Приказано любить, но любить — это отвратительно.

Как тогда, оно хочет играть,

Но роль поменялась давно ещё

Тук-тук, я взглянул под кровать

И меня испугалось чудовище

На светло-зеленых и невероятно холодных стенах школьного коридора едва-ли попадали блики слабого солнца, мельком доносящиеся из окон. Денис стоял чувствуя себя точно провинившимся мальчишкой в детском саду, только те времена угасли в толще воспоминаний, и обыкновенного «Прости» тут не хватило бы при всём желании. Времена когда это бы действительно помогло — давно прошли. Сейчас ему семнадцать. Сейчас он впервые выпустил клубок своей жизни из цепких рук, и он, кажется, бесцеремонно и хаотично разматывался у него на глазах. Может, где-то в глубине и хотелось сейчас просто убежать, закрыться в кабинке туалета и заплакать, уткнувшись себе в коленки, но делать этого было нельзя. Денис даже на некоторое время уплыл куда-то в своих мыслях, пока его не вернул в реальность голос друга. — Алё, мы с тобой говорим, мистер «Я хочу извиниться», — Вова неодобрительно смотрел в сторону приятеля, — Денис, сейчас, будь добр, покажи же своего взрослого. Ответь за свои действия. Коломиец, до этого пытавшийся наладить зрительный контакт окончательно отвёл взгляд в пол. Он был сделан из какого-то закоса на мрамор, или типа того. Интересно когда техничка последний раз его мыла? Лет пять назад, а то и больше? Молчать дальше было бы бессмысленно и стыдно. — Откуда… — Денис нахмурился, поежился, и всё же аккуратно направил свой взгляд на собеседника, — Откуда ты знаешь что я был у Ильи? Вова лишь уныло хмыкнул и закатил глаза, задавая немой вопрос, мол «Ты действительно из всего решил спросить именно это?», но без притензий обьяснился. — Знаешь, Ден, я бы мог опять полезть на рожон, опять начать рыскать тебя по всем, сука, помойкам. Но в этот раз не захотелось, ты уж прости, да и маму твою беспокоить лишний раз… — парень устало выдохнул, он врал, он бы полез, если бы не сообщения якобы от Коломийца в ответ на его потуги разузнать что происходило прошлой ночью, — Я знатно ахуел когда узнал что произошло у Арины, — девушка еле слышно вобрала в лёгкие воздух при упоминании своего имени, она чувствовала себя настоящей «драма квин», и сейчас Вова будто защищает от злостного обидчика, — А потом знатно ахуел во второй раз, когда твоя мама спросила у меня как там ночевка. Я не самый умный, не Шерлок Холмс, но тебе особо больше не к кому было пойти, да и отвечал ты странно на сообщения, так что я просто написал ему. Денис пытался осмыслить информацию, и пришло оно, осознание, с хорошим таким глухим грохотом. Илья полнейшая сука, он переписывался утром с Вовой, и зная что у Дениса и шанса нет узнать о своем собственном положении ничего не сказал. Ничего — от слова совсем, он мог сказать утром, когда они ели, когда ехали на машине, да чёрт, когда угодно! И вообще… Стоп, он вчера разве на сообщения отвечал? Денис широко раскрыл глаза и через секунду допер кто, по-видимому, вчера отыгрывал его роль. Раз уж тетрадку чужую взять ему совесть позволила, то и телефон не особо далеко. — Я… — медленно распрямляясь Коломиец невольно хмыкнул, походу нервы уже сдают, — Бля, да я не знаю что сказать, — говорить нужно было правду конечно, но не настолько откровенную же… — Я мудила, я знаю что так нельзя. Плохо, максимально плохо, Денис знал это, и взгляды его собеседников восхищений на такую многословную речь не выражали тоже. Не привык он извиняться — в его семье либо игнорировали ссору и ждали пока «заживёт» само, либо мама выигрывала. Третьего обычно не происходило. Ещё раз покосившись в пол и мельком оглядевшись вокруг Денис расправил плечи окончательно, и сглотнул слюну, хотя ему казалось будто не жидкость скопилась во рту, а медный шар. Вот сейчас можно убежать от разрушенного домика, от размотанного клубка, от такой противной ответственности, и на какое-то время опять скрыться, опять засесть, переждать, даже понимая что это не поможет. У-бе-жать. И блаженно забить болт на всю ситуацию хотя бы на пару часов, а может и дней. Просто развернуться, может промямлить что-то вроде «сори» и доучиться весь день, ловля на себе странные взгляды. Переждать дома, собраться с мыслями, и уже завтра придти и всё разъяснить. Или сейчас? Взять яйца в кулак в конце то концов, он убежал тогда от Арины, оставил всё на самотёк, а сейчас Денис так же поступит? Кажется вот и пришлось выбирать, теперь Коломиец понимает — строить из себя жертву обстоятельств уже не канает, всегда решение принимал он. И он выберет то, что нужно выбрать. — Я действительно наложал. Арина, — девушка, как бы не старалась оставаться холодной, сразу дрогнула от своего имени, — В первую очередь хочу извиниться перед тобой. Мне следовало донести свои мысли без криков и того что я там на тебя… Вывалил. Я будто лопнул, знаешь, просто в один момент пуф, и всё. Но сейчас