«Патриция. За пределами завтра»

Глава 1 I Патриция, сказав родителям о том, что идет к преподавателю ИРМ, пошла в Академию. Несмотря на свой возраст, она была очень близка со своими родителями. Да и всегда, честно говоря. Даже в подростковом возрасте, когда тинейджеры с трудом находят общий язык с родителями, она спокойно с ними общалась. Девушка, по пути в Академию, была полностью поглощена мыслями о том, к чему приведет ее встреча с ректором. *** Маурицио Галбрейт - тридцати пятилетний ректор Академии Милана. По его фамилии можно определить, что у него английские корни. Его отец был англичанином, а мать - итальянкой. Маурицио, в свое время, учился в нашей Миланской Фортепианной Академии, а затем поступил в "Royal Academy of Music" в Лондоне. Его карьера как известного пианиста, к огромному сожалению, не свершилась - в молодости он переиграл руку, что перекрыло его дальнейший путь. Если углубляться в его травму, то кроме фактического "переигрывания" было растяжение сухожилия. Но, несмотря на травму, он стал преподавать в Милане, а затем и вовсе стал ректором Академии. Благородный Маурицио умел находить общий язык с разными людьми - будь то со студентами, будь то с пожилыми преподавателями; это было огромным преимуществом Маурицио Галбрейта. *** Патриция постучала в дверь кабинета ректора. Ей последовал ответ с разрешением войти. Девушка открыла дверь. -Ах, Патриция, добрый день! - Ректор встал при виде девушки. -Добрый день, - ответила она. -Присаживайтесь. Патриция села напротив Маурицио. -Итак, для чего же Вы пригласили меня? -Значит. Как я уже сказал Вам вчера, Вы - лучшая кандидатура для одного дела, если так можно выразиться. Опять же, ни единая душа не должна это знать. -С чем это "дело" связано? -Вам нужно узнать как можно больше информации, связанной с двумя нашими студентами. По-моему, они даже с Вами в одной группе. Есть подозрения, что эти двое студентов ищут информацию про нашу Академию для передачи ее в другую. -Так... И... -Вы должны узнать больше о них из сплетен. Причем, Вы можете даже в них не участвовать, а просто стоять рядом. Или сидеть. -А что за студенты? -Ой, по моему... Сейчас точно воспроизведу. Доменико Реветуччи и Деметрий Гольяни. Они из Рима, и, вроде, в одной группе с т... Вами. -Ой, эти два. Скажу Вам по секрету, первый - тот еще тип. Признавался мне в любви вчера, - засмеялась Патриция. -Не мудрено, не удивлюсь, если в Вас влюблена половина Академии. -Ну что вы, синьор. -Вы безумно красивая синьорина, я надеюсь, что Вы это знаете. -Благодарю. Вы несколько смутили меня. -Давайте к делу. Отдохните пока на каникулах, а после - как можно скорее начните "вынюхивать" информацию. -В каком виде представить отчет? -Честно говоря, это значения не имеет. Хоть в письменном, хоть в печатном. Как Вам будет удобнее. -Поняла, все сделаю. А как называется наша операция? -Пожалуй, "Гуччи" - лучший вариант. Вы же Патриция, а я - Маурицио. -Черт, это гениально. Я даже не подумала об этом. -Надеюсь, Вы не закажете мое убийство. -Ха-ха, мне не за чем этого делать. Не переживайте. -Значит, Вы поняли, что нам нужно сделать. -Естественно. Все будет в лучшем виде, даже не сомневайтесь! II Март. Все студенты Академии вернулись к учебе. В воскресенье Маурицио, - да разрешите вы, дорогие читатели, называть его так, - написал Патриции с напоминанием о "деле Гуччи". Естественно, Патриция помнила все. Она даже продумала план своих действий! Девушка точно понимала, что ей нужно сделать и в какой момент. Патриция пришла в Академию несколько позже, чем обычно. Это было связано с тем, что она ждала размещения других студентов, а точнее тех, за которыми ей нужно было "следить". Деметрий, Доменико и Франческа сидели вместе в конце лекционной аудитории. "Значит, они все-таки помирились. Или они не ссорились?" - Подумала Патриция. Она села на шестой ряд аудитории (всего их было восемь). Так как девушка была абсолютницей, она не только прекрасно писала диктанты, но и отчетливо слышала разговоры, что были издалека. Это, отчасти, было "способностью" Патриции. Перед лекцией она не услышала никакой информации, что могла бы ей помочь. Но, это получилось сделать после лекции. Патриция осознала, что некий флирт с Доменико смог бы ей помочь, причем очень сильно. Она смогла бы влиться в доверие и даже сказать якобы правдивую информацию о секретной деятельности Академии. Патриция зашла в уборную комнату, привела себя в подобающий для своего "дела" вид (преподаватели были предупреждены о деятельности Патриции, но они не знали всех подробностей) - распустила свои красивейшие черные волосы, Rose'овым типом блеска накрасила губы, немного подвела глаза. Несмотря на то, что у нее были очень яркие черты лица, краска сделала ее еще красивее. Напомним, что в жизни она красилась очень редко. Девушка вышла из уборной и пошла в сторону Доменико. -Привет, - подмигнула Патриция юноше. -Привет, - улыбнувшись, ответил Доменико. -Что делаешь? - Исподлобья спросила девушка. -Да, особо... ничего. -Сядешь ко мне на гармонию? А то мне скучно что-то. -Конечно, моя леди. Весь Ваш. Патриция ухмыльнулась и ушла. Она пошла в кабинет гармонии, ведь следующая пара - гармония. -Добрый день, - сказала девушка. -Доброго, - ответил преподаватель. - Патриция, выглядите иначе сегодня. -Да, Вас должны было предупредить. -Предупреждали, но такого я не ожидал. Вы слушаете разговоры? -Никогда этого не любила, но да. Если я буду болтать на паре, то знайте - это ради "дела". -Принято. Сегодня не будет ничего особенно интересного, поэтому не переживайте. -Я и не переживаю. Все-таки мы уже выпускники, - улыбнулась девушка. -Конечно. Странно, что два студента из Рима... До меня