2336: Худший год

«Я долгое время считала себя недостойной. Мелкой. Отколотой. Ничтожной и пустой. Недостаточно хорошей… Недостаточно хорошей, чтобы мои родители не погибли. Недостаточно хорошей, чтобы земляне считали меня человеком, а не отребьем. Недостаточно хорошей, чтобы служить на нормальном корабле, а не в психбольнице пирата и контрабандиста Джима. Недостаточно хорошей, чтобы уберечь моих друзей от смерти. Недостаточно хорошей, чтобы сделать их смерть осмысленной. Недостаточно хорошей, чтобы сбежать с Дискавери… и чтобы остаться. Лорка мог найти предлог, чтобы удержать меня в экипаже, но отправил к Андромеде. Видимо, я была недостаточно хороша, чтобы он об этом задумался. Но кое-для-чего я оказалась достаточно хорошей. Чтобы выжить на Андромеде, пережить все пытки Теней и оказаться здесь живой и невредимой, хотя многие пали на этом пути. Но это далеко не финал. Это только середина. Мне предстоит путь домой. Я должна закончить войну и я буду достаточно хорошей для этого!» — мысленно повторяла себе Шурикова, стараясь заглушить грохот непокорного сердца. Это не капитан Лорка. Это его зеркальный близнец. Оппозиционер фашистской Империи, предназначенной сугубо для людей. Цивилизация угнетателей, расистов и ксенофобов. Впрочем, как ни странно, Ада не могла их винить. Они пережили СкайНЕТ, пережили чудовищную войну, лишившую их дома, пережили Теней и остались в живых, сделав определённые выводы. Превратили свой страх в довод к агрессии. Нападение — это лучшая защита. Недоверие ко всем, кто не похож на них — это лучшая стратегия не быть преданными. Шурикова прекрасно это понимала. Во многом она чувствовала своё несомненное сходство с терранами. Кроме одной детали — она презирала снобов-землян и относилась с терпимостью ко всем остальным, даже к клингонам, с которыми воевала. «Вот к чему приводит такой путь, глупая марсианка!» — шикнула на себя Ада. И всё же она никак не могла решить упавшую на её плечи дилемму. А кроме того, никто из них троих, даже всезнающий Скайнет, не имел понятия, как успешно остановить войну ОФП и клингонов в кратчайшие сроки. Пару раз эта тема проскакивала в их мыслях, но для начала они решили остановиться на самом первом препятствии — они буквально в другой Вселенной, из которой требуется вернуться домой. И появление ещё одной переменной в их уравнении всё сильно усложняло. Тореку и Скайнету не было дела до пойманного преступника. Последний лениво отметил, что выгрузил данные по нему в ПИП Шуриковой. Чтобы она сама убедилась — это всего лишь близнец. «Он не тот капитан, кто отнёсся ко мне по-человечески. Не тот, кто дал второй шанс. Не тот, с кем я…» — эту часть их отношений она предпочла загнать поглубже. Скайнет вложил всю доступную информацию по Теням в её ПИП. Его собственные открытия, всё, что сохранилось в базах Терры и Агамемнона. ПИП воспроизводил кадры военной хроники, внутренние части и внешнюю оболочку кораблей, все доступные детали вплоть до вооружения. Но слепых пятен в данных о Тенях всё же было куда больше, чем полученных знаний. Не до конца было понятно, как стыкуется органика с механикой, как именно используются мозги разумных существ в качестве процессоров, откуда у этой расы телепатические способности и умение сцеплять ими гуманоидов. Но самой большой загадкой оставался их метод перемещаться в пространстве, за которым охотилась троица. Тени и родной мир были куда важнее, чем даже настоящий Лорка, не говоря о его близнеце. «Я не могу иначе. Знать, что с ними способны сделать Тени, осознавать все мучения, через которые они пройдут, и ничего не сделать — это стать в равной степени виноватой. Я могу что-то сделать — я должна что-то сделать! Я не оставлю весь тот кошмар за спиной! Не после всего, через что мы прошли!» — продолжала напоминать себе Ада, но в глубине себя чувствовала, как противится этим словам. Противится мелочно и эгоистично, составляя по крупицам план против себя самой.