оправдываться нет смысла, сам понимаю. Я в тот момент потерял контроль, ну, когда собаку с поводка спускаешь… — Денис сам невольно улыбнулся от сравнения, но сразу приструнил самого себя, — Ну то что я псина последняя это уж точно… Короче, я это говорю не чтобы вы меня пожалели, сказали какой я бедный мол не смог себя контролировать, это чтобы ты понимала что свою часть вины я осознаю в полном масштабе, и неадекватность действий тоже, у меня… — Денис неожиданно резко выпускает воздух из лёгких, когда в него пулей влетает младше классник который похоже играл во что-то со своими сверстниками. Мальчишка в жилетке и в выглаженных, должно быть, мамой штанах впечатался головой прямо в десятиклассника. Неуверенно отшагнул назад, распробовав всю соль сложившейся ситуации. — Простите! — паренек неловко переминается с ноги на ногу, а Денис даже сказать ничего не может, слишком глупая сложилась ситуация. — Иди давай отсюда, взрослые разговаривают, — зато Вова не побоявшись статуса старшего быстро прогнал школоту, мальчик испуганно кивнул и быстро вернулся к компании своих друзей, которые из-за стенки наблюдали за происходящим, тоже завороженные видом грозного большого дяди. Денис и Арина проводили группку детей взглядами, после чего первый хихикнул и понял, о что инцидент сбил его с толку, речь оборвалась из-за этого засранца… нет, что вы, он не злился на и так перепугавшегося второклассника, по крайней мере яро убеждал себя в этом. Повисло молчание. Ну и почему всё не как у людей? — Да, я сотворил реальную дурость, и вы оба… Замечательные друзья, которые вообще-то такого поведения терпеть не должны, раз уж на то пошло, и если вы сейчас скажете «Денис, очень мило, но пошёл-ка бы ты нахуй» то будете правы, и я на вас не обижусь. Ну… Бля вот, — Коломиец поджал губы и сложил руки по швам, ожидая реакцию. По лицам этих двоих нельзя было сказать ничего. До тех пор пока Арина резко не подошла и не обняла Дениса, у которого глаза на лоб полезли. Девушка вообще за счёт своего роста попала практически в то же место куда недавно так удачно впечатался мальчик, поэтому не сказать, что ощущения из приятных, но осознание того что как минимум один из участников спора тебя простил перекрывало абсолютно всё. Когда тело отмерло после небольшого шока, Коломиец аккуратно прижал к себе в ответ, стараясь не задушить подругу после нахлынувшей радости. — Ден, ты молодец что извинился, меня тоже прости, я дура такая, ужас, ты главное так сильно себя не вини! — Арина тараторила как вне себя, хватая ртом воздух, голос немного дрожал, но не как тогда у неё в гостях из-за скорых слёз, а благодаря облегчению, ей всегда тяжело давались ссоры, да и как эта девчонка могла долго злиться? Но был ещё один оппонент который стоял с каменной рожей. Вот он мог злиться долго, в этом сомнений нет. Денис, встретившись с ним взглядом, отпустил из объятий Шикину и как истукан глядел вперёд. Арина тоже обернулась на их друга, не зная какое решение принял тот. Коломиец же всё ещё считал что его прямо тут впечатают в стенку. Вова тяжёлыми шагами подошёл к своему другу, и продолжал сверлить его взглядом, томным таким, будто тот его семью пытал. Продержав его несколько секунд он вздохнул воздух, глянул на Арину, и снова на блондина. — Денис, ты… — от своего имени в исполнении властного голоса Семенюка у провинившегося будто в моменте замёрзла вся кровь. Вдруг Вова настолько резко поднял руку что даже заготовленный Коломиец не успел бы среагировать, и… И не жалея сил начал теребить макушку не успевшего опомниться друга. Денис готов был к тому что ему дадут пощечину, да даже пропишут в солнечное сплетение за его выебоны, но такого… —… Ты педик полнейший! — не прекращая корректировать прическу с весёлым голосом сказал Вова, — Прощаем мы тебя, но ты больше так не шали! — Мерзав-в-вка! — Денис будто скинув с себя камень смеялся и пытался оторвать от себя чужую руку, пока все осветленные волосы не выпали к чертям. — Мирзф-ф-фка! — писклявым голосом повторял за ним Вова, так бы и продолжили, если бы сзади не раздалась вспышка. Казалось, так странно у Коломийца проходит раскаяние, а тут ещё и Арина в стороне размахивает свежей фоткой, которую только что выплюнул фотоаппарат, а на ней запечатлетны два амбала играющиеся словно дети. Уловив две пары непонимающих глаз, Арина лишь в своей манере улыбнулась, и развернула снимок чтобы все остальные его увидели. — Ну, а чего? Зря что-ли покупала новые картриджи для этой шайтан-машины? Вот, оставим на память, — она развернулась к стене, прижала снимок, отыскала в сумке ручку и красивым аккуратным подчерком на нижней части выцарапала «Fight». — Это, напиши ещё: «Вован вин, флоувес виктари», — Семенюк уже наконец-то отлепился от Дениса, который выглядел как вылупившийся только что птенец. — Ага, — оценивая на ощупь что происходит у него на голове Коломиец лишь добавил: — Фаталити…

