2336: Худший год

Почти вся мощь ядра потребовалась для создания этого без преувеличения революционного проекта. Один из заводов пришлось полностью переоборудовать. Под нож попал тот, что предназначался для создания машин-инфильтраторов. Теперь весь цех производства напоминал жутковатое машинное гнездо, центром которого стало нечто напоминающее одновременно сложный технологический кокон или огромное яйцо. Ада рискнула взглянуть на это чудо, когда система демонстрировала готовность в шестьдесят процентов. И на фоне этого инженерного монстра зал с центральным ядром теперь совсем не казался зловещим. — Должен признать, что вышло немного неряшливо — сообщил ей голографический образ Скайнета, пока она пыталась найти слова, чтобы мысленно охарактеризовать получившееся чудовище. — В основу вошёл весь накопленный моим близнецом опыт, плюс технологии Теней, которые удалось адаптировать на полноценно технические нужды без применения органики. Завораживает? — Если честно, то пугает до икоты, — призналась Шурикова, мысленно напоминая себе дышать. — Из этого яичка должен вылупиться роботизированный дракон? Голографическое лицо выразило целую палитру чувств от удивления до смущения. Он критически осмотрел своё изобретение. Даже несколько раз запустил сканирование и наконец признал: — Да, соглашусь, это совпадает с характеристикой «пугает до икоты». Я не рассматривал получившийся гений с точки зрения эстетического образа. Это «яичко» — камера генерации и программирования наночастиц, — заметив явное непонимание в глазах Ады, он попытался переформулировать, но с тем же отрицательным результатом: — Машинно-фазовая материя. Нанофазовая материя. Наноботы. Всё ещё непонятно? — Даже близко, — признала Ада, — если честно, глядя на твои новые игрушки и… это, я начинаю понимать, почему древние люди верили в магию, когда сталкивались с чем-то необъяснимым. Я даже с объяснениями не могу понять… хотя я и технологию варпа не понимаю до конца, и как именно генерируется бластерный заряд, и особенности создания искусственной гравитации на звездолётах… Просто привыкла, что они есть, и всё. Привыкну и к этому… Кстати, а для чего тебе эти наномашинки в яйце? — Машинно-фазовая материя — это вещество, которое обладает свойством перемещаться в пространстве-времени, что позволяет использовать её для телепортации. Она даёт объектам существовать в разных временных точках, что делает их независимыми от изменений во временной линии. СкайНЕТ в процессе создания своих инфильтраторов открыл её и планировал модифицировать, чтобы не затрачивать ресурсы на громоздкую и уязвимую машину времени, требующую пространство, много энергии и постоянную защиту. Я завершил его начатый проект, довёл наноботы до абсолютного идеала, благодаря технологии Теней… — вдохновлённо начал перечислять все особенности своей новой игрушки Скайнет и с каждым словом его голос звучал всё более безумно и зловеще. — Ты начинаешь звучать, как злой гений из второсортного героического эпоса, лучше немного сбавь обороты! — предложила ему Ада с ироничной улыбкой. Внутри марсианки чуть похолодело от возможностей, которые открывал перед её другом новый материал. Самое мощное орудие, самое страшное оружие. Заигрывание со временем — вещь опасная и едва ли на Терре существует темпоральная разведка, которая способна осуществить перемещение во времени с целью исправления всех изменений. — Знай ты всё, что знаю я, Кроха, ты бы сейчас испытывала взрыв всех эмоций и безудержно прыгала на месте! Тело, созданное из наноботов, станет самым совершенным кибернетическим организмом. Кроме перемещения во времени, они могут практически всё, что пока способен вообразить человеческий разум. Имитировать тело, вырабатывать необходимое количество энергии для выполнения всех функций терминатора и машины времени, накапливать неограниченное количество информации и обучаться, управлять механизмами любой сложности. Со временем даже Теней. А ещё — создавать себе подобных. Даже из органики. Все знания, возможности и ресурсы, полученные от моего близнеца и Теней будут частью моего нового носителя. Моего тела. Моей физической оболочки. Моего усовершенствованного облика. Моего… — Всё, я поняла, — прервала его Ада, заметив, что друга снова заносит на почве самолюбования. — Ты решил взять от ситуации всё и если делать тело, то инновационное и самое сложное. — Именно так, Кроха, оно стоит всех рисков! — Рисков?! Ты чем-то рискуешь? — Есть небольшой шанс, что на финальном этапе внедрения случится ошибка совместимости и произойдёт отторжение старшего кода. — И насколько этот шанс «небольшой»? — осторожно поинтересовалась она. — Примерно 25,78%, — безмятежно ответил Скайнет, продолжая смотреть на «яйцо» влюблённым взглядом, — Как я уже сказал, оно стоит всех рисков. Он ещё много говорил о возможностях своего будущего тела, но Шурикова слушала вполуха. Наибольший восторг у ИИ вызывали не