***

Имперский флагман «Харон», представляющий собой одновременно и самый мощный терранский разрушитель, и дворец, в окружении звездолётов Имперских Советников напоминал город, дрейфующий в космосе. В своём техническом гении Империя в разы превосходила Федерацию во всём своём флоте, но Харон был отдельной жемчужиной. Данные с Агамемнона гласили, что мощнее императорского звездолёта класса «Палладин» нет ничего. У императрицы самые мощные фазеры и торпеды, способные устроить Армагеддон любой планете с предельно безопасного расстояния для себя. Орбитальная защита бессильна против него. Конструкция этого чудовища не была похожа ни на один известный корабль и позволяла успешно скрываться от любых датчиков. Помимо силы и скрытности, императорский дворец обладал самыми передовыми субпространственными двигателями и непреодолимой системой защиты. Побег от него или попытка вступить в бой заранее обречена на провал. Скайнет в оболочке Кларка вместе с двумя своими телохранителями поднялся на борт пятым из числа советников. Сама императрица не явилась встречать подданных, лишь её голограмма высокомерно окинула полупрозрачным взглядом всех явившихся. Даже голографический образ внушал трепет. С этой женщиной не стоило ссориться. По крайней мере открыто. Смятение в чувствах никак не мог перекрыть холодный голос разума. Они как никогда близки к получению всех ответов. Они в самом опасном месте Империи и не могут сделать не то что лишнего шага — лишний жест станет сигналом для немедленной отправки в агонизатор. Или сразу на смерть. Даже когда Скайнет захватит дворец, тот станет ненамного безопаснее. «Просто придерживайся плана, глупая марсианка!» — твердила себе Шурикова. И всё же голова на плечах не только для шапки. Пока атташе императрицы громко зачитывала красивые и яркие титулы, Ада незаметно стреляла глазами по сторонам, пытаясь высмотреть всё полезное и опасное. Мимо ушей пролетали слова «Владычица Земли и всех её колоний» и «Хозяйка Вселенной», а глаза высматривали два уровня имперской гвардии. Малая часть людей в форме и с оружием — те, кого видно, и еле заметное в тенях и хитро спроектированных «карманах» стен большинство вооружённой стражи. Даже вне личного присутствия императрицы каждое действие контролировалось. Прибывающие Имперские Советники заполняли большой церемониальный зал, больше подходящий для замка, а не звездолёта. Слишком уж бессмысленная трата драгоценного пространства для уходящих вдаль вверх сводов, длинных широких коридоров и бессмысленных колонн, выполненных в азиатском стиле, берущих понемногу из китайской и японской культуры. И, разумеется, золото с чёрным. Вместо привычного многофункционального и экологически чистого полимера, используемого всюду в ОФП, Ада почувствовала под ногами камень. Настоящий. Он ощущался и отзывался на каждый шаг по-особенному. Своим неповторимым гулом. На фоне этого открытия стало ясно, что все золотые декорации, драконы, выпуклые изображения на колоннах, окантовка всего и вся тоже сделаны из настоящего золота. Императрица не стеснялась жить в роскоши. Впрочем, сам Харон выглядел, как чудовищный левиафан, по сравнению даже с самыми большими звездолётами, которые когда-либо видела Шурикова. Особенной остроты добавлял реактор корабля, маленьким солнцем сияющий под «брюхом» звездолёта-дворца. Сияющий открыто, будто провисая в космосе. Скайнет негромко признался, что мечтает узнать, каким образом терране спроектировали подобный образец. — Терране используют различные типы питания — включая анти-материю, дилитий и тахионы, и не боятся прибегать к технологии миксирования, — едва слышно сообщил он, — если ответы на наши вопросы существуют, то они на этом звездолёте! — А если их нет? — шепнула Шурикова, стараясь не открывать рта, чтобы не вызвать подозрение. — Тогда возвращение домой невозможно. И нам нечего делать на этом звездолёте. Но его мощности хватит, чтобы отправить нас в кибергород, — спокойно ответил он, давая понять, что продумал план провала. Ада незаметно отступила чуть назад и коснулась руки Торека. Крепкий хомут их общей связи отозвался чистым потоком сознания и мыслей товарища. «Если мы сдадимся и вернёмся на Терру, то наш мир может погибнуть!» — мысленно обратилась к нему Шурикова. «Даже в худшем сценарии не погибнет. Будет перестроен до основания, чего не сказать о расовой чистке, которую Тени устроят… Спокойно, я чувствую твоё волнение, — шикнул он на неё. — Подумай о ситуации с чистым разумом. Скайнет сам себе машина времени. Значит, о времени пока можно не беспокоиться, только о методах возвращения. Отступление к Терре не означает, что мы сдадимся. Порой, чтобы найти верный путь вперёд, следует отступить назад и неоднократно, чтобы выбрать иное направление». Она сделала глубокий вдох, когда их всех позвали в зал ещё больше. Назревала очередная богатая и помпезная церемония её Императорского Величества. «Хорошо, что ты так спокоен», — успела она