ЖИВОТная страсть

      Завершив удачную охоту, ребята дождались, когда Ислам насытит свои легкие канцерогенными выделениями, после чего зашли в квартиру его бабули. Ничем не примечательная трёхкомнатная квартира, большая, проходная комната, которая используется как зал-гостиная. Именно там на тумбе против удобного, раскидного дивана стоял широкой Full HD телевизор, самое необходимое для пожилой женщины. Но основной способ использования сего чудо девайса заключался далеко не в разглядывании морщин Соловьёва или жуткого оранжевого тональника Симоньян, далеко нет; на огромном экране во всех подробностях отлично смотрятся бегающие по полю и пинающие мяч молодые мальчики. Ну и, собственно, сам мяч, как же без него? И арбитр-сука со своими жёлтыми-красными карточками, пусть запихнёт их себе во всем известное место. Но не одной премьер-лигой едины. У бабули Ислама тут оформлена довольно крупная подписка: спортивные каналы для самой женщины, а также всякие боевички и комедии для часто заходящего внука, друга семьи — Эльдара, их приятеля Димы; ну и прочий ширпотреб для гостей и фулл семейных сборов. Именно за него у троицы почти постоянно происходит противостояние с хозяйкой самого девайса, которая по доброте душевной готова уступать навещающим её мальчишкам, жертвуя просмотры прямых трансляций ради любимого внука и ломая глаза в маленькую коробочку на кухне, куда чудо-пакет каналов подключён уже, увы, не был; и там приходилось слушать разборки у Малахова и прочие глупости федеральных каналов. А мальчишки не чувствовали угрызения совести, всё-таки старушка и так смотрит все повторы, пока никто её не посещает. А сегодня, к тому же, ей было чем заняться на кухне, а потому телик был полностью в их распоряжении. Это было единственное развлечение, которое могли найти ребята здесь, кроме выслушивания тонн самых разнообразных историй о жизни, о семье, о родственниках, о дальних родственниках, об исторической родине, об истории исторической родины, ну и конечно же о футболе, если темы иссякнут.       Парни аккуратненько, дабы не отвлекать пенсионерку и не привлекать её внимание к выпирающему, шевелящемуся животу Димы, вошли в прихожую. Тем не менее, Исламу всё же пришлось отвлечь внимание бабули, пока ребята быстренько помыли руки, и также спешно удалились в большую комнату. Некоторое время спустя Ислам присоединился к ним, закрыв за собой дверь. В руках у него была большая миска с домашней пахлавой. О, Дима был не против десертика, плюс он каждый раз был в восторге от шедевров выходящих «из-под ножа» бабули Ислама. Миска пролетела мимо Димы и водрузилась на раскладной стол-книжку — основной элемент семейных посиделок. В настоящий момент за отсутствием, собственно, этих самых посиделок стол стоял сложенный в углу. Далее парнишка уверенно, по-хозяйски, задумав серьёзную думу, обратно покинул комнату. Дима с Эльдаром не стали сидеть манекенами и поставили себе стол поближе. Да Эльдар сам себя здесь чувствовал как дома. Как перемещения завершились, он, в отличии от приятеля, весьма уверенно устремился в заднюю комнату. Это место служило «запасной спальней» любимых внуков бабули, и Исламчик чаще других своих сиблингов ей пользовался. Бабулин дом, всего на всего, ближе располагался к школе, оттого парнишка довольно часто захаживал, и часто не один; и также часто оставался на ночь. Кроме «запасного аэродрома» в комнате наличествовали также шкаф, комод, обширная книжная полка с богатой коллекцией разнообразной, преимущественно восточной, литературой и письменный стол с ящичками. Компьютера здесь, несмотря на частые визиты внуков, как-то не наблюдалось, да он, в принципе, и не нужен вовсе. Главное есть WI-FI и, на всякий пожарный, запасной дешёвенький