Просто такая сильная любовь

1

Лживая свадьба трещит по швам, когда на пороге зала появляются Алек с Магнусом, держась за руки. Изабель, в хромированно-белом платье, задыхается, глядя на брата и мага. Собственные чувства кричат внутри охотницы: беги! Сама же девушка не смеет сделать шага. Она молчит, когда безмолвный брат обращается к ней во второй раз. Она смотрит на Алека, что с лукавым прищуром отвечает ей. Он выглядит счастливым. В последний раз она видела его таким более трех лет назад, когда он познакомил ее с Неланэлем. Воздух упирается в горло, не желая ни входить, ни выходить. Джон Блэкторн смотрит на свою невесту со смесью беспомощности и смирения. Все время подготовки к свадьбе охотник видел, что избранница виртуозно избегает его общества, с улыбкой исчезая за очередным коридорным поворотом. Джон не идиот. Он в силах сложить два и два. — Иди, — говорит мужчина, мягко погладив девушку по предплечью. Изабель шумно дышит, часто моргая. В голове не складываются вместе шепот от родителей, сидящих аккурат в метре от нее и голос жениха, что подталкивает ее в сторону. В душе сумбур, в сознании туман. Ноги сами несут ее по красной дорожке, где ее ждет брат вместе со своим спутником. Мать встает, что-то грозно шипит, но Изабель не слушает. В черных глазах сияет прозрачный жемчуг, руки дрожат. Все существо буквально падает в крепкие братские объятия. Полуволк прижимает к себе сестру, вдыхая сирень с волос. Юная Лайтвуд жмется к парню, пачкая косметикой чужую черную рубашку на плече. Магнус, свыкшийся с неловкими ситуациями сумеречной семейки, в которую он добровольно ввязался, покровительственно хлопает охотницу по спине, улыбаясь. Она сделала выбор. Она выбрала брата, который полукровка с демонической кровью, и который привел на венчание мага. Она хочет быть с ними, а не на показательной церемонии, чья суть — выгода. Родители огорчены — это мягко сказано — и показательно не стремятся начать трудный разговор. Гости расходятся. Кто-то высказывает слова поддержки, кто-то фыркает презрительно. Джон не стал подходить, невербально послав одобрение улыбкой. Изабель ощущает себя свободной, впервые с момента согласия на предложение руки и сердца она вдыхает полной грудью, будучи даже готовой шутить на эту тему. Алек не перестает приобнимать девушку, посылая сигнал, что волк внутри готов высказать пару ласковых тем, кто осмелится прямо высказать неудовольствие. Магнус качает головой, нивелируя своей харизмой пассивную агрессию от нефилима. — Ты очень смелая охотница, Изабель, — говорит Бейн, — я восхищен. — Перестань, — фыркает черноволосая, стирая темный подтек туши с нижнего века, — это все из-за тебя. — А, так значит, я здесь лишний? — смеется Александр. — Я должен знать всю историю. — Ничего такого, дорогой, я просто напомнил твоей сестре, что Лайтвуды верны себе, вот и все. — Неужели? — оборотень ласково смотрит на мага. — И давно ты так хорошо знаешь мою семью? — Мне более четырех веков, как думаешь? — в тон говорит полудемон. — Разиэль, хватит, здесь дети, — подхватывает подошедший Джейс, стягивая с себя галстук-бабочку. — Иззи, я горжусь тобой. Девушка переключается с одного брата на другого, а после на Клэри и даже Саймона, что, будучи новоявленным вампиром, чувствовал себя не в своей тарелке посреди охотников. Пускай для него этот мир был также нов, как и для Фэйрчайлд, но он уже успел «хлебнуть радостей» жизни кровопийцы. Посчитав долг выполненным, Магнус ненавязчиво потянул полуволка домой. Расслабиться понастоящему удалось после ванный с кучей солей и масел. Пропитавшись ароматами, маг со смешком представил, как оборотень-нефилим будет чихать, жалуясь на «звонкость». Так Александр давал понять, что Бейн переборщил с гелями и парфюмами. Заготовив пару шуточек на опережение, маг вышел в гостиную, захлопнув рот также, как открыл его секунду назад. Лайтвуд сидел на диване понурый, серьезный. Полуангел как никогда был похож на сумеречного охотника, задумчиво уставившись в одну точку и игнорируя все вокруг. — Все в порядке? — Магнус осторожно подошел сзади, заранее оповестив о себе голосом. Он знал, что оборотни щепетильно относятся к личному пространству и не любят внезапных «встреч» со спины. — Ты напряжен. — Просто… эта свадьба не выходит из головы, — выдохнул Алек, откидывая голову назад. Маг принялся разминать жесткие мышцы плеч и шеи, вызывая у нефилима блаженный стон. — Я знал, что родители поставили на мне крест, но чтобы вот так использовать Иззи… когда мы говорили с Маризой, я думал, что-то изменилось, но… — Некоторые люди не меняются, Александр, твоя мать… непростой человек. — Ты хотел сказать «стерва». — Скорее консерватор. Алек перехватил смуглую ладонь, целуя кисть. — Она отойдет, пройдет время, но отойдет, просто… — У нее искривленное понятие «лучшего», это я знаю, — хмыкнул маг, наклоняясь ниже и обхватывая руками шею возлюбленного. — Знаешь, когда она была беременна тобой, у нас состоялся… скверный разговор, вследствие чего я сказал, что мне плевать на нее и ее мерзкого отпрыска. Алек замер. Развернулся вполоборота и повел бровью. — Это вот сейчас к чему было сказано? — К тому, что все склонны ошибаться, дорогой, — улыбнулся полудемон, — и к тому, что я заранее прошу прощения, если вдруг эта информация ненароком когда-нибудь всплывет. Лайтвуд беззлобно рассмеялся, прижимая к себе обхватывающие его руки. — Мерзкий отпрыск, да? — оборотень легко выпутался из объятий, сменив ореховый блеск на лазурный. — Думаю, на новом постельном белье недостаточно белой шерсти, как считаешь? — Нет, Александр, что угодно, только не это, — Бейн отошел, видя как начинают преображаться человеческие черты в звериные. — Умоляю, я ведь заказывал ткань в Италии, Александр!.. Полностью перекинувшись в волка, зверь грациозно перескочил спинку дивана, рысью метнувшись в спальню. Магнус кинулся наперерез, понимая, что это бесполезно.