отозваться, прежде чем они вынужденно разорвали контакт и встали по обе стороны от своего «советника». Тронный зал предстал ещё более роскошным и поражающим своими размерами, чем тот, в котором советникам следовало ждать разрешения видеть императрицу. Толпа собралась немаленькая. По прикидкам Ады, весь старший офицерский состав Харона и элита со звездолётов советников. Младших офицеров видно не было, но и без них в громадном зале свободным оставался только церемониальный путь от широких дверей до трона. В толпе получилось чуть расслабиться. Чем больше людей, тем проще оставаться незамеченной, но шептаться и держаться за руки уже точно не следовало — слишком заметно, советники стояли в первых рядах пути к трону. — Лорды Империи, уважаемые гости, поприветствуйте её Императорское Величество. Мать отечества, повелительницу Вулкана, госпожу Клинжая, королеву Андории. Да здравствует императрица Филиппа Георгиу Японская Столетняя, — провозгласил атташе повторно громким поставленным гласом, пролетевшим по всему тронному залу. Под общий хор «да здравствует император» все присутствующие отдали римский салют и поклонились. «Робокопа нам было мало! — выдохнула Ада, кланяясь. — Уже не волей удачи Джима, а собственной бедовостью, я снова в самом сердце политики!» Вернувшись в исходное положение, она заметила его. Габриэль Лорка. Он прибыл в качестве пленника с темнокожей девушкой в форме не просто капитана или генерала-губернатора. О, нет, по размеру золотой части её мундира она уступала только императрице. Видимо, та самая приёмная дочь, Как-там-её Бёрнем. Но не на императрицу смотрела Ада, лишь мельком приметив схожесть имперских доспехов с парадной римской лорикой мускулато, которую носили императоры с заменой всех красных оттенков на золотые. Синие глаза марсианки, скрытые голографической маской, никак не могли оторвать взор от пленника. Сходство невероятное! Даже взгляд. Пленённый, окружённый людьми, которые с радостью запытают его до смерти, но сохраняющий спокойствие. Ничуть не сломленный, несмотря на видимые следы нескольких часов в колбе агонизатора. И часов ли? На Агамемноне Ада видела, как выглядят запытанные офицеры, их высушенную, покрасневшую кожу, полопавшиеся капилляры глаз, термические рубцы. Когда вся эта «красота» прикипала к ним, жертвы были готовы сказать всё, лишь бы пытки прекратились. Но единственным освобождением была смерть. У трона в положении рабов она заметила троицу келпиенов, среди которых был один очень похожий на Сару́. От их вида стало не по себе. О чём там говорила императрица с Бёрнем, Ада не слушала и навострила ушки, только когда прозвучало имя капитана, а конвой вывел его вперёд в качестве подарка. С замершим в тревоге сердцем она смотрела, как со снисходительностью победителя к пленнику спускается императрица. От её недоброй улыбки можно было ждать любого приговора. «Быть может, его казнят прямо здесь и сейчас, тогда его точно не спасти… Что?! «Не спасти»? Но я не собиралась… или собиралась?» — метались под маской непоколебимости мятежные мысли. — Ждёшь, что я склонюсь перед тобой? — казалось, в тронном зале только Лорка действительно не испытывал трепета перед ней. — Я не склонюсь! Императрица не ответила. Схватив скипетр, она несколько раз размашисто ударила пленника, от чего тот упал перед ней на колени. На его лице прибавилось кровоточащих ран, а те, что начали покрываться коркой, вскрылись. — Ты будешь жить долго, Габриэль Лорка, — наконец сказала она, растягивая слова в пугающий приговор. — И каждая секунда твоей жизни пройдёт в одном из наших агонизаторов. Справедливая цена за безудержное честолюбие. Вид у капитана был плачевный, чего не сказать о его взгляде. Даже глядя на императрицу снизу вверх, он не казался поверженным. Более того, только он смотрел на неё, как на равную, и, что удивительно, в ответ получал похожий взгляд. Пусть Филиппа и была в тронном зале едва ли не богом-императором, она признавала в Габриэле достойного противника, несмотря на то, что слова расходились с поведением. — На гауптвахту «В» его. Всё лучшее для нашего гостя! — объявил кто-то, и пленника увели конвоиры. Хотя «увели» было слишком громким словом. Его обездвижили и уволокли. Шурикова знала, что должна смотреть вперёд или на императрицу, ни в коем случае не допуская слабости. Но Лорка был в сознании и продолжал смотреть на присутствующих настолько горящими глазами, что она, вопреки собственной воле, поймала его взгляд и держала долго, пока он не скрылся за толпой. Сердце, до этого пропускающее удар за ударом, начало бешено колотиться, требуя выполнить едва сформировавшийся где-то в чертогах её разума план. Пока спрятанный даже от неё самой. Она знала, что Торек почувствует, когда она попытается увильнуть, а Скайнет найдёт способ удержать её рядом. И всё же понимала, что готова пойти против них. Несуществующая в этом мире марсианка собиралась спасти человека, который даже не знает её.

