«Патриция. За пределами завтра»

Глава 1 I -Мои дорогие, спасибо вам за эти три дня. Конечно, все вышло не так, как я планировала, но все же... Это прошло. Наша встреча оказалась такой, какой она сейчас есть, - поднявшись со стула, Офелия начала свою пламенную речь. - Кто-то возобновил общение, с кем-то завязались новые отношения, все было не зря. Я честно хотела, чтобы вы получили удовольствие. Я надеюсь, что... -Офелия, ты идиотка, - встав, прервала Филлис. - Ты просто чертова идиотка. Ты думаешь, мы не поняли, по какому критерию ты нас выбрала? -То есть? - Офелия нахмурила брови и села. -Начнем с меня, да простите меня, эгоистку Филлис. Ты всегда считалась лучше меня, даже если мы были в разных направлениях. Всегда хвалили тебя, даже за какую-то ерунду. Меня принижали всегда, абсолютно всегда, не смотря ни на какие заслуги. Дороти была твоей соперницей-струнницей долгое время, а порой сама Дороти этого не замечала. Ты хотела и дальше вставлять ей палки в колеса. Наши дорогие Хайленды богаче тебя, графини. И ты им завидуешь. А еще, ты завидуешь их семейному счастью, но об этом позже. Феликс перешел тебе дорогу, когда ты хотела получить второе, - финансовое, - образование. Но теперь, графиня - ты, а он - всего лишь, по твоему мнению, барон. Доменико - твой любовник, но он известнее и круче тебя. Да-да, то, что он любовник - знают все. Кеннед - прекрасный детектив, он здесь только ради приличия. Тебе надо было добить десятку, поэтому ты пригласила его. Маурицио помог бы тебе занять какое-то место в музыкальной иерархии, но это сомнительно. А ты, в свою очередь, помогла ему бы сделать его счастливым - Патриция. А Патрицию ты пригласила... Чтобы убрать соперницу. Ты завидуешь не только ее популярности, но и ее мужчинам. Точнее - вниманию мужчин. Они все смотрят на нее, а не на тебя. Но что ты сделала, чтобы они смотрели на тебя? Правильно. Ни-че-го! Ты всего лишь купила титул графини. И то, благодаря связям. Но счастлива ли ты? Да, твой план вообще не сработал. Ты хотела отомстить нам всем. Кому-то снова, кому-то впервые. Но у тебя не получилось. Мы все взбежало этого, благодаря... Кеннеду. Он помог мне раскусить твой план, Офелия, до самого конца. За это я благодарна ему отдельно. Простите, вытолкала длинную речь, но она того стоила. Филлис заняла свое место. Смелости, чтобы продолжить, набралась Елизабет Хайленд. -Офелия, если тебе нужны деньги - так бы сразу и сказала. Зачем ломать эту комедию? Незачем. Ты психопатка. Самая настоящая. Филлис права. Она сказала все, что только можно было. Даже добавить нечего. -А мне есть, что добавить, - Патриция поднялась со стула. - Мне всегда есть, что добавить, и даже на каждый аргумент у меня найдется свой ответ и противоречие. Филлис абсолютно права, до единого слова. И еще, ты, Офелия, сказала, что у тебя проект по поддержке музыкантов и художников. Это был только отвлекающий маневр. Офелия не занимается ничем подобным, это только пустая болтовня. Без шуток, Офелия хотела нам отомстить, как бы примитивно это не звучало. А на самом деле, это все звучит очень примитивно. Настолько просто, как и весь ум Офелии. Нет, ты не подумай, ты очень хитрая, но в этот раз - не та публика. Ты сама это прекрасно понимаешь. В первый же день ты поняла, что не прокатит все, и поэтому оставила только отравление. Но и это не получилось. Понимаешь, Офелия, любовь сделала нас всех, а ненависть - заставит нас провалиться. Ненависть губит любовь, а любовь есть жизнь. Когда-то ты могла любить нас всех, а затем ты возненавидела нас по своей причине. И это погубило ту Офелию, которую любила я. И, несомненно, мы все. Патриция сделала поклон, но только головой. В ее исполнении это всегда означало "acta est fabula" - представление окончено. Никто не мог решится сказать ничего в ответ. Филлис и Патриция, с поддержкой Елизабет, сказали все, что только было можно. Несмотря на все, Офелия снова встала. II -Да, я тварь, я гнида, я последний человек. И что? И... -Во всем виноват я, - вылез Доменико. Вся "аристократия" повернулась к нему. Никто не ожидал такого поворота. -Это все сделал и задумал я. Все просто. -Доменико, нет, ты... - Офелия пыталась возразить. -Тебе уже никто не поверит, - ухмыльнулась Филлис. - Так бы ты вылез раньше. Офелия, ты, пожалуйста, не обижайся, но... Объясни, почему ты пошла по этому грязному пути? -Я не знаю, - вздохнула Офелия. - Ненависть просто погубила меня. Ненависть к вам. В начале нашей "вечеринки" я хотела показать как можно дружескую атмосферу, без всякой ненависти и вражды, но... Простите меня. Я не смогла сохранить нашу дружбу. Я виновата во всем. Я это осознаю. Я пыталась остановить себя, но у меня не получилось. Я... Мне очень-очень стыдно. Вы даже не представляете, как. Я искренне извиняюсь. Вы сказали все правильно. Я благодарна вам за то, что вы сейчас все сказали так, как есть. Спасибо вам. Извините меня еще раз. На лице Офелии выступили слезы; она начала рыдать. К ней подошел Маурицио и обнял ее. Филлис начала немного сожалеть о своих словах, но не Патриция. Патриция знала, что месть всегда приходит незаметно, что она всегда подается холодной. Филлис продумала свою речь до мелочей, ведь ни одной запинки не было сделано, ни один вдох не был взят, пока она говорила. Каждая мысль была развита заранее, и ничто не могло пойти не по плану. Ответ Патриции же был "экспромтом", ибо она даже не ожидала такого поворота вечера. Патриция думала, что надо сказать хоть что-то, но нет; она не могла ничего сказать. А все потому, что после ее высказываний часто возникали конфликты, ведь некоторые люди не совсем правильно понимали ее мысли. Не мудрено, ведь Патриция всегда говорила своим языком, который не все понимали в силу неких особенностей. Собеседников, естественно. Патриция ничего не меняла в своем тоне и речи, будь то в разговоре с президентом, будь то в разговоре с друзьями. К слову, с президентом Италии она имела честь общаться. -Офелия, - Патриция прижалась спиной к стенке стула. - Офелия, нам, наверное, не стоило с тобой так. -Стоило, - ответила Офелия. - Стоило, еще как стоило! Я безумно благодарна Филлис, что она начала это. Потому что я была не в себе в связи с этой дрянной ненавистью. Офелия поцеловала Маурицио в губы. В эту секунду в сердце Патриции что-то екнуло. Неприступная Патриция была задета этим действием, даже несмотря на то, что она больше не любила Маурицио. Или нет?.. III Сам Маурицио не ожидал, что Офелия это сделает. "Черт, я ведь я люблю только Патрицию", - думал он. Сорокалетний Маурицио Галбрейт чувствовал себя, словно двадцатилетний юноша, только что влюбившийся в прекрасную леди. Он считал себя последним дураком в этой ситуации, ведь любил только даму, которую не мог добиться. Но что же поделать? Жизнь - она такая темная, страшная. Но разве для такой жизни все мы рождены? Нельзя верить, что это так; нельзя. Мы должны жить в мире, в котором добро будет не солнцем темной ночью, а лучом того же солнца днём, а дни будут безоблачными и ясными. Как и сегодняшний астрономический день, который подходил к концу. *** -Офелия, мне твое поместье не нужно. Я не хочу такой выигрыш, - сказала Патриция. -Патриция, ты что! - пыталась возразить Офелия. -Я буду знать, что здесь мне всегда будут рады. Но само поместье мне не нужно. И никогда не нужно было. -Как хочешь. Это твой выбор. Значит, ты отдаешь свой выигрыш? -Да. Но, взамен я хочу попросить у тебя кое-что. -Говори, что. -Чтобы ты была счастлива, как никто. -Патриция, это же не тебе в пользу, верно? -Это мое желание. И я прошу его выполнить. -Хорошо. Я постараюсь. -Постарайся уж. Тогда и я буду счастлива, как никто. Мне это очень важно, чтобы мои друзья были счастливы. Патриция взглянула на Маурицио. Все-таки, их что-то связывало, причем очень тесным образом. За пределами этого дня, словно луч солнца, покоилась любовь, которая была рассветом бесконечных чувств. Но эти пределы были недосягаемыми, они были очень далекими. Все успокоилось, и, казалось бы, наладилось. Глава 2 IV В гостиную зашел Эллиот Грант. Никто и подумать не мог, что он может появится в поместье, ибо он