Последняя звезда

Стук в дверь прозвучал как выстрел, разрывая мучительную тишину после слов Рея.  Я вздрогнула, чуть не выронив полотенце, и инстинктивно прижала его к груди. Сердце колотилось где-то в горле. -Это Лайзерг.  Прошептал Рей, и его голос прозвучал прямо у виска, холодный и предупреждающий. В следующее мгновение он растворился, оставив меня наедине с нарастающим стуком. -Ну чего?! Сейчас выйду!  Крикнула, но голос дрогнул. Я повернула ключ, потянула ручку — дверь не поддалась. Снаружи послышался сдавленный вздох нетерпения, и створка с силой распахнулась внутрь, ударив меня в плечо. -Ай! Ты что делаешь?! Я отшатнулась, потирая ушиб, мокрые волосы хлестнули по лицу. Лайзерг втиснулся в крошечную ванную, захлопнув дверь за собой.  Его фигура заполнила всё свободное пространство, пахнущее паром и шампунем. В его глазах горел не просто гнев, а какое-то лихорадочное, нездоровое бешенство. -Я знаю.  Прошипел он, и слова повисли в сыром воздухе, как ядовитый туман. -Не знаю, что ты знаешь, но мы можем обсудить это в другом месте?  Попыталась я вложить в голос твёрдость, но получилось лишь испуганно-сдавленно. -Йо сейчас внезапно не появится и не станет защищать тебя.  Он бросил это с такой презрительной уверенностью, что меня бросило в дрожь. Не от страха перед ним, а от осознания его полной, иррациональной убеждённости. -Ты меня пугаешь. Что тебе нужно? Он шагнул вперёд, и его рука, быстрая, как змеиный бросок, вцепилась мне в запястье. Боль была острой, невыносимой — кости затрещали под его пальцами. -А-а! Я вскрикнула, но он тут же зажал мне рот ладонью, пригвоздив к стене. Его лицо, искажённое ненавистью, было в сантиметрах от моего. Дыхание сбивчивое, горячее. -Ответы. Мне нужны ответы. Он шипел, и брызги слюны попадали мне на щёку.  -Ты связана с Хао! Скажи как?! Где его найти?! Насколько он стал сильнее?! Я лишь мотала головой, пытаясь вырваться, но его хватка была железной. В глазах темнело от боли. -М-м-м! -Я отпущу, если не будешь орать! Но чем яростнее я брыкалась, тем сильнее он сжимал мою руку.  В голове пронеслась отчаянная мысль:  «Рей… я справлюсь.» Я не хотела, чтобы он вмешивался. Иначе будет бойня и мы разворотим этот дом. Надо сначала вывести его от сюда.  -Ты с ума сошел?!  Выдохнула я, когда он на секунду убрал ладонь. Я жадно глотнула влажный воздух. -Отвечай! Ты его подручная? Всё указывает на это! -Как же ты мне надоел! Ядерная ярость, горячая и слепая, ударила в виски. Я замахнулась свободной рукой, чтобы врезать ему по щеке, но он ловко перехватил и её, сжав теперь обе мои кисти в одной своей. Боль пронзила запястья огненным шквалом. Тогда я рванулась всем телом, занеся колено ему в пах. Но он был готов — тонкая, почти невидимая пелена фурьёко смягчила удар, амортизировав его.  Не давая опомниться, я сжала зубы, зажмурилась и с размаху ударила его лбом в переносицу. Раздался глухой, сочный хруст. Лайзерг ахнул, выпустив мои запястья, и отпрянул, схватившись за лицо. Из носа хлынула алая струйка. Я не раздумывая, рванулась к двери, выскочила в прихожую, но не успела сделать и двух шагов к входной двери, как что-то холодное и цепкое, как стальная удавка, обвило мои лодыжки — кулон Лайзерга.  Я полетела вперёд, инстинктивно выставив руки, и приземлилась на ладони с болезненным шлепком. Быстро перекатилась на спину. Лайзерг уже стоял над мной. Кровь с носа капала ему на губы, на подбородок, а оттуда уже прямо на мою грудь. Белый топ уже не являлся таким. Пару пятен бордовой крови уже красовались на нём. Он присел на одно колено, его дыхание было хриплым. -Мне. Нужны. Ответы.  Прошептал он, и в этом шёпоте было что-то нечеловеческое. Я смотрела на его искажённое лицо и не чувствовала ничего, кроме белой, чистой злобы. Ни страха, ни паники. Только желание стереть с него эту больную, искажённую маску. Я собрала слюну во рту и плюнула ему прямо между глаз. -Это не ответ.  Он даже не вытерся. Просто встал во весь рост. Его кулак сжался. И тогда его дух-хранитель, витавший в кристалле, ожил. Ледяные, сверкающие нити энергии вырвались наружу и с шипящим звуком обвили моё тело с ног до головы, сжимая, как панцирь. -Что ты… Рей… Я не успела договорить. Нити сдавили горло, перехватив дыхание. Давление на грудную клетку стало невыносимым. -Лайзерг! Одумайся! Рей появился рядом, но парень не обратил на его слова никакого внимания.  -Кем бы ты ни была для Хао… если не ответишь, я убью тебя сейчас.  Дух вселился в меня, не давая нитям затянуться на моей шее окончательно.  Это было безумие. Чистое, беспримесное безумие в его глазах. Откуда такая ярость? Такой абсолютный, слепой фанатизм ненависти? И тогда, сквозь нарастающий звон в ушах, я услышала голос. Спокойный. Невозмутимый. И от того — леденяще знакомый. -Я слушаю. -А?  Лайзерг замер, его глаза расширились. -А?!  Это уже вырвалось у меня, когда мой взгляд скользнул за его спину. В двух шагах, прислонившись к косяку ведущей в дом двери, стоял Хао. Он был в своих привычных одеждах, руки спрятаны под плащем. На его лице играла лёгкая, почти учтивая улыбка, но глаза… глаза были пустыми, как два куска ночного неба. Лайзерг остолбенел. Его тело застыло в немой гримасе ужаса, где злоба мгновенно переплавилась в животный, всепоглощающий страх. Он даже не пошевелился. -Ну, раз вопросов нет…  Хао лениво протянул руку. Движение было таким плавным, таким небрежным, что едва колыхнуло полы его плаща. Он просто положил ладонь на лицо Лайзерга и слегка оттолкнул его в сторону. Эффект был чудовищным. Зеленоволосый шаман, словно пустая кукла, отлетел и с глухим, древесным хрустом врезался головой в массивную дубовую дверцу шкафа. Дверь треснула, образовав идеальный отпечаток его головы и плеч. Тело Лайзерга безвольно сползло на пол и замерло. Нить фурьёко вокруг меня тут же ослабла.  