ЖИВОТная страсть

      Большой парень, насколько возможно с его комплекцией, постарался как можно тише юркнуть в самую глубину зала. Ему повезло, что среди этих сов не оказалось ни одного желавшего усесться дальше шестого ряда, а не исключено, что они в принципе сели, куда глаза глядели, и где было свободно; никто ж не смотрит, а зал почти пустует, выбирай место — не хочу. И Тёма выбрал, подальше от остальных, на отдалении. Он смог вдоволь раскинуться на все три ближайших места и погрузиться в действо на экране. Однако само действо, хаотично мельтешащее на экране и претендующее на громкое название «кинокартина», его нисколько не привлекало и не вызывало интерес. Зато интерес у него вызвала троица ребят, с животрепещущим интересом обсуждающих творящееся на экране. Похоже они были единственными на одиннадцать ночных зрителей кто был полностью погружён, осведомлён и достаточно эрудирован о содержании фильма. Ботаны, нет это про учёбу, тогда — задроты. Или более политкорректная транслитерированная версия с английского — гики. Для таких ребят, как Артём — это одна малина. Не пристало ему разбираться в сортах подобного дерьма. Зато очень даже пристало подсесть поближе и порофлить. Чем он и решил заняться, чем дальше скучать, бездумно залипая в экран. Он сел прямо за ними по серединке, благо там было свободно. Вблизи он смог узнать в них ту троицу неуверенных забитков, что после покупки билетов уже навострили лыжи к бару, но быстро дали заднюю как увидали здоровяка за прилавком. Це открытие только подожгло его интерес и настрой. Сначала он пытался привлечь их внимание потихоньку, чтоб посторонние сильно не обращали внимание, но настойчиво подзывать через ёмкое «псст». Но посторонние всё же оглядывались, однако им не хватало смелости что-либо сказать большому парню. Да и он делал это неспешно и размеренно, что не успевало вызвать сильного раздражения и давало время перевести мысли обратно на экран. Сами же нерды, пару раз легонько оборачивались, но недостаточно, чтобы толком разглядеть прицепившегося к ним задиру. И когда это развлечение наскучило Артёму, он перешёл к более решительным действиям, а именно бесцеремонно, не сдерживаясь, пнул кресло перед собой, где сидел центральный паренёк. На такое ребята не могли не отреагировать и всё же они обернулись, чего строго настрого не стоит делать, согласно крипипастам. Там широко расставив ноги, занимая таким образом три кресла, развалился большущий парень, также водрузивший свои ручищи на спинки соседних кресел. Они достаточно долго смотрели, вглядываясь в мерзавца, что посмел потревожить их, что не только успели его разглядеть подробно и со всех сторон, так ещё и узнать в нём бармена, у которого они постеснялись купить себе закуски; так и ещё создать неловкую ситуацию от долгого разглядывания, которой тот непременно решил воспользоваться и игриво подмигнул им, отчего они резко, смущенно отвернулись от здоровяка. Тот не совсем этого ожидал, однако он был очень доволен реакцией. Так было даже лучше, чем просто поугарать и побуллить этих заморышей. И Тёма дальше решил идти в этом направлении. Включив альфу, он облокотился сзади на центральное кресло спереди, таким образов нависнув над гиком посередине, а руками обхватил соседние кресла, таким образом же приобняв двух других за плечи. Мальчишки загорелись ярче красных звёзд, да что там красных и голубых они переплюнули. А Тёма, доминируя над ситуацией и парнями, предложил им присоединить к нему скрасить одинокую тёмную ночь, а также слегка развлечься. Парнишки поначалу неуверенно и сильно смущенно пытались было отвертеться от предложения большого парня, но тот сбавил обороты, дабы они не думали, что здоровяк просто над ними угорает, и это какой-то пранк. Когда они расслабились он ещё раз предложил им хорошенько подумать о весёлой ночке, особенно учитывая, что у него, в комнатке для персонала припрятана бутылочка отличной выпивки. Остальную часть фильма он мариновал их, и когда прочие свидетели поспешили удалиться, а ребята были достаточно обработаны, Тёма открыл им, прямо за залом, широкую служебную дверь, через которую возят всякие тележки и аппаратуру, дверь к обещанному приятному времяпрепровождению.       