Пьер

Современный город похож на огромную пасеку. Миллионы маленьких пчёл занимают свои рабочие места и что-то производят, а затем летят домой спать. Какие-то трутни ничего не производят, хотя весь день чем-то заняты. Но их работа тоже важна. Все люди очень важны для чего-то. По крайней мере, они так считают. Наблюдая за мечущимися пчёлами-людьми, Пьер сидел, вразвалочку устроившись в кресле небольшой кафешки в центре города. Наконец, с опозданием в почти пятнадцать минут, к столу подошёл Герман. ─ Сожалею, что заставил себя ждать. ─ проговорил он, тяжело опускаясь в кресло и подзывая официанта. ─ Чаю, пожалуйста. Любого чёрного чаю. ─ Всё норм, Герман, не заморачивайся. ─ махнул рукой Пьер. ─ Так зачем ты позвал меня сюда? ─ Я нашёл тебе духовника. ─ Кто он? ─ Светлейший магистр ордена копья святого великомученика Георгия Каппадокийского преподобный отец Александр. Предупреждаю, с ним тебе будет непросто. Даже не думай при нём обращаться. Да что там обращаться, даже глазами своими светить не смей. Он величайший экзорцист. Один намёк на обращение – и ты улетишь обратно в ад. И не пытайся, Боже упаси, его искушать, как ты это проворачивал со мной. И вообще веди себя прилично. При встрече поцелуешь священное кольцо… ─ Так он – епископ? ─ уточнил Пьер, и Герман отрицательно качнул головой. ─ Нет. Это другое священное кольцо. Не заморачивайся. Подумай лучше над тем, что и как говорить. ─ Да я вообще молчать могу. ─ хохотнул Пьер. ─ Неплохая тактика, если тебя ни о чём не спросят. А тебя спросят. Так что думай. И да, конечно, мы с тобой всё равно остаёмся друзьями, так что мой номер у тебя есть. Спустя несколько часов Пьер шёл по выложенному ковровой дорожкой коридору с высокими окнами. Слева и справа, на полшага позади него, шли двое братьев. Пьер ощущал сильнейшее недоумение обоих от необходимости сопровождать одного гостя, но лица их оставались при этом абсолютно безразличными. В конце коридора располагались двустворчатые двери, также охраняемые двумя братьями. ─ Преподобного отца Александра сейчас нет, но он просил вас подождать его здесь. ─ сухо проговорил один из них, и Пьер, кивнув, толкнул двери и шагнул внутрь. Кабинет главы ордена оказался очень просторным, обставлен он был дорого, но без излишеств. Пьер стал расхаживать вдоль шкафа с книгами, изучая корешки. В какой-то момент дверь распахнулась, и в кабинет твёрдой, маршевой походкой вошёл магистр. Это был немолодой человек с тяжеловесной фигурой. Помимо сутаны он был облачён в посечённый осколками тяжёлый армейский бронежилет, к которому был пристёгнут шлем. В левой руке он держал небольшой штурмовой рюкзак. Оружия видно не было. Магистр внимательно посмотрел на Пьера. Такой взгляд Пьер встретил впервые. Белёсые глаза мужчины, казалось, пронизывали насквозь, просвечивали на предмет пороков и, выявив их, заносили в базу данных. Магистр не пытался подавить, продемонстрировать свою силу или власть – у Пьера закрадывалось чувство, что он методично собирает информацию, словно деловод выбирает нужные папки из хорошо знакомого, не понятно только откуда, шкафа. Осознав, что находится явно не в том положении, чтоб защищаться от этого сканирования при помощи силы, Пьер решил прервать этот процесс наиболее деликатным образом и отвёл взгляд. ─ Caecus Puniens. Injustus judex. Aequus excruciator. Diaboli sinistram. (Слепой каратель. Несправедливый судья. Беспристрастный палач. Левая рука Дьявола) ─ заговорил магистр хрипловатым баритоном, и Пьер, снова посмотрев в его глаза, отрицательно покачал головой. ─ Haec non sunt mea nomina nunc. Me vocant Pieri. (Это больше не мои имена. Меня зовут Пьер.) Одобрительно кивнув, магистр едва заметно приподнял руку, позволяя