Я тяжело сглотнула комок в горле, переводя взгляд с бездыханного тела Лайзерга на Хао.  Тот даже не взглянул на результат. Он смотрел в маленькое запылённое окно, как будто наблюдал за чем-то невероятно интересным снаружи. -Он не вспомнит об этом.  Сказал Хао, не отводя взгляда от окна. Голос был ровным, будто он комментировал погоду. -Мне плевать! И благодарить я тебя не буду, потому что это всё из-за тебя! Прошипела я, пытаясь оттолкнуться от пола и встать. Но в тот момент, когда я перенесла вес на правую руку, в запястье раздался отчётливый, сухой хруст. Острая, обжигающая боль пронзила всю руку до плеча.  Опору выбило, и я рухнула на колени, едва не ударившись лицом о пол. Оказалась в паре сантиметров от его ног. -А-а-а! Я втянула голову в плечи, схватившись за повреждённую руку. Она безвольно висела, неестественно выгнутая. Трещина. Или перелом. От его хватки. Я сидела на полу, сжимая зубы, чтобы не кричать снова, и просто тяжело, прерывисто дышала. Боль пульсировала горячими волнами. Слезы обиды и боли стихали по щекам.  Хао наконец оторвал взгляд от окна. Он вздохнул — не раздражённо, а скорее устало. Потом медленно, почти церемонно, опустился передо мной на одно колено. Его движения были гибкими и беззвучными. Он взял мою больную руку. Я дёрнулась, пытаясь вырвать, но его пальцы мягко, неотвратимо сомкнулись вокруг запястья, не причиняя новой боли, но и не позволяя уйти. -Не трогай меня! М-м-м…  Я сжала губы в белую ниточку, чувствуя, как дрожь бежит по спине. -Что ты здесь делаешь?  Выдавила я. Глупый вопрос. Бесполезный. К моему удивлению, он ответил. Глаза его были опущены на моё запястье, по которому он водил подушечкой указательного пальца, как бы изучая травму. -Наблюдал за тобой. Увидел эту сцену и решил вмешаться.  Он говорил просто, как о чём-то само собой разумеющемся. -Часто ты вот так наблюдаешь? В моём голосе прозвучала хриплая ирония. -Не больше, чем за всеми.  Он усмехнулся одним уголком губ, и это было страшнее любой угрозы. Затем он накрыл мою руку своей ладонью. Из-под его пальцев стал сочиться тёплый, зеленоватый свет — энергия исцеления.  Я почувствовала, как внутри что-то шевелится, щекотно и противно — кости встают на место, мышцы срастаются. Ощущение было знакомым, душераздирающе знакомым. Так он лечил ссадины после тренировок в лагере. Та же безразличная точность. Та же пугающая эффективность. Когда свет погас и боль утихла, сменившись лёгким, зудящим теплом, он поднял на меня глаза. И заметил, что я не отнимаю руку. Моя ладонь всё ещё лежала в его. Я смотрела ему в глаза. В эти бездонные, тёмные глаза, в которых когда-то погибла моя семья. И не могла отвести взгляд. Не могла вырваться. Не могла ненавидеть в этот момент так, как следовало.  Внутри была только опустошённая, оглушённая тишина и один-единственный вопрос, пульсирующий в такт едва утихшей боли:  «Что же мне с тобой делать?» Он держал мою руку, и между нами не было ни страха, ни гнева. Была только эта невыносимая, тягучая тишина и невидимый шрам от его исцеления.  POV Автора.  -Я хочу тебя ненавидеть. Презирать всем сердцем, потому что ты это заслужил. Её голос дрожал, срываясь на последних словах, но в нём не было слабости — только надрыв стали, которую гнут, но не могут сломать. Она резко отдёрнула руку, будто прикосновение к нему жгло её сильнее любой боли, и встала, одёргивая как можно ниже свой топ. Хао медленно поднялся следом. Его движения были плавными, почти ленивыми, но в глубине зрачков тлело что-то тёмное, нечитаемое. -Что тебе мешает? Спросил он устало. Так говорят, когда вопрос задан уже сотню раз самому себе. -Я не знаю! Она резко развернулась к нему, и мокрые волосы хлестнули по воздуху. В её глазах полыхала настоящая буря. -Твоя забота, которая никак не вяжется с твоим поведением?! Что за эмоциональные качели ты мне устраиваешь?! -Что? Он действительно не понял. Или сделал вид? -То горячо, то холодно! Анабель сделала шаг вперёд, и Хао показалось, что сейчас она ударит его. Но она лишь сжала кулаки, до побелевших костяшек. -Хватит, Хао! Исчезни и больше не появляйся в моей жизни! -Я не могу. Усмешка тронула его губы. Тонкая, едва заметная, но в ней сквозило что-то, похожее на горечь. -В тебе моя сила. Вдруг она замерла, и её глаза сузились, став похожими на два раскалённых угля. -А знаешь… Мне кажется, дело совсем не в силе. Я стала тебе интересна. Не так ли?! Внутри Хао что-то щёлкнуло. Рванулось с цепи и забилось в клетке рёбер. «Да что она о себе возомнила?!» Он не подал виду. Только улыбка стала шире, превратившись в ту самую маску превосходства, за которой так удобно прятаться. -Думаешь, мне есть дело до тебя? Его голос сочился ядом и ленивой насмешкой. -Думаешь, я испытываю какой-то интерес к вшивой девчонке? Он сам не понимал, кому пытался это доказать. Ей или себе. Фальшь сквозила в каждом слове, но признаться в этом значило бы рухнуть с пьедестала, на который сам себя вознёс. -О да, Хао. Я так и думаю. Её спокойствие ударило сильнее любой истерики. Она стояла перед ним — босая, с мокрыми волосами, рассыпавшимися по плечам, — и смотрела на него без тени страха. Будто видела насквозь. -Я сверну тебе шею и глазом не моргну, понимаешь? Процедил он сквозь зубы. -Так чего ждёшь? Это был вызов. Чистый, отчаянный вызов, брошенный тому, кто уничтожал судьбы. И Хао понял, что проигрывает. Он не мог её убить. Эта мысль обжигала сильнее любого пламени. Он, тысячелетний шаман, видевший гибель цивилизаций, не мог поднять руку на обычную девчонку. И это бесило. Выводило из себя. Заставляло ненавидеть самого себя. -Раз не убиваю — значит, ты нужна мне для другой цели.  