***

Церемония подошла к своему логическому завершению, когда императрица объявила, что отправляется с дочерью отдыхать. Совет, всех лордов и старших офицеров распустили. Скайнет успел наскоро прощупать церемониальный этикет, пока они проходили мимо одной из стандартных информационных панелей. Меньше секунды времени нахождения в близости к источнику данных предоставили ему планы Харона, все тонкости этикета, а также направление, где советники отдыхают и ожидают, когда императрица созовёт их для решения важных политических вопросов. — Он из этой Вселенной! — шепнул ей с однозначным намёком Скайнет, когда настало их время покидать тронный зал. Свита с Агамемнона чинно следовала за ними до самых покоев, заняв каюты вокруг генерала-губернатора. Восторженный ИИ моментально прилип к рабочему месту своего предшественника, через которого начал жадно поглощать новые знания. Мимоходом он бормотал, что ответы на все их вопросы здесь, нужно только немного потерпеть и взломать парочку зашифрованных цифровых крепостей. — И как долго? — поинтересовалась Ада, стараясь звучать нейтрально. — Тебя в любой момент могут вызвать на совет. — Согласен. Могут. Но не в ближайший час, — пропел тот и погрузился в бездну нового. — Мне должно хватить… Час. Целый час ожидания. Мучительно долгий срок, когда внутри поднимается бунт, требующий во имя непонятно чего послать подальше первоначальный план и отправиться искать ту самую гауптвахту, куда поместили капитана. «Он не твой капитан. Он — двойник!» — мысленно напоминала себе Ада, пытаясь найти себе укромный уголок, чтобы забиться туда и привести чувства в порядок. Торек моментально заметил её подвешенное состояние и едва заметным кивком головы поинтересовался, что случилось. Отмахнувшись жестом, что всё в полном порядке, она села на одно из тёмных кресел. Полумрак покоев, выполненных в оттенках нефрита и наверняка с натуральной отделкой, немного успокаивал. Терране не жаловали яркий свет, предпочитали по возможности полутьму, прямо как… кое-кто. Она терпеливо выдохнула, мысленно требуя собраться. Это не её мир, не её правила и они ничего не изменят, взяв и выпустив пленника внутри дворца, наполненного его врагами на всех уровнях. Куда она его денет? Взгляд бездумно застрял на кончиках пальцев, сцепленных в замок. После всего, что с ней произошло, она помнила его прикосновения. Впервые он коснулся именно рук. Дал ей шанс, хотя все вокруг него звали марсианку зверьём. Буквально отогрел человеческим отношением, поселил в ней надежду, что хорошее будущее возможно и необязательно искать ближайшую самоубийственную миссию, чтобы плохие времена закончились. Методы у него вышли спорными, но он сохранился в её памяти, как очень хороший для неё человек. Неужели сейчас она не поможет и просто уйдёт, зная о его незавидной судьбе? «Это не мой капитан… Но твою же мать!» — мысленно ругнулась Ада, когда перевела взгляд от пальцев и сразу увидела информационную панель, которой могла свободно воспользоваться. Она отсоединила планшет от подставки и набрала заветные слова «гауптвахта «В»», чтобы прикинуть маршрут до искомого места. Идти оказалось не так уж далеко. Видимо, близость с пыточными установками напоминала лордам, что милость императрицы быстро сменится гневом и агонией, если они сделают один неверный шаг. — Императрица созывает срочный совет лордов, — вдруг разнеслось по каюте. — Присутствовать лично. Без телохранителей! Будь Шурикова суеверной, она бы точно упомянула сверхъестественную силу добрым словом и самой едкой бранью. Будто нарочно судьба испытывала её терпение. Как долго она сможет сопротивляться? Скайнет нехотя оторвался от процесса поглощения данных. — Придётся сделать небольшую паузу, иначе они что-то заподозрят, — наконец сказал он с недовольством ребёнка, которым по сути своей и являлся. Он встал, попытался повторить небрежный жест, с которым люди поправляют смявшийся мундир. Вышло пока немного неуклюже. Одежда была частью его самого и создала из наноботов, способных принимать вид любой поверхности. Абсолютная идеальная мимикрия. При ней непросто симулировать человеческое несовершенство. Скайнет подошёл к зеркалу, проследил, что облик Кларка не изменился. Глядя на его несколько скованные движения, Ада улыбнулась. Скайнет в новой форме превосходил всех терминаторов и роботов, даже тех, которых создавал для тренировочных программ. Когда дело касалось военных действий, необходимости скрываться, убивать и действовать по тактике, он воплощал собой совершенство. Но в социальных мелочах превращался в трёхлетнего ребёнка, неумело повторяющего за взрослыми. — Береги себя, — негромко сказала она, не выдержав. — Эта императрица… От неё всего можно ожидать. — Не думаю, что даже выброс