Где-то в другой...жизни

Всю ночь Саше не спалось. Он нашёл какую-то тетрадь на холодильнике и ручку и, сидя за столом, курил и что-то писал, иногда раздражённо зачёркивая только что выведенные строки. Мысли путались, слова не слушались. Так незаметно наступило утро. Майя проснулась, приподнялась в постели и, окинув комнату взглядом, не увидела Сашу. На секунду подумала, что он ушёл. В груди неприятно кольнуло. Она встала и направилась в ванную, потягиваясь на ходу, но на подходе заметила его — сидящего на кухне спиной к ней. Девушка тихонько подошла, наклонилась и нежно обняла Сашу сзади. Он почувствовал её дыхание, её взгляд через плечо, оторвался от записей и повернул голову. — Доброе утро, малыш, — тихо прошептал он и коснулся её губ. — Доброе утро. Чем занят? — чуть отстранившись, спросила она, внимательно вглядываясь в его лицо. Заметив красные глаза, нахмурилась. — Ты спал? Майя прошла и села напротив. Достала сигарету, прикурила и пристально посмотрела на него. — Не-а. Не хотелось. Вдохновение прёт, — ответил Саша, поморщив нос, но взгляд всё равно скользнул к листку. Он пробежался глазами по строчкам, будто проверяя, не слишком ли откровенно. — Я не помешала? — мягко спросила она, стряхивая пепел. — Вообще-то я не люблю, когда в такие моменты вмешиваются, — честно признался он, качнув головой. — Но ты — исключение. Да и я уже закончил. Он вырвал лист из тетради, сложил его вчетверо и убрал в карман толстовки. Тетрадь отодвинул в сторону, взял сигарету и тоже прикурил. Майя затушила окурок и занялась приготовлением кофе. — Чем сегодня будешь занят? Хип вроде ждал на студии, — вспомнила она, засыпая молотые зёрна в турку и залила водой. — Я чуть не забыл, — устало отозвался Саша и, запрокинув голову выдохнул. — Саш, я, наверное, сегодня не поеду. Вы и без меня справитесь. Он едва заметно напрягся. — Как скажешь. А почему без тебя? Снова «работа?» — спросил он, выдыхая дым и наблюдая, как она скрылась за дверцей холодильника. — Нет. Просто не очень хорошо себя чувствую. Голова болит, наверное, после вчерашней ночи, — спокойно ответила Майя, доставая продукты. Она закрыла дверцу бедром, выложила всё на столешницу и сняла поднявшийся кофе с плиты. Разлила по чашкам и одну поставила перед Сашей. Он принял её, но внутри что-то снова неприятно шевельнулось. — Точно? Больше ничего? — спросил он, приминая окурок в пепельнице. — Точно. Просто отлежусь — и всё пройдёт, — она натянуто улыбнулась, пытаясь его успокоить. Он кивнул. — Ладно. Они позавтракали почти молча. Саша ел с аппетитом, но мысли его были далеко. Майя допила кофе и ушла в комнату. Там села на кровать, прихватив из угла гитару, настроила её, а потом начала перебирать струны. Саша докурил, взял пепельницу и пошёл следом. Плюхнулся в кресло и замер, слушая. Она играла одну из песен Виктора Робертовича Цоя — к его музыке её ещё в юности приучил отец. Саша слушал, не сводя с неё глаз. В этих аккордах было что-то честное. Чистое. Без надрыва, без игры. И от этого внутри становилось тревожно, — «Она светлая. А я?» Он машинально коснулся кармана, где лежал сложенный лист. Строчки жгли. Он до сих пор не был уверен, что умеет быть настоящим. Майя играла и пела с закрытыми глазами, полностью отдаваясь процессу перебора аккордов. В исполнение песни она вложила всю душу. Песен ещё ненаписанных сколько? Скажи, кукушка, пропой. В городе мне жить или на выселках, Камнем лежать или гореть звездой? Звездой. Солнце моё — взгляни на меня, Моя ладонь превратилась в кулак, И если есть порох — дай огня. Вот так… Кто пойдёт по следу одинокому? Сильные да смелые головы сложили в поле, в бою. Мало кто остался в светлой памяти, В трезвом уме да с твёрдой рукой в строю, в строю. Где же ты теперь, воля вольная? С кем же ты сейчас Ласковый рассвет встречаешь? Ответь. Хорошо с тобой, да плохо без тебя, Голову да плечи терпеливые под плеть, под плеть. Солнце моё — взгляни на меня, Моя ладонь превратилась в кулак, И если есть порох — дай огня. Вот так… Когда девушка закончила, заглушив дрожащие струны, открыла глаза и увидела, как Саша затушил бычок в пепельнице и захлопал в ладони. — Класс! Мне очень понравилось, — восторженно воскликнул он. — Спасибо… — смущённо пролепетала Майя. — Мне