Выдавил он, хватаясь за последнюю соломку самообмана. -Для какой? Устало протянула Анабель, скрестив руки на груди. Вся её поза выражала усталость и капитуляцию перед абсурдностью ситуации. -На твою сторону я не перейду. Тогда что тебе нужно? Что-то внутри Хао оборвалось. Он больше не мог это терпеть. Этот разговор, этот её взгляд, это странное, липкое чувство, от которого хотелось разодрать грудь и вырвать сердце. Контроль, который он так тщательно выстраивал веками, рушился к чертям из-за неё. Всё внутри закипало, превращаясь в лаву. Одно движение — и он оказался за её спиной. Быстрее, чем человеческий глаз мог уследить. Его руки сомкнулись на её тонкой шее — тёплой, пахнущей мылом и ею самой. Он не удержался. Позволил себе вдохнуть этот аромат, запечатать его в памяти. Анабель дёрнулась, но не закричала. Только замерла, чувствуя его дыхание на своей макушке. -А ведь ты права… Жаль, не успеешь попрощаться со своими любимыми друзьями.  Прошептал он ей в волосы. -Что? Она не успела понять. Резкое движение — и мир погас. Хруст позвонков прозвучал оглушительно в тишине маленькой прихожей. Тело Анабель обмякло, потеряв всю свою неистовую, живую энергию. Хао подхватил её, прижимая к себе, чувствуя, как уходит тепло. «Это была вынужденная мера».  Попытался он убедить себя, глядя в пустоту перед собой. «Она стала слишком значимой. Слишком близко подобралась». Но на душе скребли кошки. Острые, беспощадные когти рвали что-то важное, что он даже не подозревал в себе. Он смотрел на её лицо — спокойное, безмятежное, с дрожащими от последнего вздоха ресницами. И в этот момент, держа в руках её безжизненное тело, Хао вдруг осознал то, от чего ему захотелось завыть в голос. Он потерял её. И понял, что уже не сможет этого принять. Он не хотел её убивать. Он хотел, чтобы она жила. Смотрела на него этим своим бесстрашным взглядом. Бросала вызов. Заставляла чувствовать что-то, кроме вековой усталости и презрения к человечеству. -Что же ты со мной сделала? Прошептал Хао в пустоту, баюкая тело девушки, как самую большую драгоценность, которую только что собственными руками превратил в прах. В доме было тихо. Где-то гуляли её ничего не подозревающие друзья. Лайзерг валялся без сознания у разбитого шкафа. А он стоял посреди всего этого кошмара и впервые за тысячу лет не знал, что делать дальше. Потому что дальше без неё — не имело смысла. Дух-хранитель Анабель появился рядом со своей подопечной только после того, как Хао позволил ему.  Словно невидимая цепь, удерживавшая его в небытии, наконец ослабла, и Рей вырвался в реальность, полную леденящего ужаса. Он не поверил своим глазам. Анабель лежала на коленях у Хао — безжизненная, бледная, с запрокинутой головой и синевой, уже тронувшей губы. Рей рухнул рядом, припал к её телу, и его невесомые, призрачные руки бессильно скользили по её плечам, по лицу, пытаясь нащупать хоть искру жизни. И не находили. -Нет… нет, нет, нет…  Его голос, обычно холодный и надменный, срывался в хриплый шёпот. -Анабель… По прозрачным щекам духа покатились слёзы. Настоящие. Живые. Такие, каких не бывает у бесплотных созданий. Рей поднял на Хао глаза — и усмехнулся. Горько, зло, с той особой ненавистью, что рождается из бессилия. -Ну как? Почувствовал удовлетворение? Хао молчал. Только прижал девушку ближе к себе, будто пытался удержать ускользающее тепло. -Духи не умеют скорбеть.  Отрезал Хао. -Для кого этот спектакль? -В твоём мире, может, и не умеют.  Ответил Рей, не поднимая глаз. Его голос был глухим, лишённый интонации. -Но она… она была для меня единственной в этом мире, кого я по-настоящему полюбил. Причина, по которой я оставался здесь.   Рей горько покачал головой. -Дух полюбил человека? Ты просто раб для неё. Рею вдруг стало всё равно, что этот монстр думает о его чувствах. Он знал правду. Анабель никогда не смотрела на него как на раба. Они были на равных. Она уважала его, прислушивалась, верила. И теперь… Но где её душа? Тело остывало, но душа не покинула его. Рей не чувствовал её рядом. Это было неправильно. Невозможно. Хао медленно, почти бережно, уложил бездыханное тело Анабель на пол. Выпрямился. -Ты не убил её? Рей смотрел на него с безумной надеждой. -Убил.  Сказал Хао. И вдруг улыбнулся — той самой странной, пугающей улыбкой. -Но не надолго. Вихрь огня взметнулся вокруг него — и через мгновение тысячелетний шаман исчез, оставив после себя лишь запах гари и тишину. Рей медленно выдохнул. Напряжение, сковывавшее его, отпустило. Он бросил последний взгляд на бледное лицо Анабель и растворился в воздухе, чтобы ждать. Ждать её возвращения. Где бы она ни была. Тем временем к дому подходили ребята. Вечер опускался на деревню мягкими сумерками, раскрашивая небо в оттенки индиго и розового золота. Трей и Рио оживлённо перешучивались, пихая друг друга локтями и бросая многозначительные взгляды на Рена. -Рен, а может, вернёмся на рынок? Та симпатичная продавщица рыбы явно ждёт не дождётся, когда ты снова появишься.  Трей растянул рот в ухмылке до ушей. -Она тебе чуть ли не в корзину с продуктами запрыгнуть пыталась.  Подхватил Рио, довольно хихикая. -А ты стоял как каменное изваяние. Бедная девушка! Рен шёл чуть впереди, сжав губы в тонкую линию. Его скулы пылали — то ли от смущения, то ли от едва сдерживаемой ярости. Рука непроизвольно сжималась на древке Гуань Дао. -А ну хватит! Рявкнул он наконец, резко разворачиваясь и направляя оружие в сторону Трея. Острие замерло в опасной близости от горла шутника. -Да я же просто пошутил, остроголовый! Трей поднял руки в примирительном жесте, но улыбка не сходила с его лица. -Ребята, хватит.  