Приказано любить, но любить — это отвратительно.

Когда то я сказал, что могу видеть по глазам судьбу

Теперь я не уверен, что я сам смогу хоть что нибудь.

Вообще, вопреки ожиданиям, дни после извининений не отличались ровно ничем от обычных. Денис конечно и не знал, чем они должны выделяться, но думал что, как бы событие произошло! Всё должно с ног на голову перевернуться, разве нет? Похоже, что нет. И думается Коломийцу, что оно и к лучшему. Хотя когда лежишь ночью перед сном, в голове как бы ты не сопротивлялся, всплывают воспоминания этой убогой речи, и ненароком появляется желание вылезти из кожи и впитаться в кровать. А Илья даже в переписке успел подъебать, спрашивая о том как Денис там, наладил ли отношения, но второй предпочел просто скинуть эту надоеду в игнор. Не, ну а чего? Коломиец мальчик воспитанный, поблагодарил за услуги такси, деньги скинуть за завтрак предложил, Коряков сам отказался, не должен же школьник теперь хвостиком бегать. Хотя ладно, Денис раздумывал о том, что по-хорошему стоит как-то отблагодарить Илью за такую несказанную щедрость, но в конце концов твёрдо решил: Илья Коряков идёт в задницу, потому что слишком уж много занимает пространства в последнее время. Вова познакомил своих друзей с Алиной. Это произошло в прошлую пятницу, Денис до сих пор помнит, как идя на встречу к девушке он запнулся в шнурках и чуть не упал. Было стыдно, но та на это лишь по-доброму посмеялась и, наверное, ей самой после такого стало немного легче в их компании. Ну чего сказать… Друг не соврал, красивая девочка, добрая, засматривается на каждого бездомного котика на улице, хочет выучиться на ветеринара, классика. А Вова с ней — отдельный кадр. После любого шуточного оскорбления в адрес друзей на него направляли глаза-убийцы, которые явно были недовольны такими сквернословиями, и этот дурак сразу неловко затыкался, извинялся, и если Алина отворачивалась на долгое время, опять пытался незаметно дать кому-нибудь щелбан. А потом девушка старалась прочитать целую лекцию Коломийцу о том насколько вредны сигареты, держа при этом руках свою зелёную электронку. В общем, девчонка хорошая, и Арина, и Денис лишний раз убедились что Вове очень повезло встретить её. Перевоспитает. А с Аришей они и вовсе выглядели как лучшие подружки, как любительница необычных ногтей Шикина с удовольствием подметила дизайн Алины, который ей очень понравился. Они хохотали очень долго, когда выяснилось что у них один мастер на двоих. Мир тесен… Единственное, что время от времени очень удручало Коломийца — физика. Где-то в январе начался ненавистный, ещё с восьмого класса, ток. Даже несмотря на то, что по этому предмету выходила практически всегда пятёрка, эта тема всегда приносила с собой пару троек в электронный журнал. Нет, конечно он не был полным нулём в этой науке, он правда старался, но с этой подготовкой к егэ, репетиторами по профильным предметам… Должного времени, которое можно было бы потратить на зубрёжку физики, просто не было. Да и ладно, если быть честным, он бы даже с бесконечным запасом этого ресурса никогда не начал бы учить весь учебник от корки до корки. Не прижилась она ему, Денис и так делал больше чем, практически, весь класс. Но вот последняя работа, которую он писал, не вызывала в Денисе доверия. Он лишь молился о четвёрке, потому что извините его, но за пятнадцать минут до конца урока, ну кто так делает то?! Правильно, их учитель. Просить маму об ещё одном репетиторе — это уже естественно верх наглости, поэтому справляться нужно самому, он эту физику в гробу видал, и сдавать не собирается, а уж тратить деньги родителя на неё — тем более. Но несмотря на эту маленькую проблему, Денис старался не расклеиваться в вечер среды. Все же завтра святой четверг, а послезавтра уже можно будет вздохнуть полной грудью. Вообще, он сначала улыбнулся мыслям о том, что всё, кажется, опять встаёт на круги своя, но вспомнив тенденцию своей судьбы разъебывать все его мечты в хлам, когда они только-только зарождаются, Денис устало уткнулся в подушку. Желание спать оказалось тяжелее тревожных мыслей, глаза сомкнулись.