поссорился с хозяйкой поместья - Офелией Хавант, но нет; он появился. -Добрый вечер, - сказал он, закрыв дверь гостиной. -Эллиот! - Воскликнула Филлис и бросилась в объятия Гранта. В дружеские объятия, которые ничем не заменишь. -Ты.. Пришел?.. - подбородок Офелии опустился. -Как видишь. Но, не к тебе, - ответил Эллиот. -Я надеюсь на это. Так, кто тебя интересует? -В принципе, вы все, все вместе. -Внимательно слушаю. Так, обычно, происходит в театральных постановках, когда какой-то второстепенный, и, кажется, ненужный герой вдруг становится центром всех приходящих событий. -Раз мы все, в оригинальном сборе, собрались, давайте начнём с самого начала, - начал Эллиот. - Когда мы разошлись из этого поместья четыре года назад, то мы не думали, что сейчас все так поменяется. Наша дружба перестала быть... такой, какой была, что больше мы не единое целое в виде "аристократии". И это очень печально. Я перестал быть в этой кучке, Патрицию вы включили в начале сбора из-за того, что тебе, Офелия, не хватало десятого человека. А многоуважаемый Кеннед здесь для вида, хотя он самый аристократ из всех здесь присутствующих. Я уверен, что вы все ополчились на Офелию, раскусив ее. Да, отчасти, вы сделали это правильно, но в своем глазу вы не заметили бревна. После того, как вы успешно "ушли" меня из этой компании, меня заинтересовал ваш дальнейший план. Офелия, конечно, ненавидела вас со своей стороны, но есть за что. Филлис и Дороти, к примеру, завели уйму хейтерских страниц на Офелию. Дорогие Хайленды убрали финансирование, благодарю которому Офелия существовала раньше. Поэтому, Офелию можно понять. Как бы вы поступили на ее месте? И нет, Офелия не завидует, а... Понимаете, вы бы также поступили. Я уверяю вас. Представьте на секунду. -Но почему ты так не поступил, раз ты такой умный? - Дороти подняла верхнюю губу. -Он выше этого, - вздохнул Маурицио. - И говорит Эллиот, как всегда, правильно. Маурицио встал, подошел к Эллиоту и постучал по его спине. -Вот... Вот он, человек, который выше всех нас, изначальной "аристократии" всей вместе взятой. Потому что он ни с кем не шушукался по поводу нас, и Офелии в том числе. Как ее бывший, он мог бы столько всего про нее сказать... -Бывший? - Поперхнулась вином Патриция и перебила Маурицио. -Да, а ты не знала? Ну ладно, - продолжил Маурицио. - Но он... Патриция, подойди ко мне. Патриция встала и подошла к Маурицио. Он обнял Эллиота и Патрицию за плечи. "Он больной..." - подумала женщина. -Вот эти двое - выше этого. Они оба - знамениты, но остались такими же, какими были. Они не высокомерны, не то что мы. -Марио, у тебя все хорошо? - Спросил Феликс. -Как никогда. Лучше не может быть. Так вот, они... -Маурицио, не стоит, - спокойно сказал Эллиот. - Простите, что потревожил вас, продолжайте веселиться. Вижу, вам его не хватает. -Эллиот, не уходи. Останься, присаживайся, - Офелия показала рукой на софу. - Мне стоит сказать кое-что. Патриция и Эллиот сели рядом, Маурицио остался стоять. Все же, он занял свое место. -А я не знала того, что сказал Эллиот. Про хейт-страницы точно. А вы еще удивляетесь, почему все так сложилось. Я хочу, чтобы этот визит закончился на хорошей ноте. На этих словах заиграла "Beyond tomorrow" в исполнении Пери Комо. Это тема любви из фильма "Сеприко", тот недавний танец Патриции и Маурицио; вообще, эта песня значила многое. Патриция посмотрела на Маурицио, он сидел напротив нее. Его безумный взгляд прямо поглощал женщину; их пленительные глаза, если провести линию, пересекались прямо, без единой извилины. "А ведь ты, черт побери, так манишь... А я не поддаюсь. Ты меня не возьмешь, Галбрейт, ты меня никак не возьмешь", - думала Патриция. Она только наполовину слышала, что говорила Офелия. Точно так же, как и Маурицио. Он, схоже с Конте, думал о том, как Патриция заманивает его в свой плен, и что он, дурак, попался в ее сети. -Я хочу извиниться перед каждым из вас, - начала Офелия. - Вы сами знаете, за что. И я прошу вас признать "Нантский эдикт" и чтобы вражды не было. И расторгать давайте не будем, да не повторим мы ошибок Людовика 14. Кто за? Офелия подняла руку; так сделали все присутствующие в гостиной. -Ну... и отлично. Спасибо Вам. Давайте не будем грустить, а подумаем о хорошем. Вы, я надеюсь, отдохнули? - Поморщила брови Офелия. -Да, отдохнули, - Елизабет Хайленд начала разряжать обстановку. - Прекрасная жаркая погода - это крайняя редкость в Англии. Спасибо за доступ на этот частный пляж, он чудесный. Я надеюсь, что загар не скоро спадет. -Офелия, пляж и вправду шикарный, - подхватил ее муж Ларри. - А еще у тебя шикарный особняк. Сколько он вообще стоит? -Ой, да ты все о своем, - ухмыльнулся Феликс. - У тебя в принципе вся территория - золото. Сады, лес, бассейн, озеро... Какое же счастье иметь такое поместье! -Да-да, это просто прекрасно! - перебила Дороти. - Я была бы счастливейшим на Земле человеком, было бы у меня такое! -Полностью согласна, - подтвердила Филлис. -Такое поместье бы сразу приметил детектив, который ищет новые убийствам - ухмыльнулся Кеннед. - Но, сейчас не об этом! -Знайте, я всегда буду рада вам здесь, - улыбнулась Офелия. Феликс, Хайленды, Дороти, Филлис, Офелия и Кеннед обсуждали то, как прекрасно поместье Хавант и все превосходство земель Англии. В это время Маурицио, Доменико, Эллиот и Патриция молчали. Они переглядывались, и их взгляды все говорили за них - они чувствовали себя не там; они чувствовали, что здесь они не должны быть. В этой дискуссии они были "ни к чему", превосходство поместья их не интересовало. Маурицио интересовала только Патриция, Доменико понял, что не любит никого, - ни Офелию, ни Патрицию, - Эллиот считал, что все происходящее - безумно, а Патриция пыталась понять смысл беседы семерых. -А что вообще произошло за эти три дня? - Спросил Доменико. -То есть? - Уточнила Патриция. -Вообще, что-то странное. Я сам не до конца понимаю, что это было, - заявил Маурицио. -Безумцы, - сказал Эллиот. - Безумцы те, кто это все придумал. -Эллиот, а ты же музыковед, я правильно помню? - Спросила Патриция. -Да, я музыковед. А что? -Да нет, просто мысли у тебя, как у музыковеда. Это мне очень нравится. -Музыковеды вообще люди классные. -Это точно, - ухмыльнулась Патриция. Грант и Конте засмеялись, в то время как Маурицио и Доменико начали беседу о своем, о мужском. -Слушай, Эллиот, а ты где живешь? В Лондоне? -Да, в Камден-Тауне. -Я в Мэрилебоне, рядом! -О, ты прям соседка Мадам Тюссо. Давай, встретимся завтра, может? - Спросил Грант. -Ой, давай! Я только за. Поговорим, поближе познакомимся. -Прекрасно. Тогда, давай в 17 у Ковент-Гардена? Я знаю тихие места там. -Слушай, а может в театр сходим? - Предложила Патриция. -"Призрак Оперы"? -Я никогда не была на "Фантоме", представляешь... -Серьезно? Тогда, конечно сходим. Я попрошу пригласительные, - сказал Эллиот. -Тебе дают пригласительные? -В любой театр или зал, причем. Если ты скажешь, что ты от Эллиота Гранта, тебе лучшие места дадут сразу. Но, это знают только избранные люди. -Я избранная? Патриция и Эллиот засмеялись. -Тогда, давай в 17 встретимся у входа в Ковент-Гарден, который у рынка, прогуляемся и сходим на "Фантом". Договорились? -Чудесно. Как же я давно с кем-то не выходила, - вздохнула Патриция. -Да? -Во-первых, некогда, во-вторых, не с кем, а если есть с кем - они заняты. Сейчас у меня отдых хотя бы, а то постоянные концерты, выступления и мероприятия. Я попросила не включать меня ни в какие фестивали в этом году, потому что уже устала от них. BBC Proms - это, конечно, прекрасно, но так выматывает это мероприятие... Ужас. -Да, Proms очень сильно выматывают всех участников фестиваля. Я же там по музыковедческой части всегда, - сказал Эллиот. -А-а, вот кто пишет эти статьи, которые я постоянно перечитываю и не смеюсь... Ура, этот мир еще не совсем прогнил со статьями. -Почему не смеешься? -Потому что они адекватные. Какие-то читать просто стыдно, ибо правды в них нет от слова совсем. Но есть хорошие рецензии, видишь, твои. -Мое творчество оценили, я польщен. -Ха-ха, надо будет поискать какие-то статейки твои, - ухмыльнулась Патриция. -Я пишу