Вмешался Йо, и его спокойный, ровный голос подействовал как всегда безотказно. Напряжение мгновенно спало. Рен опустил оружие, Трей расслабленно выдохнул. Йо первым подошёл к двери дома. Его рука легла на ручку, он толкнул створку — и мир вокруг него рухнул. Пакеты с продуктами с глухим стуком упали на землю. Яблоки покатились по пыльной тропинке, рассыпаясь в разные стороны. Улыбка сползла с лица Йо, смытая ледяной волной ужаса. -Йо? Рио первым заметил перемену в друге. -Что случилось? Но Йо уже не слышал. Он вбежал в дом, и его ноги подкосились, когда взгляд упал на пол прихожей. Картина, открывшаяся перед парнями, была до невозможности чудовищной. Лайзерг сидел, прислонившись спиной к разбитому шкафу, без сознания, с запёкшейся кровью под носом. А рядом с ним, на холодном полу, раскинув руки и подогнув одну ногу, лежала Анабель. Она была неестественно бледна. Её губы, обычно розовые и живые, приобрели синюшный оттенок. Мокрые волосы разметались по доскам тёмными змеями. -Анабель… Выдохнул Йо, падая рядом с ней на колени. Он схватил её за плечи, притянул к себе, прижал к груди. Тело было холодным. Ледяным. Безжизненным. -Нет, нет, нет… Зашептал он, зарываясь лицом в её волосы, пытаясь вдохнуть в неё жизнь одним отчаянным желанием. Трей застыл в дверях, не в силах сдвинуться с места. Его мозг отказывался собирать кусочки пазла в единую картину. Лайзерг без сознания. Рядом Анабель. А на полу, возле её головы, валялся кулон зелёноволосого шамана — тот самый. Рен первым пришёл в движение. Он опустился на колени с другой стороны, отстранил Йо, чтобы осмотреть девушку. Его пальцы — холодные, но живые — коснулись её шеи, откидывая тяжёлые пряди волос. И тогда они увидели. Красные полосы опоясывали её горло. Следы удушения. Следы от кулона Лайзерга. -Нет… Выдохнул Рен, и в его голосе прозвучало то, чего никто из них никогда не слышал — настоящая, неприкрытая боль. -Только не это… -Что с ней? Голос Рио дрожал. Он стоял в дверях, сжимая в руках пакеты, которые даже не подумал бросить. -Что с Анабель?! Ни Йо, ни Рен не ответили. Они смотрели на неё, и в их глазах застыло одно и то же понимание — то, которое невозможно принять. Трей рванул к Лайзергу, как разъярённый бык. Он схватил его за грудки и с силой затряс, вкладывая в это движение всю свою ярость и отчаяние. -Очнись! НЕМЕДЛЕННО ОЧНИСЬ! Голова Лайзерга безвольно моталась из стороны в сторону, но он не приходил в себя. Только тихий стон вырвался из его груди — и снова тишина. Йо сидел на полу, прижимая к себе мёртвую Анабель, и по его щекам текли слёзы. Он не всхлипывал, не рыдал — просто смотрел в пустоту перед собой, и слёзы катились сами, оставляя мокрые дорожки на лице. -Рей! Рен прокричал имя духа, но тот не появился. Шаман протянул руку и осторожно, почти благоговейно, коснулся её холодной щеки. Кончиками пальцев провёл по скуле, по закрытым векам. -Она не должна была… Прошептал Йо одними губами. -Я не успел… В доме повисла тяжёлая, гнетущая тишина, нарушаемая только глухими рыданиями Трея, который всё ещё тряс бесчувственное тело Лайзерга, и тихим, надрывным дыханием тех, кто потерял сегодня нечто ценное. Для каждого по разному. Рио, наконец, выронил пакеты. Они упали с мягким шумом, рассыпая остатки продуктов по полу. Он шагнул вперёд, не веря своим глазам, и замер, глядя на мёртвую подругу. -Этого не может быть… Мы же только что были вместе… она смеялась… Анабель лежала неподвижно, и впервые за долгое время на её лице не было ни улыбки, ни хмурости, ни того самого живого, искрящегося света, который притягивал к ней всех. Только застывшая маска вечного покоя. И никто из них не знал, что её душа уже рвётся обратно, подгоняемая чужой волей и собственной невероятной силой. Что Хао сказал правду — она вернётся. Но для них, сидящих сейчас в горе и отчаянии, эта правда была недоступна. POV Анабель.  Толчок был такой силы, будто кто-то схватил мою душу за шиворот и с размаху швырнул обратно в тело. Воздух ворвался в лёгкие резким, обжигающим глотком, и я закашлялась, ещё не понимая, где нахожусь и жива ли я вообще. Сознание возвращалось медленно, тяжело, как патока, текущая по замёрзшим венам. Я с трудом разлепила веки — и свет от настольной лампы ударил по глазам раскалённым ножом. Всё тело было чужим, неподъёмным, словно меня залили свинцом. Каждое движение отдавалось тупой, ноющей болью, но я чувствовала эту боль. А значит — я жива. Пальцы слушались плохо, но я заставила их шевелиться, проверяя, работают ли руки. Работали. С трудом, но работали. Я оперлась ладонями о что-то мягкое — кровать? — и с огромным усилием приподнялась, прислоняясь спиной к холодной стене. Голова кружилась, перед глазами плыли разноцветные пятна, но я упрямо моргнула, пытаясь сфокусироваться. И чуть не закричала. Прямо передо мной, в каком-то зловещем полукруге, стояли четыре лица. Четыре пары глаз, расширенных от удивления, облегчения и ещё чего-то такого, от чего у меня сжалось сердце. -Боже! Вы напугали меня до смерти! Вырвалось хрипло. Я машинально схватилась за горло — и тут же скривилась от боли. Шея горела, пульсировала, будто её выворачивали наизнанку. Пальцы нащупали что-то влажное? Нет, просто кожа, просто страшная память о том хрусте. -Ты как?! Йо сорвался с места быстрее, чем я успела моргнуть. Он был рядом в одно мгновение, его рука осторожно, почти благоговейно легла на моё плечо. Он сел на край кровати так близко, что я чувствовала его дыхание — сбивчивое, горячее. В его глазах плескалось что-то такое, от чего мне захотелось заплакать. -Что… что случилось? Мой голос звучал как скрип несмазанной двери. -Что случилось? Раздалось откуда-то сбоку, и я узнала этот насмешливый тон. Трей. Я перевела на него взгляд и замерла. Его глаза были красными. Не просто уставшими — красными, с припухшими веками. Он плакал. Этот вечный шут, который никогда не принимал ничего всерьёз… плакал? -Она же только очнулась! Рио схватил Трея за руку, разворачивая к себе. В его голосе звучало возмущение, но я видела, как дрожат его пальцы. -Кто так делает?! -Анабель? Йо мягко, но настойчиво вернул моё внимание к себе. Его тёмные глаза впивались в моё лицо, ища ответы. -Ты ничего не помнишь? Я покачала головой — и тут же зашипела от боли, пронзившей шею огнём. Шея, чёрт возьми! Что он там с ней сделал? -Мы вернулись домой и увидели тебя без сознания.  