дошло! Вы хотите сказать... -Простите, но можете, пожалуйста, говорить несколько тише? Тут уже собралось приличное количество студентов. -Ой, точно. Эти двое на Д приехали из Рима, чтобы узнать информацию! -Да, именно так. Не будет же адекватный человек на последний курс, причем в ноябре, переводится! Патриция улыбнулась, и села на свое место. Доменико подошел на пару и сел к Ции. -Ну, как дела? - Спросил он. -Все прекрасно. Кстати, хочешь, я расскажу тебе про нашу Академию? -О, мне бы это очень помогло. -С чем? - "под дурочку" спросила Патриция. III -Короче, рассказываю по секрету, - начал Реветуччи, в то время как Патриция нажала на телефон и включила запись. - Мы с Демиком, точнее нас, послали сюда за информацией. Я успел собрать какую-то, но добывается она очень тяжело. Демик вообще нашел только про прошлое Маурицика, ректора вашего, этого идиота. То, что он руку в свое время переиграл на амбициях, но он не выглядит очень амбициозным, в принципе, но мне с ним лично пообщаться не удавалось никак. Я же нашел информацию о секретной деятельности Академии, и хотел спросить, правдива ли она. Патриция пыталась сдержать смех. Ее лицо оставалось каменным, но иногда она делала очень увлеченное выражение. -Конечно, спрашивай. -К примеру, это правда, что Академия просила Маттареллу, чтобы вас финансировали больше, ибо средств в академии становилось меньше? "Черт, это же правда", - подумала Патриция. Она ответила, что это верно, но только отчасти - она даже не соврала. Она поправила его, но в неверную сторону - сказала все наоборот, дабы избежать проблем. Девушка рассказала ему пару фактов об Академии, которые были наполовину правдой, а наполовину ложной. -Спасибо тебе огромное, Патриция. Ты нам очень помогла. -Не за что, но, могу ли я попросить у тебя кое-что? -Весь к твоим услугам. -Как только ты узнаешь новую информацию, говори мне. Я хочу помочь тебе, и смогу сказать, достоверна ли информация. "Дурю я мозги ему, дурю", - думала Патриция, пока говорила все это. -Конечно! Это я и собираюсь делать. Но, я собрал всю информацию, которую хотел, поэтому через неделю я улетаю в Рим и передам все нашему ректору. "Черт! Сегодня же... Хотя, нет, я уйду сейчас с пар, возьму кабинет и сделаю все". Патриция сделала очень заинтересованное лицо, хотя в ее мыслях был только гнев. -А, понятно. Значит, помощь уже не нужна? -Получается, что нет. Я все тебе сказал из информации, что была у меня. В ней я должен был удостовериться. Еще ты мне сказала что-то, что очень поможет нам. Я передам отдельную благодарность тебе, когда наше дело раскроется. Патриция улыбнулась, а пара, в свою очередь, закончилась. Девушка пулей выскочила из кабинета, добежала до вахты и попросила кабинет. Вахтерша, как и все сотрудники Академии, знала о том, что Патриция - агент, и поэтому незамедлительно дала ей ключ от аудитории. Девушка, поблагодарив женщину на вахте, побежала на пятый этаж. Этаж, который граничит с администрацией и не является "студенческим". Она открыла дверь, села за стол, достала из сумки ноутбук и начала печатать. Патриция писала довольно долго, около получаса. По окончании написания "дела Гуччи", она распечатала документ и пошла к секретарю. -Добрый день! Ректор у себя? - Спросила Патриция у секретарши. -Добрый! Да, он свободен, - ответила женщина. -Тогда, скажите ему, что Патриция Конте хотела бы поговорить. -Хорошо. Она зашла к ректору, и через 10 секунд Патриция уже была на пороге кабинета Маурицио Галбрейта. IV -Патриция, дорогая! - Сказал Маурицио при виде девушки. - Как Вы? -Маурицио, я все сделала. -Патриция! Вы... Как Вы сделали все так быстро? -Да, здесь вся информация. Доменико сказал, что через неделю он улетает в Рим и передаст все ректору. Поэтому, я сделала все незамедлительно. -Какая же Вы молодец. Присаживайтесь, - сказал Маурицио, взяв папку. -Благодарю. Патриция села на "свое" место, а Маурицио начал читать свежие документы. *** -Патриция, т... Вы гениальны, - сказал ректор, прочитав все. - Вы... -Спасибо, это большая честь для меня, помочь Вам и Академии. -Теперь, я передам это все в нужные органы. Не хотите ли поехать в Рим? -Ой, как же я давно не была в Риме... Конечно хочу! Я хотела Вас спросить, могу ли я сдать досрочно госэкзамен по специальности? Все остальные у меня уже сданы. -Да, естественно, можете. Когда? -Честно, могу даже на этой неделе. Что нужно сделать? -Написать заявление, можно прямо сейчас. Вот образец. -Давайте напишу сейчас. Патриция достала бумагу и ручку, написала заявление по образцу и вручила его Маурицио. -Отлично. Тогда, Вам позвонят по поводу даты. Думаю, что послезавтра примут. -Спасибо огромное! Так что насчет Рима? -Ах да, Рим. Если мы закончили со сбором документов и доказательств деятельности, мы можем пойти в суд. Вы, если хотите, можете выступить в качестве свидетеля. Или просто погулять по Риму, - улыбнулся Маурицио. -Я только за. Вы напишете мне, как все точно будет? -Разумеется. Спасибо Вам огромное. -Всегда рада помочь. Патриция встала, пожав руку Маурицио. Она улыбнулась ему и ушла. *** На следующий же день Патриции написала заведующая кафедрой с определением даты и времени экзамена. В назначенное время девушка подошла в Академию, где успешно отыграла свою программу и сдала свой последний госэкзамен. Последний. В мае будет вручение дипломов, и она станет дипломированным специалистом официально. Неужели это то, к чему она так долго стремилась? Уже конец того, из-за чего она переживала все эти годы... Как же быстро летит время. А ведь летом ей исполнится двадцать года, в то время как сама Ция ощущала, что ей все еще девятнадцать. Глава 2 Конец марта, Рим. -Как же здесь красиво, - сказала Патриция. - Я