иногда для BBC Music Magazine. Много для чего, вообще. Но больше мне нравятся именно масштабные проекты и работа над ними, как BBC Proms и иные. -Безумно интересно. А у меня как-то проще, лабанула - и ладно. Хотя нет, я никогда не лабаю, ненавижу это. Хотя, как сказал мой приятель, с одним дирижером лабать не страшно, с ним страшно не лабать. -Бывают такие, да, мы такое любим, - улыбнулся Эллиот. - А с кем тебе нравится играть? -С Петренко Василием, прям очень нравится, обожаю. С Гергиевым я играла, кстати он классный, хоть и не дирижирует. -Гергиев... Боже, это чудо какое-то. -Слушай, а как мы вообще это стали обсуждать? -Э-э... Не знаю, но это вполне интересно. -Очень, - улыбнулась Патриция, - но как, интересно, мы стали это обсуждать. V -Слушай, я понял, что не люблю ни Офелию, ни Патрицию, - сказал Доменико Маурицио. -Серьезно? А Офелию почему? - Спросил Маурицио. -Не знаю, я ее и не любил никогда. Она манипулятор. -Это понятно, но... Ладно. А Патриция? -Она... Она... Короче, я ее недостоин. -Хорошая самооценка, но... Ладно. -А ты? Почему ты ее любишь? -Патрицию-то? - Уточнил Маурицио. -Да, - кивнул Доменико. -Ну... Знаешь, сложно объяснить. -Ты, ректор, а занимаешься такой глупостью. То есть, нет, Патриция - это не глупость, но ты - взрослый человек, а кажется, что тебе лет так двадцать, не больше. -Сложно, я тебе говорю. -Мне кажется, вам просто нужно не видеться, тогда ты про нее забудешь. Тебе нужны дела, ты не должен ее видеть. Так это работает. -Думаешь? -Уверен. У меня было такое. Подруга ее. -Франческа? -Да. Помнишь, как мы с Деметрием искали информацию, а вы с Патрицией нас "обезвредили"? -Естественно, как такое забыть. -Ну вот, Франческу я любил, и когда я ее видел, сердце так сильно сжималось... Прям вообще, такие переживания... А когда ее не было рядом, все было хорошо. Поэтому, тебе просто нужна разлука с ней. Мой совет. -Спасибо. -Не за что, - Доменико взял бокал вина. -Пойду, может, вольюсь в беседу. Доменико подсел ближе к семерке, которая обсуждала превосходную Англию. В тиши осталось трое людей - Маурицио, Патриция и Эллиот. Двое последних закончили обсуждать проблемы статей и дирижеров, поэтому Маурицио подключился к беседе. -Эллиот, а как ты сюда попал? - Спросил Галбрейт. -Легко, меня все знают здесь, - ответил Эллиот. -И так просто пропустили? -Да, просто. -Понятно, - сказал Маурицио. -Я подойду к Офелии на секунду, - Грант отошел. Маурицио и Патриция остались вдвоем. Вдвоем... -Маурицио, давай после того, как мы расстанемся, мы не будем искать друг друга. Я точно не буду, а насчет тебя я не очень уверена. Пожалуйста, давай забудем, прошу, - сказала Конте. -Давай, - согласился Маурицио. - Я не хочу думать об этом. -Да, потому что чем больше думаешь, тем сложнее. И видеться мы не будем, поэтому, ты забудешь. Пожалуйста, не преследуй меня в погоне за своей мечтой - ты мог бы сделать это раньше, сейчас уже поздно. -Ты права. Обещаю. -Благодарю. VI -Давайте станцуем на прощание, - предложила Офелия. Доменико пригласил на танец Офелию, Хайленды, естественно, решили быть вместе, Феликс пригласил Филлис, Дороти согласилась танцевать с Кеннедом, а Маурицио решился пригласить Патрицию - она не отказала ему. Эллиот остался стоять в стороне, ибо он не участник вечеринки "аристократии", да и танцевать ему не особо хотелось. Заиграла "I'll remember you" Элвиса Пресли, и медленный танец начался. -Слушай, а ты никогда не задумывался о том, что все предназначено нам заранее? - Спросила Патриция, положив голову на плечо Маурицио. -В каком смысле? - Уточнил Галбрейт. -Я имею ввиду то, что все твои переживания были предназначены тебе сверху еще давно? А ведь такое может быть. -Нет, не задумывался. Но, может быть. -Постарайся забыть про меня. Пожалуйста. -Я сам хочу это сделать. Поэтому, да, я очень сильно постараюсь. -Спасибо всем за эти три дня, какими бы они не были! Я объявляю нашу "вечеринку аристократии" завершенной. Спасибо за внимание! Давайте сделаем совместную фотографию на память об этом собрании, - улыбнулась Офелия, когда музыка закончилась. Аристократия собралась у камина для снимка, который сделал Эллиот на телефон Офелии. -Я вам пришлю, - сказала Офелия. - Спасибо всем еще раз! VII -Офелия, Дороти, мы собирались трио делать, - сказала Патриция. - Будем как-нибудь? -Ой, я уже совсем забыла... - ответила Дороти. - Может, ближе к зиме? Офелия, что скажешь? -Точно, трио! Давайте к Рождеству, я только за! Главное, не забыть. -Это точно, - улыбнулась Патриция. *** -Значит, Феликс, мы договорились. Приезжай к нам в Беконфилд в любой день, - сказала Елизабет. -Хорошо. Спасибо вам огромное за то, что согласились помочь мне, - ответил Феликс. Хайленды и барон договорились о том, что они возьмут Феликса в свою корпорацию "Highland&Co". Феликс преследовал только свою цель - заработать больше денег. В этом были свои прелести, также, как и свои изъяны. Но, это был выбор Феликса, и он не мог выбрать иной. *** Кеннед и Филлис разговорились о криминалистике в художествах. Как оказалось, Филлис интересовалась миром криминала всегда, и поэтому тема Кеннеда ей оказалась очень заманчивой. Маурицио и Доменико договорились о том, что Доменико приедет в Миланскую Академию для нового сотрудничества. И все заканчивалось на хорошей ноте. Все заканчивалось положительно. И это прекрасно; и так должно быть. VIII Первыми из поместья уехали Хайленды. Они были "темными лошадками" не только экономики Англии, но и этого визита, несмотря на свой миловидный вид. Кеннед и Феликс покинули "аристократию" вскоре после Ларри и Елизабет, также сделали Филлис и Дороти. -Ну, и я поеду, - сказал Доменико и крепко поцеловал Офелию. - Я надеюсь, что мы еще увидимся. До встречи! Он помахал рукой и ушел. Облик Доменико и его чемодана был виден, даже несмотря на такое время суток - на часах был второй час ночи. Маурицио понял, что ему тоже надо ехать, но он не хотел. Ему хотелось продлить те моменты рядом с Патрицией, ему хотелось, чтобы они не заканчивались. Даже несмотря на боль, которую приносила она. Странно, но он не то чтобы любил ее, но чувствовал некую привязанность, которая не отпускала его. Но нет. Маурицио надо было уехать. И тогда, вся боль пройдет. Так считали все - и он, и Доменико, и Патриция... Вероятно, это так, если все эти пять лет ему было хорошо без нее. -Поеду и я, - наконец, сказал Галбрейт. - Спасибо вам. -Пока, - улыбнулась Патриция. Они обнялись, и Маурицио покинул дом. Патриция чувствовала, что они вряд ли увидятся еще, но она знала, что все будет хорошо. Ведь все, что ни делается - к лучшему. Так Патриция считала в юношестве, так она считала, когда обнимала Маурицио в крайний раз, так она всегда будет считать. Почему крайний? Кто знает, увидятся ли они еще, если да - то когда, а если нет... Это решат Всевышние силы, и только они. Они способны на все. И осталось трое - Офелия, Патриция и Эллиот. -Ну что, пора, - сказала Патриция. - Наверное, надо идти. Хотя, здесь можно быть вечно, но ехать надо. Я надеюсь, что я смогу приехать сюда, и мне будут рады. -Я всегда буду рада тебе, моя дорогая, - ответила Офелия. -После того, что ты задумала - свести ее с Маурицио? - Спросил Эллиот. -Да, я не подумала... Я думала, что все будет, как я хочу, как и всегда было. А это так не действует. Поэтому, я, Офелия Хавант, была неправа, и мои действия были неверными. Я это признаю. -Я поняла Офелию и то, что она не подумала до конца. Я решила, что разумнее будет простить Офелию, - ответила Патриция. -Конечно, - согласился Эллиот. -Я пойду. Офелия, звони мне иногда, пиши. Пока. Патриция обняла Офелию и поцеловала ее в щеки два раза; Эллиоту она просто пожала руку. Она взяла свой чемодан и ушла. В поместье осталось двое людей. -Ну... И я пойду, - сказал Эллиот. -Стой, - остановила Офелия. - Я хочу тебя предупредить, если ты найдёшь себе кого-то, скажи мне. -С чего это? Меня больше интересует, почему ты это говоришь сейчас. -Просто больше некогда будет. Скажи мне, и все. Я ничего не прошу. -Если тебе так угодно, скажу. Но, не факт, что я найду кого-то, ты знаешь. -И я сердечно хочу пожелать тебе удачи, чтобы