2

Следующие несколько дней были насыщены многими трагедиями, пошатнув душевное равновесие и мага и гибрида. Один из друзей Магнуса погиб. Рагнор Фелл, пусть и зануда, которого хотелось как следует встряхнуть, был лучшим другом, прошедшим не одно столетие бок о бок с Бейном. Добивало то, что рогатый маг умер на руках Магнуса, что ничего не мог с этим поделать. Ни спасти, ни отсрочить смерть. А все потому, что у него хранилась информация, как пробудить ото сна мать Клэри. Как же много душ оказалось вовлечено в игру. Алек провел многие часы рядом с безутешной парой, впервые на памяти игнорируя прихоти волка, полностью отдаваясь другому человеку. Зверь внутри рычал и скребся, требуя минуты внимания, но оборотень стойко вынес ломку, оставаясь рядом с магом и обнимая того со спины, пряча от всего мира. Волк, может, и хотел по-своему тоже успокоить Магнуса, только чутье подсказывало, что сейчас мужчине был нужен человек под боком, а не лохматое животное. Была и толика радости — разбудить Джослин удалось, только вместе с этим Джейс оказался в пленниках у Валентина. Алек попросил знакомых из Нижнего мира что-нибудь разузнать, чувствуя себя беспомощным как и год назад, когда… Оборотень тряхнул головой, прогоняя мысли. Сейчас он нужен близким сильным, тем, кто возьмет ситуацию в свои руки и даст надежду. Только он никогда не хотел быть этим «тем». Слишком большая ответственность, слишком велики риски. Однажды ему пришлось обжечься, и он малодушно сбежал, как делал всегда. Лидеры не убегают, а он делал это чуть ли не с момента осознания действительности. Сейчас на его попечении была сестра, переживающая о брате, недовозлюбленная Джейса, так и не разобравшаяся в своих чувствах, Магнус, что пережил потерю друга, родители, что вспомнили о нем и стали активно привлекать к работе. Эгоизм тоскливо ныл о временах, когда он был предоставлен сам себе, мог идти куда хочет, делать, что вздумается, отдаваться волчьим инстинктам. Теперь этого не было. Алек терпел. Вспоминал духовные практики нефилимов и терпел. Он не только полуволк. Он полуангел. У него есть обязанности. У него есть Бейн, которого он поклялся беречь, чтобы не повторить… Вновь голова дернулась, прогоняя воспоминания. — В конце концов, если не ради любви, то для чего?.. — усмехнулся оборотень-нефилим, припоминая слова давнего друга. Лайтвуд заглянул в темную спальню. Магнус спал, обхватив подушку с его половины руками. Алек провел больше суток на ногах — четырех — ища намеки на следы Валентина, Круга или Джейса. Город молчал. Дороги молчали. Воздух молчал. Парень повел гудящими плечами, сделав шаг к постели и застыв. Маг крепче прижал к себе подушку, утыкаясь в нее носом. В голову пришла идея. Сняв одежду, оборотень перекинулся, засеменив лапами по паркету. Волчья морда опустилась на матрас, думая, как лучше вытянуть подушку из рук полудемона. Облизав желваки, зверь подошел со стороны ног, схватив зубами край ткани. Вытянув предмет в пару рывков, оборотень занял место подушки, вклиниваясь между руками и грудью мага. Бейн во сне заворчал, прижимая к себе теплый шерстистый бок. Волк навострил уши, спустя пару минут лизнув смуглый нос. Магнус поморщился, но не проснулся. Алек устроился в кольце рук, грея собой пару. Морда устроилась под подбородком мужчины. Хвост прошелся по бедру мага, заворачиваясь под задние лапы волка. Пускай утром Магнус будет недоволен, пускай отпустит не одну едкую шуточку в сторону «одного линяющего недоразумения двух миров», но сейчас, когда он так доверчиво жмется к массивному телу зверя, когда ищет успокоения в чужом сердцебиении, все остальное — мелочи.