И тут ребята попали в закулисье, вернее в служебные помещения. Они оказались менее впечатляющими чем ожидалось и представляли из себя коротенький коридорчик, с четырьмя широкими металлическими и также четырьмя обычными, базовыми дверьми. За широкими, двухстворчатыми были переходы в другие зоны, за обычными во внутренние помещения. Большой парень, перемещающийся здесь по-хозяйски уверенно, предостерёг любопытных ребятишек не лазить куда не просят, если они не хотят, чтобы их выкинули со скандалом. А такие ребятки не любят скандалить. А ещё такие ребятки, обычно, делают как скажет более сильный, либо влиятельный … вожак, альфа. Тёма безусловно был альфой, и он вел эту стайку замухрыжек за собой в комнату персонала, единственную неогороженную. Здесь было где расположиться, и диванчик на три персоны, и стол с парой стульев, туалетная комната и душ, в виде поддона с занавеской. Когда все три задницы неуверенно водрузились на диванчик, Тёма поковырявшись в своих закромах, о которых никто знать не знает естественно, извлёк заветную, заложенную бутылочку. Он был больше чем уверен, что эти сопляки никак не могли себе позволить побаловаться подобным напитком. Но если он хочет их заполучить, то сначала, как водится, надо предложить бокальчик. Но ни бокальчиков, ни фужерчиков, ни даже стопочек, само собой здесь взяться неоткуда, а потому в ход идут пластиковые стаканчики, хоть у Артёма от этого сжимает сердце. А ребяткам-то и всё равно, да тут особо не поважничаешь. Приходится соображать из обстоятельств. Парнишки с каким-то трепетом и благоговением наблюдали, как Тёма открывает своё «сокровище», и, превозмогая себя, разливает субстанцию около чайного цвета. Как он делал это чёткими, отточенными движениями, целое представление. Далее в его руках оказалась большая бутылка колы из холодильника. И теперь чёрная жидкость растворяла в себе изначальное содержимое стаканчиков. Теперь у каждого из парней был стаканчик с казалось бы обычной колой, и на первый взгляд никто не скажет, что они собрались здесь выпивать. Это была ещё одна иллюзия, способствующая более легкому принятию сего решения. А большой парень кажется готовился к ближайшей попойке, ибо на столе также оказалась тарелка с нарезанным сервелатом. Если кому надо закусить. А закусить надо было, ведь для ребяток подобный напиток, даже такой разбавленный, был сильно в новинку. Двое из них даже с непривычки принялись откашливаться. «Вот позорище! Наверное ничего кроме пивка тайком, за гаражами, чтоб мамка не увидала, не пробовали». Однако дальше уже парни входили во вкус, распробовав дивное пойло. Тем не менее градус был для них высок, и они быстро достигли нужной Артёму кондиции. Тогда дальше он решил сделать ход конём. Резко начав снимать с себя верхнюю одежду под уже откровенно любопытные и ожидающие взгляды гиков, Тёма чётко декларировал им: — Я в душ, а вы подождите! — после чего хитро улыбнулся и зашёл за стенку, за диваном. Парнишки разгорячённые и разморенные выпитым уже перестали стесняться и бояться как «неправильности» того к чему это ведет, так и, собственно, того к чему ведет. Да и кому это сейчас важно? Разве имеют значения такие глупости в подобной ситуации? Их теперь вело укрепившееся и осознанное желание, неуверенно возникшее ещё тогда в зале, или даже ещё в баре, когда они увидели этого здорового красавца. А сейчас они чётко давали себе отчёт, что они здесь делают, что будет дальше. И что, по сути, это добровольно, и что