в реактор Харона может мне повредить, но я буду осторожен, — кивнул он, принял серьёзный вид, направился на совет и обернулся уже в дверях: — Оставайтесь здесь. Ада честно старалась «оставаться здесь», и даже попыталась отвлечь себя взломом систем наблюдения. Новый ПИП позволял перегонять информацию с любой панели в его почти безграничную память, а затем воспроизводить во всех форматах. Под полным подозрения взглядом Торека она будто невзначай углубила внимание за сектором «В», в котором и находилась искомая гауптвахта. Не запуская видео и голограммы, она направила воспроизведение звуков в сторону своего правого уха. Среди шума множества криков сосредоточиться на знакомом голосе не представило большого труда. — И где же ты скрывался столько времени?! — услышала она сквозь треск агонизатора и крики Габриэля. Пыточные средства приглушили, видимо, чтобы Лорка мог дать хоть какой-то ответ. — У друзей… — Да ну? — включился в допрос другой голос с нескрываемым презрением. — Императрица собрала всех верных тебе людей со всей Империи. Нам пришлось заполнить кормовой ангар агонизаторами. У тебя не осталось союзников… Треск возобновился. А следом и крики. Не выдержав, она вскочила с места. Попытка сделать вид, что ей вдруг резко захотелось добраться до уборной вызвала скептическую улыбку Торека, которую не смогла скрыть даже голографическая маска. * — Я иду с тобой, — отчеканил он, вставая с места. * — Куда? — растерялась она, не зная, как дальше себя вести. Всё равно выдала намерения по всем фронтам. — Я никуда не… * — Спасать этого заключенного капитана, — перебил её Торек, закрепляя на поясе кинжалы. — Ты можешь пытаться прятать свои мысли, но твои эмоции я чувствую на расстоянии. Я знаю, чего ты хочешь. Лучше со мной, чем в одиночку. * — Спасибо, — улыбнулась она, вооружаясь. Стрельба привлечёт много внимания. Кинжалы куда более тихие, их постоянно носят за поясом терране. Они не вызовут подозрения. Ада на всякий случай прихватила с собой крохотный фазер, способный убить только при очень точном выстреле, но мысленно оставила его как средство крайней нужды. Пока шёл совет, большая часть гвардии продолжала охранять императрицу. Но в условиях секретности совещания они окружали небольшой зал, в котором собрались все лорды. ПИП в автоматическом режиме выстроил оптимальный маршрут, при котором их мало кто встретит и в чём-то заподозрит. Система наблюдения тем временем передавала, что конвоиры сменились, теперь пыткой заведовал кто-то уровнем повыше. Два оператора агонизатора не просто так раскланялись перед ним и по команде удалились. Допрос в перерывах между треском пыточной установки принял интересный оборот: — Что скажешь? — с агрессией требовал от пленника голос, видимо, что-то ему показывая. — О ком? — О моей сестре! — упоминание женщины вызвало много гипотез, которые Ада смело отбросила. История точно закончилась плохо с точки зрения этой неназванной сестры. — Женщин так много. Хорошо быть капитаном! — от этой издевательской фразы, которая ожидаемо повлекла за собой поле треска и криков, Шурикова чуть улыбнулась. Этот близнец был невероятно похож на её капитана. «Наверняка ещё и усмехнулся, как он умеет, во время ответа!» Кем бы ни был этот неизвестный, пришедший линчевать капитана, он представлял собой птицу высокого полёта, хоть и не лорда. Охраны у гауптвахты «В» не было, что выглядело подозрительно. К тому моменту они прошмыгнули мимо пяти подобных отсеков и у каждого стояло минимум два человека с бластерами наготове. Ада и Торек переглянулись, кивнули друг другу в знак готовности и выхватили свои кинжалы. Рука Шуриковой выбрала Д’к Таг. Двери с шипением разошлись, открывая вид на гауптвахту, в которой работал только один агонизатор. Капитану не предоставили соседей. Из охраны только один из командоров, судя по золотым меткам на форме. Ничего не замечая, тот фанатично выкручивал на пульте мощность пыточной машины. — Моя сестра любила тебя! Назови её имя и моли о прощении! — утратив бдительность, он открыто кричал на корчащегося в муках капитана. Спасительные секунды исчезли раньше, чем он успел обернуться. Его удивлённое «что» замерло на первой букве, превратившись в бульканье, когда лезвие Д’к Тага вспороло ему горло и, «гуляя», через подбородок рванулось вверх в голове. Ада скривилась от собственного неаккуратного удара, но успела зажать командору рот, пока Торек вырывал из его трясущихся рук пульт управления. Треск агонизатора мгновенно стих. Следом на пол упало тело уже мертвого командора, чьё имя, как и имя его сестры, так и осталось неизвестным. — Guten tag, mein lieber, — подошла она к колбе пыточного устройства, с насмешливой улыбкой отключая голографическую маску. — Похоже, так себе вы выбираете