясь. — Думаешь, ты один такой особенный? Твои девчонки не только твои, понял? — Я сказал, заткнись, подонок! — взорвался Саша. Он не выдержал — бросился на него с кулаками. Лысов не остался в долгу. Удар — второй — и оба повалились на пол. Гулко звякнула гитара, что стояла у стены. Александра испуганно вскрикнула, бросилась их разнимать, но безуспешно. Мужчины, охваченные злостью, не слышали ничего. Лысов замахнулся, но Саша успел увернуться. Они сцепились снова, дыхание сбилось, в комнате пахло потом и табаком. В конце концов Александра, вся дрожащая, вновь вцепилась в плечо Лысова и кое-как оттащила его в сторону. Он отступил. Осознание, что он натворил пришло тут же. В тот же миг ударник рванул к двери, жадно глотая воздух. — Сашка, пошли! — крикнул он, стоя уже на лестничной площадке, вытирая разбитый нос рукавом. — Пока он не очнулся и ментов не вызвал! Она замерла на секунду, глядя на лежащего без сознания Васильева, потом машинально подняла его телефон, упавший на пол. — Пошли, я сказал! — повторил чуть громче Лысов. Словно требуя бесприкословного подчинения. Александра кивнула и, не глядя на Сашу, вышла следом. Уже на улице, дрожащими пальцами, она набрала последний номер в журнале вызовов. — Алло? Ты уже вернулся? Я скоро буду, — сказала Майя, пребывая в полной уверенности, что звонит именно он. — Саше нужна помощь. Он сейчас в нашей квартире, по адресу *********, дом **, кв. **! — торопливо проговорила Александра, прикрывая рот ладонью, чтобы Лысов не услышал. — Что случилось? — испуганно переспросила Майя, бледнея на глазах. — Извини, я не могу, — коротко бросила та и оборвала звонок. Майя замерла с телефоном в руке. Лёва, сидящий напротив, сразу насторожился. — Что-то не так? — спросил он, заметив, как у неё изменилось лицо. — Не сейчас. Извини, — выдохнула она и встала. — Мне нужно срочно ехать. — Я с тобой, — решительно сказал Лёва, поднимаясь. — Не нравится мне это всё. Счёт они оплатили заранее — и через минуту уже выбегали из кафе. — Быстрее! — бросила Майя, останавливая такси. — Надо ехать немедленно! Лёва захлопнул за ней дверь, и машина сорвалась с места. Он чувствовал, как у неё дрожат руки, и молчал — потому что понимал: впереди их ждёт что-то серьёзное.