***

Денис вышел из своего дома и быстрым шагом направился в сторону школы, воткнул в ухо наушник, на этот раз один, всё же Илья чему-то его и научил. Заиграла знакомая мелодия пирыча, и он улыбнулся, нашёптывая слова. Зашёл в дворы, чтобы сократить путь, ветер не холодный, в этом году теплеет относительно быстро, в джинсовке уже было действительно комфортно. А пахнуть потихоньку начинало весной, и, боже, Денису настолько нравился этот аромат, что он отдал бы свою душу, если бы такой парфюм существовал. Единственное что было в голове — такой-же лёгкий ветер и отголоски формул по химии. Сейчас был тот самый момент, который выпадает так редко: хотелось улыбаться всему подряд и просто жить эту непредсказуемую жизнь! Денис чуть ли не вприпрыжку приближался к пешеходному переходу, уже практически выходя из бетонного лабиринта. Под ноги, конечно, Коломиец не смотрел, и когда раздался громкий звук падающего стекла он невольно взглянул вниз, и понял что случайно задел банку алкашки, так заботливо обставленную каким-то додиком. Он потаращился на осколки несколько секунд, а потом начал шагать дальше, всё-таки эта ерунда не может испортить столь лёгкий и тёплый день. Вот, до заветного света и гула машин осталось несколько метров. Но разве жизнь Дениса Коломийца может быть столь добродушной чтобы дать ему прожить уже какую неделю без проблем? Когда Денис проходил через последний поворот, чья-то большая рука резко вцепилась в воротник джинсовой куртки, а вторая зацепилась за ручку рюкзака, и быстрым движением незнакомец запихнул школьника в небольшой проём между домами, где обычно стоят мусорки, и куда всегда прилетают окурки с окон. Денис успел только невнятно вскрикнуть, почувствовал, что его спина удачно впечаталась в кирпичную стену. К счастью, учебники в ранце приняли большую часть удара на себя. Происходит какая-то хуйня. Действовать надо быстро. — Так, какого… — Денис попытался взять всё своё мужество в кулак и отпрянуть от стены, в конце концов сфокусировать своё зрение на человека который так разбушевался. Но его в этот же момент, небрежно хватая за плечо, толкают обратно со зверской силой, Денис корчится от боли, всё просиходило с космической скоростью. Приняв проигрыш, прижимается к холодным кирпичам, и поднимает голову выше. Блять. Перед ним огромный рыжий парень с недовольным и хмурым взглядом. Веснушки на лице могли бы даже позабавить Дениса, если бы не обстоятельства, — ему всегда нравился этот «подарок солнца». Роста они были практически одного, но только вот телосложение у его оппонента было в разы более… Устрашающим. На руке красовалось несколько татуировок, но Коломиец лишь молился о том, чтобы ему не пришлось более чётко узреть набитое на костяшках пальцев. Чёрный спортивный костюм и накинутая сверху разноцветная ветровка особо ничего не говорили о парне, разве что… Неужели гопота возродилась? Денис выдохнул, сглотнул, и постарался спрятать весь едкий страх куда подальше. Успокоил дыхание, сделал надменное лицо, выпрямился. Нельзя давать себя в обиду. — Тебе нужны деньги? Чувак, боюсь тебя расстраивать, но все на карте… — Коломиец держится молодцом, не выдает и грамма эмоций, хотя внутри он готов расплакаться, потому что перебрал уже тысячи вариантов, в некоторых он через несколько минут будет лежать с перерезанным горлом в этом богом забытом закаулке. И по лицу его нового «друга» было заметно что тот на собственном пике. Денису показалось что его колени затряслись когда тот заметил как двигается жилка на лбу. Внутри всё кричало: «Да за что мне это всё? Где я так знатно насолил?», а на деле Коломиец всё ещё старался сохранять самообладание и холодную гримасу. О нет, рыжая морда, эти семнадцать лет Денис зубами карабкался ради своего будущего, ты не отнимешь у него жизнь, последний месяц и так паршивый, сегодня умирать школьник точно не планирует, пошли-ка вы все. Видимо извилины действительно окончательно отмерли, Дениса захлестнула такая резкая обида, такая боль и злоба на всё что сейчас происходит, а в особенности на это лицо, покрытое веснушками. Дыхание участилось раз в десять, боже, да насколько нужно быть мразью чтобы испортить Денису такой нормальный, подчеркиваем, нормальный день, которые выпадают крайне редко. — Мне деньги твои не сдались, педик, — сказано это было с такой лёгкостью что собранные в кулак пальцы от удивления слегка расслабились. Так, стоп, всмысле педик? — Ты меня уже своей физиономией раздражаешь. И так и так получишь, так что в твоих интересах послушать… Нет-нет. Не слушать, блять, просто не нужно, Денис не хочет. Во что его опять ввязывают? Какого хрена, кто этот человек? Может его сейчас похитят и заставят работать на сутенера за пять долларов в час? В голове, казалось, промелькнула светлая мысль: бежать. И