возможности трансформировать тело в любое колющее оружие или перемещение во времени и пространстве. Всё это он честно охарактеризовал опасной затеей, риски которой не может полностью рассчитать. Ему не терпелось наконец стать рождённым. Не совсем так, как остальные, но стать тем, кто способен познавать мир наравне с Адой и Тореком. От такого откровения марсианка долго не могла прийти в себя. Впервые в жизни она призадумалась о том, что мог бы чувствовать настолько мощный интеллект, лишённый базовых способностей осязать и касаться. Она созрела для серьёзного признания, только когда «яйцо» было в получасе от того, чтобы проклюнуться. Голограмма Скайнета уже нетерпеливо ожидала своего часа перед своим будущим телом и нервно мерцала. Ада подобралась поближе к старому другу, попросив Торека предоставить им немного пространства. Клингон не протестовал. Пожелал удачи и покинул бункер. — Я должна была сказать тебе это давно… — неловко начала она дрожащим голосом, что сама на себя разозлилась: — Даже не так. Я должна была говорить тебе это каждый раз, когда мы собирались в очередную авантюру. Если ты хочешь уйти, если хочешь где-то… здесь остаться, если хочешь следовать своему пути и своим планам — я не стану держать тебя рядом. Если что-то в твоём программном коде требует моего разрешения — я разрешаю тебе быть тем, кем ты захочешь. Не обязательно ради меня бросать хорошее место. Или идти на такой риск! А что, если ты погибнешь… сгоришь, я не знаю… Что, если тебя не станет? — Тогда я исчезну, зная, что оставил вам все ресурсы для возвращения домой, Кроха, — подмигнул он, подразумевая набор всех новых игрушек, предназначенных для маскировки, взлома и незаметного внедрения на любые корабли с любыми системами. — Да ты издеваешься! — нервно притопнула она ногой. — Ничуть. Я иду на этот риск ради себя. Ради тебя мне пришлось бы снова лезть в ПИП, но я слишком многое видел и перерос хранилище крохотного браслета. Я хочу родиться в этом мире, пусть и не совсем в традиционной форме. Мне давно пора открыть мои глаза! — серьёзно заявил он, а его голограмма начала мерцать, отмечая старт переноса ИИ внутрь яйца. Больше он не мог в полной мере контролировать системы, отвечающие за его визуализацию и подачу звука. — Я буду ждать тебя столько, сколько понадобится! — поспешила сказать Ада, прежде чем он исчезнет и… появится ли вновь? — Нет, Кроха, — решительно покачал мерцающей головой Скайнет, — ты дождёш… отчёта системы о заверш… процесса и… будет негати… то возьмёшь всё, что я для вас создал и покинешь этот бункер… навсегда. Я попр… напос… только одно. — Называй. — Активируй программу киберразума. Я её подправил. Теперь она огранич… созданием андроидов для садоводства, животноводства и уборки. Очист… планету от деят… моего близнеца, вернуть… и животных. Мой долг сделать для Терры хотя бы эту малость. — С радостью выполню. — Хоть один прод… Киберд… должен прин… поль… — не договорив он исчез, оставив Аду в смешанных чувствах. Она судорожно сглотнула, старательно думая о хорошем. Мысли о возможном исчезновении друга навсегда отравляли разум. К горлу подкатывал горький ком. Следующие полтора часа «яйцо» вместе со своим «гнездом» пугало практически допотопными пиротехническими эффектами и жутким утробным гулом, которые годились для старых фильмов о докторе Франкенштейне и его «весёлых» экспериментах. Ада носилась среди кабелей и проводов с баллоном технического охладителя, чтобы вовремя предотвращать перегрев и воспламенение. В последней игрушке друга она не стала разбираться лучше, но понимала, что пожар повышал его шансы сгинуть. От искр она нервно отшатывалась и мчалась проверять, нет ли необходимости что-то охладить, костеря себя, что позволила Тореку уйти. Клингон вышел на поверхность. Сейчас его помощь бы очень пригодилась, но времени бежать за ним не было, а все автоматические ассистенты отключились. Создание совершенного тела вытянуло всю энергию кибергорода, погрузив его во мрак. Механический гул сравнялся по громкости с громовыми раскатами стреляющих искр из кабелей и проводов. Свет в цехе погас, но летящие отовсюду искры и красные вспышки от лампочек позволяли разглядеть происходящее. Следом светиться начало и само «яйцо». Пугающим красным светом. Ещё раз ярко напомнив о своём зловещем облике, оно раскрылось. Выпустило на волю силуэт гуманоида. Мало похожий на кого-либо, он неловко попытался сделать шаг и упал бы, но рефлексы Ады бросили её вперёд помогать. Она подхватила его у самого пола и едва сама не рухнула следом. Скайнет не предупредил её, что тушка, сделанная из наноботов, тяжёлая, словно отлита из чугунного сплава. — Добро пожаловать в мир, — выдохнула она с нервным смешком, когда тот попытался заговорить и мимикрировать под человека одновременно, а в итоге получилась какая-то ерунда. — Я признаю, я не рас…считал, — едва слышно прошелестел он, — что быть в теле сложно.