Голос Йо дрогнул, и он замолчал на секунду, справляясь с собой. -Твои губы были синими. А тело… ледяным. В его глазах стояла такая тревога, такая неприкрытая, отчаянная боль, что у меня перехватило дыхание. Я видела, как он сжимает кулаки на коленях, пытаясь сохранить спокойствие. -К… Как… Я сглотнула, и комок в горле чуть не задушил меня. -Всё, что я помню — это как Лайзерг ворвался в ванную… И тут меня накрыло. Воспоминания хлынули лавиной, сметая хрупкую защиту незнания. Ванная. Лайзерг с безумными глазами. Его пальцы, сжимающие мои запястья. Удушающий кулон. А потом — Хао. Его спокойное, почти вежливое появление. Его рука на моей шее. Хруст. Тьма. «Хао убил меня. Свернул мне шею, как цыплёнку. Смотрел, как я обмякаю в его руках. И я умерла. Я была мертва!» Из темноты комнаты, оттолкнувшись плечом от косяка, вышел Рен. Он поправил футболку — жест, который я знала как его попытку взять себя в руки — и приблизился. Его шаги были медленными, осторожными, будто он подходил к дикому зверю. -Расскажешь, как из мёртвых вернулась? Спросил он, и в его голосе не было привычной резкости. -Я… не знаю.  Я опустила голову, пряча глаза. Как я вернулась? Этого я не понимала сама. В памяти была только тьма — глубокая, тёплая, манящая. А потом — этот толчок, и я снова здесь, в этом теле, которое до сих пор помнило смерть. -Что вообще случилось? Трей уселся с другой стороны от Йо, и его пальцы осторожно, почти невесомо коснулись моей шеи. Я вздрогнула, но не отстранилась. -Тебя душили? Он увидел следы. Конечно, увидел. Я чувствовала, как горит кожа там, где кулон Лайзерга впивалсяв неё. Что мне им сказать? Что сам Хао — явился, чтобы спасти меня от одного маньяка, чтобы потом свернуть мне шею самому? Что я умерла и воскресла, и понятия не имею, как это вышло? -Я… ничего не помню! Выпалила я, и тут же почувствовала, как ложь обжигает язык. Но я не могла сейчас. Не могла смотреть в их глаза и говорить, что Хао был здесь. Что он держал меня в руках. Что в последний миг перед тем, как всё погасло, я видела его лицо — и не поняла, что было в его взгляде. Хотелось зарыться в одеяло с головой, исчезнуть, остаться наедине с этим хаосом в голове. Но друзья смотрели на меня — встревоженные, напуганные, готовые защищать. Я не имела права оставлять их в неведении. Не целиком. -Помню, как стояла в ванной, разговаривала с Реем… Начала я медленно, подбирая слова. -Потом… потом… -Что потом? Голос Рена был тихим, но в нём слышалось напряжение натянутой тетивы. Я прикрыла глаза, восстанавливая в голове картину, которую можно было им показать. -Лайзерг ворвался. Он хотел ответы… откуда во мне сила Хао и как мы связаны. Я не хотела отвечать, и он… он начал… Я не могла до сих пор поверить. Если бы тогда не пришёл Хао… Лайзерг бы и правда меня задушил? Его душили ненависть и жажда мести настолько сильно, что он готов был убить? -Этот сучёныш и правда задушил тебя? Трей подскочил с кровати, и его кулак с глухим стуком ударил по ладони. -Да как он мог?! Я и сама не понимала. Смотрела на Йо и видела в его глазах не только гнев — сожаление. Сожаление о том, что его не было рядом. Что он не защитил. -Как только очнётся — его лично на куски порву! Трей метался по комнате, и его энергия, обычно такая лёгкая, сейчас казалась опасной, как разряд молнии. -В очередь вставай.  Холодно бросил Рен, не отрывая от меня взгляда. Его скрещённые на груди руки не скрывали напряжения, застывшего в каждой мышце. Все замолчали, и в комнате повисла тяжёлая тишина. -А как ты его так ударила, что он до сих пор в отключке? Голос Рена звучал ровно, но я чувствовала, как его взгляд сканирует меня, ища нестыковки. Пазл в его голове не сходился. Я знала этот взгляд. Рен всегда видел больше, чем ему показывали. И сейчас он чувствовал, что я не договариваю. -Это сделал я. Голос прозвучал рядом так неожиданно, что я вздрогнула. Рей появился из ниоткуда, встав у изголовья кровати. Его глаза были закрыты, руки опущены — поза, которую я знала как маску непроницаемости. -Он едва не убил её.  Продолжил дух, и его голос был ледяным, бесстрастным. -Она не умерла, но была на грани. Я пытался удержать её душу в теле. Он врал. Я смотрела на него и понимала это каждой клеткой. Рей, который всегда ставил правду выше всего, который презирал ложь как слабость — сейчас говорил неправду. Ради меня. Он не встречался взглядом ни с кем из присутствующих. И я отвела глаза. Не могла смотреть на него в этот момент — на его ложь, которая была чище любой правды. -Бель… Йо взял мою руку. Его пальцы были тёплыми, живыми, такими надёжными. -Всё будет хорошо. Никто и пальцем тебя больше не тронет. Никогда. А с Лайзергом мы разберёмся. Я попыталась улыбнуться, но вместо этого почувствовала, как по щеке скатилась слеза. Горячая, живая, моя. Йо не выдержал. Он схватил меня в охапку, прижал к себе так крепко, будто боялся, что я снова исчезну. Его руки обвили мои плечи, его подбородок уткнулся мне в макушку, и я чувствовала, как бьётся его сердце — часто, испуганно, любяще. Я прижалась к нему в ответ, вдыхая знакомый запах, чувствуя тепло, которое пробивалось сквозь ледяную корку, сковавшую меня после смерти. Его пальцы гладили мои волосы, и каждое движение шептало: «Я здесь. Ты жива. Я не отпущу». И я надеялась. Надеялась, что он не отпустит. Никогда. Потому что только в этих руках, в этой минуте я снова чувствовала себя живой. Настоящей. Целой. -Не вздумай больше так пугать нас.  