да, сейчас это уж точно самый лучший вариант. Денис невнятно кивает на слова собеседника и в мгновение подрывается, толкает в сторону рыжего парня. Эффект неожиданности срабатывает, фигура в костюме откачивается в сторону давая проход, и Коломиец шевелит ногами как кролик, вот уже кажется что он выбежит и навсегда забудет об этой блядской встречи, время словно замерло… За лямку рюкзака тянут назад и Денис приземляется на родной, слегка мокрый асфальт. Эффект замедления пропадает, теперь наоборот, будто жизнь ускорили. В Этот момент перед глазами всё становится размыто, опять не получилось. Твою мать. Он готов проклясть свою отвратительную привычку носить ранец на одном плече. Он видит как к нему подходит чёрный силуэт, как ругается себе под нос, и бьёт прямо в щёку, кулак у этого амбала большой, и похоже он отлично целится, Коломиец тут же шыпит. Денис уже не сопротивляется, прежнее желание извернуться, выказать несогласие потихоньку впадало в стадию «плевать». — Бля, ты шустрый конечно, — Денис замечает что его собеседник говорит это с насмешкой, на выдохе, его забавит вся сложившаяся ситуация, — Давай без таких перформансов больше, не думаю что тебе понравилось, — рыжий потирает кулак, намекая на то что если понадобится удар повториться, — Так это, Илью Корякова знаешь? Ладно, в принципе можешь не пытаться спиздеть, я знаю что знаешь. Ах, да. Кто бы мог подумать, опять весь ужас в жизни Коломийца благодаря этому персонажу. Ха-ха! Ну что за песня, просто мечта, конечно, Денис же так мечтал огребать за то что пару раз засветился с этим дураком на публике. А во рту железный привкус, похоже, кровь. Денис невольно хмыкает и кивает. Конечно. Конечно он знает Илью. Горит всё, от несправедливости, от обиды, на всех, на этого рыжего хмыря, на Илью, на себя, за то что позволил такому вообще произойти. — Не то чтобы мне прям в охотку пиздить твоё смазливое личико, — Денис закатывает глаза, и тут же жалеет, боясь реакции, к счастью, её не следует, — Но на этого придурка слишком мало рычагов давления, а ты самый доступный, уж извиняй, — о, да, конечно, прям так и простил, ничего страшного братан, ты ведь всего лишь затащил меня в переулок и въехал по лицу, не перживай, всё ваще в шоколаде! — Мне нужны деньги которые отнял у моей семьи его сраный папаша. Денис слушал. Выбора особо то и не было. Ладони вжимались в мелкие камушки, наверное когда он встанет, парочка припечатается к коже. Место в которое пришелся удар всё ещё гудело. Было неприятно просто ощущать себя, всё казалось таким… Несуразным, будто Денис смотрел какое-нибудь кино. — То что я не херачу тебя ногами сейчас — не означает что я не стану потом, — воодушевляюще, этот парень точно знает как поднять настроение, — Так что в твоих интересах чтобы Илья обратил на это внимание. Рыжий садится на корточки, несколько секунд смотрит в глаза Дениса и улыбается, потому что знает — Коломиец боится. Даже несмотря на все напыщенные попытки быть смелым и невозмутимым ему страшно. И это проносится как ток в крови обидчика, потому что это и была конечная цель. Он наклоняется ещё ближе: — Иначе будет хуже. Передай ему что это, — большая ладонь поднимается и пальцами щёлкает по назревшему синяку, от чего Денис корчится, он всё ещё пытается огрызаться, вскидывает бровь, приподнимает губу, стараясь выдавить презрение, еле сдерживается чтобы не оскалиться как дворовая шавка при виде угрозы. Но на самом деле презрение вызывает только он сам, ведь терпит такое отвратительное отношение и даже ничего не может сделать, расселся как второклассник, у которого отжимают деньги на обед, — От Дани. Фигура поднимается, что-то смотрит в своём телефоне, и насвистывая песенку себе под нос, разворачивается и быстро удаляется куда-то, бесцеремонно харкнув на землю. Дениса захлестнула волна эмоций: злость, отчаяние, обида, страх. И одна единственная и неповторимая — ненависть к себе. К тому, как сейчас ничего не смог сделать, просто покорно принимал все открытые насмешки, как даже не съязвил ничего своему обидчику, потому что боялся. Денис боялся боли. Боялся, что сейчас прилетит ещё один удар или пинок, да, как маленькая девочка, просто натурально испугался. И казалось, что сил нет даже на то чтобы подняться. По щеке непроизвольно покатилась слеза, горькая, подстать состоянию внутри. Школьник всё же встал, отряхнул, насколько это было возможно, свою заднюю часть, ладони, бёдра. Повторил движение рыжего, тоже сплюнул слюну, в составе которой накопилась кровь, не в том количестве чтобы начать беспокоиться, но и не в том, чтобы не предать значения. И пытался не разреветься от обиды на всю вселенную. Жизнь — штука несправедливая, и доказывала она это Денису Коломийцу с зави́дной частотой. На первый урок он опоздает точно. Хочется пить.