***

Коломийцу ещё пару уроков сидеть опять со своими друзьями было неловко. Возможно этому виной было происшествие на голове, которое Арина отказалась исправлять, обозначив такой экспирианс «наказанием», но всё же… Липкое чувство вины так неприятно щекотало, точно как мокрые рукава, такое же неприятное и унылое. Но к концу учебного дня, в последние два урока, у Дениса появилось гораздо больше жизненных сил, а особенно забавно было наблюдать как шептались девчонки у первых парт, похоже эта сладкая троица, воссоединившись, опять забрала у них повод для обсуждения. Они даже не стеснялись в открытую с недовольством поглядывать на тех кто лишил их шоу, но если честно только один Денис наверное и замечал эти неуместные взгляды, Арине и Вове как всегда было кристаллически похуй, пока первая объясняла австралопитеку как она уравняла реакцию. Коломиец даже не знал нравится ли ему этот расклад, действительно так работает прощение? Мама обычно с натяжкой выкидывала «Ладно, так уж и быть, прощаю», а потом ещё несколько дней ходила недовольная, будто конфликт был свежий. И действительно можно вот так? Просто дальше сидеть и наблюдать как Шикина сама запутывается в своём ходе решения, а Семенюк устало вздыхает, отказываясь понимать элементарные вещи? Наверное, можно.