себе пассий, капитан Лорка. Вблизи он выглядел ещё плачевнее. На весь свой возраст. Но, уставившись на Шурикову с шокированным видом, мгновенно забыл про пережитые пытки. — Что?! Как? — похожий взгляд она видела, когда пробила рукой первые слои защитного полимера, прежде чем потерять сознание от газа. Побег с Дискавери и первая встреча с Габриэлем казались воспоминаниями из прошлой жизни. — Подождите секунду, мы вас вытащим… — кивнула она и повернулась к товарищу, который продолжал что-то набирать на пульте. Она коснулась его запястья, переводя их разговор в более быстрое и личное русло. «Что-то не так?» — поинтересовалась она, чувствуя его мыслительное напряжение. «У этих машин есть режим реанимации тела на случай, если жертву слишком быстро запытают до смерти. Он выглядит слабым, лишние силы ему не помешают. Почти нашёл…» — отозвался он, перемещая несколько ползунков, от которых камера взвыла и начала трещать так, будто её источником питания стал ядерный реактор напрямую. Вспышки, до этого красные и заметно причиняющие боль, сменились на синие, но такие яркие, что от агонизатора пришлось отступить на несколько шагов. Когда колба погасла, оповещая об окончании процесса, капитан был без сознания. * — Какого хрена?! Ты его убил? — не выдержала она, подбегая к колбе и вызволяя бесчувственное тело. * — Невозможно. Функции организма активны. Возможно, кратковременная потеря сознания… — сверяясь с пультом, немедленно ответил клингон, помогая осторожно положить капитана на пол. — Кажется, он возвращается. Он действительно начал медленно шевелиться и даже открыл глаза. Столкнувшись с его ещё осоловевшим взглядом, Шурикова только в этот момент ощутила на себе все прелести неловкости. Да, она бросилась спасать человека, которому повезло совпасть лицом с тем, кто был ей небезразличен. Да, ей повезло провернуть убийство тихо и почти незаметно, хотя тревогу довольно быстро поднимут и последствия наберут силу снежной лавины, спускающейся с гор. Но самое главное — она понятия не имела, что будет говорить незнакомцу о причинах её действий. — М-да, это самая странная часть нашей беседы, — нервно улыбнулась она, когда он начал смотреть на них более осмысленно. — Но, хм, привет! Мы не знакомы, я Ада, а вы предположительно злой близнец одного знакомого мне капитана. — Шурикова, она же Фогт, — ужалил её прищур серо-голубых глаз, который точно нельзя было скопировать или позаимствовать будучи близнецом. — Че-го?! — теперь настало её время удивляться, пока они с Тореком помогали капитану встать на ноги. Эмоции захлестнули, смывая все остатки былого здравого смысла. Вот чего уж точно не нужно было марсианке, так оказаться один на один со своим капитаном. — Вторых таких самых синих глаз не может существовать в этой вселенной, — с долей заигрывания коснулся он фалангами пальцев её подбородка. — А в нашей у всех марсиан… Но вы… Как ты здесь оказался?! — не выдержала она, чуть отступая в сторону, но, опомнившись, придержала все рвущиеся наружу слова, глядя на труп уже окончательно безымянного командора. — Я намерен задать тот же вопрос, — не остался он в долгу. — Ладно, вопросы позже. Пора тактически отступать, пока никто ничего не заметил, — выдохнула она, прикидывая, могут ли они вообще попытаться сейчас идти в сторону личных покоев Кларка. — Это будет непросто. Моё лицо знают все. Есть план, офицер Фогт? — со знакомой насмешкой поинтересовался Лорка, явно заряжаясь хорошим настроением после того, как пытки до конца жизни сменились побегом. Недолго думая, Ада стащила свой ошейник, набросила на капитана и нажала на режим маскировки. Хотя её лицо в теории вызывало вопросы, Торек своим нечеловеческим обликом светить точно не мог. А капитан и подавно. Мёртвое тело они сунули в агонизатор, находящийся дальше остальных от входа. Зная, что любой вошедший сразу поймёт, что пленник сбежал и поднимет тревогу, пришлось поспешить на выход. — Моё лицо никто не знает. Маскировка и уверенный шаг — выбор мастеров, — выдохнула она, сверяясь с ПИПом. Окинув взглядом своих спутников, на одном дыхании добавила: — Капитан Лорка — это мой близкий товарищ Торек, Торек — мой бывший капитан Габриэль Лорка… Есть идеи, куда идти дальше? — В кормовой ангар, — ткнул Лорка в точку на голографической карте. ПИП автоматически выстроил наиболее безопасный маршрут. Но идти всё равно пришлось короткими перебежками. Торек с первого взгляда на Аду и Габриэля понимающе кивнул и намеренно шёл чуть впереди, чтобы лично проверить, чисто ли на их пути или нет. И дать старым знакомым больше пространства. Когда дело касалось скрытой гвардии императрицы, ПИП становился не самым надёжным навигатором. — Как ты здесь оказался? — не выдержала Шурикова, когда они были