поцеловать кольцо. Пьер уверенно сделал шаг навстречу и, преклонив левое колено, коснулся его губами. В глазах потемнело. В момент касания священного кольца он ощутил необъяснимый ужас. Пьер вскочил на ноги и, спотыкаясь, выбежал в коридор, где прижался к стене и перевёл дыхание. Голова кружилась, земля уходила из-под ног. Дрожащими руками он вытер стекающий по лицу холодный пот и прикрыл глаза. ─ Сопроводить тебя в комнату? ─ негромко проговорил один из сопровождавших его братьев, слегка касаясь плеча, и Пьер закивал. Слёзы покатились из его глаз. Он схватился за руку этого человека, будто боялся провалиться сквозь землю, и тот повёл его по коридору. Войдя в комнату, Пьер опустился на кровать и закрыл лицо руками. ─ Мне уйти? ─ тихо проговорил брат, и, когда Пьер отрицательно покачал головой, мягко присел рядом. ─ Хочешь поговорить? ─ Нет! ─ хрипло ответил Пьер и, тяжело вздохнув, добавил, ─ Просто побудь тут. Пьер стал размышлять, что могло так напугать его, и подумал, что то, что он почувствовал – это был ад. Тот ад, который ждёт его после смерти. Он мысленно перебрал каждое действие, каждую мысль за последние два года, расходившуюся с правилами, установленными священным писанием и понял, что, в общем, не стояли эти действия того, чтобы хоть минуту чувствовать подобное тому, что он ощутил, прикоснувшись к кольцу. Прошло более получаса, когда, наконец, дрожь отступила и Пьер поднялся на ноги. Обернувшись на брата, он тихо проговорил: ─ Спасибо. ─ Нет проблем. ─ ответил тот и вышел. Пьер лёг на кровать и отключился. На следующее утро кто-то постучал в его комнату. ─ Пьер, это я, брат Виктор. Выходи, иначе опоздаешь к завтраку, ─ послышалось из-за двери и, стоило Пьеру показаться на пороге, вчерашний знакомый улыбнулся и отчеканил, ─ Laudetur Jesus Christus! (Слава Исусу Христу!) ─ In saecula saeculorum. Amen. (Во веки веков. Аминь.) ─ глухо отозвался Пьер и, следуя за Виктором по коридору, осведомился, ─ А где второй эм… надзиратель? ─ Преподобный отец Александр сказал, что сопровождать тебя я буду один. Так что сейчас поещь, и я отведу тебя к нему. ─ Нахрена? Мало он меня вчера наказал? ─ буркнул Пьер и, увидев явное неодобрение на лице Виктора, кивнул, ─ Пойдём, пойдём. Куда я денусь? Спустившись в столовую, Пьер с братом Виктором быстро позавтракали и направились к кабинету магистра. ─ Я думал, в монастырях меньшие порции. ─ следуя по коридору, проговорил Пьер, и Виктор улыбнулся. ─ У нас не обычный орден. Ты скоро поймёшь. ─ А что особенного-то? ─ Придёт время – ты всё поймёшь. ─ заверил его Виктор и, подведя к кабинету, постучался в него и толкнул дверь. Едва сдерживая дрожь, Пьер вошёл внутрь. Магистр сидел за столом в строгой чёрной мантии поверх сутаны. ─ Laudetur Jesus Christus. ─ спокойно проговорил он, глядя белёсыми глазами на своё новое духовное чадо. ─ In saecula saeculorum. Amen. ─ отозвался Пьер и, на ватных ногах подойдя к столу, замер, глядя на перстень. ─ У меня проблема, преподобный отец Александр. Касаясь твоего кольца, я вижу ад. Одёрнув руку, магистр поднялся со своего кресла и зашагал по кабинету. ─ Касаясь священного кольца, ты не можешь увидеть ад. ─ Это был ад, я уверен! Я ничего более ужасного не видел никогда! Магистр помолчал, затем медленно произнёс. ─ Полагаю, что ты увидел свою душу. Холодный ужас растёкся по жилам. Подойдя к магистру, Пьер опустился на колени и проговорил: ─ Помоги мне, прошу, помоги! Скажи, что мне делать? ─ Я борюсь за твою душу денно и нощно, и буду делать это столько, сколько нужно. Поднимись. ─ тихо проговорил тот, положив руки на его плечи, ─ Думаю, тебе пора исповедаться. … Спустя несколько проведённых в исповедальне часов, Пьер отправился в свою