Межграничье

Яркий свет ламп освещал зал в кафе. Отовсюду слышались разговоры, приглушённая музыка и лязг бокалов. За окном проносились машины по грязному асфальту, размазывая почти растаявший снег. — ..ну, а до Кота у тебя был кто-нибудь? — Уманова сделала пару глотков шампанского из высокого бокала, взглядом обводя зал. — Нет. — С напускной уверенностью ответила Мурашова, после чего спохватилась и исправилась. — Что значит «до Кота»? Нет у нас с ним ничего. — Да ладно, — Олеся рассмеялась, — разве что слепой не заметит, как вы друг на друга смотрите. И как это не было никого? Что, совсем? — В подростковые годы, до военного училища. Не с нашей работой личную жизнь выстраивать. — Мура покрепче сжала в руках свой бокал. — Посмотри на разведенного Батю. Или на Риту, например. — Она махом выпила остатки шампанского. — И то верно. — Олеся повторила действие за подругой. По дороге домой Мура шла в раздумьях, цепляясь за мимолётные картинки прошлого. Олеся сегодня задала неожиданный вопрос, который всколохнул внутри Муры потаённое и давно забытое. Девушка сильнее запахнула пальто, скрываясь от мелко моросящего дождя. Мысли метались от её прежнего места службы, где она по дурости позволила себе сблизиться с тем, с кем не стоило, до нынешнего места, где точно так же спуталась с Васей. — Вася..- Тихо проговорила та, а потом осеклась. С какой стати вообще она сейчас должна о нём думать? Выпитая бутылка шампанского внутри протестовала: по телу уже давно шла волна расслабления, а мысли беспорядочно крутились в голове. Хотела Женя того или нет, но ей пришлось подумать о Васе. Кот постоянно пытался нарушить ту хрупкую границу между ними, перейти с позиции «коллега и друг» в гораздо более интимную. И нет, речь шла совсем не о постели. Кот пытался залезть к ней в голову, узнать, о чём та думает и чем дышит; как относится к нему, а как к работе; почему не даёт им тот шанс, в котором они оба так нуждаются? Мурашова всё время повторяла, что с их работой отношений быть не может, а потом терялась на очередном задании, когда Кот становился к ней вплотную. Там, где опасности одна через одну поджидают за каждым углом, он всё время бил по той самой «границе», проведённой между ними. Она то стиралась полностью, не оставляя ни шанса на что-то большее, то проводилась снова, искрящаяся и горящая ярким пламенем — через такую не переступить просто так. Женя действительно поддавалась соблазну, не раз и не два, ведь сознание упорно рисовало картинки счастливой семейной жизни. Любимый муж, горячий ужин на плите и дети-проказники. А потом та часть сознания, которая отвечала за здравый смысл, диктовала «муж и жена с автоматами на перевес, горячий ужин сразу на неделю, ведь вас не будет дома сутками, и дети в вечной опасности». И тогда всё вставало на свои места. Так какая настоящая причина твоего нежелания связать с ним жизнь? Не успела она полностью понять этот вопрос, как мысленно перенеслась в прошлое. Военное училище закончено, звание получено, выпускникам, особо отличившимся, предложили места службы. Отличница-Мура, блестяще справляющаяся со всеми испытаниями, в числе первых была зачислена в отряд специального назначения «Бета-3». Это был её первый военный опыт, не связанный с учениями. Действительно серьёзная страница жизни открывалась перед ней белым чистым листом. В группе было пятеро военных: Мура и Грета, бывшие курсанты и нынешние выпускницы военных училищ, Медик — выпускник медицинской Академии, контрактник и уже 7 лет работающий под грифом «Совершенно секретно», Орлик — превосходный сапёр с военным прошлым. И он — командир группы. — Воронов Александр Сергеевич, — мужчина протянул ей руку в знак знакомства. Высокий, статный, с тёмными волосами и карими глазами, в которых радужка практически сливалась со зрачком. Ему было 27, в то время, как Муре только должен был исполниться 21 год. Командир группы с позывным «Ворон». Его цепкий взгляд изучал девушку, и Женя на миг почувствовала себя обнаженной. Он был осторожен, умён и чертовски привлекателен. Мура, до этого поставившая временный крест на личной жизни, теперь стояла перед командиром и нервно закусывала губу. В нос бил запах резкого одеколона, но он не отталкивал, совсем наоборот. Это был приятный шлейф, который будто оседал в воздухе вокруг Ворона. — Мурашова Евгения Валерьевна, — девушка протянула руку в ответ. — Стало быть, Мура? — Через пару секунд раздумий произнёс тот. — Мне нравится. Вот так курсант Мурашова стала бойцом спецназа по позывному «Мура». Именно тогда, в её первом подразделении, она неотрывно связала себя с этим прозвищем. Сейчас, оглядываясь назад, Женя, наверное, хотела бы многое изменить, а что-то убрать вовсе. Но если бы не те обстоятельства, которые произошли тогда, в далёкой «Бете-3», Мура никогда не попала бы в Смерч. Тяжко вздыхая собственным мыслям, девушка повернула ключ в замке и вошла в тёплую квартиру. Из комнаты сразу послышалась возня и шуршание. Мура повесила на крючок пальто, прошла через гостиную и заглянула в спальню, предварительно включив свет. На яркую вспышку донеслось новое шуршание. Женя улыбнулась, подходя к тумбочке, на которой стояла клетка. Оттуда на неё уставились два красных глаза белоснежной крысы. Хозяева квартиры не разрешали заводить домашних животных, но Жене очень хотелось делить своё пребывание здесь с кем-то, помимо голосов из телевизора. Поэтому она завела крыску, которую, в случае чего, легко было спрятать в кладовке. А во время долгого отсутствия в командировках, Мура оставляла крысу на попечение соседки, которая с радостью соглашалась приютить у себя животное в любое время. — Васька, — заискивающе произнесла та, просовывая палец в клетку, — соскучился, малыш?