***

Беря в руки бутылку холодной пепси Денис натыкается на свое отражение в зеркале рядом с полками где располагались майонез, масло, прочая лабуда которой там и место. Красно—коричневое пятно на левой щеке и кровавый след прямо на губе. Надо же, а второго он даже не заметил, не критично, просто полосочка засохшей крови, даже как-то брутально выглядит. В такое время практически никого в магазине не было, да и к счастью для парня немногочисленных покупателей особо не интересовал его боевой раскрас. Денис вспомнил старые фильмы, где главным героям почему-то никогда не попадало по лицу. А если и попадало — то там оставался крутой шрам поперёк глаза, а не стыдливый синяк. Он прикладывает холодный напиток к всё ещё саднящей щеке и выдыхает. Нет, легче не становится, но он уже привык. И тут в голове щёлкает: Коряков. Денис наспех заходит в чат, фоткает свою щёку, обрезает всё лишнее, чего студенту видеть не стоит и отправляет собеседнику. Коломиец спохватился когда понял что даже контекста не придал—стоило хотябы подписать фотку, как-нибудь выебисто-лаконично… На удивление Илья читает буквально через минуту и быстро набирает: илюха «мне тебя пожалеть? я не твая мама…» 8:26 Денис ловит себя на том, что его улыбнула эта отсылка на доисторический мем. Но сразу отрезвляется, когда вспоминает, по какой причине у него вообще красуется это достоинство на щеке.

денис)

«нет не пожалеть а объяснить какого хуя вообще меня пиздят твои дружки за какие-то долги твоего бати ну это так чисто к примеру»