планшет, в верхнем ящике. Эльдар приземлил свой борт на местный диван и, запрокинув ноги на свободное место, достал смартфон: полистать ленту инсты; пока Дима, поглаживая живот, листал каналы в поисках необходимого. Мальчик внутри, походу, смирился с произошедшим, либо же у него уже кончились силы бороться. Да, и куда такой сопле тягаться с окружающей его крепкой, тренированной плотью. Не зря же Дима спортом занимается! И выбора у ребёнка уже никакого нет. За него всё решили те кто старше, как и всегда. Дома это были родители, в саду — воспитатели, во дворе — бабульки на скамейке, в животе — Дима, а если бы пошёл в школу, то учителя и старшеклассники. Только мальчик оставался в непонятках, как так и почему его съели? Почему Дима заявил, что Максик гораздо лучше бургера или пиццы, которые для ребёнка в силу возраста казались просто вершиной гастрономического искусства, лучшее изобретение человечества, после шоколада. А в Максике не было ни шоколада, ни сыра, ни соуса. Одно только его роднило с бургером, чему ребёнок не придавал значение — это мясо. Как и котлетка между булочками, сыром, соусом и ненавистным салатом, Максик целиком и полностью состоял из мяса. Да ни обработанное, ни рубленное, ни солёное, ни перчённое, но живое и подвижное, доставляющее этим невыразимое удовольствие хищнику. Тот ещё только в начале своей карьеры и Максик — это только разминка, малая часть того, на что он будет способен, когда разовьёт свой талант. Когда ему по плечу будет заглатывать не только всякую мелочь, но и здоровяков, как его брат. А пока он не уверен, что такая относительная мелочь, как Эльдар или же Ислам, которые на голову его ниже, смогут поместиться в его животе. А он ещё же собирается закусить кавказскими закусочками, к которым он также пытается привыкнуть.       Вскоре Ислам повторно вернулся и теперь на столе оказались ещё две миски поменьше: одна с долмой, вторая с напоминающими Диме чебуреки пирожками. А также три стеклянные бутылки с лимонадом из фейхоа, которые он чудом не уронил, однако некая дремлющая где-то глубоко в этом пассивном парне природная ловкость помогла ему весьма грациозно водрузить всё, что он принёс за раз. «Какой-то лимонад?» — спросите вы? — «А где же… А как же бухлишко? Подростки же! Неправдоподобно!» «Это же не вписка задротов каких-то там». Вовсе нет. Да и ребятам не нужно было никаких так скажем «стереотипных элементов взрослых». Да и выделываться не перед кем. Может просто нравиться? Вполне, вон Ислам тайком от родичей покуривает. А также ребятки уже сношаются направо и налево, так что лимонад — это вполне осознанный выбор, к тому же здесь они тоже под каким-никаким надзором взрослого человека. И правильный выбор напитка ещё сыграет свою роль, менее чем через час, а пока Дима один грустил перед экраном, пока брюнетики дружно восседали на диване в соседней комнате, подпирая друг друга спинами. Оба, понимаешь, уткнулись в свои гаджеты, а гость скучает там в гордом одиночестве! Он, конечно, тоже мог бы уткнуться в мобилу, но он сюда не за этим пришёл. Первую часть он уже получил в своём животе, но ему было мало, он жаждал продолжения. — Эй, азиаты, вы куда запропастились?! — вскоре Диме осточертело одиночество. — Слыш, мы не меньшие европейцы, чем ты! — гаркнул ему в ответ Эльдар, не отрываясь от инстаграма. — Ты, это, наверно, имел ввиду — европеоидов, да? — еле слышно для шатена уточнил у друга Ислам. — Я думаю он понял. — также тихо ответил ему друг, после чего добавил во всеуслышание, — Азиаты — это всякие там китайцы, корейцы и японцы, понял, а? — Да ладно вам, я думал вы не стесняетесь и гордитесь своим этносом! — Дима расплылся в улыбке. — Мы очень гордимся! — гордо декларировал Эльдар, выходя из