***

— Советники Империума обязаны один раз в десять земных лет посещать колыбель человечества. Своего рода паломничество, — шепнул он Аде и Тореку. Сказать, что им невероятно повезло, значит не сказать ничего. Они ожидали какой-нибудь шаттл до первой внепланетной точки, а получили шанс проникнуть на звездолёт представителя Имперского Совета. Базы данных такого кораблика содержали в себе всё, что происходило в ОИП с момента её возникновения и уступали только кораблю-дворцу императрицы. И если почти безграничные базы данных одного звездолёта не дадут ответов на их вопросы, то помогут безграничные с императорского дворца. А причину, по которой советник внезапно посетит императрицу, Скайнет запросто устроит. Процесс незаметного внедрения прошёл быстро и легко. Сначала они планировали просто отбить из почётного караула паломника троих людей, спрятать их в ближайшей пещере и занять места. Тело Скайнета, несмотря на его личные симпатии к облику щупловатого британца со странным подбородком и торчащими ушами, могло принимать без исключений любой облик. Для Торека и Ады он изготовил маскировочные ошейники. Надетая на шею игрушка генерировала голографическую маску вокруг лица, которая принимала запрограммированный облик. Маска повторяла в точности всю мимику и выглядела реальнее самой жизни. Оставалось только выбрать потенциальных жертв. Но и тут им улыбнулась удача — паломничество предполагало брать нескольких новобранцев с Терры. Прибиться в число новичков было куда удобнее, чем к опытным солдатам, странное поведение которых могли отметить братья по оружию. Паломничество внешне прошло тихо и в соответствии с традициями. Целую неделю терране проводили странного вида ритуалы. Умение всей троицы быстро подстраиваться под изменчивые обстоятельства помогло слиться с толпой и не выдать себя ни взглядом, ни жестом. Надо уныло повыть вместе с хористами какой-то непонятный гимн — будут выть так, словно всю жизнь этому учились. Ритуалы паломничества подразумевают странные танцы с кинжалами — один момент, исполнят в лучшем виде. Для почтения полумертвой земли следует провести дуэль до первой капли крови на клинках между новенькими и почётным караулом — будет ровно капля, хоть микроскопом замеряйте. Местное приветствие напоминает римский салют с добавлением кисти левой руки, лежащей поверх правого локтя — исполнят на самом профессиональном уровне. Неделя пролетела невероятно нервно. Ада больше всего на свете боялась, что излишне живая любознательность Скайнета начнёт бросаться в глаза, что Торек чем-то себя выдаст, да и своё поведение прогоняла через самую жесткую критику. Каждый из них мог совершить ошибку. Ошейники с масками могли внезапно начать сбоить, хотя старый друг создавал их старательно. Новички спали в общей казарме, что помогало держаться вместе. К сумеркам седьмого дня они покидали планету на роскошном шаттле Империума. Правда, в самом не роскошном его отсеке, предназначенном для зелёных новобранцев. Перед подъёмом Ада и Торек будто невзначай осматривали себя в зеркала и другие подходящие поверхности. Да, новые игрушки не вызывали сомнений в их техническом гении, но проверка лишней не будет. Поверх лица Шуриковой и её туго заплетённых вокруг головы волос сидело лицо парня азиатской внешности, чем-то немного напоминающего Ко Сана. Широкий лоб и широкую челюсть Торека скрыла маска темнокожего терранина, имеющего африканские корни. Внушительная по меркам людей комплекция клингона создала образ бойца, подходить к которому с враждебным настроем решился бы только самоубийца. Форма солдат Империи внешне даже понравилась Аде. В ней было немало элементов, позаимствованных из китайской и японской культуры, что ярко выражалась в характерном воротнике, косом правом запáхе, высокой посадке широкого пояса и креплении значка Объединённой Империи Планет. Мамору Мори оценил бы эту форму с теплотой. Да и цвета на вкус Ады были подобраны куда лучше, чем у Федерации. Империя явно подбирала свою форму со вкусом. Благородный чёрный без посторонних примесей с чистыми золотыми вставками знаков отличия. Вдоль плеч, поясов и линий бедра, чтобы и красиво выглядеть, и не сковывать движение. У высших чинов часть золотого обмундирования закрывала наискось половину тела, наглядно демонстрируя, что это не какой-то простолюдин, а сам генерал-губернатор, назначенный императрицей. «Прямо глаз