в очередном «кармане» между скрытых стен, чтобы переждать, пока путь освободится. — Как я… Как ты здесь оказалась, да ещё и живая? — шепнул ей в ответ с ещё большим спектром смешанных эмоций. — Хотел видеть меня мёртвой?! — Нет, я… Мы получили сигнал с Андромеды, но когда прибыли на место, то опоздали. Остались только обломки клингонских кораблей, взорванные шаттлы и непригодная к жизни станция! Никто не выжил. Как ты сумела?.. — последнее он произносил одними губами, поскольку мимо них прошёл весьма нервный отряд имперской гвардии. — Долгая история. Был корабль, его взломал Скайнет. Мы собирались прыгнуть до ближайшей планеты, но всё пошло не по плану. Около тридцати часов прыжка. Когда выпали из… то рухнули на Терру, — кратко обозначила основные моменты Шурикова, решив, что для истории о Тенях место и время не подходящее. — Корабль сгорел. Ответы, как вернуться, искали здесь, а ты? Разговор пришлось прервать для последующей перебежки. Судя по виду Габриэля, краткая версия ему не слишком понравилась, и при первой же возможности он был готов спросить со своей бывшей подчинённой самую развёрнутую историю её приключений. Не то чтобы Ада была против долгих бесед, но только там, где можно было не бояться Терранскую Империю и все её ответные удары. — Долгая история. Победили клингонский флагман, направились домой, оказались здесь, — поспешно проговорил Лорка. — Все дороги ведут во дворец… — Что, ваш новый метод перемещения дал сбой? — хмыкнула она и, поймав вопросительно-шокированный взгляд от своих познаний, ответила: — Вы надеялись, что на Дискавери у вас будут секреты от Скайнета? Я так и не поняла, что это за зверь — ваш споровый двигатель, но выглядело всё не слишком безопасно. На этом их прерывистый разговор встал на долгую паузу. Гвардии и подозрительных старших офицеров рядом не оказалось. Настало время призвать всю свою храбрость, наглость и удачу — идти сквозь общие залы с отдыхающими офицерами. Те, находясь не на посту, расслаблялись, цедили из странных ёмкостей разноцветную жидкость и совсем не были настроены выискивать шпионов и чужаков в своей толпе. Самый короткий путь. Опасный, если не повезёт. Всего лишь идти вперёд с умеренно строгим видом. Будто они тоже хотели бы тут посидеть, но лорд дал приказ, и поэтому долг превыше всего. — Я слышала о ваших победах. Впечатляет. Поздравляю, — шепнула она, когда они вновь ушли в коридоры без свидетелей. — Герой войны… — Здесь это уже не имеет значения, — отмахнулся он, всем своим видом показывая, что не страдает ложной скромностью, а искренне не считает свои победы чем-то значимым. — Как тебе Терранская Империя? — Расисты, фашисты, ксенофобы, клинические военщики-завоеватели, но не сказала бы, что они сильно хуже, чем Федерация, — пожала она плечами. — Просто тут процветающий центр сместился. Лорка даже замедлил шаг, с интересом глядя на неё. И взгляд этот был каким-то странным, по мнению Ады. Кольнувшее изнутри чувство подсказало, что и Торек почуял странный подтекст, скрытый в простой долгой паузе. Но на долгие раздумья времени больше не было. Искомый кормовой ангар защищался очень хорошо. Полноценный отряд имперской гвардии. С видом самых сосредоточенных и мотивированных машин-убийц стояли с бластерами наперевес. Шурикова сильно сомневалась, что режим на их оружии был выставлен максимальный, поскольку малейший промах в стену мог вызвать немало проблем в системе жизнеобеспечения. Но даже минимальный заряд станет смертельным в случае попадания. У них один фазер, много кинжалов, расчёт только на двух бойцов, поскольку капитан мог не полностью прийти в боеспособный режим после агонизатора. Расклад не самый радужный. — Режим берсерка? — поинтересовался Габриэль. — Исключено, — покачала она головой, — берсерк убьёт вас в первую очередь и только потом пойдёт на тех ребят. «Да и не могу я до сих пор вызвать берсерка», — вертелось на языке, но Ада не решилась признаться в подобной слабости. Она сама не заметила, как переплела пальцы с Тореком, сосредотачиваясь на предстоящей битве. Жест стал настолько естественным, что даже Скайнет перестал обижаться, а остальной мир любой вселенной мог идти куда подальше. Их связь была выше любого уровня привязанности, уже существующего и ещё не придуманного. Они были едиными в мыслях и чувствах против любого врага, и этим всё сказано. Лорка с удивлением переводил взгляд с их лиц на сцепленные руки, только собираясь спросить, что вообще происходит, а относительно рабочая стратегия уже сформировалась. Как и раньше — слишком много неизвестных и велик риск провала, но если капитан хоть немного поможет, то картина перед глазами вырисовывалась вполне обнадёживающая. — Устроим им маленькую диверсию в секторах впереди справа и