комнаты, — Мы ничего не стесняемся-то, — после чего он подошёл к Диме и с вызовом в горящих огоньком карих глазах навис над сидящим, — В отличии от тебя, хохол! — В этой стране небезопасно быть хохлом. — Да, успокойтесь вы, эй! — немного погодя из комнаты вышел и Ислам, — Мы все тут понаехавшие, так что правильно, что мы держимся вместе. — И не поспоришь же. — вскинул брови Эльдар и пригнездился справа от Димы. Ислам расположился слева. — Как он там? — спросил Эльдар, мельком бросив взгляд на демонстративно выпирающий живот друга. Для него это пока тоже было в новинку. Оттого столь необычное зрелище вызывало необъяснимый трепет, где-то в глубине души. Больше его усиливало осознание, не столько того, что там внутри находится другой человек, и ты видел как его проглотил целиком твой приятель, а то что ты сам привёл эту несчастную жертву прямо в пасть хищнику, да ещё и помог запихать туда. А ведь мальчик живёт в этом доме, и его ждала мать. Точно, он же бежал домой ужинать, значит его с минуты на минуту должны хватиться. Что там должно быть испытывает его мать? А что испытала бы, если узнала бы правду? Инфаркт и точка? Но непонятно почему, вот только Эльдара практически не мучала совесть, это же всё равно какой-то левый ребёнок, таких вокруг пруд пруди. А, ну и договор с Димой, в котором Эльдар поставляет ему людей на закусь, а тот взамен делится с ним силой. А самое низкое и неприятное в этом это не сам процесс, не соучастие в жутких деяниях, а полное не посвящение в свои планы, и главное — свою выгоду, Ислама. Тот думает, что Эльдар подобно ему, просто поддерживает приятеля, какими ужасами тот бы не занимался. — Затих. Устал, наверно, или примирился. — ответил довольный Дима. — Как с таким можно примириться-то, а? — подключился Ислам. — А что он сделает, ему уже не выбраться. — Я думал ты уже… — Эльдар был слегка шокирован откровением, что мальчик там ещё живой. — Перевариваю его? — расплылся в улыбке Дима, он ещё был в начале пути, а потому подобные мысли и рассуждения будоражили его не меньше. — Рано ещё, я хочу чтобы он там ещё немого подвигался. — Ты можешь контролировать это? — снова был поражён Эльдар. — Ты же сказал, что он затих! — а Ислам был о своём. — Да, но ему тоже не удобно лежать в одном положении длительное время, — шатен ответил сначала Исламу, после чего с лукавой улыбкой повернулся к Эльдару, — Ага, жутенько? — Более чем. — Я успел натренироваться на всякой всячине.       Не успели мальчишки начать мило общаться, как принесла нелёгкая — нагрянули нежданные гости. Гости были точно нежданные, но вполне закономерные и не негаданные. Парочка людей в погонах и группа понятых. Просили посодействовать в поисках пропавшего мальчика. Максим Зайцев около получаса назад зашёл в подъезд, однако до квартиры, где его ждала мать, так и не добрался, посему постановили срочно обойти все квартиры в подъезде. И как законопослушная гражданка Магеррамова, которой абсолютно нечего скрывать, бабуля Ислама впустила блюстителей закона. Пока они обходили комнату гражданки Магеррамовой, та постучалась к мальчикам и оповестила их о пришельцах. Это позволило ребятам принять как можно более непринужденный вид, когда процессия заглянула и мельком оглядела обе комнаты. Не найдя искомое, поисковая группа, за исключением одного офицера, двинулась обратно, а оставшийся человек при исполнении расспросил парней, знают ли они что-либо о пропавшем мальчике, да и просто, о самом факте. Подростки отвертелись, что они отдыхают здесь и ничего не знают. Ага, как же. Абсолютно ничего, особенно про находящегося в этой же комнате искомого мальчика, просто поисковики не имели возможности обнаружить его, благополучно спрятанного и уложенного в выпуклом животе другого