Прошептал он мне в волосы, и я услышала в его голосе то, что он пытался скрыть — слёзы. -Слышишь? Никогда. Тело восстанавливалось с пугающей быстротой. Словно та самая сила, что когда-то впиталась в меня от Хао, теперь трудилась не покладая рук, сращивая ткани, возвращая эластичность мышцам, выгоняя ледяную оцепенелость. Через час я уже расхаживала по комнате, разминая затекшие конечности. Шея ныла — тупая, пульсирующая боль напоминала о том, что совсем недавно она была сломана. Но я двигалась. Я дышала. Трей и Рио не отходили от меня ни на шаг. Трей то и дело бросал взгляды на дверь, за которой Йо и Рен ждали пробуждения Лайзерга, и его кулаки сжимались сами собой. Рио же, наоборот, старался говорить о пустяках, отвлекая меня от тяжёлых мыслей, но его голос то и дело срывался на фальцет, выдавая напряжение. -В голове не укладывается… Сказал Рио, когда я плюхнулась рядом с ним на кровать. -Как Лайзерг мог пойти на такое? Я пожала плечами, хотя жест вышел вялым. -Он одержим своей местью. Не понимает, кто враг, а кто друг. -Это не оправдание! Выкрикнул Трей, и его голос дрогнул. -Мы думали, ты мертва.  Он отвернулся, делая вид, что рассматривает что-то на стене, но я видела, как напряглись его плечи. Этот вечно улыбающийся, вечно подкалывающий всех парень сегодня был другим. И это тронуло меня сильнее любых слов. А потом мы все трое замерли. Из соседней комнаты донеслись голоса. Тихие сначала, потом — резкий, рвущийся звук, и сквозь него — хриплый, сбивчивый кашель. -Очнулся, зеленоголовый! Трей рванулся к двери. -Стой, Трей! Рио едва успел перехватить его за локоть. Я соскочила с кровати, прижалась к двери, осторожно приоткрывая её ровно настолько, чтобы видеть происходящее в прихожей. Йо и Рен сидели на корточках по обе стороны от Лайзерга. Тот сидел на полу, прислонившись к разбитому шкафу, и его взгляд метался по комнате с выражением полной растерянности. Кровь под носом запеклась тёмной коркой, на лбу наливался фиолетовый синяк. -Что… произошло? Голос Лайзерга был хриплым, чужим. -Лайзерг.  Йо подался вперёд, и я вздрогнула. Я никогда не слышала его таким. Голос был низким, жёстким, в нём не осталось и следа привычной мягкости. -Как ты мог поступить с ней так? -Я… я ничего не понимаю… Лайзерг провёл рукой по лицу, пытаясь стереть запёкшуюся кровь, и поморщился, коснувшись разбитой переносицы. -Что со мной случилось? Голова раскалывается… «Он не вспомнит».  Пронеслось в голове. Хао сказал это так спокойно, так уверенно. И сейчас я видела — он был прав. Лайзерг не помнил ничего. Ни своей ярости, ни своего кулона на моей шее, ни того, как пытал меня, требуя ответов. Я шагнула вперёд, и Рен тут же встал, заслоняя меня собой. Его рука вытянулась в сторону, преграждая путь. Я схватилась за его предплечье, выглядывая из-за плеча. -Что… что произошло? Лайзерг смотрел на меня, и в его глазах действительно не было ни злобы, ни подозрений — только боль и недоумение. -ЧТО ПРОИЗОШЛО?! Голос Йо разнёсся по комнате, ударил по стенам, заставил меня вздрогнуть. Он схватил Лайзерга за воротник, рывком поднял и прижал к себе так, что их лица оказались в считанных сантиметрах друг от друга. -Ты душил члена нашей команды! Ты едва не убил её! И ты ещё спрашиваешь, что произошло?! Йо кричал. Йо, который всегда был спокойным, рассудительным, который умел находить слова даже в самых отчаянных ситуациях, — сейчас срывался на крик. Его глаза горели таким огнём, что я на мгновение отшатнулась. -Душил? Кого..? Анабель? Лайзерг перевёл на меня взгляд, и в нём не было ничего, кроме ужаса. -Нет… я… я не… -Уведи её! Рявкнул Йо, и в его голосе было что-то такое, от чего Рен немедленно схватил меня за плечи и начал толкать обратно в комнату. -Нет! Я рванулась, ударив его ладонями в грудь. -Я хочу поговорить с ним сама! -НЕТ! Йо обернулся через плечо, и меня словно ледяной водой окатило. В его взгляде было что-то чужое. Что-то, что я уже видела. Тот же огонь, та же безжалостная, уничтожающая решимость. Я видела этот взгляд. У Хао. Когда смотрел на меня в упор, не отпуская мою руку. Я отшатнулась, вжимаясь спиной в грудь Рена, и уставилась на Йо широко раскрытыми глазами. В груди что-то оборвалось, сжалось в ледяной комок страха. Не перед Лайзергом. Перед Йо. Перед тем, кого я отчетливо увидела в нём сейчас. -Йо… Прошептала я, но он уже отвернулся, снова сосредоточив всё внимание на Лайзерге. -Ты не помнишь? Голос Йо стал тихим, опасным. -Я помогу тебе вспомнить. Рен буквально запихнул меня обратно в комнату. Я споткнулась о собственные ноги, и Трей с Рио одновременно подхватили меня за локти, удерживая. -Не выпускать её.  