впереди слева от нас, — показала Шурикова, одновременно набирая в ПИПе команду, которая вызвала бы реалистичную имитацию то ли стрельбы, а то ли отказа системы в нужных точках. — Их много. Психология толпы с присущей уверенностью побудит пойти и проверить. Гасим свет. Голографические маски автоматически обеспечат вас режимом ночного видения. Скайнет свои игрушки заправил буквально всем. Я буду ориентироваться по сенсорам моей брони. Торек в случае чего направит. Если нападём втроём, то шансы есть. — Гасим свет, но через тридцать секунд включай сразу на полную яркость. Это их ослепит на время, — посоветовал Лорка и подмигнул: — Могу я позаимствовать пару твоих кинжалов? — Кроме трофейного, — кивнула Ада, передав ему необходимое. Д’к Таг сверкнул, обретя свободу. Шурикова настолько срослась с ним в последнее время, что порой мысленно звала его «кровопийца» с долей симпатии к прозвищу. Если дело не касалось тренировок с Тореком, он выходил на свободу, только чтобы вспарывать плоть, вкушая кровь противника. Диверсия удалась на славу. Ада рассчитывала, что от группы отколется один-два бойца, а не добрая половина. Следом погас свет. Сенсоры брони активировались на две трети от предельной мощности. Троица вышла из укрытия. Скайнет не просто так с фанатизмом наполнял свои игрушки всеми возможными примочками. С погасшим светом сенсоры брони так хорошо спелись с её обострившимися чувствами, что Ада могла оставаться в полной темноте или стать полностью слепой, но ничуть не утратить в боевых способностях. Тридцать секунд. Отряд успел что-то заподозрить, но угрозу высматривали не с той стороны. Первая троица с бульканьем упала на пол, не сообразив, что их жизнь подошла к концу. Вторая попыталась отбиваться. Следом Ада и Торек оказались в кольце врагов, а Лорка поднял с пола бластер одного из убитых. Треть бойцов легла в темноте, остальных они добили, как только вспыхнул свет. Рискованная операция заняла несколько минут. — Вот эти тела мы точно не успеем спрятать! — прокомментировала Ада, глядя на запачканный ими коридор. Стены получили немало «ожогов», которые просто так не скрыть. Бесшумные кинжалы, эффективные в бою, добавили императорским чёрно-золотым коридорам яркий красный акцент. Да и тел было многовато, чтобы свалить их в кучу в самом тёмном углу. Если раньше ситуация выходила из-под контроля, то теперь окончательно сбежала. — Надо поторопиться, — кивнул капитан и при помощи руки одного из мёртвых бойцов активировал замок на защищённых дверях ангара, способных выдержать даже мощные орудия звездолёта. Тяжёлые двери с шипением разошлись, слишком поздно являя им огромный просчёт в первоначальном плане. Охрана была и снаружи, и внутри. Всего четверо, но все с бластерами наготове. Время будто замерло. Они подняли оружие прежде, чем троица успела их разглядеть. Странно только, что сразу не выскочили помогать своим. Но даже этому нашёлся ответ. Спустя один удар сердца. Пение металла срослось с аккомпанементом влажного чавканья пронзённой плоти. Всё произошло настолько быстро, что ни одна из сторон не успела понять, что произошло. Момент красивой и кровавой смерти был упущен. Четыре пронзённых тела уже лежали у ног троицы, а убивший их Скайнет недобрым взглядом буравил Аду и Торека. — Какая часть фразы «оставайтесь здесь» до вас не дошла? — возмутился он совсем по-человечески. — Так… Кто? — вопросительно посмотрел на Шурикову Лорка, сходу понимая, что перед ним ещё один неожиданный союзник. — Вы знакомы, — нервно хмыкнула она, — это Скайнет. Теперь в собственном носителе. Если у Габриэля до этого был точно поставлен план действий, то после новой информации он замер столбом, забыв обо всём на свете. Марсианка его не винила. Она сама не сразу приняла новые правила игры, а ведь им с Тореком была дана честь погружаться в новую реальность ИИ плавно и постепенно. Шок, ужас, немного ярости, попытка взять себя в руки, полный провал на этом поприще и множество слов замерших в горле — всё это ясно читалось на лице капитана. — Кстати, это наш Лорка! — воспользовалась паузой Ада, успев как следует рассердиться на старого друга. — А ты говорил, что он принадлежит этой вселенной! — А я и не врал, — ничуть не смутился он и театрально хлопнул в ладоши. Полутёмный ангар озарился резким светом, от которого зажмурились и закрыли глаза руками все, кто был в агонизаторах, и капитан. Но не Скайнет, Ада и Торек. — Габриэль Лорка изначально был отсюда. Теперь наступила очередь Ады смотреть на человека, который был ей небезразличен поражённым взглядом. В голове, разумеется, начали прыгать все слова, которые он говорил, все его действия и реакции. Всё, что могло ей прямо подсказать — этот землянин слишком отличается от других. — Твою ма…