ты нашёл ту даму. -Спасибо. Тебе тоже, найти того самого мужчину. -Спасибо. Ну что, пока? -Пока, - Эллиот улыбнулся Офелии на прощание и вышел. В поместье осталась одна Офелия... IX Патриция ехала домой. В такое ночное время дорога составляла около сорока пяти минут, и, на благо, была наделена "cat's eyes", которые были прекраснейшим изобретением. Патриция думала о Маурицио и о том, как он построит свою жизнь дальше. Найдет ли он свою любовь, женится ли он, и тому подобные вопросы. На самом деле, ей было все равно, как дальше будет жить Маурицио, но сам факт существования этих вопросов ее интересовал. "Если мы увидимся еще раз, будет ли он просить меня вернуться? А буду ли я свободна? - думала Патриция. - И где это будет? А что вообще будет через пару лет, или даже месяцев, не знает никто. Только Всевышний, только Он. Все..." Патриция, вернувшись домой, сразу заснула - она очень сильно устала. Неудивительно, ведь проснулась она в восемь утра, а когда Патриция приехала дома - было почти три часа ночи. Патриция проснулась в одиннадцать часов и была уверена, что день будет положительным. Впервые за четыре дня, она заглянула в социальные сети. За это время ей успели написать множество людей, где практически все - ее фанаты. Патриция отвечала на каждое сообщение поклонников - это доставляло самой пианистке огромное удовольствие, а фанатам - нескончаемую радость. Патриция закончила отвечать на сообщения и решила заварить себе чай. За время постоянной жизни в Англии она приспособилась к традициям англичан, в том числе к прогулкам на природе и чаепитиям. Взяв чашку, Патриция села на диван в гостиной. -Что это было? - сказала она. Конте постоянно разговаривала сама с собой, что помогало ей чувствовать себя не одинокой. - Я просто не понимаю, что это произошло. Вся эта вечеринка... Вообще все... Неужели и этот последний день - очередное представление? Хотя, Эллиот не кажется мне таким продажным, но нельзя никому верить. Не знаю, но... посмотрим. Патриция допила чай и поднялась на второй этаж своего дома. Она зашла в репетиторий, как она его называла, и села за рояль Fazioli. Глава 3 X -Ну все, я все выключила, закрыла... Могу идти. Патриция вышла из дома и направилась в Ковент-Гарден. В Лондоне было немного прохладнее, чем у побережья моря, поэтому Конте надела белый брючный костюм. Четверг, 16:55. Пожалуй, в это время всегда много людей, но в этот раз их было, для такого часа, очень мало; рабочие часы еще не закончились, а соответственно, люди еще не едут домой. Патриция повернула на Kings street. Подходя ближе к входу в Королевский Дом Оперы, она увидела знакомое лицо - там стоял Эллиот Грант. Он стоял с букетом чайных роз - любимых цветов Патриции. -Привет! - Сказала Патриция, подойдя к Эллиоту. -Привет, - улыбнулся он и вручил женщине букет. - Я очень рад тебя видеть. -Ой, совершенно не стоило, - засмущалась Патриция, принимая букет, - но мне очень приятно. Благодарю. -Я надеюсь, что я не прогадал с выбором и ты не ненавидишь чайные розы. -Нет, не прогадал. Это мои любимые цветы. Мне очень нравится этот букет, спасибо. -Я рад, что тебе понравилось. Ну что, пойдем? -Конечно, - улыбнулась Патриция. Они пошли в сторону Темзы. Они перешли "Hungerford bridge" и оказались в районе Ватерлоо, где было много молодых людей в мантиях и шапочках бакалавра. Они фотографировались на мосту с живописным видом на Southbank и London Eye. -Я так рада, что сейчас живу в Лондоне, - сказала Патриция. - Конечно, Милан - восхитительный, но Лондон... -Ты же в Милане становилась? - Уточнил Эллиот. -Не совсем, пять лет назад я переехала сюда. До этого я жила-училась в Милане. А ты, насколько я понимаю, всегда жил в Лондоне? -Да. Я его обожаю. Лондон - мегаполис молодежи; это очень яркий и шумный с фантастической атмосферой. Его историческая архитектура прекрасно вписывается во всю современность города, в лондонские здания влюблялись все. Величие Бин Бена, Собора Святого Павла и главных музеев Лондона навсегда оставались в памяти туристов; жители, в свою очередь, страдали от туристических аттракционов, но в то же время и радовались, что они живут в такой "сказке". Эллиот и Патриция зашли в ресторан "Zizzi - The Strand" - прекрасное место для ужина перед спектаклем. -Кстати, а ты "выездной" музыковед? - Спросила Патриция за ужином. -Зависит от времени, но меня часто зовут на какие-то масштабные мероприятия. Я, кстати, вел репортаж на одном из твоих концертов в Нью-Йорке, - ответил Грант. -Серьезно? -Да, я даже специально проверил. Это было где-то год назад. -В каком я была платье? Я только так вспомню. -В черном, оно было очень длинным. Закрытое. -А-а-а, вспомнила. Хороший был концерт. А что, он был каким-то крупным? -А у тебя бывают маленькие концерты? Ты пианист крупного масштаба. -Спасибо, надеюсь, я и играю хорошо, - посмеялась женщина. -Скажем так - меня на плохих исполнителей не посылают. Они рассмеялись. -А как ты познакомилась с Маурицио? Судя по виду, вы были очень близки когда-то, - спросил Эллиот. -Ой, - вздохнула Патриция. - Это довольно странная история. -Если не хочешь, естественно, не надо. -Почему не хочу, наоборот. Слушай. Я училась в Миланской Фортепианной Академии, мне было двадцать три года. Он был ее ректором. У нас был Рождественский бал, и на одном танце он меня пригласил, и с этого все понеслось. Он сказал, что я - лучшая кандидатура для какого-то дела, я пришла к нему в отдельный день, он мне про него рассказал. Доменико и еще кто-то, а, Деметрий... Гольяни, что ли, ну не важно. Они вели шпионаж для Рима, что-то связано было с нашей Академией. Я собрала информацию, впрочем, это было очень легко, и мы поехали вдвоем в Рим. Там мы как-то разговорились по личным делам, а летом мы поехали в Нью-Йорк. Признание в любви и тому подобное. А дальше мы вернулись, он, по секрету, мне сделал предложение, я сказала, что подумаю, потому что к тому моменту я уже знала о том, что уеду. А затем... я уехала. Мы списывались, но потом он как-то перестал писать. И я этого не стала делать. Как-то так это все было. -Ух, как все сложно. -Да нет, не сложно, просто так все было. И ушло. Я не жалею, что все так случилось, на самом деле. А ты реально встречался с Офелией? -Эта история еще темнее твоей. -С Офелией все темным-темно. Всегда, - ухмыльнулась Патриция. -Да, - Эллиот кивнул головой. - Короче, это был второй курс Королевской Академии Музыки. Офелия только поступила в RCM. Был какой-то концерт, я там что-то, по обыкновению, нес. Она была в зале, потом она подошла ко мне, чтобы познакомится. И как-то мы начали встречаться. Звучит жутко, но это факт. -Бывает, - сказала Патриция. - Обалдеть. Ужас. Кошмар. -Как говорили предки, побери Бах. Патриция рассмеялась, а за ней и Эллиот. XI -Добрый вечер, Эллиот Грант. Эллиот показал свое удостоверение на входе в Театр Ее Величества; ему вручили два билета. -Так просто? - Удивилась Патриция. -Я просто их заранее предупредил. Пошли? -Конечно. Патриция и Эллиот прошли в зал, до спектакля оставалось около пяти минут. -Третий ряд? Боже, я поражаюсь, - Патриция была шокирована. -Не везде так, кстати. Зависит от зала и его администрации, - ответил Эллиот. Они заняли свои места, и вскоре спектакль начался. *** -Это было восхитительно, - сказала Патриция по окончании мюзикла. - Спасибо тебе огромное. -Да, все-таки Театр Ее Величества - шикарен. Не просто так он носит такое имя, - ответил Эллиот. -Реально, я приятно удивлена. -Я очень рад. Я и сам освежил в памяти, а то... Здесь как раз я не был, я смотрел "Призрака" в Нью-Йорке. А здесь... -Великолепно. У меня нет слов. -Да-а... Когда спектакли или выступления оставляют такое "послевкусие" - это означает, что он удался. Кстати, после твоих концертов оно есть. -Победа... -Уже пятнадцать минут одиннадцатого, - заметил Эллиот. -Время незаметно летит... Пойдем? -Да, давай. Они вышли из Театра и пошли в сторону Мэрилебона. Эллиот обнял Патрицию за талию. Поначалу, она не совсем осознавала того факта, что Эллиот намного выше ее, даже несмотря на то, что она была на каблуках. Конечно, Патриция не отличалась высоким ростом, но в