всегда становится легче, когда играю. Саша подошёл и забрал гитару, поставив её в угол комнаты. Его взгляд был мягким и внимательным, словно он читал её мысли. — Тебе нужно отдохнуть, а я поеду, — тихо произнёс он, наклонив голову набок. — Могу взять ключи от твоей машины? — Да, бери. А она разве тут? — удивлённо спросила Майя. — Ну да, я вроде вчера на ней приехал, — попытался пошутить Саша, слегка улыбнувшись, но в голове у него всё ещё бурлили тревожные мысли: «Она даже не догадывается, какой риск я на себя взял…» — Ты вчера в таком состоянии сам приехал? — воскликнула Майя, сердито глядя на него. — Типа того… Всё в порядке, — с лёгкой улыбкой проговорил он, но в голове не смолкал внутренний голос: «Чёрт, Санёк, не повторяй больше таких глупостей.» — Значит и ключи у тебя! — строго уточнила Майя, глядя на него с лёгким укором. Саша нащупал их в кармане: — Да, вот. Отдыхай, я позже позвоню, — добавил он, подходя к девушке. Она отвернулась, сердито опустив взгляд, поэтому он поцеловал её в щёку и ушёл. Майя не стала его провожать. В дороге на студию Саша заскочил за пачкой сигарет и продолжил путь. По приезде он заметил Хипа и всю группу. Закрыв за собой дверь, он услышал, как продюсер, глубоко выдохнув, хлопнул ладонями: — Вот и Санёк! Так все в сборе. — Не все. Майи нет, — оживлённо заметил Сергей, крутя в руке одну из барабанных палочек. Хип окинул группу взглядом: — Майя нам сейчас не нужна. Так как в тур я с вами не еду, вместо меня едет она. Поэтому я дал ей этот промежуток времени как отпуск. Сегодня я уезжаю с «Би-2». А вы берегите Майю, особенно от своих чокнутых фанаток, — произнёс он с намёком, переводя взгляд на лидера. — Особенно это касается тебя, Саша. Саша завис на мгновение, но затем оживился и улыбнулся: — Само собой. Правда я пока-что не замечал неадекватных фанов, вроде все спокойные. — Так, надеюсь, все всё поняли? — Хип окинул ребят беглым взглядом и получил одобрительные кивки. — Если буду нужен, я в офисе! — добавил он, развернувшись и захлопнув дверь. Ребята принялись составлять сет-лист для тура и решили сделать прогон. Пограничной песней до объявления перерыва на перекур была «Весь этот бред». Я отключил телефон, завел на восемь будильник, Я объяснил тебе где, в квартире спрятался душ, Твои соленые слёзы, кислые мины, душные речи… Я умираю со скуки, когда меня кто-то лечит! Ты хороша, как узор в прямоугольной бумаге, Вечнозелёный цветок и порошок в зеркалах, Ты так хороша! Длинные пальцы, узкие джинсы, шея и плечи… Я умираю со скуки, когда меня кто-то лечит! Гадай на картах Таро и что осталось от кофе, Не продырявь мне башку взглядом внимательных глаз, Твои солёные слёзы, кислые мины, душные речи, Весь этот бред! Я умираю со скуки, когда меня кто-то лечит! По окончании песни Саша, как обычно, прижал ладонью струны гитары, развернулся к парням, снимая ремень с плеча. — Перекур! — объявил он, ставя гитару на стойку. Затем ринулся к двери, на ходу вынимая из кармана мобильник, пачку сигарет и зажигалку. Остальные последовали его примеру: кто-то остался в комнате, кто-то так же пошёл в коридор. Саша набрал номер Майи и, закурив, отошёл чуть подальше от ребят. — Привет. Как ты? — спросил он, придерживая сигарету губами и убирая пачку обратно в карман. — Привет. Уже гораздо лучше, — ответила Майя и тут же поинтересовалась: — А ты как, живой? — Я? Конечно! Голова немного ватная, но мы ещё не закончили, — выдохнул он, а потом не удержался: — Почему я только-что узнал, что теперь у нас ты начальник? — в голосе звучала искренняя радость. — Ну, я… — замялась она, а затем смущённо протянула: — Сюрприз! — И, чуть тише спросила, — Думаешь, я не справлюсь? — Абсолютно уверен в обратномм, — твёрдо ответил он. — Я горжусь тобой! — Случайно стряхнув пепел с сигареты на пол он оживлённо добавил, — может, сходим вечером куда-нибудь? Отметим? Майя на секунду замолчала. И тут вспомнила — сегодня концерт. — Саш, извини. Я сегодня иду со Стасей на концерт. Мы только что договорились, она уже билеты взяла, — виновато сказала девушка. — На чей? — спросил он, не скрывая любопытства. — Земфиры, — тихо ответила Майя. — Ну, хорошо, — спокойно кивнул он, уже поворачиваясь в сторону ребят. — Тогда, может, я тебя оттуда