очень давно не была в Риме, и даже не осознавала, как же сильно я люблю его. -Раньше я здесь бывал очень часто. А потом, судьба меня опередила в Милан. С одной стороны я не жалею, что все так произошло. А с другой... -Вы про несостоявшуюся карьеру пианиста? -Да, к сожалению. Может быть, если бы не моя рука, то сейчас я был бы активно гастролирующим пианистом, наравне с Даниилом Трифоновым, к примеру. Эти русские, как говорится. -А как Вы в целом к ним относитесь? К русским пианистам, я имею ввиду. -Ой, если пройтись по Чайнику, то там много интересных. Если 2019, то Шишкин, Мельников. Емельянов мне очень нравится. А вот в 2015 состав похуже. Если мне не изменяет память, гран-при Маслеев не получил. -Нет, не получил. Кстати, он же не так давно приезжал к нам, я ходила. -Да-да, я тоже! Много лет назад, мы с ним были приятелями, а сейчас... Он очень изменился. И его игра в том числе. Вам понравилось? -Нет, совсем нет. Как-то очень грубо, небрежно. -Абсолютно согласен. Как он говорит, "само сыграет". Патриция засмеялась. -Он так говорит? -Конечно. Он мне еще говорил, чтобы я не напрягался с игрой, ибо само сыграет. Раньше у него это "само" получалось хорошо, а сейчас... Боги, сколько раз я уже его обсуждал. -Да что Вы! -Конечно, лучший предмет для разговора. Запомни, Дмитриям нельзя доверять. И все притекающие из этого имена. -И Маслееву? -Ему - это главное. Маурицио и Патриция засмеялись. -Так вот, про что мы? Ах да. Патриция, я хотел Вас спросить. Могу ли я обращаться к Вам на "ты"? Если Вам будет комфортно, Вы тоже можете ко мне так обращаться. -Ой, я не против. -Спасибо. -Смотри, я сейчас пойду в Римскую, не знаю, сколько там буду. -Хорошо, я как раз хотела пройтись по Риму. -Отлично. Тогда, я позвоню тебе. -До встречи, - улыбнулась Патриция. Маурицио ушел, а Патриция направилась в сторону Пантеона. Это место дало Патриции силы в один из сложнейших периодов ее жизни. Тогда, в храме Богам, она поняла, что смысл идти дальше - есть, и он приведет к положительному концу. А сейчас, снова стоя в Пантеоне, она поняла, что положительный "конец" пришел к ней. Хотя он и не был концом, но он был положительным. Пантеон... Он ассоциировался у девушки со Стоунхенджем, потому что и там, и в Пантеоне она обрела определенные силы. -О Боги, - сказала Патриция. - О, спасибо вам за то, что уже произошло со мной. Я благодарна вам за все, что вы сделали. Молю вас о том, чтобы мое будущее сложилось, и все получилось. О сила. О Всевышние силы. VI -Патриция, - Маурицио позвонил девушке. - Я встретил этих двоих на Д, они как раз были после меня у ректора. Он признал свое поражение и сказал, что заявит официально о своем уходе с поста ректора завтра же днём. А Доменико и Деметрий будут исключены из нашей Академии. -Значит, наше "дело Гуччи" сработало? - обрадовалась Патриция. -Да! Причем с огромным успехом. С меня причитается. -Ах-ах, хорошо. Я безумно рада, что помогла т... тебе. И Академии. -Ты где сейчас? Я подъеду. Патриция назвала ему адрес, и через 15 минут Маурицио уже был с ней. *** -Дорогая Патриция, - сказал Маурицио, подняв бокал белого вина. - Если бы не ты, я не знаю, что бы делала наша Академия. Ты - герой нашей Академии! Я же говорил, что ты - самый подходящий кандидат. -Спасибо тебе огромное, Маурицио. На самом деле, мне очень понравилось быть "агентом". Надеюсь, что это не в последний раз, когда я помогу тебе. -У нас намечается одно дело, но для этого нужен будет выезд зарубеж. Ты согласна? -Я - только за. А в какое место? -Нью-Йорк. -Нью-Йорк?! Я всю жизнь мечтала там побывать! Конечно же, я согласна! -Отлично, - улыбнулся Маурицио. - Это будет в начале июня, после вручения дипломов. -Прекрасно, я буду очень ждать. -Я точно объясню всю ситуацию ближе к делу, пока информации, в которой я уверен, нет. Патриция подняла бокал. -Давайте выпьем за искусство, которое, несмотря на все происходящее в мире, продолжает двигаться. -Да... Февральские события, конечно, потрясли весь мир, что уж там. *** -Спасибо тебе за этот вечер, - сказала Патриция на пороге своего номера. -Тебе спасибо, - ответил Маурицио, держа девушку за руку. Патриция посмотрела в глаза Галбрейту и обняла его; девушка подняла голову и прижалась к его губам; Маурицио обнял ее талию. Это был момент, который часто характеризовали как "рай". Так это был "рай" для обоих. Глава 3 VII Май. Вручение дипломов. То, к чему шла Патриция так долго. То, что было ее мечтой. Красный диплом Миланской Фортепианной Академии - ее мечта. Сколько нервов, мук и сил было потрачено, чтобы эта мечта, которая оказалась всего лишь целью, сбылась? Единственная Золотая медаль на всем курсе; один из десяти Красных дипломов курса. На вручении присутствовали мама и бабушка Патриции - самые близкие люди девушки. Дипломы вручал Маурицио. Это была большая честь для всех студентов, а в особенности - для Патриции. *** -Красный диплом и Золотая медаль, - сказал со сцены Маурицио, - Патриция Конте. Патриция зашла на сцену и подошла к ректору. Он улыбнулся ей. Вручив диплом и медаль, он пожал ей руку. Патриция надолго запомнила это рукопожатие. Каким же крепким оно было, каким добрым. Его обычная холодная улыбка стала очень теплой - таким Патриция его не видела никогда. Фотографии, слова благодарности и поклоны - вот, что было с каждым обладателем Золотой медали каждый Божий год. Патриция была не исключением, но почему-то с ней фотографий было намного больше. *** После вручения всегда был концерт "Красных дипломов". Патриция, как обладатель не только диплома, но и медали (это очень сильно "котировалось"), играла последней. Она исполняла свои любимые и коронные произведения - Первую часть 13 сонаты Шуберта и