то же время низкой она не была. -Ну, вот и мой дом, - сказала Патриция, когда они подошли в небольшой улочке. - Спасибо за вечер, это было незабываемо. -Тебе спасибо, - ответил Эллиот. - Здесь так... уютно. -В принципе, так уютно во всех "Mews". Я рада, что купила дом именно здесь. -Тебе реально очень повезло. -Да. Ну, я пойду. -Давай. Еще раз спасибо тебе. -И тебе. Патриция достала ключ от дома, открыла дверь, улыбнулась Эллиоту и ушла. XII -Вот это был денек, - сказала Патриция себе. - Да... Эллиот, конечно, очень приятный мужчина. И совершенно другой эффект, нежели чем он Маурицио, если уж так сравнивать. Эллиот более глубокий, хотя, может, он просто музыковед? С ним интересно разговаривать на какие-то музыкальные темы, он очень разносторонний... И, кажется, намного обширнее Галбрейта. Ну что я все сравниваю? Мне с ними семью не строить. Патриция сидела на диване перед камином. Она думала об этом вечере, о спектакле, о любви... Несостоявшейся любви. -И может ли быть так, - рассуждала она, - что потом мы все пожалеем? Любой вариант возможен. Но, он предписан нам сверху, предписан Всевышним при нашем рождении. И Он знает, как правильно, в отличие от нас. За годы жизни в Англии Патриция стала очень религиозным человеком. Ранее она не была крещена, поэтому при переезде она покрестилась в Англиканской Церкви. Женщина часто думала о Нем и о том, как Он делает все. Как Он всегда все знает? Как Он предписал нашу жизнь при нашем Сотворении? Да, это знает только Он. Никто, - ни наука, ни церковь, ни простые люди, - никто не знает ответа, кроме Него. Поэтому, Патриция решила не думать об этом, чтобы не приводиться в отчаяние. Она настроила себя позитивно, и с положительными мыслями она уснула. XIII Все следующее утро Патриция решила посвятить занятиям. Благодаря своему "амбассадорству" у нее была возможность заниматься дома на шикарнейшем рояле Fazioli, что помогало ей в работе над звуком. Звук - это было то, что отличало Патрицию от всех других пианистов. Никто не мог разгадать ее секрета, но он был прост - ей, кроме огромной работы, помогал рояль. Но, иметь такой рояль недостаточно, надо знать всю его природу и уметь верно обращаться с ним. Отношения рояля и пианиста схожи с любовными. Например, если пианист будет заботиться об инструменте, он поможет ему в ответ. Также и с людьми: если один будет проявлять заботу, другой потянется к нему. В рояль, как и в человека, можно влюбиться, причем, как и с первого взгляда, так и после долгого контакта. Инструменты умеют капризничать, точно также, как и люди. А самое главное - инструменты умеют чувствовать - чувствовать тепло, любовь, заботу, злость, негодование, счастье... К сожалению, не все люди могут прочувствовать эмоции так, как из чувствует рояль. Поэтому, многие отдают свое предпочтение именно роялю, оставаясь без партнера. Но бывают и черствые рояли, также, как и люди. С ними тоже надо уметь найти контакт, и они могут открыться вам с другой стороны, показать внутреннее Я. И опять - точно также, как и живой человек. Рояль есть партнер, а партнер всегда в деле. XIV Патриции позвонил Эллиот. -Добрый день, - сказала женщина, взяв трубку. -Привет, - ответил Эллиот. -Привет, что случилось? -Слушай, меня посылают на конференцию в Милан, не хочешь поехать? -В Милан? Конечно! Если есть возможность, я обязательно поеду. А что за конференция? -Я тебе скину ссылку, если захочешь, можешь подготовить доклад на круглый стол. -О-о-о, это Миланская Консерватория устраивает? -Да, она. Я тебе все пришлю тогда. -Прекрасно. Спасибо! Через минуту Патриция уже ознакомилась с положением конференции и, взяв чашку чая, начала думать о докладе. *** Патриция просидела за ноутбуком около четырех часов, и результат, к счастью, был. Конференция была посвящена особенностям фортепианного исполнительства, поэтому она написала небольшой тезис, посвященный особенностям исполнения произведений А.Н.Скрябина - в 2022 году отмечалось его 150-летите. Патриция очень почитала творчество Александра Николаевича, была поклонницей его искусства и исполнительницей его великих произведений. Скрябина она полюбила благодаря преподавателю Истории Русской Музыки в Академии; Патриция обожала как курс, так и преподавателя. Благодаря синьоре Л. она познавала не только русскую музыку, но и жизнь, человеческие взаимоотношения. Патриция, в свою очередь, давала синьоре Л. свет; их любовь была взаимной. Патриция вновь прочитала свой "труд" и решилась отправить его на конференцию. Через час Патриции пришел ответ - ее тезис был принят на конференцию. Конференция была назначена на первое августа, поэтому Патриция купила билет в Милан на двадцать девятое июля - то есть, ровно на следующую неделю. Она позвонила Эллиоту и выразила благодарность за то, что он сказал ей про конференцию. Патриция не была в Милане полгода, и она очень скучала по родным краям. Ее мама - Аллегра Конте - была в Финляндии у Маттео - папы Патриции. Аллегра так и не переехала к мужу, ее держала работа. За эти пять лет вышло много фильмов с ее участием, следовательно, она заработала много денег. А Аллегра, как и любая итальянка, да и не только итальянка, а женщина, любила деньги. У Патриции были ключи от миланского дома, поэтому мама разрешила ей остаться там. Глава 4 XV Эллиот прибыл в Милан на день раньше Патриции; пока Конте собирала чемодан, он уже выходил из аэропорта. Патриция очень ждала того момента, когда она вновь сможет поглотить воздух родных краев. Пожалуй, это происходит с каждый человеком, которому пришлось уехать из своего места. Когда возвращаешься домой после долгого отъезда, на душе всегда становиться так тепло, так нежно... Но мурашки проходят по телу, когда осознаешь, что надо возвращаться в новое место обитания. Это самое больное - осознавать, что нужно уезжать. Даже если на другом, том новом месте тебя ждут дорогие люди, всегда больно уходить из родного дома. Дом может быть разным. Для кого-то дом там, где человек родился, вырос. Для кого-то дом - место, где находятся его родные; но что есть дом, когда родные в разных местах? Есть люди, для которых дом - это место, где им хорошо. Для Патриции домом являлся Милан; место, где она выросла, где она была вместе с обоими родителями некоторое время. Даже несмотря на свою огромную любовь к Лондону, который она сумела сделать Домом, родным оставался Милан. Патриция побывала во многих местах мира - в столицах Штатов, Франции, Германии, Испании, России... и многих других; но ничто не влюбило ее так, как влюбили Лондон и родной Милан. В последний Патриция влюбилась еще в детстве, и эта любовь не могла угаснуть, в отличие от другой ее любви. Хотя... А была ли любовь? Патриция ждала своего рейса. XVI Патриция вышла из аэропорта. Она вызвала такси домой; домой... Когда она приехала в дом, она села на его порог; она думала о том, как сильно скучала по нему. Патриция взяла ключи и открыла дом. За эти пять лет ничего не поменялось; Патриция почувствовала, что этих пяти лет как будто и не было. Конечно, она была в этом доме после переезда, но только сейчас она осознала, насколько ей он дорог. Патриция открыла окна, ведь в доме было очень душно. Она заметила новые кубки на камине - это были награды BAFTA и Golden Globes. Женщина гордилась своей мамой; она была шикарной актрисой, которую оценивали по всему миру. Но не все знали, что Патриция - дочь Аллегры, ибо ее мама не носила фамилию "Конте" на большом экране. Патриция набрала Эллиоту и сказала, что она приехала в Милан. Как оказалось, его отель находился недалеко от дома Конте. Они договорились встретиться в 18 часов в Парке Семпион. *** Эллиот стоял и ждал Патрицию в парке. -Привет, - сказал Эллиот, когда Конте подошла к нему. -Ой, привет! Не узнала, богатым будешь, - засмеялась Патриция. -Кто тебе такое сказал? -Когда я в России была, там так всегда говорят, если не узнают человека. Дивная страна с удивительными людьми. Они такие другие... -Да, когда я был на Teapot [сноска: teapot - с англ. Чайник], как они его называют, я был поражен людьми. Не такими, как я, а русскими, настоящими русскими. -Да-а, они отличаются от