комнату. Теперь ему предстояло каждый день читать молитвы утром и вечером. Кроме того, ему надлежало, вместе с другими послушниками, выйти на работу, чего Пьер, в общем, никогда не делал. Работа оказалась тяжёлой и изнурительной. Ему приходилось загружать контейнеры с водой и едой для нуждающихся. Кроме того, в отдельные дни он должен был заниматься своей физической подготовкой в тренажёрном зале или на небольшом стадионе. Показавшиеся сперва большими, теперь столовские порции казались ему слишком маленькими, чтобы насытиться сполна. Но Пьер не роптал, ведь другие выглядели вполне счастливыми, а Пьер не хотел ощущать себя на их фоне слабым или малодушным. День шёл за днём, месяц за месяцем. Конвой в виде брата Виктора уже не был обязательным, но Пьер был искренне рад видеть этого человека, и иногда они проводили время вместе, играя в футбол или занимаясь в тренажёрном зале. В один из дней, лишь начав переносить паки с бутылированной водой, Пьер услышал тяжёлое дыхание и обернулся. ─ Магистр срочно вызывает тебя! ─ задыхаясь от длительного бега, проговорил брат Виктор. ─ Можно было просто позвонить. ─ дёрнул плечом Пьер и достал телефон. Тот был выключен. ─ Я не дозвонился. Беги, скорее! Он в кабинете. Кивнув, Пьер изо всех ног побежал к офису ордена, и, входя в кабинет магистра, громко проговорил: ─ Laudetur Jesus Christus! Резко развернувшись, магистр улыбнулся. Поверх сутаны на нём был надет бронежилет и дождевик. ─ In saecula saeculorum. Amen. Мне нравится твоё настроение, Пьер. Сегодня у меня для тебя особое задание. ─ проговорил он и протянул руку с кольцом. Пьер вздрогнул. Подойдя к магистру, он преклонил колено и замер. Воспоминания от предыдущей встречи с этим предметом вылились в ощутимый тремор. ─ Можно я не буду его целовать? ─ тихо спросил, не надеясь получить положительный ответ, а скорее оттягивая тот самый ужасный миг. ─ Я хочу, чтобы ты взглянул сейчас на себя, чтобы не испытать подобного страха перед тем, что увидишь через несколько часов. ─ Откровенно говоря, я ничего не понял. ─ отозвался Пьер и быстро коснулся губами кольца. Мир вокруг заполнила темнота. Чёрная пустошь, пронизывающий, ледяной ветер и слепота. Он был снова слеп. ─ Идём! Нам нужно спешить! ─ кричал Герман, держа в руке фонарь-летучую мышь, но Пьер не мог сдвинуться с места. Копыта его приросли к земле. Рога стали тяжёлыми, и они тянули вниз. Не выдержав их веса, Пьер упал на землю, повредив её гладкую поверхность, и она стала затягивать его в себя. ─ Помоги! ─ кричал он, и Герман, бросив лампу, стал тянуть его за локоть. ─ Я не могу, Ланиус, меня затягивает вместе с тобой! ─ прокричал, перекрикивая ветер, Герман и отошёл в сторону. ─ Меня зовут Пьер! ─ отплёвываясь от земли и барахтаясь в ней, прокричал демон, но Герман отрицательно покачал головой. ─ Caecus Puniens. Injustus judex. Aequus excruciator. Diaboli sinistram. Tibi nomen est Lanius. В следующий миг земля забилась в его дыхательные пути, и он стал кашлять, но чем больше кашлял, тем больше она врывалась внутрь. Пьер пытался кричать, но воздух не мог покинуть его лёгкие и, спустя почти минуту его безуспешной борьбы, он растворился в земле. Почувствовав резкую, как удар ножом, боль, Пьер выгнулся и открыл глаза. Он лежал на полу кабинета магистра. ─ К сожалению, приходится прибегать к таким методам, Пьер. ─ негромко проговорил тот, сидя на полу подле него. ─ Но другого не дано. А сейчас я расскажу тебе о задании. Нам надлежит отправиться на один, скажем так, остров. На маяке нечисть, вроде тебя в прошлом, устроила пирушку. Они дождались, когда там будет происходить смена смотрителей маяка, и вывела из строя аппаратуру. Затем там начался шторм. Между тем, демонов много, но