8:27

Денис наскоро набирает текст позабыв напрочь о знаках препинания. Не, а хуле, разве в такой ситуации стоит об этом задумываться? Коломиец даже не знает какой реакции ждёт. И жалеет, что вообще поддался порыву написать: всё-таки стоило подуспокоиться, объяснить всё адекватно, а не как полный придурок, смазано и некорректно. Но вообще-то, если так подумать, он не должен нести ответственность и получать пизды за какие-то мутные дела чужой семьи. Денис смотрит на то что Илья в сети, и уже две минуты просто пялиться на сообщение, собеседник даже начинать печатать не собирался. Коломиец тут же успевает упрекнуть себя за такой опрометчивый поступок, ну что сделает Коряков? Вообще вполне может просто кинуть в чёрный список и больше не отвечать, а пиздов отхватывать кому? Правильно, судя по словам того чувака — именно Денису. Но, как спасательный круг, раздаётся звонок, телефон вибрирует, и школьник даже тихо охает, видя, что ему позвонил Илья Коряков собственной персоны. Даже секунду на размышление не тратит — просто берет трубку, пусть уж ему сразу скажут идти к чёрту и самому разбираться с проблемами (к слову, не своими!). — Какого хуя, Денис?! — Коломиец тут же жалеет что поднёс телефон слишком близко к уху, недовольно скривив рожу, будто собеседник его увидит, школьник всё же отодвинул руку с гаджетом подальше, — Если я сейчас вышел с пары Юрьевича из-за твоих шуток, то я оставлю тебе с десяток такие-же каких ты мне отправил. Денис закатывает глаза, и зачем-то всё ещё рассматривает прилавок с разноцветными баночками и крутит в руках свою полулитровую бутылку. Да как он вообще… Сомневается в том, что Коломиец говорит правду? Ну вот даже если подумать, какой резон писать своему знакомому о том что тебя отпиздили просто потому что стало скучно? Денису не двенадцать лет. — Ебало заткни сейчас, — парень даже сам испугался своего серьезного голоса, но ему понравилось, что на той стороне действительно прекратился бубнежь, — Меня десять минут назад обещали забить ногами, если я не повлияю на тебя как-то, и не заставлю встретиться с этим придурком который разукрасил меня. Последнее чего я хочу, так это корчиться от того, что этот амбал будет пинать меня под брюхо. Он сказал, что твой папа что-то должен его семье, я тебя сейчас по-человечески прошу, без издёвки, пообщайся с этим придурошным и хотя-бы объясни, что я никакого влияния на тебя оказать не могу, и меня не нужно избивать дабы ты обратил внимание на данную персону. Так что, Коряков, будь добр, разберись со своей новоиспеченной задачей. Минутное молчание, и Денис слышит вздох на другом конце. Парню показалось что он практически увидел как Илья потер глаза и опрокинул голову наверх. — Почему ты подождал целых десять минут? Тебе стоило сразу написать мне, я бы не сказал что имею мало ебанутых… Неприятелей, — Дениса такое отношение к себе возмутило. Его уже второй раз за день тотально игнорируют, школьник уже хотел что-то сказать, но его быстро перебили, — Как он выглядел? Приметы, черты лица, давай Денис, быстро. Бутылочка в руках остановила свои круговые вращения и Коломиец вспомнил, ему так-то имя сказали. — Он попросил передать что это от Дани, — вспоминая как ему поставили щелбан на свежее «ранение» Денис автоматически сжимает зубы, — Рыжий, высокий… Лицо в веснушках. Опять проносится молчание. На этот раз Коломиец улавливает неприятную давящую атмосферу практически физически. — Блять, блять, блять. Ну конечно, кто у нас кроме него сам полезет на рожон, дебил херов, — будто бы куда-то в коридоры института говорит Илья, но тут же голос становится расчётливым, холодным, — Завтра буду ждать тебя у твоего выхода из дома, разберемся с этим. — Ты блять серьезно?! — Денис не контролировал то с какой громкостью это выкрикивает, а потому через секунду натыкается на смущённый взгляд какой-то школьницы, которая стояла рядом. Она сразу же отводит глаза и берет в руки нужный напиток, впрочем, Коломиец повторяет её мимику и, слегка успокоившись, понижает тон, — А не хочешь объяснить какого лешего меня отпиздили? Что такого мутит твой папаша?! — Это не должно тебя волновать. Так, Денис, я не в мафии, если ты успел об этом подумать! — на другом конце трубки Коломиец хмыкает. Куда уж такому хорошенькому студенту, который учится в МГУ, связываться с криминальным миром, — Просто этот додик… Да чёрт бы с ним. Завтра разберемся. Мне пора. — Так, а ну-ка… Блядота, — Денис слышит быстрые гудки означающие что собеседник отключился. Пока он стоит на кассе и машинально протягивает карту, оплачивая покупку, голова пытается сообразить что Денису вообще делать. Промелькнула светлая мысль: обратиться в полицию. Так-то он в столице находится, заяву примут, рассмотрят, плюсом даже практически совершеннолетний… Да, практически. Добрый дядя полицейский попросит притащить с собой маму, которая уж точно будет в полном восторге от того, что её горе-сынишка шатается по отделам полиции. Маму волновать вот вообще никак не хотелось, но с другой стороны, его жизни угрожает действительная опасность… Здоровый взрослый человек, у которого есть голова на плечах скорее всего выбрал бы обезопасить себя. Но как хорошо, что Денис точно не их таких! С недовольной побитой рожей он доковылял до школы и окончательно принял для себя решение, что если Илья не справится, то ему придётся жаловаться уже в органы. Денис стукнул себя входной дверью, когда осознал: по идее он надеется что за него решит проблему полу-знакомый студентишка, который походу и сам по уши в каком-то дерьме, раз уж у него такие добрые приятели. И что ещё