Нейротоксин

      Мое состояние было сравнимо с эйфорией. Вот уж точно. Мы с Санзу набухались, так еще и хорошенько «курнули» сверху. В жилах кипела кровь, и когда этот придурок вспомнил о Макино, я поддержал идею поехать за ней к морю. Только несмотря на всю мою беззаботность, меня раздражало это уединение Санзу с Кику. Проводить Кимуру — если правильно запомнил фамилию — я вызвался сам. Да и хер бы на нее, девка и девка, что в ней особенного, но она была довольно словоохотливой, и когда я задал вопрос об отношениях Санзу и Макино, она с радостью принялась делиться со мной подробностями. — …и я думаю, они прям… ну, может… — Кимура потупилась, заправив за ухо прядь волос, и я взглянул на нее с высоты своего роста. — Ну вы понимаете, Хайтани-кун. — Неа, о чем ты? — Думаю, они… у них секс… — И? Тоже мне новость, — хмыкнул я, чувствуя еще большее раздражение. — А ты бы не трепалась о подружке. Испортишь ее репутацию. Вроде как Макино — скромняшка. — Да-да, вы правы! — тут же выпалила эта двуличная идиотка, а я снова хмыкнул. Ну и подруги у Макино. — А Хайтани-кун… мог бы оставить мне свой номер? Кимура протянула телефон обеими руками и поклонилась мне. Я курил, разглядывая ее ноги, груди, хорошенько изучил фигуру, насколько мог в темноте, и все-таки вбил свой номер. — Только не названивай попусту, не люблю навязчивых, — лениво пробормотал я, затем оглянулся, чувствуя, что мне надо бы вернуться к парочке, наверняка уже трахавшейся в кустах, и сказал Кимуре: — Тебя как звать? — Мана. — Угу. Увидимся, Мана. Пока. — Да… Девица не ушла — провожала меня взглядом, а я, спустившись по небольшому пригорку, затянул песню, как бы оповещая о своем приближении. Однако застал их за любопытной сценой. Притих и прислушался. — …уходите отсюда. Вам здесь не место. Санзу вроде как до этого засосал Макино, и теперь она казалась напуганной. — Вот уж мы сами решим, — подошел я к ней, вынырнув из темноты, и обнял за плечи. От нее так хорошо пахло. Такой невинный запах, смешанный с ароматом шампуня. И казалось, ее кожа горела под моей рукой, пропитанная за день солнечным светом. Прижиматься к Макино доставляло мне колоссальное удовольствие. — А пока расскажи мне, кто эта девчонка, что была с тобой? — прикинулся я заинтересованным. — Одноклассница? — Да, — отрезала Кику и дернулась, потому что ей точно пришлись не по вкусу мои объятия. Это заводило меня. — Ничего такая, миленькая… Я, говоря это, пялился на Макино, будто и не Кимуре сделал комплимент. В моей голове был запущен процесс по завоеванию «неприступной крепости», и сама мысль о том, что рано или поздно я добьюсь этой малой, уже возбуждала меня. Но… Кику смотрела на Санзу. Она не сводила с него глаз, будто я был пустым местом. Новое едкое, до невозможного мерзкое чувство сжало мое нутро. Я злился. — Не могли бы вы отойти? — адресовала она мне, но снова даже не взглянула. Все правильно — если б повернулась, я не сдержался бы. Точно засосал бы ее на глазах Санзу. Ну и хуй с ним. Нам не впервой драться. На самом деле я заметил, что мне хочется трогать Макино, прикасаться к ней как можно больше. Я не мог угомонить свои руки. Мы с Санзу переглядывались, обменивались «обдолбанными» улыбками, но Макино оставалась напряженной. Это ощущалось очень хорошо. Я все равно подчинился просьбе Кику — отошел от нее, рассмеявшись и потрепав по волосам. Но выхватил у Хару сигарету и, поймав какой-то особый азарт, спросил: — Переспишь с ним? Если да, я подожду. Конечно же, внутри я надеялся на то, что сразу после того, как он лишит ее девственности — уверен, ни хрена между ними еще не было — Кику станет моей. — Нет. — Снова тон Макино был сухим и неприятным. Потом она попятилась, но Санзу, как чертов маньяк, двинулся за ней. Девчонка явно была напугана. — Не нужно меня провожать. Я сама… — Увидимся, Хайтани, — уже на ходу бросил Санзу, и они скрылись в лесу, а я остался стоять на том же месте, несколько минут переваривая свое ошеломляющее чувство зависти… Может, ревности. Я не знаю, но меня точно взбесил этот долбоеб. Я хотел, чтобы он или уже поскорее оприходовал Кику, или оставил ее мне. У меня на нее была быстрая реакция — сдавило в штанах. — Блять… — хохотнул я, взглянув в темное небо, где россыпь звезд сложилась в Млечный Путь. — Убожество… Хайтани, ты отжег конечно… Мне ничего другого не оставалось, кроме как пойти в сторону пляжа, но назойливая мысль — проследить за ними, все не отпускала. Я не врубался, где мы проебали алкоголь, и это бесило еще больше. Оставалось тупо курить. Но зато по