мальчика, который заблаговременно накинул свою бесформенную, безразмерную кофту, и теперь дерзко и нагло глядел на сотрудника полиции. Вот смеха-то, он так близко к ребёнку, всего-то в метре. И если Диме помогала его неимоверная самоуверенность, а Исламу — полное отвлечение от происходящего, то шебутному Эльдару было слегка не по себе. Самую малость. Он опасался, что может на эмоциях ляпнуть что-то не то или слишком сильно и неестественно изображать естественность. Но полицейский не стал их долго терроризировать и вскоре ни с чем также пошёл на выход. Напоследок пришельцы попросили гражданку Магеррамову держать ухо в остро.       Посещение и близкое общение с сотрудниками внутренних органов, скрывая от них преступление, оказалось волнительным опытом. Что забавно мальчик которого они искали сейчас как бы тоже во внутренних органах, только Димы. И после близких контактов третьей степени парни снова закрылись в большой комнате и снова разместились на диване, как ранее. На одном из кабельных каналов, который нащёлкал Дима, крутили «Милые кости», однако Эльдар поспешил переключить эту «парашу». Прилив адреналина не на шутку взбодрил паренька, что из того ключом забила энергия. И энергию свою он решил направить на развалившегося почти на полдивана приятеля. Преодолев внутренние блоки, запреты и прочие ограничивающие жизнь глупости, он снова нашёл в себе смелость дотронуться и, даже, положить руку на большой, наполненный живот друга. О да, смелость ему была нужна, но не потому что этот самый друг, обладая таким опасным талантом, мог запросто закусить им от скуки. Нет. Они уже договорились, плюс Эльдар его знает восемь лет, а это нехилый срок. На самом деле ответ лежит на поверхности — поверхности Эльдара. А если ещё точнее, то в «своём» этносе, которым он, как и Ислам, гордится. А у них там не принято и не заведено вытворять то, что мальчишки затевают сейчас, и уж тем более, к чему всё пойдёт. Однако с кем поведёшься… Вот они и набрались от Димы… всякого. Что касается, собственно скажем, отношений с мальчиками. С девочками они и сами справляются, там им помощь не нужна, чай тот же этнос. А руководствуясь теми же самыми «ограничениями», которые Дима высмеивает и называет глупостями, накладываемыми этносом — ребята должны иметь безупречное реноме горячих парней, похитителей дамских сердец. И только дамских. С чем брюнеты вполне себе отлично справляются, не хуже Димы и прочих казанов и донжуанов. Даже флегматичный и оторванный от действительности Ислам. Его, по крайней мере, считают милым. И только в кулуарах небольшого города, где-то, скрывшись от посторонних глаз, они позволяли себе, и Диме, «преступать черту». И это относилось только к шатену, ведь это они от него нахватались. Тут, наверное, также сыграло ещё и тесное общение и частое совместное времяпрепровождение. Хоть парни и смущались, но Дима достаточно быстро убедил их, что ничего страшного, мерзкого, опасного и неприятного нет в том, чтобы доставить ему удовольствие и получить его взамен. И, о, подумать только, нет ничего ужасного в Димином объёмном члене, разве что только, кроме крупных габаритов. Ещё на первых порах это не имело никакого значения, ибо до проникновений не доходило. Парни лишь игрались с ним, поднимая свой скилл «разрушения оков». Иногда ребят переклинивало, и у них самих откуда-то возникало это «запретное желание», а временами им и Дима был не нужен. И им это в принципе не мешало, главное только чтоб родичи не просекли. А сейчас ещё, в связи с новым скиллом Димы, у ребят появилось новое развлечение — играться с заполненным другим человеком животом приятеля. Эта игра была для них в новинку, но всё бывает когда-то в первый раз.       