высших среди них шестеро. Догадываешься, кто они? ─ Да, ─ закивав, проговорил Пьер, ─ Но как мы попадём туда, если там шторм? ─ Прилетим. ─ А, на вертолёте? ─ догадался Пьер, но магистр отрицательно покачал головой. ─ Там нет площадки для вертолёта, Пьер. Мы полетим на тебе. ─ Но как же… мне ведь запрещено обращаться? ─ недоумённо нахмурился Пьер. Магистр поднял из-под ног чёрный военный баул и, надев на себя, проговорил: ─ Пока мы говорим с тобой, демоны извращают души людей. Иди за мной. Выбравшись на крышу офиса ордена, магистр перекрестился и кивнул. Пьер быстро снял с себя одежду и начал обращение. Его глаза засветились, ступни на ногах заменили копыта, руки вытянулись и превратились в когтистые лапы, на голове появились рога. С особенной болью за спиной появились огромные крылья и толстый шипастый хвост. Без малейшего намёка на смущение, магистр подошёл к нему и проговорил: ─ На север! Да поможет нам Господь. Пьер поднял его когтистыми лапами и прижал к себе, после чего оттолкнулся от земли и сделал взмах крыльями. Пролетев несколько минут, он понял, что в обличии демона пребывать ему довольно непросто. Силы для его поддержания было слишком мало. Но он понимал, что, если не продержится, то попросту разобьётся, унеся с собой ещё и жизнь магистра. Правда, тот имел несоизмеримо больше шансов попасть в рай… Спустя несколько часов, когда силы его были почти на исходе, Пьер почувствовал, что приближается и, спустившись вниз, увидел под собой море. Окутанная рваным туманом, могучая стихия бесновалась, подбрасывая грузовые коммерческие суда, словно пластиковые игрушки, на своих огромных волнах. Пьер хорошо знал, он чувствовал, куда лететь – шестеро его собратьев, окружённых рядовыми демонами, действительно обретались на маяке и, почуяв его приближение, стали петь хвалебные оды Люциферу. Приземлившись, Пьер отпустил магистра и, наконец, смог принять облик человека. ─ Одевайся! На бронежилете есть карманы. Фонарь справа, наручники – слева, аптечка – сзади. Оружия я тебе не дам. ─ распорядился тот, подавая ему баул. Пьер быстро оделся в чёрную тактическую униформу, шлем, бронежилет и полицейские щитки. Огромные волны заливали высокий скалистый берег, на котором располагался маяк. Пьер ногой выбил дверь и, светя фонариком, шагнул внутрь. ─ Lanius, gaudeo te videre. (рад тебя видеть, Ланиус) ─ зазвучало откуда-то сверху и, в следующий миг, на лестнице послышались шаги десятков ног. Люди – доктора, смотрители, электрики и матросы, вооружённые топорами, цепями и дубинками, спускались к нему. Пьер замешкался, и из-за спины послышался спокойный голос магистра: ─ Они бесноватые. Обезвредим – и я изгоню из них демонов. И постарайся никого не убить. Кивнув, Пьер рванул по лестнице вверх. Обезоружив врача с топором, он аккуратно ударил его головой о перила, в надежде, что тот вырубится. Следующему, матросу, пришлось сломать обе руки, и, едва Пьер взялся за смотрителя, на его шею накинули верёвку. Пьер схватился за неё, расталкивая атакующих его людей ногой, но, потеряв равновесие, кубарем покатился по лестнице. Девушка с безумным оскалом прыгнула на него и попыталась всунуть в горло кухонный нож, но Пьер перебросил её через себя. Подскочив к нему, магистр помог подняться на ноги и пошёл вперёд. Пьер видел, как люди, которых он раскидывает вокруг себя, падали и вырубались, но вскоре поднимались и снова шли в бой. Искалеченные тела, как заведённые игрушки, ползли на сломанных руках и ногах, норовя укусить и вырвать кусок плоти из своих врагов. ─ Не калечь их! У тебя же есть наручники! ─ прокричал Александр, и Пьер, вспомнив о толстых пластиковых путах, стал пытаться усмирить бесноватых при помощи них. Удавалось ему это с трудом, тем