***

— Ненавижу твое курево, — Вова морщится, провожая до дома друга, — Воняет от тебя как от деда на пенсии, который кроме сигар в рот не берёт ни черта. — А от тебя воняет так будто производители дешёвых фруктовых духов случайно выкинули партию в окно, под которым ты проходил, — парирует Коломиец делая ещё одну затяжку, и поспешно тушит сигарету когда оба подходят к его дому, ну а вдруг мать пораньше вернулась, ну мало ли… — И ты это сейчас противопоставил вонючему деду? На вкус и цвет товарищей нет конечно… — Денис, приняв поражение, хихикнул, закивал мол «Ла-а-адно, ты прав», — Как маман твоя не замечает ваще? — Есть такая крутая абилка, — Денис делает очень серьезную хлеборезку, — Стирать вещи называется. Ещё жвачка, душ, например. Вот это всё, — он ладонями показывает на весь свой образ, который он стыдливо не менял после импровизированной вписки, — Нужно будет как раз постирать, и наплести маме чепуху о том что ты на меня колу разлил пока мы ночевали. — Да что-ж от твоих проебов всегда страдаю я, хоть в глазах этой женщины меня не порть, ну! — Вова шутливо обиделся, а Коломиец сам не заметил как они присели на перила у подъезда, будто два подростка неформала, этот ещё и в одной толстовке выперся… Но Денис давно смирился с тем, что его друга носить что-то теплое пока тот сам не хочет — заставить не получится, да и каким-то образом именно Семенюку всегда удавалось оставаться самым крепким организмом, который не давался ни одной эпидемии в школе и всегда был здоров как бык. Чтобы сбалансировать отсутствие никотина в воздухе, Вова достал одноразку и тоже затянулся. — У тебя зависимость от этой хуйни, — Коломиец недовольно посмотрел на яркую курилку в руках друга. Они сменялись с такой скоростью будто он высасывал по одной каждый день… Денис сам курит, но яро отрицает, что не сможет жить без этой вредной херни. По его мнению он «увлекается», но не нуждается. Хотя в последнее время замечает за собой что доза сигарет в неделю увеличивается, это бьёт не то что по лёгким, а даже по карману, денег у школьника не сказать что много, но мама обычно всегда скидывает, не интересуясь на что. Слишком уж она доверяет, но и это доверие Денис заслуживал долго. Вова на это смелое заявление лишь хмыкает в сторону детской площадки, которая стояла во дворе дома. Несколько лет назад они проводили на ней долгие часы, играли в футбол, лазали везде, Денис очень часто падал и на его коленках всегда красовались кровавые следы, а Вова дул на них, если сильно болело. Домой идти в таких случаях не вариант — назад не пустят, ещё и перекисью обмажут, будет неприятно щипать. Коломиец мог гулять недолго, у него уроки, музыкальная школа, а Вова всегда ждал его на качелях, вырисовывал какие-то узоры палкой на песке, махал другу когда тот, возвращаясь с занятий на фортепиано, обещал что покушает и через несколько минут выйдет. Они всегда были вместе. Сейчас практически все дети выросли, а те кто был рождён позже имеет другие интересы, нежели кричать «чай чай выручай» на весь двор. Денису вдруг стало грустно, что они с Вовой так редко видятся. Он его любит, честно, но так ужасно умеет выражать эту любовь, и не уверен что заслуживает то время что Семенюк тратит на него. Не заслуживает всех тех переживаний, убитых нервов. И стыдно стало за своё нелепое замечание. — А у тебя зависимость ночевать в доме какого-то чмошника, — Денис поворачивается, и смотрит на профиль друга, на его изгибы лица, на то как изо рта выходит дым, всматривается в цвет его глаз, такие невероятно родные черты которые принадлежат совсем не кровно-родному человеку, — Он как Аркадий Поровозов епта, всегда в нужное время в нужном месте… Сожаление в голосе, ведь там оказывается Илья, а не он. Илья, который ничего не должен и ничего не обязан начинает выполнять те «обязанности», что Вова брал на себя. Он готов прийти на помощь к Денису всегда, но чёртов богатый ублюдок пытается занять теперь его место, или что? Чего он хочет от Дениса? Семенюку не нравится это разъедающее чувство… Ревности. Он относится к этому светловолосому парню как к своему младшему брату, если не сыну. Готов свернуть горы, да и шеи если понадобится. И если нужно — эту шею свернёт богатому студенту, который так смело разъезжает на своей чёрной машинке по городу. — Что он вообще… Какого хера за тебя так печётся? — Вова не зол, но ему честно признаться просто обидно. — Ты спрашиваешь у меня? Я не знаю… Он ведёт себя как малолетка, то посылает мне дерьмо, то забирает в