Исламчик также почти сразу включился в сее захватывающее мероприятие. С двух сторон водили они своими небольшими ладошками по туго натянутой коже. Под этой кожей и, также, растянутыми крепкими мышцами, ощущалось всё ещё твёрдое содержимое. Кое-что всё ещё имеющее некоторую свою форму. И Ислама это захватывало не меньше, чем его лучшего друга. Хоть он и не подавал виду, в отличии от Эльдара, восторг которого написан у него на лице. После, под недовольные взгляды ребят, Исламчик убрал свою руку, но лишь для того, чтобы взять пахлаву и дать Диме. Тот с радостью принял сладкое подношение, разве что не стал есть прямо с рук. Всё же ребята не могли совсем откинуть гордость прочь. И к этой новой игре поспешил присоединиться Эльдар. Парни поочерёдно скармливали Диме сладости и продолжали массировать его живот. Хоть тот и не рос более, но было что-то занятное, просто даже, в мысли о том, что он продолжает наполняться. И тут Димке в голову стукнула идея фикс: он схватил со стола бутылку с лимонадом и залпом её ополовинил. К восторгу ребят и удовольствию Димы, внутренний обитатель пришёл в движение. Ему явно пришёлся не по душе перфоманс шатена — душ из прохладной сладкой воды. А парни снова могли лицезреть и осознавать, что в животе их друга в настоящий момент пребывает живой человек. И было в этом что-то величественное, могущественное. Но величественнее и могущественнее данное мероприятие станет, когда Дима всё-таки решит уже усвоить мальчика. И Дима всё-таки дошёл до этого. Когда парень запустил пищеварение, мальчик снова, в последний раз, неистово зашевелился внутри. Надо думать — камера, в которой он находился, начала заполняться ядрённой едкой жидкостью, растворяющей почти всё. А сопровождалось это действо невыносимым чувством жжения. Каким надо быть чудовищем, чтобы подобное совершать? Уже достаточно скоро движения остановились, теперь уже окончательно. Парочку брюнетов это немного огорчило, но вот Дима продолжал ловить наслаждение, теперь, когда его желудок работает над его сытным обедом. А снаружи ещё в три руки водят по выпирающему шару плоти.       Так они сидели пару-тройку часов. Как изначально и планировали, нашли там какой-никакой канал с экшн-фильмами и залипли. Очухались, когда за окном уже началась темень непроглядная, а бабуля постучалась и оповестила, что идёт спать. Чтобы не переться домой на ночь глядя, даже на такси, Дима позвонил домой и оповестил, что останется на ночёвку у друзей. Эльдар с Исламом поступили точно также. Раз бабуля Ислама пошла спать, значит теперь вся квартира в их распоряжении, в том смысле, что теперь Диме не зачем скрываться. К тому же скрывать уже почти нечего. За эти несколько часов его живот почти в половину уменьшился. Он всё ещё выпирал и выглядел больше нормы, но сейчас всё же можно было с небольшой долей лукавства сослаться на переедание. Мимо закрытой двери в комнату бабули ребята по очереди сходили в душ, пока двое других отодвигали обратно стол и настраивали спальное место на диване в большой комнате. Ислам даже успел сбегать на балкон перекурить. Последним в душ ходил Дима, от того он смог триумфально ворваться обратно и закрыть за собой дверь, символически намекая на своё последнее слово, и что он именно решает. Не теряя времени, но потеряв всю одежду, шатен решил забраться всё-таки на диван, где уже располагались его приятели. Как и ранее он занял место посередине, заставляя ребят улечься по бокам. Ребята всё ещё слегка смущались подобных игр, а потому начинать приходилось Диме. Он по-хозяйски крепко схватил их худенькие ручонки и властно плюхнул их на свой до сих пор выпуклый живот. Тот ещё немного ужался, а также он стал довольно мягким. За то вот твёрдость набирал Димин болт, гордо поднимаясь и вырастая