это, по сути, будто, в порядке вещей. Как тут можно устоять-то? Вот этот здоровяк, там за занавеской — альфа-самец, они — счастливые омежки, которым выпал шанс соприкоснуться с чем-то возвышенным, прекрасным. Хоть они и смутно представляли как это будет выглядеть, своего опыта у них как такового нет, но инстинктивно знали, что нужно делать, или что с ними будет делать большой парень. Самый короткий из них, приземистый, упитанный пухляш, которого приятели называли Володей не мог сдерживать себя и то и дело, поворачивался в сторону звуков текущей воды, где мельком можно было углядеть не обращающего ни на что внимание здоровяка, за болтающейся шторкой. Да и сидящий рядом с ним длинный в очках, именуемый Дмитрием, то и дело также косил туда свои слегка раскосые шаловливые глазки. — Идите и спинку ему потрите, в самом деле, раз так хотите! — не выдержал и усмехнулся третий парень. — А сам не хочешь, Некит? — думал, что подъебал его Володя. — Просто я знаю, что сейчас не время. — Некит потянулся за очередной колбаской. — Ой, ну чё ты лечишь, сам на него больше всех глазеешь! — Он это спецом сделал, чтобы мы тут мариновались как ему нужно и сильно желали его возвращения. — Звучит разумно. — встроился в беседу более «трезвый» Дмитрий. — А потому, когда он придёт, мы будет милыми и послушными, и он будет вертеть нами как захочет. — На хую будет вертеть, эхех! — подавился пьяным смешком Володя. — С тебя и начнёт. — А ты не хочешь? — Я лучше дольше помаринуюсь, тогда будут сильнее ощущения. — Ах ты ж… — не успел договорит коротыш, как сзади на фоне исчезли звуки струящейся воды. Их заменили шуршание и шлёпанье. А их в свою очередь тяжёлые, глухие шаги. И вот. Здоровенный парень с мощным телосложением и выставленным напоказ всем что у него есть: и сильные, крепкие руки и широкая, твёрдая грудь и слегка выпуклый, плотный живот; кроме разве что своего красавца, притаившегося за обёрнутым вокруг пояса полотенцем. Но и этого зрелища паренькам было достаточно, чтобы они выпали в осадок. От этого крепкого, накаченного тела, над которым его обладатель проделал нехилую работу, так и веяло силой, мужеством, доминированием, оно являло собой образец мужской красоты и эстетичности, от которого тяжело было и глаз оторвать. А ребята и не хотели, наоборот, они поддавались искушению подчиняться его обладателю. И более энергичный Володя, и более рассудительный Некит, и более трезвый Дмитрий. А довольный произведённым эффектом Артём сократил дистанцию и был уже почти вплотную рядом с диваном. Теперь мальчикам ничего не мешало прикоснуться к чему-то большему, возвышенному, чем, неожиданно для себя, первым воспользовался Некит. Не больше всех желающий и сильнее всех поедающий взглядом Володя, ни Дмитрий, что также исподтишка бросавший взгляды в сторону душа, а сам Некит, тот что решил мариноваться дольше всех. А сейчас, значит, он решил быстрее всех потянуть свою ручонку и водрузить её на мышечный живот большого парня. Там, под приятной на ощупь горячей кожей, он почувствовал, как крепкие мышцы пришли в тонус и ответили на его прикосновение, что вызвало необычайный восторг у паренька. Эх, если б Некит сам ходил в зал, а не хернёй страдал с дружками, сам бы сейчас был примерно таким же, и дружки тогда также стелились бы уже под ним. А пока они только последовали его примеру. Но не мощные пласты грудных мышц, ни сильные руки так не заинтересовали ребят, как слегка выпуклый живот перед их глазами. Пропорционально им, особенно приземистому Володе, он был достаточно большим по площади, что даже шесть ладошек не смогли покрыть его полностью. А его легкая выпуклость, в противовес стандартному выделенному прессу, только больше манила, вызывая желание погладить его. Провести рукой по этой шёлковой коже. И хоть мышцы наружу не проступали, они отчетливо ощущались, живот был не