Где-то в другой...жизни

Стоя под окнами Майи, Саша набрал её номер. Гудки резанули по нервам. «Возьми. Пожалуйста. Я всё скажу нормально. Без крика. Я могу». В этот момент в квартире Майи Лёва открыл глаза от звука вибрации телефона. Потянулся к столику, нащупал мобильный, и, увидев на экране имя Саши, бросил короткий взгляд на крепко спящую Майю. Не раздумывая, нажал на зелёную кнопку — и не успел сказать ни слова. — Май, прости меня, пожалуйста. Нам нужно поговорить. Я тебе всё объясню, — Саша заговорил сразу, не дожидаясь ответа. Он никак не ожидал услышать в трубке голос Бортника. — Саш, время много… Ты на часы хоть иногда смотришь? Ты бы завязывал с алкоголем и таблеточками, — сонно пробормотал Лёва, откладывая книгу на столик. Сашу будто ударили. — А ты кто такой?! Я советов не просил! Где Майя? Дай ей трубку! — взорвался он, срываясь на крик. Лёва быстро поднялся с кресла и побрёл на кухню — не хватало ещё разбудить Майю этим разговором. — Она спит! Васильев, ночь на дворе! Завтра ей позвони и поговорите. Поезжай домой, проспись! — ответил он, стараясь держать голос ровным, остановившись у окна. — Тогда открывай дверь. Поговорим с тобой, — резко бросил Саша, не скрывая агрессии. Его трясло — то ли от злости, то ли от начинающегося отката. Сейчас Лёва был для него не человеком, а преградой. Последней. — Могу спуститься сам. Но сюда не пущу. Нечего её будить, — сдержанно предложил Лёва. — Окей. Выходи. Поговорим, — сквозь зубы сказал Саша и сбросил вызов. Он сунул телефон в карман куртки и начал ходить из стороны в сторону, нервно поглядывая на подъезд. Лёва убрал телефон, ещё раз заглянул в комнату, задержав взгляд на Майе, — «Прости. Но иначе нельзя». Тихо обулся, закрыл за собой дверь и спустился вниз. Выйдя из подъезда, сразу заметил знакомый силуэт. Саша тоже пошёл ему навстречу. — Что ты хотел? — спокойно спросил Лёва, останавливаясь напротив, достал сигареты и прикурил. Сашу всё ещё трясло. — Что между вами? С Майей? — спросил он в лоб, глядя с плохо скрываемой ненавистью. Лёва кивнул, жестом показал на лавочку у детской площадки и пошёл туда, не дожидаясь ответа. Саша раздражённо цыкнул, но последовал за ним. — У нас с Майей ничего нет. Да, было время — я пытался за ней ухаживать. Потом появился Хип, она уехала. Сейчас мы просто работаем. Нас, в конце концов, объединяет продюсер, — спокойно объяснил он, выдыхая дым в небо. — А чего ты ей названиваешь? — вспылил Саша, вытаскивая последнюю сигарету и сминая пустую пачку. Лёва пожал плечами, выбросил бычок, застегнул толстовку и вытянул ноги. — Из-за тебя. Наслышан, какой ты. Ты ж ей всю жизнь сломаешь, — сказал он и, приподняв бровь, добавил: — Тебе сколько? Тридцать? А ей чуть больше двадцати. Саша скривился, усмехнулся и швырнул окурок в сторону. — А-а, понял! Чтобы на твоём фоне я выглядел хуёвым, а ты на моём — охуенным? — съязвил он. Лёва посмотрел на него устало — как на человека, который сам себя загнал в угол. — Нет. Чтобы ей было к кому прийти. Как сегодня, — ответил он и отвёл взгляд в темноту. Саша не унимался. — Но нашёл-то её не ты. Хуёвый с тебя следопыт, — усмехнулся он. Лёва снова посмотрел на него. — Ты идиот, — выдохнул с горечью. — Я и не должен был её находить. Она бы этого не хотела. Ты и сам знаешь — она новичок, но справлялась. А как в тебя влипла… стала глупой. Слепым котёнком. Саша дёрнулся, будто его ударили. Ревность вспыхнула — но вместе с ней пришло и что-то другое. Понимание. Злое, тяжёлое, — «Я правда делаю ей больно?» — Ты ещё долго в городе? — спросил он глухо, глядя в темноту. Лёва сразу понял, к чему тот ведёт. — Нет. В Москву уезжаю. Альбом горит, — усмехнулся и, посмотрев прямо на Сашу, добавил: — Только не наделай глупостей. Саша молчал. И впервые за вечер не нашёл, что ответить. Майя проснулась среди ночи и, не увидев в комнате Лёвы, медленно села на кровати. Сон ушёл сразу — слишком тихо было вокруг. Она окинула