в ответ на приятные ласки. Непонятно каким таким образом, но он их манил, хотя казалось горячие южные парни, дамские угодники. А тут внушительный, очень даже презентабельный, член другого парня. Ибо если они думают о различного рода развлечениях с ним, это должно ставить их на один уровень с самками, что также думают об их собственных членах. Однако он, походу, обладает некоей мистической силой притяжения, перед которой ни один натурал и асексуал не устоит, его будет одолевать некий трепет и желание. И парней сейчас одолевало, они уже практически смирились с этим. С Димой можно, это другое, они почти не воспринимают это всерьёз. Вот если б к Эльдару и Исламу с подобной идеей подошёл бы другой парень, они бы его от души отколотили да ещё бы и обхаркали. Первым за крупный, как баллон лака для волос, ствол ухватился Исламчик. Эльдар даже опешил от такой резвости неторопливого друга и только наблюдал, как рука вращательными движениями перемещалась вверх-вниз. Дима потянулся и довольно замычал. Вот же говнюк! Пользуется всеми вокруг и ещё наслаждается тут. И как бы Эльдар не хотел тому врезать, но больше ему не давали покоя ритмичные движения руки приятеля на длинном члене. Собрав всю смелость в кулак, он также присоединился к другу. Однако тот заметно опережал его и, поднявшись над Диминым тазом, погрузил кончик члена в рот. От этого зрелища у Эльдара самого моментально встал. И, как он мог заметить, Ислам сам уже был во всеоружии. Ему было гораздо проще втягиваться в эти Димкины развлечения. Благодаря своему таланту отрываться от действительности, парнишка с необычайной легкостью не обращал внимания на всякие там «аморальности», «неестественности» происходящего и прочие предубеждения закрывшихся в своей скорлупе ограниченных людей. Так же, благодаря этому, ему проще воспринимать как нечто незначительное факт того, что он тут полирует и причмокивает стояк приятеля, в то время как его собственный болт скучает без милых, нежных губок какой-нибудь ветренной особы. А о сидящем рядом, собирающем волю в кулак Эльдаре он уже совсем позабыл: до того он был увлечен посторонним предметом во рту. Парень весьма усердно старался, помогал себе рукой, неистово носился языком. Однако запихнуть его дальше в глотку не решался, во-первых, не влезет, Ислам и так брал сколько мог, во-вторых, он уже начинал уставать от долгого, широкого разевания рта. После того как он отпрянул, пришла очередь Эльдара. Тот более неуверенно, но всё же решившись, последовал примеру приятеля. Только вот его рот был менее вместительным и менее широким, оттого его губы плотно обернулись вокруг Диминого члена, что тот снова довольно промычал. Ещё больше удовольствия ему принесла теснота, полностью обступившая его конец, что там даже языку негде было двигаться. Но тем не менее и Эльдар старался, наяривая стояк друга, как фруктовый лёд на палочке. От внутренних трений шатен ловил такие кайфушки, что неровен час, и он бы извергнулся бы в своего миниатюрного друга. Но Димка не хотел, чтобы они так просто отделались. Ему, конечно, очень по душе, когда он вот так лежит, а другие просто удовлетворяют его. Доставляют ему удовольствие, обслуживают его ствол, а более-менее искушенные ещё и не обделяют вниманием его тренированное тело, ну и заполненный людьми живот для посвящённых. В то же время, актив тут он, а потому пора приступать к активным действиям, не то больно смотреть как надрывается бедный мальчик, занимаясь нехарактерным делом. Тем не менее, актив решил озадачить бедного мальчика ещё более нехарактерным делом. Когда Эльдар снялся с крупного члена и принялся восстанавливать моторику жевательных мышц, а заодно и дыхания, Дима резко принял вертикальное положение. Ему было невтерпёж