Рявкнул Рен, и в его голосе было столько стали, что ни у кого даже мысли не возникло спорить. Дверь захлопнулась с глухим, беспощадным стуком. Я стояла посреди комнаты, дрожа всем телом, и не могла выбросить из головы этот взгляд. Тот самый. Бешеный, уничтожающий, готовый смести всё на своём пути. Взгляд, который я так хорошо знала. Взгляд, который я боялась признать. «Йо… что ты делаешь? Почему ты так похож? Нет, не похож… ты точная его копия…» А за дверью раздавались приглушённые голоса, и я слышала в них эхо того, что когда-то разрушило мою жизнь. И не знала, кого сейчас бояться больше — врага, которого я не помнила, или друга, которого, как мне казалось, я знала лучше всех. -Отпустите меня! Я рванулась, пытаясь скинуть руки Рио, вцепившиеся мне в плечи. Он держал крепко, но не больно — скорее испуганно, будто я могла разбиться, если он ослабит хватку. -Сказали не выпускать тебя… Голос у него дрожал. Я понимала. Понимала их страх, их желание защитить. Но сейчас за этой дверью творилось что-то не то. Лайзерг ничего не помнил. Он сидел там, напуганный и растерянный, и понятия не имел, чего от него хочет Йо. А Йо… я никогда не слышала у него такого голоса. Таким голосом не добиваются правды. Таким голосом мстят. Мне удалось выскользнуть из захвата Рио — он не ожидал такой резкости. Я рванула к двери, но передо мной, будто из самой тьмы, материализовался Рей. Он не парил в воздухе, как обычно. Он стоял, перекрывая выход, и смотрел на меня сверху вниз. В его глазах не было ни капли привычной насмешки. Только холодная, непреклонная сталь. -Пропусти. -Нет.  Его голос отрезал всякую надежду на спор. -Это лучший исход. -"Лучший исход"?! Я не верила своим ушам. -Рей, он сейчас сделает что-то… -Нет. Я сделала шаг вперёд, глядя на него жалобно, надеясь пробудить ту заботу, что всегда чувствовала в нём. Но его лицо оставалось каменным. -Ты же знаешь… -Я сказал нет. -Да хватит меня контролировать! Сорвалась я, и в этот момент что-то мелькнуло в его глазах. Оскал. Я увидела оскал на его лице — хищный, быстрый, как вспышка молнии. А в следующее мгновение мир перевернулся. Он вселился в меня. Не спросил. Не предупредил. Просто взял и вселился, сломав мою волю одним движением. Моё тело обмякло, и я почувствовала, как руки Рио снова подхватывают меня, не давая упасть. Но я была здесь. Я всё чувствовала, всё слышала. Просто не могла пошевелиться. Не могла открыть рот. Не могла даже моргнуть по-своему. «Как ты посмел?!» Закричала я мысленно. «Я защищаю тебя. Хочешь ты того или нет.» Его голос прозвучал в моей голове спокойно, без тени сомнения. «Чтобы ни случилось — Лайзерг пытался тебя убить. И это — правда.» «Но убил меня Хао!» Тишина. Секундная, но красноречивая. «И они не должны узнать об этом.» Наконец ответил он. Твёрдо. Бесповоротно. Я попыталась сопротивляться, рвануться вперёд, захватить контроль над собственным телом. Но Рей был сильнее. Его воля давила на меня, как тонна воды, не давая всплыть. Как бы я ни билась изнутри — ничего не получалось. Моё тело принадлежало ему. -Анабель? Голос Трея прозвучал где-то рядом. Я почувствовала, как он дергает меня за плечо, но не могла ответить. Даже взглядом. -Кажется, Рей завладел её телом. «Да ладно? Серьёзно?!» Мысль обожгла меня такой злой иронией, что захотелось влепить ему подзатыльник. Но я не могла. Ничего не могла. Я слышала, как за дверью раздаются глухие удары, приглушённые голоса. Йо что-то говорил Лайзергу, и в его голосе всё ещё кипела ярость. Рио что-то шептал Трею, удерживая его на месте. А я сидела посреди этой комнаты, запертая в собственном теле, как в клетке. «Отпусти меня…» Мысль превратилась в мольбу.  Молчание. «Отпусти!» Мольба сменилась яростью, горячей, как расплавленный металл. Молчание. «Я… сейчас разозлюсь!» Рей не ответил. Но я почувствовала, как он усилил давление, будто готовился к буре. И тогда что-то во мне сломалось. -А-а-а! Крик вырвался не из горла — из самой глубины. Я рванулась вперёд, сдирая с себя его контроль, и почувствовала, как внутри что-то взрывается. Голова закипела, в висках запульсировала боль, а из груди вырвалась волна такой силы, что меня саму едва не сбило с ног. -Твою мать! Крикнул Трей, и я краем глаза увидела, как его отбрасывает к стене. Комнату залило нежно-голубым сиянием. Оно струилось от меня, обтекало мебель, пульсировало в такт моему бешеному сердцу. -Я сказала — отпусти меня! Мой голос звучал чужим, но это была я. Настоящая я. -Анабель! Рио рванулся ко мне, но его тоже отбросило — он врезался в кровать и замер, глядя на меня расширенными глазами. Дверь с грохотом распахнулась. На пороге стоял Рен. Его лицо было бледным, взгляд — острым, как лезвие. Он окинул комнату быстрым взглядом, оценивая ситуацию. -Успокойся! Рявкнул он, и рядом с ним материализовался Басон, готовый защищать. -Басон! Я хотела сказать, что всё в порядке. Что я в порядке. Но из горла вырвался только сбивчивый выдох. Сияние вокруг меня дрогнуло, стало меркнуть. Рей внутри меня отступил, оставив после себя пустоту и дрожь в коленях. Я посмотрела на Рена, на Трея, который уже поднимался, потирая плечо, на Рио, всё ещё сидящего на кровати с ошарашенным лицом. -Я… Голос сорвался. -Мне нужно… Я не договорила. Силы оставили меня, и я начала оседать на пол, но чьи-то руки успели подхватить. Рен. Он держал меня, и в его глазах не было страха. -Почему вы не даете мне поговорить с ним?! -Потому что ты лезешь в пекло! Голос духа вырвался из моих уст, искажённый моими голосовыми связками, но с его интонациями — властными, непреклонными. -Ты хочешь спасти того, кто едва не отправил тебя на тот свет! -Он ведь ничего не помнит! А Йо сейчас может сделать то, о чём будет жалеть.  -Йо не дурак.  Рявкнул Рей, и я схватилась за голову, словно два голоса внутри меня вступили в смертельную схватку. -Он остановится.  -Ты просто не знаешь, на что способен человек, когда защищает тех, кого любит! Слова повисли в воздухе. Рен замер, Трей перестал потирать ушибленное плечо. Рио, наконец, поднялся и прислонился к спинке кровати, глядя на Анабель с выражением, в котором смешались боль и понимание. -Отпусти её.  Тихо сказал Рен. -Рей, отпусти. -Я не могу рисковать.  