соль-диез минорную прелюдию Рахманинова. Маурицио сидел в зале. "А ведь из-за этой прелюдии я и переиграл руку. Она гениальна. Патриция", - думал ректор. Патриция играла блестяще, скажем без преувеличения. Не зря же она победитель юношеского конкурса Чайковского в 2018 году. Огромной популярности конкурс не принес, но в "своих кругах" Патрицию знали как блестящую пианистку нашего времени. Ция доиграла "perdendo", и зал был поглощен овациями. Вручение цветов от публики, друзей и просто ценителей Академии - не это ли счастье? VIII После концерта "Красных дипломов" в закулисье была та атмосфера, которую испытывают, пожалуй, каждые выпускники. Поздравления от преподавателей, родителей и всех, кто поддерживал выпускников в этот период жизни. Это уже было неким обычаем, ибо из года в год это происходило неизменно. Традиция. Но, для нынешних выпускников это было новым, потому что этого они не испытывали никогда. В этом году именно они были виновниками торжества, а такое бывает совсем не часто. Атмосфера в артистической Патриции была особой. Сколько же людей подошло к ней с поздравлениями, пожеланиями и благодарностью. Будучи интровертом по своей сути, ей было не очень комфортно, но, с приходом ее приятелей, она приноровилась. Весь этот поток не обошелся без Маурицио. Ректор подождал, пока все пройдут, и зашел в гримерку последним. -Дорогая Патриция! - Сказал он. Это обращение стало очень близким для девушки, что уж там. Он вручил ей букет чайных роз. - Вы были великолепны. -Спасибо огромное, синьор. Очень странно то, что они переключились на официальные обращения. Скорее всего, это было связано с тем, что в артистической присутствовали мама и бабушка Патриции, а Патриция не хотела, чтобы они знали об их теплых дружеских отношениях. -Патриция, я хотел бы Вас пригласить, как лучшую студентку выпуска, на тур в Нью-Йорк. Всю поездку, естественно, оплачивает Академия. "Не та ли это поездка?" - подумала девушка. Она не успела выразить свое мнение, как в разговор вмешалась Аллегра. -А-а-а-а, Патри! В Нью-Йорк! Это же твоя мечта! Конечно она за! -Я бы хотел услышать мнение самой Патриции, - сказал Маурицио. - Патриция? -Я не могу отказаться от такого предложения, - загадочно улыбнулась она. - Когда? -На следующей неделе. Срок пока не очень определен, поэтому точно заявить не могу. -Какая разница, на сколько! - Сказала Аллегра под впечатлением. - Патриция, поезжай! -Да, мам, - ответила она. - Благодарю Вас, синьор Галбрейт. Патриция подошла к ректору ближе и протянула ему руку. Он пожал ее в ответ. *** -Какой же у вас замечательный ректор, - заметила Аллегра. Патриция ухмыльнулась. -Наипрекраснейший, - ответила она. Глава 4 IX Июнь, Нью-Йорк. -Так в чем суть этой поездки? - Спросила Патриция, стоя на 7th Avenue. -Узнаешь, - ответил ректор. -Ненавижу интриги. Хотя, сама их часто делаю, - ухмыльнулась девушка. Маурицио улыбнулся. -Пошли? - спросил он. -Куда? -В Карнеги-холл. Объясняю часть нашего проекта. Через четыре для, получается, 6 июня, концерт там. Я тебя заявил. -О, прекрасно. С Шубертом и Рахманиновым? -Да, если ты не против. -Маурицио, как я могу быть против концерта в Карнеги-холле?! Конечно, никак! А ты участвуешь? -Да. -Тем более! -Отлично. Пошли порепетируем? -Конечно. Они пошли в сторону знаменитого Холла. Пожалуй, это самый престижный зал мира, наравне с Альберт Холлом в Лондоне. Сыграть в этом зале было мечтой каждого пианиста, без преувеличения. Маурицио и Патриция остановились в "Park central hotel" - гостинице в самом центре Манхеттена. Карнеги был прямо напротив отеля. Не это ли мечта? *** -Добрый день, должно было быть оставлено два проходных на репетицию на имя Галбрейт, - сказал Маурицио на английском на входе в Холл. -Добрый день, да есть. -Благодарю. Патриция пошла вслед на Маурицио. -Боги, как же тут красиво. Я безумно рада, что сейчас я здесь. -А через три минуты ты будешь играть здесь, что уж там говорить. -Как же я благодарна тебе! Маурицио улыбнулся. Они зашли в зал, Патриция забралась на сцену. Она была поражена тонкостью и звуком рояля Steinway - таким она его еще не видела. Не зря же это престижнейший зал мира! Она начала играть. Шуберт "полился" из-под рук Патриции, звуки были божественными. Сама девушка готова была "вознестись" от такого удовольствия. *** -Ну что, теперь ты, - сказала она, доиграв программу. - Это божественный зал! -Это не зал, а ты божественно играешь, - ухмыльнулся Маурицио с первого ряда. Патриция заняла место в зале, а Маурицио начал играть. "Какой же у него шикарный пианизм, - думала Патриция. - Какие ноты, какой звук... Он играет лучше всяких Трифоновых и Маслеевых. Почему он не величавший пианист нашего времени?.." *** -Ну, как? - улыбнулся Маурицио. - Я знаю, что техника - не мое сейчас, но если не считать ее? -Маурицио, техника бесподобна! Я очень давно не слышала такого пианизма, классического! А где ты учился? -Сначала в нашей Академии, затем в королевской академии музыки в Лондоне, и стажировался год в Консерватории Московской. Там я и познакомился с Маслеевым, кстати. Я у него вел как ассистент основы пианизма, он там и сказал про само сыграет. -Значит, ты знаешь русский? - Сказала Патриция на русском языке. -Да, а ты? - Ответил Маурицио на нем же. -Конечно. Учила для разнообразия. -Безумно интересный язык. Но итальянский сложнее. -Ха-ха, факт! Беседа о русском языке и пианизма затянулась надолго. И это было прекрасно, ведь русский пианизм - это нечто, если вы не играете, точнее, у вас не играет "само". XI -Патриция, мне нужно кое-куда подойти. -Давай. Я как раз хотела прогуляться по Нью-Йорку! -Отлично. Я позвоню тебе, или ты звони. -Хорошо. Маурицио и Патриция разошлись, каждый