уже дальше использовать друзей для собственного удовольствия. И, после того как он нацепил резинку, вцепился в ничего неожидающего малышечного Эльдара да, подхватив его под крошечный зад, приподнял его перед собой. Тот, для тягающего, время от времени, массу больше собственной спортсмена, был подобен пуховой подушке. Застигнутому врасплох брюнету ничего не оставалась, как ухватиться за плечи шатена и почти повиснуть на нём. Зато Ислам понял, что задумал актив, и, не растерявшись, помог направить Димин стояк к непредназначенному и неготовому к подобному крошечному отверстию. Эльдар попытался запротестовать, но все его силы уходили на попытку держать равновесие. Однако же всё равновесие в момент улетучилось, когда объёмный объект попытался расчистить себе путь внутрь. Упёрся в туго сжатое кольцо сфинктера, и нагло принялся растягивать. Вот только сколько Дима ни сталкивался с подобным, но затолкнуть свой шланг именно в этот узкий тоннель для него не представлялось возможным. Как бы он не старался войти глубже головки, миниатюрное тельце не было столь податливым, и, в отличии от других, отказывалось растягиваться, чтобы принять его. Это должно послужить каким-то намёком пытающемуся насадить своего друга, как кабанчика на вертел. — Ух, ёпт… — только и выдохнул Эльдар. — Ты не налезаешь! — у Димы также сбивалось дыхание. — Я и не должен налезать на твой хер! — Пиздець! — Диме надоела эта бессмысленная затея, и он «положил» Эльдара обратно на диван. Однако торчащий и уже достаточно напряженный член всё ещё необходимо было куда-то воткнуть. За неимением другой альтернативы внимание шатена переключилось на ждущего свою очередь Исламчика. Просто она наступила раньше, чем парни ожидали. Теперь актив отбросил в сторону всякие изощрения, просто резво подскочил и повалил паренька на спину. Как и раньше он не стал церемониться и утруждать себя всякими прелюдиями, тут как-никак не тот случай. Быстро смазав свой агрегат, Дима погрузил его теперь уже в Ислама. В отличии от Эльдарчика, тот почти без труда принял внутрь столь крупный объект. Всё тот же чудо-талант парня помогал. Он просто не ощущал никакого дискомфорта от постороннего, заполнившего его объекта, а также его внутренности не оказывали Диме сопротивления. Парень — просто находка. И, когда его внутренности полностью обхватили Димин ствол и приняли его форму, спортсмен начал по нарастающей двигать тазом, навстречу уютной полости. Но так как он был уже достаточно напряжен и простимулирован, актив не стал долго телится, достаточно быстро набирая темп и не сбавляя напор. Своими толчками он попутно стимулировал и лежащего под ним, как бревно, отрешённого парня. Тот постепенно возвращался в действительность и начинал получать удовольствие. Надо думать, Дима своим крупным членом должен задевать ту самую точку G, отчего у Исламчика также начинало сбиваться дыхание. И теперь Эльдар один сидел и скучал, уже жалеющий, что его подобным обломали. Но его очередь всё ещё была впереди. Ведь Дима кончил первым. Контрацептив чуть не лопнул от выбросов страсти шатена, но, к счастью, он оказался прочнее и эластичнее обычного. Отстрелявшись, Дима повалился на спину переводя дыхание, оставив заведённого и «опустошённого» Ислама и тоскующего Эльдара. Как ни в чём не бывало, он вскочил немного погодя и покинул обитель разврата в направлении ванной комнаты. Теперь оживился обычно пассивный Ислам и скользнул к лучшему другу. После Димы, именно он тут следующий на звание главного актива. Что не укладывается в голове стороннего наблюдателя, ибо по характеру, поведению и темпераменту Эльдар живее и активнее всех вокруг, а Ислам наоборот. Даже в сношениях с дамами, Эльдар во всю активничает, а за Ислама, обычно, девчонки