заберу? — Давай. — Скинь координаты и примерное время — буду там, — мягко сказал он, улыбаясь. — Окей. Тогда до вечера? — уточнила она. — До вечера, — тихо ответил Саша и сбросил вызов. Он убрал телефон в карман и вернулся к группе. Наступил вечер. Майя уже добралась до места и, лишь выйдя из такси, увидела Стасю. Та стояла прямо у входа в клуб. Быстро оплатив поездку, она поспешила к подруге. — Привет, Стасян, — улыбнулась Майя, застёгивая сумочку и раскрывая объятия. — Привет, Маюш! — Стася крепко её обняла. — Я позвала тебя не просто так. Группа сегодня возвращается в Москву, и я лечу с ними. Точнее с Шуриком. В общем я тут узнала, что у тебя творилось в последнее время… У Майи сразу исчезла улыбка. — Лёва рассказал? — тихо спросила она, опуская взгляд. — Он — Шуре, а я уже у него всё выспросила, — мягко ответила Стася. — Я подумала, тебе нужно развеяться. — Ясно… — выдохнула Майя. Потом, словно стряхнув с себя тяжёлые мысли, улыбнулась: — Пошли тогда. Она понимала: Стася действительно хотела поддержать её. И поводов встретиться было много — и новости о туре, и назначение Майи, и предстоящие разъезды. Неизвестно, когда они снова соберутся вместе. Подруги вошли внутрь и заняли свои места. В зале погас свет, и зазвучали знакомые мелодии песен Земфиры. Так прошло некоторое время. Концерт прошёл мега-круто, и по его завершении девушки собрались и покинули клуб. У входа уже ждал Саша — он стоял, прислонившись к своей машине. Майя выходила из дверей, оживлённо разговаривая со Стасей, но, заметив его, внезапно замолчала и застыла, пристально глядя на мужчину. Сердце на секунду сбилось с ритма. Опомнившись, она робко направилась к нему. Стася, заметив это, тактично достала телефон и начала вызывать такси. — Саш, а моя где? — с удивлением спросила Майя, подходя ближе. — У твоего дома, — спокойно ответил он, стоя со скрещёнными на груди руками и облокотившись на крыло машины. Стася закончила разговор и подошла к ним. — Саш, знакомься. Это моя лучшая подруга — Стася, — представила Майя. — Очень приятно. Это ты тогда была с «Би-2»-шниками на квартирнике? — уточнил он, переведя взгляд на девушку. — Да. А ты тот самый Саша Васильев? — с лёгкой улыбкой ответила Стася. — Тот самый? — переспросил он, чуть прищурившись, затем усмехнулся. — Интересная формулировка. Ну да ладно. Заметив подъезжающее такси, он расцепил руки, оттолкнулся от крыла машины и прошёл на водительское место, позволяя девушкам спокойно попрощаться. Стася обернулась, увидела автомобиль с шашечками на крыше и тут же поспешила к подруге с объятиями. — Ладно, Маюш, я поехала. Всего вам хорошего, — быстро сказала она, чмокнула её в щёку и, отходя к машине, послала воздушный поцелуй. — Хорошо вам долететь! Привет ребятам! — крикнула Майя, уже открывая дверь автомобиля. Саша завёл двигатель и дождался, пока она сядет. — Ну, как всё прошло? — спросил он, снимая машину с ручника и глянул в зеркало заднего вида. — Очень понравилось. Энергетика сумасшедшая, — довольно ответила Майя, пристёгивая ремень. Машина плавно тронулась. Саша загадочно молчал, а Майя достала телефон и ответила на сообщение от родителей. Минут через двадцать они остановились у какого-то здания. Саша припарковался вдоль дороги и заглушил мотор. — Пора выходить, — произнёс он с таинственной улыбкой, глядя на неё влюблённым взглядом. Майя убрала телефон в сумочку и огляделась. — А где это мы? — недоумённо спросила она, отстёгивая ремень. — Ммм… в общем… — протянул он, глядя наверх. — Пойдём за мной — сама всё увидишь. Он вышел из машины, взял с заднего сиденья гитару, обошёл автомобиль и открыл ей дверь. Когда Майя выбралась наружу, он закрыл машину и, взяв её за руку, повёл за собой. Им пришлось подняться по ступенькам, затем пробраться на чердак. А когда они оказались наверху, Майя замерла. На крыше был расстелен плед, усыпанный лепестками роз. Рядом стояла бутылка вина и два бокала. Саша подошёл сзади, свободной рукой обнял её за талию и прошептал на ухо: — Это тебе. За всё, что я чуть не испортил… Прости меня. Майя тихо улыбнулась, чувствуя, как внутри становится тепло. Он мягко развернул её к себе, поцеловал и повёл к пледу. Была поздняя белая ночь — звёзды казались особенно яркими, а город внизу стал тише, чем