по своему пути. Патриция пошла в сторону Центрального парка и нашла тихое местечко. Да, она нашла его (в условиях мегаполиса это было практически невозможным). Девушка позвонила маме. Они болтали около 20 минут. Патриция была счастлива. А Аллегра была счастлива, потому что ее дочь была счастлива. И это естественно. После разговора Патриция пошла в сторону Таймс Сквер, сделала кучу фотографий и увидела Маурицио. -Я так и думал, что ты здесь! - Сказал он, подойдя к Патриции. -Ах-ах, это, пожалуй, одно из популярнейших мест мира. Не мудрено, что я здесь. Пошли? Маурицио улыбнулся и взял девушку за руку. Они направились к Рузвельтскому острову. *** Закаты в Нью-Йорке - отдельный вид искусства. Они влюбляют каждого, кому посчастливилось увидеть их. Никто не мог устоять перед их красотой. Патриция, в свою очередь, не стала исключением. Она полюбила эти розовые облака и сиреневое небо. Они стояли на пирсе I и смотрели на столь волшебный закат. -Как же здесь красиво, - сказала Патриция. - Спасибо тебе огромное, что отвез меня сюда. -Не за что. В твоем возрасте я обожал бывать здесь. Особенно, если прийти в четыре-пять утра в июне. Такой красоты нет ни в одном городе мира. Патриция посмотрела на ректора. Пожалуй, это был один из тех немногих моментов, когда она была счастлива. По-настоящему счастлива. XII Патриция, как и любая пианистка, в любую поездку брала концертное платье; поездки могут быть непредсказуемыми, и платье может потребоваться в самый неподходящий для девушки момент. В Америку она взяла одно из любимейших платьев. Оно, как и все ее концертные наряды, было в пол; мерцающее платье черного оттенка прекрасно подходило под программу Патриции. Этот образ девушка называла идеальным. *** До начала концерта оставалось около получаса. Все ощущения хоть и были заезженными, каждый раз они испытывались также, как и к первый раз. Нервы, приступы забытия нот, приготовления, слова поддержки. Если выступления происходят очень часто, то со временем ты перестаешь настолько сильно волноваться. Но если выступаешь редко, то каждый раз чувствуется огромная тревога и стресс. Такова уж судьба концертного музыканта. Патриция - завершающий участник концерта. Хотя девушка и играет последней довольно таки часто, на каждом выступлении она нервничает еще больше, нежели чем играя в центре или даже предпоследней. С чем это было связано? Скорее всего, с ответственностью - заканчивать концерт или конкурс всегда было почетно. XIII -Солист... Патриция Конте, - объявила ведущая концерта. Патриция сделала глубокий вдох и ступила на сцену. Прекрасный звук рояля, бурные аплодисменты и неисчислимые крики "браво" от публики Карнеги-холла. Все это Патриция ощущала впервые. Да, она была на концертах, где было подобное, но на всех из них девушка была всего лишь слушателем. Теперь, все было адресовано ей. Ей, и только ей. В такие моменты Патриция ощущала себя Богиней публики. Да и просто Богиней. *** -Патриция... - ректор обнял девушку. - Ты была великолепна. Ты в принципе великолепна, но на сцене... И в таком блестящем наряде... Поздравляю тебя, дорогая Патриция! -Спасибо огромное, Маурицио! Я безумно благодарна за то, что ты вписал меня сюда. -Тебя пригласили, мое дело было только согласиться или отказаться. -Да?! Правда?! -Конечно. Тебя знают в определенных кругах, дорогая. -Ах, это очень важно для меня. Патриция улыбнулась и посмотрела Маурицио в глаза. -Не хочешь ли прогуляться по ночному Нью-Йорку? - Спросил Маурицио. -Конечно, спрашиваешь... -Прекрасно. Уже двенадцатый час, самое красивое время для подсветки. -У меня ощущение, что все это снится мне! -Оно ложное, это все происходит в реальности. -Я очень надеюсь, потому что проснуться и понять, что этого всего нет... Даже представить не могу. Я пойду и переодену платье, хорошо? -Естественно. -Я скоро! Через пару минут Патриция вышла из артистической. -Пойдем? - Спросила девушка. -Да, конечно. Занесешь наряд в гостиницу? -Точно, занесу. Спасибо, я бы забыла. Маурицио ухмыльнулся. -Кстати, - переходя дорогу спросила Патриция. - Почему ты не играл сегодня? Ты же должен был. -А, возникла проблема с рукой. Старые травмы не заживают. Ни физически, ни морально, к слову. -Но, сейчас все нормально? -Да, сейчас с ней все хорошо. -Подождешь меня на улице? Я быстро, только занесу платье. -Что за вопросы! Патриция засмеялась и зашла в отель. XIV На часах было два часа ночи. Звезды на прекрасном ночном небе Нью-Йорка, сияющая луна. Она сияла так же ярко, как и Патриция этим вечером. Патриция и Маурицио добрались до Брайтон Бич. Естественно, не полностью пешком - они подъехали на общественном транспорте. Пройдясь по ночному пляжу, они сели на лавочку. Смотря на Атлантический океан, они разговаривали обо всем: о музыке сейчас, об искусстве в целом, о жизни пианиста, о литературе... Как оказалось, у ректора и пианистки очень много общего; это и вкус в литературе, и любимые композиторы (любовь Патриции и Маурицио к Скрябину и Шостаковичу оказалась безграничной), и жизненные взгляды. -Маурицио, какие же сегодня прекрасные вечер и ночь, - сказала Патриция, положив голову на плечо ректора. - Этот воздух... Мы, наша беседа... Все... Это просто... Невероятно. -Полностью с тобой соглашусь, Патриция, - Маурицио положил свою руку на ее плечо. - Ты такая красивая сегодня, ты Богиня. -Спасибо. Наступила тишина. Рядом никого не было, только океан, песок и фонарные столбы. Тишина... Как же ее любили, как же ее ненавидели. Как же... Нет, тишина - предвестник плохого. Затишье всегда наступает перед бурей, а буря, в свою очередь, очень отрицательное явление. Правда, она может принести и положительный результат. Тишина... -Маурицио... XV -...