свои хоромы и кормит после того как нашёл на скамейке бухого. Кхм… Наверное, он успел тебе рассказать, — Вова недовольно кивает, и Дениса опять начинает медленно душить чувство вины, — Может у него такой нездоровый альтруизм, или он любит смотреть как в его квартире спят несовершеннолетние мальчики. Друг поднимает белый флаг и посмеивается. Сколько Вова себя помнит Денис всегда был лучше него в глазах взрослых, не считая мамы Коломийца конечно. А сами как думаете, кого предпочтут: маленького и пушистого Дениса, который учится на одни пятерки, вертуозно играет на инструменте, всегда ходит в выглаженных вещах и в общем выглядит словно ангелочек, или Вову — «пацаненка», что вечно в синяках, шляется по дворам, ругается с соседскими мальчиками, пинает мячики и дерётся. И все пророчили первому большое будущее, что бы он не выбрал, будь то наука или творчество. А Вове? Никто никогда не говорил ему о том, как представляет того в роли состоявшегося в жизни Владимира. Все видели в нём тупого подростка, который думает что всю жизнь будет таким крутым и молодым. И только Денис тогда знал что это не так. Только Денис знал, что если у Семенюка есть пару рублей на булочку он купит и разделит её напополам, а если получится неровно — часть, которая вышла побольше, отдаст Коломийцу. Только Денис знал, как Вова любит собак которые шлялись, как и он, в улочках окруженными бетонными домами, как он любил играться с ними, а потом с горечью рассказывал Денису что мама в очередной раз не разрешила приводить домой животное. Только Денис знал как тот мечтал стать футболистом, потом каратистом, а ещё позже — баскетболистом… Но все эти мечты закономерно растаяли с возрастом. Зато остался высокий рост и крепкое телосложение, которое Вову и его друзей не раз выручало. Коломийца всегда раздражало, что окружение видело в его друге обыкновенное быдло, но Семенюку было плевать. Если кто-то и начинал его задрачивать Вова подыгрывал ему, подливал масла в огонь, он строил из себя того кем люди его называли. Он готов был нажраться и втащить какому-то смазливому пареньку на хате, который решил что самое время оценить гопоту гостя, или начать выяснять отношения с кем-то на парковке магазина. И каждый раз у Дениса спрашивали, как такой интеллигентный молодой человек может дружить с таким отбросом? Блондин всегда недовольно фыркал, обычно выплёвывал что-нибудь наподобие «Не ваше дело», и уходил к этому самому отбросу, и ни с кем ещё не чувствовал себя настолько свободным и… Защищённым? Вова был рядом всегда, отпугивал всяких гадов, которые как Семенюк решали ударить за больно удавшееся лицо Дениса, или когда по обыкновению спокойный друг всё же не выдерживал, давал волю языку и чуть-ли не отхватывал за такие выкрутасы. Коломиец за этими мыслями лишь ещё раз убедился что он как единица ничего бы сделать не смог. Денис точно знал — Вова умный парень. Да-да, может он и плюёт на домашку, и с огромнейшим удовольствием срался с учителями, но то что он в профильном классе так-то о чем-то да и говорит. Естественно ни о каких космических баллах на экзаменах речи не было, но тем не менее сдал он неплохо, видеть в живую нужно было лица одноклассников когда тот с какой-то неохотой озвучивал результаты. Даже на идеальные пятёрки Дениса столько внимания не было отделено как на четвёрки Вовы, хотя оно и понятно, возможно друг даже устроил мозгоебку учителям, когда в аттестате еле-еле три, а на ОГЭ чистая «четыре». И Вован не пропадёт, зубами вцепиться, но не упустит ни единого шанса. Да даже если в хим-био он пошёл чисто из прикола то если захочет — поступит на физика-ядерщика. Денис даже порой завидовал такой лёгкой и слепой удаче, харизме, непринуждённости, он-то никогда так не умел, либо стараешься до ночи либо не получаешь нужный результат — вот так выглядела его правда. Единственное что Денис не знал — что Вова хочет делать после выпуска из одиннадцатого. Семенюк всегда отвечал размыто, «Прорвёмся», или «Да не пропаду, не парься». Не пропадет… Это точно. Весенняя погода в Москве в этот день как-то не заладилась. Всё было ужасно серым, подстать настроению. Вова встал первым, пожал руку, и направился в свою сторону. Денис, спрятав руки в карманы, так и остался стоять на лестнице в подъезд пока его друг не скрылся с виду. Нет, ссоры работают не так просто, и сейчас Коломиец прочувствовал этот осадок как никто другой. В голове пронеслась мысль о сегодняшнем сольфеджио и школьник тихо взвыл чтобы услышал только московский туман.