Европы, хотя и стремятся к ней. А о чем мы? Ах да, привет. -Привет. Патриция и Эллиот засмеялись. -Ну что, пошли? - предложила Конте. -Да, конечно. Я так давно не был здесь. -Я была этой зимой в последний раз. С Миланом связана вся моя жизнь, абсолютно все. Невозможно, как я решилась уехать... -Но, это же помогло тебе? -Да. Кроме карьерного роста, я стала сильнее. В этом помог и наш любимый друг Маурицио. Кстати, здесь мы с ним часто гуляли. -Наш любимый друг... -Да, он самый. Я даже не представляю, как все глупо смотрится со стороны. -В принципе, он смотрелся очень странно, когда ввязался в авантюру Офелии. -Ну, я этого не видела, увы, к счастью, не знаю, как лучше. Hassliebe сейчас. -Пардон? - переспросил Эллиот. -Hassliebe - чувство между ненавистью и любовью, если дословно с немецкого. Мне кажется, что это прекрасное слово. -А главное - точное. Это описывает мои отношения с Шостаковичем. -Дмитрия не трогай! Патриция и Эллиот рассмеялись. -Почему? - уточнил Грант. -Он мой любовник. Скрябин муж. Духовные, естественно. -Надеюсь, что не физически. -Эллиот, после их концертов они становятся и физическими в том числе. -Как же хорошо, что я музыковед. -Да. Тебе. Хорошо. А почему с Шостаковичем hassliebe? -Потому что я обожаю его музыку, но анализ... Я писал диссертацию. -Ух. Обожаю "Катерину Измайлову". -Знаешь ли, Сонетка... -Что значит старость?.. -Это лучшая опера. У меня по ней практика исследования была. Обожаю. -Жизнь такая. Не мы. -Такая темная... страшная? Ты на каком языке-то слушала?! -На обоих. Русский и английский. Разве для такой жизни рожден человек? -Да-да. -Пожалуй, нам стоит обсудить переход между первым и вторым актами, - подмигнула Патриция. Эллиот погрузился в раздумья. Спустя двадцать секунд он выдал "А!" -Понял что ли? - Удивилась Патриция. -Да. Намек принят, давай. -Ура. Ты единственный, кто понял меня. И то, не сразу. Они начали обсуждать разницу редакций и названий этой оперы. Патриция нашла собеседника для этого, потому что эту оперу не все любили, да и не все ее знали так хорошо. Конте, как и Грант, обожала творчество Шостаковича, поэтому еще одна тема для разговора была обеспечена. XVII -А здесь я жила раньше и нахожусь сейчас, - сказала Патриция, когда они подошли к ее дому. -Красиво здесь, - ответил Эллиот. -Да. Этого у этого места не отнять. Ну, я пойду. -Отдохни. Ты только утром прилетела. -Мне нужна была эта прогулка. Я никогда не любила гулять по Милану одна, мне нашлась компания в виде тебя. А еще я обязана была подышать этим родным воздухом. Эллиот улыбнулся, Патриция не сводила взгляда с его глаз. Для Конте всегда был важен зрительный контакт, она не могла не смотреть на глаза человека при разговоре. А еще она не могла не смотреть на руки - по ним она определяла человека при первой встрече, в беседе она с легкостью понимала настрой собеседника только по его рукам; это всего лишь маленькая особенность Патриции. -Пока, - улыбнулась Патриция. - До завтра. -До завтра, - ответил Эллиот. Патриция вошла в дом. XVIII Патриция решила набрать маме. -Патрик, привет! - сказала Аллегра, подойдя к телефону. -Привет, мам! Я дома. Все хорошо, - ответила Патриция. -У тебя утренний рейс был? -Да, я приехала в 13, я же писала тебе. -Ой, точно. Ты не ходила на прогулку? -Ходила. Я не могу без миланского воздуха, сама знаешь. -Прекрасно знаю. А еще я прекрасно знаю, что одна ты не ходишь. -Верно. Поэтому, я была не одна. С Эллиотом Грантом, я тебе про него рассказывала. -А как он выглядит? -Он есть в Интернете. Он ничего, с ним приятно общаться. -Но, не как с Маурицио. -Да, не как. Грант лучше. -Да? - Аллегра не поверила. -Да, - подтвердила Патриция. - У него кругозор больше. А еще, он любит Шостаковича. -Ну все, я спокойна, если он любит его. И "Катерину Измайлову"? -И "Катерину Измайлову". Как папа? -Все хорошо, тебе его дать? -Конечно давай! Мам, ты еще спрашиваешь. -Хорошо, - сказала Аллегра. Из телефона послышалось, что ее мама позвала своего мужа. -Патрик, привет! - Сказал Маттео. -Папа, привет! Как ты? - ответила Патриция. -Все хорошо, ты как? -Все прекрасно. Я счастлива, что я здесь. -Я очень рад, моя дорогая. Патрик, я очень скучаю. -Я тоже очень скучаю, пап. Я очень хочу увидеться. Может, мне приехать в Финляндию? -А давай мы с мамой приедем к тебе в Лондон. Ближе к концу августа. -Ой, это было бы прекрасно. Договорись с мамой, скажи, что я билеты куплю. -Да я куплю, не переживай. -Ты меня знаешь. -Поэтому и говорю. Обнимаю тебя! -И я тебя, пап. Пока! -Пока, - сказал Маттео и Патриция положила трубку. XIX Патриция и Эллиот вышли из здания Консерватории. Они были вдохновлены людьми на конференции, она была не из тех "формальных", которые часто устраивают ВУЗы. Конте и Грант направились в сторону площади Дуомо - там находилась знаменитая галерея Витторио Эммануэле, а рядом были театр Ла Скала и собор Дуомо. -Какой же красивый Милан, - сказал Эллиот. Они стояли напротив известнейшего торгового дома Милана. Теперь он ассоциировался Конте с "Harrods" в Лондоне. Эллиот взял Патрицию за руку. -Ты еще сомневался? - ухмыльнулась Патриция. -Нет, ни на секунду. Я рад, что я здесь сейчас, и не один. -Если в Милан, я приеду в любую минуту. Я обожаю дом, и при первой возможности приезжаю сюда. Вот мое место силы, вот моя душа. Здесь все дышит искусством, тут все становится им. Любая мелочь - искусство в этом городе. Здесь все познают искусство, все его делают. Пожалуй, здесь есть искусство всего. Главное - это искусство моды, искусство архитектуры... Да что там, искусство любви. Любовь только здесь обретает статус "искусства", только с "нашими людьми". Любовь. Я где-то слышала, что любовь сделала нас всех теми, кто мы есть, а ненависть, несомненно, заставит нас провалится ниже, чем мы были ранее. И это мне запало в душу. И когда в самом сердце Рима... -Что же в самом сердце Рима? - Спросил Эллиот. Патриция посмотрела в глаза Эллиоту. Она отпустила его руку и встав напротив него, немного отошла. Женщина странно улыбнулась. -Так что же? -Мне, - помялась Патриция, - мне надо идти. Спасибо за встречу. Пока. Патриция начала отдаляться. Вскоре, ее не стало видно из-за толпы. Эллиот кинулся за Патрицией; она не успела уйти далеко. -Патриция, что случилось? - Спросил Грант, догнав ее. -Что? Нет, ничего. Все хорошо. Я просто устала, - ответила Конте. -Тебя проводить? -Нет. Не надо. -Точно? -Да. Спасибо за предложение. Патриция снова улыбнулась Эллиоту и пошла в сторону своего дома. Грант еще долго стоял и смотрел ей вслед, думая: "Патриция... Из благородного сословия, кажется? В принципе, это то, о чем говорили литераторы - любое имя имеет свое значение. А мог я?.. Нет, конечно же нет. Патриция..." XX На следующее же утро Патриция покинула Милан. Это был первый ее визит домой, когда родители не были рядом, из-за чего в голову приходили воспоминания, причем в огромном количестве. Нет, большинство из них не были связаны с родителями и семейным очагом, отнюдь нет; это был Маурицио. Сколько всего было связано с ним! И Академия, и места, и действия, и даже фразы... Все это было родным и близким, но не совсем в той форме, в какой Патриция бы хотела их видеть. По правде говоря, она не очень хотела их видеть в принципе, но от воспоминаний никуда не деться. Хотелось бы оказаться в забвении, утратить память о Маурицио. Если не окончательно забыть - то пусть они не приходят в минуты похожих событий; пусть памятные даты проходят, не оставляя следа; пусть места остаются, но воспоминания не будут проявляться. Пусть все потечет по той самой реке воспоминаний, про которую говорили многие, пусть течение унесет их далеко-далеко... Но воспоминания никогда не умрут. Прошлое не может быть прошлым без них, любая мелочь, связанная с особенным человеком, будет помниться всегда. Если, конечно, не наступила амнезия. Глава 5 XXI Они встретились в Лондоне спустя четыре дня. Встреча произошла по чистой случайности - они наткнулись друг на друга у Королевской Академии Музыки, Патриция выходила оттуда, - она ходила заниматься, - а Эллиот только заходил в RAM. -О, привет, - сказал он. -Привет! - Улыбнулась Патриция. Она