Когда ты понял, что любишь меня? Маурицио повернулся в сторону Патриции. -Пожалуй... В Риме. После нашего, так сказать, поцелуя. Черт, я... - Маурицио засмеялся. Он, сквозь смех, продолжил говорить. - Какой же я идиот. Черт. Чудно. Он прекратил смеяться. -Да, Патриция. Я люблю тебя. Я долго, - с апреля? - думал, ни мимолетная ли, ни спонтанная ли эта любовь? Черт. Я понял, что я на самом деле люблю тебя. Причем очень сильно. Сам того не замечая, я влюбился, как мальчик. А ведь мне уже тридцать пять. Не думал, что у меня такое произойдет. Патриция... Снова наступила тишина. Патриция загадочно улыбнулась. -Мау, я тоже тебя люблю. И... Я тоже долго думала, что… Боги... Я думала, - "какая же я дура. Какая же я дура!" Но нет, оказалось, что не дура. Я… Я не могла бы подумать, что влюблюсь в ректора. Но, хотела бы я этого или же нет - это произошло. Я думала, как мне избавиться от этого. Я считала, что… Боги! как же сложно сказать… Короче, я люблю тебя. Я рада, что это взаимно. -Патриция... -Маурицио... Они долго не решались что-либо сделать или сказать. Единственным действием, которое они совершали, было то, что они уставились друг другу в глаза. Эти взгляды говорили больше, чем любые слова. Патриция засмеялась. -Чудно, - сказала она. Маурицио, не отводя с Патриции глаз, трепетно коснулся ее алых губ; в поцелуе она провела пальцами по его волосам; Маурицио обнял девушку за талию. Влюбленные были счастливы. Они наслаждались друг другом в этом моменте. XVI Когда Маурицио и Патриция оказались на Таймс сквер, на часах была половина пятого. Встреча рассвета с любимым человеком - не это ли счастье? Каждый разошелся по своим номерам ранним утром в 04:33. *** Патриция прислонилась к стене. "Все ли это происходит со мной? Все ли это - реальность? У меня есть ощущение, что все произошедшее со мной - какой-то роман. Или сон. Все не может быть так хорошо, со мной все не может случиться так. Черт, - думала Ция, - я правда его люблю. Это странное ощущение любви, это чувство... Оно, словно яд, поглощает разум человека. И не отпускает. Ни на минуту, ни на миг". *** Маурицио смотрел в окно своего номера. Нью-Йорк... Какой же это шумный город. Кажется, что он не спит никогда. И даже в пять-шесть утра от также активен, как и днём. Нет, конечно, он спокойнее ночью, чем в активнее часы дня, но все же - машины постоянно едут, люди нескончаемо спешат. Рассвет. Сколько надежд он может подавать, сколько отчаяния. Солнце всходит, что означает начало нового. Или же это продолжение незавершенного дела? Любовь. Если написать в поисковике, что такое любовь, то википедия ответит: "чувство, свойственное человеку, глубокая привязанность и устремлённость к другому человеку или объекту, чувство глубокой симпатии". Но не просто ли это привязанность? Это ответственность за свои действия и слова, за человека, которого любишь. Устремление? Может быть. Нет, любовь это большее, чем пишет Гугл. Это чувство самоотверженности; трус не сможет сказать три заветных слова, которые, скорее всего, мечтает услышать каждый или каждая - я люблю тебя. Самоотверженность выражается не только в этом, но и в том, что все дальнейшие события, которые произойдут после этих слов, непредсказуемы. Если вы окажетесь опровергнуты, это, порой, будет легче, чем когда ваши чувства будут взаимными - если после первого исхода конец ясен, то после второго... Маурицио смотрел в окно своего номера. Он думал о том, что произошло этой ночью, он думал о последствиях. Что будет дальше? Как занесет его судьба в дальнейшем, а главное, будет ли она связана с Ней?.. XVII Та ночь не особо сказалась на дальнейших событиях, происходивших в Нью-Йорке. Ничего не изменилось - общение между Маурицио и Патрицией осталось таким же. "Дружеские отношения любящих друг друга людей - что может быть больнее?" - подумаете вы, дорогие читатели. Да, отвечу я, это очень больно. Но, они сами этого захотели. Да и потом, почему им должно быть плохо? Они сделали этот выбор, они совершили данный шаг. И жалеть не о чем. Абсолютно не о чем. Глава 5 XVIII Патриция и Маурицио вернулись домой, в родной Милан. Милан; столица моды, бизнеса, самый дорогой город Италии. Италия; страна, полная искусства и мировых памятников культуры. Как же любили Италию туристы! А как счастливы о своем местоположении были ее жители. Никакая Америка не сравнится с красотой Италии, ни одна страна мира. Попробуйте назвать страну, которая обогащена культурой больше, чем Италия? Да, вы правы, таких стран нет. Так думала Патриция, пока не поехала к Нью-Йорк. Правда, после возвращения она не изменила своего мнения. *** -Ну, рассказывай, как съездила! - Сказала Аллегра за ужином. Патриция скромно улыбнулась. -Замечательно, - ответила она. -Как к тебе там относились? Как Ма... Маурицио же, да? -Да, Маурицио. Все относились ко мне прекрасно. Да и вообще, все прошло прекрасно. Перед глазами Патриции предстал их поцелуй, их признание в любви. -Э... -Говори, Патрик! -Да-а, ничего. -Ну как ничего! Пробыла в Нью-Йорке целых две недели, и ничего! -Я тебе все уже рассказала, - ухмыльнулась девушка. -Ты там в Маурицио не влюбилась? - Спросила мама. - Он тот еще красавчик. Патриция продолжила улыбаться, дабы скрыть шок. "Черт... Она все знает. Или чувствует. Люблю я его, люблю". -Ах-ах-ха, нет конечно! С чего бы мне... -Ну так, я бы влюбилась, честно говоря. Патриция ничего не ответила. Она не знала, что ответить. Она сыграла партию неприступной девицы, хотя сама влюбилась в ректора. Правда, она полюбила его позже, чем он ее, как бы примитивно это не звучало. Он был первым. Не Патриция - Маурицио. XIX Они познакомились на балу. Он позвал ее на вальс, а затем и на