***

Семенюк устало шёл к своему дому, зная что там будет. Там будут крики, жалобные звуки бьющегося стекла прекратились, видимо эти двое поняли что слишком дорого каждый раз покупать новые тарелки. В его жизни папа никогда не был супергероем. Раньше Вова боялся его — не знал что делать когда у того в руках оказывалась разбитая бутылка. А потом понял что пиздить можно не только местных ублюдков, но и одного в его доме, так, для профилактики. И тогда Вова больше не боялся — боялись уже его. Сначала смеялись, а че может сделать мальчишка? Но спустя пару удачных ударов смирились с тем что Вова уже вырос. И маме больше никогда не прилетит, только через его труп. А героем в жизни был его дядя. Семенюк младший помнит как лет в двенадцать, уже ночью, плакал в подушку и просил у бога, в которого тогда верил, чтобы он проснулся и его папой оказался Александр Семенюк, брат отца. Потому что только тот с улыбкой приезжал к ним в гости, иногда дарил маленькому Вове Киндер сюрпризы, мастерил машинки и другие игрушки из дерева, самые красивые, детальные, все дети тогда завидовали, а тот и рад был, хвастался какой у него классный дядя-рукодельник. К нему Вова сбегал, когда сил или навыков на то чтобы ответить папе не было. Тот наливал чай, угощал самым вкусным шоколадным печеньем, которое любил готовить сам. Да и вообще, половина вещей в доме Александра Семенюка были сделаны им самим, и племянника тот учил мастерить какую-нибудь ерунду. Вове нравилось когда ему показывали что с чем надо скрутить, или какие ингредиенты следует смешать. Если быть честным — ему нравилось всё, что предлагал его дядя. И покурить впервые дал тоже он. Так, просто попробовать после долгих уговоров, теперь до сих пор жалеет когда видит электронки в руках парня. Вова помнит, как лет в семь, когда папа ушёл куда-то, его герой пытался и маму защитить. Умолял Карину подать на развод, говорил о том что мужчина этот не то что её, он ребенка погубит, своего брата дядя явно знал очень уж хорошо. Но женщина не слышала, или не хотела слышать, говорила что сору из избы не выносят, что как ребенок будет расти без отца? А Вове тогда почему-то так захотелось закричать что не нужен ему такой папа который делает маме больно, что он и сам вырастет. Вырос. И теперь слышал как мать кричит чтобы тот не трогал отца, когда у младшего загорались глаза после очередной отцовской попытки заглушить пыл сына. Вова никогда не простит ей то что она убила всю свою жизнь на этого выблядка, никогда не поймет почему она предпочла жить в вечных синяках и слезах. Может о комфорте сына она и не думала, только о своём? Негоже женщине такой взрослой без мужика ходить, а папа когда принарядиться такой весь мужчина-мужчина, статный. Вова не поймёт и понимать не хочет, она свой выбор сделала, с возрастом он принял что его задача — выбраться из этого болота самому, если даже близкий человек хочет остаться там, он останется, как бы ты не тянул его назад. Мама замазывала эти самые синяки, никогда не показывала горя, и Вова тоже научился никому не рассказывать о том что творится у него внутри, для него было легче чтобы это всё переварилось там же, а на людях он смешной паренёк с нулевым уровнем интеллекта. И всех всё устраивало. Когда Александр Семенюк предложил подработку на стройке Вова не то что пошёл, он побежал сломя голову. Теперь с дядей они виделись значительно реже, но оба знают что заменили друг другу тех кому им не хватило, Вова получил папу, а его родственник некровного сына. Единственное о чём он жалел — Дениса он мог приводить в дом реже чем наоборот. Поэтому после того как Семенюк днями напролёт мог просиживать штаны в чужой квартире, мама друга стала готовить порции побольше, чтобы хватило всем, хоть Вова и застенчиво просил её не напрягаться ради него, но эта женщина почему-то вопреки остальным взрослым видела в нем настоящего ангела. Ну конечно, тот в всегда вёл себя как аристократ в её присутствии… Парень посмеялся своим мыслям вспомнив как они с его лучшим другом могли несколько часов в квартире Коломийца играть в старенькую монополию и выяснять кто выиграл. Но улыбка сошла на нет когда перед лицом была дверь в уже его квартиру. Вдох-выдох.

***

денис)

«спасибо за завтрак»

20:22

«и вообще, за всё что ты сделал, когда видел что я в состоянии анабиоза»

20:22

«ах, да, и за то что взял МОЙ телефон без спроса и от МОЕГО имени написал МОЕМУ другу и ничего мне не рассказал (если ты не понял что я имею ввиду, это значит что тебе не стоит так делать ещё раз)»

20:23

илюха «скажи мне спасибо и за последнее тоже, если бы я ничего не предпринял ТВОЙ лучший друг поехал бы за ТОБОЙ ко мне домой, а два школьника в моей квартире — ты уж прости, даже по моим меркам уже подозрительно.» 20:34

денис)

«спасибо, 🖕»

20:34

илюха «😘.» 20:38 Денис закатил глаза и продолжил писать упражнения по алгебре. Впереди так-то ещё одна домашка — ответить Вове на все его тупые тиктоки…

Раз, два, три, четыре, пять

Не пора ли? Значит я иду искать

И всё как в детстве

Только пара правок в правила, подметим

Есть одна жизнь, кто плохо прятался, тот съеден!