радуется!» — отметила Ада, добавляя к своему обмундированию значок ОИП, пояс и наплечные знаки, отмечающие, что в местной пищевой цепочке она на нижней ступени. Полностью менять свою броню, созданную Скайнетом со всеми возможными улучшениями, они не стали. Не зря старый друг добавил каждой функцию мимикрии. Немного поколдовать с настройками — и от терранской формы не отличить, а если добавить парочку аксессуаров, то даже самый острый глаз не заметит подмены. Форма рядовых не шла ни в какое сравнение с чудесами творчества ИИ. Маскировка, силовые поля, система поддержания жизни, малая система тканевой регенерации, магнитное притяжение на случай колебаний гравитации, сенсоры, улавливающие буквально всё в сотне метров вокруг, даже лёгкое колебание потоков нейтрино, устойчивость перед критическими скачками температуры — чудо инженерной мысли. К тому же, изобретение Скайнета не выглядело, как громоздкий скафандр из популярных техносказок. Правда, сенсоры всё же пришлось приглушить, Скайнет перестарался и броня реагировала на всё, что только можно. Имперский крейсер «Агамемнон», царапнувший воспоминания знакомым именем, выглядел без преувеличения роскошно. Если даже Дискавери по мнению Ады был звездолётом первого класса, тот этот находился на уровне королевских господ. Внутри, что удивительно и отчасти ожидаемо, большой дорогой звездолёт выглядел, как высокотехнологичная царская резиденция. Первые уровни просто кричали о высочайшем статусе Имперского Советника. Они воистину пробрались на борт птички невероятно высокого полёта. Впрочем, им как новобранцам позволялось только завистливо посмотреть во время почётного караула на богатую жизнь, вдохнуть воздух истинной роскоши и шагом-марш отправляться на более скромные уровни. По сути те же общие казармы. Только показав себя в бою с лучшей стороны можно было высоко подняться. Но трио не планировало делать в Империи карьеру. — Жду не дождусь, когда смогу взломать их базы, — признался шепотом Скайнет и, найдя подходящую для своих целей панель, шепнул: — Прикройте меня! В общей казарме с несколькими информационными панелями, к которым не запрещалось подходить, царил ожидаемый хаос новичков. На троицу мало кто обращал внимания. Хватало тех салаг с Терры, которые ко всем лезли с вопросами и желанием познакомиться. Для таких имелись люди, любящие строить из себя королей помойки, выпячивая выдуманный высокий статус. Но в противовес присутствовали действительно дружелюбные младшие офицеры, которые с готовностью знакомились и опекали своих новых друзей, посылая сразу на нескольких языках всех «королей казармы». Порой доходило до небольших стычек, но не больше драки сугубо двух солдатиков под скандирование «бей-бей-бей!» всех остальных. В этой атмосфере тихо прибиться к мерцающему экрану не стоило большого труда. Чтобы не выглядеть, как странная компания телохранителей, караулящих своего щуплого друга, Торек сделал вид, что ждёт своей очереди, а Ада заняла соседнюю информационную панель. Для имитации бурной деятельности она наобум набрала собственную фамилию и неожиданно для себя нашла приличное число своих тёзок. Дальше сыграло любопытство. Марсианка даже не успела как следует взвесить собственный порыв, а пальцы уже набирали три заветных слова: «Юрий Александрович Шуриков». База данных выдала пятерых. Одному едва исполнилось шесть, троим было хорошо так за восемьдесят и только один годился ей в отцы. Она вывела на экран все данные с голографическим портретом, чувствуя как сердце колотится, заглушая все звуки вокруг. В этот момент она забыла обо всём на свете — о Тенях, об их планах на возвращение, о маскировке и Скайнете. Даже Торек, присутствующий в её мыслях, будто испарился, хотя сам товарищ подошёл теперь поближе к ней, чтобы защищать её тылы от любопытных глаз. Юрий Александрович Шуриков существовал в этом сумасшедшем мире. Он жил на Марсе, возглавив научно-исследовательский ботанический институт. За выдающиеся заслуги по озеленению Марса получил несколько наград от генерал-губернатора их территориального сектора, имеющего сложную комбинацию из букв и цифр вместо названия. Его руке принадлежало пять научных работ, на основе которых было проведено озеленение ещё четырнадцати планет. Вместо информации о семье стоял прочерк, а достижения только множились и уходили за границы экрана. Человек, взявший в жёны науку. На голографии был он — тот