всю сюиту. Тогда он полюбил ее. В ту секунду он осознал, кого ему не хватало все эти годы. Годы поиска себя и человека, которого можно назвать "своим", были потрачены впустую. Он нашел ее только тогда, когда перестал искать. В минуту отчаяния она пришла к нему. Она стала светом в конце туннеля, который казался непроходимым. Она... Мы о Маурицио и Патриции, а вы о ком подумали? *** Маурицио и Патриция договорились о встрече. Они решили встретиться в районе Corvetto, погулять вместе и поговорить - Маурицио сказал, что хочет обсудить что-то важное. Они встретились, приветствуя друг друга уже традиционным способом - два поцелуя в щеки. Эта встреча была очень желанной, как принято говорить. -Я хотел поговорить, - сказал Маурицио по пути в кафе. -Да, конечно. Внимаю каждое слово, - ответила девушка. -Ты закончила Академию, что дальше собираешься делать? -Ой, честно - не знаю. Я бы хотела преподавать, но где. Концертная деятельность, кажется, не мое. -Хочешь, я тебя устрою в Миланскую Консерваторию? Там есть вакантное место на преподавателя "Искусства фортепианной игры". -Маурицио... Это было бы прекрасно. -Главное, что ты согласна. Мне предложили твою кандидатуру, я же не мог ответить без твоего согласия. -Боги, Маурицио. Как же я благодарна тебе за то, что ты есть у меня. В принципе, просто есть. Они остановились и повернулись друг к другу. Маурицио обнял Патрицию за талию. -Патриция, как же... я тебя люблю. -А как я тебя. Они поцеловались и продолжили идти. Влюбленные были счастливы. Счастливы, как никогда. *** -Патриция Конте согласилась на должность, - сказал Маурицио ректору Консерватории. -Прекрасно! - Ответил тот. - Дашь мне ее контакты, мы с ней свяжемся? -Естественно. -Прекрасно. Когда Маурицио вышел из Консерватории, он прямиком позвонил Патриции и сообщил ей о ее "пристраивании". Девушка была безумно рада. Рада за все, что происходило с ней. XX Если с Маурицио и Патрицией все более-менее стало понятно, то что же случилось с Франческой и Деметрием после признаний на балу? Да в целом, ничего. После раскрытия шпионажа Деметрия и Доменико они были отчислены из Академии, но не смотря на это Франческа и Деметрий съехались и начали жить вместе. Естественно, не без проблем, но все же; они довольны своей жизнью. Родители Франчески очень скептически отнеслись к выбору дочери, в то время как родители Деметрия были очень рады видеть Ческу в роли девушки их сына. У Доменико все сложилось несколько хуже. Родители не приняли его, ибо не ожидали, что их сын будет заниматься шпионажем. Поэтому, сняв квартиру, он стал подрабатывать на репетиторстве, дабы не остаться бездомным. XXI Аллегра под видом ухода на съемки пошла на встречу с Маурицио - он пригласил ее в кафе поговорить. -Итак, что же ты хотел, Маурицио? - Спросила Аллегра, сняв черные очки. -Аллегра, у меня есть к Вам вопрос. По поводу Патриции. -Так, я внимательно слушаю. -Аллегра, я люблю Патрицию. И... я бы хотел, чтобы она стала мне больше, чем приятельницей или подругой. -В каком смысле? - Потупила глаза мама Ции. -Я... Ну, Вы понимаете... -Ах, я поняла тебя. Боже, это было бы прекрасно! Я бы хотела иметь такого замечательного зятя, как ты. Маурицио ухмыльнулся. -До этого пока далеко. -Ну, это естественно, но я на будущее, - подмигнула Аллегра. -То есть Вы... -Нет, я не против. Я всеми руками за. У тебя все? -В-вс... -Отлично, тогда я иду, мне нужно бежать на съемки. -Спасибо Вам. -Не за что, - сказала Аллегра и ушла, надев черные очки. Маурицио вышел из кафе и позвонил Патриции. -Патриция, привет! -Привет. -Не могли бы мы встретиться сегодня? -Конечно можем! XXII Пару дней спустя. Маурицио постучал в дверь к семье Конте. Дверь открыла Аллегра. -Добрый день, - сказала она. - Ах, Маурицио! -Мам, кто там? - Патриция подошла к входной двери. - Э... Привет. -Аллегра, я хотел бы женится на Патриции. Он встал перед девушкой на одно колено и открыл коробку с кольцом. Патриция остолбенела. -Мам... - шепотом сказала она. -Ты решай сама, - ответила мама, положив руки на плечи Маурицио и Патриции. - Я согласна и даю вам разрешение. Будьте счастливы. Аллегра ушла, Маурицио остался стоять на одном колене, а Патриция подошла ближе к нему. Она взяла кольцо. -Я... подумаю, - улыбнулась Ция. Эта загадочная улыбка никогда не давала определенности - она всегда была непонятной для окружающих. Патриция отошла и закрыла дверь. *** -Ты согласилась, я надеюсь, - сказала Аллегра Патриции. -Я сказала, что подумаю, - ответила девушка, надев кольцо. -"Несть глупости горшия, яко глупость!" - как сказал Салтыков-Щедрин. Думаю, что ты согласишься. -Посмотрим. Я не знаю. -Дело, конечно, твое, но я бы согласилась. Это же мужчина твоей мечты! Красивый итальянец, пианист, а главное - богатый. Что ты еще хотела? -Да, но я пока не готова к супружеским отношениям. -Решай сама, но мой совет - не упусти свой шанс. -Поняла, мам. *** -Кстати, мама, на следующей неделе я уезжаю. -Куда? -Вы Лондон. Там я исполню свою мечту - стать концертной пианисткой. -Уезжаешь? -Да. Теперь тебя здесь не будут держать - ты можешь уехать к папе: -Ты бросаешь все в Милане и уезжаешь. Не ожидала. -Я уже взрослая, мне же в сентябре двадцать три исполнится. -Конечно, взрослая. Но сколько всего у тебя в Милане, сколько воспоминаний и людей. -Воспоминания и люди могут быть и в Лондоне. Я буду приезжать к тебе. -Когда ты уезжаешь, еще раз? -Ровно через неделю. -А Маурицио? -Потому я и сказала ему, что подумаю. -Он еще не знает? -Я сама только недавно узнала точно. Аллегра обняла Патрицию. -Моя девочка. Моя девочка. XXIII Позднее, Патриция позвонила Маурицио. -Привет, - сказала она. -Привет, Патриция. -У меня есть к тебе разговор, не