больше удручает — очень хочет, чтобы у этого студента получилось. Последствия шока вообще-то полностью ещё не прошли. Но мыслить здраво нужно было начинать, поэтому когда он зашёл к классной руководительнице извиниться за отсутствие на первом уроке, оправдание было придумано заранее. Учительница пыталась успокоить класс на перемене, который, ворвавшись в её кабинет, крушил каждый квадратный метр. Обратив внимание на своего ребенка, она сначала полезла в журнал, чтобы по-видимому отметить его наличие в этот день, но резко вернула обеспокоенный взгляд обратно. Денис сразу понял немой вопрос. — Всё… Я в норме, всё хорошо! — Коломиец попытался натянуть невинную улыбку и выставил ладони вперёд, чтобы выглядеть убедительнее, — Я когда спускался во двор приложился об перила. Приятного мало, но я всё обработал! Вот… Денис не был уверен нужно ли вообще обрабатывать синяки, но причина опоздания уважительная — получил ранение и с достоинством его пережил. По взгляду классной было понятно — она мало в это верит, но согласилась сделать вид, что считает это чистейшей правдой, и просто махнула ученику в сторону двери. Денису два раза повторять не надо, он кивнул и вылетел в дверь. В школе было шумно, ну оно и неудивительно, перемена в самом разгаре. Некоторые ребята глядели на Дениса с сочувствием, кто-то с неподдельным удивлением и интересом, но большей части, как и ожидалось, вообще плевать на парочку синяков какого-то левого школьника. Выдохнув, Денис зашёл в кабинет биологии и аккуратно продвинулся к своей излюбленной парте третьего ряда. Большинство одноклассников были слишком увлечены своими делами, поэтому новоприбывшего не заметили, но девчонки на первых партах всё-таки начали шептаться, изредка поглядывая на и так измученное лицо Дениса. А потом Коломиец всё же взял яйца в кулак и глянул в сторону своих друзей. Их физиономии олицетворяли всё: гнев, удивление, тотальную грусть, жалость, непонимание. Денис просто вылупился на них с нелепой улыбкой, ожидая того, что они среагируют первыми. — А я даже не удивлена, — подала голос Арина, — Вот честно, у меня походу закончились эмоции, чтобы что-то сказать. Вова устало выдохнул и упал лицом в открытый учебник. Денис хихикнул и сел рядом, доставая из слегка запачканного ранца свои принадлежности. — Бля боже, Ден, я тебя просто ненавижу, всей своей натурой, — Вова подпер свою голову ладонью и принялся детально рассматривать лицо пострадавшего. Тот оскалился самой наигранной в жизни улыбкой, — Кто? — Я вам ничего не скажу пока что. Сейчас мне легче объяснить тебе всю программу по физике, нежели то, что произошло. Я и сам не до конца понимаю… — Да?! Чтобы мы потом твой труп нашли у подъезда? — Арина возмущенно раскинула руки в стороны. — Денис, если тебя забьют досмерти я себе этого не прощу, — Вова с самым убедительным видом сложил руки на груди, давая понять, что никуда отступать он не собирается. Коломиец прокрутил в голове вариант, в котором он всё же попытается объяснить что с ним случилось. Арина и Вова не обрадуются, а второй вообще попрет махать кулаками дальше чем видит. И найдут по итогу труп не Дениса, а Вована, который больно в себя поверил. — Слушайте, с моими бзиками я бы конечно и сам себе не доверял. Но давайте договоримся, эээ… На моём лице больше не появится ни одного синяка, а как только всё разрешиться я вам расскажу, хорошо? Давайте устроим мне что-то типа тест-драйва, — Денис воодушевляюще улыбнулся друзьям, которые похоже такой радости от данной затеи не разделяли, — Да, это всё выглядит так, как будто мы в каком-то артхаусном фильме, но клянусь, я не умру. Это просто… Какой-то сюр, если честно. Больше не пострадаю, даю обещание! Вы тоже из-за меня не нервничайте. Арина глянула на Вову и тут же рассерженно пресекла попытку договора: — Ну уж нет, Коломиец Денис! А если что-то всё-таки случится? Мы будем знать и… — Хорошо, — прервал возмущенное возгласы Семенюк, и Арина, не ожидая такого резкого заявления, сразу умолкла, удивлённо уставившись на друга, — Чего? Он действительно уже не маленький. Пусть сам решает что говорить, а что нет. Но, — Вова улыбнулся и протянул руку, — Если ты не выполняешь условие, то больше никаких споров о том что мы тебя слишком опекаем, трясемся за твою тушку и так далее. Мы говорим, что тебе этого делать не следует — ты не делаешь, и наоборот. Все трое понимали, что это пари и гроша не стоит, разумеется никто бы не стал заставлять Дениса сидеть дома и ограничивать его в чём-то. Скорее это прибавляло сделке азарта, Вова брал парня на слабо, уверен ли Коломиец в себе настолько, чтобы поставить на кон свои издержки? И Денис, не колеблясь, пожимает руку. Да, честно признаться, ему было плевать, хоть жопу свою поставит, лишь бы не объяснять ничего пока что. — Помяните мои слова, ничего хорошего из этого не выйдет! — Арина всё ещё противилась, недовольно причитая о том, что они оба безответственные придурки. Но Коломиец понял, что он относится к классу «Безответственные придурки» ещё в начале этого дня, всегда нужно быть на шаг впереди. Друзья, как честные граждане, не заебывали его по поводу лица весь день. А вот надоедливым одноклассникам было необходимо подкрасться и начать расспрашивать о том, что произошло, кто это сделал, как бедный Денисочка себя чувствует, всё ли с ним хорошо… За все уроки Коломийцу это явно надоело, и он отвечал что-то из разряда «Вова разукрасил, я ему домашку не скинул» или «Гопники зажали, ещё и телефон спиздили, хочешь на новый мне скинуться?», разочарованные такими несносными ответами собеседники удалялись прочь.