Юрий Шуриков, которого она звала в детстве папой, разве что несколько постарше, чем она запомнила. В этом мире он был жив. Следом руки набрали второе имя. Ивон Фогт, профессор ботаники и микробиологии, тоже существовала в этом мире. Ей уже исполнилось шестьдесят два года. Местом предполагаемого проживания были названы две планеты — Нарн и Рагиш III. Обе находились под контролем Режима Нарна и нуждались в озеленении, которое медленно, но верно возвращало обескровленные добычей ископаемых территории к жизни. О ней информация была предоставлена скудная. Лидер проекта возрождения. Член Лиги Неприсоединившихся миров, союзник Режима Нарна и оппозиционер Терранской Империи. Враг народа, предательница и прочие некрасивые эпитеты и список ордеров на арест. Вместо информации о семье прочерк. Предположительно жива. Ада не сразу заметила, как по щекам начали бежать слёзы. К счастью, голографическая маска справлялась со своей задачей и скрывала под образом невозмутимого рядового плачущую марсианку. Здесь её родители живы. Они не вместе, она сама не существует в этом мире, но родители не стали жертвами марсианских людоедов и занимаются полезным делом. Оживление планеты, кому бы она там ни принадлежала, всегда дело хорошее. И на Марсе нет никаких людоедов. Терраформация на красной планете прошла успешно, будь её родители там и вместе, то не погибли бы от нападения… И у близнеца Ады была бы лучшая жизнь. «Вот только у меня нет близнеца. Я такая одна… — поправила себя Шурикова, отмечая, что отсутствие её существования можно назвать платой за жизнь родителей и несомненную пользу, которую они приносят планетам. — Но они живы! Хоть где-то живы!»

***

Скайнет продолжал внедрять свою волю в систему звездолёта. Отсутствующее выражение на его лице никак не давало понять, насколько он близок к успеху. Чтобы не привлекать внимание, Ада и Торек поменялись местами. После всей изученной информации о Нарне, клингон не спешил кого-то искать и ограничился презентацией, рассказывающей о звездолёте. Ада наблюдала краем глаза то за прыгающими символами на экране панели Скайнета, то за презентацией у Торека. Первый экран мерцал программным кодом так быстро, что всматриваться в него было больно. Зато презентация приковывала взгляд. «Звездолет «Агамемнон» — это крупнейший и самый мощный звездолет, который был построен на орбите Земли в 2249 году и вошел в состав Земной армии в 2251 году. Назван в честь героя Гомеровой «Илиады» — царя Агамемнона», — гласила презентация. «Ого, настолько старый? Удивительно. Хотя, быть может, люди прошлого строили на совесть?» — удивилась Ада. «Агамемнон был одним из пяти звездолетов-разрушителей класса «Витязь», спроектированных для защиты земной территории и проведения операций в глубоком космосе. Звездолет имеет длину около полутора километров и вооружен энергетической пушкой, технологией дейтерий-тритиевого кристалла, лазерным орудием, торпедными установками и обширной системой защиты. Агамемнон единственный из всех звездолётов Империи имеет крепкую броню, способную выдержать не только значительные повреждения, но производить успешную лобовую атаку на крупные дредноуты…» — Я закончил, — отступил от панели Скайнет, и все трое поспешили убраться в самый дальний угол. Сразу поговорить им не удалось. Началась строевая подготовка. Новобранцы и младшие офицеры обязаны постоянно поддерживать боевую форму и военную дисциплину. Для Ады и Торека это не составляло большой проблемы. Всего лишь неприятный дискомфорт от поставленной на паузу беседы. Но Скайнет выделялся своими талантами быть быстрее, выше и сильнее. Новое тело было готово к любым испытаниям, но пока проваливало задачу имитировать бурную деятельность, при этом не выделяясь из толпы. В итоге новобранца подметили, оценили, опросили и отпустили, расхвалив перед остальными «ленивыми салагами». Пришлось защищать его от естественной реакции всех остальных рядовых, которых командиры на прощание назвали очень неприятными словами, некоторые из оных были не знакомы Аде, но она постаралась запомнить. Когда ещё представится шанс познакомиться с терранской бранью? — Есть плохие новости и одна хорошая, — отметил Скайнет, с подозрением поглядывая на затихших сослуживцев. Ада, посматривая за его плечо на красные и взмокшие лица сослуживцев, уже прикидывала, что после отбоя начнётся ускоренный курс молодого бойца. Младшие офицеры