телефонный. Когда мы можем встретиться? -Давай завтра. -Отлично. На нашем месте. -Договорились! -Люблю. -Что? -Люблю, - ответила Патриция и положила трубку. *** При виде Маурицио, Патриция улыбнулась. Не загадочно, открыто. Подойдя друг к другу, они поцеловались в щеки. Это не менялось из каждой встречи. -Что ты хотела обсудить? - Спросил Маурицио. -Короче, на следующей неделе я улетаю в Лондон. Жить. -Улетаешь? В Лондон? -Да. Поэтому я и сказала, что подумаю вчера. Маурицио, я была бы рада, была бы счастлива быть твоей женой! Но нет, для меня важнее всего карьера. Не семья, а карьера. Я стану великой пианисткой. Если мы останемся хорошими друзьями, приятелями, то когда я достигну того, чего хотела - мы сможем поговорить на эту тему. Но не сейчас. Со мной еще не связывались из Консерватории, поэтому я ничего не теряю. Если они будут спрашивать у тебя про меня, скажи, что передумала. Обстоятельства. Маурицио, прости меня. Он обнял девушку. -Патриция, солнце, не переживай. Я уверен, что ты станешь гениальнейшей пианисткой нашего века. -Спасибо, дорогой Маурицио. Патриция сняла кольцо. -Держи, - сказала она. - Я же... -Оставь его себе. Оно очень идет тебе. -Ты не против? -Конечно же нет. -Оно будет напоминать мне о тебе. -Если ты этого хочешь. Они засмеялись. -Несмотря на то, что мы с тобой близки не так давно, ты стал мне очень близок. Я люблю тебя. Правда. -А как сильно я люблю тебя, Патриция. Я благодарен судьбе за то, что ты была со мной эти месяцы. -Пиши мне, не забывай, - ухмыльнулась Патриция. -Ты незабываемый человек. Тебя невозможно забыть! -Я очень надеюсь, что это так. Надеюсь, у меня будут концерты в Милане. Или в Риме. Я в любом случае буду приезжать к маме. И к тебе. -Я уверен, что ты обретешь знаменитость. Ты известна в нужных кругах, но он должен расшириться до мирового уровня. -Маурицио, умеешь ты сказать. -А то, не зря же я ректор. -Я буду очень скучать по Милану; по всему, что произошло со мной здесь; по маме, по тебе. По папе я и так скучаю. -Да уж. -Мне, пожалуй, пора идти. Маурицио, приходи, если хочешь, проводить меня. Я напишу тебе. -Я отвезу тебя в аэропорт. -Я была бы очень благодарна тебе. Они попрощались, и Патриция ушла. -Патриция!.. - Окликнул ее ректор. Но она уже не слышала его; девушку поглощали мысли о ее будущей новой жизни, которая уже начинается. XXIV -Ну что, мне пора идти, - сказала Патриция у входа в аэропорт. - Я буду очень по вам скучать. Я приеду. Я обязательно приеду, я обещаю вам. На глазах девушки выступили слезы. Ее внутренняя хрупкость давала знать о себе в такие моменты. Аллегра обняла дочь. -Патрик... Как мне будет не хватать тебя. Но, я постараюсь съездить к папе, и к тебе. -Спасибо, мама. Патриция взглянула на Маурицио. -Патриция, не забывай. Аккуратнее в Лондоне. -Хорошо. Ну как я могу забыть тебя! Ты стал мне очень дорог за это время, - Патриция вытерла слезу. - Мои дорогие. Я вас очень сильно люблю. Я буду очень сильно скучать. Но это мое решение, и раз уж я так решила, значит, так должно быть. Я... Я пойду. "Долгие проводы - лишние слезы", - как говорит Борис Тимофеевич в первой картине. Я поеду. Патриция обняла сначала маму, затем Маурицио. -До встречи, - сказала она и скрылась за автоматической дверью аэропорта. XXV - Послесловие Путь Патриции к пианистическому трону был очень трудным, что совсем не удивительно. Поступив в магистратуру Королевской Академии музыки - и став "Master of Music" за один год, популярность начала расти. Ее грандиозное выступление с Лондонским Филармоническим оркестром в Альберт-холле стало отправной точкой для карьеры Патриции. Ее стали приглашать на концерты в лучшие залы мира - в Большой Зал Консерватории и Большой театр, зал имени Диснея, национальный театр Китая, Метрополитан-оперу... И это малая часть залов, где Патриция сыграла за пять лет с того момента, как уехала из Милана. Двадцати восьмилетняя женщина давала множество интервью, про нее писали кучу положительных рецензий. Фанаты со всего света приходили на ее концерты. Патриция Конте стала миллионером. За всего-то пять лет она стала одной из самых высокооплачиваемых молодых пианисток 21 века. Патриция поселилась в Лондонском районе Мэрилебон. Рядом была Королевская Академия, Сады Королевы Марии и любимые места девушки - ныне женщины. После покидания Милана, Патриция была в своем родном городе восемь раз; двое из них были концертными, шестеро других - по поводу воссоединения семьи. Аллегра скучала, но начала чаще ездить в Финляндию к своему мужу - Маттео. У нее появился новый проект, поэтому скучать времени у нее не было. Она мечтала о сотрудничестве с этим режиссером, и наконец-то ее мечта сбылась. За пять лет Маурицио и Патриция ни разу не увиделись лично, а переписки велись весьма редко. Если в первые два года они общались около двух раз в неделю, то в последующее время они общались только один раз в год; это было поздравление с Рождеством. Патриция, несмотря на многочисленные признания в любви, была одинока в плане любовных отношений. В этих отношениях и не было нужды, ибо времени банально не было. Патриции было хорошо одной. Правда, сказать, что она была одна - огромная погрешность. У нее было безумное количество фанатов, которые окружали ее своей любовью. Когда Цию видели и узнавали на улице, то просили сфотографироваться вместе и дать автограф. Популярность Патриции была не только в плане пианистки. Она начала вести ютуб-канал с обзорами на события из музыкального мира, который довольно быстро обрел свою славу. Ее мечты сбылись. Она благодарила Бога за то, что он помог ей исполнить все ее мечты. Она доставляла радость людям, что стало главным делом ее жизни. Патриция была счастлива.