не планировала останавливаться. -Патри, что произошло тогда? -То есть? -В Милане. -Ах, да. Извини, что так получилось, просто... Нахлынули воспоминания, от которых мне уже тошно. Вот. Еще раз извини. -Я все понимаю. Галбрейт? -Да, кто же еще. Хочу его забыть, но многие места не дают. Хотя между... ничего нет, они же все равно есть. -Воспоминания - самое ужасное, если оборвал с тем, с кем из хранишь. Прекрасно понимаю тебя. Все нормально. -Ну и отлично. -Может, встретимся как-нибудь? -Можем. Напиши мне, я просто сейчас спешу. -Да, конечно. Удачи! -Спасибо, взаимно, - улыбнулась Патриция. "А что бы было, если бы я осталась? Не уехала тогда? Я не видела перспектив тогда, я не могла ошибиться. Если бы так, я бы не стала тем, кто я есть. Ходят слухи, что со мной "соперничают" некоторые пианисты, которые, я считаю, лучше меня в силу некоторых обстоятельств. Они все - мужчины. Но ничего. Мы еще покажем, кто кого. Пять концертов Прокофьева. Ставлю. Петренко посчитает меня сумасшедшей, но я это сделаю. С ним. Дайте мне год, и я покажу. Покажу, чего я стою", - думала Патриция. На самом деле, она правда спешила. Ей нужно было успеть на поезд в Ливерпуль, она ехала к Василию Петренко на репетицию, точнее, обговаривать некоторые места. XXII -Как Вы относитесь к нынешней политической ситуации, Патриция? -Я считаю, что искусство должно быть вне политики, по крайней мере не зависеть от нее очень тесно. Поэтому, на вопрос о моем отношении к нынешней политической ситуации я бы не хотела отвечать. Я хочу, чтобы мое мнение оставалось при мне. Патриции Конте была организована пресс-конференция - вторая за всю ее карьеру. Большой конференц-зал в Лондоне, куча народу, множество журналистов... Все хотели задать свой вопрос, спросить то, что волнует именно их самих. Патриция довольно часто давала какие-то комментарии и давала интервью, но официальные пресс-конференции она любила больше всего иного. -Как Вы считаете, какие произведения сейчас лучше исполнять? - спросили ее. -Выбор репертуара - это личное дело каждого солиста, никто, кроме преподавателей, не может диктовать программу исполнителю. Если Вы клоните к нынешним обстоятельствам и "отмене культуры" - то я хочу сказать, что - как по мне - русскую музыку отменять никак нельзя. Потому что она - особая, и это связано именно с национальным признаком композиторов. Русских композиторов я как играла, так и буду играть. Точно также, как и итальянских, английских, французских и других композиторов. -Патриция, какая Ваша ближайшая цель на репертуар? - прозвучал вопрос. -Пять концертов Прокофьева на одном концерте. -С каким дирижером и оркестром это планируется? -Василий Петренко и Королевский филармонический оркестр. Скорее всего, в Альберт-холле. -Планируете ли Вы начать преподавательскую деятельность? -Все может быть. *** -Да, а кто там? - спросил Эллиот менеджера. -Патриция Конте, - ответили ему. Эллиот поднял брови. -Здесь вопросы, можете задать свое, но в этом ключе, - продолжил менеджер. -Хорошо, здесь? -Да, проходите. Эллиот зашел в конференц-зал. За столом на сцене сидела Патриция. Словно королева, она возглавляла это событие, она была виновницей всего этого мероприятия. Эллиот и его менеджер заняли единственные свободные места на последнем ряд; Грант начал ознакамливаться с вопросами. *** -Патриция, что Вы думаете насчет цитаты Шекспира "если музыка есть пища любви, играй дальше"? -Полностью с ней согласна. Потому что игра о многом говорит, в том числе и о чувствах. Чувства передаются исполнителем через игру, и можно понять по ней, что чувствует солист. Влюбленность, счастье, ненависть, грусть... Все это можно показать, порой, мы сами даже не замечаем, как показываем это. Наши руки говорят все за нас, впрочем. -Патриция, Вы влюблены? -В рояль, - ухмыльнулась Патриция. -Какой Ваш любимый бренд роялей? -Как я уже много раз говорила, Fazioli. И я являюсь его амбассадором уже больше года. *** -Кто писал эти дурацкие вопросы? - спросил Эллиот менеджера. -Честно говоря, я не знаю. Кто-то точно писал их на скорую руку, ведь очень некачественно. Анонимно, - ответил менеджер. -Ясно. Обязательно в этом ключе? -Желательно, но как хочешь. -Может, вообще ничего не спрашивать? -То есть? -Знаешь, это не тот уровень конференции для моих вопросов. -Ой, зачем мы только тебя позвали. Ладно, так и быть. Пошли? -Нет, я дослушаю. -Как хочешь, я пойду. Пока. -Пока. Менеджер Эллиота покинул конференц-зал, а сам Грант остался. *** -Большое спасибо за вопросы. Мне было приятно пообщаться с Вами, - сказала Патриция в завершение конференции. Патриция встала из-за стола и покинула холл. XXIII Родители Патриции приехали к дочери на три дня. Им хотелось повидать свою дочурку и побыть втроем. Патриция обожала те моменты, когда их семья была вместе, втроем... С самого детства Патриция познала все мерзости разлуки, поэтому к юношеству она смирилась со своей жизнью. Конте за эти три дня посетили театр, погуляли по Лондону и просто насладились общением. *** Шел последний день пребывания родителей Патриции в Лондоне. До отъезда оставалось около часа. -Я буду очень сильно скучать, - сказала Патриция. Они сидели в холле дома мисс (так все называли ее в Англии и в других странах, кроме Италии) Конте. -Патрик, а как мы будем скучать, - улыбнулась Аллегра. - Каждый у себя. Теперь же мы все не вместе, раньше хоть я была с тобой вдвоем, а сейчас... Но, скучать некогда, на самом деле. -Сейчас у нас самая пора исследований, чувствую, в этом году нагрузки будет еще больше, - сказал Маттео. -У меня следующий концерт только 12 сентября в Карнеги-холле. Уже с новым репертуаром. Я, кстати, взяла пять концертов Прокофьева. В один вечер. -У тебя все хорошо? Ты сломаешься! - Возразила мама. -Да, все хорошо. Это на весну, думаю. Я все смогу, свои силы я рассчитала. -Точно? Чтобы потом не было... В дверь дома постучали. -Я посмотрю, кто там, - сказала Патриция и направилась к прихожую. Женщина открыла дверь; там стоял Эллиот. -Привет, - поздоровалась Патриция. - Что ты здесь делаешь? -Привет. Нам надо поговорить. -Что-то срочное? Родители уезжают скоро, можем встретиться вечером. -Отлично. Давай я подойду к тебе в пять-шесть. -Давай. -До встречи! -Пока... Патриция была ошеломлена. Она не могла предположить, что послужило причиной прихода Гранта. Она вернулась в гостиную к родителям. -Что-то случилось? - спросил Маттео. -Нет, ничего. Все хорошо. *** Патриция довезла родителей до станции Bond street Елизабетинской линии метро. -Я буду очень по вам скучать, - сказала Патриция. -Патри, а мы как будем! Приезжай в Италию почаще, - улыбнулась Аллегра. -И ко мне, - ухмыльнулся Маттео. -Хах, хорошо, мои дорогие. Аккуратно. Я очень сильно люблю вас. Патриция обняла родителей. -Ну что, иди? - сказала мама. -Да, я, наверное пойду. Позвоните обязательно, как будете в аэропорту. И вообще, пишите, звоните в любое время, я всегда ваша. -А мы всегда твои. Патриция снова обняла и поцеловала родителей. -Пока, - сказала она и скрылась из виду. XXIV Патриция вернулась домой, на часах была половина пятого. Конте зашла в спальню, где накрасилась и переоделась; она ждала прихода Эллиота. Мысль о том, что он скажет ей была интересна и волнительна одновременно. От Гранта можно ожидать чего угодно. Наступило пять часов, в дверь постучали. Эллиот был безумно точным. Минуту в минуту, секунду в секунду, он всегда был на "посту". Патриция открыла дверь. -Привет, - сказала она. - Еще раз. -Привет, - улыбнулся он. -Проходи, посидим у меня. Они прошли в гостиную. -Будешь чай? - спросила Патриция. -Пять часов? За пять лет ты приноровилась к английским традициям? -А то, ты еще сомневался? -Отнюдь нет. -Так будешь? -Хорошо. Оба улыбнулись. Патриция заварила чай Эллиоту и себе. Они разместились в гостиной домика Патриции. -Так что случилось? - спросила Патриция. -К нам в онлайн-издательство пришло сообщение, просили издать анонимно. Там публикуются всякие отзывы, статейки, ты понимаешь, про что я. -И?.. -Это сообщение - отзыв на тебя, на твое исполнительство и тому подобное. И он жутко негативный. Мы вообще не любим размещать