менее крепким, чем остальные места. От этих милых ласк в три-шесть ладошек Тёму начинало накрывать и полотенце, прямо перед очками Дмитрия, стало постепенно приходить в движение. Это ещё больше завело мальчишек, особенно Володю. Хоть тот и преисполнился больше остальных, но именно Дмитрий небрежно стянул этот мешающий кусок ткани, после чего ему прямо по носу прилетело объемной, уже разбухшей и пришедшей в боеготовность огромной колбасиной. То что мальчики оказались поражены увиденным, будет даже преуменьшением. Такого большого они не ожидали увидеть, да и не видели никогда, и справедливо предположили, что могут с ним не справится. Он должно быть сантиметров тридцать, как минимум, по скромной оценке Дмитрия, который увлекался работой с токарным станком и мог примерно на глаз определять размеры; и где-то шесть-семь в поперечнике. Разве такие большие большие бывают? Но это только усиливало внутренний трепет, ведь, как заведено и по ощущениям, чем больше — тем лучше. И естественно этот массивный исполин также очень сильно манил, вызывал благоговение и желание повзаимодействовать с ним. Да после такого обычный, средний, стандартный член уже не будет впечатлять. И вряд ли он сможет оставить кого-то равнодушным, разве только самого фригидного асексуала, или кого-то слишком маленького, кто будет сразу порван им. Некит опять первым распустил свои руки. — Зачётно, мужик! — а вот Володя больше всех преисполнился, и его неконтролируемый поток эмоций, вызывал неприятные судороги на его лице. — Не называйте меня «мужик»! — грубо, но властно потребовал Артём, оборачиваясь за стаканом с напитком к столу, пока мальчики по очереди осмеливаются обхватить его огромный дрын. — Чего это? Ты ж мужик! Причём, — Володя намекнул на его пульсирующий, горячий ствол, больше своего предплечья, — С большой буквы. — Лучше тогда уж Мужчина! — здоровяк сделал глоток чистого вискаря, не утрудив себя разбавлять его колой. Но не отвлекаться же ему, когда три ручонки, пока ещё, так неуверенно водят руками по его члену. Это так мило и забавно смотрится, оттуда, сверху, с его стороны, стороны обладателя сего хозяйства. А их лица. Их лица просто умора. — А в чём разница? — решил поинтересоваться Некит. — Да, мужик! — не унимался Володя. — Мужики в поле! — резко ответил Артём, которого уже начинало подташнивать от этого слова. — Или под лавочкой бухают. — А мы?.. Э, ты, не бухаешь сейчас? — заулыбался Некит. — Мы-я культурно выпиваю, это другое. — Звучит разумно. — снова вставил свои пять копеек Дмитрий, перед самыми глазами которого проносился слева-направо Тёмин конец. — Одна херня. — снова подавился смешком Володя. — Может для такого обрыгана разницы и нет… Что-то ты слишком много болтаешь, может лучше пасть свою с пользой дела используешь? — Тёма выхватил свой ствол из рук ребятишек и направил в сторону главного бедокура. Остальные двое ожидающе уставились на приятеля. Тот ещё немного пьяно погримасничал, после чего-таки ухватился за член, как за перекладину, двумя руками и небрежно попытался запихнуть в свою пасть. Но так как пастька у Володьки была с гулькин нос, то и воплотить задуманное оказалось не без труда. С трудом он натянул свои губешки поверх смачной головки, а вот посмаковать её или даже просто подвигать головой взад-вперед не представлялось больше возможным. Он так основательно и туго налез, что рисковал так и застрять, но ему удалось болезненно ещё раз раскрыть рот больше меры и освободиться. Чтоб больше не мучаться он принял единственно верное решение — продолжая держаться обеими руками, он водил губами по головке, лишь слегка, наполовину, погружая внутрь, и помогал себе языком. Взялся за него за чрезмерно огромный леденец, либо эскимо, «одна херня». В тоже время друзья его пребывали в некотором замешательстве. Да, как сейчас Володька работает своими губёшками