взглядом тёмную комнату, затем поднялась и вышла на кухню. Подойдя к окну, взяла сигарету из пачки, прикурила и машинально посмотрела вниз. И тут увидела их. Лёва и Саша сидели на лавочке. «Что за чёрт?.. Что происходит?», — мысль ударила резко, почти болезненно, — «Почему они вместе? Почему здесь?» Она примяла сигарету в пепельнице, схватила с подоконника пачку с зажигалкой и почти бегом вернулась в комнату. Быстро натянула джинсы и футболку, прошла в прихожую, обулась, сняла с зеркала ключи и выскочила за дверь, сбегая вниз по лестнице. На улице она распихала всё по карманам и остановилась, не решаясь сразу подойти. Стояла, переминаясь с ноги на ногу. Лёва заметил её первым. Присмотрелся — и сразу понял, кто это. Молча поднялся со скамейки и пошёл навстречу. Майя интуитивно сделала то же самое, скрестив руки на груди и потирая плечи. Он остановил её в нескольких метрах от лавочки, словно защищая — и одновременно отсекая от Саши, который наблюдал за сценой, сжимая челюсти, -- «Конечно. Он всегда так — рядом, вовремя, правильно». От этого внутри поднималось почти физическое отвращение. Курить хотелось до дрожи, но сигарет больше не было. — Ты проснулась? Зачем вышла? Тут прохладно, — сказал Лёва тихо, заметив, как она дрожит. Майя бросила взгляд на Сашу, потом снова на Лёву. — Да так… не спится. А вы чего тут? Всё в порядке? — в её голосе прозвучало беспокойство. Не отвечая, Лёва решительно снял с себя толстовку и накинул ей на плечи. Саша заметил — но промолчал. Внутри всё кипело, но он заставил себя выглядеть безразличным. — У нас всё нормально. Правда, Саш? — Лёва обернулся к нему с лёгкой улыбкой. — Да. Всё прекрасно, — отозвался Саша ровно, глядя в темноту. Лёва сразу понял: дальше он лишний. — Ладно, я пойду. Поздно уже… вам надо поговорить, — сказал он и, не дожидаясь ответа, развернулся в сторону машины. Майя растерялась на секунду, потом шагнула за ним. — Лёв, забери кофту, — дрогнул голос. Он остановился, повернулся. — Не надо. Я в машине, не замёрзну, — тепло улыбнулся и ушёл. Она осталась. Майя повернулась к Саше вполоборота, достала сигарету, прикурила. Он молчал. Она тоже. Докурила, выбросила бычок и направилась к подъезду. «Вот и всё», — решила она. — Май, надо поговорить… — крикнул Саша ей вслед. Она остановилась и медленно повернулась. — О чём? — спросила, глядя будто сквозь него. — Значит, не о чем? — он подошёл ближе, пытаясь поймать её взгляд. — Мне нечего тебе сказать, — устало пожала плечами Майя. — Делай что хочешь. Пей, кури, глотай колёса. Ты свободен. Она выдохнула. — Хипу я сама всё скажу. Уже есть предложение. Улечу обратно — и мы всё забудем. Уже ничего нет… Саша застыл, -- «Нет… только не это». Она развернулась и пошла. — Май! — снова окликнул он и догнал её. Он обнял её резко, крепко, будто боялся, что она исчезнет. Вдохнул её запах — и только сейчас понял, как ему его не хватало. Майя замерла. Потом медленно повернулась к нему. В его глазах было раскаяние — настоящее, не показное. «Если простить сейчас — значит принять всё снова, — мелькнуло у неё». Она смотрела на него долго. Потом вдруг потянулась к его губам. Он ответил. — Мне уйти? — выдохнул Саша, не отпуская её талию. — Как хочешь. Ты сам решаешь, — ответила Майя, хотя сердце колотилось. — Я не хочу уходить. Хоть всю ночь с тобой тут проведу. — На улице? — усмехнулась она. — Хоть где. — Саш, перестань так на меня смотреть… — Как? — улыбнулся он. — Как удав на жертву, — рассмеялась Майя. — Ну что, пойдём? Или тут останемся? Представляю заголовки… — А клуб тебя не волнует? — Честно? Плевать. Он протянул ей руку. — Ну ладно, — вздохнула она и вложила ладонь в его. Уже дома Майя почти сразу уснула. Саша лежал рядом, обнимая её, но сон не шёл. Когда убедился, что она спит, тихо встал и ушёл на кухню с её сигаретами. Курил, глядя в темноту. И думал. О вечере. О Майе. И о словах Лёвы, которые, как назло, не выходили из головы.