Ответил дух уже спокойнее, но в его голосе слышалась усталость. -Если она выйдет сейчас, то… -Она не ребёнок! Рен повысил голос, делая ещё один шаг вперёд. -И она уже приняла решение. Твоя задача — защищать, а не приказывать. Я замерла. Внутри меня, казалось, шла невидимая битва, и по моему лицу текли слёзы — беззвучные, отчаянные. Свет погас. Волосы опустились на плечи. Я покачнулась, и Рен успел подхватить, прежде чем я рухнула на пол. Повисла на его руках, тяжело дыша.  -Прости.  Выдохнула я, глядя на Трея и Рио. -Простите меня. Я не хотела… -Живы мы.  Трей поднялся, морщась от боли в плече, но его глаза смотрели на меня с теплотой. -А вот ты… ты как? Я попыталась улыбнуться, но не получилось. Я перевела взгляд на Рена, который всё ещё держал меня, не отпуская. Рен посмотрел на Трея. Тот кивнул. Рио, уже стоящий на ногах, молча двинулся к выходу. Но не успели они сделать и шага, как дверь открылась сама. На пороге стоял Йо. Его лицо было бледным, глаза потухшими, но в них уже не было того бешеного огня, что бушевал ещё несколько минут назад. Только усталость. Глубокая, выматывающая усталость человека, который стоял на краю пропасти и вовремя отступил. -Лайзерг жив.  Сказал он, и голос его был хриплым, словно он провёл час в крике. -Я… не тронул его. Он вошёл в комнату и замер, увидев разгром. Мебель сдвинута, на стене трещина, Трей потирает плечо, Рио сжимает ушибленный локоть. И меня — бледную, заплаканную, с красными полосами на шее, которую поддерживает Рен. Я высвободилась из рук парня и сделала шаг к Йо. Мои ноги дрожали, но я шла прямо, глядя ему в глаза. -Я обещала рассказать правду. И я расскажу. Всю. Какую знаю сама. Йо посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на парней. Все они смотрели на него с молчаливым пониманием. Он медленно кивнул. -Тогда садись.  Сказал он, беря меня за руку.  -Это будет долгий разговор. Я сжала его пальцы в ответ. -Я больше не хочу, чтобы между нами были секреты.  Прошептала я, глядя ему в глаза. -Между всеми нами. Я опустилась на край кровати, и Йо сел рядом, не отпуская моей руки. Рен прислонился к стене, скрестив руки на груди. Трей и Рио расположились напротив, на полу, прислонившись к шкафу. За моей спиной, в полумраке, появился Рей. Он не смотрел ни на кого, опустив глаза, и в его позе впервые не было привычной стали. Только тихая, безмолвная поддержка. -Если готова, то начинай. Сказал Йо.  Я глубоко вздохнула. Мне казалось, что я стою на краю обрыва. Но рядом были те, кто не даст упасть. -В день, когда убили моих родителей… Я прикрыла глаза, пытаясь отогнать воспоминания и боль утраты. Тяжело выдохнула.  -Хао не смог завершить начатое. Я осталась жива, переняв часть его силы. Сестра воспитала меня сама, ни давая намека на то, кто я есть и кем были мои родители. В детстве я не видела духов, не могла общаться с ними, потому что на мне стояла.. печать, скрывающая мои силы.   Заметив, как дрожит моё тело, Йо лишь сильнее сжал руку. Я осмотрела ребят, которые внимали каждое моё слово.  -Сестре срочно нужно было приехать в Токио. Как вы знаете… я из клана Итако. В первый же свой день в Японии я встретила Йо.   Взглянула на парня и тот мягко улыбнулся. Теперь он был полностью противоположностью Хао. Но я знала… они связаны. Но могли же настолько похожие снаружи люди — так отличаться внутренне? -Когда время пришло уезжать — я встретила Хао. Не знаю как он почувствовал меня, как нашел, но с того момента начался мой путь в мире шаманов. Я не знаю почему Хао не убил меня.. ведь у него было столько возможностей, но он постоянно оказывался рядом. Складывается ощущение, что он ждет чего-то… Теперь настал момент говорить ту самую правду.  -Да. Лайзерг и правда хотел меня задушить, но Хао появился из неоткуда и вырубил его одним ударом. А затем… Я невольно схватилась за шею, проведя по ней рукой.  -Затем он просто свернул мне шею и я умерла.  Парни смотрели на меня с чистым удивлением и непониманием. Для них был непонятен тот факт, что я сижу перед ними живая.  -Я не знаю как и почему я жива, но…обманывать вас я не хотела. Правда! Я не знала как сказать вам правду, потому что.. Потому что мне самой очень страшно.  Слезы хлынули по щекам. Я прикрыла лицо руками, опустив голову. Тут же почувствовала едва ощутимые руки на плечах. Рей склонился надо мной, обволакивая тело как щитом.  -На твои плечи возводилось слишком многое, Анабель. Но у тебя появились друзья, которые готовы защищать тебя.  Йо положил руки на мою спину и притянул к себе, поглаживая.   -Рей прав.  -Точно. Хоть ты и противная, ходячая проблема, но мы теперь одна команда. Твои проблемы — наши проблемы.   Быстро протароторил Трей, подходя ближе.  -Мы будем биться до конца. И если этот Хао и правда такой сильный говнюк, то мы станем сильнее его! Рио сел на кровать, приобнимая меня за плечи. Я рассмеялась сквозь слезы от слов ребят и поблагодарила каждого за поддержку. Посмотрела в сторону двери и увидела, как Рен опустил взгляд, не сдвинувшись с места.  Мягко убрав руки ребят, я встала и подошла к нему. Рен поднял взгляд и склонил голову на бок.  -Если ты ждешь от меня таких же розовых соплей, то… Я не дала ему договорить. Обвила руками его шею и притянула к себе, обняв.  -Я знаю.  Только и всего. Я знаю, что он думает также как ребята, но не станет говорить или делать что-то при всех. Поэтому я поблагодарила его также. Молча, без лишней сентиментальности.  -А теперь… Я отодвинулась, не убирая руки с шеи парня.  -После всего этого ужаса — мы пойдем в кино на Дракулу, как и собирались! -Она ненормальная.  Трей покрутил у виска пальцем.  -Не беспокойся. Куплю тебе билет.  -Ты сейчас серьезно? Или Хао повредил тебе что-то, когда шею сворачивал? Рен скептически оглядел меня.  -Я серьезно. Хватит с нас недопониманий и страха. Хоть один вечер у нас может пройти спокойно? -С тобой — точно нет.