и помогает руками навстречу, зрелище, конечно, очень завораживающее, вот только изначальная демо-версия слегка испортило ожидания. С другой стороны, что они ожидали от такой махины, когда они его только увидели? Когда он выскочил на свет Божий, гордо показать себя во всей красе, можно было заподозрить, что всё пойдёт не как по маслу. Он ведь, по идее, с таким колоссальным агрегатом должен испытывать трудности, ведь не каждый человек, у них рядом сидит пример, сможет его принять. И ладно в рот, рот, если что можно и пошире найти, а вот зад. Ему без подготовки и обычный член с первого раза непросто принять. Да его можно растянуть и подготовить, но к подобному, ребятки были не готовы. И настолько они погрязли в этих размышлениях, каждый по-своему, что даже пропустили, когда вахта Володи закончилась, и он, вдоволь насосавшись, передал эстафетную палочку дальше. Так как Дмитрий протупил, следующий ухватился Некит. Он со знанием дела подошёл уже к Тёминому члену, ухватив ближе к основанию, продолжил стимулировать ствол, попутно окружая конец губами. Ему самому было интересно, сможет ли он погрузить его в рот и насколько глубоко. И он смог, головка отлично легла на его язык и заняла собой почти всё внутреннее пространство. От столь крупного и широкого объекта во рту, Некит пришёл в настоящий восторг и принялся радостно полировать его языком. Вот кто-кто был в самом настоящем восторге, так это Тёма, всласть опрокидывая стаканчики с любимым напитком и получая удовольствие от трёх юнцов. Для него это одно из излюбленных занятий — погружать свой знатный ствол в разные узенькие, тёпленькие человеческие отверстия. Особенно, когда обладатели сих отверстий сами хотят ему угодить, что случается почти постоянно. И сейчас после потрясающего массажа язычком его член в руках Дмитрия покидает тёплую полость рта Некита и попадает теперь в рот парнишки в очках. Тот также, успешно, обхватывает член губами и также проходится по не нему языком. Эх, если б Тёмка только мог, он бы ухватил этого паренька за затылок и натянул бы его на свой ствол по самый корень. Так что, разве не может, очень даже, кто ему помешает, правда, это приведёт к очень неприятным последствиям для мальчишки, а такого им здесь не надо. Особенно Артёму доставляло, когда его конец упирался в нёбо паренька. Также он заметил, что Володя, поначалу наблюдавший за приятелями, начинал скучать, а потому пора было переходить на другой уровень.       Следующий уровень был захватывающим конкурсом. Кто быстрее заставит Артёма кончить, с тем он и будет первым развлекаться ночью. Хоть парни и побаивались ощутить этот шланг в своем заднем проходе, но вожделение всё же превосходило. Это было сродни гипнозу, отключающему инстинкт самосохранения. Некий шарм, или же скорее соблазн. Продолжая доминировать, Тёма прогнал гиков с диванчика и сам важно расселся на нём, широко раскинув ноги. Теперь парни были вольны сами выбирать где и как устроиться, благо здорового Артёма хватало на всех троих. Володя как самый хитрый и мелкий быстро занял самое вакантное и выигрышное место — между широко раскинутых ног, ближе к члену. Хотя как посмотреть. И несмотря на то, что там могли уместиться сразу двое, тот, понятное дело никого не подпускал. Следующим по хитрости оказался Некит, который улегся своим торсом на свободную часть диванчика, слева от здоровяка, и сложив руки на широком бедре Артёма, оказался лицом прямо перед его членом. Дмитрий не стал ничего выдумывать, и расположился справа. Когда места были заняты, спектакль начался, а с ним и началась нешуточная борьба за удовлетворение большого парня. За его потрясающий член, и попытку первым ощутить его в себе по-настоящему, по-взрослому. С равным успехом мальчишки выхватывали друг у друга заветный ствол, чтобы на время одарить его теплом и влажностью своих ртов, под