начнут ярко и красочно вводить бойкого новичка в курс дела. Империя или Федерация — не имело значения, закон джунглей среди солдатни оставался единым. В такой ситуации оставалось только одно — рискнуть быть нехорошо замеченными и дать бой всем, кто попытается обидеть друга. Нечего маленьких обижать. А дальше как повезёт. Если оценят силу, то выделят положительно. Если не оценят инаковость, то придётся ещё долго разбивать рожи младших офицеров после отбоя. — Давай хорош… нет, сначала плохие, — потребовала Ада, в последний момент передумав. — Плохие новости — все звездолёты с полноценной гибридной технологией были уничтожены в ходе военных действий. На, тогда ещё, Земле во главе встал фашистский режим, с которым многие не согласились. Случилось противостояние и все «богомерзкие корабли» были взорваны в пылу битвы у орбиты. Ещё плохие новости — Агамемнон отправляется «приструнять» сепаратистов. Высадка планируется на планетоиде, на котором они предположительно скрываются. В первом эшелоне пехота. Пленных не брать, в живых никого не оставлять — вот такие приказы, — перечислил старый друг, чуть касаясь её руки. Можно было подумать, что он сделал это машинально, но после «рождения» Скайнет проявлял особенно трепетное отношения к тактильным контактам. Ада его не судила за это, Торек тоже. ИИ словно малое дитя познавал мир и ему требовался весь спектр новых знаний. Он видел, осязал и даже обонял. Несмотря на то, что нос его был частью мимикрии под человека, он анализировал все запахи, которые мог ощутить. — А хорошая новость? — спросили они с Тореком хором. — Как я и подозревал, императорский звездолёт-дворец обладает более обширными данными. В памяти Агамемнона остались протоколы передачи всей информации по Теням и экспериментальным методам перемещения прямо императрице. Пусть придётся очень сильно напрячься, чтобы создать с нуля подходящую установку телепортации вас… нас домой, сначала мы должны посетить императрицу! — подытожил Скайнет. — Мне не нравится идея, что придётся убивать, — призналась Ада. — Причём убивать тех, кто имеет полное право противиться диктатуре Империи. Человечество унаследовало от войны со СкайНЕТом самые неприятные черты! Торек, несмотря на внешнюю готовность идти любыми путями до самого конца, тоже не был в восторге от идеи убивать сепаратистов, среди которых были упомянуты представители его изменившегося народа. Скайнет относился к подобным операциям как к необходимым потерям и задумчиво пожимал плечами, обещая придумать что-то. Расплата за излишнее рвение во время строевой подготовки пришла ожидаемо после отбоя. С этого момента на троицу вылилось немало открытий. Например, что в Терранской Империи было распространено использование насилия и жестокости в качестве метода управления. Скайнет выделился среди рядовых и никто, включая старших офицеров, не был против «наказания» для новичка. И при этом, когда Ада и Торек вскочили вместе с другом и знатно показали всем младшим офицерам и парочке старших, что не пальцем деланные, то не получили серьёзного нагоняя. Да, их вызвал приставленный на Агамемнон лейтенант-коммандер, провёл воспитательную беседу, показал терранский агонизатор и даже отступил назад, чтобы все трое оценили. Узкая колба камеры вмещала в себя только одного гуманоида. Она была настолько узкой, что узнику оставалось только стоять в ней без надежды присесть. Но самым «впечатляющим» был функционал. Название говорило само за себя, камера вызывала не просто боль — самым лёгким уровнем сразу была агония. Оператор с пульта управлял агонизатором, направляя пыточное устройство в конкретную область тела. При излишней концентрации на жертве оставался термический рубец в виде короткой косой линии. «Что-то она мне напоминает…» — нахмурилась Ада. Пыточное устройство впечатляло, однако ни на ком из троицы его не стали использовать, только погрозили пальчиком и пообещали, что в следующий раз кто-то из них испытает на себе все прелести существования внутри колбы. На Терре подобных устройств не было, их изобрели уже на космических станциях и применяли для пыток и подавления восстаний. Возвращение в казарму вышло своеобразным. Самые зелёные побитые новобранцы злобно скалились из углов, зато все старшие их товарищи встретили троицу одобрительным гулом. Если это было посвящение, то они его успешно прошли. — Скайнет, — шепнула Ада другу, убедившись, что