отрицательное, но я хотел бы услышать твой ответ. -Сумбур вместо музыки? -В этом роде. Написала его некая Франческа Гольяни. -Франческа Гольяни?! - переспросила Патриция. -Да. А что? -Маурицио - наш любимый друг - сказал, что она вышла замуж, и его как раз звали Гольяни. Раньше она была Франческой де Роса, моей лучшей подругой. Мы дружили, потом что-то с Доменико произошло, и мы перестали общаться. -Знакомые все лица. Если это де Роса, то я наслышан был. У нее папаша художник, да? -Да! Он! -Ну вот, приходилось с ними иметь дело. Неприятные люди, право слово. -Да, особенно стали. Раньше они были иными, потом деньги у них появились свободные. Ты понимаешь. -Ах, да. Точно. Так вот, про отзыв. -Да, что там пишут про меня? -Что ты: а, не обладаешь техникой, б, долбишь, в, не чувствуешь музыки. Я тебе скину сейчас этот отзыв. -Судя по твоим перечислениям, очень примитивно. О, пришло. -Да, такое есть. Ей просто хотелось сделать гадость. Так что? -Разместите, - сказала Патриция, читая. - Написано неплохо, кстати. Если сократить, плохо, а так ничего. Да, опубликуйте. Там же есть комментарии? Почитаем. -Отлично. Тогда, опубликуем. Спасибо. -Да не за что. -Ты так спокойно отнеслась к хейту, удивительно, - заметил Эллиот. -Просто, я привыкла. -То есть? -Всегда меня принижали, всегда придирались намного больше, относились ко мне намного строже, чем к остальным. Постоянно были мерзости по отношению ко мне. И, я стала спокойно к этому относится. Мне бабушка всегда говорит, что нас поливают, а мы цветем. И я поняла это окончательно только к семнадцати годам. -Я вижу. На самом деле, в английских школах - об этом куча шуток всегда была - самые тяжелые отношения между и учителями, и одноклассниками. Но мне повезло с этим. Разве в Италии все так плохо? -Нет, просто мне попадались такие люди. И это все сделало меня сильнее и помогло моей тогда будущей карьере. Эллиот сел рядом с Патрицией. Она повернула голову в его сторону. -Что? - ухмыльнулась Конте. -Ничего, - Эллиот улыбнулся Патриции в ответ. Патриция положила голову на его плечо. В ее голове было очень много мыслей; и по поводу Франчески, и по поводу работы, и по поводу Эллиота. Эллиот. Очаровательный англичанин, понимающий мужчина и внимательный коллега. Он был таким, каким представляла себе Патриция "идеального мужчину", воплощением этого "прекрасного". Патриция подняла голову и посмотрела с глаза Гранту. Он снова ухмыльнулся, сказав: "эти взгляды о многом толкуют". -О чем же? - спросила Патриция. Эллиот аккуратно взял женщину за щеку. Патриция понимала, что следует дальше, и она не сопротивлялась. Ей это доставляло удовольствие. Он приблизился к Патриции, и... XXV Так, в поцелуях и объятиях, они провели около пяти минут. Оба получали нескончаемое наслаждение, оба были счастливы. И, пожалуй, счастливы, как никогда раньше. Да, каждый из них раньше испытывал подобные ощущение, но так, чтобы это было искренне, чтобы чувства были такими сильными... Нет, такой любви Патриция еще не знала; она не понимала, как это может выглядеть, как это чувствуется. А эту любовь познать надо, ведь если тебя, или же ты, никогда не любили искренне, любили так, что готовы все отдать за тебя, то многое в жизни останется недопонятым. И только по этой причине. -Я люблю тебя, - сказал Эллиот. -Как ни странно, я тоже. Люблю тебя, - улыбнулась Патриция. XXVI Декабрь - один из любимейших месяцев Патриции. С предыдущего момента, описываемого нами, прошло около четырех месяцев. За это время произошли большие изменения. Патриция и Эллиот начали встречаться, а недавно Грант сделал предложение женщине. Третье предложение руки и сердца за всю жизнь Патриции, и только одно согласие. Самым "настоящим" из всех, несомненно, был Эллиот, и в этом Патриция убеждалась постоянно. Они стали жить вместе в доме Патриции в Мерилебоне - женщина не хотела оттуда уезжать. Оба были счастливы. У Патриции появилось вдохновение на новые свершения в музыке, открылось "второе дыхание". И, это замечали многие критики, подчеркивая, что Конте растет, и очень активно. Последний концерт Патриции в 2022 году был отыгран более чем успешно, она отправилась на заслуженный отпуск. В один день, она получила сообщение от Феликса Алисона, она постоянно держала с ним связь. "Патриция, дорогая, привет! У меня намечается небольшой бал, на вечер. Завтра. Приглашаю, если будет возможность! Место знаешь, у меня, как всегда. Жду, обнимаю", - писал он. "Как же я могу отказаться? - подумала Патриция. - Конечно же! Да!" Она сообщила своему жениху об этом. -Слушай, мне написал Феликс, приглашает меня на бал завтра. Я схожу. -Феликс? Прекрасно, конечно сходи, - ответил Эллиот. *** На следующий день Патриция собралась, нарядилась и поехала на бал. Она была уверена, что ее ждёт что-то интригующее - если это Феликс, то без этого никак. Но, в этот раз он устроил все скромно, культурно и без особых страстей. Это даже было прекрасно. Патриция постучала в дверь особняка Феликса. Он открыл дверь сам. -Патриция, дорогая! Я тебя ждал! - воскликнул он. -А как я ждала встречи, Феликс! Они крепко обнялись. -Мы в последний раз виделись у Офелии, мне кажется, - заметила Патриция. -Да-да! Кстати, никого нет сегодня, кроме нас с тобой, из тех, кто был тогда. -Ну и прекрасно. -О-о, какое красивое колечко, - подметил Феликс. -Да, - улыбнулась Патриция. - Я выхожу замуж! -Сердечно поздравляю!!! Я очень рад за тебя! -Спасибо! -А кто твой избранник? -Хм... -Вспомнить бы еще. -Да! Они засмеялись. -Эллиот Грант, - сказала Патриция. -Ух, я уверен, что вы прекрасная пара! -Спасибо, - ухмыльнулась женщина. -Ну что, пошли? -Да, конечно. Они прошли в бальный зал. XXVII -Патриция Конте, - представил Феликс женщину. Все присутствующие мило улыбнулись ей. Заиграл Вальс No 2 Шостаковича, все гости продолжали свои беседы. Патриция заметила знакомое лицо; оно было очень родным, очень близким... Маурицио! Патриция подошла ближе к нему и ждала, пока он заметит ее; он увидел ее практически сразу после этого. Маурицио решился подойти к Патриции. -Привет, - сказал он. -Ой, привет! Не ожидала увидеть тебя... так скоро, - ответила Патриция. -Скоро? -Пять месяцев против пяти лет. Как никак, разница большая. -Всего пять месяцев прошло? Как быстро летит время. -Ты, вижу, женился? - спросила Патриция. -Да, верно. А ты... -По мне не понять, да? Почти. Кто твоя избранница? Может, знаю? -Знаешь, Дороти Лонгвэй. Что насчет... -Дороти, как же я не подумала, из всех моих знакомых она подходит тебе лучше всего. Эллиот Грант. -Серьезно?! -Да. Но, ты счастлив? -Мог бы быть счастливее. -Дмитрий Шостакович, - ухмыльнулась Патриция. -Какое отношение имеет Шостакович? - нахмурил брови Маурицио. - Кроме того, что его музыка сейчас звучит. -Дмитрий Шостакович и Татьяна Гливенко. Мы соответственно. Ты что, не знаешь? -Я не припомню. -Он был страстно влюблен с Татьяну, но не решался достойно попросить руки и сердца. Да и в принципе... -М-м, понятно. Но... -Он женился три раза потом, один брак неудачный. Но всю жизнь он любил Татьяну. Ту, которую не мог добиться, ту, которая поняла все и была умнее. Такое часто бывает у мужчин. Они не могут сначала добиться одну, пытаются найти утешение в иной, но всю жизнь, несмотря на браки, любят одну. Ту самую. Вальс закончился, и зазвучала "Beyond tomorrow" в исполнении Пери Комо. Та самая песня, которую обожала Офелия, под которую танцевали Патриция и Маурицио в поместье Хавант и на Рождественском балу ровно шесть лет назад. -Ну что? - слегка засмеялась Патриция. -Это, случайно, не белый танец? -Ты думаешь, что есть разница? Маурицио улыбнулся. Они начали танцевать, как и шесть лет назад, как и пять месяцев назад. Они смотрели друг другу в глаза и улыбались; улыбались, что все было позади. Все было позади. Маурицио был, в своей мере, счастлив, благодаря своей жене. Патриция была влюблена в своего будущего мужа и ни на секунду не жалела о своем выборе. За такой небольшой отрывок времени - пять месяцев - произошло столько всего, в том числе и новые отношения обоих. И не было такой ситуации, которую никто бы не смог разрешить, ведь в любой... Найдется выход.