усердный аккомпанемент вздрачивающих рук. Разве что Володя слегка уступал друзьям, но он компенсировал это искренним старанием. Пока член переходил из рук в руки, парни немного отвлекались, дабы одарить лаской другие части тела Артёма. Тусующемуся между ног Володе досталось переключиться на объёмные, накаченные бёдра, почти вполовину его шириной. Некит одаривал вниманием плотный живот, что также был поблизости от его лица, а Дмитрий оказывал своё почтение крепкой груди и сильной правой руке с трудно обхватываемым бицепсом. А Тёма? Тёма сейчас пребывал в долине блаженства. Как для него подобное ни было привычно, он никогда не пресытится, ему всегда будет греть душу, что он вызывает восторг у окружающих и желание ублажать его. А ему и делать-то почти ничего не надо. Но он не собирается сидеть статуей Зевса, он любит не только получать удовольствие, но и сам показывать свою мужественность. Но это ждёт ребяток в следующей части. Которая уже близилась. Ибо сидеть так всю ночь напролёт они не смогут, как бы большому парню не хотелось. Плюс мальчики так хорошо постарались, что ему уже трудно было сдерживаться. И в этом уже не было нужды. Когда Дмитрий в очередной раз перехватил Тёмин шланг и впился в него, тот затрясся, как в припадке, и выдал очкарику часть Тёмкиных запасов, что тот чуть не подавился. И он стал победителем, к некоторому расстройству остальных. Тёма же поспешил заверить ребят, что его на всех хватит. Для самого главного развлечения здоровяком было установлено переместиться в спальную зону. После того как парни быстренько убрали следы весёлой пьянки-гулянки, они прошли в самую дальнюю комнату.       Спальная комната была идеальным местом для организованного Артёмом «развлечения». Помещение без окон, без чего бы то ни было ещё лишнего, лишь с тремя парами повернутых друг к другу диванчиков, спинками в роли бортиков, разделяющими общее спальное пространство на три равные части, умывальником и мусорным ведром. Раз комната предназначена для сна, то есть постоянно царит абсолютная тьма, лишь небольшая полоска желтоватая полоска под дверью, была единственным источником света из коридора. А, ну и здесь, вообще-то, есть лампы, но парнишкам об этом знать незачем. Тёма не хочет, чтобы эти пьяные оболтусы испортили ему его игру. Как бы там ни было, но именно он устанавливает правила, и решает когда и каким образом он использует парней для своего удовлетворения. А они как овцы покорно следуют за волком под прикрытием пастуха. И волк завел их в клетку. Но перед тем как развоплотиться и показать свою натуру, волк решил ещё побыть некоторое время пастухом, как было в одном из его изначальных планов на вечер. Всё-таки раз они уже здесь, и жаждут чтобы их использовали, то чего уж добру пропадать, надо брать, пока дают. И сейчас, включив фонарик на одном из смартфонов и положив его в углу, Некит с Дмитрием расположились на крайней дальней кушетке, а Володя на средней. — Так дело не пойдёт. — Артём положил руки на пояс и навис на Володей. — Меняйтесь, он первый. — здоровяк поочередно указал сначала на Володю, затем на Дмитрия. И те покорно подчинились, им отчего-то было тепло и приятно, а главное так естественно, подчиняться большому, сильному парню. Не успевает парень в очках занять своё место, как Тёма его опрокидывает на диван, что тот теперь лежит перед ним такой слабый, невинный, беззащитный. А над ним нависает… и знает что делает. Знает, и лезет руками своими, лишить паренька лишних элементов одежды. Когда штаны были сброшены, а ноги задраны, Артём дал свободу своему члену, тот снова был полностью готов, будто незадолго до этого из него не выжали, не все, соки. Но большой парень не испытывал каких-либо неудобств по этому поводу. Неудобства ждали скорее Дмитрия, когда огромный болт начал прокладывать себе путь в горячее человеческое нутро. И