не менее, спустя несколько минут, он ощутил, что атакующих становится меньше. Связав последнего, магистр быстро пошёл наверх. ─ Нет, там ещё один сильный демон, подожди меня! ─ громко проговорил Пьер, заскакивая вслед за ним в узкую дверь, и увидел, вооружённого пистолетом охранника. Тот, зарычав, вскинул оружие и спустил курок. Быстро поднырнув, Пьер выпрямился в полный рост перед магистром и тут же погрузился в темноту. Открыв глаза, Пьер увидел пустошь. Горячий, сухой ветер дул так сильно, что, казалось, старается сорвать с него кожу и сжечь её. ─ Lanius! ─ услышал он за спиной и обернулся, но там никого не было. ─ Lanius, gaudeo te videre. (Рад тебя видеть, Ланиус) ─ проговорил на самое ухо голос из-за спины, и, в тот же миг когтистая лапа вцепилась в его горло. ─ Меня зовут Пьер! ─ пытаясь ослабить захват, прохрипел он, и демон, хохоча, отпустил его шею. ─ Люблю юморных, Ланиус, но медлить не стоит. Вечные муки не могут ждать вечно! ─ с этими словами демон толкнул Пьера в спину, но тот не сдвинулся с места. Демон снова толкнул, но земля снова начала затягивать Пьера в себя, и он, вместо того, чтоб пытаться выбраться, расслабился и опустил веки. Земля поднялась по его телу, заползая в нос, рот, глаза и уши, и вдруг Пьер услышал сотни голосов. Они произносили один текст, но, из-за количества говоривших, разобрать его не удавалось. Внезапно он понял, что эти люди читают молитву, и Пьер стал читать её с ними. В какой-то момент он понял, что голоса стихли, и слышен остался только один. Прислушавшись, Пьер понял, что это голос его духовника. Он открыл глаза и зажмурился от яркого света. ─…Sancta Maria, Mater Dei, ora pro nobis, peccatoribus nunc et in horā mortis nostrae. Amen. (Святая Мария, Богородица, молись о нас, грешных, ныне и в час нашей смерти. Аминь.) ─ шептал отец Александр и, тяжело вздохнув, проговорил, ─ Прошу, помоги, я никогда не прощу себя, если он сейчас погибнет. ─ Non sum apud infernos! (Я не в аду) ─ прохрипел Пьер, снова открыв глаза, и попытался коснуться Александра, но не смог пошевелиться – его собственная рука показалась свинцовой. ─ Laudetur Jesus Christus! ─ проговорил магистр, и на глаза его навернулись слёзы. ─ In saecula saeculorum. Amen. ─ Пьер осмотрел себя и понял, что его шея обмотана внушительным слоем бинта. ─ Прошу, не шевелись. Тебе нельзя сейчас. ─ магистр вытер слёзы и улыбнулся. ─ Да я как-то и не рвусь. ─ отозвался Пьер и серьёзно посмотрел на Александра, ─ Я – калека? ─ Не думаю. Современная медицина видала случаи и похуже. Впрочем, шевелиться всё равно не надо. Скоро придёт эвакуационное судно. Главное – что ты жив, а значит, у нас с тобой ещё есть немного времени. Спустя долгих два месяца реабилитации, в ходе которой никого, кроме врачей, Пьер не видел, к нему, наконец, пустили первого посетителя. ─ Laudetur Jesus Christus. ─ проговорил, входя внутрь палаты, магистр и распростёр объятия. ─ In saecula saeculorum. Amen. ─ медленно направляясь к нему, ответил Пьер и, подойдя, прижался к его груди. ─ Отец Александр, я так давно хочу исповедаться. И просто попросить совета. ─ Я дам тебе эту возможность. ─ спустя несколько мгновений, магистр отстранился от него и поднял руку с кольцом. Улыбка сползла с лица Пьера. Шумно сглотнув ставшую в миг вязкой слюну, он прикоснулся губами к кольцу, но ничего не произошло. ─ Не понял. ─ проговорил Пьер и посмотрел на своего духовника. Александр снова обнял его и тихо проговорил: ─ Я поясню. Ты справился, Пьер. Ты справился! ─ Справился с чем? ─ С тьмой в твоём сердце, ─ широко улыбаясь, Александр отстранил его от себя и посмотрел глаза, ─ Ты низверг демона, Пьер. В тот миг, когда ты принёс себя в жертву, Ланиус канул в небытие.