Ревность
16 мая 2023 г., 23:43
Приехали они быстро. Едва машина остановилась, Майя выскочила на улицу и почти бегом рванула к подъезду.
— Майя, стой! — крикнул Лёва, выскакивая следом. — Я должен идти первым! Мало ли, что там!
Но девушка его не слышала. Она уже поднималась по лестнице, перепрыгивая через ступеньки, пока не увидела дверь, распахнутую настежь. Не раздумывая ни секунды, Майя залетела внутрь.
— Саш, ты здесь? — крикнула она взволнованно, проходя в одну из комнат.
Ответа не последовало. Через секунду в дверях появился Лёва, тяжело дыша.
Он первым заметил Сашу — тот сидел на полу в гостиной, опершись спиной о стену. В руке — початая бутылка виски.
— Май, а мы здесь! — позвал Лёва, бросив быстрый взгляд на мужчину. — Надо аптечку поискать, — и сразу пошёл на кухню.
Майя подошла ближе, осторожно присела рядом.
— Саш… что случилось? — спросила она шёпотом, чувствуя, как внутри всё сжимается.
Он медленно поднял на неё взгляд — мутный, уставший, но живой.
— Маюша пришла… А зачем ты пришла? Меня не нужно спасать, — произнёс он хрипло, с обидой, в которой слышалась усталость.
— А почему ты со мной так разговариваешь? — спросила Майя, всматриваясь в лицо Саши. — Опять алокоголь… — бросив взгляд на бутылку в его руке разочарованно прошептала она.
Он фыркнул, отвёл глаза.
— А что тут делает «Би-2»-шник? Почему он с тобой?
— У нас с Лёвой была рабочая встреча, потом он меня подвёз сюда, — ответила Майя, стараясь говорить спокойно.
В этот момент вернулся Лёва с аптечкой.
— Нашёл только это. И… наверное, пойду. Или помочь ещё чем-то?
— Нет, Лёв, спасибо, — сказала Майя, принимая аптечку.
— Тогда созвонимся, когда всё уладится, — он посмотрел на неё внимательным, чуть тревожным взглядом.
— Да, конечно, — улыбнулась она, но слишком быстро, слишком натянуто.
Когда дверь за Лёвой закрылась, в квартире стало тихо.
Майя развернула бинт, достала перекись.
— У тебя губа разбита, — тихо сказала она. — Надо кровь убрать.
Она смочила марлю и осторожно прикоснулась к его губе. Саша вздрогнул, втянул воздух сквозь зубы, но не отстранился. Просто смотрел на неё — долго, внимательно, будто хотел запомнить каждое её движение.
— Откуда ты узнала, что я здесь? Я ведь ни разу не говорил тебе про эту квартиру? — спросил он глухо.
— Мне позвонила Саша. С твоего телефона. Сказала, что тебе нужна помощь.
— Они ещё и мой телефон прихватили… Отлично! — пробормотал он, глядя куда-то мимо.
— Саш, — она подняла на него глаза, — давай поедем домой? Я вызову такси. Небрежно поставила пузырёк на стол. — Только скажи… зачем ты опять так?
— Захотел, — резко сказал он. — Или мне нужно было у тебя спросить? Ты ведь уже решаешь за меня, с кем группе работать. Может, хоть пить я буду по собственному решению?
— Может, мне тогда вообще уйти, и ты будешь решать всё сам? — холодно произнесла Майя.
Встала, выбросила марлю и пошла к двери, стараясь не разрыдаться раньше, чем выйдет.
На улице было сыро, и воздух казался плотным, тяжёлым. Майя зажгла сигарету, дрожащими пальцами прикрывая огонёк. Обидно было до тошноты: она снова пришла, снова — когда ему плохо. А он снова оттолкнул.
«Может, Стася права, — думала она. — Он сложный. Он пьёт. И всё равно я здесь».
Она выдохнула дым, глядя на темнеющее окно той самой квартиры, и вызвала такси.
Саша тем временем, покачиваясь, вышел на кухню. Курил, глядя вниз — на неё. Стояла, курила, не двигаясь.
Что-то в груди дёрнулось.
«Надо идти. Сейчас. Пока не ушла».
Следом — укол:
«Мудак. Она опять пришла, когда мне хреново. И я снова всё испортил».
Он бросил окурок в раковину и, едва держась на ногах, побежал вниз.
Когда дверь подъезда распахнулась, Майя вздрогнула. Он стоял в проёме, запыхавшийся, сжимая рукой бок.
— Прости, — выдохнул он. — Я не думал, что говорил. Меня накрыло. Не уходи. Не сейчас.
Она опустила взгляд.
— Саш, всё в порядке. Мне нужно побыть одной, — сказала тихо, отстраняясь от его рук.
Подъехало такси. Она открыла дверь, но прежде чем сесть, посмотрела на него ещё раз.
— Завтра в восемь квартирник. Не забудь. А сейчас — просто поезжай домой, ладно?
Она закрыла дверь, и машина плавно тронулась.
Саша стоял, пока свет фар не исчез. Потом, не глядя по сторонам, поднялся в квартиру, собрал вещи и поехал к себе. Но даже лёжа в темноте, глядя в потолок, так и не смог заставить себя уснуть.