даже обильная смазка не особо помогла делу, девственно чистое очко для начала по-хорошему необходимо было разработать, чем Тёма не любил себя утруждать. Обычно и так со временем налезали. И Дмитрий постепенно с каждым новым толчком начинал постепенно привыкать, хоть это и было довольно болезненно. И уже через пять минут Артём уже вовсю долбился в очкарика, погружаясь на добрую половину внутрь. Для него и этого было достаточно, ибо узенькое небольшое тельце, так вплотную обхватывало внутри его член, даже немного сдавливая, что он получал даже большие дозы кайфа. Ребятки же на соседней кушетке максимально глубоко прониклись открывшимся зрелищем. И если они оба и хотели занять место стонущего от удовольствия друга, то в тоже время Некитом овладел и другой позыв. Плюс, что они будут просто так сидеть и ждать? И тогда парень последовал примеру здоровяка и уложил под себя Володю, к некоторому замешательству последнего. Но последующие протесты не возымели должного эффекта, и тот скоро сдался под напором друга, они ведь сюда по факту для этого и пришли. Правда, никто не ожидал, что пойдёт таким путём, или они бы уже как-то сами исполнили подобное, но под влиянием крепкого алкоголя, а также подающего пример развратного Артёма, всё уже пошло по накатанной. А сам Артём гордо ухмыльнулся внезапной активности на соседней койке, и продолжил двигать тазом, погружая свой член в глубины Дмитрия. Некит также нацелился погрузить своё хозяйство в глубины Володи. Его, уже тоже вовсю готовый, ствол был не такой внушительный как у здоровяка, но в то же время был вполне себе впечатляющим, чуть меньше чем в два раза короче Тёмкиного. Только для коротышки Володьки и он казался большим. Продолжая следовать дурному примеру, Некит раздвинул пухлый зад друга и принялся погружаться. Малыми долями Некиткин конец раздвигал плохо поддающуюся плоть. Но с каждым движением, с каждым толчком прикладываемые силы окупались. Володя же решил, что эта разминка очень даже ему кстати, ведь его очкастый приятель отправился справляться со своей задачей абсолютно не подготовленным. А вот его разработают. Некит всегда был в их троице самым инициативным, но сейчас он как будто с цепи сорвался, словно отыгрывался за упущенные ранее возможности. Видимо, теперь, после знакомства с Артёмом у низ появится новое совместное занятие. Пухляш уже привык к перемещающемуся и заполняющему его внизу члену друга, каждым толчком разносящему по телу неведомую ранее приятную истому. И все четверо получали удовольствие, каждый по своему, но так не могло продолжаться бесконечно. Раз Тёма первым начал, то первым он и закончил, снова наполнив Дмитрия своими биологическими жидкостями. Однако он и не думал останавливаться. Этим воспользовался более хитрый Володя, дождавшийся когда Некит из него выйдет, и перемахнув бортик, снова оказался перед Тёмой. Дмитрий же пересел на кушетку к ещё не отстрелявшемуся Некиту. Так они поменялись партнёрами. Вот только если Володя и ждал, когда ему засадят, то для парня в очках поведение друга, когда его повторно уложили, показалось также неожиданным, как и Володе ранее. В то же время друг не особо-то сопротивлялся, ему явно хотелось ещё, продолжить. А то он первый отстрелялся, и ему теперь лежать скучать, смотреть как другие развлекаются? Глупости какие. К тому же Некит, следующий после Тёмы, кто подходит на роль главного актива. Ему всегда казалось, что тот меньше подходит их тусе и больше старается вести себя «круто», насколько это у него получалось. Его даже иногда «крутые» ребята принимали за своего, но как дело доходило до «задротства», он сразу сам обычно уходил от них. Потому считай в их тусовке, не смотря на отшибленного Володю, он был своего рода доминантом. Сейчас он доминировал над вторым своим другом, которого ему любезно растянули. После Тёмкиных заходов, он