сами всё делают. Но и такие приступы активности время от времени у него проступают. Просто так сложилось, что именно в этих «отношениях» Эльдар оказался снизу. Это также исходило из их комплекций. Дима как более высокий, спортивный, атлетичный самый первый и главный актив. За ним следует Ислам, что на полголовы выше Эльдара, и, в отличии, от худого, поджарого приятеля, был помясистей, самую малость подкаченный. Но лучшим друзьям можно, так уж и быть. — Давай по-быстрому, пока он не вернулся, а? — выдохнул на ухо Эльдара Ислам. — Чёрт, «научились», бляха, на свою голову… — выдохнул под себя Эльдар, а затем повернулся к ждущему и жаждущему лучшему другу. — Давай, ты я смотрю заведёнее обычного, бля… Воодушевлённый Исламчик быстренько нацепил резинку, пока Эльдар занимал удобную позицию. Когда приятель был готов, он навис над ним и закинул его ноги себе на плечи. В сравнении с Диминым потребительским взглядом, глаза Ислама глядели дружелюбно и заботливо. Без нежностей всяких, конечно, у них же здесь не гомогейская любовь-морковь, какая-нибудь! Просто, в отличии от шатена, Ислам не хотел доставлять другу дискомфорт и где-то в глубине души переживал на этот счёт. Всё же у них это, хоть и не первый раз, но далеко не девятый. И аккуратный, красивый член, восемнадцать на четыре — мальчишки как-то «мерились письками» — хоть всё также и был крупноватым для него, но он уже был приемлемее Диминого монстра. А потому Исламу посчастливилось войти в Эльдара, да на пол шишечки, но и то Диме не удалось. Даже так, обоим мальчикам было вполне приятно. Исламу от того, что это его самый близкий, после родных, человек, которого он всю жизнь знает, его приятель, кореш, братуха. Ощущения сексуальных контактов и проникновений ему, во всяком случае, уже были известны. А раз это самый близкий человек, то хочется и ему сделать приятно. И приятно было, чего в самый первый раз Эльдар не ожидал и даже хотел отрицать. Но этот скользящий взад-вперед член, заполняющий собой свободное, внутреннее пространство, и, естественно, попадающий куда нужно, вызывал незнакомые ранее пульсы наслаждения, эхом разносящихся по худому тельцу, с каждым толчком Ислама. А тот постепенно набирал темп. Ему хотелось закончить до возвращения Димы, ибо он потом будет стебаться. Вероятно, он догадывается, что после его тренингов, ребята как-то попробовали вдвоём, однако ему будет трудно устоять. Особенно Эльдар не хочет слушать тупые приколы про задний привод. В итоге, желание было исполнено, под сильным накалом Ислам ускорился, резко толкнулся так глубоко, насколько залез, и от такого ярого массажа простаты, Эльдар смог кончить вслед за Исламом, лишь немного подсобив себе руками. Парни только-только успели улечься в изначальные положения и спрятать полный презерватив, как в комнату, обратно, снова ворвался Дима. На лице у него сияла всё та же наглая, довольная улыбка. — А вы чего? — спросил он. — Мы просто подрочили, нахуй! — резко ответил ему Эльдар. Ислам снова принял своё невозмутимое состояние. Вот кто-кто, а он точно идеально может конспирировать что угодно. — Ну, как знаете, хлопчики. — Дима обратно плюхнулся между ребятами. Они снова обратили своё внимание на его живот, тот стал ещё меньше. Немножко помацав его, мальчишки провалились в страну грёз и сладко проспали, почти друг на друге, пока утром их не разбудил настойчивый стук в дверь. На часах было полседьмого утра и пора было собираться в цитадель знаний. Кроме бабули, парни обнаружили на кухне ещё одного мимопроходимца, а точнее «катавшегося по району» старшего брата Ислама — Ильхама. Тот великодушно вызвался подбросить ребят до школы, а они решили великодушно не отказывать в его инициативе, за язык никто не тянул.