днём. Саша устроился рядом, открыл бутылку вина, налил в бокал и протянул ей. Затем взял гитару, настроил струны и начал играть. Музыка разливалась над крышами, растворяясь в ночном воздухе. — Где ты была, эти дни и недели Куда указала лоза Кто согревал твоё, в камень замёрзшее сердце? Я знаю во время великого плача Остались сухими глаза У тех, кто звонил нам домой И сулил нам бессмертье. Господь дал нам маковый цвет, Дал нам порох, Дал небо одно на двоих И запеленал нас в узоры чугунных решёток. И стало светло, как бывает когда В самом сердце рождается стих И кто-то с любовью помянет кого-то. Хлопок и лён, сколько лет прошло Тот же свет из волшебного глаза. Имя имён мы смотрим друг на друга А над нами всё небо в алмазах. Так где ты была, я собрал всё оружие В самый дырявый мешок И вынес туда, где по-прежнему верят приметам, А здесь даже дети умеют вдыхать Этот белый как снег порошок И дышат на стёкла И пишут, что выхода нет. Хлопок и лён, сколько лет прошло Тот же свет из волшебного глаза Имя имён мы смотрим друг на друга, А над нами всё небо в алмазах. Небо в алмазах Небо в алмазах. — Саш, это было великолепно, — похвалила Майя, убирая в сторону бокал и мягко похлопав его по плечу. — Спасибо. О чём ты сейчас думаешь? — с довольной улыбкой спросил он, откладывая гитару. — Ни о чём… Просто наслаждаюсь моментом. Спасибо тебе за сюрприз, — тихо произнесла она, глядя на звёздное небо, а затем перевела взгляд на него. — А нас отсюда никто не выгонит? — Сколько я здесь бывал — ни разу никого не видел. Это моё любимое место. Здесь город как на ладони, а ночью особенно красиво, — ответил он, тоже глядя вверх. Майя смотрела на Сашу влюблёнными глазами, будто ловила каждое слово. Словно всё, что когда-то её в нём ранило, принадлежало другому человеку. Сейчас он казался ей настоящим романтиком — тем, кто привёл её на крышу любоваться звёздами и петь только для неё. Он заметил её взгляд. Почувствовал, как тянет к ней сильнее, чем прежде. Саша медленно приблизился. Майя не отстранилась. Их губы встретились — сначала мягко, осторожно, а затем всё более жадно. Он навис над ней, продолжая целовать, медленно освобождая её от одежды и сбрасывая свою. Когда стянул кофту, слегка тряхнул головой, убирая упавшие на лицо волосы, и продолжил целовать её ниже. Она извивалась в его руках, будто специально дразнила. Его дыхание становилось всё тяжелее. «Если хочешь меня — просто скажи…» — упрямо думал он, решив не спешить, несмотря на собственное напряжение. Но Майя лишь тихо постанывала, скользя ладонями по его телу. «Держись… не сдавайся первой…» — убеждала она себя, чувствуя, как внутри всё горит. Он целовал её шею, слегка покусывая кожу, спускаясь ниже. Его терпение таяло. «Ты решила играть? Хорошо… посмотрим, кто выдержит дольше…» Неожиданно Майя перехватила инициативу и перевернула его на спину. Саша удивлённо выдохнул, но не стал сопротивляться. Теперь она была сверху. Медленно, нарочно медленно, она избавила его от одежды и начала дразнить его прикосновениями. Саша застонал уже через несколько мгновений. — Прошу… остановись… — выдохнул он, едва справляясь с собой. Она лишь усмехнулась и наклонилась к нему, поцеловала в губы, продолжая двигаться. Ей нравилось наблюдать, как он теряет контроль — то закрывает глаза, то смотрит на неё так, будто не может насытиться. Он сжимал её бёдра, дыхание сбивалось. «Какой же он красивый…» — мелькнуло у неё в голове. — «От одного его взгляда можно сойти с ума…» Финал оказался стремительным. В какой-то момент, почувствовав, что больше не выдержит, Саша притянул её к себе. Их тела слились в последнем напряжённом движении. Потом они долго лежали рядом, переводя дыхание, глядя на звёзды. Белая ночь казалась бесконечной. Спустя время они оделись и неспешно направились к машине. Подходя к ней, не торопились садиться — будто не хотели, чтобы этот вечер заканчивался. Саша снял автомобиль с сигнализации, закинул вещи на заднее сиденье и, прежде чем открыть дверь, вдруг решился. — У меня такого ни с кем ещё не было… — тихо сказал он, глядя на неё серьёзно и почти уязвимо. Майя замерла. — У меня тоже… — ответила она так же тихо. И в этих словах было больше, чем просто признание. Они сели в машину и отправились домой.