не встречал никакого сопротивления, и двигался внутри как по маслу. В этом тоже был свой плюс, кишечник друга не сжимал его член при каждом входе и тот мог двигаться с нужным ему темпом, который он сразу врубил на максимум, ибо был уже на полпути к концу. Настолько что даже начал звонко шлепаться бедрами о задницу приятеля. А как там дела у Володи? У Володи снова, по независящим от него причинам, не получалось отдаться Артёму как бы он ни хотел. А он очень хотел. Здоровяк пожелал разнообразия, оттого он перевернул паренька лицом вниз, жопой вверх и упёр на спинки соседних диванов, так что коротенькие пухленькие ножки безвольно повисли. Та самая разработка-разминка, которой так было уже хотел гордиться коротыш не принесла особого успеха ему. Артём не смог протиснуться в всё ещё слишком тугую и крошечную для него дырочку. Как и ранее дальше головки он принять почти не мог, что в одну дыру, что в другую. Но для приличия и собственного успокоения Артём немного потолкался, запихнул насколько смог и дождался, когда тот сам быстренько под его напором кончит. Ох, завтра Тёме ещё уборки предстоит. Следующим отстрелялся Некит, также щедро одарив друга своим содержимым. Остались заполненный спермой Дмитрий и готовый третий раз Тёма. И ребятки снова поменялись парами. Одно осталось неизменным: Тёма оставался на вершине — в активной роли, а Володя пребывал в низине — в пассивной. Роли же других парней поменялись местами: настала очередь Некита встретиться с Тёминым членом и одарить его своим теплом и телом. А Дмитрию досталось отстреляться в уже отличающегося и безвольно бревном валяющегося Володю. Теперь Тёма уселся на край свободной койки и, уперевшись локтями в диванчики предложил Некит усесться на гордо стоящий и вздымающийся ввысь стояк. Тот немного позаминался, но все же пошёл ему навстречу, как сбившийся с верного пути корабль на маяк. И это был единственно верный путь. То что было минутами ранее это так всего лишь игра, и настоящее место паренька, также как и прочих парней и девушек, это здесь, на Тёмкином хую. Некиту также было непросто отдать ему всего себя, он также не был подготовлен, от того также постепенно натягивался на объёмный орган. Также его сопровождало жжение пятой точки, но это была по сути малая плата, за то, что последует далее. Ведь кроме ощущения заполненности, когда у тебя внизу там чем-то длинным и широким водят взад и вперёд, ещё он там внутри задевал некую точку, от стимуляции которой по телу разносились резкие волны экстаза. Причём не такого, как когда он кончил в приятеля, нет это было что-то другое. Что-то сопровождающееся приятной, расслабляющей судорогой, за которой правда следует не сладкая истома — это уже конечное послевкусие; а что-то напоминающее ломку и у тебя нет сил ждать, когда пройдёт следующая волна. Чем глубже погружался огромный член, тем дольше и чаще происходил этот сумасшедший контакт. Некит настолько сильно попал под это влияние, что даже сам не заметил, как снова простимулировался и снова быстренько кончил. Да и Тёма не отставал, уже в третий раз излился, только в этот раз в другого парня, но не страшно. Этот смог дальше всех зайти, и больше принять, наверное все три четверти. Но тому так понравилось его место, что он даже, поначалу, не хотел слезать, ведь когда этот гигант из него выйдет, там останется одна пустота. Поэтому Тёме пришлось самому его снимать с члена, а после ещё бонусом донес его до дальней кушетки. Теперь когда уже всё основное мероприятие было окончено, можно было и ложиться спать. Ребята решили себе поставить будильник на пораньше, чтобы успеть прибрать ещё оставшиеся следы своего присутствия, а после ещё успеть свалить, пока не пришла следующая смена. Вот только засыпающие парни ещё пока не знали, что они могут по этому поводу не переживать, и что Тёма позаботится об этом сам.