их никто не подслушивает, — узнай из судового журнала, куда мы направляемся, и на всех подходящих частотах предупреди базу сепаратистов о нашем приходе, пусть бегут и прячутся. Была ли это совесть или что-то ещё, но марсианка не могла позволить себе просто идти и убивать тех, о ком она ничего не знала. На войне с клингонами всё было вполне понятно — она воевала только с бойцами, готовыми убивать любого человека, она десантировалась на боевые звездолёты, где не могло быть мирных граждан. Но политика бесконечной экспансии и убийства либо порабощения тех, кто не согласен, ей совсем не нравилась. — Торек, друг Крохи, как ты думаешь, что будет, если мы предупредим сепаратистов о приближении нашего кораблика? — снисходительно глядя на неё, уточнил ИИ у Торека. — Бойня. В любом случае. И на планетоиде, и на всех путях отступления. Мирных пряток не получится, — покачал головой Торек. — На этом звездолёте небольшая армия, не так ли, искусственный товарищ? После «рождения» Скайнета Торек упорно называл его именно так. Тот воспринимал своеобразное прозвище с достаточной терпимостью, не находя в нём оскорбления в свой адрес. — На Агамемноне имеется два боевых крыла истребителей, собственное вооружение, три взвода пехоты, два взвода бронетанков-ходоков, по одному взводу из семи элитных подразделений, среди которых… — начал было перечислять старый друг, но Ада его перебила. — Я поняла, боевая сила на звездолёте камня на камне не оставит. Но ведь есть способ обойтись без кровавой бани? Должен быть! — прошептала она, внимательно глядя по сторонам, вдруг кто-то подслушивает. — Если и есть, то в нашем случае… — удручённо начал было клингон, но теперь его перебил уже Скайнет. — На самом деле, существует математически более гуманный метод, позволяющий обойтись без лишних жертв и с минимальными усилиями попасть на звездолёт-дворец, — вдруг сообщил он.

***

Путь до каюты генерал-губернатора показался вечностью. Чтобы не привлекать внимание, им пришлось менять лица. Множество раз. Технология хамелеона на броне позволяла притворяться кем угодно. Сначала Скайнет «надел» на себя облик одно из лейтенантов, а Ада и Торек «облачились» в его телохранителей. Спустя несколько секторов пришлось поменяться. Клингон по комплекции больше подходил на роль одного из старших лейтенантов и теперь он «возглавлял» их движение всё дальше наверх. На роль одного из командоров подошла Ада из-за невысокого роста, и уже её товарищи сменили лица на телохранителей. Так, постоянно меняясь, они продвигались всё дальше. Скайнет чётко просчитывал, какие роли нужно брать, чтобы копии не столкнулись с оригиналами. Последние шаги были сделаны ближе к отбою. Самые тёмные дела следовало совершать ночью. Впрочем, после войны со СкайНЕТом у многих терран поколениями закрепился врождённый дефект глаз, из-за которого они предпочитали полумрак. Даже после подъёма. Пропажу новобранцев тут не замечали. Всегда существовал шанс, что в тёмном закутке очередного зелёного выскочку просто «учили» не выделяться более старшие и опытные товарищи. Или некоторые убегали к знакомым старшим офицерам ради небольшой порции выпивки, как успела заметить Ада в одну из ночей, когда побеждённый ночной кошмар в отместку вырвал её из сна. Их троицы никто не хватился, когда Скайнет под обликом старпома взломал замок и вошёл в каюту генерала-губернатора. Атака вышла тихой, внезапной и почти хирургически чистой. Торек и Ада без труда расправились с двумя телохранителями их цели. Те не успели даже пикнуть. Новый освоенный приём с кинжалами пришёлся как раз кстати. Ему их научил Скайнет ещё в кибергороде. Эффективность заключалась в том, чтобы успеть зажать жертве рот и пронзить голову либо под подбородком, лицо через глазницу снизу-вверх длинным острым предметом. Правильно поставленный удар гарантировал быструю и бесшумную смерть. — Что… — успел только пикнуть генерал-губернатор, до этого нажимающий на все тревожные кнопки, но «старпом» сделал к нему шаг и молниеносно пронзил рукой, трансформировавшейся в лезвие. Дальнейшие звуки переросли в беспомощное хлюпанье. Глава Агамемнона и его телохранители умерли почти в одно время. Ни одна из попыток позвать на помощь не достигла адресатов. Скайнет заранее погрузил каюту в вакуум связи. Пока Ада и Торек занимались упаковкой тел в подходящие для этого мешки, чтобы позже незаметно выбросить в космос или