пути я нашел фонарик. Он валялся на дорожке. Прихватив его, я вышел на пляж. Усевшись на песок, медленно томно закурил, зажав сигарету в зубах. Лень даже было ее держать. Сейчас все было лень. После «накурки» меня не слабо крыло, я уже чувствовал, что хочу много секса и жратвы. Алкоголь приглушил бы эти позывы, но я так и не вспомнил, куда бросил бутылку… Не знаю, сколько я так просидел, уже даже не курил, когда вдруг под чьими-то ногами зашуршал песок. Я и не услышал бы, не пройди Макино едва ли не рядом со мной. Думал, она меня заметила, и хотел ее подколоть насчет Санзу, но девица прошла чуть дальше и вдруг сняла платье. Я сглотнул. Кику не остановилась на этом — расстегнула лифчик, бросила его поверх платья, затем сняла и трусы. Мой пульс подскочил. Понятия не имею, как я сдержался, а желание сорваться с места и выебать ее в воде было очень сильным. Я опустил глаза, стараясь не пялиться на силуэт обнаженной девушки, сцепил руки, свесив их с колен, и стал дожидаться окончания ее заплыва. Все равно бросал на Кику жадные взгляды исподлобья, но она вовсе не плавала — быстро протерла себя мокрыми руками и выбежала на берег. Я все понял. Значит, что-то было. Во мне включился тот самый мудак, которому нравится запугивать девчонок, подобных Макино. Я дал ей шанс надеть белье, после чего спросил: — Он уехал, что ли? Конечно Кику подпрыгнула на месте и, развернувшись ко мне лицом, прижала к груди платье. — Не знаю, — пискнула она. — И как? — продолжил я. — Было что-то? Макино проигнорировала вопрос. Поспешила одеться. Правда, у нее паршиво получалось натягивать ткань на мокрое тело, но она справилась, и тут же пошла к перелеску. Я встал, отряхнулся и последовал за ней. Она точно меня боялась, поэтому я не удивился, когда Кику завела разговор: — Зачем вы сюда приехали? — За тобой. — Девушка покосилась на меня, а я, придуриваясь, зажег фонарик и поднес его снизу к подбородку, чтобы подсветить свое лицо, а затем наигранно выдал: — Ведь мы оба хотим убить тебя и съесть. — Я заржал из-за ее выражения лица, убрал фонарик и снова обнял за плечи. Мне было с ней чертовски комфортно. — Глупышка ты, Макино. Но если тебе станет легче, то я скажу правду. Ты — новая игрушка. Как тебе такое? У Санзу давно никого не было, я имею в виду отношения, а не «перепихон» на одну ночь, вот он и решил развлечься. Будешь хорошей девочкой, он тебя не обидит, отвечаю. — Хорошей девочкой? — задумалась Кику. — То есть позволять ему все, чтобы он не разозлился? Хайтани-кун, давайте больше не встречаться. Мне неприятна такая компания. Я снова хохотнул. Этот разговор реально веселил меня. — Мне-то по барабану, Макино. Может, и не увидимся. За Санзу отвечать не могу. Просто говорю тебе… такой дружеский совет — будь с ним осторожна. У Санзу есть проблемы с эмпатией. Некоторые вещи, которые понимаем мы с тобой, для него чужды. Так что если хочешь быть в полном порядке, просто говори с ним, а не реви в сторонке, поняла? Макино остановилась и уставилась на меня. Я взирал на нее надменно. Был уверен, что скоро власть над ней перейдет в мои руки. Поэтому я позволял ей эту шалость — болтать со мной о Санзу. Кику удивленно спросила, почему я говорю все эти вещи о своем друге, и тут же я серьезно выдал ей в лицо: — Потому что рассчитываю, что в будущем мы займемся с тобой сексом. — Но видя, как Макино передернуло, я от души загоготал, а потом прибавил: — А для этого тебе нужно выжить. Вот и даю инструкции… — Однако почему-то мое терпение лопалось, и я быстро проговорил: — Ладно, глупая Макино, пойду искать этого идиота. Не удивлюсь, если он действительно уехал. Кстати говоря, какой еще друг? Это Санзу — «друг»? Да уж… Я повел плечами, отметая возможность настоящей дружбы с этим упырем, и, поддавшись порыву, схватил Кику за голову, чтобы тут же смачно поцеловать ее в щеку. Снова в нос ударил запах ее кожи, но… к нему примешивался одеколон Санзу. Я мгновенно его уловил. Отвернувшись и насвистывая себе под нос, я двинулся обратно. Руки в карманах штанов были сжаты в кулаки. Так что же между ними было? Это как-то слишком меня волновало. Я точно не испытывал к Макино Кику каких-либо чувств, да о чем речь, мне не дано было это испытать, но слишком уж ее неприступность вскипятила мою кровь. Я поставил себе цель добиться ее, а чтобы быть к Макино ближе, чего Санзу не допустит, я мог сблизиться с Кимурой. Кажется, раскрутить ее на секс будет куда проще. Таков был мой план. Я верил на сто процентов, что Кику быстро наскучит Харучиё, и тогда… уж я-то с ней оторвусь.