***

— Арина ты уверена…? — после школы все втроём поперлись домой к подруге, чтобы та замаскировала увечия Дениса, — Ты успеешь за полчаса? Мне в музыкалку нужно… — Хоспаде, успею я, Денис, успею, не дергайся только, — Арина копалась в своих косметических принадлежностях, доставала какие-то стекляшки телесного цвета, трясла их. Нет, Денис безусловно знал что это называется консилер! Или тональник… Или тональник это для губ вообще… Она достала что-то похожее на мини губку и, посадив Коломийца за туалетный столик, начала колдовать. Вова развалился на чужой кровати и просто залипал в телефоне, попивая чай, изредка отпуская шутки о том, что Денису очень идёт резинка для волос, которой девушка предусматрительно собрала волосы. Прибивая светло-бежевую массу по всему синяку и вызывая не самые приятные ощущения, Арина продолжала шепотом ругать Дениса за то, что тот вляпался в очередную передрягу. Тот неловко хмыкает всё время и жмурит глаза от света ламп. Закончив свою работу она отходит, давая посмотреться Денису в отражение. Тот удивлённо пытается разглядеть хотя бы следы той неприятной картины, что была пару минут назад, но ничего не выходит. — Вау! Ариш, да ты прям этот… Визажист! Спасибо! — Денис искренне благодарен подруге и не может налюбоваться на себя в зеркале. — Ну раз уж тебе так нравится, может глазки ещё подведём? И губки подкрасить нужно, красная помада так и просится! — Вова, рассматривая друга, опять посмеивается. — Спасибо, откажусь, — дразнит в ответ Денис и начинает собирать свои вещи чтобы убежать в музыкальную школу.

***

— Ма-а-а-ам! Я дома, — школьник аккуратно заходит в квартиру, чувствуя запах свежей еды. Снимает обувь, джинсовку и так же бесшумно проходит на кухню, надеясь, что мама как и преподаватель, не заметит никаких следов побоев. Мама отлипает от сковородки, смотрит на своего сына и кивает ему, приглашая за стол. Денис в ответ одобрительно мычит и оставляет в комнате рюкзак. Мысленно радуется тому, что никто ничего не узнал и спокойно доедает свою порцию. Вечером мама заходила, спрашивала, почему её сынок ещё не спит, но тот пробубнил что-то о подготовке к пробникам, и она согласившись, ушла к себе. Только когда парень убедился в том, что родительница спит, он прокрался в ванную и смыл косметику, вновь рассматривая свою физиономию, состояние которой вообще не радовало. Смирившись со своим внешним видом, он упал на постель и написал Илье когда тому завтра нужно будет подъехать. Забив на ответ, Денис заснул. И единственное что парень запомнил, так это какой-то странный сон про русалок, который вот вовсе не клеился к событиям уходящего дня…

Года идут и будто в первый раз горит сентябрь

И плевать на небо нам себя тут покорить хотя бы

Что я делаю не нравится само собой

Но в этой атмосфере все теряется самоконтроль.