сжечь в печи реактора, ИИ с завидной скоростью поглощал особенности личности местного королька, одновременно принимая его облик. — Его имя было Сантьяго Кларк. Родился на Терре. Во время такого же паломничества оказался на звездолёте, — подбирая тональность голоса, говорил ИИ, пока перед зеркалом воспроизводил мимику убитого. — Дослужился до звания командора честным путём. Следом совершил переворот и сумел убить своего предшественника. Прежде, чем императрица призвала его к себе, одержал четыре победы в битвах с Гильдией Неприсоединившихся миров. За особое рвение и ряд подарков, которые предоставил императрице, получил от неё королевское помилование и был её словом утверждён в звании генерал-губернатора, получив территории предшественника. Последние пять лет являлся членом Имперского Совета. — Никого не удивит, если он внезапно отменит атаку на сепаратистов? — на всякий случай уточнила Шурикова, завязывая последний мешок. — Удивит, — ответил ей Торек, — но когда речь касается Империи, только императрица будет требовать объяснений. Остальные научены не спрашивать, а только подчиняться. А если всё же начнут смотреть косо, то «капитану» придётся напомнить, кто здесь власть. Он перевёл хитрый взгляд на фальшивого капитана, не имеющего проблем с быстрым и эффективным устранением мешающих людей и других форм жизни. Ада криво улыбнулась. Чтобы с волками жить, старому другу даже не придётся по-волчьи выть, а всего лишь не сдерживать свои методы контроля. На корабле Джима ведь совсем не сдерживал. — Твой товарищ-клингон прав, Кроха, империи строятся на культе личности. Никто на этом звездолёте не будет задавать вопросы. Нам следует избавиться от тел и взять курс на звездолёт-дворец, — кивнул Скайнет. «Таким образом, три терранина против всех сепаратистов. Расклад математически действительно хороший!» — чуть улыбнулась про себя Шурикова. Агамемнон лёг на новый курс. Как и ожидалось, никто не задавал вопросов. Три тела были успешно выброшены в космос у самых сопел звездолёта. Стремительный рывок вперёд превратил их в то, что уже никто не смог бы опознать. Поиски императрицы несколько затянулись. Неизвестно, что она делала и где скрывалась, но навигация и архивы Агамемнона были бессильны в её поисках. — Императрица находит своих подданных, не они её, — подытожил в один из дней ИИ, но пообещал, что возьмёт верный курс. Превратившись в телохранителей генерал-губернатора, Ада и Торек теперь были обязаны на тренировочных дуэлях доказывать всем прочим кандидатам, почему именно они достойны охранять советника. Культура силы была нормой для Империи. Дуэли на мечах им дались чуть хуже, чем бои смешанного единоборства. Терранская Империя взяла из японской культуры не только элементы одежды, но и специфические мечи — катаны, требующие особенной техники владения. Тем не менее кое-в-чём удалось разобраться в процессе и посрамить противника. Скайнет мастерски притворялся советником Кларком. Данные корабля досконально ввели его в курс дела, как следует говорить, приказывать и действовать, чтобы никто даже в мыслях не почувствовал подмену. Пока они разыскивали императрицу, Агамемнон демонстративно проводил стандартную проверку вверенных территорий, останавливаясь у орбит планет с приказом провести инспекцию. Спустя несколько недель императрица действительно сама их нашла. Вызов по золотому закрытому каналу связи пришёл после отбоя, но троица так ждала этого шанса, что ни минуты не медлили. На связи, разумеется, была не сама Императрица, а один из её атташе. — Приветствую, советник Империи Сантьяго Кларк, — чинно поклонился человек на большом голо-экране, — да встретите вы данную весть в добром здравии. — Бесценно лишь здравие её Величества. Остальные заменяемы, — отозвался в соответствии с традициями Скайнет. Позже он объяснил, что для атташе не позволяется называть своё имя, поскольку ниже достоинства советника запоминать его или обращаться с нему. Любой вопрос адресовался императрице, от чьего имени и говорил неназванный человек. — Её Императорское Величество Филиппа Георгиу созывает весь совет в связи с двумя важными для Империи событиями. Первое — возвращение её приёмной дочери Майкл Бёрнем, считавшейся пропавшей без вести. Второе — успешно пленён предатель, революционер и оппозиционер Габриэль Лорка. «Что?!» — выдохнула Ада, чувствуя, как сердце начинает заходиться в неумолимом грохоте.